Рассвет после Заката

В дверь постучали.

– Узнаешь, наверное, это Хэйли. – ответил мне в спину друг.

Он не прогадал, на пороге стояла наша общая подруга.

– Хэйли! – обняла я подругу и пропустила в прихожую. – Где ты пропадала?

– Это был лучший праздник в моей жизни. – уклончиво, но с улыбкой ответила она. – Чем заняты, привет, Андрэ. – заходя в комнату и садясь в одно из кресел, сказала девушка.

Хэйли выглядела немного бледной, под глазами образовались круги, а весь её вид был помятый, но держалась она бодро. Меня обеспокоил вид подруги, но я не подала вида, возможно она просто не выспалась после бурной вечеринки.

– Андрэ! – обратилась я к парню. – просветишь наконец нас, что мы будем сегодня делать?!

– Ахах, конечно! Садитесь поудобнее мои малышки, старина Андрэ научит вас отправлять мотивационные письма в университеты.

– О, серьезно! – Хэйли закатила глаза, потерла нос и предложила. – Может кино посмотрим или еще чего.

Проблема выбора дальнейшего пути, экзаменов задевала Хэйли больше остальных в кругу выпускников. Чем ближе школьное время подходило к финишной прямой, тем чаще Хэйли становилась злой при малейшем обсуждении учебы, все чаще она стала уходить в себя и все чаще мы с Андрэ слышали: «Я разберусь, дайте мне собраться с мыслями» и всякий раз, когда мы пытались поговорить с ней, подруга психовала и уходила, мы её не узнавали. Из веселой и общительной девушки наша знакомая превратилась в унылую злюку.

Я хотела заняться вопросом университетов чуть позже, но ничего против не имела, чтобы писать письма с Андрэ, учитывая, что его письмо писала фактически я. Улыбнувшись мимолетному воспоминанию, заметила: – После можем и кино посмотреть, и в игры поиграть.

– Точно! – Андрэ дал мне пять. – Так, у вас же есть примерный список университетов. – он приподнял бровь и вопросительно взглянул на меня.

Обычно веселый сегодня мой друг подошел к делу очень серьезно и ответственно, но это не помешало ему опустошать мой холодильник, Андрэ успел принести чипсы, шоколад и всякую другую всячину, чем можно было похомячить.

Парень принес какие-то свои наработки, брошюры и записи. В том году он не так ответственно занимался этим вопросом, не думала, что наше с Хэйли поступление будет так важно для него. Мой друг учился в одном из самых старинных университетов нашей страны, в Берлинском университете имени Гумбольдта, попасть куда практически невозможно. Андрэ изучал средства массовой информации, хотя это громко сказано, гуманитарные науки и СМИ парня интересовали лишь отчасти, чему он отдавал всего себя так это фотографии и предметам, которые напрямую с этим связаны. Когда он поступал, лучшее что прогнозировали ему – это никому неизвестный колледж. Однако мой друг сочетает в себе удивительные качества: он веселый пофигист и хулиганистый парень, каких стоит поискать, в какой-то степени ленив, но, когда ему нужно он умеет быть серьезным. И, конечно, Андрэ не был глупым, каким его считали многие, он просто не реагирует на ситуации, которые ему кажутся скучными и неинтересными. За маской шута прячется очень умный, ответственный и серьезный человек.

Вузы я выписала уже давно, но они были куда проще, нежели у моего друга. Он смотрел и варианты заграницей, я же пустила корни глубоко в своем городе, я не хотела уезжать и оставлять маму одну, боясь выбраться из привычных рамок, но мечтая об этом. Так что мой список был довольно скуден.

– Мой давно составлен.

Андрэ послал мне воздушный поцелуй.

– Я не сомневался. – запрокинув голову назад, он обратился к девушке, которая сидела с закрытыми глазами и скрещенными руками на груди. – Хэйли?!

– Я в этой фигне не участвую, будет что-то интересное разбудите. – не меняя положения ответила девушка.

– Да брось, Хэйли, будет интересно, посмотрим подходящие для тебя программы. – обратилась я к ней.

– Они все одинаковые, – она приподнялась на локтях. – Да и потом я уже все решила! Тут жарковато, я открою окно. –произнесла девушка.

Моя подруга не собиралась ничего смотреть и узнавать, остановив выбор на каком-то никому неизвестном колледже, она была уверена, что ее возьмут туда с распростертыми объятьями

– Хэйли, ты не простудилась?

Она рассмеялась, вставая к окну. – Я сказала, что жарко, а не что меня знобит.

– Эм, ладно, я за ноутом, решайте, что будем делать.

Состояние подруги меня очень беспокоило и, решив пораньше выпроводить Андрэ, я хотела с ней поговорить по душам. Теперь надо подумать, как сообщить об этом другу. Взяв ноутбук и вытащив из старой сумки листок с университетами, перечитала свой выбор и решила переделать его и изучить еще пару вариантов. Вернувшись обратно и расположившись неподалеку от Андрэ, начала работу. Я открывала сайт за сайтом, выбирая подходящие программы для себя. Пока не заметила идеальный вариант, как мне показалось, для Хэйли.

– Тут есть для тебя неплохой вариант, не хочешь взглянуть? – обратилась я к ней.

Её ответ меня немного обескуражил. И я обратилась к Андрэ в надежде на то, что, хотя бы он повлияет на нее.

– Хоть ты ей скажи!

– А что я могу сделать, она упертая, как баран! – хрустя чипсами, сказал мой друг. – Да и потом, это её выбор и жизнь, пусть сама решает. Ай, за что? – послышался голос парня, когда запущенная мной ручка достигла цели.

Я уткнулась в компьютер ухмыльнувшись.

– Кстати, Хэйли, почему именно туда? – поинтересовался парень.

Девушка закатила глаза, но ответила.

– У них хорошая система вступительных и математика, с которой я дружу в отличии от вас, очень сильная.

Андрэ сгримасничал и подсел ко мне.

– Мой дорогой собрат, гуманитарий, в наш огород был запущен огромный камень.

– Ничего мой брат, гуманитарий, мы не обидчивые. – я рассмеялась вместе с ним.

– Алли, смотри, тебя могут забрать сюда с руками и ногами.

– Верно, но их программа рассчитана для будущих учителей, я не хочу преподавать.

– Что ж, тогда отметаем, а что, если…

– Стой-стой-стой, – остановила я друга, когда он пролистывал университет за университетом.

– Хэйли, мы могли бы вместе сюда подать документы и жить вместе в общаге, как и хотели раньше, помнишь?

– Боги, ты серьезно! Будем все вместе делать, замуж вместе пойдем и состаримся тоже вместе! Хватит мусолить одно и тоже! Я не собираюсь прыгать выше своей головы, это ты можешь посмотреть кучу крутых университетов, понадеяться и прогореть, а я буду твердо стоять на ногах, понятно!

– Хэйли…– промолвил Андрэ.

– О, а вот и дружок! Вам самим-то не надоело еще? Всё детей изображаете. Я не вы!!! Слышите! Я устала, хватит мне сравнений с вами! Я ухожу, можете не провожать. – быстро пересекая гостиную, крикнула девушка, после чего послышался громкий хлопок двери.

Тяжело вздохнув, я опустила лицо на ладони. Через какое-то время большая теплая ладонь опустилась мне на плечо и легонько сжала его. Я подняла на него взгляд.

– Я лишь хотела как лучше…

– Знаю…– выдержав небольшую паузу, он продолжил. – Если хочешь можем обсудить… – парень не мог подобрать слов, чтобы описать случившуюся сцену. – это. – закончил он и сразу предложил, поднимая мою исписанную бумажку со стола, чтобы изучить. – – Или можем обсудить твой список.

– Второе. – коротко ответила я.

– Тааак, посмотрим, – потянув, сказал мой друг, вытянув руки вперед и похрустев костяшками пальцев, будто собираясь выполнять очень важную работу, и начал читать, вернее пытаться разобрать мои каракули.

– А чего так грязно-то и непонятно, как у хрюни. – спустя пару секунд спросил Андрэ, покрутив мой листочек со всех сторон.

– От хрюни слышу! – воскликнула я.

– Не начинай спорить, – приостановил меня друг. – лучше возьми новый листок. Лист, а не маленький клочок бумажки! – подчеркнул молодой человек.

Я посмотрела среди стопок журналов и газет, но не обнаружив тут даже намека на наличие хотя бы того же клочка. Пришлось идти опять наверх. Андрэ что-то с серьезным выражением лица читал, затем строчил в телефоне, после чего проверял компьютер.

– Все нормально?

Парень медлил с ответом.

– Андрэ?

– М-да, все супер, – быстро блокируя телефон, ответил он. – Ты принесла что-нибудь, на чем можно писать?

– Еще даже не ушла…

– Ну так иди! – не дав мне договорить, поторопил он меня.

– Ну и иду. – скорее себе, чем ему буркнула я.

Поднимаясь по ступенькам, я услышала звонок телефона, а после ответ моего друга. Его ответы были отрывисты, голос приглушен, Андрэ был чем-то обеспокоен, поэтому я остановилась и прислушалась, затем продолжила свой путь. Зайдя в комнату, попыталась найти блокнот или тетрадку в хаосе, который властвовал на моем столе. Куча фантиков, термос, чайные ложки, так вот куда они пропали! Школьные тетрадки, учебники, стикеры, ручки, карандаши и маркеры – все это вперемешку валялось на столе. М-да, ну и помойка, иначе тут не скажешь! Пока я искала нужный мне предмет, половина содержимого моего стола оказалась на полу, однако чистый листок мне все же удалось найти, захватив с собой пару карандашей и линейку, я стала возвращаться вниз. Андрэ все еще разговаривал по телефону, однако по его репликам, я поняла, что это уже другой диалог. Возможно, разговор был со знакомым, однако не совсем на позитивной ноте. Мой друг о чем-то спорил, я замедлила шаг в гостиной.

– Джейс, я еще не знаю, у меня еще даже нет аккредитации и не факт, что я получу… – парень сделал паузу, видимо его перебил собеседник. – Ты не всемогущ, – с легкой улыбкой заметил мой друг – не думаю, что они станут слушать. – спустя пару секунд мой друг поменялся в лице. – Черт, Джейсон, имей совесть!

«Джейсон? Какого? Они знакомы.» – пронеслось у меня в голове. «Стоп-стоп-стоп» – остановила я себя. «В мире, что всего один Джейсон?»

– Я не могу заниматься твоими организациями вечно, да еще и бесплатно, Джейс, ты известная личность, найди себе агентов.

Кажется, в данном случае Андрэ говорил, с тем, о ком я думала.

– Да и потом, в апреле у меня есть куда более важные дела. – парень сделал паузу. – Неважно, не приплетай это сюда, да это…

Чтоб мне моя неуклюжесть! Я выронила карандаши, и они с грохотом упали, разлетевшись в разные стороны. Андрэ обернулся на шум и сказав в трубку: – Я перезвоню, да, обсудим. – быстро закончил разговор. Выглядел он немного обескураженно.

– Можешь поделиться с мной, что тебя тревожит? – ободряюще предложила я.

– Не сейчас, давай займемся делом, институты сами собой не найдутся. – попытался разрядить обстановку мой друг.

– Джейс это…

– Ты его не знаешь, не забивай голову. – словно старший брат предостерег меня друг.

Что ж, видимо сегодня мне не удастся приоткрыть завесу этой тайны, конечно, я могла бы попробовать снова, но я не хотела тревожить и грузить парня еще больше. Поэтому указала на белый лист А4, который раздобыла.

Андрэ ухмыльнулся.

– Я займусь поиском, – пододвигая к себе мой ноутбук, уточнил друг. – а ты будешь записывать, к слову, твои варианты ужасны, поэтому начнем все сначала, черти табличку. – скомандовал парень.

– О, да не так все плохо было, что за табличка кстати? – поинтересовалась я.

– Святые булочки!!! – позаимствовав мою фразу и протянув руки вверх, изрек он. – Приехали, ребенок, ты меня эту табличку сама заставляла делать ровно год назад, на этом же месте. Ужас, в который раз убеждаюсь, что у тебя память, как у рыбки. – потрепав меня по голове, добавил он.

– Вовсе не как у рыбки! – демонстративно надув губки, ответила я. – И почему это ты заграбастал мой компьютер, у тебя вон свой есть – я потянула к нему руки, но Андрэ меня перехватил.

– Не-не-не, там мы кое-что ждем.

– Мы? – я приподняла бровь.

– Ты, кстати права, рыбки хоть что-то запоминают, а ты вообще ничего. – заливаясь смехом и издеваясь надо мной, будто, не слыша мое «мы», продолжал он.

Пока он хохотал, я начала разворачивать свой компьютер к себе, но была поймана с поличным.

– Э, нет, дорогая, у штурвала сегодня старшие, – вручив мне карандаши и линейку, сказал: – Черти! – и включил музыку.

– Готово, господин старик! – громко сказала я, аккуратно разлиновав лист.

Мы с Андрэ читали и просматривали различные программы и варианты попутно сопровождая веселыми комментариями и замечаниями, в итоге в моем новом красивом и аккуратном списке были вписаны 4 университета.

– Пожалуй, все! – разглядывая лист, вынесла я вердикт.

– Ещё, нет…а вот и вишенка на торте. – заметил мой друг, после того как его компьютер оповестил нас о новом электронном письме. – Дай, мне. – забрав список и что-то написав своим корявым подчерком, парень вручил мне его обратно.

«Берлинский Университет имени Гумбольдта». Лицо Андрэ сияло, я часто видела его улыбчивым, смеющимся и радостным, но настолько довольным – никогда. Кажется, помимо радости тут играло самодовольство и гордость.

– Андрэ, не смешно, я не потяну их программу со своими мозгами.

– Ты себя недооцениваешь, они, кстати с тобой не согласны по этому поводу.

Я выразительно посмотрела на своего друга, пытаясь разгадать, что он имеет ввиду.

– Ты почти являешься их студентом, Алли!

– Что, как? – прошептала я, ничего не понимая.

– Я всего-то отправил мистеру Фритцу Гаагу парочку твоих сочинений, а комиссии очень понравилась колонка, которую ты ведешь.

– Ты с ума сошел! – вскрикнула я.

– Прости – он сложил руки в молящем жесте, все еще улыбаясь, но улыбка его чуть померкла.

Во мне смешалось огромное чувство благодарности и нежности к другу, но в тоже время я злилась, что так без спроса, тихо и нагло он отправил куда-то мои работы.

– Спасибо. – просто обняла я его.

Мы посидели какое-то время в молчании и дружеских объятиях.

– Я бы сама никогда не решилась, столько думала про него, но…

– Для этого у тебя есть я. Алли, ты сильнее, чем думаешь, посмотри сколько всего ты сделала для школы, посмотри на свои достижения, кто как не ты достоин лучшего?!

Я улыбнулась его словам, а он продолжил: – Если тебе мало этих доказательств, есть одно более весомое и оно сидит прямо перед тобой. Смог я – сможешь и ты, мы же команда. – парень протянул мне кулак, и я протянула в ответ свой.

– Ты умный.

– Я фортовый и верящий в себя. – ухмыльнувшись и вставая, весело ответил мой друг. – Мне пора, кстати Фритц Гааг, будет рад пообщаться завтра с тобой.

Я вышла на крыльцо проводить Андрэ.

– Кстати, кто он и где?

– Считай это своим домашним заданием.

Я проводила машину взглядом и вошла обратно в дом.

Может ли случай быть неслучайным, возможно ли, что где-то за пределами нашего сознания все уже предопределено? Каждый шаг, что мы делаем и каждое действие, что связано напрямую или косвенно с нами…Случай может стать решением не только временного промежутка, но и всего пути, именуемого человеческой жизнью. Какие бы последствия не влек он за собой, случая не нужно опасаться, чтобы он не привел за собой, это неизбежно и находится лишь во власти еще одного случая…

Глава № 8 (От лица Джейсона)

Часто ли люди задумываются о случайности, часто ли она случайна? Если сопоставить несколько случайных фрагментов, можно выстроить логическую цепочку. Это как пазлы, составляя разные непонятные детальки, получаешь целое изображение. Возможно ли, что то, что кажется покрыто плотной завесой неизвестности является очевидным и лежит на поверхности…

«Светло-зелёные стены, открывающиеся и закрывающиеся двери, запах лекарств, хлорки и легкий аромат железа. Здесь можно встретить два типа людей. Первые, в белых халатах поспешно перемещаются по помещению, попутно читая или записывая что-то в бумагах. Вторые же, медленно бродят, поддерживая друг друга, разговаривают с врачами или же с грустными лицами заглядывают в палаты, где лежат их знакомые.

Маленький мальчик стоял за углом и ждал маму, которая о чем-то разговаривала с мужчиной в белом халате.

– Доктор, скажите, что случилось? Я…я не верю, что мой муж…– слова женщины утонули в слезах.

– Ваш муж чист. – спокойно заметил врач. – В его крови не обнаружено никаких контактов с наркотическими и алкогольными веществами.

– Значит…– женщина посмотрела на своего собеседника.

– Значит, с большей долей вероятности, – он сделал паузу. – это убийство, – доктор коснулся предплечья женщины. – Вам нужно подписать бумаги в регистратуре, это этажом ниже, по левой стороне. – он указал направление. – Берегите себя. – Сказав это, врач разошелся со своей собеседницей и направился в одну из палат.

Однако был остановлен высоким и худым мужчиной, который резко прижал доктора к стенке и что-то говорил ему на ухо.

– Джейс – сынок, пойдем. – мальчик обернулся на голос мамы, которая держала в руках какие-то бумаги, и подошел к ней».

Я потер переносицу и встал, разминая спину, раздумывая над мимолетным воспоминанием. Взглянув на листок с почти стертым текстом, который выпал из рук, но где все еще отчетливо виднелась печать, я узнал знак одной из городских больниц.

Мысли, словно пчелиный рой, теснились в голове, быстро сменяя одна другую. Догадки, предположения, отрывки воспоминаний…Я не успевал додумывать, как приходило что-то новое.

Быстро пересекая дом, спустился в гостиную, где, натянув куртку на ходу и взяв первые попавшиеся ключи, спустился в гараж. Нянюшка, кажется, осталась стоять с немым вопросом, но живя со мной бок о бок несколько лет, должно быть, привыкла к моим выходкам.

Дороги были почти пустынными, что позволило насладиться мне быстрой ездой. Она отвлекала…

Концентрируясь на каждом метре дороги, отгонял мысли, что упрямо теснились в черепной коробке. Они давили, я все думал, старался копать глубже, пытаясь разобраться и в тоже время хотел отрешиться и избавиться от этого. Городские постройки давно сменились на пейзажи лесов и попадавшихся местами коттеджных поселков. Последний поворот и вот уже начинала виднеться такая забытая, казалось далекая и до боли знакомая и родная местность.

Небольшой двухэтажный домик, отделанный деревом и камнем, расположился на лужайке. Когда-то уютная веранда, с расширенными ступеньками и обрамленными покатыми перилами, будто бы приглашая войти гостей, сегодня выглядела пустынной, холодной и одинокой, словно ждала, покинувших или новых хозяев, которые вновь зажгут огонек уюта.

Остановившись на первой ступеньке, сделал глубокий вздох, прошелся рукой по холодным перилам. Выдохнув и более-менее собравшись с мыслями, преодолел небольшое расстояние, отделявшее меня от входной двери.

Поискав ключ, обнаружил его на обычном месте, где родители всегда оставляли его в детстве. Однако он не пригодился, дверь была не заперта, слегка толкнув ее, вошел внутрь.

Чехлы, защищающие мебель от повреждений и грязи, были покрыты толстым слоем пыли. Все было сдвинуто и находилось в легком беспорядке. Я обошел каждый уголок дома, который хранил историю счастливых времен семьи Стрит. Обычно люди не запоминают свое детство или помнят лишь какие-то фрагменты. Я помнил все: запахи, атмосферу… все до единой детали.

В окне одной из комнат виднелся небольшой сад, который расположился недалеко от озера. Это детище было моего отца, почти все свободное время папа проводил с цветами и деревьями, создавая такое же уютное и красивое место, как дом. Часто мы проводили время там за играми, пикниками или просто вечерними прогулками.

«Мы играли с папой в догонялки, мама сервировала стол на веранде, кажется мы ждали гостей.

– Фух, – я остановился отдышаться. – Больше не могу бежать.

– Борись, мужичок. – весело ответил папа, подхватывая меня на руки.

– Пап, я кушать хочу, когда уже можно будет?

– Еще не готово. – отец посмотрел полными любви и нежности глазами на маму, которая заканчивала последние приготовления, затем потрепал меня по голове. – Сильно голодный?

Я кивнул.

– Иногда то, что нам нужно находится прямо у нас под рукой. – папа протянул мне горсть ягод, только что сорванных с куста, возле которого мы стояли.»

– Иногда то, что нам нужно находится прямо у нас под рукой. – повторил я вслух слова папы из воспоминания.

Я понял, что возможно то, что я искал лежит в гостиной, но все же зашел в комнату родителей. Во всей комнате, как и в доме царила атмосфера пустоты, нетронутости и чего-то среднего между порядком и беспорядком покрытым слоем пыли, который с каждым годом становился только больше. Однако один угол комнаты выделялся из всеобщей атмосферы: дверцы шкафа были распахнуты, ящики комода выдвинуты, немногочисленное содержимое было перетормошено и небрежно скинуто обратно, что-то упало на пол. Поверхность дерева успела вновь покрыться пылью, но эта пыль была не такой многослойной как в других местах. Я хотел было закрыть дверцы, но передумал и быстро покинул комнату, спустившись вниз направился к витринам, что стояли по обе стороны от телевизора в гостиной. В одной из них на средней полке лежала ничем не примечательная папка с документами, по цвету она почти сливалась со стенкой, а сверху и около нее были расставлены семейные фотографии, я взял одну из них, посмотрев на счастливых родителей, положил ее во внутренний карман куртки. Достав папку, просмотрел документы, которые не представляли для меня интереса, отложив их в сторону, обратил внимание на то, что являлось моей целью поездки домой.

Все эти годы я так и не смог набраться смелости, чтобы вернуться…вернуться туда, где началась моя жизнь и где закончилась история моей семьи.

Приходя в этот мир, мы являемся чистыми и невинными созданиями, которые с годами должны умнеть и развиваться, но почему вместе с развитием приходит злоба, горечь и проблемы, куда пропадает та доброта и простата и почему никто не учит с этим бороться? Я боялся вернуться, боялся вновь столкнуться с той горечью и утратой, с которой встретился лицом к лицу будучи ребенком 16 лет назад.

Я нашел выписку из больницы, свидетельство о смерти и заключение, которое доказывало, что моё воспоминание не искажено. Грустная радость, появившаяся от находки, была мимолетной, начав убирать все обратно в папку, за исключением того, что я собирался взять с собой, я обнаружил ещё одно заключение, где была написана известная и ненавистная мне причина смерти.

– А-А-А. – в отчаянии крикнул я, закинув папку обратно на полку, захлопнул с силой дверцу.

Сравнив два заключения, я не обнаружил ни каких отличий, кроме как причины смерти. Дата, имя, лечащий врач все совпадало, все было идентично.

Заведя машину и переведя дыхание, я забил в навигатор адрес больницы, надеясь найти врача и выяснить, каким образом его подпись оказалась на двух противоречащих друг другу документах.

Больница оказалась самой обычной, но снаружи была огорожена и располагала собственным небольшим сквером, (что отличало ее от многих других) где прогуливались в основном пожилые люди. Внутри же, было просторно, врачи быстро перемещались из палаты в палату, больные в сопровождении медсестер медленно передвигались после процедур или операций. Воздух был пропитан запахами медикаментов, хлорки и чего-то ещё, что может быть только в больницах. Спросив у охранника, где можно найти стойку регистрации, пошёл по указанному направлению.

– Чем могу помочь? – поинтересовалась девушка за стойкой после приветствия.

– У меня личное дело к доктору…– я не помнил имени, поэтому стал искать одну из бумаг, что нашел дома. – Секунду. – я пробежал текст глазами. – К Мистеру Леманну Отмару.

Девушка что-то начала проверять по компьютеру и чем дольше она искала, тем серьезнее и неуверенней становился ее взгляд.

– Боюсь у нас не работает этот человек.

– Кто не работает? – уточнила проходящая мимо нас женщина средних лет, положив бумаги, которые она куда-то несла, заглянула в компьютер к помогавшей мне девушке.

Женщина вздохнула, затем спросила: – По какому делу вы к нему?

– Личное. – коротко ответил я.

Сказав девушке продолжать работать, женщина, подошедшая к нам, отвела меня в сторону, где, судя по всему, нас не могли слышать.

– Этот человек умер несколько лет назад, с какой целью вы ищете его?

Внутри меня все похолодело, мистер Леманн Отмар был единственной моей зацепкой и надеждой выяснить правду. Я молча показал ей два свидетельства о смерти.

– Понимаю, но здесь я не смогу вам помочь. – возвращая документы мне, ответила она.

– Как это случилось? – понизив голос спросил я.

– Профессия, связанная с медициной опаснее, чем может показаться на первый взгляд. Иногда спасая жизнь, приходится жертвовать своей. – подумав пару секунд, она продолжила. – Видно, что для вас это очень важно. – достав из карманов своего халата клочок бумаги и ручку, написала что-то и протянула мне.

Телефон и имя «Леманн Луиза» – прочитал я и поднял глаза.

– Это его жена, это всё чем я могу вам помочь.