Воины Игры 2. Шут Императора

Император, наконец, оглянулся на Арвоха. Тот продолжал смотреть в одну точку на стене, погружённый в свои мысли.

Новость действительно не просто неприятно удивила Дмитрия. Вывод напрашивался только один, который не предусматривал возможность вернуть настоящих людей. Люди сами не захотят этого, познав в случае смердов наслаждение от боли, а в случае светариев пользу от симбиоза с гефами, что сумели заменить частично энергию Игры. Итак, если светарии способны противостоять волне смердов, значит, возникает необходимость срочно пригласить к Огли ещё одного преподавателя, способного поделиться с ним навыками общения с гефами и построения щита для защиты от опасного заражения. Дмитрий высказал неожиданную мысль вслух:

– Император, но смерды и светарии были всегда. Я помню войну и на поле боя мне приходилось сталкиваться и с теми, и с другими. Я видел их и во Второй Мировой войне, и в недавней кратковременной Третьей Информационно-роботизированной (ТИР), когда вживлённые людям чипы сводили их с ума в одно мгновение. Смерды были всегда. Фактом существования смердов ты не удивишь ни одного землянина. Они существуют со времен появления первых людей. Ну, вот, Каин и Авель, к примеру… А Лансе? Он же и был первым землянином, где-то подцепившим эту заразу.

Мохван задумчиво пожевал челюстями.

– ТИР, можно сказать, ещё не закончилась, Дмитрий. Человечеству и войори предстоит не раз хлебнуть битву с чипированными существами. Но ты прав. В те времена вирус разделения не имел такой силы. Проявленность качеств стала крайне выраженной. У смердов нет вируса. Но изменения, произошедшие с людьми очевидны. Мои учёные предполагают воздействие изменённого излучения пирамид или вмешательства некоего игрока-аса. Я уверен, что это не мохваны повинны в разделении, а тот, не известный нам враг, который поставил своей целью поработить все разумные формы жизни. С нами этому врагу проще – мы киборги. Поменял команду, внёс изменения в директивы ЦП, и готово. С людьми и войори этот фокус не прокатит. Тут нужны другие рычаги воздействия. И, кажется, они нашли эти рычаги: низменные качества людей и их стремление прятаться от самих себя в неестественных средах собственных мыслеобразований. По-простому говоря, люди привыкли жить в мирах своих игровых событийных рядов и полотен с рождения. Они всегда жили, и будут жить мечтами и воображением.

Дмитрий задумчиво пожевал губами. Как-то заковыристо мохван выразился, но суть понять можно. По мнению волка, люди уходят от себя, просматривая телепередачи, сериалы, занимаясь не свойственным им делом, к которому у них нет призвания или минимального интереса, занимают свои головы пустыми мыслями и образами. Они создают ограниченные мирки личных игр, в которых прячут своё сознание, чем и пользуется неизвестный враг, усугубляя ситуацию.

– Ты думаешь о том, чтобы найти для Огли светария? – спросил, наконец, он.

Император задумчиво сощурил свои жёлтые глаза.

– Да. Однако светариев остается всё меньше и меньше. Причина в том, что смерды значительно быстрее овладевают своими способностями. Они используют всевозможные средства, чтобы ускорить процесс. В этом им помогают алкоголь, наркотики и масса других веществ, смещающих центр восприятия. И Огли не способен общаться с гефами в силу своего геномного набора. Он не видит снов. Его посещают иногда видения в состоянии альфа-сна. Его психика оказалась нестабильной. Порой он не может справиться с приступами паники, страха и безудержной ярости. Он иногда ведёт себя как смерд. Меня пугает это. И я не знаю, как ему помочь.

Арвох закряхтел в кресле, потягивая хрусткие суставы и, через зевоту выдал:

– Светарием Огли не стать. Его защищают гены Фортегсии и урханов. Нет смысла приглашать для него специального преподавателя, гефы не смогут контактировать с Огли. Они погибнут в его сути или откажутся идти на взаимодействие. Я не могу даже представить, какие могут быть последствия подобного контакта. А смерды серьёзно пошатнут его физическое здоровье, вплоть до убийства или доведения до самоубийства. Состояние внутреннего баланса у него постоянно перевешивает в сторону мохванского воспитания, это означает, что не исключено его превращение в смерда. Его модифицированные гены содержат элементы воинственных цивилизаций. Только дисциплина позволит ему сохранить себя. Не забывайте, что кое-кто всунул в Виктора искру бесчувственных ос Фортегсий. И, кажется, я знаю, кто это сделал, – Советник укоризненно покачал в сторону волхва пальцем с огромным когтем, но не посмотрел в его сторону.

Дмитрий в недоумении развёл руками.

– Ну, да, я сделал это, вопреки настоянию Евгения Виднева и записям в терадях Рохау. Женя предупреждал меня, но я не послушал его. Каюсь. И вообще, не понимаю, из-за чего вы так волнуетесь? В любом случае Огли не сможет вернуться на Землю. Самая подходящая среда обитания для него Войор или Сопр.

– На Войоре тоже есть смерды, стоеросовая твоя башка! – простонал Арвох. – Они повсюду. Они даже сейчас, на нашем корабле прислуживают офицерам! Они участвуют в исследовательских изысках Центрального Процессора и преемника Императора. Их тут тысячи!

– Арвох прав, – прорычал Император. – Решено, я отправляюсь на Мохван. Побуду в форте с Огли. Там нам будет легче спрятать его и от смердов, и от мохванов пока он не подрастёт.

–Пока мы долетим до Мохвана, Огли вырастет. Он же не киборг, как мы с тобой, дружище, – Арвох усмехнулся и поднялся; уходя, на прощание приобнял Императора. – Мне пора.

– Дмитрий, – Ахн-бис снова начал неистово тереть шею. – Что такое Аим? Тебе что-нибудь известно об этом явлении?

Старик мотнул задумчиво головой. Слово знакомо ему из истории. Аим это один из демонов, слуг Сатаны.

– Ну, в общем-то, да. Почему ты спрашиваешь, Император?

– Огли сказал, что видел Аима в одном из смердов, здесь на флагмане. Что ты об этом думаешь?

– Говоришь, видел Аима?

Теперь волхв тёр шею. Ребёнок не мог знать имя демона. Ему никто из преподавателей не читал бестиарий времён иезуитов. Значит, Аим не выдумка, а живое существо, назвавшееся ребёнку. Или так представилась суть игрока-смерда, случайным или неслучайным образом попавшая на флагман Императора в теле пленного землянина.

– Да, так сказал Огли. Он видел Аима в глазах смерда.

Дмитрий сглотнул. Если Огли подцепил пыль смерда, то Император убьёт его.

– Император, не стоит так буквально реагировать на фантазии малыша, – пожал через силу плечами старик, пряча взгляд. – Вероятно, Огли прочитал о демонах книги в нашей библиотеке. Вот и всё объяснение. Твой шут впечатлительный малыш. Ад Алигьери заперт давным-давно, и кроме Эдгара туда никто не мог проникнуть – силёнок вскрыть врата не хватит. А уж теперь, когда Игра Лансе и Рохау взорвалась в Берлине, подавно никто не сумеет высвободить ни одного демона. Это же всего лишь игра самого Алигьери, который и застрял там, в своём мире, в своей Игре, со своими демонами. По последним сведениям, добытым моими ведьмами, демоны в аду Алигьери вымирают. Их осталось там меньше десятка. Так что, опасаться нечего.

Император сдержал тугой вздох и сощурился, испытующе наблюдая за стариком. Что глава пытается скрыть? Нет смысла с ним разговаривать: старик ничего путного не скажет, но явно, что-то знает об Аиме. Трусливый старикашка…

– Что, теряешь корни своего славного русского рода, глава? – Съязвил мохван, заставив волхва покраснеть от стыда. – Я всё равно выясню всю правду об Аиме. Иди, Дмитрий. Встреча Огли и смерда уже состоялась. Нам остаётся только ждать последствий. Время покажет, каким существом вырастет мой маленький шут, – Император всё же не удержал тяжёлый вздох и быстро выпустил нервно сжатую в ладони рукоять кинжала. Он убьёт Огли, если тот вырастет смердом, после этого взорвёт ЦП вместе с собой. И убьёт старика, который малодушно скрывает нечто важное. Неужели мельчает род волхвов? Или этот конкретный экземпляр давно просится в объятия крыльев нави? Остаётся надеяться, что на его место придут те, кто не потерял связь со своей Родиной, честью, достоинством и совестью. Русские волхвы во все времена славились именно этой силой.

Действительно, Огли станет взрослым, пока они долетят до Мохвана. Но волк не хотел об этом думать.

Выходя от Императора, Дмитрий ощутил, как по спине защекотала струйка холодного пота. Аим. Где-то он уже слышал. Рохау когда-то упоминал о нём, но, что именно, волхв не сумел вспомнить. Он говорил о шаре, демонах из садов ада Алигьери. Аим в шаре. Тогда, где шар, если Аим оказался в человеке? И не тот ли это шар, который принёс сотни тысяч лет назад волхвам пёс богов?! Вряд ли. Шар путей демонов надёжно спрятан в хранилище на заброшенной базе.

Да уж, старость кромсает память, выветривает сквозняками времени нужные сведения.

Шар демонов. Что же говорил о нём Рохау?

3. Дмитрий осторожно обошёл зал с пирующими солдатами и скользнул в свою тесную каюту. Он всерьёз был встревожен. Что ещё известно о силе смердов? Огли человек, гуманоид, хоть и с мутированными генами. Он также испытывает страх и злость, что может стать спусковым механизмом для возобладания над ним пыли ненависти. Огли может стать переносчиком и распространителем вируса агрессии?

Старик нетерпеливо шагал по комнате. О своей судьбе он уже не задумывался. Его время скоро истечёт. Нужно обеспечить Огли безопасностью. Но как это сделать? Пока только один выход: учить Огли контролировать эмоции. Самоконтроль и есть лучший щит против заразы Смердов.

Сопя, Дмитрий извлёк из кармана Книгу Искр, но так и не открыл её. Задумчиво погладил тёмно-синюю обложку, украшенную клыками урханов. Он вдруг вспомнил о молодом наместнике Императора Сэ-тхи. Генерал Сэ-тхи высказал первым предположение о появлении новых, неизвестных игроков, которые, якобы, отдают команды Би-Ферзям и мохванскому Центральному Процессору. Правда, никто не знает, обитателями какой планеты являются, и что собой представляют.

Сэ-тхи один из молодых и амбициозных киборгов последнего поколения, разработанный ЦП для захвата высокотехнологичной цивилизации игроков, которые равнодушно взирали на все остальные миры и их войны. Он же будущий преемник Императора. Правда, не совсем было понятно, что получат мохваны после захвата загадочной цивилизации новых игроков. Эти невероятные игроки, если действительно сущетсвуют, слишком развиты, если верить словам генерала, чтобы мохванам удалось обнаружить их мир. Странно, что Император о них не обмолвился. Не знает? Эти неизвестные существа ни с кем не контактируют, полагая, вероятно, что бессмысленно связываться с обезьянами. Их не может заинтересовать ничего ни в мире мохванов, ни в других мирах. На любую попытку войти с ними в контакт, в ответ лишь приходили насмешливые формулы, не поддающиеся никаким расшифровкам. Эти игроки не пользовались общей игровой сферой Земли. У них собственный источник в неизвестной части Вселенной. Гордые фортегсии, уверенные в их существовании, сотни раз пытались их обнаружить, но забросили попытки наладить с ними дипломатические отношения, считая их послания откровенным издевательством и насмешкой. Земляне же, обнаружившие странные электромагнитные вбросы, считали их просто, космическим шумом и не придавали особого значения периодическим синалам. Но Сэ-тхи не сдавался, упорно работая в лабораториях, и делился результатами только с ЦП. Его хищная морда почти всегда светилась от радости. Каждый раз, покидая лабораторию, мохван хватал первого попавшегося ему на пути раба и затаскивал в свою каюту, чтобы напитать свой уставший мозг свежим протеином. Среди рабов ходят слухи, что Сэ-тхи далеко зашёл в своих исследованиях. Говорят, ему удалось воспроизвести голограмму таинственного игрока. Он также участвовал в проекте по созданию Императрицы, так как ЦП уже давно планировал отформатироваться и пройти Преображение, чтобы обрести плоть и настоящую власть. Пока ЦП и Императрица разные виртуальные объекты, порой позволяющие себе отдавать противоречивые приказы своей общей армии. Но до их объединения осталось совсем немного.

Старик встряхнулся. Пора идти на занятия с Огли.

Покинув комнату, Дмитрий встретил своего ученика Лехсана и войорского командора Сажмата. Принцесса Фортегсии невозмутимо двигалась по потолку, периодически шевеля усиками-антеннами.

Сажмат напряжённо оглядывалсяя по сторонам и прислушивался, опасаясь столкнуться с группой голодных мохванов. За пару лет, проведённых на флагмане Императора, преподаватели так и не смогли побороть панический ужас перед волками. Страх нарастал с каждым днём, ведь из тех, кто попал на корабль мохванов вместе с ними, многих уже не стало.

Группа преподавателей подошла к огромным весям, которые сами собой раскрылись перед ними. Всю группу в то же мгновение оглушил истошный крик Огли. Ребёнок дико кричал, корчась на полу от боли. Дмитрий испуганно бросился к нему, схватил на руки и прижал к груди.

– Тише, малыш, тише. Мы здесь. Мы с тобой.

– Няня… Где няня?! – Огли хрипел и оглядывался одичавшими глазами. – Ей больно!!! Отпустите её!!! Ей больно!!!

Тело ребёнка выгнулось в руках волхва.

Дмитрий склонился к уху Огли и зашептал заговор. Спустя несколько секунд малыш замолчал. Он погрузился в трансовое состояние, позволяющее его подсознанию отдыхать.

– Ему нужны гефы. Чужие гефы. Они помогут ему. – Неуверенно прошептал Лехсан.

Дмитрий бережно опустил Огли на меха и сел рядом.

– Не уверен. Мы сегодня обсуждали это с Императором. Его советник не видит смысла в таком объединении, предполагая, что это может быть опасно для ребёнка.

– Но, вы же видите, что Огли не справляется! – возмущённо вскинулся войори Сажмат.

– Нужно дождаться пробуждения Огли, поговорить с ним, и потом решать, – прошипела принцесса Фортегсий и осторожно спустилась на пол, тихо постукивая твёрдыми лапами по поверхностям.

Учителя терпеливо сидели рядом в ожидании. Император предупреждал их, чтобы они не пытались пробудить маленького шута от альфа-сна. Прошло почти два часа, прежде чем ребёнок очнулся. Он осмотрелся и сел.

– Скажи, Огли, – обратилась оса. – Ты боишься своих видений?

– Нет, – Огли сглотнул, радумывая над своми видениями и своему к ним отношением. – Нет, принцесса, не боюсь. Но от них мне плохо. Я вижу, что другие дети ничего не видят. Иногда они кричат во сне, зовут маму. А я не сплю. И у меня нет мамы. Я ухожу в другой мир. Там чёрные молнии плетут странные узоры, будто рисуют будущее. Эти молнии созданы очень давно. Они пробегают сполохами через бесконечное пшеничное поле на Земле. Это очень красиво. Они кем-то созданы. Не вами и не мной. А кем-то, кто есть во мне. Частичка создателя этих молний есть во мне, и я не знаю, что это такое. И там есть два пшенияных поля – одно над другим. Нижнее погибает, а верхнее разрастается очень быстро. А вы знаете, что у меня за видения? Что они такое?

Огли поднял голову и по очереди вопросительно посмотрел на каждого учителя в ожидании ответа.

– Нет, малыш, мы не знаем, – тихо ответил за всех Лехсан и ласково потрепал его по щеке. – Нам пора приступать к занятиям. Принцесса, начинайте, пожалуйста, первая.

Огли послушно обхватил голову принцессы и, прижавшись лбом к её фасеточным глазам замер, впитывая знания цивилизации инсектов.

Дмитрий оглянулся на Сажмата. Фиолетовые глаза-звезды войорского командора задумчиво наблюдали за ребёнком. Тёмные глаза. Мутные. У всех войори глаза ярко-фиолетовые, насыщенные, живые. И только у народов Сячшиза и Хуннуба глаза сливовые, с водянистым, глубоким бликом. А у этого войори в радужке изгибаются змеи узорной пыли.

Дмитрий сглотнул от ужаса и, быстро вскочив на ноги, закрыл собой Огли.

– Сажмат, ты ещё светарий? Или продал свою душу смердам?

Глаза войори внезапно помутнели, смазав границу между зрачками и сверкающей радужкой. В это мгновение принцесса Фортегсия резко отсранилась от Огли и с шипением поднялась на задние ноги, готовясь к нападению на смерда и закрывая собой маленькго шута. Её брюшко выпустило длинное жало, испускающее марево. По комнате поплыл запах озона. Все замерли.

– Так, что ты скажешь, Сажмат?

Воин опустил глаза.

– Кем бы сейчас я не являлся, я, прежде всего войори. Да, смерд. И представляю для всех вас серьёзную угрозу. Не испытывайте ко мне ненависти, иначе погибните. Ради Огли держите себя в руках.

Сажмат опустился на колени. Он всё также продолжал держать голову опущенной, а глаза полуприкрытыми. Но по щекам потекли тонкие струйки чёрной пыли.

– Я войори. В нашем мире есть древняя традиция. Когда воин войори понимает, что может нанести вред своим соплеменникам или больше не может принести пользы, он просит о смерти. Это ритуал. Убей меня, Дмитрий. Дай мне шанс погибнуть как воину сейчас, пока я не причинил никому вреда.

– Я не убийца и не солдат, – Дмитрий с горечью отвернулся. – Принцесса Фортегсия или Лехсан могут это сделать. Принцесса из касты воинов так же, как и ты. Проси её, славный воин Войора.

Принцесса ос пела о героях Войора, о сражениях, о дыме и огне, о мечах на крыльях урханов, о матерях, потерявших своих сыновей в схватках. На седьмом круге принцесса застыла за спиной войори. Её жало вырвалось, стремительно взлетело над головой воина и растворилось в воздухе. Марево растаяло. Всё произошло быстро. Сажмат опрокинулся на спину и застыл.

– Покойся с миром, славный воин Войора, – с этими словами Огли завязал мёртвому глаза его же повязкой. – Когда-нибудь мы снова встретимся.

Малыш задумчиво опустил глаза на свои руки и с интересом смотрел на тоненькие струйки чёрной пыли, вьющейся узорами с кончиков его ногтей. Пока взрослые разговаривали, Огли вонзил свои острые ногти в руку мёртвого войори и вслушивался в серебристый звон. Пыль звенела, перетекая из руки воина в его кровь. Аим жадно поглощал пыль смердов, набираясь сил. Кровь в жилах шута звенела битым стеклом и отдавалась эхом внутри головы, создавая нечёткие образы неведомых миров. Она закипала чистой и совершенной чернотой. Консолидация демонов под одним именем Аим. Аим обещал защитить его от чужой боли. Огли, склонив голову на бок, вслушивался в течение чёрной пыли в своей крови. Демон обещал силу и здоровье, но замутнял сознание голодом крови. Они почти заключили договор. Ещё чуть-чуть…

– Я научу тебя быть воителем, – шептал голос битым стеклом. – Не сегодня, но завтра ты перестанешь страдать от чужой боли. Ты будешь рад сражениям, и созидать их вокруг себя, питая свои силы. Я буду твоими доспехами. Я стану ужасом в глазах твоих врагов. Позволь мне быть частью тебя. Скажи, что ты хочешь этого. Призови меня по имени, Огли, и я явлю для тебя всю свою мощь. А в обмен лишь возьму твои сны. Сны, которых у тебя почти нет. Они такие крошечные, что ты даже не заметишь, чего лишился. И я помогу найти того, кто убил твоих детей, Лакшми.

– Ты возьмёшь не только мои сны, лукавый Аим. Ты будешь владеть и моим телом, когда я буду призывать тебя. Но захватить меня полностью тебе никогда не удастся, как и уйти в другие души, чтобы заражать их своей пылью. Я запрещаю покидать меня. Ты мой. Навсегда. Моё тело отныне будет твоей тюрьмой. А моего врага ты и сам пожелаешь найти и покарать. Это я обещаю тебе. Так, что не нужно манипульровать мной и моей памятью из прошлых жизней.

Огли улыбнулся. Он устал от боли тех, кто умирал в пытках на столах мохванов. Он постоянно, ежечасно ощущал их страдания, и они копились в его сути, превращаясь во влажный, неимоверно тяжёлый шар его собственной боли.

– Я согласен объединиться с тобой, – прошептал ребёнок, поднеся к лицу чернеющие пальцы.

– И я согласен признать тебя своим господином. Произнеси моё имя, Огли. Призови меня.

– По правилам ритуала Войора, мы должны отдать тело либо войорским скирам, либо дереву урханцириуса, – оса задумчиво склонилась над телом.

Невзначай принцесса отвлекла ребёнка. Огли повернулся к учителям, вслушиваясь в их разговор. Битое стекло в голове стихло, затаившись в подсознании в терпеливом ожидании.

– Действительно, – подтвердил Дмитрий.

– Здесь нет дерева, но есть арахподы. Их привезли разведчики, и Император оставил их для утилизации ненужных мохванам тел рабов. – Огли погладил лоб принцессы. – Не волнуйся, моя принцесса, я всё сделаю. Учитель Лехсан, погрузи войори на тележку. Я отвезу его к паукам. Меня никто из мохванов не осмелится остановить.

Дмитрий удивленно посмотрел на ребёнка, но ничего не ответил.

Сэ-тхи величественным жестом отпустил офицеров, и в рубке остался только молодой Ахн-дас, который с усмешкой смотрел на товарища.

– Тебе никогда не стать пэром Земли, – Ахн-дас сел в кресло. – Этот лакомый кусочек заприметила Стора. Она ничего не выпустит из своих коготков.

Сэ-тхи досадливо хлопнул ладонью по стене.

– А жаль. Если она не отдаст добровольно мне Землю, я заберу её силой. Пройду Преображение и сброшу на планету свой десант. Мне надоели жалкие сомнения Сторы. Почему она тянет время? Чего она боится? Людишки слабы, хрупки после исчезновения главы Дмитрия, его легендарной Лунной роты и доктора Рохау. Ведь, если не ошибаюсь, этот хилый патологоанатом серьёно влиял на игровые полотна и отменно защищал Землю. Теперь они не смогут дать нам достойный отпор!

– Возможно, Императрица ничего не боится. Ты ведь не посвящен во все планы ЦП. Спроси у неё, почему она не захватит силой эту маленькую планетку прямо сейчас. Может, у неё есть на этот счёт какие-то свои планы, в которые она не торопится кого-то из нас посвящать. Или, может, имеются препятствия? И, кстати, Стора тоже пройдёт Преображение.

Глаза Сэ-тхи опасно сверкнули. Его голос сорвался на хрип:

– Я не дам ей пробудиться!!!

– Ты играешь с огнём, Сэ-тхи. Ведь кто-нибудь может выдать твои амбиции Императору или Сторе. Это, откровенно говоря, заговор, мой друг. Опасный заговор. Ты же и так в недалёком будущем сменишь старого Императора Ахн-биса. Наберись терпения. Тебе предстоит занять трон мохванской Империи, а Стора станет тебе женой. Чем же тебе не нравится план Центрального Процессора? Никакого контроля. Вся полнота власти будет в твоих руках, ведь Стора, будучи живым воплощением ЦП будет занята другими делами.

– Кроме тебя, меня никто не может выдать. А ты этого не сделаешь.

– Как по-детски ты капризничаешь, – усмехнулся Ахн-дас, скрывая презрительную усмешку в янтарных глазах. – Думаешь, топнул ножкой и Земля твоя? По-моему, ЦП не особо утруждался, создавая тебя. О чём он думал, вкладывая в тебя столько вздорности и гордыни?

Сэ-тхи удивлённо взглянул другу в глаза. Голос генерала несколько раз повторился в его голове, спонтанно отыскивая аналоги речей бывших игроков Земли – так устроена система опознавания у всех бывших эмиссаров жуков Би-Ферзей. Уж не Рохау перед ним? Нет. Нет, точно не он. Но отчётливо повеяло чьей-то мощной Игрой.

Да и поза мохвана смутила преемника: тот вальяжно развалился в кресле, закинув ноги на стол. Его рука медленно, ритмично хлопала по бедру рукояткой кнута, предназначенного для наказания рабов.

Ахн-дас появился на несколько десятков лет раньше рождения Рохау. Но с генералом определённо что-то не так. Это не полуразмыкание и не сбой командной программы. Это сумрачный шлейф связи души тянется за ним золотыми крыльями, будто царица смерти ему невеста… Тьфу, что за вздор?

Генерал в это время поднялся и вышел в смежный кабинет, продожая хлопать рукояткой кнута по ноге. Выходя, он бросил странный, не поддающийся разумению Сэ-Тхи взгляд исподлобья с загадочной кривой ухмылкой.

Мысли Сэ-тхи внезапно потекли по другому руслу. Правда ли, что тысячи лет назад мохванов победила одна единственная женщина? К какому народу она относилась? В культуре Войора она изображена почти так же, как первые, экспериментальные киборги жуков: тело человека, голова рыжей кошки или львицы. В культуре Земли тоже есть о ней упоминание. Её по сей день чествуют соприаны пта, считая самой могущественной богиней любви. Почему любви, если она была воительницей? В информационных базах ЦП ничего нет о ней, кроме картинок, где она стоит на пъедестале рядом с Императором мохванов, возможно, с Ахн-бисом; и небольшой статейки о поражении мохванов в бою с нею. Она точно кошка. Но какая? Пустынная, лесная, подземная? Легенды гласят, что она обладала столь разрушительным оружием, что даже Фортегсия присягнула ей на верность. Что за оружие? Уж не легендарный ли шар путей демонов, созданный первым игроком – Хранителем Ра? Вряд ли. О нём лишь ходят глупые легенды. Впрочем, как и о самом первом игроке. Много вопросов возникает и по поводу шара путей демонов. Его собрал Хранитель Ра в аду Алигьери, но ад этого игрока появился значительно позже, чем шар. Как тогда он это сделал? Неужели, правда, то, что Хранитель обладал способностью шагать по загадочным рёбрам Мироздания, которые переплетают время в одном событийном полотне? Он мог ходить в прошлое и будущее? Просто ходить?

– Ответь, Ахн-дас, ты из рода Императоров. В тебе ведь осталась какая-нибудь информация о богине Сахме и её оружии?