- -
- 100%
- +
Отношения между родителями и детьми
так же трудны и столь же драматичны,
как отношения между любящими.
Андре Моруа
Вы когда-нибудь были абсолютно счастливы? Вот прям совсем-присовсем счастливы, без всяких «если бы да кабы», без всяких «почти»? Я была. Да, была абсолютно счастлива, потому что была молода и красива, у меня была интересная работа, у меня был любимый человек. У меня было всё, чтобы быть счастливой. И я была абсолютно счастлива до шести часов вторника, пока не вернулась с работы и не встретилась с папой.
Зашла я вся такая счастливая домой, только успела скинуть туфли и поставить сумку на тумбочку, как из зала появился папа.
– Дочка, хочу тебя обрадовать, ты через месяц выходишь замуж! – сказал он бодро.
– Да? Конечно, мы с Борей планируем пожениться, но не в ближайшее время… – ответила я, не понимая к чему такая спешка.
Мы с Борей работали в институте на одной кафедре. И он, точно так же, как и я, занимался наукой. Мы с ним планировали дописать наши кандидатские диссертации и потом уже пожениться. Так что свадьба этим летом в наши планы точно не входила.
– А причём тут Боря? – посмотрел папа на меня поверх газеточитальных очков. – Выходишь ты замуж за другого, за Роберта, сына моего друга.
– Папа, это не смешно, сегодня не первое апреля, твоя шутка запоздала ровно на месяц и сколько-то там дней, – сказала я и протопала в ванную мыть руки.
Папа пошёл следом за мной. Да что это с ним? Обычно он никак не реагировал на моё возвращение домой, лежал себе на диване, смотрел телевизор, читал газеты… А тут прям по пятам ходит.
Я включила кран, зажурчала вода, но папу это не остановило.
– Валерия, это не шутка, – сказал он официально. – Всё очень серьёзно. На прошлой неделе я встретил своего армейского друга Стаса, я тебе говорил, – начал объяснять папенька.
– Мне ты этого, допустим, не говорил, – поправила его я, вытирая руки типа о турецкое полотенце. – Скорее всего ты говорил это маме…
– Не важно, – перебил меня папа. – Но сегодня Стас приходил к нам в гости и мы с ним всё обсудили. У него есть сын Роберт, примерно твоего возраста, ну, может чуть постарше года на три-четыре. Так вот, мы решили, что вы будете отличной парой и должны пожениться.
– Папа, что за глупости? – уставилась я на своего отца. – Мама, что сегодня с папой? – призвала я на помощь здравый рассудок нашей семьи.
С кухни, вытирая тарелку, появилась мама.
– Это не глупости, – таким серьёзным тоном сказала мама, что сразу стало понятно, что она с папой заодно и на её помощь рассчитывать не приходится. – Сегодня действительно приходил Стас, друг твоего отца. И знаешь, мне он очень понравился. И сын, наверняка, у него тоже должен быть хорошим.
Я прошла на кухню и осушила графин с водой. Я ничего не понимала. С мамой-то что?
– Мам, скажи честно, ты почему с отцом заодно? Друг отца Стас – это же не Стас Михайлов?
– Дочка, что за ерунду ты говоришь! – возмутилась мама. – Я этого Михайлова терпеть не могу!
– Да, как же, – буркнула я. Как будто это вовсе не моя мама ему подпевает и подтанцовывает, слушая радио.
– Решили без меня меня женить? Не выйдет! – уверенно заявила я, встав в позу. – Крепостное право давно отменили, и я не принцесса, чтобы выходить замуж по политическим расчётам. Так что потрудитесь объяснить своему Стасу, что я занята! – сказала я и ушла к себе в комнату, громко хлопнув дверью, давая понять, что разговор окончен.
Не хотелось в этом признаваться, но, кажется, мои родители сошли с ума. Хотя и говорил в мультике папа дяди Федора, что с ума поодиночке сходят, но в этот раз, видимо, не пронесло.
Я вздохнула и села на кровать. Кто бы мог подумать, что моим родителям придёт в голову отдавать меня замуж за совершенно незнакомого человека, даже не спросив моего согласия. А если он вообще урод какой-нибудь? Или дефективный? Вот только страшненького Ивана-дурачка мне в мужья и не хватало!
Словно прочитав мои мысли о потенциальном будущем супруге, в комнату вошла мама.
– Стас показывал фотографии сына на телефоне, – мягко сказала она, присаживаясь рядом со мной. – Очень красивый молодой человек. Высокий, чёрненький, смуглый, глаза такие чёрные-чёрные. Вы будете отличной парой – ты светленькая, беленькая, рядом с ним будешь смотреться такой нежной… А то вот что твой Борька? Сам как женщина – худой, бледный, какой-то вечно апатичный, витает где-то в своих мыслях.
– Боря занимается наукой, он очень умный, – вступилась я за своего любимого. – И к тому же, раньше ты не возражала против его кандидатуры в мужья.
– На безрыбье и рак щука. А тут, когда такой шикарный вариант появился и думать нечего. Родители замечательные – отец у него бывший военный, сейчас в отставке, мать учительница. У тебя с ней будет много общего.
Я снова вздохнула. Я всё ещё не могла поверить, что всё это правда, а не розыгрыш.
– Мам, неужели вы с папой серьёзно думаете, что я выйду за кого-то там замуж, только из-за того, что вы так захотели?
– Выйдешь, – в комнату зашёл папа и остановился возле двери. – Как миленькая выйдешь.
– С чего это такая уверенность? – вскинула я голову. – Я вам не рабыня, господские прихоти выполнять.
– А с того, что если будешь рыпаться и характер показывать, оставлю тебя без квартиры.
– Что? – не поняла я. – Как это, оставишь без квартиры? Она же уже практически моя!
– Ничего не твоя, – спокойно возразил отец. – Квартира пока на моём имени. Мы договаривались, что это будет твоим свадебным подарком. Выйдешь замуж за Роберта, получишь квартиру, как и было условлено. Не выйдешь – не видать тебе двухкомнатной квартиры. Будешь со своим Борькой по съёмным хатам скитаться.
– Ну и пусть! – вскочила я с кровати. – Думаете, вы заставите выйти меня замуж за нелюбимого человека, шантажируя квартирой? Да никогда! Лучше с любимым рай в шалаше!
Недолго думая, я выскочила в коридор, схватила сумку и выбежала на улицу.
Моё сердце бешено колотилось. Как могло моим родителям прийти в голову, не дать мне практически уже мою квартиру? Да я сама вместе с мамой туда и обои, и мебель выбирала, и занавесочки вешала! А теперь, чтобы жить в своей же квартире, я должна выйти замуж за кого-то идиота! Да пусть подавятся своей квартирой! Вот завтра же подадим с Борей документы в ЗАГС и пойдём квартиру снимать.
Я быстро достала из сумки телефон и нажала на любимый номер.
– Алло, Боря? Нам нужно встретиться. Прямо сейчас. Срочно. Давай в парке через 10 минут, я уже иду туда.
Прибавив шаг, я поспешила в парк. Я была уверена в Боре. Я уже представляла, как он будет возмущаться, кричать, что не допустит этой свадьбы, что сейчас же пойдём к моим родителям и скажем, что мы женимся.
В парк я пришла первой. И ничего удивительного – я была так зла, что из меня энергия так и лезла, я не могла спокойно стоять на месте. Но, поразмыслив, плюхнулась на скамейку. Молодость молодостью, а ножки беречь нужно.
Вскоре появился и Боря. В лёгкой курточке и очках, высокий и худенький. Мне казалось, что в нём сразу издалека можно было заподозрить преподавателя вуза – уж больно он был похож на Шурика, такой же рассеянный, живущий в своём мирке.
– Лера, что случилось? – Боря присел рядом со мной на скамейку. – Ты какая-то взволнованная. Надеюсь, это не связано с нашей кафедрой? Никто там бунт не поднимает, заведующего не свергает?
– Нет, с Иваном Юрьевичем всё в порядке, и дело не в работе, – ответила я. – Дело касается лично нас.
– Вот как? И почему же тогда ты меня так срочно вызвала на разговор? Интересно, в чём дело? Надеюсь, ты не беременна? – Боря подозрительно посмотрел на меня.
– Боря! – одёрнула я его.
– А что? Мы же обсуждали, что нам пока рано, что сначала нужно защитить кандидатскую. Но если ты беременна, то мы можем это обсудить.
– Да не беременна я! – выкрикнула я с раздражением так громко, что проходящая мимо бабулька укоризненно посмотрела на меня. – Меня хотят выдать замуж!
– Как замуж? Кто? – Боря неподдельно удивился.
– Мои родители. Папа встретил своего давнего друга, у которого есть сын примерно моего возраста и они решили, что мне с его сыном нужно непременно пожениться.
– Хм… – протянул Боря. – От твоего папаши, конечно, всего можно ожидать.
– Я вообще-то другой реакции ожидала, – как бы с намёком сказала я.
– Какой именно? Ты, конечно, ответила отказом на это дикое предложение?
– Естественно! – фыркнула я.
– Ну и всё тогда. Меня тогда зачем сюда дёрнула?
– Как зачем? – удивилась я. Я же только что представляла, что мы с Борей сию секунду побежим подавать заявление в ЗАГС.
– Ты отказалась выходить замуж за сына какого-то товарища твоего отца. Вот и отлично, вопрос решён. Разве не так?
– Так, но…
Да, Боря был прав, вопрос решён. Да, я не выхожу замуж за сына какого-то там друга отца. И нет никакой необходимости нам с Борей прямо сейчас бежать жениться. Всё верно. Чего-то я сгоряча лишнего напридумывала.
– Папа сказал, что если я не выйду замуж за того парня, он не подарит мне квартиру, – зачем-то, совершенно не в тему, сказала я.
– Как это? – встрепенулся Боря. – Как это не подарит? Квартира же уже твоя?
– Нет, квартира не моя, – покачала я головой. – По документам она принадлежит папе. И он решил, что может меня ею шантажировать. Как будто я выйду замуж за неизвестно кого ради квартиры.
Боря молчал. Минуты через две он всё же заговорил.
– Насколько я понял, когда мы решим с тобой пожениться, то жить в твоей квартире, которая как оказалось и не твоя вовсе, мы не сможем?
– Да, получается так, – ответила я, копая каблучком туфельки ямку под лавочкой.
– Знаешь, мне кажется, это несправедливо, – сказал Боря. – Ты столько труда вложила в эту квартиру. И отказываться от неё тоже не вариант.
– В смысле? – я непонимающе уставилась на Бориса.
– В том смысле, что жалко терять твою квартиру. Мы же рассчитывали, что после того, как поженимся, будем там жить. Ты прекрасно понимаешь, что нам с нашей работой нелегко заработать на свою жилплощадь.
– Боря, я всё ещё не понимаю, что ты хочешь сказать. Да, папа пригрозил, что не подарит мне эту квартиру. Я ответила, что она мне не нужна, что я лучше с тобой по съёмным квартирам мыкаться буду, чем жить в той квартире с нелюбимым человеком.
Боря опять замолчал.
– Нет, нам нельзя терять твою квартиру.
– И что ты предлагаешь? – спросила я.
– Я предлагаю разумный выход из сложившейся ситуации. Ты выходишь замуж за этого парня, получаешь квартиру, оформляешь её на себя и спокойненько разводишься. А потом мы с тобой, как и планировали, женимся и счастливо живём в твоей квартире.
Если бы я не сидела, я бы точно села. Такого я от Бори не ожидала.
– Блин, Боря, ты понимаешь, что если я выйду замуж за него, то мне, возможно, придётся с ним спать? – сказала я очевидные вещи, о которых Боря, видимо, забыл подумать.
– И что? Это же не измена. Это будет вынужденная мера. Ты, главное, постарайся не забеременеть. Ты девочка умная, думаю, тебе это по силам.
Я сидела обалдевшая. Да, квартиру, несомненно, было жалко. Но вариант предложенный Борей… Дикость какая-то. Выйти замуж из-за своей же квартиры, потом развестись – слишком сложная схема и не очень приятная. А если учесть, что её предлагал мой любимый человек, то на душе становилось даже как-то гаденько.
– Нет, Боря, я так не могу, – ответила я. – К чёрту квартиру, рано или поздно сами на свою заработаем.
– Лера, не будь глупой, наивной и романтичной дурой. Это жизнь, здесь нужно не только сидеть и мечтать, но и выживать. И все способы хороши. Ничего страшного не произойдет, если ты полгода поживёшь с этим парнем. Зато потом у нас будет своя квартира. Лера, нам нельзя её упускать.
Я сидела, опустив голову. Вроде бы Боря и прав, квартира хорошая, полностью обставленная, с новым ремонтом. Нам с Борей о такой квартире только мечтать и мечтать. Да и, в конце концов, Боря мой будущий муж, и я должна к нему прислушиваться. Если он считает, что нужно выйти замуж, чтобы не потерять квартиру, значит, так и нужно поступить.
– Ладно, Боря, я подумаю, – сказала я, вставая с лавочки. – Может ещё родителей смогу переубедить насчёт свадьбы. Ты меня не провожай, мне нужно побыть одной, всё обдумать.
– Как скажешь, – сказал Боря, чмокнул меня в щёчку и зашагал к выходу из парка.
Я тоже потопала домой. Голова гудела и ничего не соображала. Мне явно нужно было расслабиться. Я зашла в магазин возле дома и купила бутылку своего любимого белого вина и пару апельсинчиков. Бутылочка аккуратно и незаметно примостилась у меня в сумочке, нечего её родителям показывать.
Едва я переступила порог дома, как по команде, в прихожую вышли папа с мамой.
– Ну и? Что решила? – тут же спросил папа.
– Пока ничего, – ответила я. – У меня есть время на раздумье?
– Можешь подумать до утра, – смилостивился родитель. – Хотя я всё равно сказал уже Стасу, что ты согласна.
– А его сын, Роберт, кажется, тоже уже согласен жениться на незнакомой девушке?
– Там такой сын!.. Гордость, а не сын! Отец сказал надо, значит, надо и это не обсуждается. Всё-таки сын военного человека, – с гордостью за будущего зятя сказал папа.
Я вздохнула. Ясно, какой муженёк меня ожидает – маменькин и папенькин сыночек.
– Ужинать будешь? – спросила мама, направляясь на кухню.
– Нет, – ответила я. – Я апельсины купила, у себя в комнате поем, – ответила я и скрылась в своих «апартаментах». Правда, «апартаменты» пришлось ненадолго покинуть – для поедания апельсинов мне нужен был ножик, чашка и штопор.
Свалив дипломные и курсовые работы студентов в одну кучу, я освободила немного места на столе, нарезала апельсин, налила вино в чашку. Ну, вот почему у меня нет подруг? Мне сейчас так нужно было с кем-то поговорить, выговориться, пожаловаться на свою судьбу… А я тут должна сидеть и пить вино в одиночестве.
Друзья познаются в беде. А у меня их не было никогда – ни в беде, ни в радости. Зачем мне подруги? В школе были одноклассницы, в институте сокурсницы, на работе коллеги. А вот подруг у меня почему-то не было. Да и не чувствовала я в них необходимости. До сегодняшнего дня. А вот сейчас мне очень, ну очень нужна была подруга.
И тут мой сотовый запищал. Я схватила телефон. Кто это? Борька? Может он передумал выдавать меня замуж?
Но нет, это пришло сообщение в ватсапе с незнакомого номера. Сообщение гласило: «Добрый вечер! Давай постараемся подружиться». Я тупо смотрела на экран телефона. Неужели небеса меня услышали и посылают мне подругу? Но по аватарке было не ясно кто это – там была сфоткана машина.
Я отправила ответное сообщение:
«Кто ты – девушка или парень? Сколько тебе лет?»
Через минуту пришёл ответ: «Я девушка. Мне тридцать».
Я выдохнула. Ура! Кажется, у меня может появиться настоящая подруга.
«Почему ты решила мне написать?» – спросила я.
«Мне скучно и одиноко и я решила послать сообщение на первый попавшийся номер, с надеждой, что может, кто-нибудь откликнется».
«Здорово! Мне тоже сейчас одиноко. Сижу, пью вино одна. Представляешь? Впервые в жизни выпиваю одна!»
«А что случилось?»
«Родители хотят выдать меня замуж против моей воли за человека, которого я даже не видела».
«А ты что? Не хочешь?»
«Конечно, нет! Я его даже не знаю! Тем более у меня есть любимый человек».
Ответного сообщения нет. Куда же пропала моя подруга?
«Ты где?» – написала я, не вытерпев одиночества.
«Я здесь. На кухне молоко убежало».
«Догнала?»
«Да, полный порядок! Так что там с твоим парнем, которого ты любишь?»
«Ничего особенного. Мы хотели пожениться, но тут родители такое устроили…»
«А ты уже приняла решение по поводу замужества?»
«Не знаю. Вроде бы как бы и приняла, а вроде бы как бы и не приняла пока. В общем, не знаю»
«Хочешь совет?»
«Да» – тут же написала я. Разве не это сейчас нужно было мне больше всего? Совет подруги, именно этого я хочу!
«Встреться с тем парнем, за которого тебя хотят выдать замуж. Думаю, увидев его, тебе легче будет принять решение. Одна встреча ещё ничего не значит, и ты ничего не теряешь, кроме пары часов, проведённых в незнакомой компании».
«Точно! Как я сама до этого не додумалась! Кстати, меня зовут Лера. А тебя?» – решила я познакомиться со своей подругой. Кажется, от неё может быть толк.
И опять в ответ тишина.
«Ты где? Опять молоко убежало?»
«Я здесь. Меня зовут Наташа».
«Приятно познакомиться, Наташа! Рада, что ты мне написала! Надеюсь, мы станем подругами!»
Я сделала ещё пару глотков вина. Но напиваться мне уже не хотелось. Вот пообщалась с Наташей, и мне сразу стало легче. Всё же Наташа права, нужно, пожалуй, встретится с этим Робертом, и посмотреть, такой ли уж он красавчик, как его описывала моя мама.
Утром я проснулась совершенно счастливая. И была ею, пока не вспомнила, что вчера родители пытались мне какого-то жениха подсунуть.
Я прислушалась к звукам в квартире – было слышно, как папа собирается на работу, а мама готовит ему завтрак. Мне на пары нужно было идти позже, чем папе реагировать на заводской гудок, поэтому я решила переждать, пока уйдет папа, лёжа в постели. Мне не хотелось встречаться с ним после вчерашнего, мало ли, опять речь о замужестве заведёт.
Но выпитое мною накануне вино стало настойчиво проситься наружу. Накинув халат, я рискнула незаметно прошмыгнуть в туалет. В туалет я прошмыгнула, а вот на выходе нос к носу столкнулась с папой. Хотя, судя по всему, он меня специально поджидал под дверью туалета.
– Забыл тебе сказать, что сегодня придут тебя сватать. Так что у тебя будет возможность познакомиться с женихом, – совершенно невозмутимо сказал папа так, словно я к этому событию полгода готовилась.
– Эй, а моё мнение кто-нибудь будет спрашивать? – крикнула я вслед удаляющемуся на кухню папе.
– Нет! Не в этот раз! – прилетело мне в ответ.
Вообще папа был у меня добрым, мягким и хорошим. Но упёртым. Если что-то вобьёт себе в голову, то это уже никакими щипцами оттуда не вытащишь.
После ухода папы, мама меня предупредила:
– На работе не задерживайся, никаких заседаний кафедры и проверок дипломных работ, сразу домой. Будешь помогать мне стол накрывать.
– Ага, как же, жди! – воспротивилась я. Хоть с мамой-то можно попрепираться.
– Лера, не вздумай выкинуть какой-нибудь фокус! Отец тебе этого не простит! – строго сказал мама.
– Средневековье какое-то, – пробормотала я, допивая чай с блинчиками.
Вот только попадись мне этот Роберт! Я ему покажу, на ком он жениться собрался.
В моей голове никак не укладывалось – неужели взрослый мужчина готов жениться на совершенно незнакомой девушке, только потому, что этого хотят его родители?
На работе за день не произошло ничего сверхвыдающегося, всё те же лекции и всё те же пересуды на кафедре о том, кто против кого дружит. Боря вёл себя так, словно и не было между нами вчерашнего разговора. Я тоже не стала говорить ему, что сегодня должен прийти Роберт с родителями. Ладно, пусть пока всё будет по-прежнему, по ходу дела разберёмся.
А дома меня уже вовсю ждала мама:
– Ты чего так долго? Ещё салаты не готовы! Нарежь фрукты, расставь тарелки! Быстрее, быстрее, сейчас гости придут! – подгоняла она меня.
– Ну и пусть приходят! Я никого не звала, вы это затеяли, сами всем и занимайтесь!
– Лера, не зли меня! Быстро переодевайся и на кухню!
Возражать и говорить маме можно всё что угодно, но всё равно, придётся делать так, как она скажет. Нацепив на лицо крайне недовольное выражение лица, я поплелась на кухню
Наконец, «праздничный» стол был готов. Пришедший с работы папа оценил его по достоинству.
– Молодцы, знатно постарались! – удовлетворённо крякнул он и засел перед телевизором.
– Лера, а ты почему до сих пор не одета? Ты что, гостей в халате будешь встречать? – накинулась на меня мама, как будто не я ей всё это время на кухне помогала. – Марш к себе в комнату и оденься поприличнее!
– Да, мамочка, конечно! – радостно пропела я, так как мне в голову пришла гениальная идея.
Я надела своё летнее платье, которое застегивалось на две дюжины мелких пуговок. Обычно я половину из них даже не пыталась застегнуть, но теперь я застегнула их все до одной, до самого подбородка.
Потом я смыла всю косметику. Ха, такой я даже сама на себя в зеркало смотреть боялась. Зачесав волосы назад, я попыталась сделать бабушкин пучок. Но это оказалось настолько непросто, что пришлось просто ограничиться хвостом, перехваченным резинкой. Видимо, искусством «пучка» только к старости и можно овладеть. Эх, если бы меня заранее предупредили об этом мероприятии, неделю бы голову не мыла!..
В завершении образа, я нацепила очки. Зрение у меня было не ахти, но я старалась их не носить, чтобы глаза не халтурили. А вот сейчас они были в самый раз.
Я взглянула на себя в зеркало. Ни дать не взять, библиотекарша из фильма «Влюблён по собственному желанию». Но только очень худая. Ну и что, зато буду сидеть так, словно жердь проглотила. Я была довольна. Глядя на меня, Роберт точно не воспылает ко мне любовью с первого взгляда.
Удовлетворенно хмыкнув, я, наконец, выпорхнула из своей комнаты.
– Лера! – всплеснула мама руками. – Ты что?! А ну быстро прими нормальный человеческий вид! – развернула меня мама и начала подталкивать обратно к комнате.
Но было уже поздно. Раздался звонок входной двери. Мама только и успела одёрнуть своё платье и принять вид счастливого и всем довольного человека, как папа уже открывал дверь.
– Здравствуйте, здравствуйте!.. Проходите, проходите!.. – в коридоре сразу стало тесно, а у меня в руках оказался огромный торт, бутылка вина и, поверх этого всего, букет цветов. Всё это стало для меня предлогом для того, чтобы прошмыгнуть на кухню, а не в зал, где был накрыт стол.
Гости рассаживались, а я пыталась вспомнить, где у нас ваза. То ли от волнения, то ли от расстройства, я совершенно обо всём позабыла.
– Лера, ну чего ты здесь стоишь! Марш к гостям! – просунула мама голову в проём кухни.
– Ага, – кивнула я и поставила цветы в трёхлитровую банку. Про местонахождение вазы я так и не вспомнила.
Когда я вошла в зал, все уже сидели. Радостный папа во главе стола, на стуле слева от него мама, искренне пытающаяся быть радостной и не переживать по поводу приготовленных блюд. Я села на стул рядом с мамой.
А наши гости сидели напротив, на диване. Сам Стас был подтянутым, в нём чувствовалась военная выправка. Чем-то он мне напоминал Эркюля Пуаро, хотя был он повыше и похудее.
Его супруга была пониже, округлая миловидная блондинка с волосами, собранными в аккуратную причёску. Она с интересом и по-доброму смотрела на меня.
С краешку на диване примостился Роберт. Да, смуглым и высоким он был в отца. А вот глаза у него были явно от матери. Он тоже смотрел на меня, но с таким лицом, прям точь-в-точь мистер Дарси. Оставалось надеяться, что гордости и спеси в нём поменьше.
Как оказалось, отец Роберта Станислав Андреевич был майором в отставке, и сейчас занимался строительством загородного дома, «родовое поместье для будущих внуков» гордо называл он его. Его супруга, Светлана Анатольевна, тоже была на пенсии, а до этого преподавала в школе историю.
Сам Роберт работал в МЧС. «Отлично! – подумала я. – Наверно, я должна быть безмерно рада, что он, по крайней мере, не рядовой рабочий на заводе».
Вечер проходил оживлённо и весело – для пожилой половины собравшихся. Мы же с Робертом сидели, словно воды в рот набрали. Про нас как-то особо и не вспоминали. Мы словно были лишними на этом празднике жизни пожилого поколения. Наконец, отец Роберта это заметил.
– А что это молодёжь у нас совсем молчит? Не интересно вам с нами? Вам бы, наверно, лучше наедине побыть, познакомиться друг с другом поближе.
– Да, да, – подхватил мой папа. – Лерочка, прогуляйся с Робертом, на улице отличный майский вечерок, покажи какой у нас тут рядом парк.
– Хорошо, папа, – пискнула я и поспешила к выходу.
Уже на лестничной площадке меня догнал Роберт. Мы молча вышли из подъезда и так же молча пошли к парку, где я позавчера объяснялась с Борей.
Ах, Боря!.. Как мне тебя не хватает!.. С этим Робертом даже поговорить не о чём, наверняка он туп как….
– Папа сказал, что ты пишешь кандидатскую диссертацию, – прервал Роберт ход моих мыслей. – Ты, наверно, очень умная.
– Нет, ты что! – запищала я. – Я вообще очень глупенькая. Училась в университете на платном отделении, потом папа в институт работать устроил, а сейчас мне кандидатскую за деньги пишут. Я сама в этом совсем не разбираюсь, – продолжала я пищать противным тоненьким голосочком. – А так, кандидатскую мне напишут, выступление подготовят и…