Дух. Угроза под сенью леса

Кстати, что касается той самой охоты охотников, которые шумят… Я же не договорил? Немного отвлёкся на пауков и их способы охоты. Так вот… Эти самые охотники радуются. Думают, что они просто вспугнули какое-то гнездовье! На самом деле местные твари пытаются их выдавить из леса. Я, наверное, ещё не рассказывал о том, что минимум раз в год случается нашествие тварей? И наш город на целую неделю оказывается в осаде лесных существ, которые пытаются прорваться за стену, и уничтожить всех живых. Был даже случай, когда пара тварей всё же прорвались в город. Стены не помогли. И тогда первыми погибали именно жители Трущоб. Так что вы можете понять, почему жители Трущоб были настолько равнодушны к собственной жизни? По сути, у них просто не было выбора… Именно такое отношение к жизни заставляло их так наплевательски относиться и к собственной, и к чужой жизням. Поэтому сами жители Трущоб были готовы вцепиться друг другу в глотки. И не только в лесу. Даже в городе.

В Трущобах редко когда появлялись так называемые хранители правопорядка. В первую очередь по той причине, что там могли друг другу глотки рвать все кому не лень. Хорошо ещё, что не находилось идиотов, которые считали бы, что им кто-то что-то должен платить? Ведь жители Трущоб, по сути, выполняли роль своеобразного буфера между центральными районами и внешней стеной, что было продемонстрировано не так давно. Буквально пару лет назад, когда монстры из леса всё же прорвали стену. Именно в телах жителей Трущоб они и застряли. А что было бы если бы здесь не было настолько отмороженных на голову людей? Да всё просто… Эти твари легко и просто прорвались бы сквозь эти заграждения, и сумели бы добраться до центральных районов. А это для местного руководства было бы весьма нежелательно. Да и кто бы жил в Трущобах, если бы их даже здесь пытались грабить различными налогами? Проще было бы жить в лесу.

Именно об этом я и спросил у Петра в один из дней, когда нас снова при входе в город ограбили охранники, забрав почти две трети нашей добычи. Он криво усмехнулся в ответ и заявил о том, что видимо скоро так и будет происходить. Самые эффективные охотники просто уйдут вместе с семьями в лес. А там ведь жить можно. По крайней мере, там тебя не грабят просто потому, что якобы дают тебе безопасность. Услышав этот разговор, охранники пытались было возмутиться. Но тут же заткнулись. Так как из караулки вышел их командир, который был видимо немного другого мнения. И тогда им пришлось вернуть нам часть того, что они забрали. Конечно, они не вернули всё. Но хотя бы в тот день у нас было мясо на ужин, и на продажу. Вы, конечно, тут же спросите у меня о том, за что нам надо было бы платить, если мы не платим никаких налогов на проживание в Трущобах? Ну, начнём с того, что одним мясом сыт не будешь. Иногда мы покупали зерно, чтобы перемолоть его в муку, и испечь хлеб. Что поделаешь, но приходилось быть более эффективным для самого себя. Можно было, конечно, пойти в магазин и купить хлеба там. Даже в Трущобах было такое заведение. Вот только там хлеб была такой… Больше похожий на какую-то сырую глину… Честно говоря, я даже не знаю из чего его пекли! Даже мои лепешки, которые я сам выпекал из муки, которую сам же и смолол, были гораздо вкуснее и больше похожими на настоящий хлеб, чем всё то, что продавали там. А цены были такие же, как на хороший хлеб в центральных районах. Так зачем мне такая глупость? Так что приходилось тратится. На питьевую воду тоже надо тратиться. Фильтры стоят денег. По крайней мере, те самые угольные, которые продавались у нас. Один такой фильтр стоил не меньше полутора жетонов. Вернее, надо сказать, что ты мог купить сразу два фильтра за три жетона. Никто же не будет разрезать жетон ради твоей прихоти? Поэтому приходилось зарабатывать деньги, чтобы их опять же тратить… Так что тут всё закономерно. Но даже в этом случае мы могли отложить немного денег. Например, те же самые топоры или ножи время от времени ломались, и их приходилось покупать. Хотя Пётр был весьма интересным разумным. Взять хотя бы тот факт как он учил меня выбирать топор? Оказывается, по топору можно было легко определить его качество. Знаете как? Когда берёшь топор, и легонько молоточком стучишь по лезвию. Железо об железо, как говорится. Знаете, какой звук должен быть у хорошего качественного топора? Как хрусталь! Звонкий и чёткий. Я правда не знаю, что такое хрусталь? Но так говорил Пётр, и я ему верю. Кроме того, стоит обратить внимание на тот факт, что звук действительно был чистый. А у тех топоров, которые продавались в последнее время в городе, звук был глухой и какой-то мягкий. Пётр говорил, что этот топор просто недостаточно закален и откован. Ну, или откован неправильно. Хотя это само по себе вызывало некоторые сомнения. Вряд-ли какие-то кузнецы, как их называл Пётр, сидят где-то и куют эти самые топоры. Я это знаю по той причине, что Пётр мне кое-что показал. То, что ему когда-то преподал его собственный отец. Он говорил, что это их родовое умение, и оно передавалось из поколения в поколение. Так вот… Мы с ним однажды ушли на целых три дня в лес. Именно после этого мне и дали прозвище Дух. Ведь в лесу выжить три дня считалось просто невозможным. Но не для нас с Петром… Добравшись до одного места, которое было нам весьма интересно в виду того, что это была пещера в скалах, причём пустующая по какой-то причине, Пётр заставил меня таскать сюда все найденные сухие ветки и различные палки, какие только можно было найти. Вы, конечно, тут же мне скажете о том, что вроде бы у нас тут везде папоротник? Откуда же там могут взяться палки и ветки? Так вот папоротник, когда вырастал до такого размера, становится своей внутренней структурой очень плотным, как дерево. Вот его отпавшие ветки я и приносил. Мы их аккуратно рубили на мелкие части, и выложив из камней своеобразную печь, Пётр в ней раскаливал купленный новый топор практически добела. После чего старался его закалить. Не всегда это получалось. Но в последнее время, когда мы выяснили что например та же самая жировая ткань сколопендры, которую приходилось обычно выбрасывать вместе с хитином, неплохо позволяла закалить раскаленный металл, стали собирать такую добычу. Эта жировая ткань заменяла нам какое-то там масло. Только это был жир. И благодаря этому, мы больше не портили наши топоры. А делали их более прочными, чем те же самые топоры, которые продавались в городе. Надо сказать, что после такой закалки топор дольше сохранял свою остроту, и был даже прочнее. Чем мы старательно и пользовались. Обычный купленный в городе топор раза в три быстрее стачивался и приходил в негодность. А это всё-таки хоть какая-то, но всё же экономия. Кроме того, Пётр учил меня работать с той самой своеобразной древесиной растений. Она была достаточно мягкая, чтобы из неё делать тоже самое древко для топора. Такое древко очень хрупкое и быстро ломается. Многие жители города мучились с этим вопросом. Особенно те, которым приходилось пользоваться именно такими топорами. Да, где-то с другой стороны города вроде бы была высажена специальная роща земных деревьев. Но древесина с тех деревьев была редкостью, и стоила очень дорого. Поэтому древесину мы с Петром никогда не использовали. Сам же Пётр объяснил мне, что необязательно использовать как древко именно дерево. Например, древко его топора, которое он пересаживал с топора на топор, было изготовлено из хитина скорпиона, которого когда-то убил его дед. Он сделал несколько таких заготовок, как следует помучившись с ними. Всё-таки этот хитин был достаточно прочным, и поэтому пришлось очень постараться, чтобы получить желаемое. Зато теперь у него был запас этих самых рукояток для топоров. Которым он и пользовался. А я позже оценил качество подобного изделия. И понял, что в некоторых случаях хитин действительно полезен. А мы тупо его выбрасываем! Например, в той же самой скале, где была пещера, текла подземная река. И сама эта пещера была довольно глубокая и выходила прямо к подземной реке. А так вот вода в этой подземной реке была очень холодная. И Пётр показал мне одну задумку, которую когда-то сделал ещё его дед. Там было специально сделано такое своеобразное озерцо, где он хранил мясо и тот самый жир, который добывал с местных тварей. Ему не было необходимости всё это выбрасывать. Мясо местных тварей, в отличии от обычного мяса животных Земли, не слишком быстро портилось. Поэтому был шанс получить возможность хранить подобные запасы здесь. Видимо именно из-за текущей воды никакие местные существа не пытались свить здесь гнездо? Ну, иначе я просто не понимаю того, почему в такой удобной пещере никто из местных тварей не устроил для себя лежбище?

Но теперь и это было неважно. Важно было другое. Важно было то, что у меня появилось своеобразное убежище. Мы именно в том месте и ночевали несколько ночей подряд. Но с Петром это было редко. Когда же я остался один, так как Пётр был уже достаточно стар, и в конце концов все-таки умер, мне пришлось чаще там оставаться. Я был достаточно молод. Так как мне было всего пятнадцать лет. И находились всякие умники, которые пытались меня использовать. Ещё бы! Пацану исполнилось всего пятнадцать лет, а он уже довольно неплохо охотится! Так почему бы его не заставить работать на себя?

Первым таким звоночком оказалась попытка одной из соседок, которая кстати была очень недовольна появлением меня и моей матери на данной территории, и часто оскорбляла мою мать различными нехорошими словами. И тут вдруг начала требовать, чтобы я делился с ней своей добычей? Мотивировала она это тем, что добрые соседи должны друг другу помогать.

– А когда это ты нам помогала? – Удивлённо посмотрел я на эту наглую женщину, которую звали Тамара, но при этом никто не называл иначе как Тамарка – давалка! С чем это было связано, я надеюсь не надо объяснять? Она всё пыталась найти себе какого-нибудь ухажера, хотя бы районов третьего, а лучше второго пояса города. Видимо мечтала туда когда-нибудь перебраться? Вот только кроме как личных услуг, которые от неё получали буквально задешево, ничего взамен она предоставить не могла. А в последнее время она стала вообще никому не нужна, так как состарилась. И теперь ей приходилось, как и всем женщинам, старательно выходить к месту, которое называлось Лагуной. Там обычно женщины из города устраивали рыбную ловлю. Рыба здесь была в основном похожа на земную мурену. Кто-то говорил, что это что-то вроде весьма своеобразных пиявок – переростков? Но нам-то какая разница? Выбирать особо не приходилось. К тому же особо крупную мурену, которую можно было здесь поймать, и которая превышала своим размером метров десять в длину, выкупали и в центральных районах города. Те самые рестораны, которые там были. Вот же кто удобно устроился? Можно легко и просто сидеть на еде, при этом, не покидая Центрального района города. Поставщики сами стараются тебе доставить продукты. Удобно, скажу я вам…

Видимо из-за того, что Тамаре в последнее время приходилось напрягаться, эта дамочка и решила, что ей можно попытаться на меня надавить? А может быть она думала, что сохранила остатки своей былой красоты, и теперь надеется на то, что я стану для неё мужем? Раньше возможно так и было бы. Тамара была достаточно стройной, с хорошими формами красивой женщиной. Длинные волнистые волосы русого цвета красиво обрамляли миловидное лицо. Всё вроде бы было при ней… Вот только её стервозный характер всё портил! Нет… У нас тут такие фокусы уже бывали. Так что пусть поищет другого дурака… А я уже знал чем такая глупость и доверчивость могут закончится! Например, по соседству со мной жил один молодой паренек, на данный момент ему было едва лет двадцать. Раньше он жил с семьей своего старшего брата, который и помогал ему, подкармливая время от времени и давая возможность заработать. После его гибели, этому парню не оставалось ничего другого, как взять на свой баланс семью своего брата. Жену и четырёх детей. Так что теперь этот молодой мальчишка двадцати лет от роду, оказался женат на сорокалетней женщине, у которой было четверо детей. Старший из которых едва его не догонял по возрасту. Старшему из этой четвёрки уже было восемнадцать лет. Вот только этот старший мальчишка, которого, как бы это не было обидно, тоже звали Семёном, отказывался помогать кормильцу семьи. И всё время указывал на то, что это тот обязан его кормить. Сергей же, тот самый мальчишка, который был вынужден взять в семью своего брата на свой собственный баланс, и уже четыре года так маялся, был молчаливым и спокойным. Чем тебе и пользовались его домочадцы, часто устраивая ему скандалы. Особенно тогда, когда охота была безрезультатной. Безрезультатной, по их мнению, охота была тогда, когда он не мог ничего продать. И в лучшем случае было мясо на еду. Но даже в этом случае, эти умники устраивали такой скандал, что Сергею время от времени приходилось прятаться у меня. Чтобы был хоть какой-то покой. Но в последнее время мне пришлось попросить его больше ко мне не приходить. Дело в том, что в последний раз прибежала его жёнушка – Анастасия, и начала орать. Раз я его у себя прячу, то значит я обязан их кормить! Вы себе такую наглость представляете? И ведь знает же стерва, что я обычно возвращаюсь всегда с добычей. Поэтому видимо считала, что я лучший кандидат в кормильцы для её семейства. А следом примчались и ее отпрыски, которые также начали возмущаться. Сергей как обычно промолчал. А вот я разозлился…

– Так… А ну пошли все вон отсюда! – Яростно выкрикнул я, резко выхватив топор, заставив их броситься врассыпную. – Если ещё раз вас здесь увижу, то вы пойдёте у меня на мясо! Мне тогда и охотиться не придется! Надо же… Четыре раскормленные придурка, и их разожравшаяся мамаша! Да тут мне на целый месяц еды хватит!

Естественно, что после подобного здрасте они исчезли с моего порога. Проблема для них была в том, что они уже знали два главных правила, имеющихся у меня.

Во-первых, я никогда не хожу с одним топором. У меня их за поясом минимум два. А то и три. Что поделаешь, но такова жизнь. В любой момент топор можно потерять. В том же самом лесу, к примеру. Вернуться и поискать пропажу вряд ли получится. Не всегда есть возможность пройти тем же самым маршрутом, каким ты шёл в прежнюю сторону…

Во-вторых, я довольно неплохо метал топор. У меня возле дома стояла специально подготовленная мишень. В которую я минимум пару часов в день кидал топоры. Так что мою меткость в метании подобного снаряда никто из них сомнению не поддавал. И поэтому никто не хотел оказаться у меня в списке врагов. Конечно, кто-нибудь мог бы заявить о том, что эти умники могут сейчас побежать, и на меня на жаловаться? Могут, конечно. Никто с этим не спорит. Однако, учтите главный фактор, про который вы возможно забываете… Проблема как раз в том, что эти самые умники также прекрасно знают ещё один факт. Как я уже говорил, стражи порядка, которые так любят бродить по Центральному району, и максимум по районам второго кольца, к нам никогда не заходят. То, что происходит в Трущобах, в Трущобах и остаётся! Поэтому жаловаться здесь кому-либо бессмысленно. К тому же, я не зря сказал, что они очень раскормленные. Эта семейка настолько зажралась на добыче Сергея, что позволяла себе слишком многое. Они даже позволяли себе не печь собственными руками хлеб, а покупать его. Хотя, как я уже говорил, по своему качеству тот хлеб, который продавали в нашем магазине, был больше похож на глину. И что-то мне подсказывает, что муку там с чем-то перемешивали? Но это мне сейчас было неважно.

– Слушай, Серёга… – Повернулся я к парню, который с удивлением вжался в угол, и пытался понять, что же этот такое вдруг проснулось во мне, обычно спокойном и невозмутимом парне. – А она хотя бы выполняет супружеские обязанности? Может она в постели настолько великолепна, что ты уже четыре года кормишь её, и её семейство? Нет… Я не спорю… Когда умерли твои родители, именно твой брат тебе помогал. Но проблема в том, что его нет уже четыре года. Тебе тогда было шестнадцать лет. А сейчас её сыну уже восемнадцать! Почему он не ходит с тобой на охоту, как ты ходил со своим братом с пятнадцати лет?

Как я понимаю, что подобный вывод и высказывание со стороны мальчишки, которому едва пятнадцать лет стукнуло, выглядело для него весьма оригинально, и даже в чём-то смешно? Но, при всём этом, я пытался понять причины, по которым этот самый Сергей вынужден терпеть возле себя всех этих кровососов, которые тянут из него по максимуму еду. Тем более, что подобное поведение действительно выглядело как-то необычно и даже странно. Особенно со стороны того, кто сам был в таком положении. И почему-то позволяет сидеть у себя на шее, что, по-моему, вообще неприемлемо.

– Да понимаешь… Он всё время говорит, что устал… – Задумчиво пожал плечами Серёга, удивленно посмотрев ещё раз она меня, видимо тоже не ожидал от меня подобных откровений. – Хотя я сам не понимаю, где и как он устаёт? Ведь на рыбалку он не ходит… Да и никто из них туда не ходит! Есть любят. Выбора как такового просто не остаётся…

– Ну ты, конечно, влип! – Я задумчиво почесал лезвием топора подбородок, что явно переросло в меня в привычку именно после того, как я увидел, что так делал Пётр. – Но я бы на твоём месте как следует подумал над этим вопросом. Кому они вообще нужны, кроме тебя? Так что пусть постараются… Хотя бы Анастасия пусть попытается тебя удовлетворять, как жена! Ведь должен же и ты хоть что-то получать от неё в благодарность? Если она не может, то её доченьки пусть постараются. Или пусть все вчетвером стараются. Раз их сыночек не хочет работать. А что? Это мысль. Будешь хозяином гарема!

Расхохотались мы оба. И уже потом, когда мы просмеялись, Серёга только махнул на меня рукой, и тихо вздыхая направился обратно домой. Судя по всему, в ближайшее время, его не ждёт никакой нервотрепки. Ведь после столкновения со мной, эти красотки явно будут вести себя гораздо тише, и всё из-за того, что случилось. Я не зря их назвал их всех красотками. Видели бы вы Семёна, который так разъелся, что больше был похож на женщину, чем на мужчину. Я не имею в виду то, что он был сильно жирный. Нет. Он был какой-то весь слишком ухоженный. Хотя для Трущоб это было довольно странно. Вы, конечно тут же поинтересуетесь тем, причём тут дочери этой самки, которая никак не могла для себя найти самца? А тут всё просто. Самая младшая из них была уже возрастом в шестнадцать лет. Так что, в данном случае, можно было понять тот факт, что она может выполнять некоторые функции. Вообще-то, в нашем мире, подобное было в порядке вещей. Если самка достигала детородного возраста, то обычно с этим вопросом женщины сами старались поспешить. Так как мужчины, как охотники или добытчики ресурсов, могли в один прекрасный момент просто погибнуть. Вообще в нашем городе, как по крайней мере я слышал от охранников на воротах, ситуация с деторождением была примерно равна. На десять мальчиков приходилось десять девочек. Вот только до детородного возраста доживало очень мало подобных людей. Как сказал кто-то в шутку, мужчина – это случайно выживший мальчик! Так вот… До возраста шестнадцати лет, в котором у нас уже можно было организовывать полноценную семейную ячейку, доживало из десяти максимум пять мальчиков. В результате этого, перевес был значительным. В дальнейшем мужчин становилось ещё меньше. И как результат, соотношение шло уже минимум пять к одному. Так что, скрипя зубами, руководство нашей колонии было вынуждено признать тот факт, что было бы неплохо ввести опять многоженство. Я слышал про такой способ жизни на Земле. Кажется, это было в моде в каких-то там арабских странах? Но там, по крайней мере, был своеобразный закон. Я это всё понимал только потому, что мне Пётр про подобное рассказывал. А ему рассказывали его родители. Так вот… Там жениться на женщине мужчина мог только в том случае, если он может её обеспечить. Точно также речь шла и о других женах. Всех их нужно было обеспечивать одинаково. В нашей колонии данный вопрос решался проще. Женщины сбивались вокруг мужчины для того, чтобы выживать вместе. По крайней мере, в Трущобах так и было. Взять хотя бы эту Анастасию, жену Сергея. которая вела себя как, будто бы ей всё и все должны. И надо же было ей такое придумать, что заявила как будто бы я ей что-то должен? Честно говоря, я сначала хотел рассмеяться. Вот только в нашем мире над такими вещами смеяться просто нельзя. Опасно. Стоит один раз отнестись к этому вопросу без должного внимания, и всё. Вы думаете, что есть другие варианты? Нет тут подобного. Она серьёзно намеревалась попытаться подмять меня под себя. Ещё бы! Так как им нужно было обеспечить себя притоком ресурсов. Тут легко можно понять главное. Ведь два охотника могут больше приносить добычи? А за последние годы она привыкла к тому, что получает всё, не давая за это ничего в ответ. Именно поэтому я и разозлился. Выгнав её из своего дома. Да, это пока что мой дом. Возможно, вы тут же вспомните о том, что Пётр, когда учил меня закалять и даже немного проковывать топоры, говорил о том, что это древнее искусство его рода? Искусство или мастерство, сейчас это не сеть важно. Я это тоже прекрасно помню. Но проблема была в том, что у Петра детей не было. Та самая женщина, которую он когда-то полюбил, предпочла другого. Того, кто жил в районе третьего кольца. И хотя потом пыталась всё-таки всё вернуть назад, когда её женишок, вполне ожидаемо, оказался не у дел, фактически всего лишь ввязавшись в азартные игры. В результате чего проиграл буквально всё. И тогда эта красотка вспомнила про Петра. Хотя при этом, она явно искала попутно себе дополнительные варианты. После того, как её заметили в компании с жителями второго кольца города, Пётр вообще перестал с ней общаться. А её судьба была заранее уже предрешена. Когда она забеременела от кого-то, про неё все тут же забыли. И в результате эта дамочка также вернулась в Трущобы. Нищая и никому ненужная. Вот где она была потом, и какова была её судьба впоследствии, я не знаю. Да и Пётр особо не интересовался. Ведь дамочка хотела лучшей жизни? Вот она и получила то, чего заслуживала.

Возможно кто-то тут же сейчас скажет о том, что в данном вопросе Пётр был немного неправ? Я так не думаю! Особенно если учитывать тот вариант, что она действительно хотела даже его заставить работать на себя, когда уже жила с другим мужчиной. Вот и тут было видимо точно также? Эта самая Анастасия, хотела не только прокормить свою семейку. Но и надеялась на то, что будет жить в своё удовольствие. А если два охотника будут снабжать ресурсами её семейство, то возможно так и будет? Вот только я не понимал главного… По сути, у неё есть второй охотник. Её собственный сыночек! Так почему же она его не использует для того, чтобы тот приносил домой больше мяса? Ведь он мог ещё с пятнадцати лет охотиться, чтобы добывать всё необходимое? Так нет же…

Кстати… Стоит отметить тот факт, что она была не единственной желающей получить халяву! По соседству жил ещё один умник такого же рода. У него была семейка из шести женщин. Его супруга и пять дочерей. Я не знаю, куда он их так плодил? Вот только сам этот умник, которого звали Джоном, видимо в качестве своеобразного напоминания о том, что он когда-то имел отношение к англичанам, категорически не желал охотиться. Да и работать он не хотел. Вся толпа женщин, которые были вокруг него, по его мнению, должна была его обеспечивать. Конечно, они ходили на рыбалку, и даже были довольно удачливы в этом вопросе. Вот только ему всего было мало. Сначала этот умник попытался сам прийти ко мне. Но видимо известие о том, как я поступил с этой самой Настей, и её семейством, уже всё-таки дошло до него? Поэтому сам он ко мне соваться не стал. Подослал свою дочь. Сначала одну… Потом вторую… Причём настолько нагло, что я даже на некоторое время растерялся. Ну, сами подумайте… Приходит ко мне девчонка, двадцати лет от роду, и нагло требует, чтобы я немедленно отправился с ней, так как её отец соизволил со мной разговаривать? Возможно, она сказала всё это и не так, но подразумевалось-то именно это? Эта дамочка без каких-либо сомнений заявила о том, что я должен чуть ли не как прислуга бежать к её отцу, только потому, что тот о чём-то хочет поговорить… Что за бред? Надо тебе поговорить? Приди и сам поговори. Я не прислуга тебе! Естественно, что возмутившись подобным наскоком, я дал понять этому семейству, что разговаривать с ними о каких-либо глупостях просто не собираюсь. Тем более, что весь этот разговор для меня действительно является какой-то глупостью. Я ведь прекрасно понял то, чего он хочет. Он собирался привязать меня к своему семейству при помощи одной из дочерей. Причём сразу стоит отметить тот факт, что он хотел чтобы я вошёл в его семейство как младший родственник. Но никак не забрал его дочь к себе. Хотя, так и должно быть! Дочь уходит в чужую семью. Так нет же… Этот умник оперировал тем фактом, что мне всего лишь пятнадцать лет. И я не имею права, по законам колонии, организовывать собственную семью. А значит, я должен радоваться тому факту, что меня решили усыновить. Непонятно кто, и непонятно зачем. Но это и неважно. Важно в данном вопросе другое. Важно было то, что этот умник решился на такую шутку. Меня же подобное просто раздражало. Сначала я выгнал одну его дочь. Потом пришла другая. Это красотке было уже двадцать три года. И скажу сразу… Видимо она пошла своей внешностью в папу? Этот умник был довольно упитанный, и коренастый. Как и эта своеобразная красотка. Так вот… Когда я увидел эту красавицу, которая видимо рассчитывала на то, что она справится со мной, то просто рассмеялся. Это же надо было до такого додуматься? И какой идиот ей сказал о том, что я вообще захочу с их семейством дело иметь? Пришлось её выгнать, также замахнувшись топором.