Иное измерение. Какой мир, такие и нравы

Красные песчаные вихри начали формировать своеобразные тени монстров из самого песка, воплощая в реальность кошмары, которые обитали в этой пустоте. Мой спидер, казалось бы, плыл прямо по бурлящим дюнам, окутанный кроваво-красным свечением. И из-за этого всем мне приходилось с напряжением вглядываться в этот калейдоскоп страшных форм, возникающих из мерцающего песка. Красные силуэты пустынных монстров, проявляющиеся тот тут, то там, сразу же становились частью своеобразного карнавала образов, где каждый вихрь создавал свой уникальный облик. Колесо же их формы вращалось, создавая пугающий танец в пустоте. Все эти эфемерные монстры были как живая эссенция красного песка. Их тела постоянно меняли форму, то сливаясь с природой вихря, то вновь возникая из него, словно они были бесконечно перерождающимися созданиями. Бурное красное свечение вокруг них создавало ощущение неведомого магического заклинания, словно я, неожиданно для себя, именно в этом месте стал свидетелем проявления могущественной магии, сплетенной этими бесформенными существами в единую какофонию энергетических линий. Мне даже казалось, что это своеобразная пламенная энергия, истекающая из этих монстров, пульсировала по песчаным волнам, создавая звуки, словно они были барабанами в огромном ритуальном танце. Некоторые из этих несуществующих монстров казались слившимися с самим вихрем, будто они были его продолжением, а не просто созданиями, существующими в этом кроваво-красном море. Странный звук, похожий на крик пустоты всё больше нарастал, заполняя воздух. Это был крик, который был не столько звуком, сколько эманаций самой Тьмы, проникающей в каждый уголок их сознания. Миражи-монстры всё больше развивали свой танец, будто они пляшут под музыку красного огня, который не только освещал, но и оживлял каждую частицу этого песчаного океана. Кому-то могло показаться, что эти миражи монстров пытались издавать свои собственные безмолвные крики, но их пасти не двигались, и звука, за общей какофонией ветра и песка слышно не было. Хотя сама их сущность проникала в душу, заставляя всех живых разумных, кто мог наблюдать за всем этим, почувствовать всем своим естеством тёмный импульс этого красного Ада.

Под этим давлением я постепенно впадал в ощущение бескрайности, словно сам, по глупости своей, въехали в эти красные волны, уносящие меня в неизведанный мир, полный таинственных сил и могущества. Из песчаных вихрей иногда высовывались такие же призрачные песчаные руки, словно пытаясь обнять тех, кто был рядом, вовлекая их в этот мистический танец сущностей. Моя машина сквозь этот красный ад двигалась все быстрее, погружаясь во всё более глубокие слои этой таинственной пустоты. И часто я просто не мог оторвать своего взгляда от этого удивительного, но в то же время угрожающего представления.

Сквозь мистический танец монстров и вихрей красного песка, мой спидер неожиданно вынырнул этой бури событий в своеобразную пустоту. И я сразу даже не понял того, что произошло. Я прорвался! Я прошёл сквозь территории этого Песчаного моря. И теперь передо мной расстилалась уже обычная пустыня, хоть и с таким же кроваво красным песком… Но… Не настолько уж и пустая, как возможно мне бы захотелось? Когда я всё же разглядел то, что вижу перед собой, то даже замер на некоторое время. От неожиданности. Да, я хотел бы добраться хоть до какого-то подобия цивилизации? Но не настолько же? Так как передо мной открылась весьма специфическая картина. На достаточно открытом поле, между несколькими достаточно большими дюнами можно было разглядеть десяток весьма специфических объектов, которые лично мне напоминали именно какие-то грузовики, разных времён Земли. Были машины похожие на МАЗы… Были похожие на Уралы и Студебеккеры, с которых наши потом свои ЗИСы клепали… Хотя в них были и некоторые отличия. В тех же колёсах, и кузовных элементах. Не говоря уже пол то, что было у них в кабинах. Всё это меня немного даже порадовало. Так как всё это напрямую говорило о том, что здесь есть заводское производство! Что открыто намекает на наличие достаточно технологичной цивилизации. Если бы не одно НО… Все эти машины стояли словно гуськом, при это было видно, что им изрядно досталось. Словно таинственные монстры исчезли, оставив после себя лишь следы хаоса. Здесь красные следы песчаных вихрей смешивались с бежевыми следами колес. Контраст создавал стойкое впечатление того, будто мир изменился в мгновение ока. Теперь же перед моими глазами простирался пейзаж разоренного каравана. Опрокинутые и дымящиеся машины… Обломки снаряжения… Тела погибших… И… Следы борьбы с неизвестным врагом. Который оказался весьма опасен даже для столь многочисленных разумных. С высоты того бархана, на котором остановил свой спидер, я мог сейчас спокойно и во всех деталях рассмотреть всю картину целиком. Чтобы попытаться понять, что именно здесь произошло.

Каждая машина этого разбитого каравана казалась носителем собственной истории. Останки грузов, и разграбленных товаров, выглядели как немые свидетели войны, которая произошла среди бурь и вихрей. Так что сейчас, в этой пустынной тишине, после нападения на караван, оставались разбросанные и разбитые машины, их обломки словно стали печальными памятниками мимолетности жизни в этих бескрайних песчаных просторах. Одна из машин, когда-то ярко-красная и блестящая, и явно пассажирская, теперь лежала перевернутой, словно падая на колени перед силой пустыни. Ее боковая часть была искорежена, окна разбиты, а металл полоскался под воздействием песчаных ветров. Другая машина, которая когда-то возможно была основным транспортом для каравана, выглядела так, будто ее протащили сквозь песчаную бурю. Ее кузов был искорёжен, словно песчинка, а спущенные и сожжённые колеса терялись в песке, будто пытаясь зарыться в него. Ещё одна машина, когда-то гордившаяся своей мощью, теперь выглядела как металлический скелет. Ее двигатель выглядел так, если бы он был вырван изнутри, а металлические обшивки были искривлены и изуродованы неведомой силой.

Оставшиеся грузовые машины лежали вразброс, словно игрушки, выброшенные заигравшимся ребёнком из общей коробки на коврик. Их обломки говорили о силе и настойчивости тех, кто осмелился атаковать караван в этой безжалостной пустыне.

Одна из грузовых машин, раскрыв свои внутренности, выглядела как разрушенный улей. Грузовой отсек был открыт, и содержимое рассыпалось по песчаной поверхности. Скрипучие коробки и контейнеры с товарами, которые были сильно повреждены в момент атаки, и когда-то представляли ценность, теперь были разбросаны как бесполезные обломки.

Другая машина, выдержавшая в более тяжелых боях, выглядела как стойкий воин, пытавшийся противостоять внезапной атаке. Её корпус был покрыт песчаной патиной, а колеса стояли, словно готовые вновь встать в строй, несмотря на их изодранный и обугленный вид.

Грузовик с явно видимой турелью на кабине, видимо, когда-то охранявший караван, лежал сбитый с колес. Его бронированный корпус был во многих местах безжалостно пробит пулями, и покрыт следами проигранного сражения. Внутри, повреждённое оружие и рассыпавшиеся боеприпасы, были разбросаны, словно металлическая кровь, вытекшая из раненого тела.

Обломки этих машин теперь навсегда, если никому не понадобятся на переработку, или запчасти, станут навечно частью пустынной панорамы, напоминая о том, что даже величественные технологии могут быть покорены бескрайними песчаными ветрами и неудержимой природой. Все то, что осталось от каравана, теперь было разбросано вокруг, будто пустыня сама решила рассказать эту историю через свои беспощадные вихри и струи песка. Подобно погибшим воинам, эти грузовики лежали в песчаных объятиях. Их жизненные силы поглотил песок, оставив за собой лишь металлические скелеты в этом мире бескрайних дюн. Но это всё было только началом картины.

Разрозненные остатки жизней путников всплывали из песка. одежда, книги, личные вещи, которые были разбросаны в хаосе случившегося здесь события. Это были следы многочисленных жизней, которые прервались в мгновение. Среди этих жутких следов гибели каравана можно было заметить силуэты фигур, в мареве пустыни проплывающих вдали, словно призраки, продолжавшие свой бескрайний путь сквозь этот бескрайний песчаный океан. Казалось, что я снова слышу те самые жуткие крики пустоты, что поднимались из песка. Но они уже не были теми мистическими воплями, что приветствовали путников в красных вихрях бушующего Песчаного моря. Это были крики безысходности и утраты.

На разрушенных и искорёженных машинах виднелись таинственные знаки, которые казались какими-то архаичными письменами, будто караван был атакован силами, не поддающимися обычному пониманию. Часть этих символов была нанесена своеобразной краской, которая слишком уж напоминала мне кровь. Кровь тех, кого здесь и убили. Некоторые останки машин каравана всё дымились, создавая изредка взлетающие красные языки пламени и густой черный дым, словно этот красный ад проникал в самые глубины мира путешественников. И это, как раз-таки, прямо свидетельствовало о том, что всё то, что здесь случилось, произошло не так уж и давно.

– А время-то идёт! – Быстро оглянувшись по сторонам, тихо усмехнулся я, заметив тот факт, что день уже постепенно подходил к концу, и мне пора было уже искать себе место для отдыха так как я достаточно сильно устал за это время, казалось бы, бесконечного блуждания по лабиринтам живых дюн бушующего Песчаного моря. Хотя я всё равно понимал и тот факт, что пока не знаю о том, откуда появились те, кто напал на караван, и куда они ушли. Ведь именно от этого могло зависеть то, есть ли поблизости безопасное место, или мне нужно продолжать своё путешествие и дальше, практически двигаясь на остатках своих сил?

Тень прошлого проявлялась в лучах уже клонившегося к закату светила, которые освещали разоренные машины, словно последний взгляд на жизнь, поглощенную этим бурным вихрем жестоких и бескомпромиссных перемен. В столкновении света закатного солнца, и Тьмы, обрушившейся на этот караван, я прекрасно понимал, что сейчас стою на грани между двумя мирами, переплетая свою судьбу с тем, что произошло здесь, среди красного песка.

Ещё немного осмотревшись в поисках потенциальной опасности, я решил всё же подъехать ближе, и осторожно осмотреть само это место. Может быть я найду здесь что-нибудь полезное для себя? Поэтому я скользнул на своём спидере прямо в самый центр этой пустынной картины хаоса. Где и вышел, чтобы осмотреться более внимательно прямо на месте. А заодно и постараться определить степень потенциальной угрозы в данной местности.

Вокруг моего спидера лежали обломки разбитых машин, занесенные красным песком, словно могила, поглотившая следы путников. Так что я начал исследовать останки каравана, погружаясь в мир тайн и тёмных предзнаменований. А как вы думали? Разве такой сюрприз на пути может быть добрым знаком? Что-то я сильно в этом сомневаюсь.

Первым делом мне бросились в глаза загадочные знаки, вырезанные и нарисованные на обломках машин. Это были не только какие-то необычные кровавые руны, но и многогранные сложные узоры, выгравированные необычным образом, словно оставленные после какого-то странного обряда. Глаза разбитых фар прожекторов этих машин смотрели вдаль своими пустыми глазницами, словно остатки горестной свадьбы, нарушенной по велению чего-то зловещего и невидимого.

Осторожно и внимательно осматривая всё, я проходил мимо обломков, скрипящих под ногами. И каждый кусок этого исковерканного металла казался мне языком, рассказывающим свою собственную историю прошедших событий. Да что тут можно было бы сказать, если сам воздух вокруг остатков этого погибшего каравана казался насыщенным мраком, словно тень несчастья по-прежнему витала в этих местах, готовая поглотить любого, кто сюда приходил. Я даже обнаружил здесь кусок странной материи, напоминающей мне раскрашенный брезент. Который мне буквально до боли напомнил знамена древних рыцарей, которые когда-то развевались на ветру. А теперь они порванные валялись в песке, и их разорванные ткани постепенно теряли цвет под воздействием жгучего солнца.

Так же в песке можно было заметить следы достаточно большого количества красной жидкости, словно кто-то пролил кровь на этот проклятый грунт, оставив на нем свой мрачный отпечаток. А тихие стоны ветра становились зловещим сопровождением моего исследования, будто природа сама плакала о прошедшем здесь несчастье. Песок же всё так же шептал таинственные истории. Его тихие слова мерцали в воздухе, словно он пытался донести до забредшего в это место путника всё то, что произошло.

На всех этих машинах, и в окружающем пространстве, неожиданно для меня, я обнаружил явные следы огнестрельных выстрелов, свидетельствующие о безжалостной атаке, которая прервала жизнь тех, кто был в этом караване. Что-то, а пулевые отверстия в своеобразном подобии прозрачного пластика, что заменял на этих машинах лобовое стекло, я ни с чем не перепутаю. Хотя… Я помню ещё как в детстве некоторые умники в школе старательно стреляли металлическими шариками из подшипников по стёклам в кабинетах, чтобы сорвать уроки? Следы от этих шариков были немного похожими на пулевые. Что изрядно пугало учителей. Особенно молоденьких девушке, только-только пришедших к нам из института.

– Да… Было время… – Тяжело вздохнув, прервал я свои воспоминания. Сейчас мне некогда было пускаться в такие лабиринты памяти. Мало там было хорошего. Да и мне следовало бы поспешить. Ведь, по сути, я пока что так и не понял того, куда отправились те, кто напал на караван? Хотя… Если раньше я в их мотивах хоть немного сомневался, то теперь никаких сомнений у меня просто не было. Следы были слишком явные. Это был обыкновенный грабёж. Да… С отягчающими обстоятельствами. Тела погибших всё ещё валялись изломанными куклами среди обломков. А обломки этого самого своеобразного псевдо-стекла с кабин машин отражали мрачные образы начинающегося заката, словно тени прошлого продолжали танцевать в этом песчаном мире.

Так что я уже и сам прекрасно понимал, что стали частью этой трагической истории, затерянной в красном песке и тьме прошлого. Так что мне теперь осталось выяснить, самую малость. Подробности того, что именно здесь произошло, и почему именно это место стало точкой для столь трагической развязки? К тому же, я заметил весьма важные факты. Песок ещё не успел замести следы. И по ним можно было понять, что нападавшие прекрасно ориентировались в том, что им было нужно. Так как часть груза, даже из разбитых ящиков они точно забрали, буквально выметя его с поверхности песка… А часть бросили, даже не распечатывая его упаковки. Это открыто говорило мне о том, что, скорее всего, нападавшие были хорошо информированы в том, что именно они должны забрать! А это было возможно только в том случае, если…

– В составе каравана мог быть предатель! – Сделав столь глубокомысленный вывод я снова присмотрелся к следам, после чего еле слышно рассмеялся. – Вот же сюрприз! А это у нас кто?

Моя реакция была вполне понятной. Так как я обнаружил некоторое несоответствие в следах. Двое разумных, один явно тяжёлый и большой, а второй легче и меньше весом, ушли в сторону от места трагедии. И шли они, надо сказать весьма ровно. Словно уже ничего не опасались? И это-то и было для меня странным. Если бы это были выжившие из каравана, то они постарались бы бежать буквально сломя голову, спасаясь от смерти. А эти просто шли. Размеренно и спокойно. Иногда можно было заметить и то, что тот, что был крупнее, придерживал свой широкий шаг, давая возможность тому, что поменьше, догнать себя.

А вот с самими нападавшими всё было просто. Их следы имелись на соседних песчаных дюнах. Откуда и были атакованы машины каравана. И вот же странность… Я не мог сказать, что этот караван попал в ловушку полностью случайно. Именно по той причине, что… Следов было мало! У меня сразу же создалось впечатление, что нападавшие прибыли в это место буквально за час, от силы за два, до появления каравана. Они точно знали когда и по какому маршруту он пойдёт. Так как, если бы они случайно сделали бы здесь засаду, то это произошло бы с самого утра, чтобы не дать время потенциальной жертве сбежать из ловушки. И за это время такая толпа народа точно натоптала бы просто немеряное количество следов. А этого не было. Что снова-таки подтверждало сам факт наличия предателя. Скорее всего именно он, или они, и ушли куда-то в сторону. Сами нападавшие явно погрузив свою добычу на собственные транспортные средства, отправились восвояси. И вот же сюрприз… Их следы были видны точно также, как и все остальные!

– Они, что… Даже не подумали о том, что кто-то может пойти по их следам, чтобы понять то, кто именно это сделал? – Задумчиво почесал я кончик носа, но потом едва не хлопнул себя ладонью по лбу. – А зачем им прятать свои следы? Если они этого не делают, то тут возможны два варианта! Первый… Они настолько уверены в своих силах и возможностях, что просто никого не боятся. А значит… Они здесь хозяева… Что вряд ли возможно ввиду того, что здесь произошло. Так как хозяевам земли просто не было бы никакого смысла убивать этих несчастных устраивая такую ловушку! Они могли бы просто остановить караван, на законных основаниях, и просто обобрать его… Значит… Мы приходим ко второму варианту! Это ловушка! И след должен привести преследователей и мстителей в смертельный капкан! Логика!

Ну, да… Всё сходится. Зачем им нужно было бы бегать и прятаться, надеясь на удачу, когда куда проще просто заранее подготовить ловушку, и ждать… Когда новая жертва сама к ним придёт, и, возможно, даже принесёт им в своём клювике что-нибудь ценное и вкусненькое? Хотя бы в виде собственного вооружения и транспортных средств. Что тут скажешь? Вполне возможное развитие событий…

Снова устало вздохнув, всё ещё немного ошеломленный окружающим меня сейчас хаосом, я начал постепенный осмотр тел погибших среди разбитых машин каравана. Конечно, я не особо надеялся обнаружить кого-то живого. Но проверить был обязан. Все тела лежали в песке, словно затерянные куклы в этой пустынной игре судьбы. И надо было попробовать хоть как-то решить с ними вопрос. Негоже, если эти останки растащат местные хищники… Но и в песок их зарывать было бы просто бессмысленно. Именно поэтому я выбрал один из достаточно уцелевших кунгов, обшитых металлом. Именно туда я запру все тела. А потом, если доберусь до какого-нибудь населённого пункта, пусть сюда приезжают те, кому это будет интересно, и захоронит их именно так, как здесь принято. Да… К тому времени разложение тел будет просто запредельным? Но зато местным тварям ничего не достанется. По крайней мере я сделаю всё для этого. А там посмотрим… Попутно я приблизился к этим трупам ещё и по той причине, что, старательно осматривая их, я уточнял некоторые подробности о представителях рас, которые были частью этого мрачного события. И местного ареала обитания. Хотя бы буду знать что-то о том, с кем могу тут столкнуться…

Возле одной из машин лежало практически человеческое тело, но имеющиеся на нём полосы слабо выраженной чешуи указывали на имеющиеся в его крови примеси ДНК существ, которые могли иметь другие корни. Например, среди тех же ракшаас или Дри Ка а Нод. Глаза у погибшего были закрыты, но когда я приподнял веко, то увидел очень тонкий вертикальный зрачок. Сами черты лица были слегка заострёнными и тонкими, а зубы очень мелкими и многочисленными. Я не стал их пересчитывать, но прекрасно понял, что их куда больше, чем тридцать два…

Неподалеку от этого тела с примесью крови то ли змеи, то ли ящерицы, лежал ещё один достаточно массивный труп, с слегка обугленной кожей. Мощные надбровные дуги, и слегка выступающие из его нижней челюсти клыки однозначно указывали родословную этого разумного. Это был тролл. Причём, по имеющимся в библиотеке ракшаас знаниям, явно не совсем чистокровный тролл. Так как, хотя он и выглядел достаточно массивно, по сравнению со мной, но с описанием в данных ракшаас всё же были некоторые отличия. Например, его рост был меньше. Кисти рук и стопы ног выглядели не совсем соразмерными телу, словно кто-то взял и приклеил к нему чужие конечности. А троллы, хотя и выглядели как ходячие булыжники, но тело у них было достаточно соразмерным. Тут же было что-то из разряда – ни себе, ни людям.

– Ещё один смесок! – Внимательно осмотрев тело этого несчастного и обнаружив у него уцелевший кусок кожи, который был куда светлее положенного оттенка для троллов, сделал я вполне закономерный вывод. – Здесь что, все такие? А… Нет! Вот типичный орк! Ну, слава Богу!

Хотя моя своеобразная радость была пока что преждевременна. И правда… Чему радоваться? Тому, что я обнаружил, более-менее чистокровного орка? Глупость! Но тут уж ничего не поделаешь. Просто теперь я мог рассчитывать на то, что всё же смогу найти достаточно чистых людей. Нет… Я не расист… Просто я ещё не совсем привык к таким вещам. Может потом как-нибудь привыкну? Но пока ещё рано об этом говорить. Немного дальше от основных обломков я обнаружил тело с какими-то странными костяными рельефами, и рисунками на коже. Это всё создавало впечатление, что его тело было как заросшая загадками стела, хранящая в себе историю неизвестной расы. Хотя черты человеческой расы всё же присутствовали.

Недалеко от тела с рельефами лежало существо с металлическими частями в своей анатомии. Металл был интегрирован в его тело, создавая гармонию между органическим и искусственным. Судя по всему, это был какой-то прообраз киборга? Вот только ему самому это не так уж и помогло? Несколько выстрелов в грудь. И один в голову, просто не оставили ему ни единого шанса.

Тела ещё нескольких орков и троллей дополняли картину разрушения. Что явно говорило о том, что противник был достаточно серьёзный. Так как эти разумные считались достаточно хорошими бойцами. И в прямом столкновении с ними у того же человека не было бы ни единого шанса. Но здесь не было честного боя. Здесь было просто избиение.

Поблизости, практически под обломками одной из машин, лежало небольшое тело, в котором я с некоторым недоумением опознал террианца, которое лежало на песчаной поверхности, словно покинутая кукла. Выброшенная игрушка, после достаточно жестокой игры. Его маленькое тело было искажено изогнутыми конечностями, и крошечные руки терялись в песке, будто пытаясь уйти в недра земли. По всему телу гнома протягивались еле заметные следы песчаных вихрей, словно пустынный ветер попытался стереть память о прошедшей схватке. Глаза, закрытые последним мгновением жизни, сохраняли призрачную тень ужаса и боли.

Выстрелы убийц отразились на его теле, создавая разрушительные следы. Красные пятна крови были видны на его одежде, и следы песка остались влажными от пролитой жизненной энергии. Несмотря на его маленький рост, тело этого террианца выражало даже больше стойкости и отваги в последних мгновениях сражения, чем даже у пары орков, которые считались неплохими бойцами. В своей правой руке этот маленький террианец, похожий на гнома, всё ещё держал какой-то небольшой предмет, в котором я с удивлением узнал двуствольный пистолет. Такие у нас ещё называли дамскими. И который теперь казался слишком неподходящим для этого мира, полного бескрайних песчаных опасностей. Убитый малыш оставался лишь крошечным пунктом в бескрайнем пейзаже пустыни. И своеобразным свидетельством несправедливости и жестокости этого мира.

По мере осмотра, мне всё больше и больше становилось ясно, что этот караван был настоящей мозаикой из разных сущностей, собранных из разных миров. Это было своеобразное объединение, которое в этот момент прекратило свое существование. В каждом теле скрывалась своя собственная тайна, теперь погребенная в этом песке. Эти существа, с разными формами и аурой, принесли сюда свои истории и встретили свой конец в этом загадочном песчаном мире. И я уже прекрасно осознавал, что сам стал свидетелем не только гибели каравана, но и мгновенного столкновения разных рас и миров в этой безжалостной пустыне.

Среди тел погибших, их изодранная одежда, и изломанное оружие, раскрывали дополнительные детали об их мирах и историях. Именно поэтому я внимательно осматривали комбинезоны, и огнестрельное оружие, пытаясь раскрыть тайны, скрытые в этих предметах. Один из трупов был одет в комбинезон, покрытый какими-то немного странными кристаллическими наростами. Он сливался с окружающим миром, словно его создали сами кристаллы этой пустыни. Существо с своеобразными рельефами на теле было одето в необычную броню, словно реликт прошлых эпох. Броня выглядела невероятно прочной, и каждый рельеф на ней казался высеченным вручную. Тело террианца было одето в достаточно толстый, и практически слишком тёплый, по моему мнению, для данной местности комбинезон, с странными трубками, расположенными на спине. Как мне кажется, такая одежда была явно создана для сопротивления холоду? Но в этом пустынном аду, она всего лишь стала свидетельством бессмысленности такой защиты.

На плаще одного из погибших виднелись металлические инкрустации. Эти узоры, словно выкованные на горячем металле, придавали плащу таинственный вид. Хотя такие же узоры и на его одежде, уже не так бросались в глаза, и могли выполнять роль своеобразной кольчуги. Но вот от выстрелов они помогали очень слабо. Тело существа, погибшего в огне, было одето в обычный с виду комбинезон, на который кто-то, видимо, для повышения его защищённости просто нашил металлические пластины. Что также мало помогло от пуль, выпущенных их огнестрельного оружия. Но от какого-нибудь ножа они могли бы помочь. Но тут до ножей, видимо, очередь так и не дошла? На одном из погибших троллов был одет простой с виду кожаный комбинезон, но его детали были выложены плетеными узорами. И в результате этого простая вроде бы одежда превратилась в произведение искусства.