Изменяющий. Отшельник

Начало конца

– Здравствуй… Боль… – Тяжело вздохнув, я медленно опёрся рукой на шершавую и ржавую стену. – Вот мы и встретились снова. Как там говорилось, в прошлом? Я дышу, значит я существую? Кажется так? Про меня можно сказать другое…

Действительно… Про меня можно было сказать другое. Для меня можно было эту фразу произносить, совсем немного изменив. Я чувствую Боль, значит я существую. Честно говоря, за последнее время я с ней достаточно сильно сроднился. Она стала словно вторая моя душа. Если я не чувствовал боли, то первой моей мыслью было то, что я умер. Наконец-то. К сожалению, воспитан я был так, чтобы не желать умереть. В смысле, не пытаться покончить с самой своей жизнью самостоятельно. Я считаю, что это будет просто проявление слабости. По крайней мере, так меня учил дед. Он многое прошёл своей жизни. Войну. Сталинские лагеря после войны. Причём, если на войну он добровольно, так как речь вроде бы о спасении Родины от каких-то там монстров в чёрной форме, то в лагеря он попал по навету. Что поделаешь. Но его банально предали. Собственная жена, недовольная тем, что он не погиб на войне, а вернулся. Да ещё и не инвалидом. Просто решила от него избавиться таким образом. Так как за это время завела себе удобного любовника. А что в то время было удобством? Главным признаком этого была… Возможность что-нибудь раздобыть! Что-нибудь достать. Именно то, чего нет у соседей. После самой войны в первую очередь это были продукты. Потом что-нибудь ещё. Ну, а как вы думали? Ведь этот человек был всё же аж заведующим магазина! Так что, он мог что-то достать.

Так что не успел мой дед вернулся с войны, и отметить это дело, а так же и помянуть своих погибших товарищей, распитием бутылки водки… Или как её ещё называли – горькой. В двери уже стучались сотрудники НКВД. В то время вообще было немного сложно. Кто-то называл их сотрудниками НКВД? Кто-то – ГБ… Кто-то – МГБ… Кто-то путал их со знаменитым СМЕРШ. А, по своей сути, это были разные названия подразделений одной и той же структуры. И именно эта самая государственная структура, как какой-то Спрут, охватывала все направления жизни в огромном государстве. Эти ребята работали явно по навету. Вернее, если сказать обычным языком, по доносам. Мой дед уже потом узнал, когда его избитого отправляли в лагерь, после того как как он уже всё же подписал признание, кто именно написал этот донос. Следователь с издевкой показал ему письмо с довольно знакомым почерком. Уже потом он понял, что было странного в тех письмах, которые он получал во время войны. На фронте. Письма приходили практически одинаковые. Только дата в основном менялась. А содержимое в этих письмах было написано одинаково, как под копирку. Просто письма приходили в лучшем случае раз в месяц, и за это время то, что было написано в прошлом письме, немного забывалось.

Естественно, что мой дед этого не забыл и не простил. После смерти Вождя Пролетариата, известного многим под определённым подпольным прозвищем, ему удалось попасть под амнистию. Это было огромное везение. Ведь в то время, в пятьдесят третьем году, не отпускали политических. Была объявлена амнистия, как ни странно, именно уголовникам. Но получилось так, что среди так называемых вертухаев, охранников лагеря, в том самом лагере, где он отбывал свой срок, затесался его фронтовой дружок. С которым они достаточно долго воевали плечом к плечу. И этот достаточно молодой в то время парень сумел подменить пару документов в его личном деле. В том самом деле, которое пришло с преступником в места не столь отдалённые. Поэтому, когда объявили амнистию, мой дед сумел выйти из тюрьмы вместе с уголовниками. Хотя те прекрасно знали, что он политический. Но оказались тоже вполне порядочными, что было странно. Дело в том, что для них обмануть краснопёрых, имеются ввиду сотрудники правоохранительных органов, было святым делом. И если кто-то, даже не из блатных, сумел это провернуть, такой человек был достоин уважения в их глазах. Причём для них, во время своей отсидки срока, он был мужиком. Есть такое понятие в уголовной среде. Человек просто является рабочей лошадкой. Соблюдает правила. Старается их не нарушать. И просто работает. Таких они обычно старались не трогать. Ведь кто-то должен план за блатных и авторитетных выполнять? Так что уйти он смог спокойно.

Вернувшись в родной город мой дед увидел, что, как ни странно, его бывшая супруга, которая старательно оформила развод и все документы, всё ещё продолжает жить в его собственном доме, который достался ему в наследство от родителей. Родители у него были мастеровыми. Если кто не знает, то поясню… Мастеровые – это специалисты технических направлений, которые работали на заводе. Так называли людей вроде звеньевых или бригадиров, во времена царского режима. Так вот. Дом у них был добротный. Но они были все выходцы из рабочих, поэтому их и не раскулачили. Семья была многочисленная, и это их тоже спасло. Но сейчас в этом довольно крупным доме проживала только его супруга со своим ухажером. Они были настолько уверены в своей безнаказанности, что даже не подумали о главном. Подстраховаться. Ну, развод она оформила… А попытаться хотя бы переоформить на себя дом, воспользовавшись тем, что у хозяина вроде бы уголовное прошлое, а вернее политическое, не додумалась. Вообще-то она рассчитывала на то, что мой дед банально умрёт на лесоповале. Но не случилось такого.

Решив рассчитаться с этой красоткой, мой дед нашёл способ сделать всё красиво. Он пошёл именно к начальнику областного отделения МГБ. Этот авторитетный в определённых кругах человек. Который в тот момент он жил в двухкомнатной квартире, с женой и двумя детьми. И когда мой дед к нему пришёл, тот был изрядно удивлен. Ещё бы… Преступник приходит к тому, кто обязан вроде бы его посадить? Особенно с учётом того, что статья, по которой сидел мой дед, не попадала под амнистию. Это уже потом всех таких амнистировали. Но мой дед мог бы и не дожить. У него уже был туберкулёз. Правда, ещё пока что лёгкой формы. Но это зараза такая… Если она появилась, то от неё не избавишься. Может на это рассчитывала его бывшая супруга? Кто знает…

Однако речь сейчас идёт не об этом. Мой дед не стал требовать у этого человека справедливости. Он просто предложил ему забрать дом. Ведь документы на дом были оформлены именно на моего деда? Ему просто нужны были деньги, чтобы навсегда уехать из этих мест. Чтобы не видеть ни одного напоминания об этом подлом предательстве. Самому этому начальнику областного МГБ он предложил, просто в качестве отступного, забрать себе дом. Ну и, попутно, если ему будет нечего делать, проверить деятельность нынешнего супруга неверной дамочки. Что-то он слишком богато живёт, для простого заведующего магазином. Кто знает, тот поймёт о чём идёт речь. Немного подумав, офицер согласился. Всё-таки дом-то был действительно добротный. Двор неплохой. Рядом была школа. Да и во дворе можно машину свою спокойно ставить, не опасаясь того, что какие-нибудь добрые люди подкинут гранату под днище?

Оформив всё надлежащим порядком дед задержался в городе ещё на пару дней. Ему хотелось посмотреть на то, как его супружницу будут выбрасывать уже из чужого для неё дома. Крик стоял там страшный. Офицер приехал-то не один. С ним приехала целая группа. Оказалось, что нынешний муженёк этой красотки действительно был замаран в мошеннических делах. Поэтому его тут же арестовали. Из дома всё изъяли. Саму эту дамочку, чьё имя я даже и не знал, а дед никогда и не вспоминал, с одним чемоданом вышвырнули на улицу, как никому ненужный мусор. А в дом вселился новый хозяин. Кстати, когда она узнала о том, что у её нового мужа всё конфискуют, то практически мгновенно вспомнила о том, что дом и участок, на котором стоит это строение, принадлежат бывшему мужу. И тут же достала те самые документы. Хотелось бы ему, конечно, увидеть то, какой величины были у неё глаза, когда она увидела в руках у офицера МГБ документы о покупке этого дома у его настоящего хозяина! Она потом увидела своего бывшего мужа на вокзале. Ведь ей недвусмысленно намекнули на то, что лучше в городе не задерживаться? Название этого города, где всё произошло, дед мне тоже никогда не называл. Да это и неважно. Все такие города обычно назывались Н-ск. Всего лишь из-за того, что на самом деле в названии многих городов были номера. Особенно если это какой-нибудь военный городок… Технический… Или специализированный… Я имею в виду поселения. Поселение как на сто первом километре. Так называли места, куда ссылали тех, кто был неугоден в крупных городах. Например тот, у кого было какой-нибудь преступное прошлое, или какие-нибудь грехи перед руководством города.

Когда моего деда, уехавшего достаточно далеко от своего прошлого места жительства, всё же амнистировали по-настоящему, то тут же рядом появились желающие завербовать его обратно в Партию. Он ведь был партийным, когда его арестовали? Но кого это интересовало? Теперь же, Партия вновь вспомнила про паршивую овцу, которую можно было бы вернуть свои ряды. Но мой дед разочаровался в этих людях. Он знал о том, что все настоящие идейные члены Партии погибли во время войны. Ведь они шли первыми в бой. Закрывали своей грудью амбразуры дзотов, и бросались на гранату, чтобы спасти друзей и товарищей. Так что те, кто тогда выжил, по сути, к настоящей Партии не имели никакого отношения. В основном это были те, кто за время войны старательно в тылу делал себе карьеру. А фронтовиков старались быстро куда-нибудь выдавить. Потому что они мешали. Слишком принципиальными они были. Чтобы от него наконец-то отвязались все эти красавцы – агитаторы, он банально заявил им о том, что в Партию не пойдёт по причине того, что не достоин. Он действительно считал, что не достоин находиться среди той своры жадных хищников, которые старательно готовы были перегрызть друг другу глотки. Лишь бы подняться по одной ступеньке как можно выше.

Так он попал на Урал, в горы. Там было где затеряться. Хотя родня прекрасно знала о том, где он спрятался ото всех. Просто он уже ни на грош не доверял людям. Никому. Ведь даже тот самый парень, который когда-то спас его из лагеря, впоследствии захотел использовать моего деда, чтобы свести счёты со своим начальником. Только к тому времени всех политических амнистировали, и все его старания, а также и шантаж, были бессмысленны. А дед устроился в местный леспромхоз лесником, и так прожил всю свою жизнь. Хотя местные его боялись. Просто потому, что те браконьеры, которым хватало ума попытаться на его участке пошалить, банально исчезали. Насовсем. Как там он любил говорить? Закон – Тайга, прокурор – медведь? Кстати, один раз он и прокурора так наказал, который хотел поразвлечься, прикрывшись своими погонами. Но и он исчез. Да так, что и собаки по следам не нашли. Лесника пытались таскать на допросы, но ничего не помогло. Он стоял на своём намертво. Не видел… Не знаю… Всё! Пришлось его оставить в покое. А вот его участок после такой рекламы, старались обходить стороной все. А уж после того, как у него там упал вертолёт с какими-то шишками из столицы, это место вообще стало считаться проклятым. Как Бермудский треугольник.

По сути, дед Панкрат был мне двоюродным дедом. Своих детей у него не было. Да и я сам был скорее его правнуком от родного брата. Когда я осиротел, меня ещё маленьким семилетним ребёнком привезли к нему. Он жил в своей сторожке, и был довольно нелюдимым персонажем. Местные его все опасались. Кто-то называл его Ведуном. Или же колдуном. Всё только из-за того, что несмотря на туберкулез, он сумел прожить почти до девяносто пяти лет. Я говорю почти именно из-за того, что он не дожил до этого возраста всего лишь месяц. Всё только из-за того, что не доверял химии, а пользовался лесными травами. Всегда старался найти такое место, где никогда не бывает людей. Он говорил, что человек – такая тварь, что можете изгадить любое место. Поэтому там, где даже просто ходят люди, лечебные травы не растут. А если и растут, то их лечебная сила гораздо слабее, чем в таких безлюдных местах. Сам он старался ходить по лесу очень аккуратно. Нигде веточку не сломает. Даже маленький листик не помнёт…

Так что пройти за ним, прямо по следам, было бы весьма проблематично. Из-за того, что когда он уходил в лес, то старался использовать именно такую обувь, которая оставляет слабые следы. Например, он специально для себя пошил чуни из шкуры одной твари, которую когда-то убили браконьеры. Не пропадать же такому сокровищу? Я сказал тварь только по той причине, что определить то, что это могло быть за животное по истечении многих лет было уже весьма проблематично. Но это было на данный момент не суть важно. Важнее было другое. Важно было то, что он меня учил таким же образом. А ходили мы с ним по лесу часто. Он учил меня разбираться в травах. Что, к чему, и зачем. Предупреждал, что животных обижать не стоит. Животные природны. Человек к Природе имеет посредственное отношение. Кто-то, возможно, заявит мне о том, что согласно тем же самым различным теориям, вроде теории Дарвина, люди произошли от различных существ, ранее живущих на Земле. Вот тот же Дарвин старательно рассказывал о том, что люди произошли от обезьян. Хорошо. Такое тоже вполне было возможно. Но тогда возникает вполне закономерный встречный вопрос. Почему нет никаких доказательств о том, что это действительно произошло? Нет! Никаких! Наличие пяти пальцев на руках? Противостоящий большой палец? Хорошо. А ноги как? Сильно похожи? Между людьми и обезьянами есть также довольно значимая разница в две хромосомы. Почему за тысячи лет существования человеческой цивилизации так и не были обнаружены те самые переходные образцы? И в конце концов, почему те же обезьяны, которые постоянно контактируют с людьми, больше не пытаются, даже через пару поколений, стать похожими на людей? Не меняются. Почему? Начнём хотя бы с того факта, который я уже перечислил ранее. Разница в две хромосомы. И вообще-то учёные уже доказали, что наличие такой разницы говорит о принадлежности к абсолютно разным видам. Между нами просто не может быть родственных связей. Любые существа, которые имеют такой разрыв в хромосомах, не являются развитием одной и той же ветви. Как пример могу привести вам тех же существ как волк и собака. Эти существа имеют общий корень. И в результате банально могут между собой скрещиваться. Вот люди и обезьяны не могут скрещиваться. У их гибрида получается одна непарная хромосома. Возможно, вы тут же спросите у меня о том, откуда я это знаю? Да уже потом узнал. Когда рассекретили некоторые документы о проведении бесчеловечных экспериментов. Что в Советском Союзе, что за границей, пытались вывести суперсолдата. И кто-то придумал скрестить человека и гориллу. Всё же горилла – достаточно сильное существо? Поэтому и попытались их скрепить. Так вот их получившиеся таким образом образцы имели своеобразные отклонения. Одну непарную хромосому, которая чётко давала понять важный момент. Люди и обезьяны относятся к разным видам. То есть, мы никак не можем быть результатом эволюции какого-то одного вида. Или может быть вы скажете мне о том, что обезьяны просто посмотрели на людей и передумали ими становиться? Глядя на то, что люди вытворяют на Природе, и вообще творят с Природой, я с этим соглашусь.

Я это знаю, потому что хоть и жил в лесу с дедом в старой его сторожке, но учёбу не бросал. Поблизости был довольно большой поселок. Леспромхоз. Так что людей хватало. И была там школа. В виде физической подготовки, дед старательно заставлял меня пробегать те двадцать километров по лесу, а потом обратно каждый день. Для того, чтобы я был всегда готов. К чему? Не знаю. Но он сразу сказал мне о том, что людям доверять нельзя. Любой человек тебя предаст, когда ему будет это выгодно. Близкий или нет. Клянётся он тебе в Верности… Проливает ли с тобой кровь на поле боя. Это всё неважно. Когда перед этим человеком станет выбор. Он всегда выберет именно себя. Себя и свою выгоду. Жертвенность ушла в прошлое вместе с теми бойцами, которые погибали на фронте, закрывая собой амбразуру дзота, и думая о том, что сзади идут их товарищи.

Но сейчас речь идёт не об этом речь идёт сейчас. А о том, что я учился в школе хорошо. Но некоторые мои вопросы загоняли учителей в ступор. Поэтому я не был ни пионером. Ни комсомольцем. А значит, и в партию мне дороги не было. Благо, что всё это закончилось раньше, чем я успел выйти со школы со своим аттестатом. Я имею в виду развалился Советский Союз. И вместе с ним развалилась полностью наложенная в государстве жизнь. Конечно, кто-то тут же скажет мне о том, что Советский Союз был самодостаточным? В том-то и дело. Вы просто посмотрите на то, как были разбросаны ресурсы по территории Советского Союза? Если взять только одну территорию того же РСФСР, то можно возгордиться от объёма ресурсов, которые находятся здесь. Но… Многие просто забывают об одном очень маленьком, но важном факте. Большинство территорий у нас не обжитые. Да, территории невероятно огромные, по своему размеру и богатству ресурсов. Но они не обжитые! На этих землях могли жить миллиарды людей. Могли бы. Если бы к этому была возможность. Советский Союз был самодостаточным именно из-за того, что с одной республики, например можно взять какую-нибудь среднеазиатскую, поставлялся тот же хлопок, из которого делали одежду. С другой республики поставлялось зерно на хлеб, или картошка… C третьей или четвёртой республики, которая была возле какого-то богатого рыбными ресурсами моря, рыба поставлялась… Поэтому он и был самодостаточным. У него все эти ресурсы были фактически в обычной досягаемости протянутой руки.

Когда же Советский Союз развалился, сразу же отвалились и все эти связи промышленности. Мало кто задумывался о том, почему в Союзе цена на товар была фиксированная? Никто не спорит. Был определенный дефицит. Этот дефицит иногда создавался умышленно. И тогда на некоторых товарах можно было играть ценой. Но неофициально. Например, вы хотите купить себе какие-нибудь хорошие сапоги? Бывает. Но их нет в продаже. Однако вы знаете о том, что у заведующего складом имеются возможности. Вы идёте к нему. Стоят такие сапоги, к примеру, рублей двадцать пять. Достаточно большие деньги по Советскому времени. Так вот… Сапоги стоят двадцать пять рублей, а завскладом говорит, что ради вас он согласен их достать. Но дешевле тридцати пяти или сорока рублей не получится этого сделать. Что вы сделаете? Будете ждать, пока сапоги всё-таки завезут в магазин, чтобы стоять в огромных очередях, и купить себе пару? Или всё-таки дадите ему на пять – десять рублей больше, чтобы получить новенькие сапоги прямо из рук в руки без особой нервотрёпки? Естественно, что вы выберете второй вариант. Так как понимаете, что всё то, что будет потом, если вы сэкономите здесь, не стоит тех денег, которые вы теряете сейчас. Скупой платит дважды. Именно на этой поговорке часто и играют такие хитрецы. Поэтому можно понять главный факт. Дефицит был нужен именно для таких вот умников. Они его и развивали. Что стоит завскладу задержать партию сапог, пока несколько пар не продаст своим знакомым с наценкой? Ничего. Для него это не особая сложность. Придумает какую-нибудь проблему с транспортом или грузчиками. И всё. Вопрос решён.

Так вот… Что касается строгой цены. На товарах цену выбивали прямо на заводе, если взять какой-нибудь товар, имеющий твёрдую поверхность, именно по этой причине поднять цену по собственному желанию продавцы просто не могли. Так как эта цена была признана официальной комиссией, которая решала эту проблему по-своему. Дело в том, что комиссия в первую очередь рассматривала необходимость такого товара для населения. а не его себестоимость. Я видел то, что мне впоследствии показывал дед. Перочинный нож, стоимостью в один рубль. Если посмотреть на материал, из которого он был сделан, а также и добавить сюда то, сколько работы было вложено в подобные изделия, то становилось понятно, что он стоит дороже. Даже просто по себестоимости. Его себестоимость была минимум рублей пять. Но цена стояла – один рубль. Как именно они решали этот вопрос, мне было не совсем понятно. Но понятно было то, что вроде бы это было заботой о населении. Хорошо.

Однако основная проблема в данном вопросе заключалась именно в том, что все эти производства были завязаны друг на друга. Ресурсные базы находились очень далеко, и поставлялись эти ресурсы дёшево только благодаря тому, что за этим всем стояло государство. По сути, все эти предприятия в основном работали в убыток самим себе. Это стало понятно когда все эти связи разорвались. Ведь, например, поставка того же хлопка с республики вроде Таджикистана, на территорию какую-нибудь Ивановской швейной фабрики оказалась просто нерентабельной. Стоимость этого материала хлопковой ткани, которую могли производить прямо на месте, в той же среднеазиатской республике, оказалась слишком велика. То же самое можно сказать и про другие ресурсы. Они буквально взлетели в цене. Как результат, всё начала разваливаться. Также, как и развалился Советский Союз.

Но я успел закончить школу, и не был ни пионером, ни комсомольцем. Хотите знать почему я не рвался в их ряды? Вроде бы всё там было прекрасно. Ты всегда имеешь товарищей рядом, которые тебе помогут, и поддержат в трудной ситуации. Те же комсомольцы шествуют над пионерами, и октябрятами… Всё с виду хорошо. Но мой дед, после того как его предали, прекрасно помнил о том, что узнал в том же лагере. Начнём с того, что не успели начать его судить, как тут же было проведено партийное собрание, где все его товарищи, которые прекрасно знали что он за человек, единогласно проголосовали за исключение его из Партии. Причём, без права восстановления. Вы знаете о чём это говорит? Они все предатели. Никто не подверг сомнению тот факт, что он действительно враг, и не задумался о том, что его банально оговорили. Для него было смешным то, что потом уже, перед тем как он покинул лагерь, в том же лагере он встретил того самого парторга, который в первый же день, как только узнал об аресте моего деда, собрал партийное собрание, чтобы его исключить из Партии. Он тоже пытался доказать, что его оговорили. Но кто его слушал? Дед тогда просто посмеялся ему в глаза. И спросил о том, как тот чувствует себя на месте тех, кого банально предавал? Только тогда парторг понял, что чувствовал мой дед. Он попытался извиниться. Но разве извинения исправят то, что произошло? Если бы партийная ячейка, в которой он состоял, а в частности партийная ячейка завода, куда дед вернулся на работу после войны, заступилась за фронтовика. Постаралась бы потребовать тщательного расследования и предоставления доказательств, а не просто написанного, как говорят, от фонаря доноса, тогда вполне возможно ничего бы этого не было. Но никто этого не сделал. Никому это не было нужно.

Возможно, вы тут же спросите у меня о том, причём тут те же и пионеры, октябрята, и даже Комсомол? А вы что думаете, что там по-другому поступали? Там действовали ещё хуже. Те самые товарищи, которые тебе улыбались и были готовы тебя поддержать, якобы… В тот самый момент, когда узнавали, что кто-то из твоих родителей совершенно случайно оказался под следствием, тут же отрекались от тебя. Тебя выбрасывали с волчьим билетом на обочину жизни. Вот вам и товарищеское плечо! Те же комсомольцы старательно избавлялись от тех, кто был связан родством с какими-нибудь предателями Родины. При этом они даже не разбирались в этом. Им было всё равно. Для них был важен факт того, что это клеймо на тебя поставили. И никто при этом не вспоминал о словах самого Вождя Пролетариата. А ведь он когда сказал о том, со своим знаменитым акцентом, что дети за отцов не отвечают! Но никто не обратил на это внимание. Таких детей просто выбрасывали из жизни. Списывали. Это клеймо потом висело на тебе очень долго. По крайней мере до тех пор, пока твоих родителей не амнистировали. И тогда тут же появлялись доброхоты, которые спрашивали о том, а почему ты не Пионер, и не Комсомолец? А как после этого можно доверять таким организациям? Кого они там воспитывали? Мой дед очень много такого видел в своей жизни. Хотя, может быть, были и исключения… Может быть. Но он их не видел. Не успели родителей посадить по придуманной статье, как их дети оказывались в детском доме. Почему-то никто ни из товарищей, ни из тех же комсомольцев, не пытался взять этих детей под свою крыло, и как-то поддержать в тяжелую минуту. От них банально отказывались. Вы скажете, что это была общая доктрина в то время? Когда существовал Культ Личности, и все старались не вызывать гнева вышестоящего руководства? Но ведь сам этот Вождь открыто сказал, что дети за отцов не отвечают? Это что? Наплевательское отношение к его словам? И когда я задал этот вопрос деду, тот в ответ только рассмеялся.