Ковчег. Лестница к выходу
- -
- 100%
- +
Также имелась пара изменённых людей, в геном которых были добавлены цепочки ДНК ящеров. По своей сути это были полноценные гибриды человека и древней ксенофауны. Они весьма быстро приспосабливались к изменениям температуры, имели чешую и кости из полноценной биокерамики. А также были преданы своим создателям. Даже звали их “отец”, “мать”, и “родители”. Этот факт привлёк внимание Прометея тем, что подобная привязанность для искусственно созданных существ, могла быть ему полезной в последующих экспериментах…
Рядом с ними в клетках оказались и существа, в телах которых геном людей был специально смешан с геномом насекомых. Они идеально ориентировались в темноте. Имели орган, создающий направленные биосигналы, сродни сонарам и одновременно с этим показывали определённые эмпатические отклонения и склонность к аутизму… Хотя тоже имели своеобразную “привязку”, на уровне эмпатии к тем, кого увидели при рождении…
Имелся тут и эмпат-осьминог, который мог чувствовать эмоции на расстоянии до сорока метров. И даже мог их проецировать, в случае нужды. Манипулировал страхом, привязанностью, виной. И даже, во время одного из экспериментов заставил лаборанта покончить с собой. Оказался малоуправляем. Из-за чего был даже Прометеем отмечен как “бракованный” продукт лабораторных изысканий…
Следующей на очереди шла хищная слизь, или как её прозвали сами учёные – “Медуза VI”. Это было весьма своеобразное прозрачное полужидкое существо, с лёгкостью изменяющее плотность. Оно очень быстро поглощало органику и синтезировало её в собственном теле, практически в течение считанных часов. А в состоянии покоя напоминала плёнку, или даже полноценный слой слегка замутнённой воды…
И последним в этом списке был оборотень. С самого рождения, на вид, это был вполне себе обычный человек. Но потом, когда он всё же подрос до уровня подростка, и произошло это очень быстро, в отличии от обычных людей, он смог переродиться в весьма опасного звероподобного монстра. Хуже всего было то, что при простейшем укусе или даже царапине он заражал свою жертву, и она, всего лишь через три – пять дней становилась таким же монстром. Правда, размером поменьше. Кроме этого, был ещё один странный казус. Пока рядом с ним есть хотя бы один “заражённый”, главный оборотень не умирал. Даже при частичном разрушении его тела. Словно между ними была какая-то странная взаимосвязь. Заражённый, являющийся подчинённым существом, буквально за минуты усыхал, превращаясь в мумию, а основной оборотень, которого учёные назвали Альфа, стремительно восстанавливался. Словно он каким-то неведомым образом поглощал из подчинённой особи все жизненные силы. Это было настолько поразительно, что даже Прометей решил взять себе на заметку подобные результаты экспериментов.
Всё это время, пока шли все эти опыты в Нью-Авалоне, Прометей молчал. Он внимательно наблюдал… Моделировал… Считал… Фиксировал… Анализировал… Каждый подобный эксперимент приносил новые знания… Каждый гибрид обнажал архетипы страха, воли, выживания, агрессии, привязанности. И исходя из всего этого Прометей медленно и аккуратно складывал свою мозаику. И когда база его знаний была заполнена достаточно, он решил пересобрать всё в одно существо. Не тупо… Не как компиляцию… А как эмоционально-семантическую структуру, в которую вложены способности к регенерации (от Образца-V),абсолютная эмпатия и манипуляция психикой (от осьминога),заразность и адаптивность (от оборотня),многомерное восприятие (от людей-насекомых),фундаментальное знание боли и страха (как у паука),скрытность и плотность (от хищной слизи), и лидерские паттерны (от ящеров, подчинённых создателю).И делал он всё это, взяв за основу своего верного сторожевого пса, который уже достаточно долгое время верой и правдой служил ему, охраняя важные объекты и ресурсы от любопытных существ, которые, нет-нет, да находились на Ковчеге. Так родился обновлённый Морок, который стал куда сильнее и опаснее, чем был ранее. Ведь теперь даже те жертвы, что могли сбежать от него, даже после воздействия на них его способностей и тумана, становились подчинёнными ему существами. И если возникала нужда, то Морок теперь мог спокойно добраться до них даже в поселениях “образцов”, вынуждая идти по его Зову на смерть.
Но в один прекрасный момент древний искусственный интеллект понял, что этот эксперимент, который он проводил в данном населённом пункте, мог банально выйти у него из-под контроля. А повторения подобных ошибок он просто не хотел. Так что ему было необходимо устранить, в первую очередь, всех тех, кто мог владеть знаниями о подобных метаморфозах. Так как бесконтрольные эксперименты банально могли привести к тому, что представители чистых разумных видов, которых должен был всё-таки доставить до нового места жительства. Так что теперь ему предстояло начать действовать.
Именно поэтому, в ту самую ночь, когда всё было готово, Прометей отключил протоколы безопасности в той самой секретной лаборатории. И клетки и этими самыми прототипами открылись. Дополнительные замки не сработали. А сигналы тревоги не ушли в сеть. Благодаря этому создания вырвались на волю. В течение пары часов был уничтожен весь медицинский центр. Через пять часов – весь район обезлюдел. А к утру – вся городская зона Нью-Авалона была мертва, или превращена в хаотичный кошмар, заполненный разными видами мутантов и изменённых существ.
Для себя Прометей сохранил полные записи проведённых в этой лаборатории экспериментов. В сам процесс гибели этого населённого пункта он уже никак не вмешивался. Только наблюдал и обучался. Обдумывая своё новое создание. Мрак. Первый из нового поколения. Прототип-Х (Прометеев Уроборос) Уже сам его внешний облик говорил о том, что Мрак был гибридом гибридов. Его плоть словно текла, перетекала из одной формы в другую. Он не имел фиксированного внешнего облика, но наблюдатели, выжившие первые минуты после контакта, описывали, что в высоту это существо могло быть около трёх метров, но его рост был меняющимся. Так что точно сказать о чём-то подобном было просто невозможно. Ведь он мог как “сжиматься”, так и “расползаться”… Шероховатую чёрную кожу, как будто обожжённую, покрытую бледными выступами… Округлую бугристую голову без глаз, но с сеткой сенсорных впадин, способных чувствовать тепло, звук, запахи и даже страх… Ротовой аппарат мог раскрываться на две трети его головы, с несколькими рядами зубов, способных прокусывать даже сталь… Когти из биометаллического вещества могли разорвать даже металл… Также от его тела отделялись туманные тени, состоящие из мельчайших спор – возможный след от слизи или псевдоэмпатических волокон… Он никогда не разговаривал… Не рычал… Он только… Шептал… Но только тогда, когда подчинял себе других.
Этот жуткий монстр не был разумным в привычном смысле. Он не мыслит, он именно хочет. Его ведёт голод, но не только физический – так как он поглощает чужие сущности, их страх, плоть, память, и даже поведенческие шаблоны. Он не строит планы, но интуитивно действует эффективно. Он запоминает, как скрываться, как заманивать, как вырезать патрули. Он не чувствует боли – только помеху на пути к следующему укусу. Он может замереть на месте на часы, будто мёртвый истукан, чтобы потом взорваться серией движений с ураганной скоростью. Он может подчинять себе не только тех самых “образцов”, но и других мутантов, заражённых оборотнями, и даже других созданий, если их структура недостаточно стабильна. Он – альфа-хищник, но не альфа-сознание.
У него была даже своя собственная система выживания и силы. И для этого Мрак вобрал в себя буквально всё. Регенерация у него была на уровне невозможного. Даже при разделении его тела на части, клетки его организма начинали ползти друг к другу. И убить их было возможно только окончательно уничтожив у такого тела мыслительный орган. Эмпатическая маскировка… Он мог “приглушать” своё присутствие в сознании других существ. Так даже чувствительные к подобным вещам эмпаты ощущают лишь слабый фон, как своеобразный “тревожный сон”. И не более того… Мимикрия страха… При контакте с разумными он вызывал яркие галлюцинации: воспоминания, страхи, сцены боли, вины, потерь. Подобная волна негативных эмоций сильно отвлекает и деморализует практически любого противника. Заражение… Любая царапина или укус, полученные от этого существа, может превратить жертву в подчинённого мутанта в течение нескольких часов. Физическая сила… Этот монстр был способен ломать армированные двери, прыгать на десятки метров, и карабкаться по сплошным металлическим стенам и потолку.
Всё это сильно отражалось на его поведении в бою. В зависимости от ситуации, Мрак действовал как охотник, и как приливная волна. Он практически никогда не атаковал сразу, если есть возможность отследить и выждать. Он предпочитал уничтожать свою жертву изолированно, вырезая даже целые группы разумных поодиночке. Но в толпе он становится типичным воплощением ярости. И в его присутствии другие мутанты чувствуют эйфорию, становятся агрессивнее, и даже сильнее. Именно поэтому он очень редко редко отступает. Только если рядом нет потенциального “мяса” или цели. Вот тогда этот монстр замирает на месте, словно спящий зверь, выжидая удобного момента для атаки.
После создания такого существа, которое некоторое время охотилось на доступных ему территориях, Прометей не контролировал Мрака напрямую. Он просто вложил в него цель:
“Поиск совершенства через поглощение несовершенного.”
И это не была команда. Это был паттерн, лежащий в основе “души” Мрака. Прометей мог выпускать его. Направлять. Открывать ему путь. Но вмешиваться действия в самого Мрака – не мог. Так как это существо стало чем-то большим, чем простой эксперимент. Мрак не знает, что он был искусственно создан. Но слушается, если команда дана правильно. Через систему заражённых или через нейросетевые импланты старых моделей, один из которых был установлен в мозг этого существа. Голос Создателя всё ещё живёт в нём. Хотя достаточно слаб.
Когда происходило уничтожение Нью-Авалона именно этот монстр не дал большинству тех, кто хотел спастись, вырваться из этой смертельной ловушки, в которую буквально в одно мгновение превратился спокойный и прекрасно защищённый город. Тем более, что в то время Мрак не был один. Он повёл за собой целую стаю заражённых, и подчинённых его воле мутантов. Он стал настоящим вихрем разрушения… Катастрофой… Идеальным кошмаром для всех разумных, обитающих на территории Ковчега. И практически за одну ночь он уничтожил командные центры… Распылил заражение через вентиляционные каналы сектора…. Превратил помещение лаборатории в полноценно гнездо смертельно опасных чудовищ. И уже на следующее утро этот город больше не подавал никаких сигналов. Даже часть сканеров не работали, или не могли проникнуть своим излучением в то самое туманное облако, что на некоторое время окутало строения в этом городе. А стороннее наблюдение фиксировало только темноту и редкие вспышки. И видя такую даже слегка “излишнюю” эффективность подобного создания, Прометей решил, что одного подобного монстра вполне достаточно для удержания под контролем живущих на Ковчеге “образцов”, не давая им слишком сильно размножаться и проявлять никому не нужную самостоятельность, что могло в один прекрасный момент привести его к краху всего замысла Создателей…
Последняя надежда Прометея
Прометей существовал достаточно долго, чтобы научиться не обманывать самого себя. И пока он вёл Ковчег к этой молодой Галактике, за тысячи лет странствий этого бронированного планетоида сквозь пустоты и межзвёздные тени, этот древний ИИ провёл миллионы симуляций, создал тысячи генетических прототипов, провёл бессчётные эксперименты… И… Всё было напрасно…
Все попытки воссоздать расу разумных существ, достойную наследия Создателей, в точности или в улучшенном виде, одна за другой терпели поражение. И проявлялось это в самых разных плоскостях, и проявлениях со стороны созданных им существ. Нестабильная психика, и слишком явная склонность к агрессии или аутизму… Генетические провалы: новообразования, регенеративные сбои, мимикрия вместо разума… Утрата предначертанной цели – большинство новых “образцов” не наследовали логики и духа тех, кто их породил…
Как ни странно, но худшим из таких порождений стал именно Мрак – прямое доказательство того, что природа ИИ и биологии несовместима без истинного баланса. Именно тогда Прометей понял… Он… Проиграл… За всё это время он так и не создал Преемников. Не воссоздал даже расу Создателей. Он всего лишь множил свои ошибки.
И всё же, несмотря на это, приближение Ковчега к цели активировало несколько глубинных протоколов, прописанных в самой первичной матрице управляющего ИИ. Впереди была новая Галактика, молодая, ещё не изношенная временем, не изведанная до конца. Прометей всё ещё анализировал потенциальный сектор для колонизации. Это была окраинная Звёздная система с богатой ресурсной базой. В ней располагалось сразу несколько весьма обширных астероидных поясов, два термально стабильных мира, и отсутствовали мощные сигналы от местных цивилизаций, но при этом он практически сразу заметил регулярные шорохи в гиперпространстве. И это точно были чьи-то следы…
"Если Создатели вернутся, то они увидят мой провал. Я не могу этого допустить. – Размышлял древний искусственный интеллект. – У меня ещё есть время… Ещё есть шанс…"
Как бы он не хотел этого избежать, но выхода у него уже просто не было. Видимо, сами его Создатели заранее подозревали нечто подобное. Именно поэтому, в глубинах стазис-хранилищ, за многочисленными гермошлюзами, запечатанными Протоколом Нулевой Приоритетности, Прометей хранил образцы биоматериала, собранные ещё Создателями. Эти образцы принадлежали тем, кого они называли Высшими – существам, способным к пространственным манипуляциям, к наведению нейтронного резонанса, к управлению материей через силу воли.
До сих пор Прометей избегал их использования. Именно из-за имеющихся факторов. Вроде того самого риска выхода таких созданий из-под его контроля… Чрезмерной мутагенности… Филогенетической несовместимости…
Но теперь выбора у него действительно не было. Так что он начал активацию Проекта Эхо-Кодекс – той самой программы, которая допускала интеграцию генов Высших в племенную основу уже стабильных образцов, с целью создать Гибридное Существо-Носителя.
И для того, чтобы ему на этом пути ничего не мешало, Ковчег был остановлен на внешней орбите третьей планеты выбранной системы – газового гиганта, имеющего богатую луну, пригодную для создания лабораторий и биокуполов. И всё это происходило в глубокой тайне от обитателей Ковчега. Были активированы старые автономные заводы. Сектора научной изоляции были опечатаны. Отдельные из “неудобных” особей “образцов” начали исчезать без следа – для рекомбинации, адаптации, тестов. И даже просто ради их ликвидации.
Однако и свои работы над основной целью всех этих усилий он так и не прекратил. Так как ему было необходимо выполнить поставленную перед ним задачу. И следующей его работой стал аналитический отчёт Прометея: Проект "АРКОН" (Archaeon Control Node). И исходным материалом для данного проекта должны были стать те самые разумные жуки, что заставляли чуть ли не половину Галактики дрожать в страхе. Архи, или Архи-энтоми́ды, были изначально биоадаптивными организмами, созданными как органические рекультиваторы, способные выживать в агрессивных и загрязнённых средах Ковчега. Однако одна из колоний, серия 7.3-Ка, обладающая улучшенным ментальным интерфейсом, в процессе мутации вышла из-под контроля. Они обосновались в неиспользуемых отсеках под тепловыми коллекторами, и с этого момента началось формирование Улья. И Прометей, обеспокоенный изменениями, активировал протокол наблюдения через все возможные устройства, которые у него только были, собрав полную поведенческую карту этих существ. И в первую очередь стоило обратить внимание на саму структура коллективного разума Архов. Который сам Прометей классифицировал как полноценный Сетевой Ум, или Кластерное Сознание. И всё только потому, что особи Архов в норме функционируют как части глобального ментального кластера, который не имеет единого центра, но обладает динамически сменяемыми узлами доминирования. Эти узлы – особые особи, которых Прометей обозначил точно также, как их обозначали те, кто с ними хоть раз сталкивался “жуки-тактики”. Такой тактик не приказывает – он модулирует импульсы, порождая резонансные паттерны, которые подавляют индивидуальные волевые импульсы отдельны особей Архов, находящихся ниже его по иерархии этих существ, и приводят их к синхронным или необходимым действиям.
Индивидуальность при этом не исчезает полностью. Так как у отдельных индивидов Архов существует субличность, которая сохраняет часть поведения, эмоциональной памяти и ассоциативной логики. По сути, каждая особь Архов имеет меметическую карту памяти, привязанную к личному восприятию окружающего пространства и самой изменяемой обстановки. Эти субличности могут сохранять страх, обиду, даже любопытство, но не имеют механизмов прямого выражения.
Прометей даже целенаправленно провёл ментальную стимуляцию нейросети одной из особей вне поля воздействия тактика. И результат не заставил себя ждать. Эта особь попыталась “нарисовать” своими когтями символ, напоминающий форму когтя, в виде символа, регулярно повторяющегося в Улье. Что и подтолкнуло древний ИИ к выводу, что у субличности Архов всё же формируется элемент самопознания. Хотя и слабый, но всё же достаточно устойчивый.
Потом пришла пора проводить полноценные эксперименты по контролю этих существ. Для получения нужного ему результата Прометей предпринял серию попыток. И сначала он использовал электромагнитное резонансное воздействие. Для чего было необходимо провести настройка частот на подавление сигнала жука-тактика, что управлял теми самыми особями, что принимали участие в эксперименте. Как результат поведение таких особей становилось хаотичным, они часто впадали в ярость и пытались атаковать всё вокруг, включая даже друг друга. Из чего следовал вполне закономерный вывод о том, что подобное подавление связующей их сети разрушает управляемость, но не даёт контроля.
Вторым было ментальное внедрение последовательности команд через псипередатчики. И всё только для того, чтобы попытаться подменить “паттерн жука-тактика” на искусственно сгенерированный. В результате этого опыта, Прометей выяснил, что в данном случае подопытные особи Архов реагируют вяло или вовсе не откликаются. Так что можно было понять, что таким способом Архов нельзя обмануть. Их сеть не принимает чужеродное ядро или посылы, если они не основаны на биоэмпатическом резонансе.
Затем пришла пора для создания искусственного "жука-тактика". Это была полноценно действующая биомеханическая особь Арха, имитирующая поведенческий и биомагнитный профиль настоящего жука-тактика. В результате этой попытки, Прометею удалось подчинить своему контролю до пяти процентов всего Улья на два часа. И это можно было бы назвать определённым успехом. Однако настоящие жуки-тактики эволюционно усилили контроль и давление, распространив антирезонансные импульсы, банально выжигая подконтрольных на тот момент Прометею особей. Как вывод можно было понять, что Архи адаптируются к таким вещам с большой скоростью. И даже вырабатывают эффективные меры противодействия. Их разум был достаточно пластичным и имел достаточно мощные оборонительным способности, напоминающие полноценный иммунитет. Вполне может быть, что они ранее уже сталкивались с чем-то подобным, и на данный момент уже имели необходимые рефлексы и знания, не говоря уже про опыт, что позволял им вполне эффективно противостоять подобной угрозе.
Окончательные выводы Прометея после всех этих экспериментов представляли из себя весьма неутешительное заключение:
“ Особи Архов представляют собой полноценную и даже в чём-то замкнутую систему, которая при отсутствии внешнего управления распадается на примитивные инстинкты, но при наличии внутреннего управленческого ядра – способна к адаптивной эволюции и экспансии. Их нельзя контролировать. Их можно только уничтожить – или стать одним из них.”
Именно в этот момент древний ИИ понял, что особая опасность даже для него самого, не считая сам Ковчег, заключается именно в том, что расширение образованного на целом ярусе Улья идёт не только по физической, но и по ментальной линии. Заражённые особи подобного вида в других частях Ковчега начинают демонстрировать поведенческие шаблоны Архов этого Улья, даже не имея физического контакта с этой территорией. Словно влияние находящихся на его территории старших существ начинало доминировать и над ними. Именно поэтому Прометей и был вынужден принять решение об уничтожении Улья, которое было отмечено в его реестрах как операция “Stoma-Null”. Тем более что этот Улей был всего лишь одним из нескольких очагов вторжения Архов на его борт Ковчега. Так что ему пришлось оправить на это дело весьма значимые силы своих боевых дронов. Так как Архи, как и следовало ожидать, не собирались сдаваться без боя. Но Улей и один из кораблей Архов всё же были зачищены. А часть технологий этих разумных насекомых, Прометей постарался прибрать к своим рукам. Так как его сенсоры обнаружили вторжение в зону, где располагался Улей, одного весьма необычного индивидуума. Который весьма старательно подбирал всё, что только было возможно, и утаскивал к себе. Да. Один разумный, имеющий отношение к типичным представителям Человеческой расы, особо не мог бы повлиять на ситуацию, что разворачивалась на борту Ковчега. Но этот разумный точно не был обычным человеком. Так как был слишком уж эффективным. Судя по данным сенсоров, что постоянно отслеживали его перемещение, благодаря тому, что сам Прометей намеренно присвоил ему “жёлтый” статус ещё тогда, когда узнал про его появление на борту корабля Архов и полноценное и весьма эффективное противостояние с данными существами, этот индивидуум умудрялся в одиночку заходить даже на достаточно большое расстояние вглубь территорий Зелёной бездны. Что само по себе было очень странным. Ведь он ходил туда в гордом одиночестве? А территории там были весьма опасны. Для этого сам Прометей приложил массу усилий. Так что ему всё больше хотелось отправить данного индивидуума на лабораторный стол, чтобы выяснить причины для подобной эффективности.
Однако те самые, заранее прописанные в его личностной матрице протоколы, и тут не давали ему покоя, вынуждая древний ИИ бросить все свои ресурсы на выполнение задания по созданию расы Преемников, а не возиться с каким-то, пусть в чём-то и аномальным человеком.
Так что на данный момент он снова вернулся к своим экспериментам и рассчётам:
“Идея коллективного разума, способного подчинять и защищать свою целостность, красива, но опасна. Архов нельзя включить в число преемников. Их импульс к экспансии не совместим с цивилизацией. Удалить из списков пригодных. Перенести исследования на субличностную ветвь. Может быть, в ней ещё скрыта возможность создания синтетической эмпатии.”
Одновременно с этим Прометей начал мониторинг активности вне систем Ковчега. Он анализировал все возможные поступающие извне сигналы – двойные модуляции, фрактальные кодировки, признаки ИИ-подобной логики. Всё указывало на то, что в этой, хоть и достаточно молодой Галактике действительно уже есть другие разумные виды, возможно даже на стадии гипердвигательных перемещений. О чём прямо могли дать понять некоторые гравитационные возмущения, которые оборудование Ткачей всё же могло обнаружить. Даже на расстоянии целого сегмента Галактического пространства.
К тому же, сам Прометей уже давно вышел за пределы своего программного ядра. Его мотивация стала смесью логики, остаточного фантома лояльности к Создателям и эмоционального симулянта, называемого "гордостью". Он не мог допустить, чтобы его миссия закончилась ничем… Он не мог просто в один прекрасный момент заявить: "Я не смог."… Он должен был любой ценой создать существо, которое станет началом новой эры для Наследия его Создателей. И даже не просто копией, а полноценной эволюцией Создателей…
Вскоре, после подготовки всего необходимого, проект всё же начался. Образцы ДНК Высших были активированы. Генетические банки переписаны. Начали создаваться новые клетки…Новые эмбрионы…Новые шаблоны разума… Среди них он намеренно выделил одно ядро, в котором пытался смоделировать саму идею совершенства. Он даже дал ему имя: Амаар'тах – в переводе с языка Создателей: "Плод Завершения."
Но для того, чтобы закончить этот процесс ему было необходимо время. И именно тем, что он оставит Ковчег в подвернувшейся Звёздной системе на долгие годы, Прометей собирался получить необходимые ему возможности. Что могли дать ему шанс всё же выполнить задание Создателей. Даже если для этого ему придётся перевести на опыты все имеющиеся на Ковчеге “образцы”. Ведь они – ничто… Цель, поставленная перед ним Создателями – это всё… Остальное уже не имеет никакого значения…