Попаданцы. Мир Таларея. Книга 2

Командующий осмотрел редкий лес вокруг (поле с уже давно скошенным и заскирдованным сеном осталось позади) и натянул поводья.

– Торопиться не станем, – сказал он свите, – переправимся последними.

Рассвет ещё только начинал брезжить, когда армейский корпус имперцев уже полукругом оцепил место расположения противника.

Командующий для наблюдательного пункта выбрал себе небольшой, заросший смородиновыми кустами холм в центре своего войска. Отсюда он мог хорошо видеть ход сражения.

Сбоку от его временной ставки и чуть позади изготовились к бою артиллеристы. Два костра для поджигания запальных шнуров они устроили в небольшой промоине, углубив её ещё на метр.

Рядом с батареей мортир расположился один пехотный взвод. У командиров северного и южного отрядов при себе имелись такие же небольшие отряды на случай затыкания брешей в наступающем строю или усиления атаки. Учитывая соотношение сил, у имперцев не было возможности выделить более крупные резервы.

Лагерь наёмников не выглядел сонным. Да, часть солдат удачи уже давно спала, зато были и те, кто успел проснуться и бродил среди палаток в поисках живительной влаги. Фыркали спутанные кони, мычал, хрюкал и кудахтал живой запас провизии, а выпавший из фургона возчик разразился нецензурной бранью – негромко, но вполне достаточно, чтобы разбудить одного из лежавших возле потухшего костра вояк и получить от вставшего на ноги наёмника удар кулаком в ухо.

Именно в этот момент на северном фланге псковитян несколько раз размашисто отсигналил яркий факел, и полки без обычных звуков горнов и барабанов, не издавая боевых кличей, двинулись ускоренным шагом на врага.

Всё войско псковитян для удобства ведения боя среди палаток, шатров, повозок и загородок действовало в составе взводов, выстроившихся в три шеренги по десять человек в каждой. Между взводами шли арбалетчики из состава обозников, прикрытые конниками рот и батальонов. Кавалерийские и разведывательные роты полков от непосредственного участия в сражении были командующим отстранены. Им он поставил задачу перехватывать тех, кто попытается сбежать из лагеря.

– Тревога! – где-то южнее холма со ставкой закричал первый увидевший появившегося врага наёмник.

Крик оказался подхвачен сразу десятком глоток и покатился по вражескому стану волной.

– Быстро спохватились, – досадливо махнул рукой присоединившийся к командующему его адъютант.

– А ты чего ждал? – Генерал на миг отвлёкся от наблюдения за начавшимся сражением и посмотрел на офицера. – Что они дадут себя во сне прирезать? Не те это люди.

Ширина прибрежной полосы, занятой наёмниками, на разных участках составляла от ста до трёхсот-четырёхсот метров. Отряды псковитян не могли быстро преодолеть эти расстояния, оставляя за спиной живых врагов, способных ударить в спину.

Взводы двигались медленно, то рассыпаясь, чтобы рубить и колоть находившихся в шатрах и палатках, либо выскакивающих наружу врагов, то вновь смыкаясь в плотные строи, выставляя перед собой ровные ряды щитов для отражения атаки приходящих в себя наёмников. Пленных командующий приказал не брать, не из-за своей жестокости, а исходя из здравого смысла – его солдаты не должны отвлекаться от боя связыванием капитулировавших врагов и конвоированием пленников в тыл. Вот по окончании сражения можно будет посмотреть и подумать, кого из раненых или трусливо спрятавшихся наёмников добить, а кому сохранить жизнь.

Псковские полковые маги смогли прикрыть своих солдат «Сферами». Не очень плотными, однако вполне достаточными, чтобы нейтрализовать атаки вражеских одарённых. Сейчас бы, подумал Ковин, в самый раз нанести противнику урон боевыми заклинаниями, пока маги врага не пришли в себя и не организовались, да только тогда пришлось бы уменьшить защиту имперских воинов, а терять понапрасну людей генерал очень не любил.

Впрочем, государь Олег за всех своих подчинённых продумал, чем можно заменить боевую магию.

– Капитан, – обернулся командующий к ожидавшему приказа командиру батареи, – ты понял, куда тебе нужно целиться в первую очередь?

Ряды самых больших шатров, в которых, без сомнения, располагалось главное начальство наёмных отрядов, Ковин с артиллерийскими офицерами разглядели в северной части лагеря сразу же по прибытии.

– Так точно, генерал! У нас всё готово. Ждём только команды.

Мортиры действительно уже смотрели своими жерлами в сторону командного центра солдат удачи. Углы возвышения стволов артиллерийские наводчики выставили с помощью отвесов из нитей и свинцовых грузил, а также пользуясь дугообразными формами в четверть круга с нанесёнными на них рисками.

– По два ядра на центр, а затем распредели стрельбу равномерно по всему лагерю, – скомандовал Ковин.

Он видел, что к главным шатрам начинают собираться группы противника и пытаются организовать строй, так что удар ядрами именно сейчас окажется как нельзя кстати.

Капитан выкрикнул команду на заряжание, и его бойцы принялись ловко извлекать из больших коробов, сделанных из светло-жёлтого сплава, называемого странным словом негатор, равновесные тканевые мешочки с порохом.

По команде офицеров для первых выстрелов засыпалось в стволы по шесть пороховых порций. Столько посчитали нужным, чтобы ядра полетели на ожидаемое расстояние.

Отдельным искусством артиллеристов являлось ещё и умение правильно определить длину запальных шнуров у ядер, чтобы взрыв не произошёл в воздухе, но и на земле ядро долго бы не крутилось, позволяя врагам отбежать подальше от угрозы.

– Триста! Тридцать! Три! – громко выкрикнул командир батареи.

После его команды мортиры почти одновременно окутались клубами густого дыма, выплюнув вверх десять ядер.

Противник ещё только начинал приходить в себя и строить оборону, когда первый же залп накрыл самый организованный очаг его сопротивления.

Ковин увидел, как выпущенные снаряды сверху упали на каре из почти двух сотен наёмников, а спустя два удара сердца среди сбившихся в строй врагов вспыхнули разрывы, убивая и калеча не меньшее количество людей, чем если бы то каре атаковали маги, сбив перед этим защитную «Сферу».

– Молодец, капитан! – командующий махнул артиллеристам рукой. – Всё точно рассчитал.

– Тяжело в учении – легко в бою! – оскалился среди клубов пороховой гари офицер, повторив одно из тех изречений, что по приказу государя Олега вывешивались на плакатах в различных местах войсковых лагерей – от столовых и нужников до плацев и полос препятствий. – Натренировались! Заряжайте быстрее, черепахи неповоротливые! – воодушевлённый похвалой закричал он своим подчинённым.

Несмотря на стрельбу мортир, усилившую суматоху среди противника, тот продолжал оказывать сопротивление и даже его наращивать. Имей псковитяне сейчас перед собой полки регулярной армии Дорвинга, застигнутый врасплох и подвергшийся ударам невиданного ранее оружия враг, пожалуй, уже бы начал в панике разбегаться. Однако наёмники отличались не только склонностью к пьянкам, насилиям, грабежам и мародёрству, но и гораздо более высокими боевыми навыками и опытом.

– Вирманс, – окликнул командующий лейтенанта, командовавшего взводом резерва. – У Пелига проблема. Видишь? – показал он рукой в сторону, где тройка магов противника, обнаружив, что группа из полутора десятков псковских арбалетчиков неосторожно вышла из-под защиты «Сферы», заклинаниями «Пламя» и «Молния» уничтожили её почти одномоментно. – Бегом туда. Пока враг там прорыв не организовал.

Несмотря на отчаянную попытку наёмников если не переломить ход сражения, то хотя бы пробиться сквозь неглубокий строй противника в лес, а там уйти к королевскому замку Рохгош – сильно укреплённой твердыни, где они могли рассчитывать на укрытие, – псковитяне умело теснили их к озеру. Часть солдат удачи бились, уже стоя по колено в воде и увязая в илистом дне. Артиллеристы прекратили стрельбу, иначе ядра стали бы собирать жатву и со своих солдат.

Наёмники видели, что стало с некоторыми из их товарищей, попытавшихся сдаться, и сражались до последних сил. Притом что большинство из них даже не успело надеть доспехи или взять щиты.

К тому времени, когда за спиной Ковина над верхушками деревьев показался диск солнца, сражение подошло к концу и завершилось полной победой имперцев. Потери ещё предстояло подсчитать, но опытным взглядом командующий и так определил, что погибших в этом бою его подчинённых ненамного больше сотни, а значит, и раненых около трёхсот.

Отличный результат – определил он для себя. Три полка псковитян разгромили шесть, если условно перевести численность наёмников, с минимальными потерями. Всё произошло, как говорил государь Олег: «Воюют не числом, а умением». А ещё император много раз повторял своим генералам: «Вы должны научиться одерживать победы над любым врагом без участия меня или моей венценосной сестры».

– Приведи моего коня, – приказал Ковин ординарцу, увидев, что последние сопротивлявшиеся враги побросали в воду оружие.

Какая-то часть наёмников, совсем небольшие группы, успела всё же скрыться в лесу. Так что будет работа и для рот разведки и кавалерии. Шум, крики и звон оружия из чащи уже доносились.

Первым из полковников к командующему корпусом, продвигавшемуся среди трупов к шатрам штаба наёмников, подъехал Дертий, которого, помимо пары его офицеров и десятка кавалеристов, сопровождал и майор Собик. Доспехи старого приятеля были забрызганы кровью, а доброе, глуповатое лицо сияло самодовольством.

Полковник же, как обычно, был спокоен и сдержан. Хотя Ковин заметил, что несколько недель тому назад у Дертия что-то случилось. Нет, лучший из командиров его полков никак не проявлял отстранённости от службы, и всё-таки генерал чувствовал, что тот стал погружен постоянно в какие-то мысли, не связанные с текущими делами.

Может, офицер получил какие-то важные известия из своего лесного края, откуда он прибыл? Ответа Ковин искать не собирался. Во всяком случае, пока внутренние озабоченности полковника не влияют на командование вверенным ему воинством.

– Пленных всё же много, – сообщил Дертий. – Что с ними делать?

– Что делают с разбойниками? – равнодушно пожал плечами генерал. – Они на имперских территориях вели себя не как военные противники, а как обычные банды. Часов пять у нас есть – пока своим раненым поможем, пока трофеи соберём, пока определим, кого из обозных рабов забрать с собой и какую скотину, – в общем, за это время решим вопрос и с пленными. Колы и виселицы. Чего-то особо изощрённого придумывать не стоит. Кстати, лекарскими наборами поделись с восьмым полком. Я так прикидываю, что там раненых много больше, чем у тебя. На отряд лучников наткнулись. И через полчаса соберёмся на короткий совет. – Он взглядом позвал за собой Собика и послал коня вперёд.

Когда Ковин закончил совещание, вернувшийся из поездки к узлу связи лейтенант Хорст доложил, что в Глатор прибыла королева Саарона.

На миг генералу подумалось, что причиной визита императорской сестры явилось известие о его самоуправстве в отношении похода на территорию соседнего государства, но тут же усмехнулся над столь очевидной глупостью – когда бы кто успел доложить? Да, телеграф – великое дело, только не божественное чудо. Наверняка госпожа прилетела на своём дирижабле, чтобы отстраивать стену вокруг портала. Уже две недели согнанные со всего королевства каторжане и рабы таскали и месили песок с глиной и засыпали полученный состав в опалубку.

Зачем императору (а решение принадлежало точно ему) так срочно потребовалось возводить новые укрепления вокруг площадок древней магии перемещений, хотя они должны открыться для использования только через два года, – таким вопросом задавались все, но никто вслух его не высказывал. Привыкли, что государь Олег просто так ничего не делает.

Прибытие столь важной особы, как королева Уля, требовало встречи её высшими должностными лицами провинции, а командующий северным армейским корпусом к таковым тоже относился. Да и без этого Ковин всегда был рад видеть госпожу, которой он и его семья были обязаны столь многим.

– Граф, – обратился он к старшему по званию и возрасту командиру полка, – остаётесь за меня. Мне нужно спешить на доклад. Позаботьтесь о тяжелораненых. Чтобы их постарались довести до корпусного госпиталя живыми. Учебный поход продолжить в соответствии с утверждённым планом. Всем солдатам объявить, что за сегодняшнюю победу им, кроме боевых оплат, я добавляю по трое суток дополнительного отпуска. Могут к основному добавить, а кто хочет – взять выходными. Майор, – повернулся он к Собику, – ты отправляешься со мной.