Попаданец в Таларею

– Да, поняли. Эти наёмники – из республики Синезия. А синезийцы, сами знаете, за деньги что угодно сделают.

– Из Синезии? – удивился настоятель, – а как они у нас в Виноре оказались?

– Так ведь они из Тарка возвращаются.

Тарк, королевство восточнее Винора, ещё в прошлом году нанимал большое количество солдат, где только было можно их нанять.

Король Тарка – Плавий Второй – делал крайне своеобразно: ловил какого-нибудь прохвоста, давал этому прохвосту золотой и говорил ему: иди и рассказывай всем, что твой король – добрый король.

Этого хватило, чтобы его королевство собрало войско в одиннадцать пехотных и пять кавалерийских полков при поддержке почти двух десятков магов, пусть и не самых сильных. С учётом вспомогательных частей, численность армии Плавия Второго достигла почти двадцати тысяч человек, большинство которой составляли наёмники.

Такой большой армии ему хватило, чтобы отвоевать Лидурские горы с их богатыми серебряными и медными рудниками у дряхлеющей и погрузившейся в хаос гражданской войны Хадонской империи.

– Ну тогда они должны быть с деньгами и с немалыми, – заметил Меоний.

– Всё так и было, – вступил в разговор второй из приехавших монахов, несколько моложе первого. – Только они, будучи проездом в Фестале, устроили там драку в трактире, и всё бы ничего, но им под горячую руку подвернулся королевский стряпчий. К сожалению для них, он умер.

Порядки в столице Винора трём присутствующим здесь руководителям монастыря были знакомы не понаслышке.

– Как же они избежали виселицы? – спросил Адалий.

– Они об этом не рассказывали, ваше преподобие, – опять вступил в разговор сутулый, – но они сейчас на свободе и без денег почти. Они уже две декады сидят в Нимее и ждут попутный корабль в Синезию, который согласится их отвезти туда в долг. Пока никто не соглашается.

– Дураков нет, – констатировал Меоний, – ну, так и сколько они хотят?

– Восемьсот лигров и чтобы им оплатили места на корабле до Синезии.

Меоний посмотрел на настоятеля. Адалий утвердительно кивнул.

– Конечно, можно было бы и поторговаться, но, я думаю, не стоит. Цена для нас приемлемая. А то, что они уедут после того, как сделают порученное, так и вообще прекрасно. Брат Норт, постарайся заранее подыскать корабль в Нимее, пошли уже сегодня кого-нибудь, пусть держит это на контроле. А вас, братья, благодарю, вы хорошо справились с поручением. Я подумаю, как вас наградить. Идите.

Оба монаха кланяясь и неразборчиво бормоча благодарности, вышли из кабинета.

Посмотрев на оставшегося брата ключника, Адалий спросил:

– Что-то ещё?

– Да, ваше преподобие. Кладовщик жалуется, что кто-то повадился таскать продукты со склада. Сначала я подумал, что он всё никак не отойдет от праздников и продолжает выпивать. Я даже хотел приказать его выпороть, но, похоже, что это правда. Кто-то из братьев или слуг. Прикажете провести расследование или попробуем поймать на месте?

Настоятель поморщился. Сейчас, когда они готовят серьёзное дело, заниматься ещё и выявлением крыс не хотелось. Не ко времени.

– Найди надёжных братьев, пусть присматривают, только незаметно. Расследований не проводить.

Ключник, получив указание, поклонился и молча удалился. Такое распоряжение его полностью устраивало. Какое расследование, когда его молодая красотка ждёт?

Когда настоятель и начальник стражи остались вдвоём, Адалий подошёл к своему столу, вытащил сбоку штырь, после чего поднял крышку стола. Под ней в углу находилась шкатулка с деньгами. Наставник отсчитал из неё шестнадцать золотых десятилигровых монет и протянул их Меонию.

– Тут им задаток. Пятая часть, как обычно. Отправляйся в Нимею и привези их сюда. Выехать желательно сегодня же.

А в это время Олег собирал репу. Да, будущий «Повелитель Мира» и «чорный пластилин» не мог относиться к этому без некоторого юмора.

Там, на Земле, будучи студентом, он не знал, что такое организованный выезд на уборку картошки и других овощей, но от отца и его знакомых примерно представлял, что это такое. Теперь, уже в другом мире, ему приходилось испытывать это на себе.

В хижине Олег провёл почти пять дней. В первые же сутки он, наконец-то, полностью восстановил свой запас магической энергии, чтобы сразу три четверти его вбухать в заклинание Сокрытия Ауры, и теперь больше года он мог не опасаться, что кто-то определит в нём мага. Остальные четыре дня Олег занимался раскачкой тела. Результат пока был не особо виден, но уже ощущался на практике.

Первый раз Олег смог отжаться от пола только четыре с половиной раза, но затем догадался накладывать на себя после нагрузок заклинание Малое Исцеление. Энергии оно забирало не так уж и много, зато накачку мышц можно было вести практически непрерывно. Благо, что с питанием у него проблем не было – он ещё пару раз посетил монастырь и запасся продуктами впрок на несколько декад. Теперь он уже мог отжаться больше пятнадцати раз. Было бы смешно, если не учитывать в каком состоянии ему досталось тело несчастного серва.

Разобрался с исчислением времени, тут помог Лейн, забегавший каждый вечер его проведать. Осторожными вопросами Олег уяснил, что первоначальные его мысли насчёт того, что он появился в этом мире в последний день лета, были результатом его неправильного восприятия знаний Ингара.

На самом деле здесь не было деления на месяцы вообще, видимо, из-за особенностей орбиты местной луны. Год здесь, длившийся четыреста два дня, состоял из четырёх кварталов, в каждом квартале было десять декад, в каждой декаде, понятно, десять дней. Были ещё не входившие ни в одну декаду два «дня встречи», это когда весна встречается с летом (год здесь начинался с первым днём летнего квартала).

Сейчас уже шла вторая декада осеннего квартала. Олегу пришлось выйти на работу на шестой день своего пребывания в этом мире. Серв, который не работает, не важно по какой причине, не имеющий помогающих ему родственников и при этом не умирающий от голода, вызвал бы серьёзные подозрения. И так уже староста посмотрел на него с подозрением.

В одежде Ингара Олег выглядел по-прежнему худым недоедающим парнем, а то, что под рубахой уже вместо рёбер мясо, так никто этого не видит. Да и много ли изменишь за двенадцать дней?

Тем не менее с его нынешним питанием и использованием заклинания Малое Исцеление его состояние по сравнению с другими сервами было просто несравнимо. Олегу приходилось постоянно прикидываться слабым, чтобы не привлекать внимания надзирателя.

Надзирателем на этих работах был монах, уже знакомый Олегу по его первому приключению в монастыре – брат Ганек. По всей видимости, настоятель использовал порочную практику КПСС и назначал на сельское хозяйство провинившихся.

Брат Ганек целыми днями валялся в тени деревьев, которые росли вдоль поля, часто пил воду и обильно потел.

Впрочем, тут особый контроль и не требовался. Оценивался сразу результат. В конце дня монах вместе с помощником старосты Горушки, который представлял тут общину сервов, оценивали количество собранного и отделяли треть для общины. Остальное увозили в монастырь. Перевозкой занимались сервы из Светлой. Громоздкие повозки тянули быки. Олег уже знал, что лошади тут есть, хотя и более низкорослые, чем земные, вот только их чаще использовали для верховой езды.

Треть от собранного урожая репы, которая доставалась сервам, это было ещё щедро со стороны монастыря. С урожая зерна монахи забирали три четверти.

Работа в сельском хозяйстве Олега порядком утомила, не физически, а морально. Он уже начал продумывать варианты как опять закосить. К тому же он, временами наведываясь в монастырь, чтобы проверить, как там идут дела у матери и сестры Ингара, несколько раз был свидетелем интересных разговоров. Настолько интересных, что он специально стал их слушать.

Его насмешили и, прямо скажем, порадовали выводы, которые сделал настоятель монастыря и его помощники. Никто даже не сомневался, что устроенное Олегом изъятие книг, кстати, так и таскаемых им в пространственном кармане мёртвым грузом – с умением читать пока были проблемы, дело рук барона Гринга.

Кстати, в одном из разговоров Олег получил и небольшую информацию о самом бароне. Его личность Олега сразу заинтересовала: простолюдин, не только получивший дворянство, а ставший бароном – это могло помочь Олегу спланировать путь своей социализации в этом мире. Понятно, что сервом он не будет, но вот как без поднятия шума выйти из этого состояния и занять хотя бы первую ступень своей карьеры, он ещё никак не мог придумать.

Олег решил принять участие в столкновении, которое в скором времени должно было произойти между монастырём и баронством. Естественно, поучаствовать он решил на стороне Гринга. Олег понимал, что в этом средневековье свои порядки, и барон, вполне вероятно, ничем не лучше монахов, а, может быть, даже и хуже. Но здесь уже сработало простое правило: барон Ингару ничего плохого не сделал, а монахи отличились по полной. А Олег всё равно иногда считал Ингара частью своей личности, хотя, по сути, это было не так.

Дождавшись окончания работы и получив свою плату в виде пяти реп от Ровина, помощника старосты, не стал даже жаловаться, что репы ему достались самого малого размера, хотя видел, как многим сервам удавалось просьбами уговорить Ровина заменить репы на более крупные, но не всегда. И тут начальники, даже мелкие, стараются в свою миску побольше положить.

Домой шли вместе с Лейном, немного отстав от остальных крестьян. Лейн, хоть и был уставшим, тем не менее был в хорошем настроении, предлагал даже сбегать на Олошку искупаться. Олег бы согласился, но у него были другие планы, к тому же на речку он и так под заклинанием Скрыта каждое утро и почти каждый вечер бегал. Поэтому отказался, сославшись, что ещё плохо себя чувствует. Олег уже начинал вживаться в роль симулянта.

– А ты знаешь, у нас Ристка выздоровела! Утром сегодня проснулись, а у неё ни сыпи, ни жара.

Ристка – это младшая шестилетняя сестрёнка Лейна. Вчера, когда они грузили урожай в телеги, Лейн пожаловался ему на проблемы с сестрой. В прошедшую ночь Олег зашёл в их домишко и наложил на Ристку заклинание Малого Исцеления. Сейчас ему было приятно видеть радость друга Ингара.

Олег понимал, что они с Лейном совершенно разные, равная дружба между ними почти невозможна. Да и Лейн видит в нём только своего друга Ингара. Вселенец из другого мира для него абсолютно чужой, дальше, чем даже настоятель Адалий.

Тем не менее Олег напомнил себе ещё раз о своём решении когда-нибудь помочь парню.

В своей, теперь уже своей, а не Ингара, хижине Олег скинул провонявшие потом обноски, достал из пространственного кармана и надел сапоги, набросил на себя Скрыт, потом использовал заклинание Малое Исцеление и голышом, всё равно под Скрытом никто не видит, побежал к Олошке.

На этой небольшой речке он ещё на прошлой декаде присмотрел себе достаточно глубокую заводь – ему там было по грудь, к тому же эта заводь и с одного, и с другого берега была заслонена густыми кустами вроде ивы. Так что никто не мог видеть удивительное поведение воды, когда Олег там плескался, а звуки Скрыт глушил полностью.

Уже с наступлением темноты, когда исчезла вероятность, что кто-то решит его навестить, Олег оделся в добытую им одежду и побежал к монастырю.

Настроение было нормальным, тело чувствовало себя бодро, он даже ни разу не использовал Прыжок пока бежал.

Во дворе монастыря в этот раз было тихо. Гулянки у монахов закончились, начались трудовые будни.

Как Олег уже успел понять, монахи тут не только и не столько молились, но и работали. Часть монахов надзирала за сервами и рабами на полях и в мастерских, часть монахов несла службу стражниками, и судя по их тренировкам, которые Олег один раз наблюдал, воинскими искусствами они владели вполне достойно для непрофессиональных воинов, часть монахов сама занималась различными ремёслами – тут были и резчики, и столяры, и плотники.

Так что первое впечатление, которое сложилось у Олега в первый день, когда тут шла шумная попойка, оказалось слишком поверхностным.

На пороге двухэтажной пристройки, располагавшейся между главным зданием и южной башней, он заметил двух воинов. Они были одеты в кожаные доспехи с металлическими накладками, на ногах были высокие кожаные сапоги, также защищённые щитками, на головах – открытые шлемы с плюмажем. Из оружия воины носили только мечи. Какого-то другого оружия и щитов у них при себе не было. Вероятно, уже сложили в комнатах. Олег сразу же догадался, что это те самые наёмники, о которых на кухне рассказывали два монаха любознательным кухаркам. Хранить тайну не только замком, но и языком монахов, видимо, никто не учил. Поэтому Олег знал даже сумму, за которую наняли этих полтора десятка наёмников. Он не знал только подробностей того, что замыслил настоятель со своими помощниками. Но это только пока.

Два воина возле пристройки говорили на незнакомом Олегу языке. Из самого здания в это время раздавался шум, какой можно всегда слышать по прибытию группы людей на новое место.

– Кто из вас сержант Чек? – спросил секретарь настоятеля. Он так незаметно подобрался, что от неожиданности вздрогнули не только наёмники, но и Олег, который даже в шутку предположил, что тот является его коллегой по Скрыту.

– Сейчас позовём, – сказал один из воинов, странно коверкая слова и пошёл в постройку.

Через короткое время оттуда вышел полностью экипированный воин, как будто за дверью ожидал, когда его позовут. Он был высокого роста, не очень широкий в плечах, с лицом, словно вырубленным топором.

– Сержант Чек? Его преподобие ждёт вас. Я провожу.

Коротко поклонившись, секретарь Лиций повернулся и пошёл в главное здание, даже не убедившись, что командир наёмников последовал за ним.

Сержант что-то сказал своим воинам, передал одному из них меч, оставив себе только короткий кинжал, висевший на правом боку, и пошёл за Лицием. Олег пристроился в паре шагов за ним. Так, паровозиком, они и дошли до кабинета наставника Адалия.

– Прошу вас подождать, я доложу, – секретарь не постучал, а скорее поскрёб в дверь, после чего зашёл туда и почти тут же вышел. Пригласил командира наёмников: – Заходите.

Олегу хватило времени бросить взгляд в открываемую дверь и рассмотреть кабинет. Он уже вполне уверенно мог дозировать наполнение заклинания Прыжок, и оказался в кабинете в углу возле высокого шкафа чуть ли не раньше, чем закрылась дверь за вошедшим туда сержантом.

Кроме сидевшего в кресле настоятеля, в кабинете находился и Меоний, который стоял возле открытого окна.

Первым заговорил Адалий.

– Рад с вами познакомиться, сержант. Надеюсь, что наше сотрудничество окажется взаимовыгодным.