Время искать

Ну, вот и все. Пора, и честь знать! Ничего интересного в этих унылых развалинах не найти, разве что самогонный аппарат! Ага! А вот это интересно. Чего это заволновался мой жеребчик то? Пищит ультразвуком и об опасности предупреждает! И кто это решил прийти по мою душу грешную? Если черти, то их надо прогнать молитвой, ибо на мне теперь благодать с баронскими привилегиями. И кому это не терпится на тот свет попасть?

Тихо, ступая по-кошачьи, обошёл вокруг дома. Осторожно выглянул из-за угла. Во дворе поджидали четверо героев, вооруженных булавами, топорами, а один даже не поленился облачиться в приличные доспехи. Красавцы, ночные герои! А может они пришли за запасами самогона алхимиков? Бред! Они пришли за любопытным рыцарем, упокой Пророки их грешные души!

– Добрый вечер, господа! Не меня ли поджидаете? – поинтересовался рыцарь, оказавшись за спинами бравой четверки.

Они, резко повернувшись, не сразу поняли, кто тут появился и что ему не нравится.

– Не туда ползаешь! – угрюмо пробурчал толстомордый мужик с булавой, после чего крикнул, – Бей его, ребята!

И «ребята» бросились вперед, словно хищные птицы. Птицы? Скорее, дохлые куропатки на гнилом болоте. Один не добежал, наткнувшись на ногу, рухнул и принял «позу эмбриона». Второго, не дав ему замахнуться секирой, пришлось огреть рукоятью меча по голове, и дать возможность полежать рядом с приятелем. Рыцари они добрые, пока трезвые! Вот, незадача! Гривин с ужасом вспомнил, что он трезвый, а в данном случае это отягчающее обстоятельство. Так вышли из боя оба бойца с секирами, что не могло не радовать. Мужики попались здоровые и им, что мечом, что дубиной орудовать все едино. Как же им больно? А нечего прыгать на мирно ковыряющегося в руинах рыцаря, тьфу черт, барона Нага, язви его за ногу. Пусть помнят, что муки физические гораздо лучше прочищают мозги, нежели муки моральные.

Вояка со щитом и мечом обладал некоторыми навыками боя. Если это навыки, то понятно, почему королевские войска потерпели поражение в последней войне. Убить или не убить? Боже, какой он наглый! И рожа, точно рыжая, а значит наглая! Блок! Удар! Блок! И долго будем тренироваться? А вот это совсем наглость! Владелец булавы вышел из ступора, оглянулся, и решил помочь своему коллеге по ночным делам. Сотворить «благо» ему не удалось, поскольку рыцарский бросок корпусом в щит, заставил полететь кубарем мечника, да и его напарник промахнулся и попал булавой в стену. Очень хорошо. Почти классика жанра. Обладатель булавы увидел, что рыцарь не успел принять боевую стойку. Занес оружие, и медленно сполз по стене на землю, пару раз захрипел и затих.

– Попал! – радостно засмеялся кто-то, – Ой, мамочки! Я этого дядю прирезал!

Это оказался вихрастый, русоволосый пацан, лет четырнадцати-пятнадцати, в грязных серых штанах с дыркой на правом колене и в серой же рубахе с драными локтями. Ноги его были босы. Он ревел от страха. Гривин осмотрел труп и покачал головой. Хороший мальчик, добрый. Грамотно маленьким ножичком попал дяденьке в сонную артерию. Далеко пойдет, если не колесуют на площади.

– Ты кто такой, шельмец?

– И! И! Итар я! – навзрыд ответил мальчишка.

– Сиди тут, а я побеседую с дяденьками о бренности бытия!

– Господин! Костер разжечь, чтобы раскалить железо? – оживился парень, и даже реветь перестал.

– Не стоит, – буркнул в ответ Гривин, достал из коня маленький чемоданчик и наполнил шприц «сывороткой правды», – Свяжи пока этих добрых людей.

Парень радостно кивнул, принял от рыцаря веревки, и туго связал бандитов по рукам и ногам. Мастерски связал, почти профессионально, так называемым «морским узлом». После инъекции «мечник» заговорил, слегка заплетаясь языком.

– Нас нанял богатый господин. Он заплатил нам, чтобы мы убили рыцаря Браса, который является колдуном и коварным чернокнижником. С обеда мы следили за Вами, выжидая удобный момент. И вот дождались.

– Нам заплатили ничего не объясняя, – добавил один из «секирщиков».

– А как выглядел этот господин? Волосы белые, борода рыжая, усы чёрные, одет как один из министров нашего достославного Эгги II?

– Да! Это он! – подтвердил «мечник».

– Где вы с ним встретились? – спросил рыцарь, – Только живее колитесь, а то могу и на кол посадить!

– В таверне «Гром и молния», – последовал вполне точный ответ.

Затащив бандитов во внутренний дворик дома механиков-алхимиков, заткнул им рты кляпом, пояснив, что если они не обманули, то утром их отпустят. Бродячие собакоподобные твари не в счет. Сожрут – значит, такова судьба. Тут взгляд упал на ещё стоявшего перед домом парнишку, явно огорченного отсутствием изощренных пыток. Не оставлять же его тут? Да и проводник в этом трущобном городском лабиринте нужен.

– Чем занимаешься? – сурово поинтересовался рыцарь, – Знаешь, что за убийство бывает?

– Бродяжничаю. Я ведь теперь сирота. Да знаю, но я же не хотел! Не выдавайте меня городской страже, сэр рыцарь! Я все буду делать, что скажете?

– Точно? Так все и будешь делать? Пойдёшь ко мне в оруженосцы? А то точно попадешь на виселицу или сердобольный барон посадит на кол!

– Я? – парень весь расцвёл от радости. – Я? В оруженосцы? К рыцарю? Не может быть!

– Может! Ну, как, идёшь?

– Конечно! – радостный вопль вырвался из груди парня.

– Можешь забрать оружие этих разбойников себе. Считай, что предварительное крещение ты получил, а дальше посмотрим.

Итар не замедлил воспользоваться разрешением, забрав себе кожаный шлем, щит, меч, пару ножей, а заодно срезал и кошельки с поясов неудачливых «джентльменов удачи».

– Сегодня сойдет и так! А завтра, Итар, помыться и приодеть тебя надо! А то вид, хоть святые образы из храма выноси. Где находится таверна «Гром и молния» знаешь?

– Ага, – кивнул Итар и шмыгнул носом.

– Едемте, покажу, – Итару пришлось пересилить себя, чтобы взобраться на Пегаса и устроится за рыцарской спиной благодетеля.

Невиданное животное вызывало у него чувство опасения. Но будущему рыцарю надо уметь преодолевать опасности, поэтому, вздохнув глубже, Итар запрыгнул на коня. Тому же, как легко догадаться, было безразлично, сколько на себе нести тяжести. Тяжесть роботам чужда, и потому чудо техники доскакало в порт довольно быстро. Не флаер, конечно, но вполне приличное средство передвижения.

Порт, морские ворота Сагатора, пропахшие рыбой, просмоленной пенькой, наполненные скрипом мачт и заунывными песнями матросов, починяющих такелаж, выглядел вполне обычно, хотя по меркам Янтариса был очень значительным. Бухта, защищала гавань от зимних штормов, а парочка верфей давала возможность починить пострадавшие суденышки, как от непогоды, так и от «лихих вольных добытчиков». Вход в бухту прикрывала небольшая крепость, катапульты и баллисты которой, могли защитить при появлении вражеского флота.

Вода в самой бухте, у причалов, была затхлой и откровенно воняла тухлой рыбой. Зато жизнь на берегу била ключом. Пьяные матросы задевали друг друга, отпускали соленые шуточки, дрались из-за местных красоток, но все стихало при появлении стражников. Портить отношения с местными властями не хотели даже самые дикие сорвиголовы. Морская жизнь нелегка, а сбывать честные и не особо честные товары надо, а это без каперского патента весьма затруднительно.

Лачуга, с громким названием «Гром и Молния» явно оправдывала свое имя. Изнутри доносился такой звук, словно десяток чертей грохотали чугунными сковородками и ругались при дележке грешников для экзекуции. Раз! Дверь таверны открылась и оттуда вылетела волосатая грязная личность с ножом в руке. Два! Полетела вторая пьяная тушка, ударилась головой в бадью с помоями, недовольно «хрюкнула» и затихла. Три! На пороге появилась здоровая бабища с черной повязкой на глазу, со стальным ухватом в руках и пнула ногой под зад еще одного клиента, пытавшегося незаметно проскочить на улицу. Проворнее надо быть, проворнее, а не лежать в луже под копытами коня. Его счастье, что животина механическая, а то получил бы копытом в лоб и все, поминай, как звали.

– Ее бы энергию, да в мирных целях, – пробормотал Гривин, – Итар, посторожи коня. Он не кусается, но совать колючку под хвост не советую.

– А можно мне с Вами, сэр? – умоляюще попросил мальчишка, который явно хотел насладиться потасовкой в исполнении своего кумира.

– Благородный рыцарь! Просим, просим, – подобострастно поклонилась женщина, – Столик я сейчас освобожу, а потом проведу куда надо, и выберите такую девочку, что понесет, не остановишь. Господину не стоит скучать.

– Я подумаю, – значительно кивнул де Брас, – А пока сообрази достойное место для благородного господина.

– О да! Мигом! – отсалютовала ухватом, словно оружием хозяйка, и через минуту грохот раздался уже с черного хода.

Да, здесь не любят шутить. Этой бы дамочке в руки алебарду и все, одна бы разогнала всю вражескую армию. Быстро управилась, ничего не скажешь. Рыцарь прошел в таверну, брезгливо осмотрелся и занял место за столом, который даже вытерли грязной тряпкой. Вертеп. Разбойничий вертеп самого низкого пошиба. А чего ты хотел от портового гадючника? Изысканной публики, разносолов, цыганского хора с кордебалетом? Ну, и рожи вокруг собрались, разрази их гром и молния. Жалко, что эти божественные атрибуты лишь украсили название заведения.

– Хозяин! Вина! Артайского! – недовольно рявкнул рыцарь, и на мгновение наступила тишина.

– Сейчас, о благородный господин, да продлят Семеро Ваши годы! – угодливо отозвался полный человечишка с приплюснутым носом, наследием лихой молодости и грязной рыжей шевелюрой доставшейся от родителей при рождении, – Уже бегу!

И побежал-таки сам, проворно так побежал, забавно перепрыгивая пьяные тела, при этом не пролив даже капли драгоценной жидкости.

– Вот, лучшее вино, Артайское Южное. Аромат такой, что закачаешься!

– Угу, охотно верю, – кивнул Гривин, и незаметно уронил в кружку таблетку универсального антидота, – «Норморскую дурь» не добавлял, надеюсь?

– Обижаете!!! Портить такой гадостью благородный напиток, рука не повернется.

– Это правильно, любезный! А то не только руки, но и ноги выверну так, что мало не покажется.

– Чего изволите, кроме вина? – вполголоса сообщил трактирщик, – Была недавно рабыня на продажу. Какая красивая и умеет все! Говорят, была знатной дамой, но не в меру любила потешить тело, за что ее муж и продал в рабство. Но товар качественный, хоть и не столь изысканный, есть всегда. Этот уже продан.

В руках рыцаря появилась золотая монета, которая заиграла в свете факелов, и этот блеск отразился в глазах трактирщика. За такую «коронку» он был готов продаться с потрохами не только сам, но и продать жену, и даже выкопать останки тещи, недавно умершей от мора.

– Не видел ли ты важного господина с длинными белыми волосами, чёрными усами и с такой же, как у тебя рыжей бородой? – хитро поинтересовался рыцарь, сделал глоток вина и погрозил пальцем, – Слегка прокисло винишко то, но пить можно.

– Видел, – не стал отказываться кабатчик, – Вчера заходил. И эту благородную шлюху купил у меня за очень хорошую цену.

– А как бы мне его увидеть? – прищурился Гривин и достал еще одну монету, чем едва не довел собеседника до умопомрачения.

– Его – не знаю. А вот молодой человек, который был с ним, появится завтра вечером. Он заказал столик для себя и каких-то своих компаньонов. Говорил, что их ждут на королевском турнире.

– Ты делаешь успехи, любезный и не страдаешь провалами памяти, – рассмеялся рыцарь и небрежно уронил обе монеты в протянутую ладонь страдальца.

– Всегда рад служить вашей милости!

Один из оборванцев, сидевший в углу и цедивший вино из кувшина, алчно посмотрел в сторону рыцарского кошелька, но видно решил не искушать судьбу и поискать более легкую добычу.

Ночь. Очередная ночь вступала в свои права, и рыцарь с оруженосцем поспешил покинуть порт, благоразумно пристроившись за спинами городской стражи. На сегодня приключений хватало даже с избытком, а стража гарантировала отсутствие случайной драки, в которую ввязываться не хотелось. Более того, по доброте душевной, сэр Брас рассказал о связанных разбойниках начальнику караула, и посоветовал их поместить пусть в сырой, но зато теплый каземат городской крепости. Стражник просто расплылся в улыбке и сказал, что благодаря доброму господину его отряд не останется без премиальных накануне праздника. Так в разговорах и прошла вся дорога к постоялому двору «Тихая Гавань», пожалуй, единственного приличного заведения в этой дыре, именуемой Сагатором.

Хозяин заведения, которого все постояльцы уважительно называли дядюшкой Джадом, встретил рыцаря на пороге, покачал головой и придирчиво посмотрел на «чумазое» сопровождение. Да, уважал хозяин этого рыцаря, свято уверовав в то, что его благодать спасла от «черного мора» домочадцев и сохранила от огня с таким трудом налаженное хозяйство. Благородный человек спас племянницу Вету от мародеров, за что можно быть благодарным по гроб жизни. Другое дело, что от ремня дядюшки рыцарь уберечь не мог и не вмешивался в воспитательный процесс. Ну, ворвались скоты в заведение, так эта девчонка решила из себя воительницу строить. Если бы не рыцарский меч, не было бы теперь племянницы, а так живет дяде на радость и себе в удовольствие. Вбила в голову, что она теперь рыцарская дама, даже неудобно перед постояльцем. Хотя, кто знает. Рыцарь он тоже человек и только слепой не видит, что неровно дышит благородный господин в сторону девушки. Ну, ведь все при ней, кроме благородного происхождения.

Гривин добродушно взглянул на Вету и мрачно задумался. Золотистые волосы, точёная фигурка, зелёные озорные глаза, тонкие запястья и щиколотки, на удивление ровные, белые зубы, а это уж, действительно, редкость для средневекового мира, глубоко пораженного кариесом и авитаминозом, где почти все ходят щербатые, даже местные красавицы. Одно дело короткая, не имеющая серьёзных последствий связь, а тут, без серьёзных страданий и любовных переживаний, в основном со стороны Веты, не обойтись. Какие перспективы здесь могут быть? Выполню своё задание и вернусь на Землю, а она – останется на Янтаресе. Вот только как ей это объяснить, чтобы не обидеть! Не скажешь же правду! Рыцарские обеты, конечно, спасают от большинства напастей, кроме сердечных. Черт побери, а ведь она хороша собой, и «вознес он ее на небеса». Стоп! Договоришься. Одно неловкое движение, и ты покойник. Тебе что, Мэй мало? А внутренний голос, ехидно заметил, что таки, именно, мало.

– Где пропадали? Что видели, господин? – поинтересовался Джад, – Прикажете согреть вино со специями? И кто это с Вами?

– Мой оруженосец, Итар! – сообщил рыцарь и мрачно почесал затылок.

– Святые угодники! – заворчал хозяин, – У господ свои причуды, но неужели нельзя было взять в услужение отпрыска благородной фамилии? Ишь, как шаловливые глазенки рыщут!

– Да провалиться мне, если я опозорю господина! – нахмурился паренек.

– Да уж, полы здесь крепкие, не разбирать же их специально? И потом в погребе припасы, – язвительно хихикнула Вета, – Фу, грязный какой! Прикажете воды согреть?

– Да, это верно, – кивнул рыцарь, – Итар! Отдай деньги почтенному Джаду. Уважаемый хозяин, вне всякого сомнения, имеет связи среди торговцев, и потому не откажется тебе прикупить подобающую одежду. Верно?

– Как скажете? Мне это не сложно, – согласился Джад, и пригрозил Итару пальцем, принимая трофейный кошелек.

Молодые люди, подзуживая друг друга, удалились на задний двор, где, стараниями сэра Браса, было выстроено некое подобие помывочной, а рыцарь устало опустился за стол и ничуть не возражал против ароматного вина. Здесь, хотя бы, можно спокойно выпить, без риска быть отравленным. С заднего двора слышались вопли, плеск воды и злобное недовольство Итара, не желавшего лезть в «смолу». Дикий народ. Джад, тем временем, послал за торговцем одеждой, и тот пришел со слугой, который изрядно кряхтел под грузом товара.

– Что нового говорят в городе, Джад?

– Да, что говорят, Ваша Милость! Цены на рынке растут, налоги тоже. Приехал королевский пес, Дайлис, значит, полетят головы. Торговцы говорят об ужасах, будто казнили Грону де Нага за ведовство. Сколько масла перевели на нее, думаю на пять сотен полновесных серебряных «коронок».

– Ты веришь, что она колдунья?

– Святые отцы верят, и я тоже верую. Вот говорят, королева родила мертвенького уродца. А кто виноват? Колдовство госпожи Гроны. Эти де Нага уже давно перечат королю, вот ведьма вовремя и подвернулась. Турнир будет великий, на который король собирает всех воинов. Говорят, что кто из рыцарей откажется – будет опозорен на веки вечные. Вета, дуреха, все хочет, чтобы Вы ее туда взяли.

– Любопытно, – усмехнулся де Брас, достал грамоту на владение, – Скажи, Джад! Управлять замком можешь? А то меня наш, солнцеликий Эгги II, осчастливил баронским титулом, и замком Нага в придачу.

– Не знаете, что теперь с этим счастьем делать? Понимаю. Земли богатые, а народ дикий, одно расстройство. Стар я уже для управления таким хозяйством.

– А если я попрошу очень? – вздохнул рыцарь, – Джад, мне нужен надежный человек.

– Я подумаю. Только если таки, вздумали Вету взять с собой, то осторожнее с ней говорите, чтобы девка не свихнулась на радостях. Вот прикидываю, на кого дело здесь оставить? Да и замковые товары будет удобно продавать. Если и соглашусь, то ради Веты только. Одно дело племянница хозяина постоялого двора, а совсем другое родственница управляющего барона Нага. Хлопотно тогда будет девочку обидеть, да и жениха подыскать легче.

– Ну, все! – радостно сообщила Вета, появившись в зале, – Чудовище отмыла, его одежду спалила в печке. Голый злюка сидит в господской комнате, и ладонями срамоту прикрывает.

Торговец одеждой усмехнулся, кивнул своему подмастерью, и отправил выручать из беды молодого человека с помощью изрядной кипы одежды. Дело нужное и прибыльное, а то зря, что ли, иглой столько работал.

– Вета! – покачал головой хозяин постоялого двора, – Язык, что помело!

– Дядя, а чего он меня дурой обозвал? – топнула ногой девушка, – Поймаю в подвале писклю, и запущу ему за шиворот!

– Вета! Подожди! – зевнул де Брас, – Поедешь со мной на турнир, если не будешь обижать Итара.

– Правда? – опешила девушка, недоверчиво взглянула на дядю, но тот отвернулся к стойке, пряча улыбку.

– Истинная правда, клянусь Семерыми! – уже рассмеялся рыцарь, и продолжил, – Мастер, видишь эту красавицу? Подбери ей дорожное и праздничное платье, подобающее званию и возрасту. Я все оплачу, поэтому не скупись.

– Господин рыцарь! Это можно, но заказ особый, да и Вы спасли мою семью от мора, так что не извольте беспокоиться. Завтра пусть Вета подойдет ко мне после полудня в сопровождении Вашего оруженосца. Надо снять мерку, подобрать ткань, думаю, и украшения не помешают. Верно? Вот! И молодой человек выглядит красавцем. Посмотрите!

Когда через пару часов Итар в новой, ладной одежде, умытый и причёсанный вновь предстал в обеденном зале, то ни у кого бы теперь не повернулся язык назвать парня «чумазой замухрышкой». Он оказался вполне симпатичным оруженосцем: голубые глаза блестят, смущённо улыбается, русые волосы слегка вьются. Рубаха и штаны из добротной тёмно-серой ткани, востроносые сапоги тёмной кожи похожи на вздёрнутые носы озорных сорванцов. Перевязь для короткого меча расшита серебром. Вид донельзя гордый. Почти юный принц! Не удержался Итар, не смог соблюсти серьёзность, показал язык Вете, да и заулыбался довольный своим новым обликом. Никогда он в таких роскошных одеждах не хаживал. Вета только прыснула, увидев, как он заважничал, и загадочно улыбнулась, предвкушая фурор, который произведет на турнире.

– Итар! Я буду занят довольно долго! Освобожусь – позову после рыцарской молитвы. Мне надо выполнять обеты, и негоже их нарушать. Джад, накорми это молодое дарование и внеси плату на мой счет.

Оставив молодых людей в зале, Гривин поднялся в свою комнату, запер ее на ключ и достал из тайника портативный видеофон. Включил питание, ввел пинкод, и на экране появились лица Ворошилова и Петровского.

– Привет всем! Жертв и разрушений нет, пока, – сообщил Гривин, и во всех подробностях рассказал подробности событий истекшего дня.

– Любопытно, – нахмурился Ворошилов, дослушав рассказ до конца, – Зонд с осколками отправил уже?

– Когда бы я успел? Да! Две минуты назад, мой конь переслал капсулу. Ловите.

– Посмотрим, что ты там откопал. Постараемся сделать заключение, как можно быстрее. А вот линию с замком развивай. Пригодится. Этим вариантом очень заинтересовались в отделе дальней разведки, – продолжил Ворошилов, – Тебя там еще прибить не пытались?

– Пытались! – мрачно буркнул Александр, – За такую подготовку обеспечения агентов, отделу внедрения надо головы поотбивать! Завтра попробую выяснить, что там за важный тип организовывает на меня киллерские заказы, да чёрные склянки неизвестно с чем развозит. А у вас как дела?

– Да что у нас? Всё тихо, спокойно. Вертимся вокруг планеты. Единственное развлечение – новости от вас, ну и лабораторные исследования ваших посылок. Твои коллеги нас тоже не забывают!

– Всем остальным – привет! Как Залевски, на связь выходит?

– Привет передадим, – кивнул Петровский, – А Залевски нас своим вниманием не обижает, почти каждый день связывается. Ему же без указаний и наставлений не уснуть.

– Тогда передайте ему, что похоже на «живца» начинает клевать «крупная рыба»! И еще за такие подставы, именем своего баронского тиранства, посажу на кол! – раздраженно ворчал Гривин, – Предупреждать надо! А то при разговоре с монахом, ощутил себя на приеме у прокурора.

– Хорошо. Так и передать? – хмыкнул в ответ Ворошилов, – Хотя нет, я честно принесу венок на твой обелиск на аллее славы.

– Так и передайте, что в ходе общения с «рыбой» может произойти частичная или даже полная деконспирация образа. Я не люблю подстав, а на счет аллеи не дождетесь! Хрен вам! Конец связи!

Посмотрим, чем собратья в этой дыре обрадуют. Первым ответил Джеки Балтчер.

– У меня всё спокойно. Лечу обычные болячки. Иногда, в Крайтон доносятся слухи о страшных эпидемиях, губящих города, но пока ничего серьёзного. Не то, что у тебя. Даже как-то завидно!

– Есть ли смысл этому завидовать? – усмехнулся и рассказал о своих последних новостях.

Балтчер посерьёзнел. Такой путь проникновения заболевания в город, как завоз возбудителей в каком-либо сосуде, мог сразу резко создать миллион проблем. После Джеки Балтчера я пообщался с Куртом Конкаром. Тот поведал, как рыцари Ордена гоняются по степи за проклятыми язычниками.

– Похоже, в одном из стойбищ была вспышка «чёрного мора». Но стойбище маленькое, отдалённое, там просто все вымерли, а потом своевременно появился я, провёл дезинфекцию. От чего и как там всё произошло выяснять не у кого. Живых свидетелей не осталось. А про склянки и прочее я не знал, к сожалению. Просто всё обработал с целью предотвращения распространения заболевания. Конечно всякие там образцы тканей и различные бытовые предметы для исследования на «Пирогов» отправил. Но это, скорее всего, «пустышка». А ты, как вижу, времени зря не теряешь! Молодец! Удачи!

Напоследок мне удалось пообщаться с Ингваром Шаровским. Он, молча, выслушал моё сообщение, почесал небритый подбородок, затем поскрёб лысину и вздохнул.

– Ты знаешь, Ксан, я тут тоже начал подозревать, что что-то с этим заболеванием нечисто. Сама по себе страна Нормор очень странная! Кругом какие-то ведьмы, колдуны, чародеи. Они сами считают себя такими и жители в это верят. Так вот то тут, то там слышу я про каких-то местных чародеев, которые могут наслать смертельную болезнь не только на обычного человека, но и на целый город, а то и страну. И в прислужниках у них демоны и чудовища. Где они проживают, точно никто не знает, но я постараюсь выяснить. А ещё говорят, какие-то их союзники либо наставники сейчас поселились на Андире – Острове Смерти, чтобы подготовить новое нападение на людей. В общем, набор сказок и слухов. Ладно, до связи! Как что интересное выясню, сообщу!

Попрощавшись с ним, убрав в тайник переговорное устройство, я присел на край кровати и задумался. Но долго поразмышлять не пришлось. Не дали. Послышался крик Итара: «Не пущу!». И ответный насмешливый голос Веты: «Не бойся! Я входить не собираюсь! Только на ужин позову!» Усмехнувшись, я встал, подошёл к двери, открыл её и сказал:

– Иду, иду! Действительно, есть хочется! – недовольно ответил рыцарь, – Я сейчас только молитву дочитаю.

Джад таки постарался, и выставил на стол вкусные блюда, от которых не было сил отказаться. Хорошо готовит. Интересно, кем бы он был у нас? Вероятно, содержал бы ресторан на курортной планете и мел бы завидную клиентуру. О, и молодые люди перестали издеваться друг над другом, словно истощили достаточно небогатый арсенал колкостей.

– Итар, – сделав глоток ароматного чая, спросил рыцарь, – Расскажи о себе. А то рыцарь о своем помощнике должен знать все.