Время искать

– Барон, барон! – качал головой граф Сагаторский, – Рядом с Вами такая красавица! Выкати бочонок вина, да потряси немного кошельком перед носом королевского герольда. Король пожалует дворянство девчонке и женись! Хотя, может быть, король на тебя имеет виды, потому и подсунул герцогиню Риго.

– Кого ждем? – мрачно ответил Гривин, с опаской оглянулся на Вету.

– Их Величества несколько задержались, – хихикнул Тарк, – Они вчера очень долго ругались после пира. О! Трубят! Пора и нам готовиться! Эй, оруженосец, доспехи мне! Живее давай!

Сэр де Брас был готов к бою. Он опустился в походное кресло, откинулся на спинку и прикрыл глаза, чтобы сосредоточиться. А мысли то витали далеко, скорее даже высоко, на орбите «Пирогова» или, еще дальше, в офисе отряда на Земле. Не получалось пока выполнить задачу. Не получалось! Дело шло, конечно, но не так быстро, как хотелось. А чего ты хотел? Темп средневековой жизни совершенно иной, нежели водоворот событий технологического общества. Ты привык действовать быстро, но вот твои оппоненты поступают и думают несколько иначе. Залевски гений в постановке задач, но несколько не учитывает реалий, в которых работают его сотрудники.

– Ваша милость! – тряс за плечо оруженосец, – Очнитесь! Вам бросили вызов!

– Что уже? – открыл глаза Гривин, – Задремал немного. Давай шлем и боевой меч.

– Да не нужен боевой, – вздохнул Итар, – Рыцарь де Турек поклялся обнажать оружие только на поле битвы. Ух, ты! Он решил биться двумя мечами.

– Помолчи, – погрозил пальцем Гривин, – Я медитирую.

– Что? – растерялся Итар, и чуть не выронил шлем из рук.

– Молится он! – хихикнула Вета, а потом демонстративно отвернулась, увидев герцогиню Зеру.

Итар презрительно фыркнул, повертел пальцем у виска, и поспешил помочь рыцарю приготовиться к бою. Один из маршалов объявил о начале поединка благородных воинов Склавии. Толпа. Она выла, кричала, предвкушая потеху, жаждала крови, улюлюкала. Торжественный звук, вырвавшийся из десятков труб, заставил толпу затихнуть. Главный Маршал турнира вызывал на ристалище благородного рыцаря де Браса.

Сквозь глазные прорези шлема Гривин рассматривал соперника. Это был низкого роста коренастый воин, облаченный в пластинчатый доспех, вооруженный двумя короткими мечами. Оба соперника выжидали. Толпа начала недовольно гудеть, высказывая нетерпение. Даже слышались нервные смешки, а кто-то очень громкий посоветовал господам рыцарям просушить набедренники.

Де Турек медленно, очень плавно кружил возле противника, провел пару ударов, неизменно натыкаясь на щит. Ксан де Брас ждал своего момента. Это он умел. Вся жизнь – это сплошное ожидание. Удар! Блок! И снова противники кружили друг против друга. И тут де Турек подсел, резко попытался уйти за спину, но удача явно была к нему не благосклонна в этот день. Проворнее надо быть! Проворнее! Удар плоскостью щита оглушил мечника, а быстрая атака мечом по голове заставила стать на колени. Еще один удар, уже плашмя по голове и славный рыцарь де Турек растянулся на песке.

Два оруженосца выбежали на арену, остановились возле господина, повернули его на спину и возбужденно замахали руками, подзывая маршала. И было зачем. Первый же бой де Браса на этом турнире окончился смертью соперника. Толпа просто была в восторге. А вот Гривину стало неловко, прежде всего, как медику стало неловко. Это надо же, убить человека ради потехи окрестных зевак. Рыцарь отсалютовал оружием уже мертвому сопернику, и направился к остальным зачинщикам турнира. Может посвятить победу герцогине Риго? Обойдется, и без нее тошно.

Барон Тарк и граф Сагаторский были сама любезность, восторженно поздравляли, предлагая выпить вина за искусство владения мечом. Гривин мрачно отмахнулся рукой, показывая, что поединок не доставил ему удовольствия. Итар помог господину снять шлем, пододвинул ближе кресло и барон устало присел. Вета поднесла ему чашу с разбавленным вином, и улыбнулась. Девушка была просто в восторге. Ее любимый рыцарь насмерть поверг врага. Такое не часто увидишь.

– Барон! Я понимаю Ваше разочарование. Я от рыцаря де Турека ожидал большего, а он, скотина, решил просто сдохнуть! – веселился граф Сагаторский, – О! Мне бросили вызов! Надо побеждать, а то моя графиня меня убьет быстрее, чем оружие врагов.

Гривин кивнул, однако не очень внимательно смотрел за тем, что творится на арене. А поединок того стоил. Казавшийся неуклюжим толстяк граф словно преобразился. Владел он двуручным мечом просто мастерски, не оставив молодому рыцарю никаких шансов на победу. Однако обошлось без смертоубийства.

– Господин барон! К Вам виконт де Турек! Брат побежденного рыцаря де Турека! – сообщил Итар.

– Приветствую благородного рыцаря Склавии! – приветствовал гостя Гривин, поднялся с кресла и сделал шаг навстречу.

– Подлый колдун! Я благородный рыцарь виконт де Турек! Объявляю сэра де Браса колдуном, и вызываю на смертный бой! Сейчас и немедленно!

Под ноги полетела латная перчатка, как знак вызова. Гривин молча ее, поднял, пожал плечами и обреченно махнул рукой. Лиха беда начало. Тут несчастный случай, можно сказать на производстве, а родственник убитого явно решил не расставаться с братом. Согласно законам подобный бой проводился до смерти одного из противников. И отказаться нельзя. Дикий мир! Столкновение цивилизации и дикости всегда оканчивается победой дикости. Кто его надоумил? Явно без сагаторских доброжелателей из портовой таверны не обошлось. И так, гроссмейстер сделал ответный ход, решив нейтрализовать соперника легальным способом. Ох, уж эти любители поиграть в «загребание жара чужими руками». Попробуем и честь сохранить и не убить доблестного виконта, который от горя помутился рассудком. А трубы ревели! Королевский глашатай объявил о поединке чести, в котором маршалами станут небесные Пророки. Значит, бой будет без правил.

Вета испуганно подбежала к сеньору, поклонилась и поцеловала его в щеку, не обращая внимания на осуждающие взгляды баронессы, графини и, самое главное, любимой тетушки. Пусть осуждают. Итар помог барону облачиться в доспехи, с поклоном подал клинок с остро оточенным лезвием и приготовил, на всякий случай арбалет. Толпа снова была в неописуемом восторге. Будет что вспомнить и рассказать детям, внукам. Память о подобных боях живет долго, порой столетиями и передается из уст в уста.

Виконт де Турек готовился к бою основательно, по всем канонам противостояния «черной магии». Окропился «святой водой», прочитал молитвы, освятил оружие ради правого дела. Ксан де Брас спокойно стоял у края ристалища, подозвал первого попавшегося бродячего монаха, пожертвовал монету на храм и выслушал благодарственную молитву. Этого было вполне достаточно. Приготовления окончились, и противники сошлись в центре ристалища.

Толпа притихла, а потом залилась хохотом. Более странного поединка не видели не только в Склавии, но и на всем Янтарисе. Первыми же ударами барон де Брас перерубил меч противника и аккуратно разделил щит на две ровные половинки. Остановился, ожидая, пока виконт сменит вооружение. После четвертой смены меча и щита, толпа начала истерично улюлюкать, советуя сеньору де Турек найти хорошего кузнеца. Король был мрачен. Не ожидал он такого позора для славного рыцаря, приведшего в негодность весь свой запас оружия, привезенного на турнир.

А клинок, сделанный по «космическим» технологиям танцевал в руке, приводя в негодность не только оружие, но и доспехи. Свалился с головы шлем, разрублены ремни кирасы и наголенников. Окончилось тем, что виконт запутался в поножах и растянулся на ристалище, изрыгая проклятия в адрес клинка, полученного от самих демонов. Ксан отсалютовал мечом и отошел в сторону, ожидая королевского вердикта. Продолжать поединок не имело смысла.

Нет ничего страшнее слепой злобы. Виконт с трудом выпутался из доспехов, достал из сапога кривой кинжал, но не успел ничего сделать, застыл на мгновение, и рухнул на землю, словно его настигла кара богов. Впрочем, ничего божественного тут не было, тривиальный «разрыв сердца». Гривин только тяжело вздохнул. Довел вот человека. Теперь точно не избежать репутации «колдуна и чародея».

А в королевской ложе, тем временем шел оживленный разговор, в результате которого над головой барона Нага, сгустились грозовые тучи, гром гремел, но молнии пока миновали рыцаря, хотя мелкий дождичек накрапывал.

– Это подлое колдовство! – ворчал король, – Только демоны способны создать такое оружие! И сражаться так можно исключительно по указке темных сил!

– Ваше Величество! Сын мой! – елейно отвечал отец Дайлис, – Именно Пророки покарали безумца, ибо он хотел ударить кинжалом подло в спину. Это ли не доказательство того, что барон Нага, благочестивый подданный Вашего королевства?

– Дорогой! – улыбнулась королева, – Этот рыцарь оказал нам огромную услугу! И если Пророки вложили ему в меч силы, значит так и надо! Верно, отец Дайлис?

– Истинно так, благочестивая дочь моя! – кивнул священник, и недовольно покачал головой, услышав комментарии первого министра, – И тебе, сын мой, надо больше о вечности думать! Еще не успел остыть труп на ристалище, а ты уже просишь для кого-то титулы покойного.

– Глашатай! – ударил кулаком по столику король так, что кубок с сухим вином подпрыгнул, – Объяви, что победителем является барон Нага! Его имя полностью очищено от обвинений! Такова моя воля! Сегодня вечером на пиру, барон Нага будет сидеть за королевским столом!

Гроза, собиравшаяся над головой барона, улетела, лишь погрохотав для острастки. Слова глашатая были встречены всеобщим одобрением. В этот день толпа обрела очередного кумира, которому хотелось подражать и превозносить достоинства до небес. Более того, уже уходя с арены, де Брас слышал, как бродячие музыканты сочиняют песню о поединке. Прямо былинный герой какой-то.

И снова королевский пир, на который идти не хотелось, но надо. От королевского предложения отказываться трудно, да и последствия могут быть самые дурные. Моментально можно из праведника стать отъявленным грешником. И опять надо терпеть общество герцогини Риго, изображать благородного дикаря, и много пить, хвалясь победами не только на ристалище, но и в женских опочивальнях.

На этот раз барона сопровождал оруженосец, который занял место за спиной рыцаря. Итар впервые находился в столь изысканном обществе, старался держаться независимо, но получалось плохо. Оруженосцы благородного рода свысока смотрели на Итара, презрительно кривились на «мужлана», но помалкивали. Рыцарь де Брас дал ему указание «молчать и слушать» и оруженосец выполнял распоряжение господина, как мог.

В этот вечер королевский повар постарался. Слуги заставили столы изысканными яствами, а дорогие вина развязали языки благородным рыцарям и дамам. Перед де Брасом поставили блюдо с местным подобием поросенка, изрядную чашу местного пива и поднесли кубок сладкого артайского вина. Не обделили любимца Пророков, ничего не скажешь.

– Бла-ародный! Ик! Барон! – поднял кубок изрядно пьяный король, впрочем, сидевший в кресле без посторонней помощи, – Ваш бой был истинным украшением турнира! Я поднимаю б-бокал за…

Король замялся, и некоторое время пытался поймать мысль, испуганную чрезмерным количеством винных паров. Мысль оказалась упрямой и, явно, возвращаться не хотела. Королева что-то прошептала первому министру, тот согласно кивнул и в тот же миг музыканты заиграли нечто воинственное. Ксан откровенно скривился, словно от зубной боли. Звуки, исторгаемые волынками, его всегда раздражали.

– Сколько можно мучить бедное животное, – проворчал барон, запил мясо глотком пива и взглянул на сидевшую рядом герцогиню.

Зера прыснула от смеха, опрокинула бокал с вином и густая красная жидкость залила платье в пикантном месте. Никакой утонченности в этом средневековье. Герцогиня она и есть герцогиня, благородной крови много, а сама только разве что не хрюкает. Граф Сагаторский, сидя за столом, очень образно, с помощью берцовой кости, извлеченной с блюда, разбирал ошибки противников. Как его супруга не получила бланш под правым глазом, оставалось тайной для всех.

– Пойду, подышу свежим воздухом, – зевнул барон, поднялся и, нарочито пошатываясь, вышел из шатра.

Ночной воздух и правда, был великолепен, а от аромата винной кислятины у кого хочешь, голова начнет болеть. А это еще кто такой? Невзрачный человечишка подошел к барону, низко, подобострастно выгибая спину, поклонился и посмотрел на собеседника снизу вверх.

– Мой господин желает познакомиться с доблестным бароном! Не откажите в любезности, могучий, из могучих рыцарей Склавии. Прикажете сообщить хозяину, что господин барон согласен?

– Зови, – кивнул Ксан, понимая, что от докучливого слуги избавиться не возможно.

Из королевского шатра, неуверенной походкой человека во хмелю, вышел молодой аристократ. Нарочито споткнулся, дал слуге подзатыльник, и направился к победителю турнира. Неважный, надо отметить актер из этого воина, но за старание можно поставить «три с огромным минусом». А вот боязнь спрятать не умеем. Глазки то бегают, когда взгляды встречаются. Ага! Мы, оказывается не одни. Юная дама сердца не отпускает рыцаря одного. Тоже верно. Ревность – это состояние души.

– Рад приветствовать доблестного рыцаря и его благородную даму! – учтиво поклонился барон, – Приятный вечер! Великолепная погода, не правда ли?

– Сэр Брас?! Я про вас слышал! Вы тот рыцарь, который является ещё и всемогущим лекарем! Я – сэр Трейт. Это моя сестра Тэйра. Она очень восхищена сегодняшним боем.

– Так уж получилось. Я оказался немного искуснее, только и всего. К слову, я Вас видел с важным лордом в Сагаторе. Весьма важная фигура, держится с достоинством, прическа по последней придворной моде. Лицо его мне показалось знакомым, да все не было случая спросить.

– Ах, этот, – Трейт задумался, – Это знакомый нашего отца – граф Бальдур. Он раньше служил при дворе короля нашего Краморта Сурового…

– Вот оно как? – удивился сэр Брас, перебирая в голове местные летописи и предания, – В Склавии что-то про Краморта Сурового слыхать не приходилось!

– А он и не склавийский. Краморт Суровый – король Нормора! – пояснил Трейт.

Опять Нормор! На Земле все дороги ведут в Рим, а здесь вся «дурь» приходит из Нормора. Любопытно. Очень любопытно.

– А зачем Вы ищите графа Бальдура? – спросила Тэйра.

– Мне нужно передать ему кое-что важное, – задумчиво, словно вспоминая действительно нечто из ряда вон выходящее, ответил Ксан.

– К сожалению, он сегодня утром покинул Сагатор, – развёл руками Трэйт.

– И куда же он отправился? Очень любопытная ситуация получается.

– Это мне не известно. Но мы должны после моего путешествия встретиться в артайском портовом городе Крайтон, – сказал Трэйт и вдруг предложил, – А не хотите ли, сэр Брас, составить нам компанию? Не бесплатно, разумеется!

– И в каком направлении дует ветер странствий? – шутливо произнес барон, кивнул своему оруженосцу и коротким жестом отправил его восвояси.

– Если Вы дадите слово сохранить всё услышанное в тайне! – замялся Трейт и боязливо оглянулся по сторонам.

– Слово рыцаря! – успокоил собеседника Гривин, – И, потом, если мне предложено с Вами отправиться в путешествие, то хранить цель не имеет смысла.

– Мы отправляемся на Андир, – осторожным шёпотом произнёс Трэйт.

Он думал, что испугает врача, предложением посетить Остров Смерти? Остров был нами до сих пор не изучен. А вот там, почти точно, находился ключ, с помощью которого можно узнать все тайны. Другое дело, что эти самые тайны могут и головы стоить. Как там говорилось в древней мудрости? Вспомнил! Любопытство погубило кошку.

Что там могло понадобиться этой светской парочке? И, похоже, сестра рвалась на Андир не меньше брата. Туда, куда боялся попасть любой другой житель планеты Янтарес. Одних рассказов, о поселившихся там призраках и чудовищах хватало, чтобы привести обывателя в ужас. И это не говоря о смертельном заболевании, которое могло лишь затаиться на время. Откуда такая смелость у Трэйта с Тэйрой? Они, конечно, чего-то боятся, поэтому и решили меня позвать. И всё-таки, откуда в них такая смелость и решительность?

– Там осталось наше наследство! – серьёзно сказала Тэйра, как бы почувствовав сомнения и удивления, – И нам надо его получить! Более подробно мы сможем объяснить позднее! Так вы, сэр Брас, отправляетесь с нами?

– Я люблю приключения. Остаётся обсудить условия.

– Вот и хорошо! – облегчённо вздохнул Трэйт.

Само путешествие на Андир являлось действием явно противозаконным. Ведь кроме страхов и суеверий, дорогу на Остров Смерти охраняют корабли различных королевских величеств. У них хватило ума организовать подобный карантин. За попытку проникнуть на Андир вполне можно остаться и без головы. Безопасность превыше всего. Делая вид, что барона волнует размер денежного вознаграждения, он для приличия поторговался. Потом выяснилось, как и когда планируется сам поход на Андир. Завтра, после обеда судно под названием «Попутный ветер» отплывает с экипажем, набранным из авантюристов и сорвиголов всех мастей. Слишком жарко вспыхивали их глаза при упоминании Андира и оставленном там, неведомом наследстве. Молодой субтильный человек весь преображался от этого, и неожиданно мрачно-величественной аурой веяло от его фигуры, а девушка начинала напоминать грозную амазонку.

– Мне нужно некоторое время, чтобы уладить дела с наследством. Сами понимаете, что ленное владение обязывает, а произойти может всякое.

– Конечно, досточтимый сеньор! – согласно кивнул Трейт, – Вечером, ровно через три дня в это же время, я жду Вас в гавани Сагатора, – Честь имею! Приятного вечера.

Молодой аристократ поклонился, взял сестру под руку, и торопливо удалился. Барон же подозвал Итара и приказал срочно идти в лагерь и сказать Джаду, что рано утром пора возвращаться в замок.

– Понял? А мне надо найти отца Дайлиса.

Парень кивнул и торопливо скрылся в темноте. Ксан только лишь собирался отправиться к столу, как из темноты появилась фигура в сутане.

– Не надо меня искать, сын мой! – елейно, слегка насмешливо прозвучал голос святого отца.

– Однако! – пробормотал рыцарь, а потом громко, – Да не иссякнет мудрость Пророков!

– Аминь! Сын мой! Я проходил мимо по делам духовным, и услышал твой приказ слуге. Я тебя внимательно слушаю.

– Святой отец! Я надеюсь, что вопрос наследования замка решен? А то мне предстоят труды ратные, которые могут мне стоить головы.

– Конечно! Эти тонкости улажены, и соответствующие распоряжения отправлены духовному пастырю замка Нага, отцу Дису. Что-то изменилось?

– Видите ли, я должен взять с собой оруженосца, чтобы подвергнуть его испытанию перед посвящением в рыцарское достоинство. А это дело весьма опасное. Так вот. Я бы хотел уточнить завещание.

– Стража! Осветите мне факелом пергамент! – властно, словно заправский воевода, приказал священник, – Живее! Аккуратнее, болван! Если смола упадет на королевский пергамент, отправлю в монастырь на пограничье с Нормором, убирать навоз! Понял?

Стражник испуганно кивнул, стал за спиной отца Дайлиса, подставив под капающую смолу ветку с листьями.

– Я слушаю, сын мой!

– Если, барон, и его наследник, отправятся в Обитель Пророков, то замок потеряет владельца. Завещаю замок святым отцам и завещаю там основать школу для познания мудрости и просветления разума.

– Твоя щедрость, барон, не знает границ! Да будет так! Пусть демоны в страхе бегут от твоего острого меча. Я передам королеве, что Пророки тебя отправили в странствия, для пущей славы Склавии.

Сэр Брасс учтиво поклонился, поцеловал руку святого отца и после того, как получил благословение на подвиги, благополучно покинул пиршество.

К указанному сроку Пегас подвозил рыцаря и оруженосца к Сагатору. Намечался большой торг. Именно потому вся дорога была запружена повозками, что затрудняло движение. Каждый стремился успеть в город первым, чтобы стать на постой, пристроить на склад товары, прикупить по сходной цене заморские диковинки. Данное препятствие изрядно раздражало благородного рыцаря, но особых задержек и не было. Еще бы! Увидев этакую зверюгу с всадником, каждый спешил освободить проезд. И правильно делали. С этими благородными свяжешься, а потом хлопот не оберешься.

Прощание в замке вышло обычным, на удивление даже, словно барон отправлялся на увеселительную прогулку, а не в опасное путешествие. Вета, что уж совсем было необычно, даже скандала не устроила, и пожелала скорейшего возвращения. Так, на «Пирогове» данную экспедицию одобрили, пожелали успехов и посоветовали поберечь голову. Это их право, а инструкцию по Технике Безопасности никто не отменял.

Вдали показались строения порта, сторожевая башня, запахло морем, вернее его отбросами. Вряд ли кому покажется неповторимым ароматом запах гниющих водорослей и протухшей рыбы. На окраине города, барон с оруженосцем спешились, достали все необходимое с поклажи и, повинуясь электронной программе, механическое животное ускакало в лес. Лесных зверей он со своей силой мог не опасаться, есть ему не надо, так что с ожиданием проблем возникнуть не должно. Одно огорчало, что вместе с Пегасом уехала в лес значительная часть вспомогательного снаряжения. Но тут уже ничего не попишешь! Всё с собой не утащить, тем более что многие предметы вызвали бы чрезмерное любопытство окружающих. А там и колдовской костерок добрые люди сложат. С колдунами разговор короткий.

В порту барон Нага появился, как и положено владетельному сеньору. Он шел, сверкая легкой, но прочной кольчугой, в темно-синем плаще. Чёрные кожаные сапоги с раструбами сверкали, золоченый пояс струился сиянием. Два меча, боевой кинжал и метательные ножи на перевязи, дополняли экипировку. Держа в руках серебристый шлем с развевающимся белым плюмажем и алебарду, в лёгкой кольчуге поверх почти таких же тёмно-синих одежд, гордо вышагивал Итар. На поясе у него висел короткий меч в простых кожаных ножнах и стилет с красивой узорной ручкой.

Процессия выглядела весьма внушительно, и портовые зеваки сбежались взглянуть на важную персону. Наш дуэт производил впечатление. Пусть и смотрели по всякому – и косо, и злобно, и подозрительно, но с уважением и опасением. Рыцари внушали уважение. Драться их учили с детства, а потом вся жизнь в войнах, битва за битвой, турнир за турниром, бесшабашная смелость, презрение к опасностям и умение владеть оружием – такой набор заставлял относиться с почтением и уважением. Правда, сами рыцари не всегда отличались душевными качествами. Многие из них наплевали на благородные миссии и предпочитали становиться грабителями с большой дороги, беспринципными авантюристами, захватчиками, тиранами, наёмными убийцами, но от этого они не становились плохими бойцами. Не всякий дворянин мог стать рыцарем. Это нужно было заслужить, совершить иногда не один подвиг, пройдя через множество испытаний. Впрочем, когда-то на Земле было так же.

Сэр де Брас остановился, мрачно посмотрел по сторонам и увидел знакомого слугу, поспешившего к дорогому гостю. Поклонился рыцарю, выгибаясь, словно у него хребет резиновый и длинным, словно сарделька, пальцем указал на видавшее виды суденышко с обещающим названием «Попутный Ветер». Попутный ветер это хорошо, гораздо лучше попятного.

Матросы суетились на палубе, готовясь к отплытию. Свистела боцманская дудка, бил барабан, задавая нужный темп гребцам во время плавания. Пока же, проверялся темп для бокового ветра, да и волна в открытом море была изрядная.

– А я уже думал, что вы предпочли остаться! – раздался знакомый голос.

Трейт стоял на корме в компании сестры. Тэйра облачилась в подходящий для плавания наряд. Чёрный матросский костюм, на поясе висела абордажная сабля, на голове зелёный берет, с красным пером. В общем, дама выглядело элегантно и весьма воинственно, на ее взгляд, разумеется.

– Слово рыцаря, сударь, есть слово рыцаря. Это Итар – мой оруженосец.

– Поднимайтесь на борт, сэр Брас. Мы сейчас отчаливаем! И так задержались, пока шкипер вытаскивал из портовых кабаков команду.

Экипаж, действительно, состоял из всякого сброда. По крайней мере, в основном. Бывшие пираты, какие-то пьяницы, обедневшие солдаты, юнцы рыщущие в поисках удачи и приключений, бывшие каторжники, матросы, выгнанные со своих кораблей. Кто же ещё может отправиться на Остров Смерти? Только такие головорезы, которым нечего терять. Ну и физиономии, скажу я вам. Не команда, а точно собрание «зело интересных и забавных кунштов».

Трейт познакомил меня с капитаном судна, его звали Алкер. Выглядел он под стать своей команде – мощный, с квадратной челюстью, коротко стриженной светло-пегой головой. Вставные железными зубы, шрам от удара сабли делил нос на две неровные части. Глаза, тёмные, неприятно-неподвижными как у акулы или змеи, внимательно оценивали барона. Хриплый, пропитый голос заставлял вздрагивать от неприятного тембра. Еще тот экземпляр, словно пришедший из флибустьерского прошлого Земли. Он громко с привизгом хохотал почти после каждой фразы, неизменно находя для себя в ней что-то смешное. Несмотря на такой отталкивающий образ, вне всякого сомнения, шкипер был умен и ради выгоды был готов на любую подлость.