Укрыться в космосе

После того случая беглецы скрылись. Они познакомились с Эрастом, спекулянтом на черном рынке. Тот предоставил им жилье и даже помог подделать документы – конечно же, за деньги. Беглецы разорились, зато у них хотя бы были новые паспорта. Но нужно жилье, вот тогда Эрих и предложил поселиться поближе к бабушке, в аварийном доме. Другого выхода не было. Они так и сделали, въехали в две пустующие комнаты напротив и стали выискивать возможность продать кукареку. Как рассказал позже Эраст, на нее очень большой спрос на черном рынке, ведь можно сделать порошок из ее перьев – новый, усовершенствованный вид кокаина «без похмелья». Его друг промышляет этим делом, но птица им пока не требовалась, у него и так их полно – результат неплохой сделки с контрабандистами. Однако на днях случился пожар, часть птиц сгорела, другая улетела. Один крупный заказ оказался под угрозой, вот Коссману и потребовалась птица, хотя бы одна.

Хоть на что-то Вилли сгодился.

…По приезде Эрих оставил мотоцикл на парковке возле дома. Благо, на улице никого не было, солнце клонилось к закату и постепенно уступало место луне и звездам. Беглецы поднялись в нужную квартиру. К счастью, Эраст и Коссман их ждали на кухне; судя по пустой бутылке коньяка, времени даром они не теряли. Коссман подобрал с пола и с грохотом поставил на стол спортивный мешок, но сказал:

– Сначала товар.

Эрих помог Феликсу вскрыть коробку, достал клетку и поставил на стол.

– Вот он, мой Вилли.

Цапф с торжественным видом сдернул скатерть… и так и замер на месте с раскрытым ртом.

Кукарека лежала ничком на самом дне клетки, среди рассыпанного корма. Сердце ушло в пятки, когда Эрих доставал обмякшее, еще теплое тельце. «…Но моему Вилли осталось недолго, максимум год, так как он… девственник». Пульса нет. Перья осыпались на стол.

Коссман опомнился первым и сухо заговорил:

– Что ж, я срезаю цену наполовину. Товара хватит мне, но ненадолго, перья скоро испортятся.

Феликс едва раскрыл рот, чтобы возразить – мол, у вас же все равно есть перья, а птицу мы доставили целой – как Эрих кивнул и отдал тельце Коссману. Наркоторговец взвесил его, рассмотрел под лупой перья, дабы убедиться: птица погибла здоровой и не болела, что могло сказаться на окрасе и численности оперения. Часть денег Коссман переложил к себе в кейс, а наполовину опустевшую сумку протянул Эриху с Феликсом. Они все пересчитали: ровно двести пятьдесят тысяч, и ни пфеннига больше.

Феликс и Эрих вышли в самых что ни на есть расстроенных чувствах, но когда уже сели в мотоцикл, Влах толкнул друга по плечу и сказал:

– Не ссы, теперь мы с деньгами. Мы полетим в каюте класса люкс.

Эрих кивнул. «Действительно, и что это я так из-за этой курицы? Принес птицу? Принес. Ничего, на Уране нам этой суммы хватит на ближайшие полгода, если не больше».

– Ты прав, Фел. Поехали, надо еще билеты заказать.

***

Хорст возвращался в квартиру, когда планшет загорелся, сообщая о звонке.

Гетман.

– Алло, ну что там?

– Все готово, шеф, – сказал Хорст и улыбнулся. – Хоть сейчас вылетай.

– Угу. Завтра будем в шесть сорок.

– Почему так рано?

– Тебя что-то не устраивает?

– Нет, все нормально…

– Точно? Бак заправлен? Кислородные отсеки не барахлят?

– Да, все отлично.

– Угу, завтра жди нас.

Не попрощавшись, шеф повесил трубку.

***

– Добрый вечер, фрау Домбровская. Я из полиции, детектив Ткаченко. Вы случайно не знаете, где ваш внук?

Старушка прищурилась.

– Эрих? Так он же с Фелей поехал.

«Ага, сразу две рыбки будут в одной сети!» – не без ликования подумал детектив, однако бесстрастно спросил:

– Куда?

Она пожала плечами.

– Не знаю… А зачем они вам?

Себастьян не стал загружать бабушку деталями, раз уж она не знает. Он попрощался и спустился на второй этаж, стал ждать. Через пять минут раздались голоса. Детектив поднялся на лестничную клетку и прижался к стенке, словно шпион.

– …Лететь будем четыре дня.

– Посмотрел? Сколько там?

– На всю поездку класс люкс на одного стоит сорок.

– Нормально, берем.

Клик.

– Ага, все. Теперь мы можем ехать.

– Во сколько рейс?

– Ровно в восемь утра.

– Хорошо.

Сначала возникли тени. Они все удлинялись, пока не появились очертания двух молодых людей. Первый – длинноволосый блондин в кожанке, крепкий и смуглый; второй темноволосый и худенький. Себастьяну вспомнились фотороботы, фотографии, и в голове промелькнула мысль: «Да! Это они, Влах и Цапф!»

Рука машинально потянулась к кобуре… Детектив выпрыгнул из укрытия.

– Стоять, не двигаться! Поднимите руки вверх!

Беглецы переглянулись; на лицах читался скорее не испуг, а удивление. Они медленно подняли руки и встали спинами к стенке. Себастьян поравнялся с ними и сказал:

– Пройдемте со мной в отделение.

Они втроем молча спустились. «Умные ребята, – подумал Ткаченко, – они понимают, что отпираться так же бесполезно, как и…»

Внезапно Феликс Влах развернулся к нему и ударил по руке. Пистолет отскочил, стукнулся о перила и исчез из виду. Влах скрутил руки детективу, а Эрих ударил его костлявым кулаком по лицу. Перед глазами заискрилось, из носа потекла кровь ко рту и подбородку. Боль прошлась током по всему телу, лицо саднило.

– Именем закона… – попытался сказать Себастьян, сплевывая кровь, но Влах достал из кармана какую-то тряпку, засунул ее в рот, и беглецы ухватили детектива с двух сторон.

Они поволокли его, словно огромную тряпичную куклу, до самой улицы и положили на землю возле мотоцикла. Эрих еще раз ударил его по лицу, но на этот раз Себастьян не почувствовал ни боли, ни крови, – все исчезло во мгле.

***

– Уважаемые пассажиры, лайнер L-29 рейсом «Земля – Юпитер – Уран» отправляется через пятнадцать минут. Просьба заранее пройти отдел контроля. Удачной вам поездки!

Феликс зевнул и дернул Эриха за рукав.

– Допивай кофе, надо двигать.

Тот едва разлепил веки, отхлебнул немного из чашки и попросил счет. Они сидели в кафе полчаса, но казалось, будто прошел целый день. С фараоном, который в документах значился как «детектив Себастьян Арендт Ткаченко» пришлось повозиться два часа, а потом еще полчаса идти до дома. Феликс переживал; он понимал, что они оплошали: рано или поздно Ткаченко выберется. Гараж старый, ворота до конца не закрываются из-за сорванных петель. Но ничего не попишешь. Итак, они вернулись домой далеко за полночь, уснули только через час: пришлось потратить время на сборы. Влах и Цапф приехали минут за сорок до отлета, так как аэродром находился далеко, ближе к Центральному округу. Они посидели в кафе, битком забитом народом, выпили кофе и заказали по омлету. Однако настроение нисколько не улучшилось, да и сил не прибавилось…

Эрих и Феликс направились в очередь к металлоискателю, за которым сразу шел проход на взлетную полосу. Их корабль, трехэтажный лайнер с серебристым покрытием и синим названием сбоку, издавал едва уловимый скрежет: так нагревались двигатели. Очередь продвигалась медленно, но хотя бы не останавливалась. Едва Феликс с Эрихом забрали с ленты спортивные сумки, как их окликнул знакомый голос:

– Феля, Эрих! Надо же, какая встреча!

Беглецы вздрогнули и обернулись: контроль проходила тетя Тома в красном платье до пола и с огромной летней шляпой, словно старушка собиралась на пляж. Едва ее отпустили, она тут же повисла на шее внука и поцеловала его в щеку.

– Что ты тут делаешь, бабушка? – только и смог выговорить Эрих.

– Так я же тебе говорила: в отпуск еду, с твоей кузиной. Анжела, иди сюда! Смотри, кто с нами летит.

Теперь металлоискатель проходила девушка. Стройная, в меру высокая, она выглядела максимум на тридцать. На Эриха она не похожа: светло-русые волосы спадали на плечи, серые глаза сияли, а белая кофточка с джинсами подчеркивала окружности, их подтянутую и стройную форму.

Феликс придержал ладонью свист восхищения. «Боже, она нисколько не похожа на Дженни!» – мелькнуло у него в голове.

Вообще, Эрих рассказывал, он редко созванивался с кузиной, у них никогда общение не складывалось, а после смерти родителей и вовсе прекратилось, хотя ссор не было. Так что они друг другу кивнули и пожали руки, как дипломаты при встрече. Тетя Тома поджала губы в знак недовольства, но ничего не сказала и перевела тему:

– Анжела, знакомься: это Феликс, я про него тебе рассказывала.

Внучка с улыбкой протянула руку.

– Здравствуйте.

Голос не такой, как у Дженни: у той он тихий и мелодичной, а у Анжелы громкий и четкий. Сразу видно, в бабушку пошла. Феликс улыбнулся и пожал в ответ руку – маленькую и нежную.

– Приятно познакомиться.

***

Герр Гетман подошел к гаражам ровно в шесть сорок в сопровождении толстенького плешивого мужчины, из-под пальто которого выглядывали полы белого халата. Хорст разразился в улыбке, хотя спал всего лишь пять часов, однако чувствовал себя бодрым. Он не мог усидеть на месте и помогал пассажирам загружать чемоданы в отсеки, а также с радостью провел экскурсию по кораблю. Ученый-химик, которого звали Бернс, без устали сыпал вопросами: где каюты, много ли еды, есть ли медикаменты и так далее. И главное, у инженера на все находился ответ! Гетман же стоял в сторонке нахмуренный, скрестив руки на груди; мешки под глазами выделялись на фоне болезненно-сероватой кожи.

На самом деле Хорст нервничал. Несмотря на всю эйфорию и возможность покинуть Землю, он опасался облажаться перед шефом. Мало ли, что может быть – вплоть до того, что корабль просто не взлетит. А ведь и так из-за арендодателя операция едва не провалилась!