- -
- 100%
- +
– А зачем он тебе? – полюбопытствовал Скотт. На его лице сияла улыбка, и даже несмотря на кривые зубы, она ему шла.
Нику, так же как и Скотту было любопытно знать. Только в отличие от него, Ник догадывался, что за этим может стоять. Однако странно – Эйбс уверил, что та записка содержала обыкновенное приглашение на свидание. Но Джулия здесь… и ищет его… спрашивается – есть ли другие причины, по которым ей может понадобиться этот «жук»? Все-таки в той записке было что-то иное, и она желает выяснить что. Все было ясно как божий день! И отлично зная, где находится этот безумный хлопчик, Ник все же соврал Джулии и отослал ее в совершенно противоположную сторону. А к Эйбсу наведался сам лично. Этот чертенок что-то натворил и Ник намеревался это узнать.
Вихрем влетев в комнату, тем самым застав Эйбса врасплох, он тут же без предисловий крикнул что было сил:
– Какого черта! Эйбс, у тебя в голове хоть что-нибудь есть?!
– Не понял?
– Сейчас поймешь, – Ник нахмурился. – Особенно, когда я протрясу хорошенько твои мозги. Так… чтобы легче думалось!
– Да в чем дело? – вякнул тот, медленно выползая из под одеяла. – Врываешься в мою комнату, между прочим… орешь и я еще должен понять, что ты от меня хочешь.
Ник смягчился.
– Может, скажешь, что на самом деле было в записке…
– Ах! Ты об э-э-этом. Слушай, уже поздно, мне сейчас не до тебя. Приходи завтра. Мне рано на работу вставать.
– Завтра?
– Да, завтра… – зевая, кивнул Эйбс.
– Ну, нет уж, бесценный ты мой! Завтра – это будет завтра, а я хочу разобраться сейчас – в эту минуту и в эту секунду. Джулия совсем недавно приехала к нам, и мне бы не хотелось, чтобы она попадала в неприятные ситуации. Неужели так трудно сказать?
– Я уже говорил.
– Да, но я не верю. Кто ее тебе передал? Кто ее написал?
– Ну, адвокатишка будущий! Закидал ты меня вопросами.
– Ну, пожалуйста, ответь…
Эйбс слабо пожал плечами и сел.
Ник потупил взгляд.
– Ты что не знаешь, кто написал ту проклятую записку? А может… ты сам ее настрочил? А что, версия. Пригласил Джулию на свидание, а потом испугался.
– Хей, успокойся. Размечтался! Версии тут выдвигает! Мне это не нужно.
– Тогда не томи. Откуда ты ее взял?
– А тебе что до этого? – вдруг заулыбался Эйбс. – Решил потренироваться на мне как на подозреваемом таким образом? Или ревнуешь?
– Не зли меня, – грозно произнес Ник, сжимая кулаки от злости. Впервые от Эйбса нельзя вытянуть ничего, что может напрямую касаться дела, а это крайне бесило Ника.
Что до Эйбса, то он сохранял спокойствие. Как будто он вообще с этим не связан. И, решив покончить с этой темой, улегся в постель, накрылся одеялом, потом сказал:
– Я больше не скажу ни слова без своего адвоката. Так ведь у вас принято? И вообще, я спать хочу.
– А ты ничего и не сказал, – пробубнил Ник и хлопнул за собой дверью.
Эйбс посильней натянул одеяло и через пять минут смотрел дивные сны.
***Дункан
Какие же у нее красивые глаза!
Дункан отметил это еще при самой первой их встрече. В Кембридже. Он запомнил тот день очень хорошо. То был теплый, солнечный день. Студенты – первокурсники, открывающие для себя новые грани жизни, скопились перед университетом, чтобы выполнить некоторые условности. Старшекурсники как обычно устраивали знакомство с университетом. И в группу Дункана попала Джулия. Она была так юна. В тот день она скромно представилась, а потом молчала, слушая Дункана. А после того, как все разошлись, попросила помочь разобраться с расписанием и уточнить некоторые нюансы.
– Ты здесь давно учишься, а я первый день. И английский мой… слегка американский, – сказала тогда она.
После того первого дня они пересекались только в стенах колледжа. И ни разу не общались больше пяти минут.
И вот судьба такая штука. Она вновь свела их. Дункан не верил, что такое может быть. Воспоминания о первой встрече были такими теплыми, Дункан даже закрыл глаза и растянул рот в улыбке. Но недавние события испортили всю картину. Вновь вспомнился тот злополучный день. Как он боролся за ее жизнь. Как страшно ему было в тот момент. Сердце заколотилось наяву и он сел в кровати.
Нет. Все ведь позади. С Джулией все в порядке. И он сегодня звал ее покататься по городу.
Дункан бросил взгляд на большие настенные часы в его комнате. Он приобрел их для декорации, но потом понял, как они нужны. Черная маленькая стрелка двигалась к семи. Самое романтичное время, подумал он.
Джулия нисколько не удивилась появлению Дункана в своей спальне.
Разместившись рядом с ней на кровати, Дункан устремил на нее теплый и, в тот же момент, щекотливый взгляд, от которого Джулии стало неловко. Она повернула к нему голову и тихо молвила:
– Я не поблагодарила тебя. Ты спас меня вчера от нападок моего брата…
Дункан засмущался.
– Да что ты… не стоит. Просто мне показалось, что он чересчур заботлив по отношению к тебе. Не дает шагу ступить. И иногда перегибает палку.
– У него в характере присутствуют черты нашей мамы, – объяснила Джулия. – Только в отличие от него, она на твои слова и бровью не повела бы, – под конец добавила она, и губ коснулась улыбка, которая почему-то вселяла грусть.
Дункану в тот момент показалось, что она скучает – скучает по семье, по родным местам… Видимо, она ощущает себя здесь чужой, ведь всё вокруг было ей незнакомо и люди, и город… Дункан прекрасно помнил ее переживания, когда она только поступила в университет… но тогда рядом не было даже Брайана. И поэтому кто знает, быть может, эта тоска пройдет… А пока Дункану хотелось подбодрить ее. По этой причине он продолжил разговор о матери.
– А откуда ты знаешь?..
– Знаю, – перебила Джулия. – У нас и не такое бывало…
– Такая строгая?
– Угу, – кивнула девушка и захихикала. – Радует, что Брайан целиком в нее не пошел.
Глядя на нее все это недолгое время, Дункан обратил внимание, что Джулия прячет глаза, словно не осмеливается чего-то сказать.
– Что-то тебя тревожит? – спросил он напрямую, будучи уверенным, что сама она не отважится поделиться тем, что залегло у нее на душе.
– Нет, – поспешила заверить его девушка.
– Точно?
– Ну… да. А что, у меня разве на лице написано, что есть тревога?
– Просто я заметил сегодня за ужином твою взволнованность. А вот сейчас, например, я бы не спрашивал, но ты прячешь глаза. А они у тебя такие красивые.
Последние слова смутили Джулию. Такого комплимента ей еще не доводилось слышать.
Чтобы не заострять на этом внимания и не приводить в смятение бедную девушку, Дункан решил напомнить о своем обещании, тем самым, потребовав объяснений.
– Ты даже забыла, что мы собирались покататься по городу. Я ждал…
– А, может быть, это ты?..
Дункан поднял глаза.
– Прости?
Тут уже ничем не оправдаешься.
– Хорошо, Дункан, – вздохнула она, – я скажу, но это останется между нами. Это, конечно, не страшно, но поверь… очень неприятно. Понимаешь?
– Джулия, знай, на меня ты всегда можешь положиться.
Эта фраза легла бальзамом на душу. Джулия рассказала все, что случилось минувшим днем.
Они сидели на кровати друг против друга и, пока Джулия говорила, Дункан медленно разглядывал каждый изгиб ее тела, черты лица; следил за каждым ее движением. Ее длинные темно-русые волосы волной падали на плечи. А большие, словно бриллианты, карие глаза смотрели открыто и прямо, чувственные, ярко розовые губы казались нежными и упругими, а смуглая оливковая кожа даже на вид была теплой и бархатной. Эта несколько экзотическая, восточная красота, предполагавшая страстную, но неприступную натуру, делала ее совершенно неотразимой для большинства мужчин, однако внешность была не единственным плюсом Джулии. Природа наделила её живым, хватким умом и недюжинными способностями обольщения. Однако Джулии ловко удавалось скрывать это, прикидываясь скромницей. Кто может подумать, глядя на эту молоденькую стройную «кошечку», что под всем этим очарованием скрывается невинность и неприступность.
В университете, в Кембридже, Джулия разбила много мужских сердец и многих оставила не у дел. На самом деле Джулия боялась серьезных увлечений. Для нее слово «мужчина» было синонимом опасности. Однако она иногда позволяла себе ходить на свидания. И каждый раз разочаровывалась все больше. Это же старо как мир! Кафешки, дискотеки, затем следовало приглашение на «продолжение»… грубые объятия и небрежные ухаживания… нет! Это все не для Джулии! Она предпочитала уделять время учебе, нежели развлечениям, от которых ее сверстницы сходили с ума…
После короткого рассказа Джулии, Дункан погрузился в глубокое молчание. Все, что он успел услышать, никак не укладывалось в его голове. В такой ситуации он даже не предполагал как себя вести и что посоветовать.
– Ты знаешь, – после недолгого молчания начал он, – я думаю, тебе не стоит забивать голову этой чушью. Если кто-то и впрямь вздумал над тобой покуражиться – ему это удалось. Я бы на твоем месте не заострял внимания на таких шутках. В них даже смысла нет.
– В моем понимании в них тоже нет смысла. А если есть в ИХ понимании? Я места себе не нахожу, – плаксиво твердила девушка. – Зачем кому-то понадобилась надо мной издеваться подобным способом? Меня просто-напросто не воспринимают в этом доме.
– Это понятно, ведь ты новый человек в нашем окружении, – поспешил заверить ее Дункан. – Но это не повод зацикливаться на пустяках и поддаваться на провокации окружающих. Посмотри вокруг! У тебя есть Брайан. Ник, я обратил внимание, очень приветлив к тебе. Ну а я? – он состряпал самовлюбленную улыбку и развел руки, словно выставляет себя напоказ. – Я в тебе души не чаю! Ты самая… самая… самая!
– Прекращай! – смущенно прикрывая лицо рукой, захихикала Джулия.
– Вот! – воскликнул Дункан. – Ты улыбаешься, а это самое сильное оружие! Пойми одну простую вещь – мы живем здесь, потому что нам нравиться жить здесь, а не потому, что мы лучшие друзья. Ты должна привыкнуть к этому. Подожди. Пройдет время, тебя узнают ближе и вы подружитесь.
Дункан взял Джулию за руку, и они покинули ее спальню, чтобы спуститься вниз.
– Не знаю… – сникла Джулия – может быть… вот только с Юнесой я вряд ли смогу найти общий язык. Когда она проходит мимо, – Джулия с содроганием вздернула плечами, – мне кажется, что на меня летят острые стрелы.
– Не преувеличивай, – сказал Дункан, продемонстрировав самую нежнейшую улыбку из тех, что у него были.– Юнеса – сложный человек. Она привыкла жить по-королевски среди нас, и появление другой девушки потревожило ее мир. С твоим появлением ей кажется, что она отошла на второй план. И ты должна согласиться, что аналогичные качества присутствуют в каждой из вас. Почувствовав себя ниже планки, она бесится. Это пройдет…
– А мне казалось, мы подружимся. Я ведь не «кто-нибудь»… я сестра Брайана.
– Вот, – поспешил отметить Дункан. – Еще одна причина. Видимо, Брайан так по тебе соскучился, что стал уделять ей меньше внимания.
Джулия спрыгнула с последней ступеньки и уставилась на свое отражение в выключенном телевизоре. В словах Дункана был смысл. В детстве они с Брайаном не отходили друг от друга, а продолжительная разлука заставила их еще больше сблизиться. Джулия обожала брата, несмотря на то, что он был старше нее на целых десять лет и считал себя мудрее во многих вещах. Она питала к нему самые теплые чувства, даже если он позволял себе прикрикнуть на нее. Не это было важной деталью их братской дружбы. Ссоры – это лишь крайний случай. Джулия во всем старалась ему подражать и не раз доказывала Брайану, что способна владеть и его способностями. Брайан не был от этого в восторге, но порой гордился сестрой. И не секрет, что они так истосковались друг по другу, и Джулии не стоило таить на Юнесу обиду, ведь только ей – Джулии Локстон – было известно какой человек ее брат.
– Так нужно ли искать автора записки? – тихо спросила Джулия. Вопрос выглядел машинальным. Не находя ответа, Дункан опустил глаза вниз.
– Поехали лучше, я покажу тебе город, – сказал он.
Джулия уже открыла рот, чтобы сказать «поехали», но появился Ник. И громко обратился к ней:
– Какое счастье, что я нашел тебя!
– Что-то случилось?
Ник говорил так, словно Дункан был частью мебели.
– У меня два билета в кино. Я подумал, что ты захочешь отвлечься. У тебя двадцать минут переодеться. Фильм начнется через два часа, – при этом Ник смотрел на свои фирменные часы.
Джулия чувствовала неловкость перед Дунканом. Но Ник так старался. И билеты могут пропасть. Она не знала, на что решиться, ведь догадывалась, что обидит обоих. Она смотрела на Дункана, словно спрашивала глазами разрешения. Дункан не дурак. Он все понял.
– Мы сможем поехать в другой раз. Иди с Ником, а то билеты жалко.
Было решено. Джулия быстро переоделась, взяла сумочку и отправилась с Ником в кино.
***Юнеса
К четырем часам тучи на небе сгустились, солнце спряталось, а к вечеру стало даже немного прохладно. А жаль… утром стояла такая прекрасная погода! Настроение Юнесы как раз соответствовало этой погоде, хоть она и не любила отсутствие солнца. Уже битый час она нервно расхаживала по библиотеке, с трудом сдерживаясь, чтобы не закричать.
– Значит, решили уйти в тень? – обращалась она к сидящим с угрюмыми лицами Эйбсу и Джею Си. – Не думала, что вы можете подвести. А мне клялись: «Юнеса, все будет хорошо… мы на твоей стороне…» Даже ты, Эйбс. Хотя я ни о чем тебя не просила.
– Но, Юнеса, я ничего не сделал… – заныл Эйбс.
– Пока, – четко выразила Юнеса. И остановилась перед Джеем Си. – Я на тебя понадеялась.
– Я не смог, – виновато свесив голову, оправдывался тот. – К чему этот безумный фарс? Не думаю, что Брайан, увидев Джулию в моих объятиях, тут же отправит ее домой, как ты выразилась «подальше от греха».
– Думать, Джей Си, не твоя забота, – озлобленным тоном проговорила Юнеса, тыча в него пальцем. – Брайан мой парень и мне, как никому другому известно, что у него на уме. Ты обещал помочь, а вместо этого пошел играть в бильярд с Лансом, – укоризненно отметила она. – Превосходно! – она всплеснула руками. – Я тут из кожи вон лезу, а «он» поворачивается ко мне задом.
– Я не специально.
– Слушайте, – вдруг не выдержал Эйбс, направляясь к выходу, – вы разбирайтесь… хоть поубивайте друг друга… а я пойду, и не просите меня больше ни о чем. Мне лично Джулия ничего плохого не сделала, поэтому участвовать в этом не хочу.
Юнеса кипела от злости. «Говорит так, словно я на коленях перед ним стояла», – возмущалась про себя Юнеса. Сам прибежал, точнее, подслушал… навязался, и еще наглым образом пытается убедить их в том, что это они его впутывают в авантюры. «Да пропади ты пропадом, Эйбс!» – хотелось закричать Юнесе, но в случае с Эйбсом лучше этого не делать, иначе жди сюрпризов.
– И ты тоже, – вместо этого сказала она и сразу сделала вид, что сдалась. – Ну ладно, только пообещай держать свой длинный язык за зубами.
– Удачи! – сказал напоследок Эйбс и вышел, так ничего ей не пообещав.
Юнеса вышла в гостиную следом за ним, зашла за барную стойку и до половины наполнила стакан виски, а на лед, что стоял около бутылки с дорогой маркой, не обратила никакого внимания. Возможно, это нервы. Как же она бесилась от всех этих проблем, которые сама же себе создавала. Но такой натуры она человек, и вряд ли кто-то в силах ее исправить, если только не сам Господь Бог.
Джей Си тихонько пристроился рядом со стойкой и с неодобрением посмотрел на ее бокал.
– Может, не надо?
– А может, ты не будешь давать мне советов, в которых я не нуждаюсь? – резко откликнулась Юнеса. – Сама решу, что мне нужно, – добавила она, не меняя дерзкого тона, затем, отпив пару глотков, мягко опустилась в кресло неподалеку и откинулась на спинку в надежде расслабиться.
– Я хочу понять, почему ты так настроилась против сестрички Брайана…
– Не поймешь, – задумчиво ответила Юнеса, болтая бокал то в одну, то в другую сторону. Юнеса видела, что это нервирует Джея Си, но, тем не менее, продолжала его дразнить, прекрасно при этом, понимая, что он не осмелится сделать ей замечание, так как последует очередная грубая реплика.
У них с этим парнем с самого первого дня сложились приятельские отношения. Но они очень необычно проявляли чувства друг к другу. Юнеса относилась к нему так, словно он «раб» в ее руках, она могла… и крутила им, как только хотела. Джей Си подчинялся. Причин могло быть много – это и уважение, а, возможно, и симпатия. Ведь Юнеса обладала особой красотой, стройной фигурой, которой гордилась и прилагала все усилия сохранить ее – диетами, походами в спортзал… больше всего Юнеса любила чирлидинг. Это занятие является одним из главным в ее жизни. В своей школе Юнеса была лидером, и именно благодаря чирлидингу она познакомилась с Брайаном.
Также для Юнесы максимум значения имела ее восхитительно белая кожа, такая белая, что порой, ее называли «Белоснежкой». На подобное прозвище Юнеса откликалась раздражительно, и ей даже приходилось ходить в солярий, чтобы немного придать оттенок коже, так как солнце ее не очень баловало – даже крема для загара не помогали, а если и были случаи, то очень редко. Природа не обидела Юнесу и внешне. Ее выразительные темно-карие глаза – чаще подведенные черным контуром – заставляли мужчин ходить на задних лапках, так как взгляд повелительный и гордый умел привлечь внимание. Брови возвышались над глазами аккуратными тонкими полосочками, губы пухлые, сексуальные, казались сочными и манящими, а русые волосы, слегка касающиеся плеч, выглядели натурально, излучая блеск и здоровье. Бог наградил Юнесу поистине острым умом и тяжёлым характером. Юнеса умела выбирать тех людей, которые могли ей подчиниться. Брайан был одним из таковых. И если Джей Си повиновался ей изредка, то Брайан был полностью в ее власти.
Что же касалось Джея Си, то порой они ссорились или спорили пусть даже по пустякам, но не проходило и минуты, как Джей Си начинал подлизываться, что происходило и в данной ситуации.
– Слушай, ну извини, – умоляющим голосом просил он. – Хочешь, я все исправлю?
– Нет, – заносчиво отмахнулась Юнеса. – Я сама справлюсь – без чьей-либо помощи.
Очутившись в комнате, Юнеса легла на кровать, не чувствуя себя от негодования. Тело не стремилось подчиняться разуму, а все, что окружало ее в тот момент ходило ходуном. Она закрыла глаза.
Неудачный день.
Джей Си оказался не таким, каким она его представляла.
«Ну, ничего, – думала она, – я отправлю Джулию домой и без его хваленой репутации хищника».
По крайней мере, у нее были на это немаловажные причины, о которых не догадывалась даже сама Юнеса. Хотя что-то толкало ее на столь необъяснимый поступок… чем, казалось, могла навредить ей Джулия? Сердце Юнесы тревожилось – оно подсказывало, что потенциально эта внезапно появившееся сестричка Брайана может стать серьезным препятствием… Ей очень хотелось думать, что такое мнение ошибочно. Но так оно или нет… покажет время.
***Ник
До начала сеанса было еще достаточно времени. Джулия разглядывала афишу, которая обещала, что фильм должен быть интересным.
Ник вернулся к ней с колой, в пластиковых фирменных стаканах и большой порцией попкорна.
У Джулии на миг возникло странное ощущение. Она вдруг вспомнила, чем закончился один из таких невинных походов в кино, когда она училась в Европе. Один из ухажеров пригласил ее без всякого намека на свидание. Он назвал это тогда «дружеский поход в кино». Однако провожая ее домой, пытался приставать, и ей пришлось отбиваться сумкой. К счастью, Джулия носила с собой парочку тяжелых книг. И поэтому прикосновения Ника, пусть даже легкое подталкивание в спину, настораживали ее.
– Я подпортил ваши с Дунканом планы? – спросил Ник. Он улыбался ей, не смотря на ощущение, что Джулии с ним некомфортно.
– Не думай об этом. Дункан не обидится.
Внезапно Ник подумал, что она дуется на него из-за того, что он отрицает факты, услышанные в библиотеке. И решил, что неплохо бы подружиться с ней, вместо того чтобы наживать себе врага в ее лице.
– Ты кажешься грустной.
– Я не грустная. Просто из головы не выходит то, что я слышала в библиотеке, – сказала она и припала к трубочке, но не чтобы пить колу, а просто хотелось помусолить ее, чтобы хоть как-то успокоить нервы.
Ник остановился.
– Джулия, зачем ворошить прошлое? Брайан здоров и прекрасно себя чувствует. Нет ни малейшего повода для переживаний…
– Я хочу понять! – настойчиво бросила девушка, перебив его. – Он говорил, что должен тебе. Значит, ты сделал для него что-то такое, что…
Пришла очередь Ника перебивать.
– Ничего он мне не должен. Если я и сделал что-то, то для Брайана это абсолютно безвозмездно. Так что выбрось все это из головы. – Если бы не попкорн в руках, он бы обнял ее. Но пришлось обойтись без нежностей. Он пропустил ее вперед в кинозал. – Фильм начнется через десять минут.
Может быть, Ник самонадеянно думает, что Джулия «съела» весь этот блеф. Но на самом деле это было не так. Весь фильм она думала, как же сделать лучше и выведать правду. А сюжет самого фильма остался в ее подсознании, словно в тумане.
***Джой
Аккуратно положив колпак на полочку, Джой закрыл шкафчик, а фартук, который еще утром был белым, бросил во всеобщую корзину для грязного белья.
Работать в пиццерии его не прельщало, однако, другого выбора не было. Прежде чем оказаться в суете нынешних дней, ему пришлось немало повидать на своем пути. Путь в этот город Джой проложил себе не просто. Его семья итальянского происхождения, хотя всю жизнь родители жили в Нью-Йорке, где посчастливилось появиться на свет Джою, а также его сестрам и брату. И кое-что Джой унаследовал от своего дяди – итальянца Карлоса Монтегро.
Годы берут свое, и в настоящее время этому человеку было немало лет, но дело, которое он создал в молодости, до сих пор процветало и он, несмотря на старость, по-прежнему оставался верен своему ремеслу. Карлос являлся гражданином Америки, но благодаря своему ресторанчику под названием «Итало», он смог сохранить обычаи и традиции, привитые ему еще с детства. Джой гордился своим дядей и очень его уважал. Еще мальчишкой он мечтал быть на него похожим, и все свое свободное время проводил с ним в кафе. А Карлос в свою очередь выучил племянника всем тонкостям, какими владел сам; но самое главное – он доверил ему самые сокровенные рецепты итальянской кухни. Так, к двадцати четырем годам отучившись на шеф-повара, Джой уже сам хозяйничал на кухне Монтегро. Все шло превосходно, Джою нравилось это занятие, и Карлос был крайне доволен племянником. Но в один прекрасный день возлюбленная Джоя сообщила, что родители увозят ее в Орландо. Это было полной катастрофой для Джоя, так как в тот момент он безумно любил ее, а разлука просто убила бы его. По этой причине он уехал с подругой во Флориду, бросив все, к чему стремился с детства.
Вскоре все пошло не так. Возлюбленная бросила Джоя уже через год. А в Нью-Йорк с пустыми руками Джой возвращаться не смел. Он покидал дядюшку и «Итало» со скандалом, а значит, должен был отныне крутиться сам. Вот и крутится теперь около печи, выпекая пиццу на любой вкус и цвет: будь то классическая, неаполитанская или алла-пала. Но на самом деле Джой мечтал о своем собственном ресторане итальянской кухни. Пока что он радовал итальянскими вкусностями лишь домочадцев.
На выходе его уже ждал Скотт. Так частенько бывало, если у Скотта заканчивалась смена раньше, то он приходил к Джою и они вместе ехали домой.
Джой шел к нему, еле двигая конечностями. Вид был усталый, как будто он работал не пять часов, а целые сутки. В руках он держал стопку коробок, от которых аппетитно пахло.
– Сегодня я так умаялся, что вряд ли смогу что-то «сообразить» для нас, – сказал он глядя на коробки, – поэтому порадую вас…
– Пиццей! – закончил за него Скотт.
– Да. И пивом.
– Ну, это тоже неплохо. Я, к примеру, не особо голоден. Перекусил на работе.
– Знаю я ваши перекусы, – пробурчал Джой, недовольно представляя, как Скотт поглощает безвкусный сэндвич и запивает «дерьмом» из ближайшего киоска.
Они вышли на задний двор пиццерии и пошли к стоянке для машин.
– Ты опять сегодня без машины?
– Мастер сказал, в понедельник будет готова, – ответил Скотт, затем у него зазвонил телефон. Он говорил недолго, где-то около минуты. Затем убрал мобильник в задний карман джинсов и обратился к Джою: – Юнеса попросила кое-что купить.
– Я не понимаю, почему она всегда просит кого угодно, но только не Брайана?
– Она сказала, что он задержится. Тебе трудно, что ли?
Джой остановился и сунул коробки с пиццей Скотту, чтобы самому было легче открыть машину.