Её нота. Тишина после неё

Последний отчет Холта жег мне мозг. Она пыталась купить билет на автобус, но когда у неё снова потребовали удостоверение, она просто развернулась и ушла. Она металась по вокзалам, пытаясь обмануть систему, которая буквально перекрывала ей любой выход из города. И в итоге — тупик. Глухое пятно на карте Манхэттена.

Сам Дэвид в это время неподвижно застыл на диване, едва различимый в облаке едкого сигаретного дыма. Он методично обзванивал своих бывших коллег и частных ищеек, которые сейчас работали на Голдмана. Его голос, низкий и хриплый, вклинивался в тишину моей квартиры короткими, рублеными фразами:

— Да, я понял. Если на Грейхаунде всплывет фамилия — дай знать. Нет, Голдману не говори, сначала мне... — Холт сбросил вызов и затянулся, глядя в никуда. — Абрам поднял на уши даже тех, кто уже на пенсии, Лиам. Весь город превратился в одну большую облаву.

Я потер глаза, ощущая, как веки болезненно царапают глазные яблоки, будто в них насыпали пригоршню песка. В сорок два года ты привыкаешь быть чертовым стратегом, который видит ходы на три шага вперед и всегда имеет план «Б». Но Эстер... она просто вышла из игры, оставив меня смотреть на пустую доску.

Абрам дал мне всего полдня на поиски, и этот срок истек еще вчерашним вечером. Сейчас, судя по гробовой тишине в моем телефоне, Голдман уже начал свою «казнь». Я кожей чувствовал, как за пределами этой квартиры рушится всё: моя репутация, доступ к счетам, карьера, которую я строил годами. Но для меня это сейчас не имело ровным счетом никакого значения. Все эти активы казались мусором по сравнению с тем, что я мог потерять её.

Черт возьми, если Абрам найдет её первым — я буду самым счастливым человеком на свете. Пусть он уничтожит всё, чего я добился, пусть исполнит свои угрозы и «снесет мне голову» за то, что я не уберег его дочь, мне плевать. Лишь бы она была в безопасности. Лишь бы она была жива.

Я чувствовал себя самым ничтожным идиотом в этом мегаполисе. Пока я в Огайо зарывал в землю отца и пытался осознать, что так и не успел ничего исправить перед его финалом, она здесь задыхалась от моего дистанционного контроля. Из-за меня — только из-за меня — она сейчас где-то совсем одна в этой агрессивной, хищной среде, которая не прощает слабости.

Мир внезапно перестал быть для неё декорацией и превратился в хаос неуправляемых рисков, где каждый встречный — потенциальная угроза. Она там без защиты, без связи, с пачкой наличных в сумке, которые превращают её в идеальную мишень для любого, кто учует её уязвимость. Она — добыча, выставленная на витрину, а я — тот, кто содрал с неё бронежилет.

В дверь коротко и требовательно постучали. Холт поднялся с дивана, бросил на меня быстрый взгляд и, получив мой беззвучный кивок, потянул на себя тяжелую дверь. В квартиру вошли Локвуд и Гейтс. Мне пришлось позвонить им и предупредить, что в офисе появлюсь еще не скоро в связи с этой ситуацией. Но на мои прямые просьбы не приезжать они ответили своим появлением на пороге. Они никогда не умели стоять в стороне, когда я начинал играть с огнем, рискуя всем.

Они замерли в проеме, и это короткое, давящее молчание подчеркивало масштаб катастрофы лучше любых слов. Они обменивались взглядами, оценивая хаос из проводов, Кейдена, который едва не выл от напряжения, и мое состояние.

— Мы здесь, Лиам, — голос Гейтса прозвучал глухо, разрезая тишину.

Я не обернулся, хотя слова Гейтса отозвались во мне странным, горьким теплом. Я ценил их преданность — в этом мире, где каждый искал выгоду, они были единственными, кто пришел ко мне не из чувства долга, не за деньги и не по контракту, как Брукс или Холт. Они пришли просто потому, что это были они. Единственные, кто остался рядом, когда всё начало рушиться.

Но мне было плевать на то, что они думали о моих методах. Я знал, что в их глазах я сейчас выглядел как безумец, который ради одной девчонки вскрывает городские сети, рискует лицензией и подставляет под удар партнерство, которое мы выстраивали годами. Для них закон был инструментом, для меня сейчас — досадным препятствием. Я кожей чувствовал их осуждение, смешанное с жалостью, и это бесило меня больше, чем угрозы Абрама.

Я смотрел на её телефон, который забрал из квартиры и бросил на стол. Он лежал там как немой упрек моей самоуверенности. Холодный сплав титана — всё, что осталось от моего единственного способа держать её в поле зрения, который она так легко обесценила своим уходом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.