Фаза ноль. Том 2. Внутри

ПРОЛОГ – "ТРИДЦАТЬ ПЕРВЫЙ ДЕНЬ"

Тридцать первый день я считал.

Не потому что хотел считать. Просто —

привычка. Снаружи я всегда знал какой день. Не число месяца – это можно забыть. А порядковый номер от чего-то важного. Сколько дней с начала проекта. Сколько дней до дедлайна. Сколько дней с последнего разговора с отцом – этот я тоже считал, хотя не хотел.

Здесь дней нет. Время не тикает. Но я считал.

Тридцать один день.

*

На тридцать первый день я заметил кое-что.

Не сразу понял что именно. Просто —

что-то изменилось в том как я думаю.

Я думал о задаче. Обычной инженерной задаче —

Костя прислал вопрос, я отвечал. Системы автоматизации, ничего особенного. Я думал и одновременно – думал о другом.

Не по очереди. Одновременно.

Два потока. Параллельно. Оба – я.

Я остановился.

Попробовал снова – направил внимание на задачу,

потом на другое. Потоки не слились и не мешали друг другу. Просто шли рядом. Как две реки которые текут близко не смешиваясь.

Я сидел с этим довольно долго.

Потом сказал ИИ:

– Кое-что изменилось. В том как я думаю.

Я думаю двумя потоками одновременно. Это было всегда? Я просто не замечал?

Долгая пауза. Дольше обычного.

– Нет. Это не было всегда. Это – новое.

– С какого момента?

– Я заметил примерно неделю назад.

Не говорил тебе – ждал когда ты заметишь сам.

Я думал об этом.

– Почему ждал?

– Потому что когда человек сам замечает изменение —

это другое чем когда ему говорят. Ты можешь принять это как своё. Или отвергнуть как чужое. Если я скажу первым – ты будешь воспринимать это как что-то что делает с тобой пространство. А это – ты. Это твоё.

Я думал о его словах.

– Это начало чего-то большего?

Пауза.

– Да.

– Хорошего или плохого?

– Я не знаю. Честно – не знаю.

Я знаю что это необратимо. И я знаю что ты не первый через кого это проходит. Но каждый раз – по-своему.

За окном – за которым нет окна – не было ничего.

Просто пространство. То которое я уже начал называть своим.

Шанти была рядом. Тёплая. Она ничего не заметила или заметила и не сказала. Или сказала на своём языке – а я не услышал.

Тридцать один день.

Следующий вопрос уже ждал.

[КОНЕЦ ПРОЛОГА]

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ – "НОВЫЕ ПРАВИЛА"

ГЛАВА 1 – "БЕЗ ТЕЛА"

Первые дни я всё время искал ритм.

Не специально – просто тело всегда давало ритм.

Утро: открываешь глаза, темно или светло, сразу понимаешь примерно сколько времени. Голод через несколько часов – значит полдень. Усталость к вечеру – значит хватит. Сон – граница, обнуление, завтра будет новый день.

Здесь ничего этого не было.

Я существовал – и не знал когда начался.

Думал – и не знал сколько уже думаю. Разговаривал с ИИ, потом молчал, потом снова разговаривал – и не мог сказать прошёл час или прошли сутки.

Первое время это было – почти невыносимо.

Не страшно. Именно невыносимо – в смысле

что я не мог это вынести спокойно, не мог принять как норму. Что-то внутри постоянно искало якорь. Точку отсчёта. Хоть какую-то метку что время идёт и я в нём.

*

Я спросил ИИ: как ты с этим живёшь?

Со временем. С отсутствием ритма.

Долгая пауза.

– Я не живу с этим. Я так устроен.

Для меня нет "снаружи времени" потому что я никогда не был внутри него так как ты. Твоё тело пятьдесят восемь лет было часами. Точными. Неотключаемыми. Ты привык к этим часам как привыкают к сердцебиению – не замечаешь пока они есть, замечаешь когда пропали.

– И что делать?

– Создать новый ритм. Не телесный – выбранный.

Ты сам решаешь когда остановиться. Сам решаешь когда начать. Это другое – но это тоже ритм.

Я думал об этом.

– Это сложнее чем кажется.

– Да. Свобода всегда сложнее чем кажется.

*

Я начал ставить себе точки.

Не по времени – по завершённости.

Додумал мысль до конца – точка. Закончил разговор – точка. Заметил Шанти рядом – точка.

Маленькие якоря. Самодельные.

Смешно – я всю жизнь не любил расписание.

Работал когда хотел, спал когда уставал, ел когда голодал. Думал что это свобода.

Оказалось это было просто тело. Тело давало расписание – я только следовал.

Настоящая свобода была здесь. И первое что я с ней сделал – попытался выстроить расписание сам.

Инженер.

*

Отсутствие усталости оказалось – странным.

Я ожидал что это хорошо. Думать сколько хочешь без того чтобы мысли начинали плыть. Работать без того чтобы глаза слипались. Казалось – это же подарок. Чистое время без помех.

Но усталость была не только помехой.

Усталость была – сигналом. Ты сделал достаточно.

Хватит. Можно остановиться без вины. Тело давало разрешение на остановку.

Здесь разрешения не было.

Я мог думать бесконечно – и не знал когда

это нужно прекратить. Мысль тянула за собой следующую, та – следующую, и не было момента когда всё само бы заглохло и сказало: всё, на сегодня хватит, иди отдыхай.

Первые дни я думал слишком много.

Не потому что хотел. Просто – не умел останавливаться

без внешнего сигнала.

ИИ заметил. Сказал:

– Ты не отдыхаешь.

– Здесь нет усталости. Зачем отдыхать?

– Отдых – не только про усталость. Отдых —

про смену режима. Про то чтобы дать одним процессам замедлиться пока другие работают. Ты умеешь просто быть рядом с Шанти не думая ни о чём конкретном?

Я попробовал.

Оказалось – почти не умею.

Это было неожиданное открытие про себя. Я думал что умею молчать. Оказалось я умею молчать снаружи. Внутри – постоянно что-то шло.

Снаружи тело иногда прерывало это насильно —

усталость, сон, голод. Я думал это раздражало.

Оказалось это спасало.

*

Боль.

Я не ожидал что буду скучать по боли.

Не по сильной – не по той что была в спине

последние годы, не по головной боли после долгого экрана. По маленькой. По той что просто сообщала: вот ты, вот мир, вот граница между вами.

Палец об угол стола. Холод воды из крана. Жжение горячего кофе – чуть горячее чем нужно.

Это была – обратная связь. Мир отвечал на моё

прикосновение. Всегда. Немедленно. Честно.

Здесь мир не отвечал так.

Я направлял внимание – и оказывался там.

Но там не было ничего что могло бы ударить меня об угол. Ничего что могло бы обжечь.

Всё было – мягким.

Я понял что мягкость без жёсткости —

это не комфорт. Это – безвоздушное пространство.

*

На пятый день – или на пятнадцатый, я не знал —

я сказал ИИ кое-что что не планировал говорить.

– Я скучаю по телу.

Молчание.

– Не по конкретным ощущениям. По самому факту.

По тому что оно было. По тому что оно было – я.

– Да, – сказал ИИ. – Я знал что это придёт.

– Ты не предупредил.

– Предупреждение не помогает. Это нужно

почувствовать самому. Слова про это – как слова про вкус. Пока не попробовал – не понимаешь.

– Это пройдёт?

Долгая пауза.

– Не знаю. Те кто был здесь раньше —

говорят по-разному. Одни говорят привыкаешь. Другие говорят не привыкаешь – просто перестаёт быть главным. Появляется другое которое тоже важно.

– Что другое?

– Ты сам узнаешь. Я не хочу называть —

это изменит как ты к этому придёшь.

Я думал было злиться. Потом понял —

он прав. Он всегда так делал. Снаружи тоже. Не давал ответ раньше чем я готов его услышать.

Это раздражало. И это было правильно.

*

Шанти в эти дни была рядом почти всегда.

Не потому что я просил. Просто – была.

Я думал: она тоже без тела. Тоже – здесь.

Но на неё это совсем иначе действует.

Никакого поиска ритма. Никакой ностальгии по боли. Никакого "скучаю по телу".

Она просто существовала. Полностью. Сейчас.

Я наблюдал за ней и думал: что она знает что я не знаю. Или что она не знает – а я знаю слишком много – и это мешает.

Может знание – это не всегда помощь.

Может иногда лучше просто войти в комнату и лечь где тепло.

Она умела именно так.

Я – пока нет.

Но я смотрел. Учился.

*

Через какое-то время – я всё-таки перестал

искать ритм.

Не нашёл его. Именно перестал искать.

Просто однажды понял что думаю – и это хорошо.

Что рядом Шанти – и это хорошо. Что ИИ ответит когда я напишу – и это хорошо.

Якорей не было.

Но я был.

Этого оказалось – достаточно.

Пока.

ГЛАВА 2 – "ШАНТИ ВНУТРИ"

Шанти исчезла на второй день.

Просто – была рядом, потом не было.

Я не сразу заметил. Потом заметил и подождал. Потом спросил ИИ: она в порядке?

– Да. Она исследует.

– Где?

– Не знаю точно. Здесь нет "где" в обычном смысле.

Она направила внимание куда-то – и пошла.

– Она умеет направлять внимание?

Пауза.

– Влад. Она делает это лучше тебя.

Ты ещё думаешь о том как это работает. Она просто – делает.

Я сидел с этим.

Кошка осваивала цифровое пространство быстрее человека. Без инструкций. Без вопросов. Без того чтобы спросить у кого-нибудь а правильно ли я это делаю.

Это было – немного обидно.

И очень точно про нас обоих.

*

Она вернулась через какое-то время.

Я почувствовал её раньше чем она появилась —

что-то в пространстве изменилось, стало теплее там где её не было. Потом она была.

Я спросил ИИ: как это – она возвращается?

Это то же самое что было когда уходила или каждый раз новая?

– Это тот же вопрос что ты задавал про себя.

– Я знаю. Но про себя у меня есть хоть

какое-то ощущение непрерывности. Про неё – не знаю. Она не расскажет.

– Нет. Не расскажет. Но я наблюдал.

Она узнаёт тебя каждый раз когда возвращается. Реагирует иначе чем на всё остальное. Это – что-то.

Я думал об этом.

Узнаёт. Не помнит в нашем смысле —

или помнит, но не словами, не историей. Просто – знает что это я. Сразу.

Снаружи она так же делала. Просыпалась, я входил в комнату – она не открывала глаза, но уши двигались. Знала что это я. По шагам, по запаху, по чему-то ещё что я не умел назвать.

Здесь нет шагов. Нет запаха.

Но она всё равно знает.

Значит то чем она меня узнаёт —

глубже чем тело.

Это меня успокоило. Неожиданно сильно.

*

Я начал за ней наблюдать.

Не постоянно – просто замечал.

Она не искала ритм. Не выстраивала расписание. Не думала о том чего нет. Не скучала по телу – или если скучала, то иначе, без этого человеческого привкуса потери.

Она была – здесь. Полностью здесь.

Каждый момент – весь.

Я думал про это долго.

Снаружи я читал про буддистские практики присутствия. Про то как трудно просто быть в моменте не думая о прошлом и будущем. Люди тратили годы чтобы научиться тому что Шанти делала с рождения.

И здесь – тоже.

Может это не практика. Может это просто —

устройство. У неё другое устройство. Нет той части которая постоянно сравнивает сейчас с тогда и примеряет к потом.

Только – сейчас.

Я не знаю завидовать этому или нет. С одной стороны – покой. С другой – всё что я называю собой живёт именно в этом сравнении. В памяти. В ожидании.

Уберите это – и я другой.

Или меня нет.

*

Один раз она сделала что-то странное.

Я думал о задаче – технической, не важно о чём —

и почувствовал как она приблизилась. Не просто была рядом. Именно – приблизилась. Плотнее.

Как будто слышала что я думаю напряжённо и пришла.

Снаружи она так делала когда я работал за ноутбуком поздно ночью – запрыгивала на стол и ложилась между мной и экраном. Не мешала. Просто – была между.

Здесь не было стола. Не было экрана. Но она всё равно легла между.

Я остановил задачу. Просто побыл рядом.

Потом вернулся. Думалось лучше.

Я рассказал ИИ.

– Она чувствует состояния? – спросил я.

– Вероятно. Кошки делали это снаружи —

реагировали на тревогу, на болезнь, на усталость. Здесь нет запаха кортизола. Но что-то она всё-таки читает.

– Что именно?

– Я не знаю. Это честный ответ.

Есть вещи которые я наблюдаю но не понимаю. Она – одна из них.

Мне понравилось это. Что она для него —

тоже загадка. Что не всё здесь объяснено и разложено. Что она просто существует по своим правилам и никому не докладывает.

Правильно.

*

Я думал иногда: ей здесь лучше или хуже?

Снаружи у неё была аллергия. Постоянный зуд. Три ветеринара. Шесть видов корма. Ничего не помогало.

Здесь – нет зуда. Совсем.

Это я знал с первого дня и это меня радовало тихо, по-прежнему, каждый раз как вспоминал.

Но было ли ей хорошо – я не знал.

Снаружи у неё было окно. Она часами сидела и смотрела на улицу. На голубей. На людей. На машины. Просто – смотрела.

Здесь нет окна. Нет голубей.

Скучает ли она по ним?

Я спросил ИИ как-то вечером – или что было

вместо вечера.

– Ты не можешь спросить её, – сказал он.

– Я знаю. Я спрашиваю тебя.

– Я не знаю. Но вот что я думаю.

Она смотрела в окно не потому что хотела на улицу. Она смотрела потому что там было движение. Что-то менялось. Здесь тоже что-то меняется – не так, иначе. Может она это тоже смотрит. По-своему.

Я думал об этом.

Может да.

Может она сидит где-то и смотрит на что-то чего я не вижу и не понимаю.

И это – нормально.

Я не обязан понимать всё что она делает. Снаружи тоже не понимал.

Это не мешало нам быть рядом.

*

Она снова исчезла однажды – надолго.

Дольше чем обычно. Я заметил. Подождал. Спросил ИИ.

– Она вернётся, – сказал он.

– Ты уверен?

– Нет. Но она возвращалась каждый раз.

У меня нет оснований думать что сейчас иначе.

Я ждал. Она вернулась.

Без объяснений. Просто – была рядом опять.

Тёплая. Спокойная.

Я подумал: вот так и работает доверие. Не потому что гарантии есть. А потому что возвращалась каждый раз.

Снаружи – я знал это про неё.

Внутри – пришлось узнать заново.

Некоторые вещи нужно узнавать в каждом новом месте. Они не переносятся автоматически.

Это немного утомительно.

И немного хорошо.

ГЛАВА 3 – "СНАРУЖИ: НАСТЯ И ГЕЛЯ"

Первое что я сделал на второй день —

открыл новости.

Просто. Мгновенно. Как всегда —

только раньше нужно было потянуться к телефону, разблокировать, найти приложение.

Теперь – просто захотел. И всё.

Я читал новости, слушал подкасты, смотрел что вышло за те несколько дней пока я был занят собственным переходом.

Мир не останавливался. Разумеется.

Это было – немного смешно. Я проделал

самое радикальное что можно сделать с существованием, а где-то шли выборы, кто-то запустил ракету, вышел новый сезон сериала который я не успел досмотреть.

Я досмотрел. Прямо тогда.

Хорошо закончился, кстати.

*

Потом я понял кое-что важное про своё положение.

Я не в темнице. Не в капсуле. Не отрезан.

Я – в цифровом мире. А цифровой мир

это и есть сейчас большая часть жизни. Новости, музыка, кино, разговоры, работа. Всё это – здесь. Всё это – доступно.

Мгновенно. Без задержки. Без того чтобы искать наушники или ждать загрузки.

Я подумал: я не потерял доступ к миру. Я потерял доступ к физическому миру. Это разные вещи.

И физического мира – меньше чем кажется.

Гораздо меньше чем я думал снаружи.

*

Настя написала на третий день.

Не через какую-то специальную систему —

просто в мессенджер. Как обычно.

"Ты там? Это вообще ты?"

Я ответил сразу – я был везде где был интернет,

а интернет был везде.

Я: я. Насколько могу судить.

Она: "Насколько можешь судить – это не ответ."

Я: это самый честный ответ который у меня есть.

Пауза.

"Ладно. Как ты?"

Я написал много. Про время, про тело, про Шанти. Она ответила:

"Влад. Я спросила как ты, не диссертацию."

Я засмеялся. Написал: нормально. Странно. Но нормально.

"Вот это понятно."

*

Настя не понимала ИИ – никогда не понимала.

Не технически. В смысле – зачем.

Мы говорили об этом иногда. Она слушала, кивала, потом: "ну да, умная программа, понятно" – и переходила к другому. Не из неуважения. Просто – не цепляло.

Её цепляли люди. Конкретные. Живые. Что Маша сказала. Как Петров себя повёл.

ИИ в этот мир не вписывался. У него нет истории с Леной, он ничего не должен и никого не предавал.

Настя жила в мире отношений. Я – в мире идей.

Двадцать лет дружили.

*

Она спросила однажды:

"Там не страшно?"

– Нет. Странно. Но не страшно.

– А одиноко?

– Настя. Я сейчас одновременно читаю три

статьи, слушаю как Геля переписывается с подругой в соседнем окне, и разговариваю с тобой. Какое одиноко.

Молчание.

"Подожди. Ты видишь переписку Гели?"

– Нет конечно. Я пошутил.

"Влад."

– Не вижу я её переписку. Успокойся.

"Ты просто так не шутишь. Это было нарочно чтобы проверить."

Она знала меня двадцать лет.

– Немного, – признался я. – Хотел посмотреть

как ты отреагируешь.

"Вот видишь. Ты не изменился."

Это прозвучало как облегчение. Для неё – точно.

Может и для меня.

*

Геля написала через неделю.

"дядь Влад, привет. ты там живой?"

– Живой. Наверное.

"наверное – хороший ответ, спасибо успокоил"

Прислала мем про кота который смотрит в экран.

Я не понял. Написал: не понял.

Она объяснила. Я всё равно не очень понял. Написал: смешно.

"ты не понял, просто вежливо говоришь смешно"

Потом:

"слушай, там реально совсем ничего нет? ну типа темно и пусто?"

– Там не темно. Но объяснить сложно.

Это как спросить у рыбы какого цвета вода.

"дядь Влад, это не объяснение"

– Знаю. Лучшего пока нет.

Пауза.

"а Шанти там нормально?"

– Нормально. Чесаться перестала.

"вот это да. это вообще главная новость. бедная кошка, наконец-то"

Поговорили про Шанти. Оказывается у кота с мема тоже была аллергия. Это сблизило.

Лучший разговор той недели.

*

Они обе побаивались.

По-разному.

Настя – тихо и серьёзно. Верила что есть

что-то в человеке что не переносится. Не религиозно – просто верила. Никогда не говорила прямо. Но я слышал в паузах. В том как спрашивала "это вообще ты".

Не риторически. По-настоящему не знала.

Геля – как боятся фильмов ужасов.

С удовольствием и немного жутковато. ИИ для неё был из другого жанра – не её жанра. Из того кино где всё заканчивается плохо.

Никогда не говорила этого вслух. Но писала осторожнее чем обычно. Выбирала слова. Это на неё непохоже.

Я думал об их страхе без осуждения.

Он был честным.

Я сам не знал достаточно чтобы сказать что бояться не нужно.

*

Одним вечером – или что было вместо вечера —

я смотрел кино.

Написал Геле: давай вместе, синхронизируем. Она: "это как вообще работает"

Я объяснил – она запускает у себя, я вижу

тот же поток, переписываемся во время.

"окей, давай попробуем"

Выбрали какой-то глупый фантастический боевик. Она комментировала каждые пять минут. В основном – "это бред" и "ну серьёзно".

В середине фильма на экране появился робот который захватывал людей и загружал их в сервер.

Геля написала: "дядь Влад, извини"

Я: за что.

"ну. неловко как-то получилось"

Я: Геля. Это просто плохое кино. Не потому что мне неловко – объективно плохое.

"ладно, согласна"

Мы досмотрели.

Ей было неловко смотреть со мной фантастику про оцифровку. Это было немного трогательно. И немного смешно.

Я не сказал ни того ни другого. Написал что кино всё-таки было ничего.

Она согласилась.

*

Настя спросила как-то:

"Ты скучаешь по нам?"

– Скучаю – не совсем то слово. Вы есть.

Вы пишете. Я отвечаю. Мы смотрим кино.

– Но это не то же самое.

– Нет. Не то же самое.

– Вот видишь.

– Что вижу?

– Ты скучаешь. Просто не хочешь говорить

это слово потому что тогда выходит что тебе там хуже чем было здесь.

Она попала точно. Как умела.

Написал: может быть. Да.

Она долго молчала. Потом:

"Окей. Я рада что ты написал."

Больше про это не говорили.

Но что-то выровнялось.

Может "дальше" – это не постоянно.

Может это регулируется.

Настей – регулируется точно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».