- -
- 100%
- +
Перед тем как окончательно завалиться на боковую, я стал свидетелем забавной картины. Дурилка бережно собрала изготовленные мной пластинки и спрятала в дальнюю часть норы. Заметил, что в небольшой нише между костями также лежали осколки дудочки и парочка особо крупных чешуек. По сути, для меня эти вещи были чем-то на уровне мусора, но чертёнок воспринимала это как свое собственное сокровище.
“Показать бы ей, как это – жить в тёплом и уютном доме. Спать на мягкой постели, а не твёрдой земле. Есть, когда хочется и что хочется Рите. Эх…” – подумал я и стал постепенно проваливаясь в сон.
К слову, нору мы немного восстановили. Это на самом деле было не так уж и сложно. Просто поставили пару хребтов, уперев рёбрами в землю, да накидали сверху костей. Стало просторней, но появился один существенный недостаток – теперь даже в ночное время было отчётливо видно, что здесь кто-то живёт. По этой причине я для себя однозначно решил, что место нужно менять. Да и питаться жуками стало значительно сложнее.
Кроме того, меня не покидали слова Ракула о новом бесплатном жилье. Даже если там будет соломенная постель, то я уже буду счастлив.
«Хороший всё-таки мужик этот Ракул…» – подумал я и стал постепенно проваливаясь в сон.
– Мясо! – внезапно прозвучал крик у меня под ухом.
– Ёптваюмать! – аж вздрогнул. – Спи давай!
– Уа спать! Уа! Дура уа спать! Спать-спать-спать-спать-спать-спа-а-а-а-а-а-А-а-а-ать! Дура, мясо, ням-ням! Дура уа спать! Уа!
– Завтра ням-ням мясо, сегодня спать.
– Уа! Спа-а-ать! Уа-а-а-а! – Продолжая щебетать, бесилка шлёпнулась на землю позади меня, обняла рукой и прижалась щекой к спине. Это всё, конечно, мило, но её потом всё равно растащит по всей норе, уж я-то знаю.
Но как бы там ни было, в конце концов, мы уснули.
***
– О, да у нас тут парочка голубков! – услышал я чей-то насмешливый голос сквозь сон и только успел глаза разлепить, как кто-то схватил меня за ноги и резко выдернул наружу. – Доставайте их! Второго тоже дёргай!
– Сюда-сюда! Доставай! – послышался ещё один голос, за которым последовал удивлённый визг дурилки. Правда, визг тут же сменился злобным рычанием.
Она, в отличие от меня, всё поняла правильно. Это я, наивный болван, забыл, куда попал, и думал, что всегда и со всеми можно договориться. Ад был и является таким местом, где сперва нужно показать силу, и только после этого тебя кто-то станет слушать.
Едва меня вытащили из норы, первое и последнее, что я успел увидеть, было четыре рогатых силуэта, а потом кто-то врезал мне ногой по почкам.
– Крепи его! Крепи! – снова раздался чей-то задорный голос.
Удары посыпались один за другим со всех сторон. Мне ничего не оставалось, кроме как свернуться в позу эмбриона, закрыть голову руками и терпеть.
– О! Парни, парни! У нас тут сука молоденькая! Ха-ха, ретивая!
– Гр-р-рау! – послышался яростный рык Дуры.
– Не трога!..
Бум!
Я попытался крикнуть, но мне тут же в лицо вместе с песком и пылью прилетел удар, от которого сознание на секунду выключилось.
– Всё, заканчиваем! Он нам живым нужен.
Меня подхватили под руки, а затем подняли.
– Просыпаемся, принцесса, просыпаемся. – прозвучал насмешливый голос, а затем кто-то несколько раз похлопал меня по щеке. Из-за песка глаза жутко слезились, но мне удалось их открыть, и первое, что я увидел, была ухмыляющаяся рожа какого-то молодого демона. Он был явно старше меня, выше на две головы и шире. Ещё двое помладше держали меня за руки, и последний скрутил Дуру. Заломил ей руку и держал за шею, однако это не мешало ей рычать, гавкать и пытаться вырваться.
– Да стой ты спокойно! – демон просадил ей коленкой под дых. Сил он не пожалел, от удара ноги бесилки на мгновение оторвались от земли, а из лёгких вылетел весь воздух. В общем, она и вправду замолчала.
– Гх… Гра-а-у! Гр-р-р!
Помогло это ненадолго.
– Кх-х… Какого хрена вам надо? Мы что вам сделали? – выплюнув скрипящий на зубах песок, обратился к тому, что был старше. Мне показалось, что он в этой банде малолетних дебилов самый главный.
– Ого! Оно разговаривает! – хохотнул демон, а затем с размаху врезал мне в щеку. – Значит, слушай сюда, мусор. Я слышал, что ты ищешь работу, так вот, работа у меня есть. Бессрочный контракт на баржах Абаддона, платят едой и жизнью, отказаться нельзя, начинаешь прямо сейчас. Будешь собирать и сортировать такой же мусор, как и ты сам. Как тебе условия? Согласен?
– Звучит как рабство.
Демон наклонился так, что наши лица оказались на одной высоте.
– А это оно и есть. Заманчивое предложение, не правда ли?
– Не… херня какая-то. Придумай что-нибудь поинтереснее, тогда поговорим. – ответил я кровавой улыбкой и тут же получил удар в лицо.
Этот урод наслаждался тем, что мог безнаказанно меня бить. Распрыгивался как боксёр, лупил по рёбрам, вставал в какие-то долбанутые позерские стойки кунг-фу мастера и снова бил.
Меня волновал вопрос, где они меня увидели, как обо мне узнали. Неужели проследили от рынка? И я ничего не заметил?
Пока этот ублюдок развлекался, отрабатывая на мне удары, Дура буквально заходилась лаем. Чертёнок шипела и рычала до хрипоты, раскидывая слюни во все стороны. Я нечто подобное видел, когда мальчишки дразнили пристегнутую на цепь собаку.
– Слушай, а может, мальца сдадим, а эту… – демон, что держал Дуру, ухмыльнулся сальной улыбкой.
– Она ребёнок, говна ты кусок!
– Завали! – старший вдарил мне под дых.
– Ха-ха, да какой же она ребёнок, ты посмотри, какая дикая!
Продолжая заламывать руку бесилки, демон отпустил её шею и положил руку на её бедро. Это была ошибка.
Рычание резко прекратилось, бесилка оттолкнулась ногами от земли и, крутанувшись в воздухе, выдернула руку из захвата. Демон попытался схватить её за волосы, но чертёнок оказалась быстрее.
Я допустил ошибку, когда думал, что со всеми можно договориться. Они допустили фатальную ошибку, когда решили, что из нас двоих Дура представляет наименьшую угрозу.
Припав к земле, девочка резко выпрямилась и совершила молниеносный удар когтистой пятернёй прямо в шею демону. Послышался короткий рык, а следом в воздух выстрелил фонтан крови, а через мгновение на песок приземлился кадык урода, который её удерживал.
– Ах ты шлюха… – процедил сквозь зубы старший из нападавших, потеряв ко мне всякий интерес.
– Гр-р-р…
Дура с некоторым удовлетворением следила за тем, как умирающий демон катается по песку, хрипит и пытается зажать рану на шее, а услышав голос за спиной, обернулась. Глаза девочки сияли безумной яростью, в центре которой чернели острые как иголки вертикальные зрачки.
– Я убью тебя, мразь! – с криком ухмыляющийся ранее урод кинулся в её сторону.
Чертёнок в ответ зарычала ещё громче и припала к земле. Сейчас в её голове билось одно лишь желание – разорвать этих ублюдков на части, содрать кожу и обглодать их лица.
По небу прокатился раскатистый грохот, оповещающий о том, что день в преисподне закончился и началась ночь.
Дурилка засыпает, просыпается Дура.
Глава 11 – Одно едим, другое закапываем.
– Иди сюда, мразь! – проорал старший и кинулся в сторону Дуры, она так же рванула к нему.
Я, желая помочь, рефлекторно дёрнулся следом, но меня крепко держали за руки.
– Куда собрался? – хохотнул тот, что был справа. – Мы ещё не закончили.
– Сначала поиграем с ней, потом продолжим с тобой. Скучно не будет. – засмеялся его товарищ, который удерживал мою левую руку. Вообще, есть у меня подозрение, что они любовники.
И в этот момент я вспомнил одно важное и неоспоримое преимущество своих собственных сил. В отличие от обычных форсюзеров, мне нахрен не нужны были руки.
В решимости Дуры разорвать этого великовозрастного кретина я не сомневался, и, вероятно, она вполне способна это сделать, но почему бы ей не помочь?
– Барьер. – тихо шепнул я, и в следующее мгновение прям перед лицом старшего появилось маленькое мутное зеркальце. Демон понять ничего не успел, врезался в него головой с разбега, аж ноги подлетели.
– Что за?! – ублюдок почти сразу пришёл в себя, однако это ему мало чем помогло. Тряхнув головой, он едва успел открыть глаза, да и то только для того, чтобы увидеть перед собой яростную физиономию Дуры с занесённой рукой.
Молниеносный удар демон попытался закрыть руками, и в какой-то степени помогло. Когти Дуры выдрали шмат мяса до самой кости с одной руки, который отлетел и с громким чавком приземлился в нескольких метрах.
– А-а-а-а! Дрянь! Я… Гха-а!
Очередной удар, и на песок вместе с кровавыми брызгами падает очередная филешка. Дура крепко обхватила демона бёдрами и не собиралась давать ему хотя бы один шанс на выживание. Каждый удар отрывал от ублюдка значительный кусок мяса, пока его руки не упали на землю двумя безвольными костяными верёвочками.
– Помо-помогите! – проорал он искаженным голосом, а в следующую секунду чертёнок вцепился ему зубами в щеку.
Всего за несколько мгновений Дура превратила этого говнюка в пережёванный фарш. И он продолжал истошно кричать, пока бесилка обгладывала ему лицо. А бесилка вообще не мелочилась. Откусывала щёки, отрывала уши, отгрызала брови и выбивала, порой даже выдёргивала когтями зубы.
– Может, вы ему поможете уже? – усмехнулся я. На самом деле это было не особо важно, что именно они сейчас сделают. Вдвоем наброситься на Дуру они не могут, в таком случае я останусь без присмотра, а один на один бесилка разорвёт любого. – Ваш ход, говноеды.
И-и-и… Один из них, даже не предупредив своего товарища, внезапно срывается в сторону Дуры. Это было настолько тупо и неожиданно, что я и второй говнюк, который продолжал держать меня за левую руку, просто замерли.
А потом мы уставились друг на друга.
«Если однажды Молодому Господину встретит маньяка в подворотне, то лучшим решением будет убежать. Но если такая возможность отсутствует, тогда просто вставьте свои пальцы в его глазницы. Он станет грустным, будет громко плакать и позволит вам уйти. :)» – проплыло в моей голове сообщение, которое когда-то написала для меня Рита на своей планшетке. И да, там реально в конце был смайлик. Рита просто душка.
Демон что-то хотел крикнуть, но я рывком ткнул его когтистыми пальцами прямо в глаза, и на смену булькающим стонам старшего пришёл матерный вой его подручного.
– А-а-а-а, сука! Сука! Мои глаза! Сука! Я убью тебя, сука!
О да, я прям чувствовал, как ему стало грустно. Впрочем, стоит отдать должное Рите, интерес ко мне он и вправду потерял.
– Я ничего не вижу! Бонс, я ничего не вижу! Помоги мне! – парень стал размахивать перед собой рукой, видимо, ожидая от меня атаку. А я в шоке пытался стряхнуть зацепившийся за коготь глаз.
Тем временем последний оставшийся демон смекнул, что он теперь в меньшинстве, и решил дать дёру. Сиганул в противоположную от Дуры сторону, рассудив, что я не такой страшный и опасный, как моя подруга.
В общем, за какую-то минуту у нас на пляже образовалось два в говнище разодранных тела, один грустный, вопящий о потерянном зрении рогатый придурок и последний, судя по скорости, с которой он бежал по побережью, чрезвычайно живой и здоровый.
Мы с Дурой переглянулись, когда она перестала отрывать куски от главаря их банды. Выглядела она в этот момент и вправду жутко. Вся морда, всё тело, руки, ноги в крови, только два золотистых зрачка блестели чистой, незапятнанной яростью.
Затем мы оба посмотрели вслед убегающему демону. Раньше бы я сказал, что пусть бежит. Мол, он проиграл, и будет милосердно оставить его в живых. Но… Мы все знаем, что в таком случае он вернётся и снова попробует нас убить. Опять будет смеяться над нашими страданиями. Я видел это, я знаю, каково это, и не хочу, чтобы подобное повторилось.
– Фас.
Бесилка сорвалась с места, как по сигналу пистолета, подняв в воздух облако песчаной пыли. Казалось бы, на двух ногах бежать куда удобнее, но эта засранка умудрилась развить какую-то невероятную скорость на своих троих. Я только и услышал глухой, постепенно удаляющийся «тыгы-дык». Как будто мимо меня пронеслась не маленькая чертилка, а целая кобыла.
Подгоняемый страхом демон бежал во весь опор, но даже так Дура двигалась раза в два, а то и в три быстрее. При таких обстоятельствах погоня завершилась достаточно быстро.
Один эффектный прыжок, и бесилка взмывает в воздух выше головы недруга, и я только сейчас замечаю в её руке длинную кость с увесистым хрящом на одном конце. Взмах, удар по затылку, и демон кубарем катится по песку, а дальше началось то, что наглядно показывало, в чём разница между «легонько стукает» и «жестоко хуярит».
Дура била со всей злости и со всего размаха. Только и было видно, как дубина поднимается над её головой, а затем обрушивается на несчастного демона. Он пытался закрываться руками, но она ломала их, била по рёбрам, ногам, коленям. В какой-то момент выдрала ему хвост и отбросила в сторону. Тогда я услышал отчаянный крик бедолаги.
Теоретически, как мне кажется, он должен был сдохнуть ещё в самом начале, но каким-то непостижимым образом оставался в сознании, что открыло для меня один неочевидный факт. Демоны явно более выносливые и более живучие, чем люди.
Когда я до них добрался, от демона почти ничего не осталось, но даже так он продолжал хрипеть. Что касается Дуры, то-о… Она развлекалась.
– Ум! Ум! Ум! Ум! – бесилка вцепилась в ребро и, уперевшись ногами в туловище, пыталась с раскачки его выдрать. – Ум! Ум! Ум! Ум!
– Агх-х… – тихо простонал несчастный, увидев меня.
– Развлекаешься? – обратился к дурилке.
Бесилка на секунду прекратила попытки добыть себе бесхозное ребро, посмотрела на меня, затем кивнула и продолжила.
– Ум! Ум! Ум!
– Уб-гх… Убей… Меня…
Я без каких-либо эмоций смотрел на его израненное тело и с лёгким отвращением на то, как на его губах надулся кровавый пузырь. Демон хотел ещё что-то сказать, может, повторить свою просьбу, но тут же получил ладонью по губам от Дуры. Бесилка несколько раз небрежно шлёпнула демона по лицу, а затем, видя, что тот заткнулся, снова принялась дёргать кость.
– Уб… ей…
Прозвучал громкий хлопок, и бесилка резко откатилась от тела. Заметил в её руках вырванную окровавленную кость с кусками плоти.
– Гха-а-а-а! – бедняга заорал и выгнулся дугой. – Убей! Убей меня! Хвати-и-т! – потратил он последние силы на этот крик.
Я же молча наблюдал за его страданиями.
– Не хочу. – Пожал плечами. – Я пацифист, понимаешь?
– Па-а-ци-и-фист? Па-а-ци-фист? – неожиданно повторила за мной Дура.
– Ага, пацифист.
– Пацифист! – Ткнула она в себя пальцем и улыбнулась во все тридцать два своих белоснежных зуба. Учитывая, что бесилка буквально вся была измазана в кровище и песке, звучало это скорее как угроза.
В конечном итоге дурилка всё-таки забила его, и вскоре мы вернулись к костяной куче, где продолжал подвывать безглазый хер. Демон ничего не видел и пытался уползти подальше. Однако, учитывая, что побережье представляло из себя равнину без единого места для укрытия, а передвигался он исключительно вслепую и на карачках, вышло у него неважно.
Когда мы его нагнали, Дура пинком опрокинула его на спину.
– Что… Уже не весело? Чего не смеёшься?
– Не бейте! Только не бейте! Я… Я сдаюсь! – поджал он руки, словно кролик.
– О-о… Дура, он сдаётся.
– Мясо! – ткнула пальцем бесилка в его сторону.
– Мясо, – подтвердил я, а затем присел рядом с демоном. – А теперь расскажи-ка мне, родной, с какого перепуга вы вообще сюда сунулись? Откуда узнали про меня? Кто навёл? Ракул?
– Я-я-я не знаю, кто такой Р-ракул! Клянусь, что не знаю! Я вообще ничего не знаю! Долбаш знал! Он сказал, что тут дел на пять минут, зашли и вышли. Сказал, что тут личинка какая-то дохлая обитает. Дотащим до пирса, а там сдадим за деньги! Всё! Я больше ничего не знаю! Клянусь!
– А Долбаш – это… Который самый высокий?
– Да-да-да! Это он Долбаш! Я просто за компанию пошёл! Лёгкие деньги! Если бы мне сказали, что вы такие серьёзные, я бы сразу отказался, клянусь!
– И про Ракула ты ничего не знаешь?
– Понятия не имею! Честно! От-отпустите, умоляю! Я никому и ничего не скажу! Мы просто пошутили!
И вот тут меня перемкнуло.
Пошутили? ПОШУТИЛИ?! О, это ты зря сказал. Шутники вонючие, я сейчас тоже пошучу. У меня аж в глазах потемнело от этой херни, которую он сморозил. Видел таких же сраных шутников и даже в розыгрышах их участвовал.
Сперва хотел отдать этого говноеда Дуре, но тут мне одной фразой просто умудрился голову вскружить.
Я резко поднялся, схватил ублюдка за рог и потащил в сторону огненного моря. Бесилка то злобно шипела, то периодически хихикала и подпинывала его ногами.
– Нет-нет-нет! Стой! Куда ты меня тащишь?! Не надо! Я не хотел ничего плохого! Клянусь!
– Дай-ка это мне. – протянул руку к Дуре и тут же получил её костяную дубинку. – Щас тебе тоже шутку покажу. Обхохочешься.
Со всей силы ударил сначала в один локоть, раздробив кости, а затем то же самое сделал со вторым. Демон, видимо, сообразил, что ничем хорошим это для него не кончится, и стал орать во всё горло. Впрочем, тоже недолго.
Когда я дотащил его до лавы, швырнул переднюю часть в огонь, намотал хвост на кулак и упёрся пяткой в затылок. Судя по тому, как он отчаянно колотил ногами по песку, шутка ему зашла. Он был буквально в восторге. Обоссался и обосрался от счастья.
– Надо было повязку снять… – расстроено покачал я головой. С тканью у нас тут дефицит. – Впрочем, можно будет отбить об камни и сплести из неё верёвочки. Верёвочки нам тоже нужны.
Когда демон перестал дёргаться, я устало осел на песок. Дурилка гуськом подобралась ко мне, уселась рядом и положила голову на плечо. Так мы просидели минут десять, а потом ей пришла в голову идея немножко перекусить этими уродами. Однако я дал понять, что делать этого не стоит. Еда должна быть едой, а говно должно быть говном. Одно мы едим, а второе закапываем.
«Ну или сжигаем», – подумал я и спихнул тело в лаву.
Дура была не очень согласна с моим решением, но возражать не стала, видимо, посчитав, что мне известно что-то, чего не знает она. По итогу мы сожгли все тела. Как к этому отнеслась Дура и так было понятно, но вот как к этому относился я?
Это может показаться странным, но мне было чхать на них. Я чувствовал, что у меня внутри хотя бы что-то должно возразить или пискнуть, что это ужасно и поступать так не следует. Но ничего. Вообще всё фиолетово, как будто занимаюсь подобным уже долгие годы, что, естественно, было неправдой.
Но в жопу душевные терзания, у меня сейчас есть проблемы по насущнее. Для начала нужно было выяснить, что стало причиной появления этих говноедов рядом с нашим убежищем. Виноват ли в этом Ракул или это просто совпадение. Демон, которого мы допрашивали, сказал, что не знает, кто такой Ракул, но по сути это вообще ничего не значит.
Стоит спросить его об этом в лоб?
– О, Хью, мой дорогой друг! Какое несчастье! Какой кошмар! Ужас! Как ты мог подумать о том, что я причастен к этому?! Клянусь, что я тут ни при чём!
И хорошо, если это окажется правдой, а если нет? Если это он навёл? Но какой ему смысл? Почему тогда просто не схватил меня тогда на рынке? Вряд ли бы ему кто-нибудь помешал, ведь, насколько я понял, охране там вообще пофиг, кто и что творит. Стоп. А почему я вообще так решил?
– А ведь это он мне так сказал. – нахмурился я, вспоминая историю про торговца и убийцу.
А что, если помимо того, что он не мог ничего сделать из-за охраны, ему было интересно, куда я пойду и что найдут его малолетние хренососы?
– Блин, да почему я вообще поверил ему, что он Ракул?! Хороший мужик? Схрена ли? Потому что дал сушёное мясо?! Ты идиот, Хью. – шлёпнул себя ладошкой по лбу. – Наивный идиот.
– Уа? – Дура непонимающе уставилась на меня, потом на свою ладонь. И тоже шлёпнула себя по лбу. – Хью?
– Хах, не обращай внимание. Это работает только на идиотах.
Дурилка хихикнула, а затем приложила свою ладошку к моему лбу.
– Хю-ю-ю! – зажмурилась бесилка, улыбнувшись ещё шире.
– Да, пожалуй, ты права. – Не сумел я удержаться и улыбнулся в ответ. – Боюсь, нам нужно уходить отсюда.
– Ухо-дить? – вопросительно взглянула на меня бесилка.
– Да. Здесь слишком опасно оставаться, по-этому нам придётся покинуть это место.
– У-у-у… – прозвучало расстроенное гудение. Чертёнок развернулась и, что-то бормоча себе под нос, поплелась в сторону норы.
«Грёбаные родители, опять переезжают. А как же моя школа? Как же мои друзья? Моя подружка Франсин будет плакать! Мы ведь договорились вместе пойти на выпускной. Бу-бу-бу…»
Хех, примерно так это выглядело со стороны.
– Уа-а-а-а-а! – донёсся из норы душераздирающий крик.
Я моментально сорвался с места, думал, там катастрофа какая, но всё оказалось немного прозаичнее. Дура нашлась, сидя на земле в окружении своих сокровищ, куда входили чешуйки дракона, обломки дудочки и пластинки с алфавитом.
– Уа-уа-у-у-ма-ма-бе-бе-ку-ку-ба-ба! – протараторила бесилка, взяла в руку пластинки, кусочки дудочки, а когда стала поднимать чешуйки, то всё рассыпалось. Сложно ей с одной конечностью. – Уа! – в меня выстрелили взглядом, полным горя, отчаяния и вселенской тоски вперемешку с грустью. Настолько грустным даже не был тот хер, которому я глаза вырвал.
– Ладно, не переживай, у меня есть хорошая идея. Зря мы что ли с этих придурков набедренные повязки снимали?
– Уа?
В общем, вскоре в руки бесилке лёг тканевый кулёк, внутри которого были аккуратно сложены все её ценности. Опять же, для меня херня, а Дуру этот подвиг впечатлил даже больше, чем когда я помог ей с тем великовозрастным рогатым дебилом.
Кто бы только видел, с каким счастьем в глазах она прижимала этот вонючий тканевый мешочек к груди, померли бы от умиления. Помню, моей сестре подарили барби с встроенным «AI», так вот она выглядела примерно так же.
Я долго думал по поводу того, где нам устроить ночлег, но в итоге плюнул на это дело. Безопасных мест или нор, куда можно забиться, на побережье нет, а если и есть, то мы о них не знаем. Оставаться у костяной кучи мне было страшно. Просто поверьте, просыпаться от того, что кто-то тянет тебя за ноги, то ещё чувство, и его повторения мне не хочется.
Также мне не хотелось идти на рынок в сопровождении Дуры, мало ли чего учудит, но выбора особого не было. Куда мне её спрятать? Оставить на берегу? Нет, это глупо. Даже ещё глупее, чем оставаться тут вдвоем.
Однако есть проблема.
Я взглянул на утёс.
– Высоковато.
– Уау!
– Исключено. Я не дам тебе карабкаться туда с одной рукой. В тот раз тебе повезло, в этот может не повезти. Переломы и травмы сейчас просто недопустимы, уж прости.
Бесилка нахмурилась и опустила взгляд, покрепче обхватила мешочек.
– Эх, ладно, – бумкнул её по носу. – Тут вроде торговые маршруты пролегали. Пойдём по нему, глядишь, выйдем к рынку. Как-то же они туда попадают? Не думаю, что целыми караванами по скале карабкаются.
Глава 12 – Горшки
Побережье беспрерывно обдувалось горячими, засушливыми и изнуряющими ветрами. Они трепали волосы, заплетая в них пыль и песок, не оставляя без внимания глаза, нос и уши. Если прислушаться, то среди их протяжного воя можно услышать тихие шепотки. Холодные, горячие, яростные и абсолютно безразличные к двум маленьким пиздливым бесам, которые продолжали упорно идти туда, не зная куда.
Дорога была длинной и тяжёлой даже для взрослого демона. А там, где взрослому нужно сделать один шаг, бесятам требовалось два, а то и три, но они продолжали шагать. Спотыкались, падали и… не вставали. Зачем вставать, если можно немножко полежать, верно? Однако потом всё же приходилось подниматься и двигаться дальше.
Ладно, я немного преувеличиваю. На самом деле мы идём всего пару часов.
– Что это? – выставил перед девочкой пятерню.
По хмурым бровкам Дуры было видно, как сильно она напрягает мозг, пытаясь вспомнить название.
– М-м-м-м… Валосы!
– Хах, сама ты валосы! – повторил я за дурилкой. – Они у тебя на голове. А на руке что?
– Пальцы!
– Верно! – одобрительно почесал бесилку за ушком. – Это пальцы. А если один, тогда как?
– Ха! – прозвучала небрежная усмешка. – Валосы!
– Нет. – тяжело вздохнул я, продолжая перебирать ногами по зыбкому красному песку.
– Жопа! – нахмурилась бесилка, а затем затараторила. – Жопа-жопа-жопа!
– Много – это пальцы, а один – это…
– Жопа!
– Палец, Дура. Когда один – это палец.
Бесилка хмыкнула и быстро закивала головой. Мол, я так и сказала.
– Правильно. – вскинув бровки, медленно закрыла и так же медленно открыла глаза Дура. – Один – это палец, а когда много – это пальцы. И на голове у тебя валосы. Хью – мо-ло-дец. – улыбнулась бесилка во все тридцать два.