Европейский фашизм. Проблемы идентификации и предупреждения
- -
- 100%
- +
Правящие элиты господствующего этноса, осознавая опасность его разложения на рабов и рабовладельцев, устанавливали законодательные запреты на порабощение соплеменников по экономическим причинам. К этому их подталкивало и нежелание простых общинников из числа господствующего этноса выполнять военно-служилые функции, которое перерастало зачастую в вооруженные восстания. За членами господствующего этноса закреплялось монопольное право заниматься торговлей и ремеслами, «инородцы» лишались права владеть землей, им не давали права участвовать в политической жизни общины. Зачастую происходило разовое перераспределение земли между богатыми и бедными членами общины – земельные реформы. Часть свободных общинников не получала земли. Правящие классы были вынуждены их кормить и развлекать. Отсюда появилось требование пролетариев: «Хлеба и зрелищ!» Соплеменников пролетариев набирали служить в армию и использовали для захвата новых рабов и новых земель. Ветеранам воинской службы выделялись участки земли на завоеванных территориях. Таким образом, в рамках рабовладельческого строя реализовывался «красный» проект воспроизводства господствующей народности.
Однако многие утратившие социальный статус и трудовые навыки пролетарии не могли полноценно выполнять военно-служилые функции. Поэтому в армию набирали наемников из числа свободных иноплеменников. Они служили за деньги. Зачастую они переходили на сторону врага, если тот предлагал большую плату.
В тот период, когда господствовали родоплеменные отношения и труд рабов играл вспомогательную роль, все члены господствующего этноса пользовались благами демократии, участвовали в принятии политических решений, пользовались общинными землями. Позже устанавливается диктатура, которая направлена на насильственное сдерживание обострившихся классовых противоречий внутри господствующего этноса и сдерживание давления класса рабов. При диктатуре возрастает роль бюрократического аппарата, через который правитель – диктатор проводил свою политику. Бюрократия со временем превращается в самостоятельный класс, который проводит свою политику уже не в интересах базовых классов, но в своих собственных интересах.
Это ведет к модификации рабовладельческих отношений в сфере материального производства. В научной среде принято рассматривать две модификации этого способа материального производства: античное рабовладение, основанное на общинной и частной собственности на средства производства, включая рабов, и азиатский способ производства, основанный на государственной и общинной собственности на средства производства, включая рабов. Они имеют соответствующие политические режимы власти господствующего класса: демократию и диктатуру.[89]
Модификации общественных отношений при рабовладельческом способе материального производства мало изучены и нами здесь специально не рассматриваются.
«Белый» проект строительства народности, основанные на развитие племени в народность на своей собственной материальной базе мы здесь специально также не рассматриваем. Единственно отметим, что в рамках этого проекта должно было происходить разложение самой племенной общины на рабовладельцев и рабов, что вызывало ее ослабление. Поэтому такая община не могла длительное время противостоять агрессии более сильных соседей, становилась их жертвой.
Священники и ученые из числа членов господствующей народности приводили обоснование существования отношений «господство-подчинение» путем объявления представителей «чужих» этносов варварами, которым не свойственны человеческие качества. Для закрепления этой идеологической установки варваров зачастую приносили в жертву своим богам.
После отказа от уничтожения военнопленных и распространения рабства возникла необходимость в его идейном обосновании. Апология рабовладения заняла важное место в трудах античных философов и писателей.
Один из выдающихся греческих философов – Платон писал по поводу рабства следующее: «, впрочем, должно правосудно наказывать рабов и не изнеживать их, как людей свободных, увещаниями. Почти каждое обращение к рабу должно быть приказанием. Никоим образом и никогда не надо шутить с рабами, ни с женщинами, ни с мужчинами. Многие очень безрассудно любят изнеживать рабов; этим они только делают более трудной их подчиненную жизнь, да и самим себе затрудняют управление ими… В пределах государства ни раб, ни рабыня никогда не должны вкушать вина».[90]
Не отставал в этом вопросе от своего учителя и другой выдающийся мыслитель античности – Аристотель. Отношение раба к господину он сравнивал с отношением тела к душе. Раб – тело, отделенное от господина (души), как бы для того, чтобы освободить его от печати усталости и скорби, сообщаемых душе телом. Для господина раб «есть живая собственность, первое из орудий». Нельзя, по мнению Аристотеля, обойтись без этих одушевленных орудий. Это было бы возможно лишь в том случае, если бы неодушевленные орудия получили силу двигаться сами собой, что немыслимо без нарушения физических законов.[91]
С распространением христианства, догматика которого утверждала равенство всех людей перед богом, теологам приходилось прилагать немалые усилия для того, чтобы найти выход из возникшей логической коллизии. Блаженный Аврелий Августин, например, находил такую аргументацию: «Естественный порядок извращен первородным грехом, и вполне справедливо, что иго рабства наложено на грешников… В естественном состоянии, в котором Бог создал человека, нет ни раба, ни грешника: рабство поэтому есть наказание».[92]
Если господствующий этнос оставался открытым и являлся носителем привлекательных духовных ценностей, то он привлекал в свой состав правящие элиты подчиненных этносов. Это позволяло ему ставить под контроль достаточно большое число этносов. Выстраивались отношения метрополия – колония (провинция), возникали рабовладельческие империи. Они держались не только на принуждении, но и на тяге жителей провинции к духовной и материальной культуре метрополии. Элементы материальной и духовной культуры господствующего этноса служили средством идеологической консолидации всех членов империи. В случае выработки господствующим этносом привлекательных духовных ценностей и материальной культуры империи становились не только политическими системами, но и системами духовных и культурных связей между различными этносами – цивилизациями.
§ 2.2. «Черный» проект строительства древнеримской народности
В Х веке до н. э. на территории нынешнего Рима совместно проживали племена латинов, сабинов и лигуро-сикулов. Они сотрудничали между собой, имели общую культуру, говорили на одном – латинском языке. Племена назывались трибами и состояли в целом из двухсот родов. Затем число родов возросло до трехсот – к ним присоединились представители этрусков.
Роды всех трех племен объединялись в военно-административные единицы, которые назывались куриями. Курий было тридцать. Курии владели сельскохозяйственными землями и наделяли ими отдельные роды. Роды наделяли землей семьи в зависимости от числа взрослых мужчин в них, то есть делили на равных началах. Часть земель были куриальным резервом для распределения между новыми членами курии, для строительства принадлежавших членам курии храмов, мест захоронений.
Входящие в роды патриархальные семьи были самостоятельными хозяйственными единицами, владели обособленным от рода движимым и недвижимым имуществом. Некоторые семьи занимались ремеслом и торговлей.
Часть обедневших семей входили в чужие роды на подчиненном положении ради получения земли в аренду. Эти семьи связывали себя с главами чужих родов отношениями как хозяйственной, так и властной зависимости: патрон – клиент.
Управлялся Рим к VII веку до нашей эры куриальными собраниями – комициями. В комициях участвовали только взрослые мужчины – воины. Другим органом управления был сенат, в котором заседали главы родов – старейшины. На время войны куриальные собрания избирали царей, выполнявших функции руководителей войска, а по совместительству отправлявших еще и общие для всех триб и родов религиозные обряды.
Именно в это время из отдельных племен начала складываться единая римская народность. Происходило это первоначально в форме «белого» проекта. «Коричневые» элементы в виде клиентских отношений внутри римских родов не имели решающего значения.
Численность населения Рима быстро возрастала. Поэтому возникла необходимость в приобретении новых земель для обеспечения возраставшего населения источниками средств существования. Рим стал вести войны с соседями – захватывал принадлежавшие им сельскохозяйственные земли и расположенные на них поселения.
Первой жертвой агрессии стали племена, жившие в окружавшей Рим области Лаций. Все жившие в Лации племена говорили на латыни, исполняли схожие религиозные обряды, имели схожую с римлянами культуру.
Значительную часть захваченных латинских племен переселяли в Рим, а на освободившиеся земли селили выходцев из Рима – колонистов. Римские колонисты наделялись через курии участками на захваченной у соседей, и ставшей теперь римской земле.[93]
«Старое» население Рима сохранило права членов городской общины и стало называться патрициями. «Новое» население – переселенные из Лация члены латинских племен – не включались в состав римских триб, не участвовали в комициях, не могли претендовать на куриальный резерв земли при раздачах, не платили налоги, не несли воинской службы. «Новое» население получило название плебеи. Плебеи были чужеплеменниками по отношению к римлянам, хотя и говорили с ними на одном – латинском языке. Браки между патрициями и плебеями были законодательно запрещены, поскольку это вело к размыванию более высокого социального статуса патрициев. Посредством запрета на смешанные браки поддерживалась этническая обособленность и патрициев, и плебеев. Плебеи занимались ремеслом и торговлей, арендовали землю у патрициев для нужд ведения сельскохозяйственного производства. Правами римского гражданства плебеи не обладали. Они не могли отправлять свои собственные религиозные обряды и поддерживать таким образом свою этничность.
Отношение «патриции – плебеи» было первым значимым проявлением этнического неравенства в древнеримском обществе. Его можно рассматривать, как значимый «коричневый» элемент в рамках «белого» римского проекта.
Цари, руководившие войском во время войн, и патрициат, возглавлявший войско, присваивали себе значительно большую часть захваченных земель, чем рядовые римские воины. Цари присваивали себе также большее число военнопленных, которых к этому времени стали обращать в рабов.
Рабов обычно захватывали за пределами Лация. Попав в Рим, порабощенные этносы оказывалось разобщенным, поскольку не знали языка друг друга, принадлежали к разным религиозным и культурным сообществам.
Рабский труд первоначально не получал широкого распространения в силу его малой производительности. Рабов использовали в качестве слуг в богатых римских семьях или для выполнения тяжелых общегородских работ.
По истечению известного времени хозяева отпускали рабов на волю, и они становились вольноотпущенниками. Вольноотпущенники превращались в клиентов своих бывших хозяев, работали на них в поместьях, мастерских, часто выполняли функции управленцев, торговых агентов. Зачастую вольноотпущенники выполняли роль интеллигенции – учителей, писателей, архитекторов, скульпторов.[94]
Таким образом в рамках римского общества сложилась жесткая этническая иерархия. Высшие позиции социальной лестницы занимали потомки латинов, сабинов, лигуро-сикулов, этрусков, имевшие статус патрициев. Ниже патрициев располагались члены поверженных латинских племен со статусом плебеи. Инструментом поддержания социальных различий между ними было гражданство, открывавшее доступ к земле, как главному средству производства и дававшее право на несение воинской службу, а через нее доступ к политической деятельности. Вольноотпущенники из числа членов италийских племен, имели еще более низкий статус, чем плебеи. Обычно вольноотпущенники владели латинским языком, поклонялись римским богам, то есть были в значительной степени романизированными. Наконец, на самой низшей ступени социальной лестницы древнеримского общества находились рабы, которые обычно не знали латинского языка, были иноверцами. Они не имели семьи и не могли продолжить свой род.
По форме это был уже «бело-коричнево-черный» проект строительства римской народности.
Система этнического неравенства создавала постоянное напряжение и нуждалось в подпитке рабами, труд которых, равно как и грабеж соседей, давал дополнительные материальные блага всем жителям Рима, в первую очередь, конечно, патрициям.
К середине VI века до н. э. царь Сервий Тулий (?-535/534), озабоченный ростом этнической напряженности в Риме и потребностью в наращивании воинского контингента для пополнения экономики новыми землями и рабами, провел важные законодательные реформы. В соответствии с этими реформами плебеи частично уравнивались в правах с патрициями. Плебеи должны были впредь нести общую с патрициями налоговую и военно-служилую нагрузку. Общество было поделено на группы в соответствии с имущественным статусом каждой семьи. Богатые римляне, как патриции, так и плебеи стали нести большую налоговую и военно-служилую нагрузку, чем бедные. Доступа к общему земельному фонду плебеи по этим реформам не получили.
Одновременно была проведена реформа управления, которая урезала права низших слоев плебеев. Управление передавалось в руки специально созданных для этого центуриальных комиций. Подавляющее большинство в этих комициях принадлежало группам, выставлявшим большее число воинов – патрициям. Патриции также закрепили за собой исключительное право быть сенаторами, жрецами, судьями, патронами. То есть богатые плебеи инородцы получили больший объем прав, но и большую военно-служилую и налоговую нагрузку. Богатые плебеи инородцы, таким образом, остались на более низких ступенях социальной лестницы, чем патриции – представители титульного этноса.
Таким образом мы можем говорить, что Сервий Тулий отчасти реализовал «красный» проект, который существенным образом перераспределил власть и материальные ресурсы между этническими и социальными группами в римском обществе. «Красный» проект реализовывался, как подсобный в рамках более общего «черного» проекта строительства римской народности.
Дальнейшая этническая история Рима развивалась следующим образом. Патриции свергли выборных царей и установили республиканский режим правления. Они стали выдвигать из своей среды преторов, которые осуществляли основные административные и судебные функции в государстве. Постепенно высшая власть сосредоточилась в руках двух ежегодно избираемых из среды патрициев консулов.
Политическая победа патрициев позволили им усилить давление на плебеев. Обедневшие плебеи вынуждены были работать на патрициев в роли клиентов, брать у них землю в аренду, брать кредиты, а при невозможности выплатить заем попадали в кабалу. За невозврат долга плебеи могли потерять свободу и даже жизнь.
Нестерпимое положение плебса привело к тому, что он стал отказываться выполнять свои военно-служилые функции. Например, в 494 г. до н. э. перед началом войны с эквами, плебеи, все как один, покинули Рим. В условиях военной угрозы со стороны иноплеменников, патриции согласились на учреждение должностей народных трибунов, которые стали представлять интересы плебеев. Однако приобретаемый Римом в ходе завоевательных войн земельный фонд по-прежнему оставался в руках патрициев. В ответ на сохранение экономической дискриминации, плебеи продолжили устраивать «забастовки», как только возникали военные конфликты с соседями.
Для решения возникшей проблемы патриции пошли на выделение плебеям части завоеванных земель, обычно одну треть, и стали «выводить» их из Рима на жительство во вновь создаваемые колонии. В этих колониях бывшие римские плебеи становились правящим слоем – местным патрициатом. Римские колонисты осуществляли ассимиляцию – романизацию племен в городах, где они становились патрициями. Это было продолжение «красной» линии в рамках «черного» проекта строительства римской народности.
К VI веку до н. э. Рим, вслед за Лацием, захватил большую часть территории Апеннинского полуострова – Кампанию, Апулию, Умбрию и Пицию.
Завоеванное население этих территорий – италики были наделены победителями различным правовым статусом.
Жители Лация сохранили свободу, но были лишены гражданских прав – стали перегринами, иначе негражданами. Перегрины подвергались экономической эксплуатации со стороны римлян. Отсутствие гражданства не позволяло им добиваться выгодных политических решений.
Жители Лация стали бороться с оружием в руках за равные права в социальной и экономической сферах – разразились две Латинские войны. После Второй Латинской войны (340–338 гг. до н. э.) жители Лация были наделены частичными правами гражданства – стали жить по латинскому праву.
Подпадание под действие латинского права предполагало: право владения недвижимостью в любом поселении латинского статуса; право на заключение юридически обязательных сделок; право на заключение законного брака с представительницей семьи, имеющей латинское гражданство. Дети мужского пола, рождённые в таком браке, автоматически получали латинское гражданство. Латинское право предоставляло возможность перемещаться и постоянно проживать на любой территории Лация, с сохранением всех привилегий. Жители Лация могли получить римского гражданства за заслуги в гражданской и муниципальной службе. Этим обеспечивалась лояльность высшего слоя латинян господствующей римской народности.
По существу, в результате вооруженного сопротивления латинянам удалось получили тот социальный статус, который был раньше у римских плебеев.
Покоренные племена, жившие на остальной части территории Апеннинского полуострова, имели статус – «союзники Рима». Они сохраняли самоуправление на территории своего проживания, но лишились права на ведение самостоятельной внешней политики. Союзники должны были предоставлять в распоряжение Рима воинские подразделения для ведения захватнических войн. Союзники не получали римского гражданства, то есть доступа на высшие ступени социальной лестницы, были, как и большинство жителей Лация, перегринами, то есть негражданами.
Права гражданства при переселении в Рим получали только высшие должностные лица из числа союзников, доказавшие ранее преданность правящему классу римских патрициев своей службой.
Низшие категории племен союзников не имели прав самоуправления и управлялись назначенными из Рима наместниками-префектами.
Все союзники, независимо от их социального статуса, платили налоги в пользу римлян.
Ряд захваченных римлянами италийских городов был превращен в колонии. Жители колонии теряли часть своих земель в пользу поселявшихся в них римлян. Больше всех территориальные потери понесли племена латинов, вольсков и кампанцев. Жители колоний также наделялись статусом перегринов.[95]
Рабы, в значительном числе приобретаемые в результате завоевательных войн, в это время все еще не были главной производительной силой в сельском хозяйстве и в ремесле. Часть из них, по сложившимся ранее традициям, приносилась в жертву римским богам. Битвы гладиаторов также были первоначально формой принесения в жертву порабощенных инородцев. Только к 97 г. до н. э. римляне отказались от человеческих жертвоприношений. От зрелищ с участием гладиаторов они при этом не отказались. Сакральный смысл приносимых во время гладиаторских боев жертв остался тот же.
Материальное производство в V–III вв. до нашей эры основывалось на мелких и средних самостоятельных хозяйствах свободных общинников, либо на крупных хозяйствах патрициев и богатых плебеев, которые эксплуатировали лиц, находившихся в клиентской зависимости от них, но не рабов.
Обращение плебеев в кабальное рабство существенно ослабляло возможность комплектовать римскую армию, поддерживать таким образом основы существования римской народности. Условия кабальных договоров постоянно облегчались государством. С 326 г. до н. э., по закону Папирия и Петелия, попавшие в кабалу плебеи стали отвечать перед заимодавцем только своим имуществом, но не личной свободой и жизнью. Это событие также можно расценивать, как реализацию элементов «красного» социального проекта.
Запрет на обращение в рабство попавших в экономическую кабалу плебеев вызвал расширение применения труда рабов-иноплеменников. Из римских патрициев и богатых плебеев стал формироваться класс рабовладельцев, которому противостоял класс рабов иноплеменников.[96]
В III в до н. э. римляне завоевали Сицилию, Сардинию и Корсику. Началась война с Карфагеном за земли побережья Средиземного моря. Была также захвачена Предальпийская Галлия.
Эти регионы стали первыми римскими провинциями за пределами Апеннинского полуострова. Для управления провинциями назначались римские наместники. Наместники были выборными преторами или консулами и назначались только на непродолжительное время. Таким образом римские власти пытались ограничить коррупцию среди наместников. При наместниках формировался аппарат управления провинцией. Обычно он состоял из клиентов наместников или из их вольноотпущенников.
Римское государство превратилось к этому времени в империю с явно выпаженным делением территории на метрополию и колонии.
Племена населявшие новые провинции получали статус перегринов. Часть захваченных у них земель передавалась в римский (государственный) фонд. На этих землях устраивались римские колонии. Во вновь образованных колониях селились прежде всего отставные легионеры, имевшие права римского гражданства. Отставные военные женились на местных, инородных в этническом плане женщинах и обзаводились потомством. Дети от смешанных браков первоначально римского гражданства не получали.
На ряд римских провинций со временем распространилось латинское право. Этническая иерархия получила юридическое закрепление на этих территориях, власть римского этноса на территории империи укрепилась.
Из провинций в Рим поступали налоги. Сбором налогов занимались наместники. Помимо выполнения возложенных на них государством функций, наместники занимались прямым грабежом подведомственного им населения. В провинциях действовали крупные торговцы, ростовщики, подрядчики, приезжавшие из Рима или из Италии. Они откупали сбор налогов с местного населения у наместников. Откупщики часто использовали полученные права для приобретения земли подешевле у должников или отбирали ее у местного населения обманом и силой. На подученной таким образом земле они организовывали крупные сельскохозяйственные поместья, основанные на труде рабов. Заработанные деньги откупщики использовали также для организации крупных ремесленных хозяйств, основанных на рабском труде. Таким образом в провинциях быстро развивались рабовладельческие отношения.
В ходе длительных войн римлянами была покорена Македония и Греция, Карфаген с окрестностями в Северной Африке, захвачен ряд азиатских царств.
Покоренные племена и народности частично уничтожались, частично обращались в рабов. Так, в ходе трехлетней осады Карфагена от голода погибла большая часть его 500 тысячного населения. В 167 г. до н. э. город был покорен и разрушен, 50 тыс. карфагенян было обращено в рабство, а оставшиеся в живых изгнаны в пустыню. Карфагеняне по уровню социального развития ничем не отличались от римлян, а по многим показателям даже превосходили их.
Во II–I вв. до н. э. в центре Римской республики стали нарастать кризисные явления. Римские патриции захватили большие участки общинной земли и отдали их в обработку своим рабам. Крупные рабовладельческие поместья и мастерские стали основными хозяйственными ячейками римского общества. Численность рабов резко возросла, их эксплуатация усилилась.
В ответ на усиление эксплуатации рабы стали поднимать восстания против своих хозяев. Особенно крупными были два восстания рабов на Сицилии, а также восстание Спартака в Италии (73–71 гг. до н. э.)
Под воздействием дешевого рабского труда семейные хозяйства римлян и италиков, которые составляли до этого основу экономического базиса римского общества разорялись. Некому стало служить в армии.
Часть римской правящей элиты, например, Гай и Тиберий Гракхи (163–133 гг. до н. э.), попыталась ограничить землевладения патрициев и перераспределить часть незаконно изъятой ими общественной земли в пользу бедных плебеев и италиков, которые бы могли служить в армии. Возникли также проекты предоставления всем италикам римского гражданства. Проекты передела земель и расширения круга граждан стали постепенно воплощаться в жизнь. Опять были реализованы элементы «красного» проекта в рамках базового «черного» проекта строительства римской народности.
За счет реализации инициированного братьями Грак-хами «красного» проекта произошла частичная перестройке этнической иерархии в рамках всего римского общества. За счет латинян и италиков был расширен слой, стоявший на вершине и в середине социальной лестницы римского общества.