Канарец, или Книга о завоевании Канарских островов и обращении их жителей в христианскую веру Жаном де Бетанкуром, дворянином из Ко, составленная монахом Пьером Бонтье и священником Жаном Ле Веррье

Глава пятнадцатая

О ТОМ, КАК СООБЩНИКИ БЕРТЕНА ЗАХВАТИЛИ ЛОДКУ, КОТОРУЮ ГАДИФЕР ПОСЛАЛ ЗА ПРОДОВОЛЬСТВИЕМ

Поднявшись на борт «Траншмара», Бертен отправил бастарда де Блесси и некоторых других из своих сообщников в крепость Рубикон; там они увидели лодку, принадлежавшую Гадиферу, которую он прислал за продовольствием для него и его спутников, оставшихся на острове Лупп, как о том было сказано выше. Решив заполучить ее, несколько человек Бертена обратились за помощью к гасконцам, товарищам по клятве, захватили лодку, забрались в нее и стали грести. Ремонне де Ленедан бросился за ними, чтобы вернуть ее. Но находившийся в <лодке> бастард де Блесси подбежал к Ремонне с обнаженной шпагой и чуть было не убил его. Лодка быстро уходила в открытое море, а те <из сообщников Бертена>, кто оставался на берегу, говорили: «Если у людей Гадифера хватит смелости отобрать лодку, мы их всех перебьем без пощады: и в любом случае Бертена и его людей возьмут на корабль, а Гадифер и его люди никогда больше не будут есть». Люди Гадифера, находившиеся в крепости Рубикон, так отвечали им: «Добрые сеньоры, вы хорошо знаете, что Гадифер отправился на остров Лупп, так как мы нуждаемся в обуви, у него нет ни хлеба, ни муки, ни питьевой воды, и он сможет получить <все это> только с помощью лодки. Пожалуйста, позвольте нам передать продукты для него и его людей, иначе можно считать, что они умрут от голода». А те в ответ: «хватит говорить об этом, мы все равно ничего не сделаем для вас, разговор окончен, в любом случае Бертен и его люди уедут на корабле “Траншмар”».

Глава шестнадцатая

О ТОМ, КАК БЕРТЕН ОТПРАВИЛ ЛОДКУ С «ТРАНШМАРА», ЧТОБЫ ЗАХВАТИТЬ ПРОДУКТЫ ГАДИФЕРА

На следующий день в девятом часу91 в гавань Рубикона прибыла лодка с корабля «Траншмар» с семью сообщниками <Бертена>. Люди Гадифера спросили их: «Добрые сеньоры, что вам здесь надо?» Те ответили: «Нас послал Бертен и сказал, что вскоре после нашего отплытия и сам отправится сюда». И тут же, войдя в крепость Рубикон, они стали грабить и растаскивать продукты, принадлежавшие монсеньору де Бетанкуру, которые он оставил Гадиферу и его соратникам, а именно вино, печеный хлеб, солонину и прочую провизию. И это несмотря на то, что он распределил ее равно между всеми независимо от их положения и себе оставил только полагавшуюся ему по праву долю; неподеленной оказалась только бочка вина.

Глава семнадцатая

О ТОМ, КАК БЕРТЕН ОТДАЛ ИСПАНцАМ ЖЕНЩИН, НАХОДЯЩИХСЯ В КРЕПОСТИ, НАД КОТОРЫМИ ТЕ СОВЕРШИЛИ НАСИЛИЕ

Вечером в крепости Рубикон появился сам Бертен, пришедший сюда по суше в сопровождении тридцати человек из команды корабля «Траншмар». Он приказал своим людям: «Берите и хлеб, и вино, и все, что здесь найдете; тот, кто что-нибудь утаит, будет повешен, ибо за все это я уплатил больше, чем кто-либо, и будь проклят тот, кто хоть что-нибудь оставит здесь». Так говорил Бертен и еще многое другое, что было бы слишком долго перечислять. Он также захватил силой несколько женщин, прибывших сюда из Франции92, и отдал против их воли испанцам; те волокли <женщин> от крепости до самого причала и насиловали, невзирая на их громкие крики и вопли; а Бертен, присутствовавший при всем этом, говорил: «Я очень хочу, чтобы Гадифер де Ла Салль знал, что, если бы он был так же молод, как и я, я бы убил его; но, поскольку он немолод, я, может быть, удержусь от этого; если же мне вдруг <такая мысль> ударит в голову, я отправлюсь на остров Лупп и утоплю его, пусть он там и поохотится на морских волков». Это с таким злорадством говорилось о человеке, от которого он не видел ничего, кроме любви и добра.

Глава восемнадцатая

О ТОМ, КАК БЕРТЕН НАГРУЗИЛ ДВЕ ЛОДКИ ПРОВИЗИЕЙ И ДРУГИМИ ВЕЩАМИ

На следующий день утром Бертен де Берневаль приказал загрузить лодку Гадифера и лодку с корабля «Траншмар» различными вещами, это были мешки с мукой в большом количестве, разного вида оружие, бочка вина и все остальное. <Люди Бертена> перелили вино в другую бочку, которую привезли с собой, а остаток выпили и вылили; набили многие короба, дорожные сумки и кожаные мешки всем тем, что находилось в крепости, о чем будет рассказано в свое время и в своем месте. Они забрали несколько арбалетов и все луки, за исключением тех, которые Гадифер взял с собой на остров Лупп; из двух сотен тетив, которые были там, не осталось ни одной; они также унесли с собой огромный моток нитей, из которых натягивают тетивы для арбалетов. А нашего доброго оружия они взяли сколько им вздумается; его у нас было предостаточно. И нам пришлось распустить оставшийся у нас старый канат, чтобы сделать из него тетивы для луков и арбалетов. И если бы не стрелы, хотя и в малом количестве, которые у нас были, нас бы ожидала полная гибель и уничтожение, ибо канарцы более всего боялись луков. А еще испанцы захватили четыре дюжины дротиков и два короба Гадифера со всем их содержимым.

Глава девятнадцатая

О ТОМ, КАК ФРАНцИСК КАЛЮ ПОСЛАЛ ЗА ГАДИФЕРОМ НА ОСТРОВ ЛУПП

Когда лодки отплыли к кораблю, люди Гадифера, понимая, что их капитан нуждается в продовольствии, как никто другой, отправили двух капелланов93 и двух оруженосцев94 из крепости Рубикон к капитану корабля «Морель», стоявшего у берегов острова Грасьоза, где бросил якорь и корабль «Траншмар», с просьбой проявить милость и помочь Гадиферу де Ла Саллю, который вот уже неделю находился на острове Лупп вместе с одиннадцатью <товарищами> без всякой провизии; ведь им угрожала голодная смерть. И хозяин «Мореля», движимый жалостью и видя великое предательство, совершенное Бертеном по отношению к Гадиферу, послал на подмогу одного человека из своей команды по имени Симен. Прибыв в Рубикон, Симен вместе с четырьмя людьми сеньора де Бетанкура95, а именно с Гийомом Ле Муаном96, Жаном Ле шевалье97, Тома Ришаром и Жаном Ле Масоном98, решился на рискованное предприятие. Они отплыли на остров Лупп в маленькой лодке, которую Бертен оставил им, правда, забрав с собой все весла. Тот самый Симен загрузил ее, насколько смог, провизией. Это было самое тяжелое плавание, о нем можно узнать от тех, кто сам пережил его; а всего пути-то было четыре лье99.

Глава двадцатая

О ТОМ, КАК ГАДИФЕР ВЕРНУЛСЯ НА МАЛЕНьКОЙ ЛОДКЕ НА ОСТРОВ ЛАНСЕЛОТ

В это время на острове Лупп Гадифер, страдая от голода и жажды и уповая на милость нашего Господа, каждую ночь расстилал полотно, чтобы собирать росу с неба, затем выжимал его и пил капли, чтобы утолить жажду, не ведая о том, что совершил против него тот самый Бертен, которым он всегда восхищался, когда речь заходила о нем. Лодка с Сименом и его спутниками наконец добралась до острова и забрала Гадифера. Как только они вернулась в Рубикон, Гадифер сказал такие слова: «Мне очень тяжело от великой подлости и великого предательства, совершенного против этих несчастных людей, которых мы обязались <защищать>. Но мы не можем исправить того, что уже случилось. Да будет славен Бог во всех своих деяниях, Который и рассудит эту ссору!» Гадифер признался, что ни он, ни монсеньор де Бетанкур никогда не могли бы и подумать, что <Берневаль> осмелится сделать то, что он сделал. «Мы, Бетанкур и я, выбрали его, поскольку считали одним из самых подходящих для нашей команды. значит, и добрый сеньор, и я оказались непредусмотрительными».

Глава двадцать первая

О ТОМ, КАК ДВА КАПЕЛЛАНА, ОДИН ПО ИМЕНИ БРАТ ПЬЕР БОНТЬЕ, А ДРУГОй МЕССИР ЖАН ЛЕ ВЕРРЬЕ, ОТПРАВИЛИСЬ НА КОРАБЛЬ «ТРАНШМАР»

Два капеллана, находившихся в то время на борту «Мореля», видели, как из Рубикона ушли две лодки, нагруженные провизией, необходимой для нашего существования, и многими другими вещами. Тогда они обратились к капитану корабля с просьбой отправиться с ними на корабль по имени «Траншмар» и <получили согласие>. Вместе с ним и двумя благородными мужами, один по имени Пьер дю Плесси100, а другой Гийом д’Альмень, они прибыли на «Траншмар». Бертен встретил прибывших такими словами: «Не думайте, будто что-либо из этих вещей принадлежит Бетанкуру или Гадиферу; все они мои, и свидетели того – эти два капеллана». А те ему ответили в присутствии всех: «Бертен, мы хорошо знаем, что, когда вы явились в первый раз к монсеньору де Бетанкуру, вашего было так мало или почти ничего, и поэтому монсеньор вручил вам сто франков, которые вы должны были разделить между нами; это происходило в Париже, когда он только начинал свое предприятие, которое по милости Бога завершится к его славе и выгоде, так что все, что находится здесь в данный момент, принадлежит сеньору де Бетанкуру и мон сеньору Гадиферу и, бесспорно, приобретено на средства нашего сеньора». Бертен ответил на это так: «Если Богу будет угодно, я поеду прямо в Испанию, где сейчас монсеньор де Бетанкур, и если у меня есть какие-то его вещи, я их ему обязательно верну, а вы не вмешивайтесь в это дело и будьте уверены, что сеньор де Бетанкур разрешит все вопросы, которые вызывают сомнения и о которых я <сейчас> не хочу говорить». Бертен не любил мессира Гадифера, потому что тот занимал более высокое, чем он, положение и имел больше власти. И он надеялся, что сеньор де Бетанкур, его господин, не имеет на него зла, как полагают другие, а если бы он и совершил что-нибудь, что не понравилось бы его сеньору, то не стал бы обращаться с просьбой помирить его с ним. Вот с этим они и покинули корабль, сказав напоследок: «Бертен, поскольку вы увозите этих несчастных людей, оставьте нам хотя бы канарку Изабеллу, так как мы не знаем местного языка, а также нашу лодку, которую вы увели, потому что мы просто не сможем выжить без нее». Бертен ответил: «Она не моя, а моих спутников, это им решать». Тогда два капеллана и два оруженосца прыгнули в лодку и взялись за весла, а люди Бертена схватили канарку Изабеллу и выбросили ее за борт в море. И она бы утонула, если бы не капелланы и оруженосцы, которые вызволили ее из воды и втащили в лодку, с этим они и уехали. Вскоре после того «Траншмар» снялся с якоря и отчалил от берега. Вот что сотворил Бертен, о чем вы только что услышали и о чем услышите еще.

Глава двадцать вторая

О ТОМ, КАК БЕРТЕН ОСТАВИЛ СВОИХ СООБЩНИКОВ НА СУШЕ И УЕХАЛ ОТТУДА СО ВСЕЙ ДОБЫЧЕЙ

Тем временем Бертен, находясь на корабле среди своих товарищей по клятве, снова задумал дурное, он устроил вот что – высадил своих сообщников на берег, как раз тех, чьими руками совершил свое описанное выше деяние и свое предательство, ибо, если бы они не примкнули к нему и не участвовали в его заговоре, он бы не осмелился пойти на то предательство и на ту подлость, которые сотворил. И этот низкий человек сказал им: «Придумайте для себя что-нибудь получше, ибо со мной вы ничего не добьетесь». И еще Бертен сказал им, что сделал это потому, что боялся, как бы они сами не поступили с ним подобным образом. Бертен намеревался также по приезде в Испанию поговорить с монсеньором де Бетанкуром и примириться с ним, что он и сделал весьма успешно, поведав тому о происшедшем в таких словах, что наш сеньор поверил части рассказанного, о чем вы со временем узнаете, хотя и был хорошо оповещен о поступке <Бертена>, который объяснял его корыстью.

Глава двадцать третья

О ТОМ, КАК ЛЮДИ, КОТОРЫХ БЕРТЕН ОСТАВИЛ НА СУШЕ, ОТЧАЯВШИСЬ, НАПРАВИЛИСЬ ПРЯМО К ЗЕМЛЕ САРАЦИН

Оставшиеся на берегу <люди Бертена>, чрезвычайно расстроенные и опасавшиеся гнева монсеньора де Бетанкура и Гадифера, а также их соратников, стали жаловаться вышеупомянутым капелланам и оруженосцам: «Бертен, – говорили они, – действительно предатель, ибо он предал и своего капитана, и нас». И каждый из них покаялся перед мессиром Жаном Ле Веррье, капелланом монсеньора де Бетанкура. Они решили так: «Если бы наш капитан101 Гадифер пожелал простить нас за то зло, которое мы ему причинили, мы готовы служить ему всю нашу жизнь». И они поручили Гийому д’Альманю102 обратиться к <Гадиферу> с этой просьбой от лица всех и вернуться обратно с его решением, и Гийом сразу же отправился к Гадиферу. Но почти тут же, не веря в его возвращение, <люди Бертена> захватили лодку, сели в нее и вышли в открытое море103, поскольку, осознавая то зло и тот грех, которые совершили против такого рыцаря и своего капитана, они опасались его гнева и ярости. В полном отчаянии они поплыли прямо к земле мавров, которая должна была находиться где-то на полпути между нами и Испанией. <Плохо> управляемая лодка пошла ко дну у берегов Варварии104, около Марокко; десять из двенадцати <человек> утонули, а двое были захвачены в рабство: один из них затем умер, а другой, по имени Сьо де Лартиг, остался в плену у язычников.

Глава двадцать четвертая

О ТОМ, КАК ПОГИБ КОРАБЛь МЕССИРА ГАДИФЕРА

Вернемся снова к монсеньору де Бетанкуру105 и скажем, что корабль, на котором он прибыл в Испанию и который считали собственностью Гадифера, бросил якорь в порту Калис. хорошо зная, что моряки того корабля были злыми и хитрыми, де Бетанкур приложил много усилий, чтобы посадить в тюрьму некоторых из главарей, а корабль взял под свое управление. <К нему> обратились несколько купцов, желая купить <корабль>, но сеньор не хотел этого делать, так как сам намеревался вернуться на нем вместе с новыми людьми на Канарские острова и привезти туда провизию, ибо рассчитывал на милость короля Кастилии106. Он приказал отвести корабль из порта Калис в Севилью, думая, что поступает правильно. Но по пути судно потерпело крушение и пошло ко дну; это случилось около порта Баремед107. Его гибель нанесла большой ущерб мессиру Гадиферу. Говорят, что там были принадлежавшие ему перстни, которые стоили больших денег, а то, что уцелело, стоило, по слухам, всего пятьсот дублей108 и не могло принести ему ни богатства, ни славы. А незадолго до гибели корабля монсеньор де Бетанкур отправился из Калиса в Севилью, где находился в это время король Кастилии. Туда же прибыл и Франсиск Калю, который довольно быстро приплыл с Канарских островов и вызвался снова отправиться к Гадиферу, если <Бетанкуру> будет угодно послать тому припасы. Монсеньор де Бетанкур сказал, что в самом скором времени даст ему такое поручение, но сначала он должен представиться королю Кастилии, который находился тогда в Севилье, что он и сделал, как вы о том узнаете во всех подробностях. <Ниже мы расскажем> о теплом приеме и гостеприимстве, которое король оказал ему.

Глава двадцать пятая

О ТОМ, КАК КОРАБЛЬ «ТРАНШМАР» ПРИБЫЛ В ПОРТ КАЛИС С ПЛЕННИКАМИ НА БОРТУ

Несколько дней спустя в порт Калис прибыл корабль «Траншмар», на котором находились Бертен и часть тех, кто вошел с ним в сговор, ибо остальные его сообщники, <пребывая> в отчаянии, утонули у мавританских берегов. Бертен привез с собой несчастных канарцев, жителей острова Ланселот, которых, прикрываясь честным словом, предательски захватил, чтобы продать в чужих землях как рабов в вечную неволю. А там оказался Куртиль, трубач Гадифера, и с его помощью Бертен и все его сообщники были арестованы; против них начался процесс, и рука правосудия заковала их в цепи и бросила в королевскую тюрьму Калиса. Об этом сообщили сеньору де Бетанкуру, который находился в Севилье. Потрясенный такой новостью, он был готов отправиться в Калис, чтобы вызволить из неволи несчастных канарцев; он обещал обязательно помочь им, как только сможет. Однако он не мог уехать сразу, ибо как раз в это время ожидал аудиенции у короля Кастилии, чтобы уладить и этот вопрос, и другие. И пока наш сеньор решал свои дела с королем Кастилии, вышеупомянутый Ферран Дордонь109 увел корабль со всем грузом и пленниками в Арагон110, где и продал их.

Глава двадцать шестая

О ТОМ, КАК МОНСЕНЬОР ДЕ БЕТАНКУР ПРИНЕС ОММАЖ111 КОРОЛЮ ИСПАНИИ

Перед тем как уехать с острова Ланселот и с Канарских островов, монсеньор де Бетанкур, как и положено, распорядился наилучшим образом своими делами и оставил мессиру Гадиферу все управление, пообещав тому, что постарается вернуться как можно скорее c новыми людьми и провиантом, не предполагая, что ему придется задержаться. Но всем известно, что решать дела с таким правителем, как король Кастилии, требует времени, тем более в таком <серьезном> вопросе, как его. Сеньор де Бетанкур пришел выразить почтение кастильскому королю, который принял его очень благосклонно и спросил, чего он желает112. Бетанкур ответил ему: «Сир! Я пришел к Вам за помощью. Я прошу вашего соизволения дать мне возможность завоевать и обратить в христианскую веру острова, которые называются Канарскими, где я уже побывал и положил этому начало и где я оставил моих людей, которые ждут меня со дня на день. Я оставил с ними доброго рыцаря по имени мессир Гадифер де Ла Салль, который согласился участвовать в моем предприятии. И так как Вы, дражайший сир, являетесь королем и сеньором всех окружающих земель и христианнейшим королем, я пришел просить Вашей милости, чтобы Вы соизволили принять у меня, а я – дать Вам оммаж за эти острова». Король был счастлив, услышав такие слова, и сказал, что <Жан де Бетанкур> – его желанный гость. Он похвалил <монсеньора> за доброе и благородное желание уехать из такого далека, каким является королевство Франция, чтобы завоевать <новые земли> и увеличить его славу. Вот что еще говорил король: «Именно ваше доброе сердце подвигло вас принести мне оммаж за землю, о которой я никогда ничего не слышал и которая, как я могу понять, расположена более чем в двухстах лье от нас»113. И король обещал, что тот найдет <при дворе> самый теплый прием и что все его желания будут исполнены. Он принял оммаж и дал <Жану де Бетанкуру> сеньориальные права на те из Канарских островов, которые были уже завоеваны. И кроме того, <король> предоставил ему право на пятую долю114 товаров, которые будут идти в Испанию с названных островов115, и эту пятую часть <наш сень ор> получал долгое время. И еще король выделил для Гадифера и оставшихся с ним людей двадцать тысяч мовинзинов116, которые можно было получить в Севилье. Эти деньги по повелению монсеньора де Бетанкура были отданы Ангеррану де Ла Буассьеру117, но тот не исполнил надлежащим образом своего долга; говорят, что названный де Ла Буассьер уехал во Францию со всей или частью этой суммы. Однако сеньор де Бетанкур очень быстро поправил дело и, как только получил <от короля> провиант, тотчас поспешил вернуться на острова, как вы об этом узнаете ниже. Король разрешил ему чеканить монету в Канарской земле, что он и сделал, когда был облечен <сеньорией> этих островов и стал мирно править ими.

Глава двадцать седьмая

О ТОМ, КАК АНГЕРРАН ДЕ ЛА БУАССЬЕР ПРОДАЛ ЛОДКУ С ПОГИБШЕГО КОРАБЛЯ

А в это время Ангерран де Ла Буассьер продал лодку с погибшего корабля, взял за нее деньги и подделал бумаги, дававшие ему разрешение на доставку провианта <людям Гадифера>, которые очень страдали из-за его отсутствия, пока монсеньор де Бетанкур не пришел на помощь: во время поста им даже пришлось есть мясо. И так как любой человек, как известно, будь то самый великий, не может уберечь себя от обмана и предательства, так и сеньор де Бетанкур, передавая деньги от короля Кастилии, предназначавшиеся для него, тому самому Ангеррану, думал, что тот распорядится ими должным образом. Но некий <человек> по имени Жан де Лезказ118 уличил Ангеррана и сказал Бетанкуру, что тот злоупотребил деньгами, которые предоставил ему король. Тогда сеньор де Бетанкур пошел к королю и попросил оказать новую милость и дать ему корабль и людей, чтобы помочь тем, кто находится на островах; эта просьба была исполнена, корабль снаряжен, и на него набрали восемьдесят человек. На борт погрузили также четыре бочки вина, семнадцать мешков муки и много других необходимых вещей, оружие и прочее снаряжение. Монсеньор де Бетанкур написал мессиру Гадиферу, чтобы тот строго следил за этими вещами, что сам он вскоре прибудет на острова, чтобы <Гадифер> использовал присланных ему людей на разных работах и чтобы те трудились как следует. Он сообщал в письме, что принес оммаж за Канарские острова королю Кастилии и что король принял его со всем радушием и оказал ему намного больше почестей, чем он того заслуживал, а кроме того, дал деньги и обещал сделать еще много хорошего. И пусть Гадифер не сомневается, что они увидятся очень скоро и что это случится в самое ближайшее время. «Когда корабль будет огибать острова, – <писал Жан де Бетанкур>, – вы укажите место, к которому он должен повернуть, это я советую вам сделать непременно, чтобы знать на будущее, как и где надо причаливать. Меня поразили те недостойные поступки, на которые решился Бертен де Берневаль, долго же я не мог разгадать его. Он мне представил дело совсем иначе, а не так, как я узнал о том позже: я вам уже писал, чтобы вы были с ним осторожны, ибо он мне не раз говорил, что не испытывает к вам большой любви. Мой дорогой брат и друг, приходится пережить многое; нужно забыть о том, что произошло, и стараться делать добро по мере возможности». Гадифер радовался всему – и приходу корабля, и тому, что Бетанкур ему написал, но только не его сообщению об оммаже, который тот принес королю Кастилии, ибо он думал, что сам имеет право на часть и долю в названных Канарских островах. Однако это не входило в намерения сеньора де Бетанкура, как обнаружится позже, когда эти два рыцаря станут обмениваться оскорблениями и поссорятся между собой119; вероятно, если бы все острова были уже давно завоеваны, то не возникло бы никаких неприятностей. Сейчас же люди хотели подчиняться только монсеньору де Бетанкуру, и на то имелись основания, ибо он был их вождем и руководителем по праву и первым дал ход этому предприятию. Он наилучшим образом подготовился к <походу>, поскольку единственным его желанием было полное завоевание Канарских островов. Уезжая с острова Ланселот, сеньор де Бетанкур намеревался плыть во Францию, чтобы доставить туда госпожу де Бетанкур120; дело в том, что, <начав путешествие>, он довез ее только до порта Калис, ибо она отказалась плыть с ним дальше. И как только <монсеньор> принес оммаж королю, он дал указание Ангеррану де Ла Буассьеру сопроводить госпожу, его супругу, в Нормандию, в его поместье Гренвиль-ла-Тентюрьер; де Бетанкур сделал все, чтобы ее доставили домой самым подобающим образом. И вскоре после этого наш сеньор покинул Севилью вместе с небольшим отрядом, который снарядил для него король Кастилии; он же снабдил его различным оружием, так что сеньор был очень доволен, как того и следовало ожидать. Госпожа де Бетанкур прибыла в родную Нормандию, в поместье Гренвиль в земле Ко, где жители устроили ей теплый прием, и она оставалась там до тех пор, пока монсеньор не вернулся с Канар, о чем речь пойдет ниже121.

Глава двадцать восьмая

ИМЕНА ТЕХ, КТО ПРЕДАЛ ГАДИФЕРА, ЕГО ЛЮДЕЙ, НАХОДИВШИХСЯ НА ОСТРОВЕ ЛАНСЕЛОТ, И СВОИХ СОБСТВЕННЫХ ТОВАРИЩЕЙ122

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Например, арабы использовали магнитный компас и «камал» (прибор, позволявший ориентироваться по звездам и определять широту и долготу), треугольные паруса, большие трехмачтовые корабли. Они составляли достаточно подробные навигационные карты. См.: Hobson J.M. The Eastern Origins of Western Civilisation. Cambridge, 2004. P. 141; TibbettsG.R. Comparisons between Arab and Chinese Navigational Techniques // Bulletin of the School of Oriental and African Studies. Vol. 36. 1973. No. 1. P. 105-106.

2

О кризисе XIV в. б целом см.: Before the Black Death: Studies in the 'Crisis' of the Early Fourteenth Century//Ed. B.M.S. Campbell. Manchester, 1991; Iradiel Murugarren P. La crisis medieval // Historia de Espafla. T. 4: De la crisis medieval al Renacimiento / Ed. A. Dominguez Ortiz. Barcelona, 1988. P. 9 – 296; The New Cambridge Medieval History. Vol. 6: с 1300 – с. 1415 / Ed. M. Jones. Cambridge, 2000; Waley D. Later Medieval Europe: 1250-1520. London, 2001.

3

О Малом Ледниковом периоде и его последствиях см.: Fagan В.М. The Little Ice Age: How Climate Made History, 1300-1850. New York, 2001; Grove J.M. The Little Ice Age. London, 2003.

4

О происхождении этой пандемии см.: Cohn S.K. The Black Death Transformed: Disease and Culture in Early Renaissance Europe. Oxford, 2003. R 81, 336; Idem. The Black Death: End of a Paradigm // The American Historical Review. Vol. 107. 2002. P. 703 – 738; Dols M.W. The Second Plague Pandemic and Its Recurrences in the Middle East: 1347 – 1894 // Journal of the Economic Social History of the Orient. Vol. 22. 1979. No. 2. P. 170-171; Kelly J. The Great Mortality. New York, 2005. P. 295. О ее последствиях см.: Bulst N. Der schwarze Tod. Demographische, wirtschafts– und kulturgeschichtliche Aspekte der Pestkatastrophe von 1347 – 1352. Bilanz der neueren Forschung // Saeculum. Bd 30. 1979. S. 45-67; Herlihy D. The Black Death and the Transformation of the West. Cambridge; London, 1997.