- -
- 100%
- +
Давайте обратимся к опыту. Известно, что всякий продукт деятельности человека является репрезентацией его психики. Это неоднократно экспериментально проверено. На этом основано бесчисленное множество проективных методик. Попроси человека нарисовать дом, и человек нарисует «себя» – по его дому мы сможем судить о нём самом. Человек своим произведением проявляет самого себя: «Я такой. Я так смотрю на мир. И таким его вижу». Что он этим делает? Овеществляет и утверждает свой взгляд на мир.
Какой вывод мы можем из этого сделать? Художественная деятельность, питаясь тем, что у человека есть в наличии (опытом, убеждениями, смыслами), сама по себе лишь тот взгляд на мир, который у него существует. Если человек выбрал «быть живым», то он будет проявлять и утверждать волю к жизни, приращивая жизнь каждым своим действием. Если человек выбрал отступничество от мира, если выбрал «не жить», то он будет проявлять и утверждать это отречение. Можно сказать, что художественная деятельность является видом проповеди, с помощью которой человек доносит миру свою жизненную «идеологию». 17 утверждает
Художественная деятельность обладает силами утверждения. Но имеет ли она силы изменения? Этот вопрос не такой однозначный: может иметь, а может и не иметь. От чего это зависит? От того, какой именно деятельностью мы заняты во время художественной деятельности. Будет ли она наполнена чем-то ещё – зависит от дополнительного усилия, которого сама эта художественная деятельность не создаёт. Поиск – дело нашего самостоятельного , которым мы обогащаем внешнюю деятельность, и тогда она приобретает новое качество. Художественная деятельность существенно облегчает психотерапию, способствует ей, но всё же не стоит переоценивать её «целительные свойства»: целительным является процесс самопознания, а не создание художественного образа или пустое «самовыражение». внутреннего усилия
Сутью процесса в практике является включение человека в процесс переживания и свидетельствование самого себя как «сгустка бытия». А это возможно только тогда, когда именно свидетельство себя и является для нас смыслообразующим, когда оно становится нашей основной деятельностью в арт-терапии, а не гармоничные образы, не процесс эстетизации переживания и т. п. творческого присутствия 18
Этому способствует , когда мы намереваемся не исправлять нечто в себе, своих чувствах/состоянии, не создавать произведения и художественные образы, не анализировать продукты своего творчества, не «отключать голову» якобы для обретения спонтанности, а исследовать себя и свою жизнь, проявлять заботу и внимание к тому, что есть (как проявляли бы его, например, к другому, неизвестному, но интересному и важному для нас человеку). исследовательская позиция 19
В этом случае в творческом процессе мы соприкасаемся совсем не с теми «формами», которые могут быть изображены.Переживание не может быть изображено. Мы обращаемся к «стихии» чувств и их значений, которая находится в непрерывном движении. Она может быть выражена – проявлена по своим собственным законам, но не может быть закреплена в искусственной композиции, поскольку в этом случае мы сместим наше внимание с переживаемого на создание произведения и потеряем непосредственную связь с этим внутренним потоком чувств и значений. Но именно они нам и важны! 20
Когда целью нашей практики является создание какого-либо произведения, изделия, образа или особая «художественная» форма выражения, для нас особое значение приобретает внешняя форма. И тогда мы имеем большой соблазн переключить внимание с самих себя и тех сил, которые могли бы себя выразить в творческом движении самообнаружения, на создание этой формы, ведь она является нашей целью. В этом случае зачастую появляется так называемая «инерция рисования», когда внимание отвлекается от переживания и увлекается рисунком, который начинает «требовать» своего продолжения, и возникает стремление к «украшательству» и «рисовательству» (то есть попытка создать законченный образ) в ущерб внутренней правде переживания. Рисунок может быть и красивым, и целостным, но, оторвавшись от переживания, он не обращает человека к самому себе, не становится проявителем личной истины, он так и остаётся лишь рисунком, который ничего нового не открывает человеку. Этот факт подтверждался неоднократно в нашей практике. 21
Внешне тогда всё выглядит так, что мы как будто «творим», создаём гармоничные художественные формы или полезные вещи, однако психотерапии не происходит, поскольку в этом случае не происходит и . Между тем, именно такая. Без неё художественная деятельность если и будет иметь значение, то лишь симптоматически, в качестве психофизиологической разрядки или тренировки моторики. Что само по себе, конечно, неплохо, но для психотерапии недостаточно. обнаружения осознавания себя внутренняя работа и превращает «арт» в «терапию»
Внешне задаваемая композиция, нацеленность на создание «продукта» (того, что будет иметь значение вне творческого процесса, например, в качестве предмета для анализа или диагностики, талисмана, амулета и т.п.), стремление к красоте образа или его эстетическому выражению смещает внимание с деятельности по (проявлению) переживания на его Так мы теряем контакт с переживанием, выходим из него, становясь его регистратором: переживание уже не проявляет себя через художественные средства, а изображается «с натуры», как если бы на него смотрели со стороны. выражению изображение.
Психотерапевтическому процессу способствует нацеленность на точное соответствие переживаемого и выражаемого: когда всё внимание сосредоточено на точном проявлении того, что (а не того, или должно быть). Тогда в изображении ничто не может быть изменено или привнесено в него извне в угоду идее красоты, гармонии, композиционной целостности и по каким угодно иным мотивам, а все внешние изменения в «произведении» происходят естественным образом, по мере их вызревания, к чему и ведёт максимально точное, честное и искреннее проявление переживания. Об этом же свидетельствует и опыт клиент-центрированной терапии: всякая директивность в отношении переживаемого, любое «забегание вперёд» тормозит переживание и становится атерапевтичным. есть что как
В «создание» чего-либо является не более чем сопутствующим действием, необходимым лишь в техническом смысле: «продукт» представляет собой результат действия (зачастую неожиданный) обнаруживших, проявивших себя сил, чувств, смыслов. Когда человек выражает себя, то, разумеется, это приводит и к какому-то своему материальному результату. Но до этого творческий процесс является самоценным: это алхимия, стихия, космогония – это рождение нового и неизвестного мира. Терапии творческим присутствием
Всё, что можно родить, невозможно сделать. Процесс психотерапии тоже в некотором смысле процесс рождения – того, что человек долго вынашивал и никак не решался родить, отказываясь от присвоения собственного опыта. Рождение же можно только подготовить, создать условия для вынашивания и созревания. И потому усилия в практике направлены не на то, чтобы создавать произведение, а на то, чтобы, обратившись к переживанию, позволить себе раскрыться и прорасти, как зерну. творческого присутствия
Именно такой процесс можно назвать творческим: в У самовыражения имеются и некие естественные продукты, которые, однако, не имеют самостоятельного значения и не рассматриваются в качестве оснований для психотерапевтических интервенций. Терапии творческим присутствием творчество понимается как деятельность по обнаружению себя в мире через самовыражение.
Под понимается внимание к внутренним силам, чувствам, напряжениям, смыслам (то есть ко всему пространству переживания) и действие в соответствии с ними – выражение, проявление их.В результате этого выражения и происходит со-творение: я делаю выбор в пользу своих внутренних сил (себя-живого), и они, раскрываясь и действуя в соответствии со своей природой, воплощаются в какие-либо чувственные образы. означает раскрытие, и обретение опытасебя. Обнаруживая себя, мы обретаем бо́льшую определённость, более чёткие и ощутимые границы: мы становимся для самих себя очевидными. Возрастает наше осознавание себя и присутствие в своей жизни. самовыражением Обнаружение себя
Сущностью творчества является рождение нового знания. В нашем случае – нового знания себя. Если же такое знание не приращивается, если в результате «творчества» остаётся лишь некое «произведение» (или заявление, манифест, проповедь чего-либо), а мы ничего нового не узнали, то не было творчества. В лучшем случае, была техника, мастерское исполнение (но для заявления не нужно и мастерства). Если же происходит ещё и обучение навыкам какого-либо искусства, то это уже не столько арт-терапия, сколько обучение ремеслу. Пользы от этого для психотерапии может и не быть, а затруднения возможны в силу возникновения той внутренней инерции (стремления создать законченный образ), о которой говорилось выше. Если в арт-терапии и можно говорить о каком-либо обучении, то не столько неким особым «арт-терапевтическим» или «художественным» техникам, сколько – практике внимания к самому себе, возможности пребывать в соприкосновении с любыми своими чувствами; это можно назвать выработкой особой внутренней позиции, особого взгляда, особого отношения к самому себе, что делает возможным обретение необходимых для жизни сил.
Цель практики состоит в соприкосновении со своей жизненностью; задача – в создании условий для ; содержание работы – в при себе и своей жизни, обнаружении себя. творческого присутствия включения в переживание опыте присутствия
В происходит непосредственное исследование себя-и-своей-жизни через погружение в переживание и проявление его выразительными средствами. Терапии творческим присутствием
Это помогает осознавать свой способ жить и создаёт условия для совершения выбора – и . Характер нашей работы довольно точно соответствует строкам Бориса Пастернака: жить быть живым
…Когда строку диктует чувство,
Оно на сцену шлёт раба,
И тут кончается искусство,
И дышат почва и судьба.
В связи с неоднозначностью термина «арт-терапия», методу, первоначально называвшемуся «присутственная арт-терапия», я впоследствии предпочёл название «Терапия творческим присутствием», как более точно отражающее особенности нашей работы. Тем не менее, в дальнейшем разговоре я всё же буду использовать слово «арт-терапия» в качестве обобщающего термина для множества методов, использующих в психотерапевтической практике различные художественные средства.
Сейчас практика существует в форме изотерапии, однако она может существовать и в других формах. Обязательным условием является не форма (используемые средства), а особое внутреннее содержание психотерапевтического действа. Терапии творческим присутствием
Различные подходы арт-терапии могут применять одни и те же средства и потому быть внешне схожими, однако различаться при этом в методологии, а потому и в практике. В том числе, и практика для внешнего наблюдателя может выглядеть довольно простой и на первый взгляд напоминать другие арт-терапевтические подходы, однако данное внешнее сходство обманчиво. Как верно отметил Вячеслав Летуновский, рассказывая о работе с телом в экзистенциальном подходе: «Вопрос методологии является чрезвычайно важным, поскольку чисто технически те или иные методы работы с телом могут быть очень похожими в разных направлениях психотерапии». творческого присутствия 22
То же самое касается и арт-терапии, да и психотерапии в целом. Внешне деятельность разных психотерапевтов и зачастую выглядит схожим образом, однако в сути своей она может быть принципиально различной, вплоть до полной противоположности. Сущность терапевтического процесса определяется его методологией и смыслом. Если в этих составляющих у разных методов есть отличия, то и практика будет неизбежно отличаться, хотя для внешнего наблюдателя или того, кто не проникнулся внутренними, смысловыми основаниями деятельности, она может не иметь особенных видимых отличий. искателей 23
В этой связи хочется отметить ещё одно интересное обстоятельство. Недавно мне встретился целый ряд публикаций, в которых так или иначе затрагивается тема в психотерапии. Они посвящены таким методам, как Д. Уэлвуда, И. А. Погодина, В. В. Летуновского, Ю. Джендлина. Разумеется, во всех этих подходах имеются различия. Их и не может не быть, поскольку все они основаны на самобытном терапевтическом и человеческом опыте, философии, мировоззрении. присутствия безусловное присутствие диалого-феноменологическая модель гештальт-терапии терапевтическое смысловое фехтование фокусинг 24
Некоторую же идеологическую близость различных подходов можно объяснить тем, что для внимательного человека открываются действительные закономерности жизни души, которые у всех людей едины. Толковать эти закономерности можно по-разному, рассматривая их через призму личного жизненного и профессионального опыта, что не может не накладывать отпечатка на особенности теории и практики.
Кроме того, все мы находимся в едином смысловом пространстве и не можем не воспринимать того его содержимого, тех течений и веяний, которые в явном или неявном виде в нём присутствует («идеи витают в воздухе»).
Действующие силы
арт-терапии
Терапевтическая функция арт-терапии рождается тогда, когда, во-первых, есть возможность для свободного самовыражения в творческой деятельности и, во-вторых, когда в этой деятельности человек – то есть обнаруживает, определяет, осознаёт себя – находится в присутствии. переживает
Целительное действие арт-терапии происходит через такое делание, которое носит преимущественно внутренний характер. Другими словами, основная деятельность происходит в пространстве сознания.Внешняя же «художественная деятельность» является лишь поводом и формой сосредоточения на себе и способом вступить в соприкосновение с самим собой, способом научиться быть вместе с собой, способом проявить быть включённым, присутствующим, живым и более того – способом до такого усилия и на него. 25 внутреннее усилие созреть решиться
К особенностям в практике ТТП мы вернёмся чуть позже, а пока давайте рассмотрим, какие ещё «действующие силы» существуют в арт-терапии, существенные для процесса психотерапии. В той или иной степени они присущи любому виду арт-терапии, которые основаны на изобразительной деятельности. внутренней деятельности
Я выделяю четыре действующих фактора:
– выразительная деятельность;
– взаимодействие с образами сознания;
– взаимодействие с цветом;
– общение (интер- и интра- общение).
О выразительной деятельности речь шла в предыдущей главе. Сейчас давайте остановимся на том, какое влияние оказывает взаимодействие с и с . образами сознания цветом
Взаимодействие с образами сознания
Прежде всего, важно отдавать себе отчёт в том, что весь опыт у нас хранится в виде различного рода образов. Это означает, что мы и воспринимаем всё (любым из своих органов чувств) не иначе, как только в образах. И только то, что у нас имеет образ, может быть нами осознано, поскольку всё, воспринимаемое нами, (обладает неким особым, присущим именно ему, качеством). То, что не имеет для нас особой качественной определённости, то и не выделяется нами как некое особое явление, а потому не может быть воспринято. какое-то 26
Арт-терапия даёт возможность прийти в соприкосновение с образами сознания, в которых заключён тот или иной опыт, «оживить» их, позволив им выразить себя в соответствии со своей природой, то есть в соответствии с характерными для них чувствами, силами, свойствами. Это может позволить извлечь тот опыт, который содержится в переживании, и осознать его, приобщив его себе, сделав его своим достоянием.
Кроме того, имеет значение понимание своего опыта посредством образов, метафор, символов. Понимая свой опыт символически, мы тем самым обращаемся к «глубинным» областям своего сознания, позволяя им участвовать в своей жизни. В этом смысле рационально-логическое понимание самих себя уступает символическому пониманию, поскольку символы обращены к нашей целостности, они заряжены нашей жизненной силой и вводят нас в широкий контекст нашей жизни. 27
В практике осознавание и понимание опыта происходит не путём аналитических толкований (что мог бы означать этот образ?) с использованием какой-либо системы интерпретации, а путём чувственного соприкосновения с имеющимися образами и извлечения субъективных значений. Терапии творческим присутствием личных
Взаимодействие с цветом
Что касается цвета, то здесь нужен разговор особый. Цвет является, возможно, самой близкой «материей» для нашей души, такой близкой, что кажется, они не существуют друг без друга.
Считается, что цвет есть субъективное восприятие, источником которого является воздействие на сетчатку глаза световых волн разной длины, отражённых от поверхности предмета. Длина волны при этом зависит от отражающей способности предмета, который сам по себе цветом не обладает, а обладает той или иной отражающей способностью.
Я хочу обратить внимание на то, что это физическое описание цвета, и психологу оно даёт мало, поскольку для психолога цвет – это, прежде всего, образ, а не некое отдельно взятое ощущение в сетчатке глаза, вызываемое той или иной длиной волны. А всякому образу присуща целостность. Поэтому и рассматривать цвет необходимо как целостное явление, как некий психический гештальт, значение которого и субъективно (поскольку цвет эмоционален и физиологичен), и объективно (поскольку цвет действителен и является образом реальности). Однако для психолога не так важна даже и физиология восприятия цвета, которая относится к психологическому восприятию примерно так же, как нейрохимические процессы в мозге относятся к субъективному переживанию человеком обстоятельств своей жизни. Эти процессы не подменяют друг друга, но вместе обеспечивают восприятие. Как человек создаёт образ цвета, и даже более того, – образ материального, видимого мира, – вопрос не только физиологический, но и психологический, и культурный.
Если подходить строго с точки зрения физики, то того видимого мира, в котором мы живём, пожалуй, и не существует: существуют элементарные частицы (с которыми тоже не всё ладно: то есть они, то нет их), пустота, занимающая бо́льшую часть как всего мирового объёма, так и нас самих. Однако с точки зрения той же самой физики, видимый мир реален и существует. И любой из нас в этом убеждается постоянно: мы окружены вещами, в плотности которых трудно усомниться – она (плотность вещей) довольно убедительна с точки зрения нашего здоровья. Да и сами мы как будто состоим из весьма плотной материи. И получается, что теоретически видимого мира как будто бы нет, но практически видимый мир есть. Однако данное противоречие только кажущееся: ведь одно дело, каким мир является «в действительности», а другое дело – каким мы его воспринимаем. А воспринимаем мы его плотным. И можно предположить, что причиной этому является всё то же . Для нас всё существует только в образах. 28 образное восприятие
Можно предположить, что и цвет точно так же, как и материя, являет как бы «двойную сущность»: он и присущ предметам, и не присущ. С точки зрения физики его, возможно, и нет… точно так же, как нет и видимой плотной материи. Но практически, то есть с точки зрения наших органов чувств, плотная материя есть – мир реален (вещественен, предметен). И «двойная сущность» является собственно не сущностью предметов, которые то ли есть, то ли нет, а нашей сущностью, нашим свойством: это мы своим образным (то есть целостным) восприятием как-то создаём те предметы, которые видим. И если мы не сомневаемся в реальности плотного мира, в котором живём, если он для нас объективен, то подобным же образом объективен и цвет предметов. Он существует как проявление . нашего способа видеть мир
Итак, для психолога цвет есть явление, прежде всего, психологическое, а не физическое или физиологическое. Субъективный мир человека есть объективная реальность. Мир, создаваемый воением человека, – действителен. В этой связи весьма интересны слова философа Э. В. Ильенкова, который писал: «Новорождённый, как и внезапно прозревший слепой, не видит ничего: он лишь испытывает непонятное, болезненно-мучительное раздражение внутри глаза, вызванное ворвавшимся туда сквозь отверстие зрачка световым потоком. И лишь позже – на основе опыта обращения с вещами – он начинает видеть, то есть воспринимать образы вещей вне глаза… <…> Как же осуществляется эта загадочная проекция внутренних состояний вовне, этот психический «вынос» на экран реального пространства, который мы совершаем каждый раз, когда что-то видим, воспринимаем? Теоретическая психология установила, что интересующая нас проекция производится силой воображения, которая превращает, преобразует оптическое явление на поверхности сетчатки в образ внешней вещи – во образ (откуда и самое слово «воображение»). 29 ображ
Обычно под воображением понимают способность выдумывать то, чего на самом деле нет, – способность сочинять сказки или фантастические романы, способность творить причудливые образы, между тем это – лишь частная, и притом вторичная, производная функция воображения. А главная его функция позволяет нам видеть то, что есть, то, что лежит перед глазами, – делать то, что «труднее всего на свете», по словам Гёте.
Видит не глаз и не мозг, а человек, находящийся в реальном контакте с внешним миром». 30
Кроме того, цвет для нас существует и вне предметов. Например, мы с лёгкостью можем представить себе красный мак или просто красный цвет. Цвет в представлении вызывается иначе, чем он вызывается при восприятии реальных предметов. И поскольку цвет у нас существует и без предметов, это даёт нам основания предположить однозначную взаимосвязь между видимыми нами образами (не важно, образами «внешнего» или «внутреннего» мира) и цветом: сами образы мы создаём при непосредственном участии цвета, или, что, вероятно, будет более точным – цвет есть неотторжимая ипостась видимого образа, его неотъемлемое свойство. Цвет присущ всякому видимому образу. И возможно, что цвет и является самой плотью образа, то есть тем, что выделяет из некоей единой ткани неявленного ограниченный ею (этой плотью) объём, являя обрез-образ. 31 32 33
Это рассуждение о психологической природе цвета важно в связи с тем, что теперь становится более понятным единство видимых образов сознания и цвета, с которыми мы и имеем дело в арт-терапии. Цвет, являясь сущностным свойством всякого видимого образа, слит в неразрывном единстве с любым нашим чувством, или можно сказать иначе: всякое наше чувство является окрашенным в какой-либо цвет, ибо и – две разные проекции переживания, и, выражая свои чувства в цвете, мы тем самым непосредственно обращаемся к переживанию. Цвет чувственен, на него мы всегда живо откликаемся и эмоционально, и физиологически. «Наши эмоции существуют во внешнем мире в форме цветов, и наши чувства мы можем видеть в форме колорита <…> Цвета эмоциоподобны, а эмоции цветоподобны». цвет чувство 34 35
Следовательно, обращаясь к цвету, взаимодействуя с цветом, позволяя своим чувствам отражаться через соответствующие цвета, мы взаимодействуем с самой плотью своих чувств, с их источником и носителем.
Поскольку любое наше чувство неразрывно связано с каким-либо образом (чувство его отражает, проявляет, да и само осознаваемое нами чувство/состояние для нас тоже есть образ, так как всякое чувство в нашем восприятии всегда имеет особую выделенность, отличность от других чувств), который занимает определённый объём сознания (возможно, здесь уместнее говорить об объёме внимания или памяти), то давая своим чувствам видимую «плоть» в виде цвето-образа, мы позволяем своему «сознанию» освободить определённый объём. И тогда это свободное «место» заполняется… нами. Нашего в нас самих становится больше. А это и есть одна из основных задач психотерапии. присутствия
Я не буду касаться вопросов психологического значения того или иного цвета или образа в рисунке, во-первых, потому, что на этот счёт имеется достаточно информации в соответствующей литературе. А во-вторых, потому, что основан на чувственном погружении в мир субъективных значений, а не на «объективном» анализе продуктов творчества. присутственный подход
Интер- и интра- общение
Фактор общения выходит за собственно «арт», однако он является одной из неотъемлемых составляющих психотерапевтического процесса. Любая психотерапия начинается с общения и опосредуется общением, даже если вербальная коммуникация не является основным «терапевтическим инструментом». Мы уже упоминали о том, что психотерапия – это прежде всего диалог. Не является исключением и арт-терапия. Общение, взаимоотношения между и психотерапевтом, между участниками группы пронизывают весь «артовый» процесс и обусловливают те позитивные изменения, которые происходят в процессе терапии. На значении общения мы в дальнейшем ещё не раз остановимся. искателем