Qui pro quo. Интуитивные основы разума

Тем самым, припоминание рассматривается как один из эффективных способов получения знания и даже как метод познания (например, в герменевтике), где он сопряжен с внутренним мысленным проживанием какого-то процесса (например, мифологического сюжета), сопереживанием ему. Такое припоминание как соучастие, проживание смысла в процессе чтения текста рассматривается как погружение в его контекст. В конечном итоге, погружение в контекст во время ритуала способствует исцелению, восстановлению физических и духовных сил человека, раскрытию его внутренних ресурсов.

Такое архаическое представление о способах врачевании происходит из мировосприятия, которое, например, И. А. Герасимова именует «архаическим ритмомышлением»[13], где ритм предстает как важная категория в объяснении природы человека. На мой взгляд, ритм как пульсация мысли и воображения (что как раз и есть «ритмомышление») в случае мистерии, является способом погружения в сверхсознательное и даже прорывом к трансцендентному.

В случае чтения-слушания текста с космогоническим содержанием человек ассоциирует себя с событиями, которые этот текст передает, отождествляет себя с миром, в целом процесс зарождения которого переживается в сознании как заново творящийся в себе самом. При этом восприятие себя актуализируется всякий раз заново и в момент экстаза может наступить катарсис как ощущение полной гармонии души и тела. Так происходит процесс обновления и оздоровления человеческого тела, и этот способ врачевания остается популярным в течение многих веков и для многих народов.

Современные исследователи связывают этот вид исцеления с особым способом получения информации о мире, скрытой от непосвященного, в основе которого, как отмечает И. А. Бескова, «лежала полная, всеобъемлющая включенность человека в универсум, обусловленная его единой с миром глубинной природой, вследствие чего для него оказывалось возможным познание как прямое непосредственное усмотрение происходящего в другом как во-мне-самом совершающегося»[14].

В связи с этим важно еще раз подчеркнуть ценность архаического способа понимания мира и тем значением, которое античность придает ритуалу и тексту, способам понимания сакрального смысла.

В поиске понимания (себя, другого) состоит одна из задач врачевания – как физического тела, так и души. Лечение души как раз и происходит, в частности, посредством чтения текстов и/или участия в ритуально-мистических действиях. В дальнейшем отношение к тексту утверждает эту идею, рассматривая писательство, создание философских, религиозных и литературных текстов как важный способ реализации человеческого интеллектуального потенциала, раскрытие его личности и т. д.

Важно подчеркнуть значение рассмотренного исторического этапа, в недрах которого уже просматриваются определенные рациональные элементы представлений о телесно-духовной организации человека. Мистицизм культа и ритуал мистерии мы можем сегодня характеризовать как образец интуитивного опыта погружения в область за пределами разума и рационального мышления. Ценность этого знания о человеке и его когнитивных особенностях мы можем характеризовать как первый опыт овладения сверхрациональным знанием посредством интуитивного способа познания. Кроме того, интересен сам способ передачи (и сохранения сакральности) знания через символику ритуального действия, направленного на исцеление души и тела, наряду с усвоением смысла, которым овладевал человек. Тем самым религиозный и философский смысл знания в форме мистерий в конечном итоге способствовал развитию познавательных способностей человека и при этом был направлен на трансляцию культурных смыслов, как определенных универсалий познания через действие. Конечно, такая практика теряла свое значение. Философия вытеснила мистерии.

Особое значение имеет проблема соотношения рационального и внерационального в связи с формированием науки, в качестве образца я буду рассматривать становление европейского рационализма как феномена, сопряженного с формированием конкретного научного знания и образцом такого выступает, в частности, медицина.

Распространение натурфилософских идей, в особенности, в связи с задачей лечения недугов, болезней, ран, поддержанием гигиены тела и здоровья человека в целом стимулировало развитие медицины. Именно в практике врачевания наиболее ярко прослеживается связь рационального и внерационального. Дело в том, что врач в своей конкретной деятельности опирается не столько на интуицию, сколько на конкретные знания, полученные практическим путем, в процессе изучения строения тела человека и функционирования организма. При этом он во многом следует философии, в частности, в ее этическом аспекте. Например, в вопросах жизни и смерти, подхода к исследованию тела человека, в вопросах диагностики, в поиске способов взаимодействия врача и пациента и т. д.

Такой аспект исследования позволяет проследить эволюцию представлений о человеке, его телесной организации, болезнях и способах лечения в связи с совершенствованием знания в области познания человека и его природы.

Рассматривая эти вопросы, я буду опираться на представление о том, как осуществляется развитие научного знания, в частности, в связи с его проблемной направленностью. Становление нового знания происходит благодаря тому, что элементы предыдущего опыта познания сохраняют свою эвристическую ценность в последующем. Этот принцип касается как общефилософского направления исследований, так и эмпирической составляющей научного знания, в частности, в познании двойственной природы человека. Под «двойственностью» процесса познания будем понимать наличие рациональных и внерациональных элементов познания. Для уточнения смысла и содержания этих аспектов процесса понимания и познания обратимся к философскому наследию.

Так, Аристотель признает как рациональные элементы познания, так и внерациональные формы мышления, используя образно-символическое объяснение того, что скрыто в человеке. Так в работах «О душе», «Об исцелении» философ говорит об относительной самостоятельности души, на том основании, что душа способна покидать тело во время сновидений. Поэтому резкое пробуждение ото сна как прекращение сюжета сновидения опасно для жизни и здоровья человека. На мой взгляд, этот пример связан с признанием двойственной природы человека: внешней (телесной) и внутренней (скрытой). В дальнейшем философы размышляют о специфике мышления и познания, заменяя понятие «душа» конкретными представлениями о когнитивных способностях человеческого сознания и рассуждают об эпифеноменах.

Эволюция рациональности сопряжена с эволюцией человеческого мышления и развития форм и способов познания. Признание скрытых элементов деятельности, которым придавали характер мистического начала в человеке – такое понимание поддерживается философами на протяжении многих веков. При этом образно-символическое мышление предшествует становлению дискурсивного мышления, сохраняя в познании элементы этих типов мышления.

Взгляд на человека как на сложноорганизованное целое характерен для современного этапа рациональности, но он не противоречит пониманию того, что элементы архаического миропонимания могут проявляться в современной науке и миропонимании в целом. Вместе с тем зачатки представления о человеке как о сложноорганизованном целом обнаруживаются на протяжении всего этапа становления европейского рационализма.

Примечания