Личности и идеи в русской метафизике

Антоний митрополит (Храповицкий)

1863–1936

Богослов, церковный иерарх. В 1885 окончил Петербургскую духовную академию. В 1887 защитил магистерскую диссертацию «Психологические данные в пользу свободы воли и нравственной ответственности», в которой обнаружил глубокие философские знания и «бесспорное философское дарование» (по характеристике В. Зеньковского). В 1890–1894 он руководил Московской духовной академией, а в 1894–1900 был ректором Казанской духовной академии. На Соборе 1917–1918 митрополит Антоний был одним из кандидатов на избрание в патриархи. Покинул Россию в 1920. В 1921–1936 возглавлял Русскую зарубежную церковь.

Существенное влияние на Антония оказали религиозно-философские воззрения славянофилов и Ф. М. Достоевского. Собственную нравственную метафизику он именовал «нравственным монизмом», доказывая, что единство тварного мира сохраняется несмотря на свободу, поскольку последняя присуща только «субъектам нравственных явлений». Существующие в эмпирическом мире разделение и отчуждение не должны абсолютизироваться: гораздо важнее и «онтологически реальнее» метафизическое единство человеческого бытия. Наиболее полно такое единство проявляется в «соборности» церковной жизни, где «другие – как "не-я" – перестают быть противоположными мне, моему "я", и здесь свобода каждой личности совмещается». Вполне в русле русской религиозной метафизики церковный иерарх писал об «имманентности Бога миру», доказывая, что признание подобного единства Творца и творения ничего общего не имеет с пантеизмом.

Словарь к творениям Достоевского. София, 1921.

Церковное учение о Св. Духе. Париж, 1926.

Пушкин как православный христианин. Белград, 1929.

Ф. М. Достоевский как проповедник возрождения. Нью-Йорк, 1965.

Арсеньев Николай Сергеевич

1888–1977

Русский религиозный философ, литератор. Родился в Стокгольме 16 мая 1888 в семье дипломата. Окончил в 1910 историко-филологический факультет Московского университета, стажировался в университетах Германии. Серьезное влияние на Арсеньева оказало творчество Вл. С. Соловьева, С. Н. Трубецкого, С. Н. Булгакова. Его религиозно-метафизическая ориентация нашла отражение в ряде работ: «В исканиях абсолютного Бога» (1910), «Плач по умирающему Богу» (1912) и др.

С 1914 – приват-доцент Московского университета, участвовал в Первой мировой войне. Примыкал к октябристам, с энтузиазмом встретил Февральскую революцию, поддерживал Временное правительство. В 1918–1920 – профессор Саратовского университета. Эмигрировал в марте 1920.

С 1920 по 1944 преподавал в Кенигсбергском и Варшавском (1926–1938) университетах. В 1945 Арсеньев переезжает в Париж, а с 1948 – профессор Свято-Владимирской духовной академии в Нью-Йорке. Арсеньев был сторонником экуменизма, участвовал в католических конгрессах, в 1964 был представлен папе Павлу VI. Активно сотрудничал в религиозно-философском журнале «Путь». Умер Н. С. Арсеньев в Нью-Йорке 18 декабря 1977.

Восприняв развитую в русской религиозной метафизике (славянофилы, С. Н. Трубецкой) идею «соборности» как важнейшую характеристику православного духовного опыта, Арсеньев всегда видел в ней суть культурно-исторического дела Церкви. Отстаивая значение мистической традиции в христианстве, он выступал против различных форм мироотречного пессимизма, доказывая, что именно путь христианской мистики ведет к их решительному преодолению. Вслед за Трубецким Арсеньев был склонен видеть глубокую связь христианства с предшествующей античной метафизикой.

Значительное место в его творчестве занимают проблемы религиозной эстетики, которые рассматриваются в русле характерного для русской религиозно-метафизической мысли утверждения единства Красоты, Истины и Добра. Эти же принципы определяют и общее понимание Арсеньевым истории культуры.

В исканиях абсолютного Бога. М., 1910.

Пессимизм Дж. Леопарди. М., 1914.

Из жизни духа. Варшава, 1935.

Единый поток жизни. Брюссель, 1973.

Астафьев Петр Евгеньевич

1846–1893

Философ и психолог. Из дворянской семьи. Родился в деревне Евгеньевка Острогожского уезда Воронежской губернии. В 1868 окончил Московский университет. Преподавал философию права в Демидовском юридическом лицее, с 1885 – цензор Московского цензурного комитета. Последние годы жизни – приват-доцент Московского университета. В своих философских и психологических сочинениях Астафьев апеллировал к духовному наследию патристики, критиковал европейский рационализм, в особенности немецкий абсолютный идеализм и разнообразные формы влияния последнего на русскую мысль.

Основная задача философии, согласно Астафьеву, познание человеческой личности. Каждая личность, каждое «я» – «творческий», неповторимый момент божественного замысла, уникальная монада, существующая в бесконечных отношениях и связях с «бесчисленными мириадами» других монад. Астафьев признавал, что его монадология имеет прообразом монадологическую систему Лейбница. В русской философии он ценил идеи славянофилов, К. Леонтьева, панпсихизм А. А. Козлова, персоналистический спиритуализм Л. М. Лопатина; полемизировал с Вл. Соловьевым и Л. Толстым. В его психологических сочинениях существенное место занимали проблемы психологии пола, особенностей женской психологии.

Умер П. Е. Астафьев 7 апреля 1893 в Петербурге.

Вера и знание в единстве мировоззрения: Опыт начал критической монадологии. М., 1893.

Психический мир женщины: его особенности, превосходства и недостатки. М., 1881.

Бакунин Павел Александрович

1820–1900

Философ-публицист, общественный деятель. Брат М. А. Бакунина. Окончил Тверскую гимназию, а затем поступил в Московский университет. В 1841–1842 слушал лекции в Берлинском университете. В этот период серьезно увлекается гегелевской философией (во многом под влиянием старшего брата Михаила). Участвовал добровольцем в Крымской кампании. В 1860-е был одним из организаторов земского движения в Тверской губернии. Последние годы его жизни прошли в Крыму. Он умер в Ялте 22 мая 1900.

Основные философские идеи Бакунина нашли отражение в его книге «Основы веры и знания» (СПб., 1886). В ней он в целом остается в русле гегельянства («я признаю Гегеля своим учителем и себя – верным его учеником»), рассматривая Абсолютный дух как творческий принцип, цель и смысл действительности, которая диалектически проявляется в истории и как «инобытие» Абсолюта. Интерпретация Бакуниным абсолютного идеализма Гегеля в существенной мере носила эстетический характер. Он писал о «бесконечной гармонии» и «высшей красоте» диалектического процесса («мирового спора»). В то же время он придавал исключительное значение религиозной вере и религиозному опыту: «Я верю безотчетно в Бога, и вся философия не что иное, как предположение Бога, в которого все бессознательно верят». Все это дало основание В. Зеньковскому охарактеризовать философские воззрения Бакунина как «религиозный романтизм на основе гегельянства».

Запоздалый голос сороковых годов (по поводу женского вопроса). СПб., 1881.

Основы веры и знания. Спб., 1886.

Чижевский Д. И. Гегель в России. Гл. 7. Париж, 1939.

Барсов Антон Алексеевич

1730–1791

Философ, переводчик. Родился в Москве в 1730. Окончил Славяно-греко-латинскую академию и С.-Петербургский университет. В 1753 получает звание магистра философии и свободных наук. С 1761 – профессор кафедры красноречия (риторика, поэтика) Московского университета. С 1781 – действительный член Российской Академии наук.

Социально-политическим идеалом Барсова на протяжении всей жизни оставалась «просвещенная» «абсолютная монархия». Он активно поддерживал политику правительства Екатерины II, в том числе в области культуры и просвещения. В своих многочисленных речах ученый постоянно сравнивал действия российских властей с правлением просвещенных властителей Древней Греции и Древнего Рима. Высоким авторитетом пользовались переводы Барсова. Среди них: «Наставления политические…» Я. Бильфельда, раздел о метафизике в энциклопедии Дидро и др.

Одним их первых лингвистических исследований в России стал труд Барсова «Российская грамматика». В 1788 было опубликовано собрание его речей, где наиболее полно нашли отражение философские и социальные воззрения ученого. В «Речи о пользе учреждения Императорского Московского университета при открытии оного» Барсов исключительно высоко оценил историческую роль философии, которая «приобучает разум к твердому познанию истины», «испытует естество Божие, рассматривает силы и свойства наших душ».

А. А. Барсов умер 21 января 1791 в Москве.

Собрание речей. М., 1788.

Батурин Пафнутий Сергеевич 1740–1803

Писатель, философ. Из дворянской семьи. С 1754 по 1781 находился на военной службе. В творчестве Батурина, драматурга и переводчика, особое место занимает его сочинение «Исследование книги о заблуждениях и истине» (1790). Труд этот был полностью посвящен критике воззрений известного французского мистика Л.-К. Сен-Мартена, содержащихся в его книге «О заблуждениях и истине», вышедшей на русском языке в 1785.

Критика велась Батуриным преимущественно с просветительских позиций – известный исследователь русской мысли XVIII в. А. В. Панибратцев усматривает в данном случае влияние традиции немецкого(«берлинского») просвещения.

Батурин противопоставлял «метафизическим вымышлениям» Сен-Мартена идеалы «учености», ориентированной на «опытные», «ощутительные доказательства» социального и нравственного прогресса.

Умер П. С. Батурин 23 октября 1803 в Минске.

Исследование книги о заблуждениях и истине // Избранные произведения русских мыслителей второй половины XVIII века. Т. 2. М., 1952.

Безобразова Мария Владимировна

1857–1914

Философ и историк русской философии. Родилась 29 мая 1856 в Петербурге в семье академика-экономиста В. П. Безобразова. Окончила Педагогические курсы в 1876. Преподавала в Вяземской женской гимназии. В 1885–1890 изучает философию в Цюрихском университете. В 1891 защищает в Бернском университете докторскую диссертацию «Рукописные материалы к истории философии в России». После возвращения в Россию выступает с публичными лекциями, в 1892 издает сборник статей «Философские этюды». Участвовала в организации «Русского женского благотворительного общества»(1895), «Этического общества» (1910). Собственную философскую позицию определяла как «этический идеализм». В своей докторской диссертации Безобразова, исследовав рукописные памятники древнерусской мысли в библиотеках Москвы, Петербурга и Киева, показала, насколько значительную роль на этом раннем этапе играли творения богословского содержания. В истории русской мысли она выделяла две противоположные тенденции: мистического этицизма и материализма. Первое течение исторически раскрывается в древнерусской аскетике, масонстве XVIII в. и в теософии рубежа XIX и XX вв. Русский же материализм проявляется в колоссальной восприимчивости к европейскому деизму, атеизму и материализму XVIII и XIX вв.

Нереализованным остался замысел Безобразовой по созданию фундаментального исследования «К истории просвещения в России». Один из опубликованных фрагментов этой работы был посвящен творениям св. Дионисия Ареопагита.

Умерла М. В. Безобразова 2 сентября 1914 в Москве.

Философские этюды. М., 1892.

Краткий обзор существенных моментов по истории философии. М., 1894.

Исследования, лекции, мелочи. СПб., 1914.

Ванчугов В. В. Женщины в философии. Из истории философии в России XIX – нач. XX вв. М., 1996.

Белый Андрей

1880–1934

Псевдоним Бориса Николаевича Бугаева

Поэт, теоретик символизма. Родился 14 октября 1880 в Москве в семье профессора Московского университета Н. В. Бугаева. Учился на физико-математическом и филологическом факультетах Московского университета. С 1902 Белый участвует в объединениях русских символистов, публикуется в их изданиях (в «Весах» и др.). Серьезное влияние на мировоззрение поэта-мыслителя и его философию символизма оказали идеи Вл. Соловьева, Ф. Ницше, А. Шопенгауэра, И. Канта и неокантианцев. Многочисленные философско-эстетические статьи Белого составили содержание двух сборников: «Символизм» (М., 1910) и «Арабески» (М., 1911).

В 1912 он познакомился в Германии с известным антропософом Р. Штейнером. Эта встреча сыграла в судьбе поэта существенную роль. С 1913 Белый член Антропософского общества, участвует в строительстве антропософского храма (в Швейцарии в 1914–1916), в деятельности российских антропософских обществ. Увлечение антропософией сохраняется и после разрыва со Штейнером и возвращения поэта из эмиграции в Советскую Россию.

Формулируя собственное символистское кредо, Белый с самого начала был склонен видеть в символизме не столько новую эстетическую теорию, сколько «религиозно-философское учение, предопределенное всем ходом западноевропейской мысли» (Символизм. М., 1910.). «Ход» этот, по его убеждению, имел своей перспективой «преодоление» гносеологического рационализма и «методологизма» в европейской философии. Рационалистической традиции, считал русский символист, может быть противопоставлена традиция «софийности», «внутреннего знания», религиозного гнозиса. Отречение от рационалистической схематизации в познании поэт называл «эмблематизацией смысла». В его философской позиции вполне отчетливо проявляется столь характерный для русской религиозной философии «онтологизм»: критика «кантовского разума», «кидающегося в пропасти безбытийственного смысла»; манифестация религиозного смысла бытия, открывающегося только «живой, творческой личности», «умеющей жить» в подлинном мире, где «маски» («общеобязательные правила жизни») уже не скрывают смысла, в том числе и смысла собственной жизни. Религиозно-философские идеи А. Белого нашли выражение в его работах 1920-х: «Кризис жизни», «Кризис мысли», «Кризис культуры», «Лев Толстой и кризис сознания» и др.

Андрей Белый умер 8 января 1934 в Москве.

Символизм: Книга статей. М., 1910.

Арабески: Книга статей. М., 1911.

Луг зеленый: Книга статей. М., 1910.

На перевале. Т. 1–3. Пб., 1918–1920.

Берви-Флеровский Василий Васильевич

1829–1918

Социолог, экономист, публицист. Родился 28 апреля 1829 в Рязани. Окончил юридический факультет Казанского университета (1849). В 1860-е участвовал в народническом движении. В 1863 был арестован и отправлен в ссылку. Книга Берви-Флеровского «Положение рабочего класса в России»(1869) стала важной вехой в истории российской социологии. Книгу высоко оценивал К. Маркс. В 1870-е в работе «Философия коммунизма» обосновывал необходимость утверждения в обществе социального равенства, базирующегося на общественной собственности, и совместимость этого идеала с принципами демократии.

Философские воззрения Берви-Флеровского наиболее полно представлены в двух его книгах: «Философия бессознательного, дарвинизм и реальная истина» (СПб., 1878) и «Критика основных идей естествознания» (СПб., 1904).

Умер В. В. Берви-Флеровский 4 октября 1918 в Юзовке.

Бердяев Николай Александрович

1874–1948

Философ. Родился 6 марта 1874 в Киеве. Учился в Киевском кадетском корпусе. В 1894 поступил на естественный факультет университета Святого Владимира (Киев), через год перевелся на юридический факультет. Увлечение марксизмом, участие в социал-демократическом движении стали причиной ареста Бердяева и исключения из университета (1898). Марксистский период в его биографии оказался сравнительно коротким. Уже в работе «Субъективизм и индивидуализм в общественной философии. Критический этюд о Н. К. Михайловском» (1901) признание марксистского историзма соседствует с критической оценкой «материализма». Участие Бердяева в сборнике «Проблемы идеализма» (1902) ознаменовало окончательный переход мыслителя на позиции метафизики и религиозной философии. В 1904–1905 он редактирует религиозно-философские журналы «Новый путь» и «Вопросы жизни». Происходит его сближение с Д. С. Мережковским, впрочем оказавшееся непродолжительным. В идеях последнего он в конечном счете увидит проявление «декадентства» и «религиозного сектантства». В автобиографии «Самопознание», написанной в конце жизни, он оценит духовную атмосферу, царившую в кругу идеологов Серебряного века, как «возбуждение», лишенное «настоящей радости». Вполне последовательная религиозно-метафизическая ориентация Бердяева нашла отражение в его работах «Sub specie aeternitatis. Опыты философские, социальные, литературные» и «Новое религиозное сознание и общественность» (обе – 1907), а также в известной статье в сборнике «Вехи».

В годы после первой русской революции Бердяев постоянно критикует различные варианты российского радикализма как «левого», так и «правого» толка (сборник «Духовный кризис интеллигенции», статьи «Черная анархия», «Казнь и убийство» и др.). Эпохальными, с точки зрения определения собственной философской позиции, стали для Бердяева его книги: «Философия свободы» (1911) и «Смысл творчества» (1916). Во время Первой мировой войны Бердяев, не разделяя взглядов, которые ему представлялись «крайностями» патриотизма (он спорил по этому поводу, в частности, с В. В. Розановым, С. Н. Булгаковым, В. Ф. Эрном), был далек и от настроений антигосударственных, и тем более от антироссийских. Итогом его размышлений этих лет стала книга «Судьба России» (1918). Отношение к Февральской революции у него с самого начала было двойственным: падение монархии он считал неизбежным и необходимым, но и «вступление в великую неизвестность» послереволюционного будущего воспринималось как чреватое хаосом, падением в «пучину насилия». Последние настроения вскоре возобладали: на первый план в размышлениях Бердяева выходит тема роковой опасности революции, приводящей к разрушению органической иерархии общественной жизни, «низвержению расы лучших», уничтожению культурной традиции (статья «Демократия и иерархия», книга «Философия неравенства» и др.). Последовательное неприятие большевизма не помешало Бердяеву проявлять исключительную активность в послереволюционные годы: он выступал с публичными лекциями, преподавал в университете, был одним из руководителей Всероссийского союза писателей, организовал Вольную академию духовной культуры, вел семинар о творчестве Достоевского. Вся эта деятельность оборвалась в 1922, когда Бердяев был выслан за границу.

Европейскую известность принесла философу его книга «Новое средневековье. Размышление о судьбе России и Европы» (Берлин, 1924). Осмысляя трагический опыт русских революций и тенденции европейского развития, Бердяев провозглашает в этой работе завершение «безрелигиозной», «гуманистической эпохи» и вступление человечества в «сакральную» эпоху «нового средневековья», характеризующуюся религиозным возрождением и религиозными конфликтами, столкновением христианских и антихристианских идей. В идейной борьбе XX в., по Бердяеву, позиции безрелигиозные уже не играют существенной роли. Любая значимая идея неизбежно принимает религиозный смысл. Это касается и коммунистической идеологии: «коммунистический интернационал есть уже явление нового средневековья». С 1925 по 1940 Бердяев был редактором журнала «Путь» – ведущего издания религиозно-философской мысли русского зарубежья. В «Пути» публиковали свои сочинения и видные представители европейской религиозной философии (Ж. Маритен, П. Тиллих и др.). В эмиграции Бердяев был активным участником европейского философского процесса, постоянно поддерживая отношения со многими западными мыслителями: Э. Мунье, Г. Марселем, К. Бартом и др. Среди наиболее значительных трудов Бердяева эмигрантского периода – «О назначении человека. Опыт парадоксальной этики» (1931), «О рабстве и свободе человека. Опыт персоналистической философии» (1939), «Опыт эсхатологической метафизики. Творчество и объективация» (1947). Уже после смерти философа увидели свет его книги: «Самопознание. Опыт философской автобиографии», «Царство Духа и царство Кесаря», «Экзистенциальная диалектика божественного и человеческого» и др. В 1947 Бердяеву была присуждена степень доктора теологии в Кембриджском университете. Умер Н. А. Бердяев в Кламаре близ Парижа 23 марта 1948.

Своеобразие философии, по Бердяеву, состоит в том, что она не сводится к системе понятий, представляет собой не столько «знание-дискурс», сколько «знание-созерцание», говорящее на языке символов и мифов. В мире символов его собственной философии ключевая роль принадлежала свободе и творчеству, с которыми в конечном счете связаны все прочие идеи-символы: дух, чье «царство» радикально, онтологически противостоит «царству природы»; объективация – бердяевская интуиция драматизма судьбы человека, неспособного (культура – «великая неудача») выйти из пределов «царства природы»; трансцендирование – творческий прорыв, преодоление, хотя бы на миг, «рабских» оков природно-исторического бытия; экзистенциальное время – духовно-творческий опыт личной и исторической жизни, имеющий метаисторический абсолютный смысл и сохраняющий его даже в эсхатологической перспективе. При этом именно свобода определяет содержание «царства духа», смысл его противостояния «царству природы». Творчество же, которое всегда имеет своей основой и целью свободу, фактически исчерпывает позитивный аспект человеческого бытия в бердяевской метафизике и в этом отношении не знает границ: оно возможно не только в опыте художественном и философском, но также и в опыте религиозном и моральном («парадоксальная этика»), в духовном опыте личности, в ее исторической и общественной активности.

Бердяев придал свободе онтологический статус, признав ее первичность в отношении природного и человеческого бытия и независимость от бытия божественного. Свобода угодна Богу, но в то же время она – не от Бога. Существует «первичная», «несотворенная» свобода, над которой Бог не властен, которая «коренится в Ничто извечно». Эта же свобода, нарушая «божественную иерархию бытия», порождает зло. Тема свободы, по Бердяеву, важнейшая в христианстве – «религии свободы». Иррациональная, «темная» свобода преображается Божественной любовью, жертвой Христа «изнутри», «без насилия над ней», «не отвергая мира свободы». Богочеловеческие отношения неразрывно связаны с проблемой свободы: человеческая свобода имеет абсолютное значение, судьбы свободы в истории – это не только человеческая, но и божественная трагедия.

В неспособности воспринять глубочайший и универсальный трагизм христианства Бердяев был склонен усматривать коренной недостаток традиционных теологических систем, постоянно указывая на их чрезмерный рационализм и оптимизм. Наиболее близкими себе религиозными мыслителями прошлого он считал Экхарта, Баадера, позднего Шеллинга и в особенности Беме. Основное же направление европейской метафизики, восходящей к Платону, находится, по Бердяеву, в русле онтологического монизма, утверждает фундаментальную первичность бытия (в его различных формах) и уже потому враждебно идее человеческой свободы и, соответственно, персонализму. «Нужно выбирать между двумя философиями – философией, признающей примат бытия над свободой, и философией, признающей примат свободы над бытием… Персонализм должен признать примат свободы над бытием. Философия примата бытия есть философия безличности» (О рабстве и свободе человека, 1939). С этой позицией было связано критическое отношение Бердяева к современному философскому «онтологизму» и, в частности, к фундаментальной онтологии М. Хайдеггера.