Журналисты о русском языке

Наталья Малахова

Корреспондент издания «Новая газета», в 2015 г. – журналист издания «Московский комсомолец»

1. Состояние современного русского языка я, к сожалению, оцениваю как кризисное. Речь идет о его практическом использовании. Дело в том, что сейчас люди совершенно утратили навыки адекватно пользоваться русским языком на бытовом уровне, я уже не говорю про обращение к красотам нашего языка. Сама структура современного русского языка как науки, на мой взгляд, со временем только совершенствуется. Разрабатываются новые разделы, систематизируются лексические, синтаксические, морфологические и семантические блоки. Но хотя научно-исследовательский уровень становится выше, практический резко понижается. Это связано с общими процессами культурной дестабилизации и даже деградации общества. В данном случае, конечно, нельзя обобщать. Существует определенный пласт людей, которые на высшем уровне поддерживают речевую культуру и даже развивают ее. Но таких людей, увы, меньшинство. То же самое касается и современного литературного русского языка и (к стыду и позору для нашей профессии) языка, которым пользуются многие современные журналисты. Помимо огромного количества ошибок, допускаемых в текстах, они забывают о такой важной вещи, как авторский стиль. В современном употреблении русский язык превращается в набор грубых и резких штампов.

Если говорить о наиболее актуальных и положительных процессах в русской речи, можно выявить в некоторых случаях ее оживление и обогащение неологизмами, происходящими не из иностранных, а из русского языка.

2. Как я уже сказала, язык современных СМИ измельчал, причем существенно. О том, какие слова и обороты подбирать при написании статей, журналисты не задумываются. В погоне за привлекательным (даже не информативным) контентом они не стремятся совершенствовать языковую материю, не пытаются сформировать свой индивидуальный стиль и сделать из текста оперативное произведение. На мой взгляд, идеальный язык газеты – свободный от штампов, яркий, образный, лаконичный, четкий, отточенный и легко воспринимающийся читателем.

3. Выразительность языка газеты создается при помощи лексики, разнообразной и соответствующей тому жанру и стилю, в котором должны быть написаны материалы того или иного издания. «Оживительными» средствами могут также послужить цитаты, вкрапления диалогов, небольших монологов-рассуждений, просто оригинальные эпитеты, метафоры и языковые приемы выражения иронии, которая зачастую делает текст интереснее и богаче.

4. Если это качественное интернет-издание, в котором работают талантливые и профессиональные журналисты, его язык, безусловно, может оказать положительное влияние на речевую культуру общества. Если человек привык воспринимать информацию, преподнесенную творчески, в правильной языковой форме, он сам будет стремится к повышению уровня языковой культуры. Чем больше таких людей – тем языковая культура выше.

5. В большинстве случаев резко отрицательное. Ни для кого не секрет, что русский язык настолько богат лексическими и фразеологическими средствами, что он не нуждается в использовании инородных элементов. Хотя иногда заимствования не имеют русскоязычных эквивалентов. Тогда их использование неизбежно и вполне оправдано.

6. Это как раз свидетельствует о повышении уровня образованности журналистов и нашего общества, о завышении речевых планок, что стимулирует дальнейшее развитие языка и его носителей.

7. Я редко использую жаргонизмы в своей журналистской практике, только если это оправдано стилистикой текста и его эмоциональной окраской, экспрессивностью.

8. Недопустимо. Журналистика – это оперативное искусство, которое не терпит пошлости.

9. Нарушение языковой нормы объясняется простой неграмотностью журналиста. Примеры типичных стилистических ошибок можно встретить на каждой полосе газеты «МК».

10. Сделать примеры высокой речевой культуры доступными всем людям, представляя их ненавязчиво посредством СМИ. Только это никому не нужно. Боюсь, что в современной обстановке это невозможно. В век индивидуализма люди могут повышать уровень речевой культуры только по отдельности.

Аркадий Мамонтов

Журналист телеканала «Россия», один из авторов программы «Специальный корреспондент», советник председателя ФГУП «ВГТРК», в 2015 г. – журналист телеканала «Россия-1», руководитель студии «Авторская программа Аркадия Мамонтова», имеет награды: орден «За личное мужество» (за освещение событий в Абхазии, 1994 г.), медаль ордена «За заслуги перед Отечеством»; член Академии Российского телевидения с 2001 года

1. Как плачевное. Слишком много слов из тюремной лексики и заимствований из иностранных языков. Засорение языка!

2. Должен быть правильный русский язык с минимумом использования заимствованных слов.

3. Выразительность языка – это прежде всего умение носителя языка владеть этим самым языком. Язык публицистики отличается от языка художественной литературы так же, как творчество писателей Пушкина или Чехова отличается от произведений публицистов Солженицына или Лихачева.

4. На мой взгляд, отрицательную. В интернет-изданиях, особенно в ЖЖ-журналах, слишком много ругани и слов-паразитов. Это так называемая «лексическая вшивость», которая очень заразна.

5. Отрицательное.

6. Очень плохо оцениваю! Много непонятного для простого зрителя.

7. Не использую.

8. Нет! Категорически! Это ясно для любого культурного человека.

9. Безграмотностью.

10. Учиться надо хорошо и много читать, особенно русских писателей XIX и начала XX вв.

Дарья Манина

Журналист газеты «Россія», собственный корреспондент радиостанции «Голос Столицы»

1. Сегодня набирает обороты процесс криминализации языка. Слишком часто даже в средствах массовой информации появляются жаргонные слова, теряющие эмоциональный смысл. Также, безусловно, наблюдается тенденция к масштабному использованию иностранных слов. Но в данном случае, мне кажется, не стоит рассматривать это как серьезную проблему, так как русский язык адаптируется, у слов появляются типичные для нашего языка ударения, приставки, суффиксы.

2. В последнее время язык большинства СМИ стал более свободным, в статьях, на радио и телевидении появляется огромное количество экспрессивных слов, которые теперь, по сути, передают концепцию того или иного издания. Мне кажется, говорить об идеальном языке газеты можно только опираясь на ее формат. Лично мне интересно читать материалы, в которых язык используют не только как средство передачи информации, но и как средство воздействия на человека (в хорошем смысле), к примеру статьи в «Новой газете».

3. Как мне кажется, сегодня в СМИ больше внимание уделяется использованию эпитетов, «игровых элементов», таких как, к примеру, преобразование устойчивых выражений, специальной лексики, жаргонной. Именно это по большей части и отличает публицистический стиль от художественного, в котором не так широко используется метод «широкой оценочности», если так можно выразиться.

4. Появление большого количество интернет-изданий, в том числе и блогов, безусловно, сказывается на речевой культуре общества, но не надо забывать, что количество пользователей Интернета по всей стране ничтожно мало, а значит, и влияние не может быть масштабным. Язык упрощается, появляется тенденция к краткости (в Интернете никто не будет читать огромные статьи) и, конечно, новые слова, даже больше – своеобразный язык («преведский» – у этого явления уже есть свое название, именно язык Интернета, но многие начинают так говорить и в жизни).

5. Мне кажется, это не страшно. При Петре I также хлынул огромный поток иностранных слов, но язык с этим справился. Правда, тогда не было такого числа средств массовой информации! Но все же считаю, что это нормально и неизбежно. Если весь мир говорит слово «компьютер» одинаково, то мы можем просто оказаться изолированными! Хотя тоже спорно, так как французы любое слово трансформируют в языке и прекрасно себя чувствуют (computer – ordinateur).

6. Также считаю, что это неизбежно, но мне кажется, что, если это не специализированное издание, их должно быть минимальное количество и они должны расшифровываться.

7. В некоторых случаях я использую жаргонизмы для передачи обстановки или характера представителя той или иной социальной или профессиональной категории. Мне кажется, что это помогает сделать текст более ярким, но, думаю, такие вещи не должны употребляться систематически.

8. Я считаю, что использование ненормативной лексики – это крайности. Негодование или оценку вполне можно высказать и не используя эти слова, богатство русского языка это позволяет. Мне кажется просто немыслимым то, что происходит в эфирах многих радиостанций и телевизионных программ, которые уже в утренних программах зачастую используют нецензурные выражения (к примеру, «Наше радио»).

9. В первую очередь это, конечно, тотальное невнимание к языку, отсутствие как таковой жесткой цензуры, общее снижение уровня грамотности. Мне кажется, что большее количество трудностей на сегодняшний день у журналистов возникает с употреблением числительных, которые очень редко в эфире и на страницах газет правильно сочетаются с существительными.

10. Я думаю, должна существовать лингвистическая полиция для людей, которые работают со словом.

Тимур Мардер

Заместитель гендиректора 000 «Ньюс медиа-Рус», главный редактор интернет-портала Life.ru, с 2009 г. – генеральный директор 000 «Ньюс медиа-Украина» и главный редактор газеты «Жизнь» на Украине, учредитель и гендиректор информационного агентства «Фабрика фактов», в 2015 г. – управляющий 000 «АктивМедиа»

1. Русский язык, как любой другой язык, развивается, претерпевает какие-то изменения. Я считаю, что любое развитие – это прогресс. Дело в том, что язык и общество идут параллельно и не могут существовать раздельно. К примеру, сколько событий за последние сто лет произошло в стране, сколько раз поменялся общественный строй! Естественно, если сейчас поговорить с Николаем Вторым на современном русском языке, он процентов на 70 не поймет, о чем идет речь. Раньше каноны языка были гораздо строже, сейчас язык упрощается. Например, в советские времена программа «Время» была образцовой, туда строго отбирали дикторов, и эту программу смотрели все. То есть выбор программ был изначально небольшой, а значит, носителей хорошего русского языка нужно было гораздо меньше. Сейчас появилось огромное количество каналов и передач. И все эти передачи, в частности ток-шоу, стали более «приземленными», «бытовыми». Не секрет, что то, как мы разговариваем в публичных выступлениях и как мы разговариваем на кухне, – это «две большие разницы». Другой вопрос: стоит ли этот «бытовой» язык выносить на телевидение, в газеты? Например, наши газеты – «Твой день» и «Жизнь» – массовые, и наша задача – быть максимально близко к читателю. Мы ставим своей целью заинтересовать своими темами максимальное количество людей. Поэтому мы стремимся к упрощенному изложению факта: никаких закрученных «толстовских» предложений, сложнейших деепричастных оборотов не нужно – чем проще, тем лучше. Мы не должны «напрягать» человека – а значит, нужно изложить информацию крайне просто.

Кроме того, надо учитывать, что в страну приехало огромное количество людей из бывших союзных республик – это люди, которые изначально не являлись носителями русского языка. Литературным русским языком, который мы учили в школе, они не владеют. Такие люди в нашей стране – это уже явление, целые проценты населения, которые нельзя исключать. Как я уже говорил, наша газета должна быть доступна каждому читателю, то есть делать язык наших заметок как можно проще. Ведь задача таблоидной газеты – вызвать эмоцию. А значит, нужно уместить всю эмоцию в одно слово или в одно предложение.

2. У каждой газеты есть своя направленность, каждая газета работает на определенную аудиторию. Массовые издания должны соответствовать своему читателю. Так, деловые издания не могут себе позволить, допустим, мат – у них деловая лексика и терминология. Если простой человек, который читает и любит нашу газету, откроет «Ведомости» или «Коммерсант» и будет читать колонку деловых новостей – он может просто не понять, о чем идет речь. Существует специфика издания. Каждый редактор должен понимать, на какую аудиторию он работает. Язык не может быть одинаковым для всех. Взять, к примеру, британские газеты «Sun», «Mirror» и «Guardian» и «Times» – у этих газет совершенно разный язык. Часто люди со знанием английского языка с легкостью читают «Sun» и «Mirror», а когда берут «Times» и «Guardian», им уже приходится сложнее: появляется терминология, появляются достаточно сложные обороты речи, совершенно другое построение предложений. То же самое и в русском языке. Простую информацию воспринимать легко, а серьезную аналитическую прессу читать уже сложно.

3. Мы ставим задачу «достучаться до читателя». У газеты «Твой день» и газеты «Ведомости» разные аудитории – поэтому и средства, позволяющие «достучаться», у нас разные. Темы, которые поставим на первую полосу мы и газета «Ведомости», кардинально расходятся.

4. Конечно, используем. Мы используем все, что имеет отношение к народу, к людям. Задачу газеты можно выразить следующей метафорой: вот мы сидим за столом, и газета – это наш третий друг, брат, сват – одним словом, равноправный член нашей компании. Если мы сидим и общаемся, допустим, о дискотеках и тусовках и тут приходит какой-нибудь «ботаник» и начинает нам рассказывать про философию, мы скажем: «Друг, ты ошибся, тебе в другую компанию».

5. Столь часто встречающаяся избыточность их употребления связана с тем, что люди не понимают значение слов, которые используют. Россия – это часть глобального мира, от этого никуда не уйти. Поэтому переход слов из одного языка в другой – это естественно, можно относиться к этому плохо, но сделать с этим ничего нельзя. Если человеку удобнее что-то выразить заимствованным словом – это нормально, от этого язык становится только богаче. Это надо принимать в язык, анализировать, описывать. Как редактор, как руководитель газеты я хорошо отношусь к этим процессам. Я прекрасно понимаю, что люди с филологическим образованием могут относиться к этому негативно, потому что наши слова забываются и уходят на второй план – безусловно, жалко, но есть же «мертвые» языки, например латынь. Я говорю не о том, что наш язык умрет – язык не может умереть раньше, чем народ. Но многие слова в русском языке сейчас становятся «мертвыми», уходят из употребления. Общество развивается, и язык тоже. Это надо описывать, оставлять в научных трудах, чтобы люди, которые захотят профессионально заниматься языком, имели доступ к подобным вещам. Данные процессы будут происходить всегда, потому что мы часть большого мира. К слову, английский язык стал международным языком, на нем говорят все – это становится необходимостью. И если 30-40 лет назад без знания второго языка можно было нормально прожить, то сейчас все прекрасно понимают, что второй, а зачастую даже третий язык необходим. Так что к этому стоит относиться спокойно. Управлять языком достаточно сложно: население России – 145 миллионов человек, каждый является носителем языка, и каждый может оказывать влияние на язык. Нереально создать орган, контролирующий языковые процессы в жизни каждого человека из этих 145 миллионов. Эти процессы просто надо как-то упорядочить: отслеживать, изучать и приводить к единой системе. Но влиять или запрещать что-то, я считаю, невозможно.

6. Это часть нашей жизни и нашего языка – СМИ не могут не использовать данную лексику. Конечно, всего должно быть в меру.

7. В нашей газете мы используем ненормативную лексику – крайне редко, но используем. Иногда даже выносим это в заголовки – как прямую речь, как реакцию людей на тот или иной факт. Это часть языка, это часть нашей культуры. Однако использовать нецензурную лексику регулярно и придавать ей статус мощной языковой единицы, наверно, неправильно. По крайней мере, на данном этапе наше общество к этому не готово. Я считаю, что пропагандировать мат не нужно, но как элемент жизни его надо признавать. Мы не ставим себе задачу именно пропагандировать мат, мы опираемся на факты. Например, когда певца Николая Баскова ограбили: украли 50 тысяч евро, перстень с бриллиантом, ценнейший мощевик, который был его талисманом, – у него просто «вырвалось», несмотря на то что он воспитанный, культурный человек. И эта эмоция на тот момент абсолютно точно характеризовала ситуацию. Эта реакция в принципе близка и понятна каждому из нас: каждый человек, если поставит себя на его место, выразится так же. Поэтому я считаю, что в редких случаях можно использовать нецензурную лексику – тем более что мы же не ставим полностью используемое слово, а «маскируем» его «звездочками».

8. «Ляпы» случаются ежедневно. Я помню, несколько лет назад был заголовок: «Украли 20 детей. Поросячьих». Стилистические ошибки не редкость, но не всегда это случается из-за незнания – часто опечатки появляются из-за спешки, ведь ежедневная газета – это очень ритмичный механизм: решения нужно принимать быстро, поэтому люди находятся в постоянном стрессе. К тому же в современном мире целью становится поиск информации, а язык и способ изложения этой информации уходят на второй план. В советские времена первичным было изложение: темы не искали, а довольствовались аналитикой и хвалебными статьями – люди имели возможность профессионально оттачивать языковое мастерство. Сейчас оттачивают поиск информации, поиск источника. Это современные реалии, которые влияют на язык, и не всегда хорошо влияют. Ведь раньше журналистом был человек, который блестяще писал, хорошо излагал свои мысли. Сейчас журналистом становится человек, который хорошо ищет: он умеет найти интересную информацию, может «раскрутить» человека на рассказ – то есть ценятся совершенно другие профессиональные качества. Я не вижу никаких реальных рычагов для управления языком. Ввести цензуру на телевидении? Расписывать, что можно говорить, а что нельзя? В конечном итоге это ограничит развитие СМИ и развитие самого общества. Таких «указок» сверху, директив по использованию тех или иных оборотов когда-то было слишком много, сейчас это уже не приживется. Кроме того, существует проблема отбора кадров – с людьми надо работать. Плюс ко всему, с появлением прямых эфиров возросло количество оговорок – ведь человек находится в стрессовой ситуации. Одним словом, факультетам журналистики нужно готовить профессиональные кадры: учить студентов русскому языку, объяснять языковые традиции, чтобы человек уже в это время мог справляться со своими чувствами и при этом изъясняться правильным русским языком, – все это надо уметь делать с университетской скамьи.

9. Влияние, конечно, колоссальное. Единственное, что нас пока «спасает», – не столь большое количество людей в России пользуется Интернетом. По моему мнению, в России существует колоссальная проблема в отношении языка. Дело в том, что, с одной стороны, существуют города-«миллионники», где есть университеты, хорошее образование, есть возможность пользоваться Интернетом. С другой стороны, есть провинциальная Россия, есть такие уголки нашей Родины, где закрываются школы, где люди оканчивают 5-7 классов. Носителями какого языка они являются? Носителями самого примитивного языка. То есть оформляются два «лагеря»: люди, которые знают «колхозный», «деревенский» язык, и люди, владеющие хорошим русским языком и общающиеся в Интернете на языке, который предназначен для еще более узкого круга людей. Я думаю, что если представителей этих двух групп свести лет через десять, то они могут вообще не понять друг друга.

10. Надо этим заниматься. Вот, например, сейчас существует национальный проект «Интернет – в каждый дом». Без участия государства здесь не справиться. Причем нужно не просто говорить «а вот хорошо бы…», а принимать конкретные меры: поднимать сельские школы, подтягивать «провальные» регионы. В свою очередь, журналист должен чувствовать ответственность перед читателями и работать над собой.

Ольга Мартыненко

Редактор журнала «Коммерческий директор»

1. Состояние – динамично развивающееся. В настоящее время наблюдается упрощение форм русского языка и активное использование заимствованных форм.

2. Удовлетворительный. Идеальный язык СМИ – образный, выразительный, экспрессивный, лаконичный.

3. Эпитетами, сравнениями, знаками препинания, прямой речью и др.

4. В исключительных случаях для придания образности тексту.

5. Заимствованные слова – это неизбежная тенденция современного русского языка, главное – ими не злоупотреблять.

6. Для профессиональных изданий это норма, а для широкой аудитории, на мой взгляд, присутствие в СМИ терминов и профессионализмов нужно сводить к минимуму.

7. Нет, т. к. СМИ должны нести культуру в массы.

8. Многочисленные нарушения языковой нормы, на мой взгляд, возникают из-за низкой речевой культуры общества, в том числе СМИ.

9. Язык интернет-изданий – один из факторов снижения речевой культуры общества.

10. Ввести большее количество уроков русского языка в школе и в ВУЗах.

Лейла Мачавариани

Корреспондент журнала «Parents», журналист электроннной газеты “Век”, ведущая раздела «Культура и общество» блога Российского совета по международным делам (http://russiancouncil.ru/blogs/georgia/)

1. Русский язык постоянно находится в развитии, состояние современного языка трудно оценить однозначно. В XIX веке, когда шла борьба между славянофилами и западниками, и сейчас постоянно ведутся споры, имеет ли место заимствование слов в русском языке.

2. Идеальный язык – это грамотный язык. Современные СМИ будут заслуживать уважения, когда, читая газеты и смотря TV, мы будем воспринимать правильную, грамотно построенную речь.

3. Язык публицистики и художественной литературы – это совершенно разные стили. Хотя порой они смешиваются.

4. В повседневной жизни, иногда чаще, иногда реже, я употребляю жаргонизмы. Прекрасно понимаю, что слова-паразиты портят речь, и ничего не могу поделать, чтобы прекратить использование жаргонных слов в своей речи. Конечно, при подготовке материалов для статей – я пишу в рубрике «культура» – ни о каких жаргонизмах речи быть не может.

5. С развитием техники, науки и музыки в русском языке появляются иностранные слова, которым нет эквивалента в русском языке. Такое явление можно назвать логичным для языка. Если заимствованные слова можно заменить русским словом, то нет смысла использовать их, а если нельзя – то вопрос сам собой отпадает.

6. Если СМИ являются специализированными, то наличие терминов и профессионализмов – необходимое условие. Если же речь идет о СМИ, рассчитанных на широкий круг читателей, то все термины и профессионализмы надо разъяснять.

7. Категоричное «нет». Вокруг и так много ненормативной лексики: в Интернете, в современной литературе, в повседневной жизни. Русский язык действительно очень богат, и каждому нецензурному слову можно найти замену. Не стоит забывать, что СМИ несет ответственность перед публикой, так зачем вносить в массу нецензурную лексику? Это ведь как минимум некрасиво.

8. Однозначно: неграмотность, отсутствие образования.

9. Так же, как и все остальные СМИ.

10. Это надо воспитывать с детства, потом в школах, потом в ВУЗе, а потом – вообще в жизни.

Татьяна Мерзлякова

Государственная радиовещательная радиокомпания «Маяк», редактор отдела эксклюзивной информации службы новостей

1. Оценить состояние современного русского языка как удовлетворительное, наверное, сложно. И основная причина этого – тенденция к упрощению, которая находит свое выражение в самых разных процессах, происходящих сегодня в русской речи. Во-первых, тотальная безграмотность. И даже распространение образования здесь ничего не решает, ведь его заметно обгоняет пресловутый научно-технический прогресс. Он-то и убивает последние остатки знаний о нормах русского языка. Компьютерные программы, автоматически проверяющие орфографию (кстати, далеко не всегда правильно), примитивный текст sms и icq-сообщений, изуродованный лингвистическим мусором Интернет – ну как в таком окружении сохранить свое лексическое и грамматическое «я»? К безграмотности добавляем молодежный сленг и жаргонизмы, которые все чаще заменяют испытанные веками слова. Зальем все это соусом из иностранных заимствований, внедряющихся в нашу речь по делу и без, лишая ее национальной самобытности. И мы получили рецепт современного русского языка, причем далеко не самый изысканный, но, к сожалению, вполне реальный.