Журналисты о русском языке
- -
- 100%
- +
Наталья Чернышова
Председатель Союза журналистов Подмосковья, с 2013 года избрана секретарем Союза журналистов России, в прошлом главный редактор газеты «Основа» г. Наро-Фоминск
1. Состояние русского языка вызывает некоторую тревогу и озабоченность. Язык, как известно, отражает процессы и явления общественного сознания. Мы переживаем переломный период истории, и чем больше агрессивного и абсурдного в действительности, тем больше ирреального, мистического в общественном сознании. Язык четко фиксирует это. Сегодня состояние русского языка в СМИ характеризует наплыв заимствований, элементов нарочитого просторечия, влияние молодежного сленга, уголовного жаргона. В результате страдает культура письменной и устной речи. Язык теряет способность быть средством коммуникации между поколениями, социальными слоями. Утрачиваются смыслы, обедняется, огрубляется речь.
Конечно, развитие языка – это процесс, и есть надежда, что негативные явления будут преодолены, а русский язык сохранит свою идентичность и значение для культуры. Но пока жаргонная агрессия продолжается, и СМИ активно участвуют в этом.
2. Язык отражает положение, в котором оказались СМИ в рыночных условиях. «Заказчика» на качественный контент нет, нет осмысленной информационной политики в редакциях, и потому СМИ, вынужденные бороться за внимание аудитории, пошли по пути упрощения, либерализации лексических норм, снижения требований. Они говорят сегодня на языке неразвитых в культурном отношении людей. Идеального языка быть не может, но планку качества в целом, и языка в частности, СМИ должны сохранять. Журналист в своем творчестве обязан демонстрировать стандарты нормы, чтобы аудитория тянулась вверх, а не наоборот. Пока СМИ стремятся завоевать внимание аудитории любой ценой, порой ценой отказа от общепринятых норм и правил, ценой упрощения и сознательной примитивизации. И это не вопрос стиля и вкуса. На таком языке нельзя вести серьезный диалог с аудиторией, обсуждать сложные проблемы общественного развития, даже анализировать роль электричества.
3. Выразительность языка газеты, программ телевидения и радио утрачивается по ряду объективных и субъективных причин. И если она сохраняется, то часто это вопреки условиям, в которых вынуждены работать журналисты. В целом наблюдается снижение профессиональных стандартов.
Простота, ясность изложения, четко выраженная позиция автора, образность, эмоциональность и экспрессия – необходимые условия выразительности языка СМИ. К сожалению, публицистические жанры все реже встречаются в прессе, исчезли очерк, фельетон, памфлет. Тексты порой вообще не имеют жанровой определенности. И это не только в региональной прессе.
С другой стороны, появляются и новые, синтетические жанры. Лучшие образцы газетных публикаций неожиданно радуют стилистикой художественной прозы. Это внушает некоторую надежду.
4. Употребление жаргонной лексики возможно, но в меру. Чувство вкуса и стиля у каждого свои, но стремиться к тому, чтобы жаргон не огрублял текст, надо. Прежде всего личность самого журналиста, его культурный уровень определяет выбор лексики. Широкое использование жаргонизмов объясняется тем, что журналисты, поставленные в жесткие временные рамки, порой не имеют возможности (или желания) работать над текстом. Стремление усилить воздействие текста на читателя, сделать его энергичным, экспрессивным также влияет на выбор выразительных средств.
Роль жаргонизмов вспомогательная, их использование должно способствовать более точному отражению особенностей стилистики той или иной социальной или профессиональной группы, помогать диалогу, усиливать эмоциональную оценку автора.
5. Использование заимствований – естественный процесс: русский язык развивается не в изоляции. Как во все времена, происходит взаимопроникновение, влияние, синтез культур. Главное – сохранять чувство меры и не перегружать тексты, не затруднять восприятие читателя незнакомыми, непонятными словами, широко не вошедшими в употребление.
6. В специализированных изданиях употребление общепринятых в среде профессионалов (и понятных им) терминов и профессионализмов вполне оправдано. В общественно-политических изданиях, рассчитанных на массовую аудиторию, использование таких слов должно быть умеренным.
7. Употребление ненормативной лексики в СМИ – это проявление агрессии, эпатажа, это противопоставление своего миропредставления общественной морали. Недопустимость ненормативной лексики очевидна для всех, кто неравнодушен к судьбам отечественной культуры. Ежедневно аудитория СМИ пополняется новыми читателями, зрителями, слушателями из числа молодых людей. И они воспринимают ненормативную лексику уже как норму. Им просто навязывается субкультура уголовного мира, ценности, стереотипы поведения.
Если мы хотим жить в цивилизованном обществе, то необходимо принимать меры, ограничивающие поток оскорбляющей, унижающей человеческое достоинство лексики. Это задача не законодателя, а журналистского сообщества и общества, которые должны создать механизмы саморегулирования сферы СМИ, механизмы общественного контроля.
8. Прежде всего – общим снижением профессиональных стандартов, отсутствием базового профильного образования у значительной части входящих в профессию журналистов, отсутствием общефедеральной системы повышения квалификации журналистских кадров.
Меняется и статус журналиста в обществе: сегодня он ощущает себя простым оператором, передающим информацию, не несущим ответственности за результаты своего творчества. Условия труда в редакциях, информационная политика газет и каналов, стремление привлечь внимание аудитории любой ценой, всеобщая либерализация в отношении языка и снижение грамотности – все это также сказывается на качестве материалов. Достаточно взять в руки любую газету, чтобы увидеть: «И.Д., вопреки расхожему мнению, что дети великих людей пропихиваются всюду за счет родственных связей, сделал себя сам»; «Кажется, что сегодня все это независимое прибалтийское государство, вся его полумиллионная столица сосредоточены в образе памятника советским воинам-освободителям»; «Результаты суммировались из баллов, полученными девушками на форуме».
9. К сожалению, распространение Интернета совпало с реформой системы образования, которая привела к резкому снижению грамотности. В результате в письменной и устной речи не используются богатство и разнообразие русского языка, тексты в СМИ примитивны, стиль «телеграфный» – все это влияет на культуру речи, мышление, формирование системы ценностей. А пресса, радио, телевидение не только отражают эти явления, но и активно-негативно участвуют в этих процессах, формируют новый стиль – агрессивный, вульгарный, примитивный и т. п. Единственное достоинство такого новояза – краткость.
10. Это серьезная проблема, требующая осмысления не только журналистского сообщества, но и широкого круга специалистов в сфере образования, культуры, социального развития. Комплексный характер ее решения требует государственного подхода. И Год русского языка – обнадеживающее начало такой работы. Что касается повышения речевой культуры журналистов, то здесь необходимы:
• новые подходы к профессиональному образованию журналистов, новые технологии и методики подготовки и переподготовки журналистских кадров в вузах, образовательных центрах, обновление программ обучения на факультетах журналистики;
• разработка и внедрение профессиональных стандартов, в соответствии с которыми можно было бы оценивать работу журналиста, редактора, СМИ в целом;
• создание механизмов корпоративного саморегулирования, которые позволят редакциям заниматься проблемами качества;
• сохранение и приумножение лучших традиций российской журналистики, общественное признание журналистов, демонстрирующих бережное отношение к слову.
Елена Шевелева
Сотрудник Агентства социальной информации, телеведущая на областном телевидении в Екатеринбурге (ОТВ)
1. Сегодня снизился уровень культуры владения русским языком. В речь СМИ и читателей активно внедряются жаргонизмы и речевые ошибки.
2. Он должен соответствовать высоким нормам русского языка. СМИ должно быть эталоном грамотности.
3. Краткостью, но смысловой емкостью предложений. Для создания выразительности языка в СМИ допустимо, на мой взгляд, использование тропов.
4. Редко. Жаргонизмы могут быть использованы в разговорной речи.
5. Язык развивается, и одно из средств его обогащения – заимствование иностранных слов. Следовательно, я считаю, что их использование допустимо, но в тех случаях, когда слово уже может быть понятно большинству аудитории.
6. Язык СМИ должен быть в первую очередь понятен читателю, – соответственно, все зависит от целевой аудитории, на которую издание рассчитано. Если в издании освещается какая-то определенная область науки, присутствие терминов и профессионализмов необходимо.
7. Как я считаю, нет. Одной из главнейших задач СМИ, на мой взгляд, является поддержание культуры речи в стране.
8. Я объясняю это резким спадом культуры речи журналистов (в сравнении со временем СССР) как следствие попытки СМИ максимально адаптироваться под читателя. Типичные ошибки: «семиста» вместо «семисот», игнорирование склонения названий районов.
9. Для Интернета на данный момент характерно использование жаргонизмов, что негативно сказывается на речевой культуре.
10. Тщательно отслеживать грамотность материалов, выходящих в эфир и печать.
Тимофей Шевяков
Журналист, главный редактор сайта «Политцензура», с декабря 2006 г. – президент полуфиктивной организации «Институт политической цензуры», с февраля 2006 года – сотрудник «Фонда Эффективной Политики» (ФЭП) Глеба Павловского, шеф-редактор ФЭП-ТВ
1. Язык адаптируется к современным реалиям. Идет определенное упрощение и вестернизация языка – процессы, которые можно сравнить с изменениями в речи начала XVIII века.
2. Язык современных СМИ довольно слаб и невыразителен, изобилует штампами. Идеальный язык СМИ – понятный читателю, но не потакающий низменным вкусам, формирующий культуру, а не формируемый культурой.
3. Основное средство сейчас – использование жаргонизмов и максимальное приближение языка СМИ к устной повседневной речи. Современная художественная литература практически неотличима от публицистики по уровню языка.
4. Довольно большое среди целевой аудитории – т. е. людей, имеющих доступ в Интернет.
5. Зависит от контекста.
6. Это неизбежно.
7. Использую. Это инструмент, не более.
8. Недопустимо. Потому что это СМИ, а не улица.
9. Языковая норма – условность.
10. Пересадить мозги.
Елена Шенгелия
Муниципальная газета Ногинского района Московской области «Волхонка»
1. Больно! Какие вольности позволяем себе мы, русские и русскоязычные люди! Засоряем родной язык, не признаём никаких норм. Похоже, забыли, какой он богатый и красивый!
2. Как можно дать однозначную оценку языку СМИ в целом – языку печатных изданий, радио- и телепередач? Ведь даже на телевидении на разных каналах, а то и в разных программах одного канала наблюдаем и бережное отношение к языку, и очень вольное. Идеальный язык средств массовой информации – это сочетание художественно-литературного и публицистического.
3. Разные жанры (будь то газета, телепрограмма или радиопередача) – разный язык, разные средства выразительности. По моему разумению, публицистику от художественной литературы отличает меньшее использование языковых средств выразительности.
4. Категорически против жаргонизмов, сниженной лексики в газете. Ими не грешит даже молодёжная страница нашей газеты, которую выпускают старшеклассники и учащиеся средних специальных учебных заведений. Считаю недопустимым использование жаргонных и грубых слов, чем грешат сегодня не только СМИ, но и государственные деятели. К сожалению, многие жаргонные слова приобретают разговорный характер.
5. Полагаю, там, где можно обойтись без заимствованных слов, надо так и поступать. И в СМИ, и в устной речи.
6. Термины. Как же без них? Имеют место быть. Профессионализмы – смотря в каком контексте.
7. Ненормативной лексике, криминальному жаргону не место в СМИ! Иначе они перейдут в нормативную лексику. Ведь СМИ формируют отношение к родному языку.
8. Мало читаем! В семье, в школе – заниженные требования. Что и говорить, если большинство школьников (да и взрослых людей) говорит «ихний». Где учитель? Если ведущий передачи или репортёр очень часто не может правильно употребить числительное в косвенном падеже, ошибается в согласовании слов, делает неправильные ударения, что тут сказать?..
9. Пагубно! Непозволительные вольности. Дикий пересказ классики (сокращённый вариант художественных произведений). Заниженная лексика. Отойти от шаблонов, стандартов, штампов (скажем, в газете) – ещё не значит допускать вольности.
10. Читать! Но не всё подряд. И учиться!
Наталья Щукина
Заместитель главного редактора по работе с авторами ИД «Директ Пресс»
1. В настоящее время наблюдается динамичное развитие русского языка. Происходит упрощение языка, активное заимствование иностранных слов и др.
2. Удовлетворительный. Идеальный язык СМИ – грамотный, адаптированный для целевой аудитории.
3. Эпитеты, сравнения, авторские неологизмы и др. Язык публицистики отличается ясностью, чёткостью, лаконичностью и вместе с тем образностью речи.
4. Нет, не использую, так как они противоречат стилю нашего издания. Жаргонизмы могут употребляться в умеренной дозе в СМИ, имеющих соответствующую целевую аудиторию.
5. Процесс заимствования идёт очень активно в наши дни, но я считаю, что лучше использовать русские синонимы.
6. Считаю, что они должны употребляться в специализированных изданиях – для той аудитории, которой они будут понятны.
7. Нет, так как СМИ должны нести культуру в массы и служить образцом современного русского языка.
8. Безграмотность журналистов – вот причина всего.
9. Очень сильно снижает речевую культуру: увеличивается количество ошибок.
10. Рекомендация лингвистам – привести к единообразию языковые нормы. Всем – больше читать книг.
Часть 2
Николай Алексеевич Богомолов
Заведующий кафедрой литературно-художественной критики, профессор
1. Не было такого времени, когда бы не тревожились о состоянии русского языка. Тем не менее он живет, и, мне кажется, живет нормальной, естественной жизнью. Вместе с тем некоторые процессы вызывают настороженность. Прежде всего это стремление упростить речь. Все чаще не склоняются числительные, особенно сложные, все активнее перестают склоняться русские названия на «о», многие иноязычные фамилии. Заметно упрощаются синтаксические конструкции, особенно в устной речи. Снова, после некоторого перерыва, вступил в права «канцелярит» (термин К. И. Чуковского). Меняется интонационная структура речи: в публичной ораторской вослед Жириновскому все больше и больше крика, в СМИ безраздельно господствует скороговорка. Наверное, этот список можно было бы продолжать и далее.
2. Он очень разный. Одно дело – качественная газета или толстый журнал, другое – желтая пресса, третье – профессиональная, и таких градаций может быть сколько угодно. Поэтому и говорить об идеальном языке очень трудно. Он меняется в зависимости от типа издания и его, если угодно, индивидуальности.
3. Вопрос слишком обширен, чтобы на него отвечать в рамках анкеты.
4. Речевая практика – понятие слишком широкое. В обыденной речи – конечно, использую, как и всякий другой человек. В общении со студентами – только как чужую речь.
5. Такое же, как и во всем другом. Там, где заимствованные слова необходимы и не имеют русского аналога, они уместны и нужны. Там же, где они скрывают давно известное под новым обличьем, по мере сил выражаю неприязнь и стараюсь их употреблять только как чужую речь.
6. И это зависит от типа СМИ. В предназначенных для широкой аудитории они, по-моему, неуместны. В изданиях для профессионалов – необходимы.
7. Нет. Ненормативная лексика, как и всякая экспрессивная, уместна в ряде ситуаций, она является очень существенным пластом русского языка (помню, что в начале 1990-х годов я, составляя сборник «Анти-мир русской культуры», несколько раз обращался к В.Н. Топорову с просьбой написать статью об этой лексике и всякий раз получал ответ, что сама проблема чрезвычайно интересна, но пока он не может взяться о ней написать), но сфера ее применения ограничена. Без осознания этого вырвавшаяся на свободу экспрессия заглушает все оттенки речи и в конечном счете сводит их к тому «божественному звуку» убогой матерной речи, который мы ежеминутно слышим вокруг себя. Употребляя ненормативную лексику, СМИ дают понять, что ничего дурного в этом нет, чем выполняют разрушительную функцию для речевой политики как отдельного человека, так и общества. Использование же этого лексического пласта в художественной литературе вполне допустимо, так как функции литературы и СМИ различны. Не перестаю восхищаться искусностью в этом отношении Пушкина, Солженицына (в «Одном дне Ивана Денисовича») или Венедикта Ерофеева, не восхищаюсь, но вполне понимаю и Юза Алешковского. Но не перестаю восхищаться и Достоевским, который в известном рассказе про мастерового, обходившегося единственным словом, сам не посчитал нужным это слово выкрикнуть.
8. Природа этих нарушений очень различается. С одной стороны, безраздельная ориентация на разговорную речь; с другой – общее невежество самозваной «элиты»; с третьей – собственное невежество журналистов; очень быстро возникающая уверенность в своей исключительности и, следственно, возможности говорить как бог на душу положит; погоня за молодежной модой; уничтожение традиции бережного отношения к языку, которое было не только у преподавателей, но и у многочисленных редакторов, корректоров, сотрудников отделов проверки и других блюстителей порядка; падение уровня школьного образования, к которому теперь прибавляется и узаконение ЕГЭ… Продолжать можно почти бесконечно. Примеров несть числа, так что не буду без нужды умножать их.
9. На речевую культуру общества этот язык пока, к счастью, не оказывает никакого влияния. Он накладывает свой отпечаток на некоторые спешащие за модой издания, в том числе и на ТВ, но это еще далеко от влияния на речевую культуру общества.
10. Самосовершенствованием. Другой путь – установление тотального контроля, который возможен в тоталитарном государстве, – все равно не приведет ни к чему хорошему: появится, как в позднесоветском обществе, резкое разделение на две стихии – официальную и неофициальную, которое рано или поздно будет уничтожено взрывом.
Татьяна Эдуардовна Гринберг
Доктор филологических наук, доцент кафедры рекламы и связей с общественностью
1. В настоящее время современный русский язык развивается, как любое явление культуры, цивилизации. И это развитие имеет как положительные, так и отрицательные стороны. В нашем языке появляются различные конструктивные элементы, позволяющие достичь лучшего взаимопонимания. К тому же возникает все больше и больше различных упрощений, сленговых выражений, образуются локальные языки, которые понятны только узкому кругу людей. Мне кажется, эта тенденция ведет к загрязнению современного русского языка. Многие сленговые выражения не отвечают нормам русского языка, что, безусловно, оказывает негативное влияние на него.
2. В языке современных СМИ мне больше всего не нравится безграмотность сегодняшних журналистов. Очень много оговорок, неправильных ударений, ошибок в речи ведущих различных телевизионных программ, дикторов на радио, мало кто из современных звезд владеет языком красиво, используя все его возможности. И это очень печально, потому что мы слышим эту речь, возможно, даже чаще, чем речь наших близких. В языке СМИ журналисты должны использовать больше возможностей русского языка, так как он очень богат, следить за правильностью употребления различных слов, выражений – это позволит сделать его лучше, сохранить наши языковые традиции.
3. Мне кажется, что для каждого журналиста, литератора важны не выразительные средства, чтобы добиться понимания со стороны аудитории, а его авторское чутье. У каждого писателя или журналиста есть своя аудитория, для которой создается текст, поэтому нужно достичь созвучия с восприятием людей, писать на доступном для читателя языке, что для публицистических текстов, как и для языка художественной литературы, играет немаловажную роль. Важно, чтобы публицистические тексты оказывали положительное влияние на общество, как и художественная литература.
4. Язык интернет-изданий оказывает сильное влияние на речевую культуру общества. Разговорная манера Интернета – это скорее окраина русского языка, она имеет право присутствовать в нашем языке, но не должна занимать преобладающее место в речи. В настоящее время мы видим, что язык интернет-изданий оказывает все более и более негативное влияние, так как сленг, различные упрощения только загрязняют речь, делая ее более примитивной и безыскусной.
5. Сейчас многие заимствования прочно укрепились в языке, нет ничего плохого в том, что тот или иной автор использует различные заимствованные слова, чтобы сделать текст более понятным, доступным для читателя своей аудитории. Но когда он использует заимствования, чтобы привлечь к себе внимание, создать иллюзию, что знаком с профессиональным языком определенной сферы деятельности, то это вызывает, на мой взгляд, сочувствие, так как часто такие авторы употребляют слова, которые могут нести негативный оттенок. Например, сейчас в речь вошло такое сленговое слово, как «пиарщик», «пиар» – от английского выражения «public relations». Мне кажется, что ни один серьезный специалист не скажет, что он занимается «пиаром», и не захочет, чтобы его называли «пиарщиком». Есть определение этой профессиональной деятельности – связь с общественностью, а за такими сленговыми словами, как «пиар», «пиарщик», на мой взгляд, стоит некоторое неуважение к данной профессии, поэтому употребление этих слов оказывает негативное, на мой взгляд, влияние на речевую культуру нашего языка.
6. Существуют различные средства массовой информации, которые рассчитаны на определенную аудиторию. Многие журналисты в зависимости от круга людей, которые читают их тексты, могут использовать термины, профессионализмы, чтобы добиться понимания со стороны этой аудитории, и в этом, на мой взгляд, нет ничего плохого.
7. Я использую жаргонизмы в своей практике, так как они упрощают речь, делают ее более динамичной, ведь в моей профессиональной среде иногда необходимо говорить сжато, точно, поэтому я могу употреблять их, когда обсуждаю с коллегами общие для нас проблемы.
8. Я считаю, что употребление ненормативной лексики в СМИ недопустимо, так как такая лексика – низший пласт нашего языка. Важно понимать, что от многих преподавателей русского языка, журналистов зависит, какими речевыми оборотами будет полна наша жизнь, ведь люди быстро привыкают к определенному набору языковых схем, особенно когда они часто повторяются. Прелесть нашего языка состоит в том, что он необычайно богат, поэтому все можно объяснить простыми выражениями, не используя ненормативную лексику.
9. Нарушения языковой нормы часто используются в рекламе. Это может быть определенным инструментом, чтобы привлечь внимание человека. С другой стороны, наличие многочисленных ошибок в языке говорит о безграмотности людей. Это связано с общей культурой, с личной ответственностью человека – каждый журналист должен понимать, что его слова важны для общества.
10. Мне кажется, что журналистов надо просто учить речевой культуре, ведь красиво говорить – это не только произносить красивые слова, нужно в первую очередь использовать правила грамотной речи. Следует, возможно, проводить какие-то специальные тренинги, чтобы повысить уровень грамотности общества, говорить о различных изменениях в русском языке, о негативных вещах, ведь очень важно, чтобы человек осознал, что говорит неправильно, и смог бы найти свою ошибку. Кроме того, чтение книг поможет читателю сделать речь более грамотной. Сейчас в книжных магазинах вы найдете много литературы, которую можно читать с точки зрения грамотности языка, что позволит узнать о нашем языке больше и пользоваться всеми его возможностями.
Тамара Федоровна Дедкова
Преподаватель кафедры периодической печати факультета журналистики МГУ имени М. В. Ломоносова
1. В настоящее время у меня нет каких-то панических настроений насчет современного русского языка. Язык меняется: какие-то слова приходят, потом исчезают. Сейчас все больше и больше появляется различных англицизмов в русском языке, часто они связаны с техникой, люди могут употреблять слово «user» вместо слова «пользователь». Я думаю, что такая тенденция уйдет, но меня беспокоит то, что через сленг в русский язык переносятся вредоносные понятия для нашей культуры. Например, часто употребляются такие слова, как «бойбенды», «шопинг», «пиарить». Русский язык очень богат, в нем много выражений, которые могут эти слова заменить. Возникает вопрос: зачем же заимствовать такие неблагозвучные слова? В центре Москвы видишь большие вывески – «ФишХауз» или название ресторана «Япона Мама». Я думаю, что эти слова не приживутся. Журналисты должны понимать, что сознательная порча языка, употребление различных криминальных выражений, сленга, например слова «ломать» (ведь это же от наркотиков пошло), является непростительным грехом, так как многие люди начинают использовать такие слова и выражения, и это не может не повлиять на речевую культуру в целом.