Журналисты о русском языке
- -
- 100%
- +
Однако не все склонны лояльно относиться к жаргонизированной, сниженной речи блогосферы. Так, Е. Синичкин считает, что, «к сожалению, уровень интернет-изданий слишком низок, чтобы он оказывал какое-либо положительное влияние на язык. Необходимо брать пример с Запада, в частности с США, где интернет-ресурсы стали популярнее и качественнее многих газет. К этому придем и мы, но, чтобы это произошло, надо работать над содержанием и стилем изданий». Интересно и мнение Л. Мониавы: «Влияет стремительно, массово и неизбежно. Интернет стал первым средством массовой информации в современном мире. Причем средством массовой информации в самом прямом смысле этого слова. Там главенствуют далеко не информационные агентства или издания, основные средства информации в сети – это социальные сети, блоги. Интернет стер границу между языком разговорным и языком письменным. Смысл передается не только словами, но и символами. Даже в официальных интернет-изданиях можно встретить т. н. „смайлики“, которыми люди в довесок к словам выражают свое настроение. Интернет-издания – это источник большинства современных калькированных слов.
Интернет-издания в силу своей внутренней организации имеют еще меньше внутренних фильтров, т. е. авторский текст журналиста там практически не правится, даже очевидные ошибки. Интернет – место вседозволенности, в том числе и в обращении с языком».
Опасения журналистов в отношении невысокого культурно-речевого качества интернет-текстов были совершенно оправданы еще пять лет назад, когда стилистика интернет-изданий не всегда соответствовала норме. Надо отметить, что за время существования электронных СМИ, их постепенной стратификации положение существенно улучшилось. У журналистов, пишущих в интернет-изданиях, появилось больше ответственности за рожденное в электронной среде слово. По-видимому, это объясняется экстралингвистическими факторами: многие россияне владеют гаджетами, которые позволяют читать электронные «клоны» газет и журналов, смотреть ТВ и слушать радио в интернет-версии. Интернет все больше и больше становится лишь удобной платформой хранения и передачи информации, общения блогеров. И речь в интернет-изданиях чаще всего соответствует стилистическим правилам. Это вполне объяснимо: как пишет в анкете С. Гогин, «сайты тоже конкурируют друг с другом за читателей, и в этой конкуренции шансов больше у ресурсов с высокой языковой культурой. Чем лучше, грамотнее контент сайта, тем чаще к нему хочется обращаться».
Однако случаются и сейчас досадные нарушения нормы, связанные с проникновением в электронный текст жаргонизмов и орфографически искаженных слов. Так, об этом пишет в анкете Ю. Горшкова: «У моей подружки младший брат недавно очень удивился, когда узнал, что нет слова „исчо“». Раньше «поставщиком» неправильных форм в обиходный русский язык зачастую была реклама: вспомним хотя бы название подсолнечного масла «ЗолотАЯ семечкА»! Теперь орфографические ляпы чаще всего приходят в нашу речь из Интернета, но не из печатных «клонов», а из блогосферы. Именно «коменты» дают нам наибольшее количество неправильных написаний. Если проверить посты блогеров на соответствие нормам орфографии и стилистики, то многие пользователи никогда не сдали бы ЕГЭ по русскому языку!
Медиатекст, будучи важнейшим элементом массовой коммуникации, воздействует на представления читателя, слушателя, зрителя в самых разных областях, и это воздействие не всегда можно оценить положительно. Особенно в области культуры.
Когда ведущая радиостанции «Ретро FM», после того как отзвучала песня «Нежность», сообщает, что эту песню написала Надежда (!) Пахмутова, а потом аффектированно-радостно поздравляет Надежду (опять!) Пахмутову, автора более чем трехсот прекрасных песен, с юбилеем, пришедшимся именно на этот день, 9 ноября, становится обидно. Обидно и за великую Александру Николаевну Пахмутову, которую «поздравили» так оригинально, и за то, что слушатели и радиостанция оказались в разных культурных плоскостях. Ведь это не просто оговорка – ведь ошибка была повторена. Это свидетельство того, что коммуникация данного СМИ и аудитории понесла ущерб, подобно тому как в разговоре неуместное или неправильно произнесенное одним из говорящих слово вызывает у его собеседников чувство неловкости.
Медиатекст всегда факт культуры. Он должен отражать принятые в данном обществе в данное время нормы речи, пусть даже и не вполне литературной. И автор таких текстов не может не учитывать, как его слово отзовется в сознании аудитории. Как пишет У. Литцер (см. анкету), «в прошлом веке законодателем в области правильного русского языка была художественная литература. В последние же годы эта роль по праву принадлежит СМИ…»
К сожалению, слишком часто современный медиатекст (в значительной мере это относится к рекламному дискурсу) сознательно эпатирует аудиторию просторечием, скабрёзностью, нарочитым нарушением норм коммуникации. Это не объяснить полемическим запалом журналиста и остротой идеологической борьбы: отрицательное мнение о какой-либо персоне или общественном явлении необязательно выражать хлёстко, иногда язвительная ирония, сарказм могут стать гораздо более эффективным средством, чем развязная речь.
Умножение нарушений профессиональной культуры со стороны работников СМИ ведет к росту бескультурия в обществе.
Как известно, главные вопросы в российской культуре – «кто виноват?» и «что делать?». Что же делать? Как повысить речевую культуру общества? С точки зрения В. В. Познера, «для этого необходимо добиться, чтобы использование хорошего русского языка считалось престижным, чтобы за это награждали, чтобы наказывали за коверкание языка (снижали в должности, отстраняли на время от написания статей, от микрофона, в крайнем случае увольняли бы). Общество в значительной степени „берет“ свой язык от телевидения, так что ‹…› советовал бы обратить особое внимание на это СМИ».
Для создания общей картины мнений важна и позиция В. Челышева: «Язык тем и хорош, что переживает и своих хулителей, и своих защитников, и социальные системы с их новоязами и аббревиатурами, понятными лишь на очень коротком историческом отрезке. Язык хорош бесстрашием жизни, и как только (в целях академической неприкосновенности или тщеславной политической придурковатости) его пытаются превратить в консервы с этикеткой „Язык заливной. Беречь от чуждых звуков. Срок годности – вечность“ – тут-то наш великий и могучий станет большим и пахучим: сиречь протухнет». Однако и он не отрицает необходимости «повышать качество среднего образования», поскольку «без хорошего среднего образования не будет и хорошего высшего».
Пожалуй, наилучшим образом объединяет различные точки зрения журналистов мнение Л. Мониавы: «Повысить или понизить что-то в целом, к счастью, никому не под силу. У нас у каждого есть свой небольшой клочок жизни, людей вокруг, написанных писем и сказанных слов. Если то, что лично мы пишем и произносим, будет сказано и написано без ошибок, то и общий градус грамотности на одну миллионную поднимается. Наверное, если каждый журналист и просто человек полюбит своей язык и будет следить за собственной речью, только тогда хоть что-то изменится „в целом“».
Ф. – М. Вольтер писал в философской повести «Кандид»: «Надо возделывать свой сад». Если каждый из нас будет писать и говорить правильно, образно, живо, то наша речь действительно будет тем «рычагом влияния», который способен «перевернуть» мир невежества и бескультурия.
Таким образом, современная журналистская речь весьма разнообразна по стратификации, контенту, аксиологии, стилистическим характеристикам. Она включает в себя как традиционные СМИ, так и их интернет-варианты, а также электронные сетевые издания и ряд блогов, приравненных к средствам массовой коммуникации. Медиаречь нашего столетия интерактивна, диалогична (диалогизирована) и потенциально гипертекстуальна, она отличается стилистическим многообразием, по-разному, в зависимости от социальной ориентации издания, оформляется в культурно-речевом плане. Ей присущи и такие качества, как полифоничность, поликодовость, визуализация, креолизованность. Она антропоцентрична, то есть отражает особенности авторского мировосприятия, трактовки событий и явлений, направлена не только к среднестатистическому россиянину, но и к представителю той или иной страты, к личности.
Многомерна и картина мира, которая создается современными СМИ. Она во многом определяется принципом корпоративности, накладывающим свой отпечаток на ценностный аспект изображаемых событий, на стилистику медиаречи. Однако по-прежнему сохраняется общий круг «вечных» тем, а соответственно, и концептов, которые становятся зеркалом материального и духовного бытия личности XXI века, живущей в России.
«Человек живущий», чье бытие разносторонне отражено в СМИ, – вот главный предмет современной журналистской речи. И не удивительно, что это бытие зачастую описано при помощи многочисленных новообразований, заимствований и жаргонизмов: журналистский текст фиксирует те изменения, которые произошли и происходят в обществе и сознании отдельной личности в наше время. В этом смысле современная журналистская речь может обоснованно восприниматься как дискурс эпохи, адекватно отражающий бытие как письменной, так и устной разновидностей современного русского языка.
Часть 1
1. Как Вы оцениваете состояние современного русского языка? Какие явления, процессы в русской речи Вы считаете актуальными?
2. Как Вы оцениваете язык современных СМИ? Каким, на Ваш взгляд, должен быть идеальный язык газеты (телевидения, радио)?
3. Какими средствами создается выразительность языка газеты (телевидения, радио)? Чем отличается язык публицистики от языка художественной литературы?
4. Используете ли Вы жаргонизмы в своей практике? Какую роль Вы им отводите?
5. Каково Ваше отношение к использованию заимствованных слов в СМИ?
6. Как Вы оцениваете присутствие в СМИ терминов и профессионализмов?
7. Допустимо ли употребление в СМИ ненормативной лексики? Поясните Вашу точку зрения.
8. Чем Вы объясняете многочисленные нарушения языковой нормы? Не могли бы Вы привести примеры типичных стилистических ошибок, допущенных журналистами?
9. Как влияет язык интернет-изданий на речевую культуру общества?
10. Как можно повысить речевую культуру журналистов и общества в целом?
Андрей Абрамов
Внештатный корреспондент и фотограф газеты «вестник северо-западного округа» г. Москвы
1. Русский язык очень изменился. Появилось много иностранных слов, которые мы готовы считать нашими собственными. Новые слова уже не образуются, а изымаются из культуры других языков.
2. Язык СМИ также претерпел очень большое изменение. На мой взгляд, язык должен быть правильным, без стилистических ошибок.
3. Язык газеты и прочих СМИ основывается на так называемой разговорной речи, понятной большинству. Язык публицистики должен обладать всеми качествами языка художественного, но не быть запутанным, а, наоборот, понятным и простым с точки зрения стиля и пунктуации.
4. Жаргон – это плохо, но порой без него не обойтись. Он так же незаменим, как и нормированный литературный язык.
5. Заимствованные слова должны употребляться в правильных контекстах.
6. Большинство терминов обычному человеку непонятно, поэтому нужно грамотно использовать данные слова, по возможности разъясняя их содержание.
7. Ненормативная лексика не только разрушает психику, но и вызывает привыкание к подобному стилю общения. На мой взгляд, это неправильно, нужно заменять подобные слова на более достойные синонимы.
8. Стилистические нарушения зависят только от самого автора, а типичные речевые ошибки можно увидеть и в старых советских газетах.
9. Интернет дает начало новому языку, смешанному интернет-общественному языку, зачастую неправильному.
10. Речевую культуру лучше всего повышать, уделяя стилю и языку больше внимания в школе и в вузах.
Мария Адамчук
Редактор-обозреватель журнала «Семь дней ТВ-программа»
1. В современном русском языке в данный момент протекают непростые процессы, наблюдать за которыми очень интересно. На язык сильно влияют несколько факторов, без которых представить развитие современного общества невозможно: развитие и повсеместное распространение Интернета, глобализация и – как следствие – многочисленные заимствования из других языков, полное отсутствие какой-либо цензуры в СМИ. Дать какую-либо оценку этим процессам я не решаюсь, потому что убеждена: язык – система очень гибкая, самоорганизующаяся (если смотреть на него с точки зрения исторических масштабов), и сказать, что для него хорошо, а что плохо, очень сложно.
2. Язык современных СМИ зачастую выглядит достаточно убого, особенно это касается «желтой» прессы и программ, ориентированных на массовую аудиторию. Масс-медиа характеризуются общей неграмотностью, стилистической, лексической и прочей. Все время ловлю себя на мысли, что поправляю ведущего или обнаруживаю ошибки в газетных и журнальных текстах. Идеальный язык СМИ – это, прежде всего, язык без ошибок.
3. Русский язык необычайно богат, и выразительность его можно усилить разными способами. Они зависят от аудитории, на которую данное издание направлено. Безусловно, от финансовых изданий трудно ожидать образного и яркого языка, но, например, издания молодежные, развлекательные и прочие могут себе позволить расширять палитру изобразительных средств – за счет синонимов, цитат, может быть, сленговых слов, если они употребляются к месту и со вкусом. Язык публицистики, как мне кажется, несколько суховат по сравнению с языком художественной литературы. Поскольку у публицистики другие объемы и несколько другие задачи, более узкие и конкретные, журналист располагает более ограниченным набором выразительных средств.
4. Жаргонизмы использую, поскольку занимаюсь в основном молодежной тематикой и пишу о музыке. Без жаргонизмов иногда просто не обойтись. Это некие пароли, по которым читатель может распознать во мне человека, понимающего, о чем идет речь, не дилетанта в современной молодежной культуре. Кроме того, жаргонизмы очень часто имеют ярко выраженную экспрессивную окраску и позволяют добавлять в текст необходимую эмоциональность.
5. Заимствованные слова – это данность, которую сложно игнорировать. В массе изданий (спортивных, финансовых, политических) использование зависимых слов – обязательное условие, иначе читатель просто не поймет, о чем идет речь. Но, как и любые слова, употреблять их надо к месту и в правильном значении. Иначе это выглядит смешно и неграмотно.
6. То же касается терминов и профессионализмов.
7. В обычной жизни я более чем лояльно отношусь к использованию ненормативной лексики и не вижу ничего зазорного в использовании ее в художественной литературе. Эти книги отнюдь не являются низкопробной литературой и принадлежат перу признанных классиков. Но когда я встречаю эти слова и выражения в прессе, они режут мне слух (или глаз). Может быть, это происходит потому, что у прессы несколько иные задачи, несколько иная аудитория, более массовая, и использование ненормативной лексики журналистами кажется кощунством.
8. Информационное поле в нашей стране за последние десять – двадцать лет увеличилось во много раз. Появилось огромное количество сомнительных учебных заведений, готовящих журналистов. Многие журналисты, «работающие лицом», то есть ведущие программ на телевидении и радио, вообще не имеют специализированного образования. Даже самый грамотный человек, с трудом справляясь с лавиной неграмотной речи, начинает забывать, как правильно говорить: «Надевает» или «Одевает», «звОнит» или «звонИт». И этот ком все растет…
9. Интернет-язык оказывает колоссальное влияние и на язык печатных СМИ, и на речевую культуру общества в целом. Русский язык, как и любой другой, подвержен изменениям, это очень гибкая структура, в которую постоянно вносятся какие-то изменения. В какие-то годы развитие языка идет медленнее, в какие-то – быстрее. Мне кажется, что нынешняя ситуация может привести к настоящей революции в русском языке, подобной той, которая отменила «яти» и «еры». Хорошо это или плохо – судить сложно, но то, что изменения происходят, и очень активные, – факт.
10. Это очень сложный вопрос, может быть заслуживающий отдельной кандидатской диссертации ☺. Может быть, приведенные выше примеры неправильного употребления и произношения слов через сто лет станут нормой языка, а значит, мы в данный момент наблюдаем эволюцию, препятствовать которой не можем, даже если очень захотим. Но наблюдать за такой эволюцией любому грамотному человеку очень грустно. Как в любой области, касающейся культуры, начинать надо с себя. Тщательнее следить за тем, что и как ты говоришь и пишешь! Другого способа я не вижу.
Меланя Айдинян
Журналист газеты «Элитный персонал», в 2015 г. – пиар-консультант, фрилансер
1. В языке явно происходят изменения, я бы сказала, что русский язык находится в переходном состоянии.
2. Думаю, что уместно говорить о языке определенного издания, а не о СМИ в общем. Идеальный язык СМИ – это литературный русский язык.
3. Язык публицистики более экспрессивен, эмоционален, так как журналист пытается воздействовать на сознание общества. Выразительности речи журналисты часто добиваются путем употребления метафор и других тропов, фразеологизмов и различных риторических фигур.
4. Не использую.
5. Заимствованные слова должны быть уместны.
6. Это зависит от конкретного случая, но журналист должен быть уверен, что термин или профессионализм понятен аудитории данного издания.
7. Недопустимо употреблять мат! Такой лексики достаточно на улице. Журналист должен заботиться и об эстетической стороне текста.
8. Я замечала немало стилистических ошибок, допущенных журналистами. Часто не учитывается семантика слова или выражения. Например, в газете «Известия» накануне Нового года я прочитала заметку, которая посвящалась новогодним подаркам и называлась «Пора подложить свинью». Выражение «подложить свинью» означает сделать кому-либо подлость, неприятность. А в заметке рассказывалось о том, как сделать приятное своим близким на Новый год.
9. Язык интернет-изданий искажает нашу речь, делает ее более примитивной.
10. Необходимо обратить внимание на школьное образование. Школьные учителя, даже учителя русского языка и литературы, разговаривают неграмотно. Вот с этого, собственно, и следует начать – учить правильно говорить еще в школе.
Ксения Алейникова
Журналист РИА «Новости»
1. Современный русский язык является своеобразной «лакмусовой бумажкой», показывающей изменения, происходящие в жизни общества, причем в первую очередь в духовной сфере. К сожалению, отношение большинства людей к языку оставляет желать лучшего – рекламные плакаты с грубейшими ошибками можно увидеть на каждом шагу, а неправильное употребление слов или построение предложений можно встретить на любом телеканале. Чего в такой ситуации ждать от обычных людей, особенно от тех, для кого СМИ долгое время были образцом языковой культуры? Однако, с другой стороны, не все так плохо, ведь о проблемах русского языка начали говорить, многим людям это небезразлично (например, объявление 2007 года «Годом русского языка» – еще одно тому подтверждение).
2. Сложно говорить о языке современных СМИ в целом, ведь рынок СМИ отличается разнообразием. Можно лишь отметить тенденцию своеобразного «расслоения» языка – в зависимости от цели, содержания и аудитории того или иного средства массовой информации. Конечно, «идеальным» языком газеты может называться язык, говоря на котором издание достигает диалога с читателем, становится услышанным и понятым. Однако не следует всецело подчинять языковую политику издания этой цели, забывая о других критериях языка: элементарной грамотности, уместности употребления изобразительно-выразительных средств и, конечно, о соответствии языка общепринятым культурным нормам – язык СМИ не должен вызывать у читателя возмущение или отторжение.
3. Вопрос о средствах выразительности, мне кажется, уже освещен со всех сторон. Однако следует отметить, что в наши дни журналисты находят все новые и новые формы языковой игры – иногда удачные, иногда – не очень. И этот поиск будет продолжаться всегда, пока будет существовать газета. Ведь читателя надо привлечь, а средства выразительности помогают это сделать.
С каждым днем стирается четкая граница между языком публицистики и художественной литературы – отчасти это связано с «закатом» публицистики и отходом от прежних канонов этого рода журналистики. Кроме того, само понятие «художественная литература» расширяется – сегодня «художественной литературой» может называться практически все, а это неправильно. Называть писателем любого человека, написавшего книгу, – это путь к постепенному снижению требовательности аудитории, ухудшению литературного вкуса.
4. Очень редко, только если без жаргонизмов текст потеряет реалистичность и «красноречивость». Очень часто использование жаргонизмов задается самой темой материала – например, о футбольных фанатах невозможно написать без упоминания об их своеобразном жаргоне.
5. К использованию заимствованных слов в СМИ отношусь нормально – только если это использование оправдано: допустим, не существует русского аналога или само называемое явление только входит в нашу жизнь. К сожалению, в последнее время употребление заимствованных слов в СМИ стало избыточным, и это вредит изданию: если за красивым «фасадом» иностранных слов от читателя ускользает смысл статьи, он перестанет читать такой журнал.
6. Здесь так же, как и в отношении заимствованных слов, одним из главных требований является уместность и умеренность их использования. Искусственно упрощать текст тоже не стоит – просто вводить терминологию следует постепенно.
7. Считаю, что употребление в СМИ ненормативной лексики абсолютно недопустимо. СМИ – это средства массовой информации. Какую информацию можно донести нецензурной лексикой? Как можно отправить эту информацию массам, фактически узаконивая мат как языковую норму? И если об уместности нецензурной лексики в художественной литературе еще можно поспорить, то относительно СМИ этот вопрос должен решаться однозначно.
8. В первую очередь нарушения языковой нормы вызваны резким снижением профессионального уровня журналистов и их стилистической неграмотностью. Более того – на том же уровне зачастую находятся редакторы и корректоры. Типичные стилистические ошибки чаще всего связаны с лексической и стилистической несочетаемостью слов. Для того чтобы этого избежать, нужно не только знать правила русского языка, но и иметь вкус к языку, чутье, которые в совокупности рождают Мастера! Мастерство оттачивается с самого детства и на протяжении всей жизни.
9. Интернет стремительно входит во все сферы жизни человека, и язык интернет-изданий оказывает огромное влияние на речевую культуру общества. В первую очередь это выражается в том, что в Интернете каждый может найти то, что ему ближе, – как по тематике, так и по стилю изложения. Но если один обращается к Интернету в поисках языкового китча, то другой все равно будет искать там глубокие материалы, отвечающие запросам умного человека, ведь так? Другая грань влияния Интернета – возможность самому стать автором публичного текста, а значит, сделать свой выбор в отношении подхода к языку. И выбор этот у каждого свой.
10. Следует понимать, что невозможно взять и повысить речевую культуру всего общества. Начать следует с себя, со своей семьи, с окружающих людей. Не секрет, что многое закладывается в детстве – поэтому уважение к родному языку надо прививать в семье, главное – делать это естественно и быть примером для детей. Конечно, такой подход не исключает того, что какие-то меры должны быть приняты и со стороны государства, и со стороны общественных организаций, и, что особенно важно, со стороны учебных заведений. Но нельзя полностью перекладывать ответственность за речевую культуру на чиновников – мы же общаемся друг с другом напрямую и не используем их в качестве посредников. Повышение речевой культуры журналистов – вопрос особый, и это объясняется спецификой профессии. Чем больше в журналистике будет «случайных» людей, равнодушно относящихся к своему труду или просто не имеющих должных способностей и знаний, тем больше в итоге будет оговорок и опечаток. Бороться с этим можно только с помощью повышения образовательного и общекультурного «ценза» журналистов при приеме на работу. Как говорится, чисто не там, где убирают, а там, где не сорят.
Леся Анфиногенова
ИД «Медиа Медика», главный редактор изданий для провизоров и фармацевтов
1. Язык живет и активно развивается, изменяется параллельно с процессами, происходящими в обществе. Сейчас появилось очень много слов и выражений, заимствованных из других языков, – они пока не успели «устояться» в нашей речи.