Загадки Финикии
- -
- 100%
- +
Именно здесь и в других финикийских городах было удобнее всего перегружать на корабли товары, доставленные из глубинных районов Сирии и Месопотамии. Отсюда египетские корабли везли их дальше – на родину, в Малую Азию и, может быть, на острова Эгейского моря. Даже эти корабли назывались «библскими» – очевидно потому, что их главной целью был Библ. Это был особый вид кораблей, способных перевозить такие тяжелые грузы, как строительный лес.
В Египте морская торговля с Ливаном, очевидно, была царской монополией. Известия о плаваниях египтян к Левантийскому побережью относятся, прежде всего, к эпохе правления IV – VI династий. Торговля была оживленной: из Египта в Библ привозили папирус, каменные и керамические сосуды, благовония, ювелирные изделия. По обратному маршруту отправляли лес, смолу, оливковое масло, металлы, лазурит, кувшины и амфоры, а также, возможно, рабов. Египет ведь был очень беден природными ресурсами – не только древесиной, но и металлами. Потребность в них можно было удовлетворить лишь за счет торговли со своими соседями.
При раскопках Библа найдены предметы, свидетельствующие о присутствии здесь египтян в эпоху Раннего царства. Так, обнаружена каменная ваза с надписью, сделанной иероглифами. В ней упомянут фараон II династии Хасехемуи, правивший в ХХIХ веке до нашей эры. Встречаются алебастровые вазы, относящиеся к эпохе Древнего царства. Найден также египетский каменный жертвенник того времени. В долине реки Ибрахим обнаружен топор, который обронил какой-то египетский лесоруб, работавший здесь во времена фараона Хуфу (Хеопса).
Торговые контакты способствовали становлению раннеклассового общества: правители сирийских и ливанских городов накапливали в своих руках немалые богатства и могли приобретать самые роскошные и дорогие товары. При раскопках Библа найдено немало произведений искусства и бытовых предметов, напоминающих – по качеству исполнения и выбору тем – предметы египетской материальной культуры.
По словам некоторых историков, страна фараонов стала «кормилицей финикийской культуры». На протяжении тысячи с лишним лет египетский фараон оставался высшей инстанцией для всех ближневосточных городов, несмотря на сложные отношения, складывавшиеся порой между ними.
«Египтяне, – как писал П. Монте, – сражались с азиатами всюду, где бы ни встретились, – на Синае, в Палестине, в Кармеле и Верхней Ретену, – но было одно-единственное место, где их всегда хорошо встречали. Это – Библ». Властитель Библа гордился титулом египетского «князя» и своей египетской культурой. Однако колонией Египта в точном смысле этого слова Библ никогда не был.
Библ лежал в сфере интересов сразу двух великих цивилизаций своего времени. В ХХIV веке до нашей эры Саргон I, основатель Аккадской империи в Месопотамии, совершил ряд успешных походов, покорив почти всю Переднюю Азию. Он горделиво объявил себя «царем страны, которому Энлиль (шумерский верховный бог. – А.В.) не давал врага от Верхнего моря (Средиземное море) до Нижнего моря (Персидский залив)». В надписи на одной из статуй он именуе т себя царем «Верхней страны», то есть царем «Мари, Ярмути и Ибла, вплоть до Кедрового леса и Серебряных гор». Мари – это город в долине Среднего Евфрата, Серебряные горы – это Тавр, а Кедровый лес – Ливан. Государство Саргона вышло далеко за пределы Вавилонии и захватило на севере – Анатолию, а на западе – Сирию и Ливан.
С этого времени, как отмечает немецкий историк Карл-Хайнц Бернхардт, «почти каждый из царей Месопотамии, стремясь к славе, предпринимал поход к Верхнему морю». Конечно, подобные походы не могли повторяться ежегодно, но в этом и не было надобности: даже покинув Ливан, царь неизменно присутствовал здесь в образе стел, которые воздвигал в покоренных областях. Ведь, по тогдашним представлениям, «изображение человека и начертание его имени отождествлялись с самим человеком».
Обширное государство Саргона скреплялось лишь его властью и волей. С его смертью, сетовал его сын, «все страны, которые оставил мне отец мой, Саргон, восстали против меня, и ни одна не осталась мне верной». Впрочем, страна Кедрового леса, по мнению другого немецкого историка Хорста Кленгеля, отпала от державы Саргона сразу после того, как оттуда ушли аккадские войска. В любом случае поход Саргона Великого никак не сказался на торговле Ливана с Египтом. Беда пришла с другой стороны. Богатство Библа не давало покоя многим завистникам.
После 2300 года до нашей эры разразилась катастрофа. Именно в это время был разрушен или сожжен храм Баалат. Виновников беды нетрудно угадать. В 2300 – 2100 годах Палестину и Ливан завоевали ханаанеи – орды кочевников (западных семитов), пришедших с Синайского полуострова. Огнем и мечом они прошлись по захваченным землям. Библ пал, как тысячу лет спустя под ударами израильтян, возглавляемых Иисусом Навином, пал Иерихон.
На пепелищах сожженных городов появляется совершенно новая керамика, а также изображения людей с особыми украшениями – торквесами, шейными кольцами с несомкнутыми концами (в римскую эпоху такие украшения были популярны у кельтов). Очевидно, что эту местность завоевали и заселили представители другого этноса. Мы так и не знаем пока, что за народ населял землю Финикии в III тысячелетии, до ханаанейского завоевания (по предположению ряда историков, семиты стали селиться в Библе после 3000 года).
Захватили же Библ полукочевые племена, населявшие степи и полупустыни Сирии и Аравии и находившиеся тогда на стадии распада родового общества. Их вторжение, вызванное изменениями климата и начавшимися засухами, разительно изменило политическую карту Передней Азии и оказало немалое влияние на местные культурные традиции, хотя последние частично сохранились. С этого времени цари Библа носят западносемитские имена.
Справедливости ради отметим, что, по мнению некоторых историков, города Ливана были разрушены армией одной из крупных держав того времени, которая воспользовалась неразберихой, возникшей после переселения в страну ханаанейских племен. Так, Хорст Кленгель пишет: «Вероятнее всего, в этом следует подозревать царей III династии Ура, при которых Месопотамия после столетнего господства гутеев вновь пережила расцвет (около 2112 – 2004 гг. до н.э.)».
Известно, что еще при гутейских царях правитель города Ла-гаш в Южной Месопотамии Гудеа (2143 – 2124 гг. до н.э.), собираясь строить храм, направляет в Ливанские горы экспедицию за лесом, который было не сыскать в его стране. Много дней этот караван двигался вдоль Евфрата по старинному торговому пути и, в конце концов, доставил лес из далекой страны. Может быть, тем же путем цари Ура посылали в Сирию и Ливан свои войска, но мы не располагаем текстами, которые подтверждали бы эту догадку. Впрочем, в одном из посланий, написанных при царе Амарсине (2046 – 2038 гг. до н.э.), правитель Библа Ибдати именуется шумерским титулом «энси» – князь. Возможно, Ибдати стал вассалом царя Ура?
Для малых государств Передней Азии подобные отношения с крупной державой были весьма выгодны. С одной стороны, их правители сразу же оказывались под защитой могучего царя. С другой стороны, до царя было далеко, и он не вмешивался по каждому поводу во внутренние дела государства. Даже при известной потере суверенитета с таким положением можно было смириться.
Как бы то ни было, город выгорел, а торговля между ним и Египтом на какое-то время прекратилась. При раскопках в Ливане не обнаружено предметов египетского происхождения в период с 2270 по 1970 год до нашей эры – между правлением фараонов Пиопи II и Сенусерта. В египетских «Речях Ипувера» сказано об этом времени: «Не едут (больше) люди на север в Библ сегодня. Что нам делать для получения кедров нашим мумиям, (ведь) в саркофагах из них погребались «чистые» и бывали забальзамированы маслом их вельможи… Они не привозятся больше» (пер. Б.А. Тураева).
Катастрофу переживает и сам Египет. Распалось Древнее царство. Крепости на северо-востоке Дельты, защищавшие страну от азиатов, стояли в небрежении. Все чаще в Дельту проникали летом кочевые азиатские племена, пригоняя сюда для выпаса свои стада. Но что могут поведать ученым эти безмолвные кочевники? Безмолвные?
Очень любопытно открытие, сделанное М. Дюнаном в 1929 году. Он обнаружил фрагмент каменной стелы с неизвестными науке письменными знаками. Впоследствии было найдено еще несколько подобных надписей, выполненных на камне или бронзе: например, на бронзовых табличках, лопатках для умащений, обломках каменных табличек и основании статуэтки. Эти надписи были оставлены в самом конце III тысячелетия до нашей эры.
Это так называемое «протобиблское» (или «псевдоиероглифическое библское») письмо до сих пор не удалось удовлетворительным образом прочитать. Все попытки дешифровать его не принесли успеха. Французский ученый Э. Дорм и его немецкий коллега А. Йирку пытались расшифровать протобиблское письмо «интуитивным» методом, но, хотя отдельные их догадки заслужили одобрение коллег, предложенные варианты чтения в целом не поддаются строгой проверке и потому считаются неудачными. Выражалось даже сомнение в том, что это письмо является семитским (ханаанейским).
Известно только, что речь идет о силлабической (слоговой) письменности, содержавшей от 126 до 150 символов. Некоторые из этих знаков изображают животных, растения, дома, орудия, предметы культа и геометрические фигуры. Любопытно, что большинство этих символов не имеют прототипов ни в одной более древней письменности мира. В любом случае протобиблский шрифт является самым ранним образцом письма, обнаруженным в сиро-палестинском регионе.
Это письмо было гораздо проще аккадского или египетского письма. По замечанию Н.Я. Мерперта, подобный шрифт возник под воздействием египетской иероглифики, хотя силлабический его характер связан с аккадской клинописью. Его можно было выучить всего за несколько недель, тогда как египетские или аккадские писцы учились грамоте несколько лет. Недостатком этого письма было отсутствие знаков, разделявших слова. Это очень затрудняло чтение. Впоследствии некоторые знаки протобиблс-кого письма легли в основу финикийского алфавита. Кто знает, могут ли рассказать они о том, как на Финикию вновь легла тень Египта?
2.5. Лучший подарок – это сфинкс
В начале II тысячелетия до нашей эры в некоторых финикийских городах – в Беруте, Библе – появляются подарки и пожертвования египетских царей, например вазы из драгоценных камней. Очевидно, египтяне пытались вернуть утраченные прежде позиции и вновь утвердиться в важнейших торговых центрах Леванта.
Признание верховной власти Египта было в интересах правителей Библа, поэтому после недолгого номинального подчинения Шумеро-Аккадскому царству они опять стали союзниками Египта. Поставки леса возобновились после 1991 года до нашей эры – в начале правления ХII династии, при фараоне Аменем-хете I (2000 – 1970 гг. до н.э.).
Впрочем, интенсивная торговля между Библом и Египтом не привела к политической его зависимости от египетских фараонов в эпоху Среднего царства. Для египтян Библ не был колонией; они считали его частью своей страны – равноправной частью.
Вскоре ханаанейские правители Библа – Абишему, Япашему-Аби, Якин-лу, Янтин-Амму – стали именоваться в египетских текстах «слугами фараона», номархами. В знак уважения к своим «слугам» фараоны присылают им сосуды с умащениями. У Янтин-Амму имелась даже печать с египетской надписью. В ту пору правители Библа были одновременно и независимыми царьками, и видными египетскими сановниками. Они дорожили своим египетским титулом, соблюдали египетские праздники, одевались по-египетски, пользовались египетским письмом, писали свои имена иероглифами и даже по примеру фараонов вставляли их в картуш – овальную рамку.
Фараоны же, стремясь убедить азиатских царей в своем могуществе, неоднократно присылают им изображения сфинксов, символизирующих властителей Нила. Так, в Беруте нашли сфинкса Аменемхета IV (1797 – 1790 гг до н.э.), в сирийском Угарите – двух сфинксов Аменемхета III (1849 – 1801 гг. до н.э.). Встречаются также статуэтки фараонов, членов их семей и видных египетских сановников.
Разумеется, сфинксы не были платой за полученные из Финикии товары. Кто бы стал отдавать лес, скот или оливковое масло за бесценок – за истуканов из гранита? Обычно египтяне расплачивались золотом, серебром, льняными тканями, папирусом, продуктами, а также предметами роскоши.
В это же время из Финикии в Египет везут многочисленных рабов, где их используют в качестве пивоваров, ткачей и даже воспитателей детей в знатных семействах. Кем же были для египтян жители древнего Ливана? Рабами, торговыми партнерами, дикарями, мастерами на все руки, коварными союзниками врагов? И теми, и другими, и третьими…
Попробуем же побывать у дикарей, полюбуемся творениями рук человеческих и замрем в ожидании хека-хасут.
2.6. Синухет, беглец из Египта и Библа
В эпоху Среднего царства в Египте была написана замечательная повесть, иллюстрирующая отношения между Ближним Востоком и страной фараонов, – «Повесть о Синухете».
Ее главный герой – знатный вельможа, живший при дворе царя Аменемхета I. После смерти фараона и восшествия на престол Сенусерта I (1970 – 1935 гг. до н.э.) Синухет бежал, видимо, замешанный в заговоре, «ибо думал я: будет резня во Дворце и не уйти мне живым после нее» (пер. М.А. Коростовцева).
В туманной ночи он покинул царский дворец и направил «стопы свои к северу. Дошел я до Стены Правителя, возведенной, чтобы отразить кочевников и растоптать кочующих по пескам» – стены, возведенной Аменемхетом I на восточной границе Египта, на Синайском полуострове, для защиты от азиатских народов. «Скорчился я в кустах, опасаясь, что увидит меня со стены воин, стоявший на страже в тот день». Лишь под покровом ночи он перебрался через границу и скрылся в пустыне. Вскоре им вновь овладело отчаяние. «Жажда напала на меня, овладела мною жажда, задыхался я, горло мое пылало, и я подумал: «Это вкус смерти».
Однако ему вновь повезло. Он услышал мычание стад и увидел кочевников-бедуинов. «Узнал меня их вожак – он бывал в Египте. Дал он мне воды и вскипятил мне молока». Но недолго беглец задержался в этом племени. Близость Египта страшила его, и он продолжил свой путь на север. «Страна передавала меня стране!» Наконец, он достиг Библа, но не остановился и там, в городе, куда так часто приезжали египтяне, а поселился в его окрестности, среди полудиких кочевников, – в Кедеме. Дальше путь преграждали горы. «Провел я там полтора года. Принял меня к себе Амунен-ши – он правитель Верхней Ретену».
Здесь рассказ Синухета не вполне ясен. «Кедемом» семиты называли восток, а египтяне звали «Верхней Ретену» горы Ливана и Палестины. Поэтому, отправившись из Библа на восток, Синухет мог оказаться в долине Бекаа, окруженной гребнями Ливана и Ан-тиливана. Место, где он остановился, он назвал Иаа: «Это красная земля». По всей видимости, это была центральная часть долины Бекаа, покрытая плодородным красноземом. Земля эта казалась Синухету настоящим раем: «Там росли фиги и виноград, и вина было больше, чем воды, и мед в изобилии, и много оливкового масла; на деревьях всевозможные плоды; ячмень, и пшеница, и бесчисленные стада скота».
Амуненши назначил беглеца «правителем лучшего племени» в своей стране. «Доставляли мне хлеба и питье… ежедневно, и вареное мясо, и птицу жареную, и это – не считая дичи пустыни, которую ловили для меня и клали передо мною». Много лет Синухет провел «у правителя Ретену во главе войска его», женился на его старшей дочери, «возвеличился добром, разбогател стадами». Так жизнь Синухета стала напоминать жизнь библейских патриархов.
Главным занятием местных племен было разведение коз и овец. Их стада считались мерилом богатства; ради их похищения совершали набеги на соседние племена; скотом расплачивались также за различные услуги. Впрочем, многие члены племени занимались земледелием. Нередко недавние кочевники оседали на земле. Так возникали селения. Однако в дни засухи или войны здешние жители срывались с насиженного места и вновь принимались скитаться в поисках лучшей доли.
Шли годы. Тем временем в Египте забылась давняя смута, погнавшая Синухета на чужбину. Прослышав о судьбе беглого вельможи, фараон простил его. И вот счастливый финал истории: «Я коснулся челом земли между сфинксами. Царские дети ждали с приветствиями у ворот… Застал я его величество восседающим на Великом золотом троне под навесом. Распростерся я перед ним ниц и обеспамятел… И был я в милости у царя по день смерти».
…Читая эту историю, понимаешь, что Библ и впрямь был местом оживленного паломничества египтян, где и укрыться-то беглецу было негде. Сбежав из страны фараона, он попадал под власть «слуги фараона». Даже печать правителя Библа украшала надпись «чтимый (чиновник) египетского царя VI династии Пиопи II» (этот перевод предложил российский египтолог О.Д. Берлев).
Сама политическая доктрина Египта, отмечает российский историк А. Демидчик, «не предполагала существования… неподвластных Солнцу богов (Ра. – А.В.) и, стало быть, суверенных государств». Деление на плодородную Нильскую долину, собственно Египет, и «нагорье» было основополагающим, «но чужеземные страны также были сотворены Солнцем и находились под его властью».
Проведя долгие годы на чужбине, Синухет убедился в том, что страх перед Солнцем объял «все нагорья». Даже самые необходимые для жизни чужеземцев блага – солнечный свет, вода и воздух – оказываются доступными лишь благодаря Ра. «Солнечный диск восходит по желанию твоему. Воду речную – пьют ее по воле твоей. Ветер вышний – вдыхают его, когда ты прикажешь». С глубокой древности, считали египтяне, «нагорье было непригодно для жизни, и только ради египетского царя боги приоткрывали там богатства земных недр, давали необходимую полям и садам воду».
А потому, прибыв «инкогнито» в благословенную страну Иаа и став править ей, Синухет считал себя «только номархом» фараона Сенусерта I – временным управляющим областью, подвластной фараону.
Область, «данная ему», заслуживает пристального внимания. В некотором отдалении от Библа простиралась плодородная страна, где имелись идеальные условия для земледелия. Для египтян эта азиатская страна была, наверное, чем-то вроде Дикого Запада для американцев ХIХ века. Там человека могли подстерегать самые удивительные приключения; там было дико и опасно, но можно было сказочно разбогатеть и вернуться на родину с почетом, как возвратился Синухет.
Повесть о нем оказалась настоящим бестселлером. Нам известен целый ряд копий ее. Возможно, что она повлияла даже на Библию. Во всяком случае, в «Пятикнижии Моисея» страна Ханаан описывается в тех же выражениях, что и счастливая страна Иаа, где поселился Синухет: в земле хананеев «течет молоко и мед» (Исх. 3, 8). Подобно Синухету, и Моисей бежит в эту страну из Египта, но бежит не один, а уводя за собой всех соплеменников.
Читателю, правда, может показаться, что эта повесть уводит его, скорее, в область вымышленного, сказочного. Мнения же историков, скорее, противоположны читательским. Так, известный российский египтолог Ю.Я. Перепелкин писал об этом «художественно обработанном жизнеописании», что «нет оснований сомневаться в подлинности происшествия». Его слова перекликаются с суждением одного из основателей российской египтологии Бориса Александровича Тураева (1868 – 1920): «Приключения Синухета вполне реальны и укладываются в рамки истории и действительности». Однако их немецкий коллега Вольфганг Хельк полагал, что «Повесть о Синухете», скорее, передает египетские представления об Азии, чем является подлинным историческим документом.
2.7. Город мастеров
В начале II тысячелетия до нашей эры Библ становится центром изготовления металлопластики. Во время раскопок в Библе было найдено более 1700 бронзовых, серебряных и золотых фигурок, изготовленных путем литья или штамповки. Большинство найденных статуэток хранились в виде кладов в каких-либо сосудах и были обнаружены на территории святилищ.
Археологи нашли в Библе около сорока различных кладов. Они относятся к периоду Среднего царства в Египте. Возможно, они были спрятаны перед угрозой вторжения врагов. Если эта догадка верна, то судьба хозяев этих кладов была трагичной, раз они не сумели впоследствии их забрать. Известно, например, что после 1700 года до нашей эры в Библе появляется новый царь, чье необычное имя выдает его ликийское происхождение (Ликия – горная местность на юго-востоке Малой Азии).
Качество и художественные достоинства статуэток заметно разнятся. Чаще всего рельефно переданы лишь некоторые части тела или детали одежды. Зато черты лица и прически людей выполнены очень тщательно; в их глазницы помещены цветные вставки. Многие из них практически не обрабатывались после отливки. Очевидно, в то время больше ценился материал, из которого они были изготовлены, нежели качество отделки. Многие бронзовые фигурки покрыты золотой фольгой, что повышало их ценность, но скрывало детали отделки.
По-видимому, все эти металлические фигурки изображают богов. Часто боги, – вероятно, Баал или Решеф, – были представлены в виде воинов, обнаженных или одетых в короткий фартук. Лучшими образцами пластики были воины, сжимавшие в поднятой руке оружие. Женщины – Астарта или Анат – изображались обычно обнаженными.
Многие статуэтки были дарами, принесенными в храм в надежде получить у божества защиту или вымолить у него потомство. Их ставили также на алтарях, обустроенных в жилых кварталах города, как свидетельствуют находки, сделанные в Библе. Вероятно, более изящные статуэтки принесены в дар чиновниками или общинами, а примитивно отделанные фигурки – простолюдинами.
В Библе встречались и клады другого рода, содержавшие оружие, керамику, изделия из терракоты, ожерелья и браслеты, иглы, металлические сосуды. По ним можно судить о том, какое оружие и бытовую утварь изготавливали местные ремесленники в первой половине II тысячелетия до нашей эры. Так, золотые топоры с узорной рукояткой или золотые мечи, вложенные в искусно гравированные ножны, свидетельствуют о том, что библские мастера великолепно владели техникой грануляции, гравировки и пайки.
Исследователи отмечают удивительное мастерство библских ювелиров. Их изделия высоко ценились египтянами и критянами. Финикийские мастера искусно украшали поверхности изделий золотой зернью – в этом их превзошли только этруски и греки. Возможно, сами финикийцы и изобрели эту технику, сочетая ее с чеканкой. От многих их ювелирных изделий исходит впечатление воздушности.
Любопытны бусы финикийцев. Они нанизывали на одну нить самые разные украшения – шарики, цилиндры, диски, – изготавливая их из различных материалов – золота, агата, янтаря, стекла.
Финикийские кувшины имели, как правило, грушевидную форму и длинное горло в виде усеченного конуса. Место, к которому крепилась ручка, скрывала характерная пальметта. Нередко кувшины украшались орнаментом, например, узором из цветов и бутонов лотоса. Применяли финикийские гончары и различные геометрические орнаменты, например, часто расписывали сосуды по всей поверхности параллельными линиями и полосами. Широкие были расцвечены более светлыми тонами, например красноватыми, а узкие – более темными, например коричневыми. В росписи применялись почти все цвета, кроме голубого и зеленого. Подобный орнамент можно было встретить в любой стране, где жили финикийцы, в том числе в Западном Средиземноморье – в Испании и Карфагене. Использовались и более сложные орнаменты.
В первой половине II тысячелетия до нашей эры в Библе развернулось оживленное строительство. В городе возводится много новых зданий. Нередко их попросту пристраивают к старым, и потому улицы города вновь превращаются в настоящие лабиринты, в которых легко заплутает чужеземец. Дома горожан – просторные, но однокомнатные. Дома богачей сложены из тщательно обтесанных камней.
В это же время древнейшие храмы Библа были отремонтированы или расширены. Так, «Храм обелисков» украсило немало великолепных изделий из металла. Среди находок, сделанных здесь археологами, – кинжал, на ножнах и рукоятке которого изображены охотничьи сцены; золотой топор; золотая ваза, украшенная драгоценными камнями; множество бронзовых статуэток высотой от 10 до 40 сантиметров, некоторые из которых покрыты золотом; такие же статуэтки из серебра и свинца.
Это святилище напоминало по своей форме усеченную пирамиду. Археологи обнаружили небольшие пирамиды и маленькие макеты обелисков в домах жителей Библа. Возможно, это были изображения упомянутого выше святилища и его обелисков. Быть может, горожане поклонялись этим предметам у себя дома, как в Средние века в Европе – иконам.