Хроники раздора

– Вскройте его уже! – нервно почесав руки, буркнул Снекер.

– Сча, где-то у меня тут свитки сильного рассеивания магии были, – принялся копаться в своих ящиках Лензор. – А, вот они!

– Наверняка там есть что-то со звуком, – заметил Горчер.

– А-а-а, да, бывает такая лажа. Стандартный комплект, мать его. Ничего, тут никто не услышит.

Над ящиком Лензор провозился минут десять, медленно и аккуратно, одно за другим снимая с него защитные заклинания. Фалайз насчитал, если судить по различным эффектам: вспышкам, звуковым сигналам, всполохам молний, небольших взрывов, не менее десяти таких.

– Если так подумать, мы несли в руках фактически бомбу, – тихо буркнул он своим сопартийцам.

– Что там так старались спрятать? – спросила любопытная Фиона.

– Вот что! – наконец открывая ящик, чьё внутреннее пространство занимал всего лишь один свиток, лежащий на бархатной подушечке, воскликнул Горчер. – Рецепт!

– Рецепт? – непонимающе уточнил Фалайз. – Какого-то блюда или артефакта?

– Нет, железной руды, – ухмыльнулся, с интересом наблюдая за его реакцией, торговец.

– И ради него столько возни? – продолжал не понимать происходящее новичок. – За эту бумажку о том, как плавить руду?

– Конечно! – спокойно ответил Снекер и даже соизволил объяснить. – Это ж очень редкая вещь. Миллионы стоит, а в наших краях может и больше. Если у тебя есть такой, то руду обрабатывать дешевле, быстрее и итоговый выход больше. За такую «бумажку» и войну не грех устроить.

– Кто-то хотел привезти такой в Амбваланг? – догадалась Фиона.

– Не кто-то, а эти гады из гильдии Рудокопов, – ответил Лензор. – Барыши бы гребли ещё больше, чем сейчас.

– Но теперь-то эта штука в надёжных руках пролетариата? – постарался угадать Тукан.

– Неа, – ухмыльнулся Горчер и вдруг поджёг свиток с помощью ближайшей лампы.

На глазах новичков миллионы золотых обратились в пепел.

– Но… – растерянно начала Фиона.

– Что? – ухмыльнулся Лензор. – Думаешь, нам кто-то даст им воспользоваться? Да закопают мгновенно, вместе с сараем и вами за компанию.

– А так все при своих, – поддакнул Снекер.

– Кроме главы гильдии Рудокопов. По моей информации он отвалил сто тридцать миллионов за рецепт и ещё пять за караван, – ухмыльнулся Горчер.

– А увести караван в болота, чтобы он там сгинул, не стоило вообще ничего! – гоготнул Лензор.

Торговцы дружно заржали, очень довольные собой.

– Так это вы всё подстроили! – догадалась Фиона. – И караван, и нас нашли…

– Ну да, – отсмеявшись, пожал плечами Горчер. – Не без помощи специалистов широкого профиля.

– Вот куда пропала Кара, – хмыкнул Фалайз.

– Не забивай себе этим голову, – посоветовал Лензор. – Вообще лучше забудьте, что вы там были. За снарягой завтра зайдите – всё будет в лучшем виде.

– А можно мне эту коробку? – вдруг, к удивлению всех присутствующих, попросил Тукан с хитрым видом.

– Зачем это? – насторожился Горчер.

– Я отнесу её в гильдию… Рудокопов, да?

– Ты бессмертный, что ли? – насторожился Снекер. – Если поймут, что это ты сделал, то…

– Сделал что? – ухмыльнулся крестоносец. – Нуб нашёл на болотах во время квеста пустой ящик, который с самым невинным видом отнёс в гильдию и продал за пару тысяч золотых?

– А как ты понял, что она принадлежит гильдии? – поинтересовался, считая, что разрушил его план, Фалайз.

– Вот как, – палец Тукана уткнулся в крышку ящика, где красовался знак кирки на фоне литеры «А». – Знак гильдии, полагаю.

– Ага, верно сечёшь и гладко стелешь, – похвалил его Лензор.

Торговцы замолчали и переглянулись, а Тукан продолжал фонтанировать идеями:

– Вам же лучше, пускай они думают, что ящик вскрыли ещё на болотах. Там, кроме нас была эта Мисато и семь каких-то гопников – пускай их и ищут.

Это вызвало ещё одну волну задумчивых переглядываний и хмыканья. Наконец Горчер заключил:

– Если ты это заснимешь, я тебе ещё тысячу подгоню от себя лично.

***

На этот раз новички несли ящик ничуть не скрываясь. Даже более того, нёсший его Тукан делал это с таким пренебрежением, что даже самый проницательный наблюдатель не смог бы сказать, что он знает, какие богатства скрывались внутри.

Для того, чтобы у них появилось какое-никакое алиби, троица, покинув сарай, направились не прямиком в гильдию Рудокопов, которая располагалась буквально за углом, а сначала сделали крюк по подворотням, снова вернувшись к северным воротам. Оттуда они направились на главную площадь, где показательно спросили у уличного торговца, вокруг которого было больше всего народа, что это за знак на коробке, и лишь узнав это, направились в гильдию.

Первоначально переговоры должен был вести Тукан, по праву придумавшего эту затею, но Фиона, отобрав у него ящик, раздражённо заметила:

– Ты двух слов связать не можешь!

– Чё? Конечно, эм… могу!

Жрица скептически на него посмотрела.

– Я это придумал!

– Вот и молодец – держи свой триумф в уме, – утешила его она.

Здание гильдии Рудокопов выделялось среди остальных городских построек куда менее значительно, нежели амбвалангское здание Приключенцев. При этом главное, чем оно отличалось, было обилие безвкусных украшений на фасаде, сделанных из различных драгоценных металлов. Может, будь этих статуэток, горгулий, знаков, кирок и флажков чуть меньше, ещё можно было подумать, что здесь сидят рудокопы, но так скорее в голову приходили мысли о том, что перед тобой какое-то дешёвое казино.

Внутри было ничуть не лучше. В каком-то смысле сарай Лензора, при полном отсутствии внутреннего убранства как такового, был обставлен с большим вкусом, нежели это помещение. Всё, буквально каждый элемент обстановки в гильдии Рудокопов, словно кричал: «Смотрите, сколько у нас денег, и на какую ерунду мы их тратим». Как вся эта позолоченная безвкусица может быть связана с тяжким трудом по добыче и обработке руд Фалайз не знал и по первому впечатлению уже не хотел знать. Он для себя, со свойственной многим молодым людям поспешной категоричностью, твёрдо решил, что вне зависимости от исхода их визита сюда больше никогда зайдёт.

Народу в гильдии было не очень много, а те, что были, производили впечатление очень нервных, крайне взволнованных личностей. Легко можно было догадаться почему. Поэтому, когда появились новички, их сначала пренебрежительно осмотрели, было дело даже решили больше не уделять внимания, но затем заметили в руках жрицы ящик. Прокатилась волна перешёптываний и повисла какая-то тягучая, очень нервная тишина.

Стараясь держаться как можно спокойнее, Фиона направилась к стойке распорядителя, благо за ней находился живой человек, а не бот. Дворф, бородатый настолько, что было непонятно: это у него такая роскошная борода или у бороды есть свой дворф. Ник у него был предельно банальный – «Араморн2021».

– Здрасьте, – наиграно начала жрица. – Это ваша коробка?

– Эм, дайте взглянуть поближе, – делая вид, что не может разглядеть, попросил, явно нервничая, распорядитель.

Изображая дурочку, Фиона развернула ящик так, чтобы отчётливо была заметна эмблема гильдии, но из рук его не выпустила.

– Думаю, н-наша, – стараясь держать себя в руках, ответил Араморн2021, – где вы её нашли?

– На болотах, возле кладбища, там такой интересный квест с этим призраком – обязательно выполните. Я плакала.

Жрица показательно всхлипнула.

– Обязательно. Да, думаю… в смысле, знаю – это принадлежит гильдии, мы заберём это…

– Тысяча золотых, – закончив всхлипывать, спокойно внятно и очень отчётливо произнесла Фиона.

– Чего?! – возмутился дворф. – Да её красная цена – сотня! Но дам я только пятьдесят!

– Ладно, – пожала плечами жрица и развернулась на месте. – Тогда пойду переплавлю её. Вон сколько на ней всяких украшений…

Не успела она и трёх шагов ступить по направлению к выходу, как распорядитель вскрикнул:

– Ладно-ладно! Заберу за тысячу, но потому что у тебя красивые глаза.

– У меня их два, – очень нахально сообщила жрица, подмигнув обоими по очереди.

– В смысле? – что-то подозревая, насупился Араморн2021.

– Две тысячи, – у дворфа отвалилась челюсть, а Фиона спокойно пояснила, – ведь этот ящик вам явно нужен.

– Да ты ох-хрустанела совсем?! – вскрикнул распорядитель.

– Спокойнее, Араморн, спокойнее, – вмешался в происходящее статный эльф, видимо, один из предводителей гильдии с ником Цумиро. – Малышка имеет право торговаться – она нашла нужную нам вещь.

Он повернулся к Фионе и расплылся в ядовитой улыбке.

– Ты получишь свои две тысячи, нет, больше повышать не надо. Но сначала расскажи, при каких обстоятельствах вы втроём её нашли и где.

– Недалеко от кладбища, – повторила жрица, – там сражалась какая-то девушка, как из старого аниме, и человек восемь, а рядом в трясине стояла телега, возле неё мы и нашли эту коробку, прямо в болоте. Ну мы её и… позаимствовали.

– Ловко, – усмехнулся эльф. – Араморн, выдайте девушке две тысячи.

Дворф с самым угрюмым видом принялся выставлять на стол специальные бумажные цилиндры – в такой влезало ровно пятьдесят типовых монет в один золотой. Когда их на столе стало сорок, он сгрёб их в мешок, украшенный вышитой золотыми нитями эмблемой гильдии, завязал его и вручил Фионе.

Демонстративно взвесив его в руке, она усмехнулась и отдала ящик эльфу, направившись на выход. Увы, надежда на то, что они вскроют коробку уже после ухода новичков, не сбылась – раздался полный возмущения и боли крик Цумиро:

– Она… ПУСТАЯ! ЭЙ ТЫ!

– А? – непонимающе обернулась жрица.

– Где содержимое? Только не говори, что продашь его отдельно! – наседал на неё глава гильдии.

Фалайз обеспокоенно обернулся. Просто так им уйти бы уже не дали – вход надёжно перекрыли несколько игроков с оружием наготове. Обстановка накалилась до предела.

– Какое содержимое? Мы нашли её пустой! – обиженно ответила Фиона. – Мне вывернуть карманы?

– Да! И остальные тоже! Араморн, проверь, есть ли у этих троих ячейки в банке, мало ли, перед нами умные мошенники.

К огорчению Цумиро среди той мелочёвки, что завалялась в карманах троицы, никакого рецепта не оказалось, а многочисленные зубы, серьги, и прочие клоки шерсти его нисколько не заинтересовали. Не обрадовал его и дворф, едко сообщивший:

– Ответили, ни у кого нет ни ячейки, ни даже счёта. Нубы и нищеброды.

– Проваливайте, – буркнул глава гильдии, – вот же кому-то повезло.

Уже в самых дверях Фалайз услышал, как эльф, потеряв остатки самообладания, принялся раздавать указания:

– Найдите мне ту девочку из аниме, о которой они говорили, и ту группу, восемь, кажется игроков – за каждого по пять… нет, десять тысяч! Рецепт должен быть у них, найдите их и его!

Новичок было расплылся в улыбке, радуясь случившемуся, но затем вспомнил, что теперь у них во врагах числится не один Грыз, но ещё и Мисато, которой наверняка хватит ума сопоставить одно с другим и понять, «благодаря» кому за ней объявлена охота.

– Чего поник? – хлопнул его по спине очень довольный тем, как всё прошло, крестоносец.

– Да вот понял, что мы ни за что ни про что кинули человека…

– Экий ты совестливый, – заметила жрица не без скепсиса. – Не боись, отобьётся Мисато.

– То, что она отобьётся – я не боюсь, а вот сумеем ли мы отбиться от неё…

– Смотри на мир позитивнее, – не разделил его скепсиса Тукан. – У нас появились деньги, снаряга – жизнь налаживается. К тому же мы кинули буржуев, тоже праздник.

– Завтра купим по рюкзаку каждому, – в предвкушении сообщила Фиона. – И посох мне в кои-то веки!

– Двуручку нормальную, – поддержал её крестоносец, и ещё раз хлопнул Фалайза по спине, – а тебе что-нибудь на удачу!

Новичок натянуто улыбнулся. Предчувствие беды притупилось, но совсем не исчезло.

***

По каменным коридорам ставки Фрайка чинно вышагивали четверо. Одеты они были по-разному, кто в доспехи, кто в парадные мантии, но спину каждого украшал роскошный, длинный, до пола, плащ. Цвет у всех был разный.

Носитель красного плаща, с ником Анойв, был дворфом, закованным в такое количество металла, что больше напоминал движущуюся статую. Лицо его разделил на две неравные части уродливый шрам, шедший от левого глаза и до скрытого за бородой подбородка. В руках он решительно сжимал массивный топор, словно готовился кого-нибудь разрубить прямо здесь и сейчас.

Синий плащ принадлежал тощему, очень бледному эльфу. Его звали довольно нелепо – Мачу. На нём не было доспехов, только безликая, серая, немного грязная внизу роба. При ходьбе он опирался на посох, украшенный навершием в виде головы свиньи.

Игрок в зелёном плаще, в отличие от своих коллег, был весел и беззаботен. Никнейм был под стать – Жоль. Губы его красивого лица непрерывно двигались, словно он напевал какую-то мелодию. Сам Жоль не столько шёл, сколько отплясывал. Разумеется, ни доспехов, ни оружия при нём не было.

Шедший последним Льобегип, чей плащ был белым, как и его длинная борода, выглядел задумчивым и отрешённым, оставаясь даже в эти мгновения полностью погруженным в свои мысли. Его мантия, бесцветная на первый взгляд, оказываясь под лучами солнца, проникавшими сквозь витражи замка, переливалась всеми цветами радуги. В отличие от остальных, был у него спутник: за ним, торопливо передвигая кривоватыми ножками, семенил уродливый гремлин, с трудом нёсший огромную книгу заклинаний.

Секретарь ожидал их возле дверей, ведущих в святая святых – апартаменты Фрайка. Он стоял с самым невозмутимым видом, даже несмотря на то, что гости относились к нему с очевидным и нескрываемым пренебрежением.

– Открывай нам двери, лакей, – буркнул Анойв, поигрывая своим топором.

– Магистр Фрайк будет рад принять вас, досточтимые Всадники, – невозмутимо сообщил Секретарь и, открыв двери, зашёл внутрь.

Глава Ордена сидел за своим столом, внимательно изучая присланные ему скриншоты гигантской металлической двери, находившейся под Альмагеей. От своего занятия он соизволил отвлечься лишь тогда, когда его гости заняли специально подготовленные для этой встречи кресла, а его Секретарь встал позади него.

– Никаких сомнений – это то, что мы так долго искали, – без всяких предисловий начал Фрайк.

– Двери уже вскрыли? – нетерпеливо поинтересовался Анойв.

– Нет, – покачал головой глава Ордена. – Это не так просто сделать. Их защищают не засовы и даже не магия. Это неигровая вещь, и следует действовать аккуратно, если мы хотим не только открыть её, но и воспользоваться содержимым.

– Если разработчики нас заметят – скандала не избежать, – осторожно сказал Жоль, поигрывая своим плащом.

– Уже неделю там находится наш отряд, и кроме местных обитателей – никого, – успокоил его Фрайк. – Впрочем, мы все равно предприняли некоторые меры для сохранения тайны нашей активности.

Он махнул рукой, и Секретарь представил собравшимся скриншот замка Альмагея.

– Вскоре этот замок станет принадлежать Ордену, – провозгласил Фрайк. – Это и будет прикрытием нашей возросшей активности в регионе. Оттуда же мы и начнём, поэтому замок следует привести в порядок и собрать там как можно больше припасов. Они пригодятся для нашей новой армии.

– Союзу Запада вряд ли понравится наше присутствие вне комтурств, – высказал опасение Жоль.

– Значит мы избавимся и от этого «Союза», – спокойно и тихо ответил Льобегип. – Не в первый и не в последний раз.

– В этом нет нужды. Они обрадуются нашей помощи, – уверенно заявил Фрайк. – Работа над этим уже ведётся, не так ли? – он выразительно посмотрел на Мачу.

– Так точно, магистр, – коротко ответил владелец синего плаща.

– Ещё одно важное дело – следует отправиться на восток. В Старую столицу, и приготовить там всё.

Собравшиеся очень удивились этому. Все, кроме абсолютно спокойного Секретаря и Льобегипа, который, казалось, был готов к такой новости.

– Я отправлюсь сегодня же, – сообщил он. – Работы предстоит много.

– Разворошите этот муравейник, пускай думают, что угроза вновь идёт с востока, – напутствовал его Фрайк. – Остальных же я призываю к терпению, – он выразительно посмотрел на Анойва, – и усердию. Наша победа близка как никогда.

– Будет неплохо организовать ваше выступление, магистр, для рядовых членов Ордена, – немного подумав, сказал Жоль. – Я подготовлю вам текст, что-нибудь нейтрально-патриотическое, думаю, подойдёт.

– Хорошая идея, – согласился глава Ордена. – Организуем где-нибудь на следующей неделе, желательно после того, как замок будет освобождён.

Он встал из-за стола. Вместе с ним на ноги поднялись и гости.

– На этом всё. Ступайте и будьте готовы. Скоро мы повернём ход истории вспять!

Последние слова были сказаны так громко и решительно, что эхом разнеслись по замку. Вскоре им было суждено разнестись и по всему миру.