- -
- 100%
- +
– Да, это я родная, – радостно ответил ей Калашников и широко улыбнулся.
– А что случилось? Почему ты здесь?
– Случилось! Я просто по тебе соскучился! Прости, что так рано пришел, надеюсь, что не разбудил? – Начал он говорить, хотя прекрасно знал, что Анна любит вставать рано, его наручные часы показывали, что уже была половина десятого утра.
– Весьма неожиданно конечно, – растерявшись ответила тому Анна, она пока не понимала, как вести себя в данной ситуации и ждала дальнейших ответных действий от молодого человека. И они не заставили себя долго ждать.
– Так я могу войти? Пустишь меня? – спросил ее Владимир.
Постояв в нерешительности пару секунд, Анна все-таки приняла решение и снова подошла к двери. Она прикрыла дверь, чтобы снять цепочку и через несколько мгновений распахнула ее. На пороге стоял высокий и подтянутый красавчик, одетый в светлые брюки бежевого оттенка и такую же светлую куртку. В одной руке он держал букет ромашек, а в другой – коробку с любимым тортом Анны под названием Наполеон. Широко улыбаясь, он без приглашения шагнул внутрь и поставив торт на тумбочку, повернулся к двери и сам закрыл ее на все замки.
Девушка все еще сомневаясь в правильности своего решения, отошла на два шага назад, и продолжила наблюдать за действиями молодого человека. Тот снова развернулся к ней, подошел и протянул букет цветов.
– Этот скромный букет я хочу подарить тебе, моя любимая.
Анна приняла подарок, вдохнула аромат своих любимых цветов и тепло улыбнулась ему.
– Благодарю тебя, Володя. Мне очень приятно. Раздевайся и проходи. Скоро будем пить чай, – произнесла она и повернувшись направилась в гостиную. Ответного поцелуя он не дождался, но не особо и удивился этому, прекрасно зная характер Анны Брум.
– Я, пока, поставлю торт в холодильник, – произнес Калашников и взяв торт в руки, надел домашние тапочки и по-хозяйски прошел на кухню. Анна вернулась к нему через минуту. В руках у нее уже была ваза с цветами. Она прошла мимо него по направлению к раковине и наполнила вазу водой из графина, стоящего на столе.
– Я пойду поставлю цветы на свое окно, – сказала девушка своему молодому человеку и снова тепло улыбнулась ему. Калашников ничего не ответил ей, а просто медленно проследовал за Анной, наслаждаясь ее великолепной фигурой.
После пережитого несколько лет назад стресса прошло достаточно времени, поэтому девушка успокоилась и снова стала хорошо питаться. На ее щечках снова появился здоровый румянец, а утратившие было форму округлости снова пришли в нужную форму. Она и во время учебы была весьма эффектной девушкой, а спустя пять лет и вовсе превратилась в настоящую фурию, правда по-прежнему не пользовалась этим преимуществом в полной мере.
По этому поводу Владимир даже тихо радовался и не завидовал участи тех кавалеров, что мечтали о ней. Он знал, что Анна будет ему верна и что ей даже в голову не придет посмотреть на чужого мужчину, не то, чтобы флиртовать с ним. В этом плане тыл был прикрыт надежно.
Владимир прекрасно знал, что сегодня дома никого кроме них нет, поэтому он мог действовать свободно и раскованно, не торопясь. Помня о том, что его девушка особенная, он не форсировал события, хотя сдерживался из последних сил, чтобы не наброситься на свою будущую невесту. Девушка не ждала гостей, поэтому открыла тому дверь, будучи одетой лишь в домашний халат, который накинула на себя сразу после душа. Любая другая на её месте после встречи с неожиданным гостем, ушла бы к себе в комнату, чтобы переодеться. Но не Анна. Она даже не подумала о том, как провокационно сейчас выглядит. Поэтому увидев её впервые в подобном образе, Владимир едва не лишился дара речи. Роскошная грудь девушки была отчетливо видна даже из небольшого выреза ее халата, который плотно облегал ее весьма соблазнительные формы.
При всем, при этом, Анна воспринимала свою красоту как должное, не позировала и не кокетничала, а вела себя вполне обычно, даже не подозревая какой сейчас разгорится вулкан страстей в душе молодого человека, заставшего ее врасплох.
Владимир Калашников прекрасно знал, что в свои 25 лет Анна Брум, дочь очень известного и уважаемого в Петербурге архитектора, по-прежнему невинна и чиста, поэтому этот груз ответственности постоянно давил на него.
«Действовать нужно крайне аккуратно и ненавязчиво, чтобы не дай Бог не спугнуть ее», – постоянно напоминал себе Калашников, продолжая пожирать взглядом фигуру Анны.
На кону стояла не только репутация Калашникова, но и его честь. Если он облажается и не сможет закрепить свои отношения с Анной интимной близостью, его будущее в компании ее отца станет весьма туманным. Да и собственное самолюбие будет ущемлено.
Поэтому, выдохнув и собравшись с мыслями, Владимир Калашников спокойно продолжил реализовывать свой коварный план. Он проводил Анну в ее комнату, продолжая наслаждаться ее стройными ножками и оценив обстановку на месте, принял историческое для себя решение.
– Ты не против, если я продолжу писать свою картину? А потом мы пойдем пить чай, – спросила его Анна, после того как поставила вазу с цветами на подоконник.
– Нет конечно, родная моя. Твори. Как я могу быть против творчества. А я буду любоваться тобой и твоим творчеством. Если ты конечно не против, – чуть тише добавил он, проверяя ее реакцию. Девушка или не уловила тонкий намек или просто не расслышала последнюю фразу коварного молодого человека, поэтому просто улыбнусь ему и присела на свой стул, стоящий напротив мольберта с холстом.
Комнату сегодня буквально заливало солнечным светом, погода за окном была просто великолепной, поэтому Владимир после секса с Анной рассчитывал, что вытащит девушку из дома на прогулку по весеннему Петербургу.
Виду из окна ее комнаты могли бы позавидовать не только истинные творцы, но простые туристы и городские обыватели. Слева виднелась грозная Петропавловская крепость, справа величественный Биржевой мост и Стрелка Васильевского острова со зданием бывшей торговой Биржи и Ростральными колоннами, а прямо по центру на той стороне Невы был виден Зимний дворец, где и поныне находится государственный музей Эрмитаж. Ну и естественно нельзя было не заметить в дальнем правом углу золотой купол Исаакиевского собора – одной из самых знаменитых достопримечательностей Санкт-Петербурга, который в этот солнечный и погожий день сверкал на голубом небосклоне как никогда ярко.
Владимир, быстро оценив обстановку, вышел из комнаты и вскоре вернулся со стулом, взятым из гостиной и поставил его за спиной у девушки.
– Так ты не против, если понаблюдаю за тобой? – Переспросил он девушку, гадая, какой же она даст ответ. Та, немного поколебавшись, все же согласилась и кивнула ему.
«Умница какая, хорошая девочка, ты определенно делаешь успехи», – мысленно похвалил ее коварный обольститель и сел на свой стул позади Анны. Та на секунду напряглась, когда он положил свои крепкие руки на ее хрупкие плечи. Но Владимир, почувствовав это, тут же убрал их и спросил ее все ли в порядке. Она снова не сразу ответила, по ее мимике стало понятно, что она отчаянно борется со своими страхами. Не сдается, но пока и не побеждает их.
Через несколько секунд паузы, девушка глубоко вздохнула, затем выдохнула уже гораздо спокойнее, чем ранее. Она обернулась к своему парню и улыбнувшись, произнесла: «Все в порядке, Володя».
Тот воспринял этот ответ как положительный знак и снова аккуратно положил свои руки на ее плечи. На этот раз, девушка отреагировала на этот жест гораздо спокойнее и взяв кисть в правую руку, поднесла к палитре и продолжила водить ей по холсту. Ей было очень непривычно творить «под наблюдением», но она старалась изо всех сил ничем не выдать свое волнение, чтобы не обидеть своего молодого человека.
Обычно творила девушка в футболке и домашних брюках, но столь неожиданный визит Владимир сбил Анну с толку и она совсем позабыла, что планировала переодеться после завтрака. И как оказалось в дальнейшем, это обстоятельство только сыграло на руку Калашникову, который с каждой минутой распалял свое воображение все больше и больше, хотя в реальности еще ничего даже не началось.
Владимир по-прежнему не форсировал события, всего лишь делая Анне легкий и ненавязчивый массаж шейно-воротниковой зоны и постоянно прислушиваясь к ее реакции. Через несколько минут девушка полностью расслабилась и даже на миг прикрыла глаза от удовольствия, оторвав кисть от холста. Калашников мысленно похвалил себя, добавив себе еще парочку вистов.
Молодой человек чуть-чуть спустил ее халатик с плеч и продолжил свой коварный расслабляющий массаж, опустившись чуть ниже и захватывая как плечи, так и грудную клетку, и ключицы девушки. При этом он продолжал контролировать ситуацию, готовый в любой момент остановиться. Но девушка пока что увлеченная творчеством, никак не проявляла своего неудовольствия от этих жестов.
– Ты весьма талантливая художница, я горжусь тобой, – прошептал он ей нежно в ушко и чуть-чуть прикусил его. Та на миг отпрянула, но потом снова облокотилась на спинку своего стула, полностью подчинившись своему искусителю.
«Как же я тебя хочу, ты даже не представляешь» – подумал Владимир и продолжил свою долгую сладострастную пытку девушки. К этому моменту Анна уже отложила в сторону свою кисть, закрыла глаза и завернув руки за голову, принялась сама массировать волосы на голове Владимира. Ее халатик уже довольно сильно распахнулся и молодой человек смог воочию увидеть целиком ту самую грудь, о которой так долго мечтал. Оказалось, что под халатом Анна была полностью обнаженной. И это обстоятельство сыграло роковую роль в ее дальнейшей судьбе. Ведь если бы на девушке был бы надет бюстгальтер, не факт, что Владимиру удалось бы его легко и беспрепятственно снять с неё. А так дорога к «раю» была полностью открыта…
Молодой человек, продолжая сидеть на стуле, пальцами правой руки легонько дотронулся до правой груди девушки, ожидая, что она сейчас подскочит и даст ему ответную пощечину. Но этого не произошло. По телу Анны пробежала легкая дрожь, она глубоко вздохнула, медленно выдохнула и сама своей правой рукой взяла руку Владимира и прижала ее к своей груди. И это была уже настоящая победа.
Понимая, что он на верном пути, молодой человек теперь уже обеими руками принялся массировать вожделенные холмики. Анна опустила свои руки и периодически прикасалась к рукам Владимира, как бы направляя его движения. Ее халатик тем временем уже практически полностью развязался и обнажил чуть округлый живот девушки, внизу которого молодой человек, заметил небольшой треугольник светлых волос. Он на миг перестал себя контролировать и его правая рука, вопреки всем предупреждениям, устремилась вниз, к животу девушки…
– Девушка! Девушка! Вы, Анна Калашникова? – Зычный женский голос оборвал воспоминания молодой художницы, она очнулась ото сна и медленно возвращалась в суровую реальность.
– Да, это я. А что случилось? – Переспросила Анна медсестру, на миг позабыв о том, где она находится, но вскоре вспомнила об этом и извинилась.
– Результаты ваших анализов готовы, Виктор Михайлович ждет вас своем кабинете, пройдемте со мной – сухо произнесла строгая медсестра и повернувшись к девушке спиной начала медленно удаляться по коридору.
«Эх-х-х-х-х… не дала такой чудесный сон досмотреть, вот мегера», – беззлобно подумала Анна и сладко потянувшись, поднялась со своего места. Повесив сумку на плечо, девушка последовала за медсестрой, которая уже успела отойти на несколько шагов вперед.
Глава 14. Разбитые мечты
– Добрый день, Анна Аристарховна. Проходите, садитесь, – ответил доктор.
– Благодарю Вас, – ответила девушка и скромно присела на стул, расположенный напротив стола ее лечащего врача. – Ну чем порадуете, доктор? Как там мои анализы?
– В том то и дело, голубушка, что порадовать мне вас нечем, – произнес Виктор Михайлович Васильев, врач-гинеколог частной клиники под названием «Новая жизнь», куда обратилась девушка. Сняв очки с переносицы, Васильев потер ее. Затем снова водрузил их на место и устало взглянул на Анну Калашникову.
Услышав ответ врача, Анна ничего не произнесла, только вздрогнула и побледнела. По-видимому, ее самые худшие опасения сбылись.
– Прошу прощения за столь резкие слова, Анна Аристарховна, я не хотел вас задеть, – продолжил врач и положил руки на стол, соединив их в замок. Это был крупный мужчина средних лет, с залысинами на голове. Он проработал в гинекологии уже больше 20 лет и уже знал, как нужно правильно говорить с теми женщинами, которые приходят к нему за помощью. Даже если этот помощи они не дождутся.
– Просто я, в отличие от большинства моих коллег, считаю, что полумеры, как и полуправда, вредны и губительны. По моему мнению, пациент должен сразу узнать свой диагноз, в полной мере, каким бы страшным он не был. Лучше сказать, правду сразу прямо и открыто, чем растягивать мучения пациента, – произнес Васильев и сделал паузу.
– Виктор Михайлович, все настолько плохо? – Тихо прошептала Анна, по щекам которой уже медленно потекли слезы.
– Смотрите… Тут не все так просто. Итак, начну с главного… Вы бесплодны. Однако!
К этому страшному диагнозу Анна, уже была фактически готова на протяжении последних нескольких месяцев, но все же не оставляла надежду на крошечный шанс. Поэтому приняла этот удар стойко и мужественно. Не стала рыдать и заламывать руки, биться в истерике и проклинать всех подряд.
– Однако? Вы сказали «однако»? – Вытирая слезы салфеткой, отметила Анна и в ее глазах все-таки затеплилась надежда.
– Именно. Дело в том, что с точки зрения физиологии, у нас, точнее у вас все в полном порядке. Никаких отклонений, или нарушений работы внутренних органов нет, в том числе и органов малого таза. Мы перепроверили результаты анализов несколько раз и убедись в этом. Ваша репродуктивная система работоспособна, в вашем организме все готово к тому, чтобы зачать ребенка.
– Тогда в чем проблема? – непонимающе переспросила девушка, уставившись на своего врача. Она даже отложила в сторону мокрую от слез салфетку.
– Парадокс состоит в том, что сам организм, готовый к этому, просто не запускает необходимые процессы. Когда сперматозоиды, условно … атакуют ваши яйцеклетки, пытаясь их оплодотворить, ничего не происходит. Понимаете?
– Не совсем… если вы говорите, что никаких патологий нет, то почему так происходит?
– Ну на этот счет есть у меня одна теория… Видите ли, Анна Аристарховна, если проблем по физиологии нет, то скорее всего тут психосоматика срабатывает…
Услышав этот ответ, Анна задумалась. Слезы, которые до этого текли рекой, практически высохли. Она посмотрела на Виктора Михайловича, а куда-то в сторону и как будто выпала из реальности. В голове ее начали проноситься воспоминания первой любви, которые уже долгие годы оставались нетронутыми. Она вспомнила о том, как сильно переживала разрыв с Григорием Сидоренко, как пыталась покончить с собой, как ее успели спасти…
– Анна, вы здесь? С вами все в порядке? Может воды? – Окликнул ее доктор, которому всегда было неприятно сообщать печальные новости своим пациентам. Тем более, что эта девушка ему очень понравилась и знал о ее трагической судьбе от ее отца. Поэтому и решил не скрывать от нее правду.
Анна очнулась от тяжелых воспоминаний и снова посмотрела на Виктора Михайловича. На это раз ее взгляд уже не был таким несчастным, а выражение лица перестало быть затравленным и обреченным. Девушка собрала всю волю в кулак и приняла решение.
– Значит вы считаете, что проблема в моей голове?
– Я ничего не утверждаю, но скорее всего да. Ваш организм почему-то блокирует оплодотворение яйцеклетки. Вам нужно будет обратится к грамотному специалисту, разобраться в причине этого. Я вам сейчас напишу его координаты. Он настоящий мастер своего дела. С 30-летним стажем.
Виктор Михайлович достал из ящика своего стола блокнот, написал на верхней странице номер телефона и инициалы своего знакомого психолога, оторвал листок и протянул его девушке. Та мельком взглянула на этот листок, сложила его пополам и сунула в карман своей сумочки.
– Большое спасибо вам, Виктор Михайлович.
– Да не за что, моя дорогая. Чем смог, тем и помог. Надеюсь, что Генрих Эдуардович решит вашу проблему… Ну а если и он не сможет, то тогда только Господь Бог.
– Всего доброго – Анна встала со своего места, попрощалась с доктором и вышла из его кабинета.
Пока девушка ехала в такси домой, чтобы отвлечься от грустных мыслей, она снова закрыла глаза и попыталась вновь вспомнить, как проходила ее первая интимная близость…
Владимир развернул к себе размякшую от сладкой истомы девушку и сладко поцеловал ее в губы, прошептав, что любит ее. Девушка в ответ только и смогла, что выдохнуть и снова прильнула к нему всем телом.
Он поднялся со своего места и ловким движением подхватил Анну на руки и понес ее к кровати. Аккуратно опустив ее на покрывало, он полностью стянул с девушки халатик и отбросил его на стул. Анна, оказавшаяся перед ним полностью обнаженной, прикрыла глаза от смущения, но при этом прошептала его имя, протягивая к нему руки. Через несколько секунд, она уже не стеснялась своей наготы, а скорее наоборот, почувствовала свою истинную привлекательность и наслаждалась этим.
Владимир быстро расстегнул свою рубашку, которая так же через секунду полетела по направлению к халату и лег боком рядом с Анной на кровать. Он продолжил массировать рукой ее роскошную грудь, поочередно, то левую, то правую. А сам тем временем искоса поглядывал на райский треугольник светлых волос внизу живота Анны. Наконец, одна из его рук медленно поползла вниз и, достигнув лобка девушки, начала аккуратно поглаживать этот бугорок, медленно опускаясь все ниже и ниже. Девушка снова напряглась на краткий миг, но потом все-таки расслабилась и позволила мужчине продолжить свои сладострастные игры.
Он аккуратно раздвинул ноги Анны и принялся одной рукой поглаживать внутреннюю поверхность ее бедер, вторая же рука тем временем медленно подкрадывалась к «воротам рая». Когда пальцы Владимира впервые дотронулись до половых губ девушки, по ее телу пробежала небольшая дрожь…
– Девушка! Приехали! – Вдруг произнес звонкий голос, и Анна очнулась от своих сладких грез. Она даже не заметила, как отключилась. Хотя обычно, когда ездила на автомобилях, могла, как и прежде, когда была маленькой девочкой, часами неотрывно смотреть в окно. Но сегодня дорога от центра Алмазова до ее квартиры пролетела для Анны Калашниковой незаметно. Единственным напоминанием о сладком сне, оказались ее намокшие трусики. Благо она сегодня была в джинсах, и никто не заметил этого конфуза.
Девушка привычно расплатилась с таксистом наличными, вышла из автомобиля и тяжело вздохнула, вспомнив о том, что недавно услышала от Виктора Михайловича Васильева. Несколько часов назад она, уезжая из дома, была в отличном настроении и даже пообещала себе прогуляться после визита к врачу. Но теперь ей было не до этого. Накинув свою сумочку на плечо, она перешла дорогу и медленно побрела к своему дому на набережной Невы где жили ее родители и где Владимир Калашников, ее муж два года назад по совету Аристарха Эммануиловича купил квартиру. Теперь Анна жила с ним вдвоем, отдельно от родителей. Что для нее по началу стало большим испытанием. А вечером ей теперь предстоял трудный разговор с мужем, к которому она была совсем не готова. Она вошла в подъезд, вызвала лифт и прислонившись к стене, снова разрыдалась.
Глава 15. Новая реальность
Сегодня у Анны был выходной, отец еще накануне сообщил ей об этом, поэтому можно было никуда не торопиться и спокойно отдыхать. В свободное от работы время (она так и работала дизайнером проектов в компании отца), Анна, если муж никуда ее не приглашал, предпочитала заниматься своим любимым делом. Она писала картины. И в этом по-прежнему, была ее отдушина, ее маленький мир, в который она никого не хотела пускать. Даже собственного мужа.
Но сегодня был особенный случай. Сегодня, она не могла думать ни о чем другом, кроме визита в клинику. Даже любимое творчество не помогло отвлечься от дурных мыслей. Она по началу попыталась взяться за кисть, но уже через несколько минут поняла, что сейчас не в состоянии что-либо выводить на холсте и отложила кисть в сторону. Встала, подошла к окну и решила хотя бы полюбоваться на до боли знакомый вид, на любимый город, но и это не помогло. Перед глазами ее постоянно мелькали кадры той стародавней истории, а в ушах снова и снова прокручивалась речь Виктора Михайловича о том, что в ее проблемах возможно виновата она сама, а точнее ее изломанная психика.
«…Дело в том, что с точки зрения физиологии, у нас, точнее у вас все в полном порядке. Никаких отклонений, или нарушений работы внутренних органов нет, в том числе и органов малого таза. Мы перепроверили результаты анализов несколько раз и убедись в этом. Ваша репродуктивная система работоспособна, в вашем организме все готово к тому, чтобы зачать ребенка…»
У Анны конечно был соблазн подняться на 2 этажа выше и позвонить в дверь родительской квартиры, но и эту предательскую мысль она отогнала от себя как чуму. Она прекрасно понимала, что имеет полное право на родительскую поддержку, но с другой стороны – слишком много получала ее, особенно в детстве, да и до замужества в том числе. К тому же, теперь она взрослая и замужняя женщина. Поэтому, все семейные проблемы должна решать прежде всего с мужем, а не с родителями. Пора наконец, повзрослеть, подумала она про себя.
Отойдя от окна, девушка подошла к столу, на котором стояла навороченная музыкальная стереосистема (подарок от отца) и включила свою любимую музыку. В комнате раздались первые аккорды из музыкальной композиции под названием «Музыка нас связала» группы Мираж. Анна очень любила ретро песни из своего детства, они должны были стать ее последним шансом на спасение от тоски сегодняшним днем. Она решила не сидеть сложа руки, а заняться домашними делами, пока мужа не было дома. «Самое время помыть окна»! – Решила девушка и решительно направилась в ванну, чтобы набрать воды в ведро.
Владимир вернулся домой через 2 часа. Взвинченный и чем-то явно недовольный. Анна, видя его настроение, решила пока отложить тяжелый разговор до вечера, когда он успокоится и придет в себя. Но ей это не удалось.
– Привет, мой дорогой, как прошел день? Устал?
– Привет, родная. Да это был просто сумасшедший дом какой-то! Сегодня день не заладился с самого утра. – Начал рассказывать ее муж, раздеваясь в прихожей.
– А что случилось? – Спросила его Анна, которая уже накрывала на стол на кухне (готовить простую домашнюю еду ее научила мать).
– Да Сидоренко, гад такой! Снова увел у нас из-под носа хорошего клиента! А мы узнали об этом с самого утра. Вчера весь день длились тяжелые переговоры с этим заказчиком, который уже ранее подписал предварительное соглашение и внес аванс. А вчера вечером ему поступило более выгодное предложение! Ну и началось! «Верните аванс»! И все в таком духе…– раздраженно продолжал муж, но оборвал себя на полуслове. – М-м-м-м… Какая вкуснотища! Какие ароматы! Хотя бы дома можно отдохнуть!
Калашников вошел на кухню и при виде сковородок и кастрюль, источающих изысканные ароматы, даже облизнулся. Настроение его явно улучшилось, гораздо быстрее, чего не ожидала Анна, поэтому и не успела подготовиться к дальнейшему развитию событий.
Мужчина расстегнул свой пиджак, повесил его по привычке на спинку стула и подошел к Анне, обняв ее сзади за тонкую талию. Он прижался к девушке и наклонив голову, вдохнул тонкий аромат ее волос.
– Какая же ты вкусная.... Знаешь об этом?
– Не говори глупостей и не отвлекай – с легким укором произнесла та. – Я вовсе не вкусная, дурачок.
Тем не менее, она не отстранилась от мужа. Ей были приятны его крепкие объятия. Он развернул ее лицом к себе и продолжая обнимать, поцеловал в губы. Насладившись долгим поцелуем, оторвал свои губы от ее губ и спросил уже более спокойным голосом: «А что у нас сегодня на ужин, сладкая моя?
– Домашние котлетки из индейки, пюре и легкий овощной салатик. Все как ты любишь, – ответила та смущенно и снова отвернулась от мужа, пытаясь скрыть от него нарастающее волнение. – Только не мешай. Уже все почти готово.
– Хорошо. Как скажешь, пойду в душ пока, – произнес с легкой досадой Владимир, отпустил жену и удалился из кухни. Анна таким образом выиграла еще несколько минут покоя и тишины. Хотя эта отсрочка ее мало обрадовала.
Спустя 15 минут, сытый и довольный мужчина, сидел на диване в комнате, держа в одной руке бокал вина, а другой обнимал свою жену, которая продолжала терзаться угрызениями совести. Он уже принял душ и переоделся в свободные брюки и футболку.
– А как прошел твой день? – спросил он жену, лениво потягивая свое любимое вино из бокала.