Идеальный мир

– Верно, Эрген, верно, – согласился адмирал, распахнув полы серого плаща. Рукоятка изящного магнитного пистолета выглядывала из инкрустированной металлом кобуры. – Не подведете мое доверие?

– Разве у меня есть выбор? – вздохнул Эрген. – Я все сделаю, Лидеринг.

Мужчина с усилием встал и направился к выходу.

– Транспорт прибудет через несколько минут. Ни слова ей про меня вообще, понятно Эрген?

Эрген энергично закивал, продолжая таращиться на адмирала, пока за ним не закрылась дверь. После чего обессиленно опустился на кресло.

– Я знал, что рано или поздно Ламберт или Лидеринг до меня доберутся, – пробормотал Эрген и с силой ударил кулаком по подлокотнику. Двери в зал приоткрылись, в них просунулась голова охранника.

– Там снаружи транспорт прибыл.

– Так чего ты ждешь! Быстро запусти их внутрь, пусть везут во внутренний периметр, к транспортной сети! – заорал на него Эрген.

Голова исчезла, а Эрген снова бессильно шлепнул кулаком по подлокотнику.

***

Алекс въехал в Сибериат ранним утром. За непрозрачным снаружи стеклом электротранспорта проносились районы города-государства. Алексу казалось, что он покинул его много лет назад, хотя прошло времени меньше года. Ему было семнадцать, он был ночным жителем, вселяющим страх и уважение человеком, желанной целью для муниципальной полиции. Не настолько, как Кириш, который теперь стал главной фигурой, обладая властью над большей половиной города. За месяцы, прошедшие после побега из тюрьмы, Кириш показал ему изнанку жизни – пугающую, опасную и энергичную преступную сторону. Из Турина они довольно быстро переместились в Труэ, где прожили большую часть времени перед возвращением в Сибериат. После застроенного старыми, двухвековой давности, зданиями Турина и его узкими улочками, современный и высокий Труэ поначалу показался Алексу прохожим на Сибериат. С огромных небоскребов вдалеке были видны руины и трущобы Парижа – мертвого города, вымершего из-за социального кризиса конца прошлого века.

Потом они на несколько дней оказались в Альбионе. Тут Алекс впервые увидел разницу между зоной жизни и зоной старших – застройка огромными многокилометровыми комплексами, исчезающими в небесах, поражала воображение. Молодым гражданам путь туда был заказан, все надежно охранялось совершенной техникой и гвардией ГМП, а старшие перемещались по всей территории города-государству вполне свободно. Кириш пропал на сутки, а когда вернулся, был молчаливее и серьезнее, чем обычно. Лишь по пути в Сибериат обронил пару фраз, что встречался лично с Альбирео и теперь будет командовать ночными города.

Еще до возвращения в казавшийся родным город-государство, Алекс практически в полной мере осознал, на какой путь он встал при очередном повороте своей жизни. Парня мало беспокоили этические и моральные аспекты совершаемых им противоправных действий. Юношеский максимализм и логика позволяли молодому разуму принять рациональное решение – если система неспособна обеспечить достойную жизнь, ее необходимо устроить самим людям. Ненависть к муниципальной власти у Алекса была не столь сильна, как ярость к действиям Глобального Мирового Правительства. Череда событий первых дней в зоне жизни, исчезновение Виктора, выбранный Кимберли путь, уровень жизни отступников и условия тюремного заключения настроили Алекса против ГМП. Парню очень хотелось расшатать фундамент власти планетарного правительства – для этого идеально подходила организованная преступность ночных жителей.

А еще Алекс понимал, что ГМП просто не взялось за ночных всерьез, оставив эту проблему на усмотрение муниципальных властей городов-государств. То, что это мало кто осознавал, даже Кириш, удивляло парня.

Транспорт остановился у развлекательного комплекса, расположенного почти в центре города. Алекс поднялся наверх на скоростном лифте и оказался в просторном зале, заставленном по краям столиками и с лестницами на узкие площадки уровней выше. Двое крупных ночных внимательно посмотрели на Алекса и кивнули, разрешая пройти в зал. Царил полумрак, разрываемый голографическими лучами и скользившими фигурами в такт звучавшей музыке. Людей в зале было довольно много, здесь были не только ночные обитатели, развлекаться себе здесь могли позволить те, у кого имелись солидные денежные счета. Самый разнообразный народ, много торговцев и вездесущие сутенеры. Кто именно занимался организацией всего этого, Алекс не понимал, зная лишь, что большая часть выручки отсюда идет по довольно сложным схемам на нужды главарей ночных жителей.

Кириш уже был здесь. Алекс взбежал по лестницам на третий уровень и оценил огромный и мягкий диван, установленный на площадке, по размерам в два раза больше его старого жилища в Сибериате.

– Алекс, как добрался? – Кириш встал навстречу, отложив складной нож балисонг, который вертел в пальцах. – Рад тебя видеть здесь, а не в инфо полиции.

Алекс вскинул руку в приветственном жесте и присел на диван, практически утонув в его недрах.

– Проспал большую часть времени. Несмотря на скоростной транспорт, как же все-таки Сибериат далеко. Нужно выкрасть суборбитальный челнок.

– Только в твоих мечтах. Не будем отбирать у ГМП любимые игрушки. Они там, – Кириш ткнул пальцем вверх. – А мы роемся по-тихому здесь. Незаметно. Ты знаком со всеми тут?

– Нет, откуда? Я ведь только прибыл, – удивился Алекс, присматриваясь в полумраке к людям возле Кириша. Одно лицо было знакомым. – Хотя нет, Айвана я знаю. Какими судьбами тут?

Айван поднялся. За прошедшие два года он подрос уже почти до двух метров и стал выглядеть очень массивным.

– Сам понимаешь, Алекс, жизнь нормально только у ночных идет.

– Это ты еще в тюрьму не попадал, – усмехнулся Алекс, – Мне хватило.

Представились остальные два парня и девушка. Она сильно заинтересовала Алекса. Чем-то неуловимо она казалась ему знакома. Ее имя – Анна – ничего не говорило Алексу. Кириш заговорил о делах, парни слушали главного, кивая головами. Алекс украдкой посматривал на сверкающие из-под черного ореола волос изумрудные глаза Анны.

– Таким образом у нас будет уже более тысячи человек к концу года. Необходимо провести тщательный отбор и обучение. И проверить всех новеньких. – закончил Кириш и махнул обслуживающему персоналу развлекательного центра, дав разрешение подходить. Принесли напитки и закуски, подобную работу в таких заведениях не доверяли роботам. К ночным подсел высокий мужчина с массивным имплантатом на глазах.

– Девочки и мальчики на любой вкус интересуют?

– Тащи, – прогремел Айван, махом осушив пол-литровый стакан и оживившись.

Сутенер отошел и вернулся в группе молодых девчонок и мальчишек. Алекс краем глаза заметил в построенным перед ними ряду Кимберли. Девушка старательно смотрела в сторону, избегая встречаться взглядом.

– А товар то не совсем свежий, – усмехнулся Алекс. Айван засмеялся и вытянул из ряда одну из девушек. Кириш махнул сутенеру тыльной стороной ладони, и он увел свою группу прочь. Алекс поморщился и встал.

– Пойду подышу свежим воздухом.

Из зала был прямой выход на крышу, огороженную высокой оградой во избежание выпадения посетителей на улицы города. У дальней стороны крыши старательно целовалась парочка, Алекс отошел на противоположный край. Взял края ограды в ладони и замер. Наверное, ему стоило остаться и наслаждаться жизнью в полной мере. У ночных она не была долгой.

– Ты чем-то расстроен? – услышал глубокий женский голос позади. Парень вздрогнул – он уже слышал этот голос ранее. В самый первый день прибытия из зоны воспитания, когда его ограбили на улице поздно вечером. Это точно была она.

– Уже нет. Только что получил ответ на одну из загадок прошлого. – Алекс повернулся. Ее зеленые глаза сканировали его. Стало неуютно под таким рентгеном. – Как тебе жизнь в городе?

Анна повела тонким, слегка вздернутым, носом.

– Я вернулась только вчера. Даже немного забыла, как смердит Сибериат.

Алекс усмехнулся.

– Согласен. Посредственный индекс пригодности для жизни и довольно низкий экономический. Зато минимум контроля – мы здесь хозяева. Еще два года назад мы были детьми. Напуганными и ничего не понимающими. Теперь мы здесь.