- -
- 100%
- +
– Я литературу всё равно сдавать не собираюсь. И вообще у меня математический склад ума. Я тут передачу смотрел, у всяких там «типа звёзд» спрашивали «как зовут братьев Карамазовых и трёх сестёр Чехова», так никто не ответил, и ничего.
На следующем уроке Ванька разговаривал с учителем, как ни в чём не бывало. А Никита вошёл в кабинет и даже не поздоровался из-за обиды на Ваньку. Никита читать, в общем-то, любил, но «Братьев Карамазовых» и «Трёх сестёр», конечно пока не читал, поэтому он заглянул в «гугл», чтобы узнать ответы на вопросы, которые озадачили каких-то там «типа звёзд.» Так, на всякий случай. В будущем он обязательно прочитает эти книги, но сейчас же, в четырнадцать лет есть занятия поинтереснее, да и книги поинтереснее для четырнадцати лет тоже есть.
Мама звонила несколько раз, Никита исправно брал трубку, хотя в другие дни его раздражал чрезмерный мамин контроль. Но когда мальчик пришёл домой, мамы ещё не было, это показалось Никите странным, так как с работы она уже должна была вернуться. Он почему-то испугался, наверное, всё-таки из-за вчерашнего дня. Он позвонил маме:
– Ты где?
– Я… задержусь немного, как раз собиралась тебе звонить, чтобы сказать.
– У тебя всё нормально? Или с бабушкой что-то? – спросил Никита, всё-таки немного волнуясь.
– Нет. Нет, это… из-за работы. А у тебя всё хорошо? Ничего странного?
– Ты задерживаешься, это странно, а так всё хорошо. Отличный был день, – ответил Никита.
– Я приду через час, максимум два. Если что не так…
– То я сразу же тебе позвоню, – закончил за маму Никита.
Мальчик отключил телефон. Почему-то у него всё-таки было тревожно на душе. Никита «покопался» в себе и своих ощущениях и понял, ему показалось, что мама его обманывает, что вовсе не из-за работы она задерживается. «Наверное, из-за мужика того,» – зло подумал Никита. Он один раз в окно видел, как маму провожал какой-то тип с её работы. И один раз он подвозил на машине. Никита, конечно, уже давно всё знал и понимал об отношениях мужчины и женщины, но ему как-то не хотелось думать о том, что его мама, такая же, как другие женщины. Что ей нужен кто-то ещё. Что в их с мамой жизни появится какой-то посторонний человек. Как ни уговаривал себя Никита, что ничего страшного нет в том, что мама с кем-то встречается, от этой мысли было всё-таки неприятно.
А в это время Женя и в самом деле гуляла по улице с тем самым «мужиком». Никита не ошибся в том, что мама его обманула. Мамы тоже иногда обманывают, но только исключительно для пользы дела, когда не соврать нельзя. Хотя, это смотря, какие мамы. Но Женя уж точно не была такой мамой из ужасных книг и, увы, реальных передач, которые постоянно показывают практически по всем центральным каналам. Просто Женя пока не была готова познакомить сына с Тимуром. Да и зачем? Ей ещё самой было неясно, куда приведут их отношения и приведут ли куда-то вообще. Женя, что называется принимала ухаживания Тимура, но ей всё время казалось, что он её с кем-то путает, что скоро он поймёт, что путает и тоже уйдёт к кому-то другому, кто подходит ему гораздо больше. Тимур сказал ей, что с самого первого дня их знакомства увидел в её глазах «скрытый огонь».
– Какой-какой огонь? – поразилась Женя. – Нет во мне никакого огня, уж тем более скрытого. Я же совсем как открытая книга.
– Написанная китайскими иероглифами, – возразил Тимур.
– Ну, если разобраться, то в китайских иероглифах, в общем-то, нет ничего сложного.
– Так ты ещё и в китайских иероглифах разбираешься? – поразился мужчина.
Женя скромно кивнула. Она действительно разбиралась в китайских иероглифах, конечно, не как китаец, но всё-таки. Дело в том, что Никита маленький был очень спокойным ребёнком, у Жени всегда было свободное время, и, сидя в декрете, она записалась на онлайн-курсы китайского, которые успешно прошла. Просто потому что ей это было интересно, в жизни китайский язык ей, конечно, так ни разу и не пригодился. В Китай она не стремилась. Она и подросшего Никиту научила немного китайскому языку, Никита учил его «ради смеха», чтобы рассказывать друзьями, как по-китайски произносятся те или иные слова.
– Вот видишь, а ты говоришь, как открытая книга… – покачал головой тогда Тимур.
Наверное, у Тимура какое-то особенное зрение, подумала тогда Женя. Либо ему нравятся женщины, которые «слишком инь».
А Тимур и правда видел в Жене то, чего она сама в себе разглядеть не могла. В трудный момент, когда решение нужно принимать очень быстро, действовать уверенно, не сомневаясь и не оглядываясь ни на какие условия, Женя мгновенно собиралась, в ней открывались какие-то неведомые скрытые резервы, откуда она черпала свои силы. Тимур видел это в рабочих моментах, так как с Женей они вместе работали в театре. Тимур пришёл к ним недавно, из-за расширения штата, режиссёру нужен был помощник, театр процветал, выигрывал разные областные и даже российские премии. Тогда Тимур подумал, что Женя вполне могла бы стать руководителем театра, так как видел, что в критических ситуациях Женя принимает нестандартные решения, способные спасти ситуацию. Хотя по роду своих занятий, она не должна была принимать эти решения. Просто в обыденной жизни Женя какая-то неуверенная в себе, беспокойная, постоянно переживает о сыне, хотя тот уже подросток, зачем-то звонит ему сто раз на дню. Тимуру казалось, что если в жизни молодой женщины появится кто-то, кто её «отогреет», то она распустится, как цветок, и станет сама собой, какой она и была от природы: смелой и независимой. Женя очень бы удивилась, скажи ей Тимур об этом.
– Ты сегодня какая-то другая, – заметил Тимур.
Они прогуливались по улицам их маленького городка.
– Да? – вопросительно подняла правую бровь Женя. – Почему это?
– Не знаю. Не могу объяснить.
Женя пожала плечами, может Тимур заметил её волнение из-за вчерашних событий, а рассказывать ему о них она точно не планировала. Да и никому вообще.
– Как быстро летит время, – сказал Тимур. – Сегодня уже полгода, как я работаю в театре. А будто вчера пришёл.
– А ты хотел бы, чтобы машина времени и в самом деле существовала? Чтобы вернуться в прошлое, что называется с нынешними мозгами и исправить ошибки?
– Хотел бы, конечно, хотел. Хоть из кино знаю, как страшно вмешиваться в прошлое, ведь оно может изменить не только мою жизнь, но и жизнь целого человечества. Но всё-таки… А что ты это вдруг заинтересовалась этой темой?
– А, так, – отмахнулась Женя. – Тоже фильм вчера посмотрела.
– Да? А какой? Стоит посмотреть?
– Ну, не фильм… Не хотела просто рассказывать: мне во сне приснилось, что я вернулась в прошлое и изменила его.
– К лучшему?
– А, знаешь, да.
– Значит, ты не против машины времени? – уточнил Тимур.
– Наверное, это было бы интересно. Но если только вернуться можно сразу, по собственному желанию. Не хотелось бы застрять в прошлом.
– Ну, машину времени пока никто не изобрёл, и вряд ли кто-то изобретёт, так что волноваться не о чем.
– И надеяться не на что, – вздохнула тихонько Женя.
– Да, не на что, – подумав, согласился Тимур.
Женя посмотрела на него удивлённо, затем взяла Тимура под руку, и подумала, что может быть, в ней и правда есть что-то, что может привлечь мужчину. Ведь в других женщин же влюбляются. Ну и пусть она «слишком инь». Может быть, бывшая жена Тимура была «слишком ян», и теперь ему как раз другая-то и нужна.
Глава 4
Когда Женя вернулась домой, её встретил там недовольный сын:
– Тебя этот мужик уже второй раз провожает. Я вас в окно видел. Зачем ты соврала, что на работе задержали? Он ухлёстывает за тобой что ли?
– А если и так? – вдруг неожиданно для себя самой и Никиты взорвалась Женя. – Тебе ведь тоже, наверняка, уже девочки нравятся, хоть ты мне и не говоришь об этом. А мать твоя, ты считаешь, уже всё, в тираж вышла и никому не нужна? Моё дело только о тебе волноваться и на работу ходить?
– Я не просил обо мне волноваться, – буркнул Никита. – И на работу я тебя не заставляю ходить.
– А жить мы на что будем, если я на работу ходить не буду? – уже спокойнее сказала Женя.
– Так отправь меня к отцу сейчас. Не надо ждать пока я школу закончу.
– Ты… знаешь? – удивилась Женя. – Мы же не хотели пока тебе рассказывать.
– Знаю. Я случайно ваши разговоры слышал. Ты сама не дала отцу меня сейчас забрать, а он, между прочим, хотел.
– А ты? – прошептала Женя. – Ты что ли тоже хотел… Ты из-за этого так себя ведёшь? Я думала у тебя здесь друзья, школа… Я думала, что ты маленький ещё… Хотела, чтобы ты со мной побыл… Так ты к отцу хочешь? В Москву?
Женя опустилась на пуфик в коридоре. Потом решительно встала:
– А знаешь, что, езжай. Уезжай сейчас, что я тебя мучаю, раз тебе хочется. Сейчас же пойду отцу позвоню, скажу, что согласна, – Женя стала искать телефон в сумке.
– Да пошутил я, – сын выхватил у неё телефон. – Не хочу я к отцу сейчас. То есть раньше после того, как съездил, то хотел. Как узнал, что он хотел меня к себе забрать, тоже хотел, а потом понял, что ты права: у меня друзья, школа.
Женя тяжело вздохнула:
– Я понимаю, тебе хочется больше самостоятельности. Я обещаю, что постараюсь не контролировать тебя так активно, но и ты постарайся сделать так, чтобы я о тебе не переживала.
– Я и так стараюсь – набычился сын. – И из-за психолога. И из-за вчерашнего тоже.
– Кстати, ты друзьям не рассказал о вчерашнем?
– Что я дурак что ли? – обиделся сын.
Оба помолчали.
– А насчёт Тимура, – наконец сказала Женя. – Да. Он, как ты выразился за мной «ухлёстывает». Но замуж я за него пока не собираюсь. А к тому времени, когда соберусь, если соберусь, ты уже будешь в Москве, и тебе будет всё равно.
– Ладно, встречайся, – недовольно разрешил Никита. – Вот только меня с ним знакомить не надо. Я не хочу.
– А с женой отца ты, конечно, познакомился.
– Конечно, – удивился вопросу Никита. – Они же вместе живут.
– Мы с тобой не говорили об этом: она тебе понравилась?
– Ну, она… нормальная… – буркнул Никитка.
– Всё понятно, – сказала Женя – У нас двойные стандарты.
– Ну, мааам… – протянул Никита. – Это же совсем другое.
– Я не хочу больше говорить на эту тему, – сказала Женя. – Я устала на работе, хочу поесть и провести спокойный вечер.
– А что этот твой тебя даже не покормил? – снова буркнул Никита.
– Хватит. Сейчас я это больше обсуждать не хочу, когда мы оба заведены. Нам обоим нужно успокоиться. Завтра поговорим.
Никита ушёл к себе в комнату и закрыл дверь.
– Ты ужинал? – крикнула Женя.
Сын даже не удостоил её ответом. Вот тебе и «я стараюсь.»
– Я не слышу твоего ответа, мальчик, который старается найти компромисс, – не удержалась Женя.
– Да поел я, поел, – крикнул Никита из своей комнаты.
– Завтра в перерыв пойдёшь со мной к бабушке в больницу? – сквозь дверь спросила Женя.
– Пойду, – не сразу раздалось в ответ.
Женя вздохнула. Зачем накинулась на ребёнка? Яну ещё приплела эту. Ведь Никита прав. Ну или почти прав: Яна – это совсем другое. Просто сегодня вечером ей вдруг поверилось в то, то всё в её жизни ещё будет: и романтика, и любовь, и кто-то уверенно скажет: «Моя!» и никому не отдаст, ни бурям, ни невзгодам, как там в стихах и песнях говорится. И ещё ей немножечко захотелось просто побыть собой, не матерью, не дочерью, а женщиной, девчонкой, за которой ухаживают и дарят цветы.
«Размечталась, идиотка!» – шепнула она себе.
Женя привычно завела будильник на восемь часов. Вспомнила вчерашний день: неужели, чтобы им с Никиткой жить мирно, обязательно нужна какая-то трагедия? Ну или вмешательство неизвестных сверхъестественных сил? Как он тянулся к ней вчера… совсем, как раньше, когда он был маленьким и любил её безоговорочно. А что всё-таки за снег это был? Инопланетный? Откуда он взялся? Снег спас её маму, примирил их с Никиткой. Так что нечего жалеть о том дне, случилось чудо и случилось. Слава Богу! Но в следующий раз пусть чудеса случаются не так явно, а то всё-таки немного страшно.
На следующее утро Женя проснулась от звонка матери:
– У меня таблетки от давления закончились. Купи мне. Только пораньше приди, голова раскалывается. Я бы сама так сходила.
– Как закончились? – удивилась Женя. – Я же тебе приносила. А голова от падения болит.
– Ты не проснулась ещё что ли? – недовольно сказала Любовь Степановна. – Когда приносила? Месяц назад? И от какого ещё падения?
– Хорошо, – прошептала Женя. – Привезу. Как ты себя чувствуешь?
– Я последнюю таблетку выпила, – мать проигнорировала вопрос. – Ты рано придёшь? Если поздно, то я лучше сама схожу.
– Рано, – неуверенно сказала Женя, уже понимая, что что-то пошло не так. У матери в больнице закончились таблетки, которые они с Никитой принесли ей вчера, целую упаковку. Мама сама собиралась сходить за таблетками. Куда? В больнице не было аптечного киоска.
Женя осторожно отключила телефон. Посмотрела на экран. Она ясно вспомнила, что именно этими словами про таблетки в субботу седьмого июля, то есть за день до злосчастного воскресенья, её разбудила мама. Телефон показывал седьмое июля.
– Никита! – от её вопля, наверняка, проснулся весь дом, а не только сын, который прибежал в комнату.
– Мам. Ты чё? Кошмар приснился? – испуганно спросил мальчик.
– Именно. Именно кошмар, – сказала Женя, протягивая ему телефон.
– Опять? Мама, да что же это такое? – Никита схватился за голову. – Это из-за того, что мы вчера поссорились? Это я, получается, всё-таки виноват?
– Никита! – Женя прижала испуганного ребёнка к себе. – Ты ни в чём не виноват, к тому же мы помирились, помнишь?
– Мам, да что же это? Мы возвращаемся назад?
– Похоже мы переживаем жизнь в обратном порядке. Но как-то странно… Хотя ситуация в принципе сама по себе странная. Один день мы живём нормально, а один… повторно.
– И что теперь делать? Так что ли теперь всегда будет? – надрывно спросил Никита. – Мам, придумай что-нибудь, чтобы так не было. Это же ненормально, я так не хочу.
– Я придумаю, если разберусь, как…
– И что мы будем делать сегодня? Ведь сегодня снега в парке нет. Или есть?
– Давай отнесём таблетки бабушке. Она ждёт. Я была у неё в ту субботу. Может быть, ничего не нужно менять? Если прожить эту субботу, как мы прожили её в прошлый раз, то она не повторится? Может быть, в этом всё дело?
– Тогда тебе к бабушке нужно пойти одной, в прошлый раз я с тобой не ходил.
– Да, ты прав. Постараемся ничего не менять в прошлом. Ты сможешь сегодняшний день прожить также? Сможешь побыть один? Не испугаешься?
– Я не испугаюсь, мам, но звонить мы друг другу можем? Вдруг что-то произойдёт?
– Конечно. Даже нужно. Я с ума сойду от беспокойства. Ведь и в прошлую субботу я тебе звонила, правда разговаривали мы не об этом. Значит, решено? Я собираюсь к бабушке, а ты чем займёшься? – спросила Женя неуверенно, ей совсем не хотелось оставлять сына одного, но она просто не знала, что делать. Почему-то проживание дня без изменений ей сейчас преставилось единственным выходом. Что-то же нужно было делать, а больше идей не было. Ей нужно быть уверенной или хотя бы таковой казаться, чтобы сын не впал в панику.
– Я ведь в прошлый раз ничего не делал. Так… почитал немного, поиграл в комп. Я даже к друзьям не ходил.
– Вот и сегодня никуда не ходи. А я к бабушке, потом в магазин. Мы ещё с тётей Мариной встречались в ту субботу, помнишь? Знала бы, конечно, к ней не пошла, с тобой бы осталась. Она мне скоро должна позвонить, пригласить к ней в гости, так что я всё-таки схожу, – вдруг Женя улыбнулась. – Хотя я точно знаю, что она мне скажет. Сегодня я могу быть экстрасенсом.
– Мам, – вдруг закричал Никита. – В ту, настоящую субботу, на перекрёстке Ленина-Луначарского мальчика машина сбила, помнишь? Мам! Тебе тётя Марина рассказала, а ты пришла и сказала мне. Мы же можем это предотвратить! Мама, мы его спасём… или нам нельзя?
Женя задумалась. И как теперь быть? Спасти мальчика означает изменить прошлое. А если их с Никитой теория верна, то они снова будут вынуждены возвращаться.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.