Оплата по договору
- -
- 100%
- +
Поздоровавшись, я оттарабанила заготовленный текст и протянула имениннице сумку.
– Ой, забыла предупредить, – рассеянно сказала Татьяна, – не нужно подарков. У нас некоторым образом траурное мероприятие. Кстати, познакомьтесь: это Любаша, а это…
Она забыла моё имя!
– Полина, – представилась сама, усаживаясь на свободный диванчик.
Сюрреалистичная ситуация так мной завладела, что я совершенно забыла о намерении сразу же откланяться.
– Когда подавать горячее? – напомнил о себе распорядитель, обращаясь к Надежде.
– Минут через десять, – ответила та, цепко наблюдая, как из сумочки выплывает мой подарок.
– Ух! Вы только посмотрите! – восторженно воскликнула Таня, и подняла на меня наполнившиеся слезами глаза: – Как ты догадалась? Я охочусь за ней уже полгода.
Не будь рядом «монашек», сверлящих меня взорами, как две бормашины, призналась бы, что подарок не мой, а Леонида Сергеевича. Увы, горло сдавил шипастый обруч, я не смогла сказать ни слова, лишь неопределённо дёрнула плечом.
– Ну, вот, – в голосе Любы невозможно было не заметить ревнивых интонаций, – а нам ты запретила…
– Вы поддерживаете меня в этот день, – Таня, откинувшись на спинку, листала книгу. – Больше ничего не нужно. Полина просто не в курсе. – Она подмигнула мне и засмеялась: – Но не думай, не верну!
Я замотала головой:
– Ни в коем случае! Я очень рада, что… угадала.
Вот врушка! К счастью, меня отвлёк официант, тот самый, что пострадал из-за скачков на пороге.
– Белое или красное?
– Оу… белое.
– Морс? Облепиха или брусника?
– Облепиха.
У остальных бокалы были уже наполнены. Официант ушёл, я поспешно пригубила ярко-жёлтый, приятно пахнущий ягодами напиток – хотелось избавиться от шероховатости в горле. Надежда с торжественным видом подняла бокал – у них с дочерью было красное вино – и провозгласила:
– Ну! Не чокаясь! Спи спокойно, Таечка.
Поскольку мне послышалось «Танечка», я вздрогнула и немного пролила морс. Почти сразу поняла, что пьют не за именинницу, а за её маму. Тоже взяла в руку бокал.
Уверена, что Надежда стремилась погасить радостный настрой хозяйки, и это ей удалось. Таня отложила книгу и быстрыми глотками выпила вино. После чего посмотрела на меня:
– Ешь, Полина! Это всё нужно уничтожить, иначе прикажу упаковать, и заберёшь домой.
– Остатки можно на кладбище отвезти, – подала голос Любаша.
– Никаких остатков! – отрезала Татьяна. – И никаких могил. – Уже тише добавила: – Незачем крыс прикармливать.
Вот так: шла на день рождения, а попала на поминки.
Даже не знаю, что лучше. Две недели мучилась, представляя, как Леонид будет сидеть рядом с женой, улыбаться ей, произносить хвалебные тосты, а мне придётся прятать глаза и злиться, злиться, злиться. На себя за глупые чувства, на Таню за приглашение, на Лёню, за то, что он выбрал другую женщину. Ничего этого нет, можно есть, пить, болтать… Ела. Как будто, в самом деле, испугалась угроз, что придётся тащить домой пакеты, нагруженные судочками.
Ораторствовала, в основном, тётя Надя. Сев на любимого и очень странного конька, вела речи о Вселенной, об энергетике, которую нужно черпать. Нам открывалось тайное знание! Оказывается, мощные космические лучи бьют в Землю и отражаются от её поверхности. Их нужно ловить, дабы напитаться здоровьем и бодростью. Вот для чего нужны длинные и расклешённые подолы! Это антенны!
Мамочка дорогая! Где ещё услышишь такое?
– Глупо игнорировать это правило и наряжаться в брюки! – Надежда выразительно посмотрела на хозяйку, а потом и на меня.
– Оставь, – покачала головой Любаша, – ты же знаешь, что бесполезно.
– Почему? – возмутилась её мать, – Вода камень точит… Надо говорить, убеждать.
– Проповедовать, – усмехнулась Татьяна. – Брось, тёть Надь. Любовь права. Какой смысл напитываться, когда тебя в любой момент могут тупо взорвать!
Она всё ещё держала на коленях подаренную мной книгу, теперь же наклонилась, чтобы не закапать, и жадно выпила морс.
– Так нельзя рассуждать, – теперь учительствовала Любаша, – нам неведом отмеренный срок…
Слушать её совершенно не хотелось, я стала рассматривать зал, где появились танцующие пары, мысленно удивляясь тому, что именинница проводит день рождения не с мужем и друзьями, а с двумя фанатичными дамами. Ненадолго отвлеклась, очнувшись от прикосновения и окутавшего меня аромата «Шанель номер пять»:
– Пойдём, покурим?
Я покорно поплелась за Татьяной и уже на улице призналась:
– Я, вообще-то, не курю.
– Я тоже. Надоели. Просто подышим.
Мы обошли здание и расположились на пустующей детской площадке. Таня стала покачиваться на качелях, вполне удобно поместившись на небольшом сидении, я прислонилась плечом к металлическому столбу турника, приятно ощущая прохладу. Петли слегка поскрипывали, аккомпанируя неторопливому рассказу.
– Мы с мамой родились в один день. Она называла меня своим главным подарком, ведь я появилась на пятнадцатом году брака. Представляешь? Никто уже не верил.
– Похоже на чудо, – согласилась я.
– Чудо, – повторила Таня. – Самое печальное, что это чудо виновато в её смерти.
– Да ладно! – не поверила я. Читала о покушении на бизнесмена Арестова, в котором случайно пострадала его супруга, дочь-подросток не могла быть даже косвенной причиной.
– Я не об этом! – сильнее качнулась рассказчица и поджала ноги, постепенно замедляясь: – Мы всегда праздновали здесь. Снимали два зала: для взрослых и для детей. Мои шестнадцать собирались отметить особенно, а вместо этого я оказалась в психушке.
– Что?
– Ну… Некоторые называют это психологической реабилитацией, но сути это не меняет. С тех самых пор не могу в этот день никого видеть, кто знал меня раньше. И маму. С Надеждой познакомилась в центре, она работала санитаркой. Отец заметил, что женщина привязалась ко мне, нанял домой. Не хотел оставлять без присмотра, опасался, что наложу на себя руки.
Что тут ответишь? Чем успокоишь? Я почти решилась предложить ей сбежать отсюда и поехать в Сокольники. В Гелиной тусовке точно нет людей, знавших Таню и её мать. Даже рот открыла, но Татьяна опередила меня:
– Приедешь ко мне как-нибудь? Могу Ромика прислать для простоты. А? Посидим, поболтаем. А?
Леонид совершенно прав, его жене нужна подруга.
– Может, лучше встретиться на нейтральной территории?
Она прищурилась, потом кивнула:
– Хорошо. Запиши мой номер. Позвонишь, когда сможешь.
Я послушно достала из клатча мобильный, сохранила новый контакт и спросила:
– Ну? Я пойду? Надеюсь, ты не всерьёз говорила о недоеденных остатках.
– Это я Любашу подкалывала, – усмехнулась Таня. – Она всегда заказывает на роту, а лишнее забирает. Не думай, мне не жалко, она бездомным помогает. Просто… Могла бы попросить. Хитрить-то зачем?
Я кивнула, наспех попрощалась и побежала к метро. В мозгу надоедливо стучала последняя фраза: хитрить-то зачем… Мне было очень неловко перед этой несчастной и очень хорошей девушкой. Почему я решила, что она несчастна? Разве это возможно с таким классным мужем?
Глава 7. Шире круг
Если я с кем и хотела поделиться впечатлениями, то точно не с Гелей. Однако, отперев дверь, услышала именно её голос. Галлюцинации что ли? Заглянула в комнату. Сестра в наушниках, с микрофоном в руке танцевала и пела, запустив систему караоке. Спасибо, не догадалась включить звук на полную, а то наряд полиции был бы уже на пороге – соседка ни за что не потерпит такого безобразия.
– Геля! – я подошла и похлопала незваную гостью по плечу: – Ты как сюда попала?
– А? – она сдёрнула наушники, отбросила их и полезла обниматься: – Полинка, как же всё плохо! Полный капец!
– Да что случилось? Почему ты так быстро?
Сестра потащила меня к дивану, мы уселись, обнявшись.
– Представляешь? Этот гад… Хочется крепче выразиться, но я знаю, ты не любишь.
– Гад – вполне достаточно. И что же он? Кого, кстати, имеешь в виду, своего нового?
– Всё! Забудь, нет никакого нового. – Геля отстранилась и посмотрела мне в глаза: – Как вечеринка? Хороший ресторан?
– Отличный. Очень вкусно кормят.
– Много было народу?
– Много.
– Танцевали?
– Некоторые танцевали.
– Неужели на тебя никто не запал? И почему, спрашивается, не надела платье?
– Никто не запал. Правда, я выбила у одного человека телефон из рук…
– Симпатичный?
– Последняя модель, как я успела…
– Мужик симпатичный?
– Вполне.
– Что же ты терялась?
– Говорю, – меня стал разбирать смех, – а ты не слушаешь. Обиделся он. Хорошо, хоть не разбила.
– Сердце?
– Мобильник. Гель, скажи, а то я спать не буду, как ты сюда вошла?
– Я-то уж думала, из-за чего спать не будешь, – усмехнулась сестра, – соседка пустила. Помнит меня.
– Виолетта Матвеевна?! Она дала тебе ключ?
Хозяйка квартиры нарочно оставила запасной комплект соседке, мало ли что может случиться в моё отсутствие: газ потребуется перекрыть, или батареи прорвёт, или ещё что… Однако представить, что Матвеевна доверит кому-то ключи было просто невозможно.
– Я плакала под дверью, вот она и открыла. Просто впустила, в руки не давала.
– А-а-а… А чего ты плакала?
Геля очень-очень протяжно вздохнула и призналась-таки:
– Туса наша сорвалась из-за тебя.
– В смысле?
– Оказывается, Даня для того лишь хотел собраться, чтобы дружка своего пристроить.
– Этого? Разведённого?
– Вот! Ты сразу въехала, а я-то губищи раскатала! Нарядилась, накрасилась. Глянь! Маникюр дорогущий сделала. Думала, колечко будет надевать, чтобы смотрелось…
Ноготки, действительно, были просто загляденье, каждый – произведение искусства.
Я не представляла, чем утешить сестру, во всяком случае, не рассказами о вечеринке, где мне посчастливилось побывать. Можно представить, как отреагирует Геля, узнав, что её помолвка сорвалась из-за подозрительного мероприятия. Расспросы никто не отменял, и сестру потихоньку начали раздражать мои невразумительные ответы. Меня спас звонок её мобильного.
– О! Лёгок на помине, – Геля, скорчив зверскую гримасу, сбросила вызов. Судя по всему, не в первый раз.
– Ответила бы, – я пихнула её локтем, – неужели, не хочешь услышать оправдания?
Сестра покусала губу, глядя на меня вопросительно. Хотела понять, искренне я советую или как. Я пожала плечами, мол, поступай, как хочешь. Отсела подальше, услышав новый звонок. На это раз Гелька приняла его, включив изображение, и сказала менторским тоном:
– Слушаю вас внимательно.
На экране показалось симпатичное лицо с милыми усиками:
– Рыба! На что ты обиделась? Я ведь не отменил, а перенёс. Разве ты не хотела, чтобы там была твоя сестра?
– Хотела, – призналась Геля, кинув на меня косой взгляд. – Только…
– Что, рыбонька?
– Нужно сразу говорить: собираемся при таком условии.
– Я же не знал, что твоя Полина не сможет! Ты рассказывала, что у неё свободный график…
– Не знал он! – сестра посмотрела на меня, выжидательно подняв брови. Я поспешно кивнула. Геля благодарно улыбнулась и ответила в трубку: – Ладно, на первый раз прощается. Назначим новую тусу.
– Обожаю тебя! – Даня изобразил смешной поцелуй: – Ты сейчас у неё? Я приеду.
– Приезжай. Встретимся в метро.
– Десять минут и я там!
– О кей! – Она завершила разговор и сунула мне под рёбра свой острый локоток: – Проводишь?
– Тебя?
– А что! Вдруг меня такую красивую по дороге перехватят?
– Тут спокойный район.
– Прогуляешься…
Я встала, прекрасно понимая, что с Гелькой спорить бесполезно, да и прогуляться перед сном не мешало, тут она права.
Настроение у сестрицы поменяло знак. Она и в лифте непрерывно тарахтела и, выйдя на улицу, продолжила. Я же изо всех сил старалась скрыть растущую неприязнь. Вообще не люблю сводничества, да ещё так… в открытую. Противно! Представляла, как меня нахваливают незнакомому парню, а тот плотоядно улыбается, рассчитывая на лёгкую добычу. Фу! Может, и зря себя накручивала, да только в последнее время с необычными знакомствами случился явный перебор.
Сестра взяла меня под руку и повела вдоль дома, продолжая рассказывать о своём Дане. Какой он, в общем-то, милый… Я же двигалась, подобно роботу-андроиду, попавшему на показ коллекции знаменитого кутюрье в качестве модели. Боковым зрением увидела подъехавший автомобиль. Фары погасли, дверца открылась, на асфальт шагнул мой босс. Я почувствовала, что это он ещё до того, как убедилась визуально.
Леонид стоял, положив руки на капот, и смотрел на нас. Не двигался. Мысли мои принялись галопировать. Зачем он здесь? Случайно или нет? К кому приехал? Неужели, ко мне? По делам? Почему сейчас, мог завтра встречу назначить в своём кабинете, если уж не хотел беседовать по вотсапу…
Сестра живо рассуждала, как будет здорово, если мы с Ником станем парой. Они с Даней – друзья, мы – подруги. Будем устраивать общие тусовки, отдыхать вместе, к родителям ездить. У Ника крутая тачка, всё лучше, чем в поезде трястись. Гелькины планы летели мимо моего сознания, заглушаемые звуками за спиной. Я слышала, как пискнула сигнализация, Леонид запер машину. Тут же послышались торопливые шаги. Догнал нас и пошёл медленнее. Жутко хотелось убедиться, я изо всех сил старалась не оборачиваться.
– Ты чего такая напряжённая? – заметила, наконец, сестра. – Не хочешь знакомиться?
– Хочу-хочу… Зябко просто.
– Ну, ладно! Раз ты замёрзла, возвращайся. – Геля чмокнула меня в щёку, отцепилась и полетела к дверям станции метро.
Я стояла, глядя ей вслед, и никак не решалась посмотреть назад.
***
– Полина…
Ох, уж этот пробирающий до печёнки голос!
Шея занемела от напряжения. Впрочем, мои старания полетели в тартарары. Пускай, так и не обернулась, Леонид обошёл меня и встал напротив.
– А-а… Это вы.
– Напугал? Прости.
– Добрый вечер, – я крутанулась на пятках и потопала обратно, – какими судьбами?
– Нужно поговорить.
– Говорите.
– Ты могла бы не выкать?
– Не могла бы. – Я остро нуждалась в дистанции, иначе просто не знала, как сдерживать глупые эмоции.
– Хм…
Леонид отстал на шаг. Обиделся? Я собралась прибавить, убежать, скрыться, но не успела – почувствовала тепло. Мне на плечи лёг пиджак. Пахнущий его обворожительным парфюмом пиджак! Я машинально схватилась за борта. Сбросить? Не смогу. Напротив, хотелось запахнуться плотнее. Сипло спросила:
– Зачем?
– Ты вся дрожишь.
Знал бы он, отчего я дрожу!
– Спасибо. Пойдёмте скорее.
Тепло ли повлияло или бархатный тембр, я действительно перестала дрожать и, можно сказать, расслабилась. По мере приближения к дому замедляла шаг. Пригласить мужчину к себе не решусь, расставаться не хочу.
Леонид расспрашивал, как прошла встреча в ресторане.
– Всё нормально. Спасибо за подарок, Таня очень обрадовалась. Я не сказала, что это от вас. Правильно?
– Правильно. Она бы не приняла.
Упс… как это можно объяснить? Не спросила, неопределённо хмыкнула и всё. Минуты три мы шли молча, наконец, Леонид решил приподнять завесу:
– В этот день Таня не хочет никого видеть…
– Она говорила, – посопев, я продолжила мысль: – говорила, что не потерпит рядом тех, кто знал её до трагедии. Вы ведь были знакомы с…
– С тёщей? Нет. И с Таней тоже. Мы впервые встретились, когда она…
Он замолчал, шумно выдохнув. Я помогла:
– Когда она прошла реабилитацию?
– Виталий Георгиевич впервые пригласил меня домой, в канун Таниного девятнадцатилетия. К тому моменту прошло уже три года после смерти её мамы.
– А-а-а… понятно.
Ничего мне не было понятно. Если так, почему Татьяна не желает видеть на встрече в любимом ресторане любимого мужа?
– Она плакала? – тихо спросил он.
– Нет.
– О чём вы разговаривали?
Мама дорогая! Да что ж это такое? Не мытьём, так катаньем…
Я резко остановилась и начала снимать пиджак:
– Вы приехали выслушать отчёт? Кажется, я не соглашалась стучать.
– Нет-нет, – испугался Леонид. Он старательно укутал меня и замер, держа руки на моих плечах: – Всё иначе, поверь. Я переживаю за неё и… немного боюсь.
– Чего? – Вот уж не думала, что этот человек способен бояться.
– Ты же видела этих двоих?
– Тётю и Любашу?
– Тебе не показалось, что это сектанты?
Я кивнула:
– Так увольте их, найдите других работниц.
– К сожалению, прислуга в «Дроздах» вне моей компетенции.
Всё страньше и страньше…1
Мы стояли. Нужно было прощаться и уходить. Сил на это не хватало. Я смотрела на острый кадык мужчины, опасаясь поднять взгляд выше и натолкнуться на… Мамочки, да что же со мной творится?
– Леонид Сергеевич, пожалуйста… – голос мой звучал сдавленно, – уберите руки.
Его кадык дёрнулся. Мужчина нервно сглотнул, а просьбу мою выполнить не спешил.
– Обещай, что не бросишь Таню.
От неожиданности посмотрела-таки в серые глаза:
– Я? О чём разговор, не понимаю.
– Пожалуйста! Она нуждается в общении с нормальными людьми.
– Ну, так… – я попыталась сбросить его руки, не смогла и жалобно вздохнула. – Ни в чём себе не отказывайте! Общайтесь. Я-то тут причём!
Продолжая удерживать меня, Леонид заговорил, почти застонал:
– Пойми, с Таней очень непросто. Она не каждого подпускает к себе. Я бы рад… но это очень непросто. Ты первая на моей памяти, кто смог её заинтересовать. Умоляю, не бросай её!
Как же он любит жену! Сколько боли, сколько волнения. Редко встретишь такое. Вот тебе и успешный, вот тебе и богатый.
– Зря переживаете. Мы с Татьяной обменялись номерами, она тоже предложила общаться. Я не возражала.
– Спасибо, – Леонид, наконец, убрал руки.
Я поспешно сняла пиджак и сунула ему:
– До свидания. Простите за резкий тон, просто меня убивает эта история с отбором на должность. Прямо, как дурной сон.
Побежала, ответ услышала уже в дверях подъезда:
– Да, это была глупая затея. Зато, какой результат!
Да уж… результат – что надо!
Ещё не добравшись до квартиры, я получила сообщение от сестры: «Надеюсь, ты одна?»
«А что?»
«Не вздумай изменять Нику».
О как! Я реально разозлилась. Что такое, в конце концов! Буквально все взялись указывать мне: с кем дружить, с кем не дружить…
Даже не хотела трубку поднимать сначала. Только воспоминания о тепле рук Леонида не позволили долго сердиться.
– Кто этот брутальный красавец? – в лоб спросила Геля.
– Ты следила за мной?
– Совершенно случайно! Обернулась в фойе, чтобы рукой махнуть, и увидела, как вы стоите. А потом пошли вместе.
– Другими словами, ты наблюдала…
– Поля! Ну, ты чего? Я Даню ждала, мы же договорились с ним встретиться. Очень надо за тобой следить! Кто это, а? Случайно познакомились? Приставал?
Я хотела соврать, но почувствовала, что на этот вечер исчерпала лимит недомолвок.
– Это мой начальник.
– О-па! Зачем приехал?
– У него есть просьба по работе. Тебя это не касается.
– Оки. Не злись! Я просто волнуюсь за тебя.
– За меня или за Ника?
– За тебя и немножко за себя. Ну, всё! Бегу, Даня зовёт.
– Беги-беги… – пробурчала я, завершая разговор. Спрятала телефон в кармане. Печально вздохнула.
Я бы тоже, пожалуй, побежала, если бы позвали.
Глава 8. Друг друга подруги
Такой восхитительной погодой просто грех не воспользоваться. Даня – новый парень моей сестры – настаивал на пикнике. Очень уж хотел, чтобы Сокол, как он называл приятеля, произвёл на меня впечатление. Ник слыл непревзойдённым мастером шашлыка. Геля расстроилась. В её мечтах объявление о том, что они с Даней теперь пара, требовало изысканной обстановки. Столы, белые скатерти, красивая посуда, нарядные гости. Сама она собиралась блистать, что не совсем уместно у костра на брёвнышке среди одетых по-походному подруг.
Уловив слёзы в её голосе, я предложила:
– Давай не будем всё в одну кучу мешать!
– Чё? Не пойму тебя что-то, – сестра потёрла глаз, будто в него попала соринка, потом другой и шмыгнула носом. – Мешать?
– Ну, да… пикник – дело хорошее, тем более, летом. А объявитесь в другой раз, например, в именины2. Тогда-то уж точно, соберёшь народ там, где захочешь.
– Мысль хорошая… – рассуждала Геля, – только знаешь, я уже не уверена, что вообще хочу этого.
– В смысле?
– Какой-то он авторитарный Данька. Тебе не кажется?
– Моё мнение вообще неважно. Потом, я твоего Даню и не знаю совсем.
– Не говори. Важно. Ты всегда оказываешься права. – Я не успела возразить, сестра оборвала меня нетерпеливым жестом: – Короче, мы просто тусуемся на природе. Вы с Ником знакомитесь, а заодно ты приглядишься к Дане. Договорились?
Ну, вот… я вздохнула, откладывая телефон. Ненароком попала в эксперты. Разумеется, не собиралась выступать в такой роли, а пообещала лишь для того, чтобы Геля прекратила истерить. Она отвлекла меня от работы, а я спешила перепроверить размещаемые на трёх порталах статьи, да ещё хотела отправить свежий материал в клинику. Раз уж намечается полноценный выходной, нужно подстраховаться, показывая кипучую деятельность.
***
Автомобилисты – их в компании было трое – планировали выпивать. За исключением Ника, именно он вёз необходимую снедь, попутно захватив остальных девушек. Сокол намеревался сделать второй рейс, но мы с Гелькой добрались на такси, благо я теперь могла позволить себе такую роскошь. Сестра недолго спорила, она казалась непривычно покладистой, уступив мне принятие решений. Это стало первым маркером, заставившим предполагать сговор. Я чувствовала себя разведчиком, заманиваемым в сети вражеских спецслужб. Вот-вот предложат стать двойным агентом.
Даня встретил нас на стоянке. Я впервые увидела его не на экране смартфона и прикусила язык, чтобы не воскликнуть: «Какой мелкий!» Геля тоже не дылда, однако, нынешний кавалер был выше на пару сантиметров, не больше. Или это казалось с моей высоты? Дождавшись, когда парочка обнимется, полопочет и обернётся, я изобразила улыбку и формально сказала:
– Приятно познакомиться.
– Ну, девчонки, – объявил Даня бодро, – идёмте! Всё уже на мази.
Мы прошли по аллее, потом свернули на неприметную дорожку и довольно скоро оказались почти в лесу. Удивительно всё-таки, что в центре столицы можно найти такие уголки! С одной стороны, вполне себе дикая природа, с другой, оборудованные места для приготовления блюд на свежем воздухе.
С людьми из Гелиной компании я знакома в той или иной степени, это её однокашники по РГСУ. Новым лицом, кроме Дани, оказался только Ник. Я выделила его из толпы ещё на подходе: настоящий богатырь. Русые кудри средней длины, бородка и усы тоже светлые и красиво вьющиеся. Высокий рост, а фигура – умело подчёркнутая трикотажным спортивным костюмом фисташкового цвета – прямо-таки голливудский стандарт. Мужчина стоял около мангала, но, увидев нас, что-то шепнул напарнику и пошёл навстречу.
Взгляд светло-карих глаз уколол меня. Я невольно поёжилась и замедлила шаг. Не очень-то комфортно, когда тебя изучают, словно выставленный на витрине товар. Хорошо, что в остальном впечатления были приятными: залитая солнцем полянка посреди берёзовой рощицы, выложенная плиткой площадка с лавочками вокруг длинного, деревянного стола, вкусный аромат жареного на огне мяса, улыбчивые молодые лица, весёлые, приветственные возгласы.
Крепкое рукопожатие показалось лишним, будто меня проверяли на устойчивость. Выдавила из себя улыбку и уточнила:
– Ник, это Николай?
– Никита, – поправил меня новый знакомый, – Никита Высоколов, если формально. Для друзей предусмотрен сокращённый вариант.
– А почему Сокол? – растерянно глянула я на Даню.
– Это ещё со школы. Физрук вызывал Ника к снаряду исключительно: «Вы… соколов». С паузой посреди фамилии, заставляя вздрогнуть всех. Так и пошло.
Понятно, что сам Ник снарядов не опасался, я могла предположить, что он мастер спорта. Спрашивать не стала, по-прежнему смущаясь цепкого взгляда.
Не скажу, что молодой человек навязывался, просто постоянно присутствовал рядом, упреждая любое желание: будь то порция шашлыка, яблоко, кружка с чаем или кусочек шоколадно-вафельного торта. У Ника получалось главенствовать, хотя балагурил Даня, на гитаре играл Филипп, а пели почти все. В общем, было весело, но чувство, что меня препарируют, не исчезало.
А чего я, собственно, хотела? Прекрасно понимала, на что иду: одно дело знакомиться с неискушённым юношей, совсем другое – с мужчиной, за широкими плечами которого остался неудачный брак. Когда Никита предложил пройтись, я промолчала, делая вид, что не расслышала. Он и не ждал ответа. Встал и настойчиво потянул меня за локоть:
– Идём-идём! Здесь речка в двух шагах, очень красивое место, как раз для…