Пролетая над гнездом дракона

1. С милым рай и в… Постойте, какая пещера?

Костёр щедро дарил тепло, освещая лица и протянутые к нему руки. Потрескивали дрова. От потревоженных палкой углей взметались в небо искры. Владе Есниной хотелось придвинуться ближе, но тогда стерпеть жар будет невозможно, а так спина мёрзла – из ущелья тянуло сыростью. Вот тебе и конец июня! На высоте двух километров над уровнем моря только днём чувствовалось лето, а стоило солнцу спрятаться за горами – возвращалась мартовская холодрыга.

Влада до сих пор не верила, что решилась на эту авантюру. Горный поход. Палатки, рюкзаки, туристические ботинки, камни под ногами, чай на костре, заварное пюре и лапша с тушёнкой, какао с разведённым сухим молоком… Шоколад с орехами – деликатес.

За прожитые двадцать пять лет Влада убедилась, что она сугубо городской человек. Даже дачного участка у её семьи не было. Досуг проводили в музеях, концертных залах и театрах, а путешествовали исключительно по городам страны и Европы. Ни Таиланд, ни Индия, ни даже Турция и Египет Есниных не влекли. Картины, стихи, музыка, архитектура – вот и все интересы помимо работы. Единственный раз восьмилетнюю Владу отправили в лагерь отдыха – она и двух дней не выдержала. Так ревела в трубку и просилась домой, что отец не поленился сгонять на машине за сто километров и забрать плачущего ребёнка.

Спроси её по прошествии многих лет, что так напугало в лагере? Воспитательницы были вполне доброжелательные, ребята спокойные и весёлые, территория ухоженная: сосновый лес вокруг, земляничные полянки, ромашки, бабочки… «Не нужна мне природа! – рыдала в трубку выдернутая из семьи девочка. – Хочу асфальт, а цветы чтобы на клумбах у фонтана!». Сейчас смешно вспоминать, хотя… Наверное, Влада интуитивно чувствовала, что семья скоро треснет, и хотела отпущенный срок жить с мамой и папой под одной крышей.

– Застыла? – спросил Прохор, придвигаясь ближе. – Иди ко мне под крылышко!

Он распахнул ветровку, заведя одну полу за спину Влады, и обнял её, прижимая к себе. Сразу стало тепло-тепло.

– Спасибо, – она положила голову на его плечо и потёрлась ухом, устраиваясь на колючем свитере.

Дым, до этого норовивший выесть глаза, наконец, отвернул. Хорошо. О том, что завтра предстоит очередной переход к горному озеру, думать не хотелось. Ноги с непривычки ныли, в голове шумело от недостатка кислорода. Савелий – инструктор и по совместительству приятель Прохора – обещал, что дня через два новички акклиматизируются и начнут получать удовольствие. Верилось не очень. Влада могла смириться с проживанием в палатке и хождением за водой к ручью, лишь бы никуда не тащиться с грузом на горбу. Понятно, что всё самое тяжёлое лежало в рюкзаках у мужчин, но и относительно лёгкий Владин реально оттянул плечи, она не раз ловила себя на страстном желании остановиться и выкинуть что-нибудь в кусты, пока никто не видит. Вряд ли такое получилось бы. Шли по одному след в след: девушки во главе, инструктор замыкающим.

– Понравился?

Она не поняла вопроса.

– Что?

– Савелий, говорю, понравился тебе?

Прохор говорил шёпотом, было трудно понять: шутит или серьёзно. Влада отстранилась, посмотрела в лицо. Серьёзен. Как он засёк, что она смотрит на Савелия? Тот действительно очень обаятельный, шутит всё время, байки рассказывает, местные страшилки. Девушки, а их тут ещё три, глаз с него не сводят. Влада тоже смотрела, пока Прохор не спросил.

– Ревнуешь?

Он нахмурился и отвёл взгляд:

– Просто хотел предупредить. Савич не по женскому полу спец.

– Кто? – не поняла Влада.

– Савелий. В школе его Савичем звали.

Стало неловко. Собственно, почему должно быть неловко? Она и не думала флиртовать с инструктором. Все воспринимали Владу с Прохором как пару. Даже на глазах у малознакомых людей она не стала бы игнорировать своего парня и заигрывать с другим. А смотрела? Да. Надо куда-то смотреть, не сидеть же с закрытыми глазами?

Она высвободилась из объятий и встала.

– Пойду разомнусь.

Прохор порывисто поднялся:

– Отличная идея. Подожди, захвачу фонарик.

Пока он лазил в палатку, Влада успела отойти метров на пять. Остановилась. Идея уже не казалась отличной. Может, вернуться и забраться в спальник? Время детское, но…

Послышался хруст быстрых шагов. Силуэт Прохора, освещённого костром со спины, быстро приближался, перед ним мельтешил яркий круг от фонаря.

– Я здесь, – окликнула Влада.

– Вижу. Возьми куртку, как бы не простудиться.

Заботливый какой! Пуховичок захватил. Она нырнула в рукава с наслаждением почувствовала, как спину и плечи обнимает лёгкое мягкое тепло.

– Спасибо!

Ещё немного прошлись, обогнули уступ, остановились. Отсюда костёр не видно, разговоров и музыки не слышно. Можно вообразить, что они одни в огромном мире. Только звёздное небо над головой, поблёскивающие в лунном свете снежные пики гор, ущелье с весёлым ручьём под ногами.

Прохор, до этого обнимавший её, отстранился и встал на одно колено:

– Владислава!

Отступила, стряхивая созерцательное настроение:

– Поднимись сейчас же! Камни холодные, – сказала сердито.

Не любила, когда её называли полным именем – так мать обращалась, прежде чем наказать или отругать. Правда, «Слава» не любила ещё больше. Вечно шутники подначивали: Слава, спой! А ей реально не нравилось сравнение с известной певицей. Ну не в пользу светловолосой, блёклой худышки оно было.

– Влада, – поправился Прохор, – надеюсь, ты сообразила, зачем я затеял романтическое приключение?

С этим поспорила бы. Если уж затевать что-то необыкновенное, можно было в Питер поехать или Казань. На крайний случай сгодился бы ресторан «Седьмое небо» в Москве. Включаться в игру не стала:

– Встань, я тебя прошу.

Мужчина упрямо мотнул головой и достал из нагрудного кармана бархатный футлярчик. Раскрыл. Колечко из белого золота сверкнуло россыпью бриллиантов.

– Будь моей женой! Давай, как только вернёмся, сразу подадим заявление…

Серьёзно? Вполне состоявшийся мужчина, уже имевший за плечами неудачный брак, делает ей официальное предложение?

В горле пересохло. Влада покачнулась, колени ослабли. Прохор, заметив неловкое движение, вскочил, обнял, прижал к себе. Коробочка с кольцом звонко захлопнулась.

– Ты не слишком торопишься? – приглушённо спросила девушка, уткнувшись носом в широкую, обтянутую грубой тканью ветровки грудь.

Уловила запах костра и чуть заметный аромат парфюма. Головокружение прошло, повела плечами, высвобождаясь.

– Давай так, – отреагировал Прохор, в его голосе слышалось лёгкое разочарование, – ответишь, когда приедем домой. А сейчас просто надень, боюсь, что выроню где-нибудь на стоянке, потеряю.

Посмотрела в глаза и молча кивнула. Он поспешно достал колечко и надвинул на безымянный палец. Теперь у Влады было два помолвочных перстенька. Этот пришёлся в пору, а первый был великоват и красовался на указательном. В прошлый раз она согласилась мгновенно, правда, свадьбы так и не случилось. Сразу вернуть кольцо забыла, а потом подумала: пусть остаётся напоминанием о том, что не нужно слишком доверять мужчинам.

Вытянула руку, любуясь. Заметила, что Прохор недоволен. Всерьёз рассчитывал на безоговорочное «Да». Влада должна бы визжать от счастья и скакать на одной ножке, а она, видите ли, тормозить будет! Поднялась на носки, чмокнула колючую щёку:

– Спасибо, твоё предложение очень лестно, просто я морально не готова что-то менять.

– Тебе нравится унылая жизнь? – раздражался Прохор. – Так и собираешься сидеть за стойкой администратора целый день, а вечером тащиться в пустую квартиру?

Захотелось сменить тему:

– А где пещера, о которой рассказывал Савелий? Ты ведь уже бывал здесь?

– Бывал. Не один раз, – мужчина нахмурился, но взял себя в руки и заговорил более мягко: – Пойдём. Хорошо, что я фонарь захватил.

Ещё немного поднялись по тропе. Влада успела пожалеть, что обмолвилась об этой несчастной пещере. Что там делать? Здесь-то все ноги измучила: то о камень споткнётся, то в ямку подвернёт. Решила отступить и даже рот открыла сказать, что раздумала и хочет вернуться на стоянку, но тут в скале показался тёмный провал в человеческий рост.

Прохор сообщил:

– Вот. Здесь. Поверь, ничего интересного.

Захотелось возражать:

– Савелий сказал, что людей туда тянет. Давай заглянем.

– Савич что хочешь наврёт, лишь бы интерес клиентов подогреть. Ну, идём-идём.

Прохору нравилось великодушно потакать женским капризам. В некоторых пределах, разумеется.

Свет фонаря метался по плачущим пузатыми каплями стенам, захватывал свод и снова спускался вниз, указывая путь. Идти было проще, чем по тропе, создавалось впечатление, что довольно ровный пол тщательно вымели, освобождая от мелких камушков. То с одной, то с другой стороны лежали плиты, на которых можно посидеть и отдохнуть. Здесь, наверное, хорошо дождь пережидать.

Словно в ответ на эти мысли послышался шум воды. Реально ливень начался? Хотя… шум раздавался не за спиной, а впереди.

– Дождь? – всё-таки спросила Влада.

– Странно, мне она казалась не такой глубокой, – бормотал Прохор, вглядываясь вперёд. – Там что-то сверкает, или у меня глюк?

Вспомнилась фразочка Савелия: «Горные глюки да печальные звуки». Так инструктор называл алкогольный коктейль по собственному рецепту.

– Я тоже вижу, – подтвердила Влада. – Выключи фонарь, мешает.

Как только электрический свет погас, завеса показалась во всей красе. Полупрозрачный полог отделял эту часть пещеры от более просторной и едва видимой из-за похожего на новогоднюю гифку сияния. Девушка прибавила шаг. Что за чудо такое?

– Подожди, – пытался остановить её спутник, – надо понять, что за хрень здесь случилась. Может, радиация?

Владу влекло. Прав оказался Савелий. Реально тянуло, словно невидимый ангел подталкивал к удивительному сиянию. Пробежала оставшиеся метры и даже не сразу заметила, что Прохор преодолел иллюзорный барьер вместе с ней.

Шум падающей воды заметно усилился. Немудрено – чуть дальше путь перегораживал изумрудный, пронизанный солнцем поток. В этой части пещеры было светлее, свод выше, стены обильнее сочились влагой, а воздух заметно легче с тонким ароматом лаванды. Огляделись. Там и сям валялись сбитые в кучи тряпки.

– Здесь бомжи обосновались? – предположила Влада.

– Не знаю, – хмурился Прохор, – давай вернёмся.

– Что это? – не послушалась и уверенно устремилась вперёд. – Не представляла, что в горе может вода литься прямо так.

– Этого не было раньше, – мужчина шёл с недовольным видом, но больше не предлагал отступить.

Между водопадом и стеной обнаружилась широкая щель. Вполне можно пройти, не замочив одежду. Влада так и сделала. Вышла из-за водной преграды и замерла, ошарашено осматриваясь. Перед ней лежала широкая солнечная долина. Совершенно не похожая на ущелье, где они устроили стоянку. И потом – ночь же!

– Правда, что ли, глюки? – прошептала себе под нос девушка.

На лицо попадали мелкие холодные брызги, возвращая к реальности.

– Ничего не понимаю… – Прохор обогнул Владу, прошёлся и, приложив ладонь козырьком, осмотрелся.

Площадка была довольно большая, с неё начинался спуск в долину. Камни, поросшие мхом, чуть дальше трава, мелкие жёлтые и синие цветы. Вода устремлялась вниз и скапливалась в круглой каменной чаше, не выплёскиваясь из неё. Наверное, уходила в подземное море.

Из-за шума воды не сразу услышали гортанные крики, и появление одетых в маскарадные костюмы здоровяков стало неожиданностью. Их было человек десять. Они без церемоний набросились на туристов.

– Эй, мужики, – кричал Прохор, уклоняясь от ударов, – мы не играем! Вы кто такие? – Ему удалось отбросить двоих нападавших и кинуться на помощь Владе. – Убери лапы, урод!

Нет, это не игра и не маскарад. Они попали к боевикам. Есть ли в здешних местах бандформирования? Хотелось думать, что она спит, но нестерпимая боль в вывернутой руке и ушибленное колено не позволяли.

Прохор сумел вырвать её из хватки одетого в грубую кожу и жутко вонючего бандита. Влада устремилась к водопаду, слышала, что Прохор, тяжело дыша, бежит следом. Она успела заскочить в пещеру, а его догнали и поволокли в сторону.

– Прохор! – оглянулась.

– Беги! Скажи нашим!

Удар по голове заставил его замолчать. Влада замешкалась на миг. Помочь не сумеет, Прохор прав, надо бежать на стоянку. Секундная задержка решила дело не в пользу логичного поступка. Не успела добраться до гифки-полога, её настигли, повалили, связали. Всё тот же вонючий и ещё один, тоже обряженный в киношные доспехи – молодой, смуглый, лохматый.

Бандиты подняли Владу и потащили к выходу из пещеры, переговариваясь на незнакомом языке.

Миновать водопад не успели. Всё вокруг затряслось, снаружи послышался грохот. Влада рванулась вперёд, но вонючий больно дёрнул к себе и гортанно выругался.

Землетрясение? Этого не хватало!

Как только удары и шелест осыпавшейся мелочи стихли, мужики поволокли Владу дальше. Выбрались на площадку. Никого! Лишь груды камней вокруг. Завыла. Слёзы хлынули, щекоча покрытые пылью скулы. Горло стискивало рыданиями, в груди рос горячий ком. Подняла глаза к небу, вопрошая: да что же это, Боже?

В яркой синеве парили драконы. Не плицы, не вертолёты или дельтапланы. Самые настоящие летучие ящеры! В глазах стало темно. Лишь изредка вспыхивали радужные пятна.

2. Удивительное рядом

Влада сопротивлялась, как могла. То подгибала колени, повисая на руках у бандитов, надеясь, что те устанут волочь непослушную пленницу, тогда она сумеет вывернуться и убежит. То упиралась ногами, всем весом отклоняясь назад. Бесполезно. Мужики, похоже, сделаны из стальных канатов. Они лишь приподнимали Владу над землёй и встряхивали, словно куклу, принуждая шагать дальше.

Разодранная верёвками кожа на запястьях противно зудела. Владе хотелось дотянуться до них зубами и ослабить узлы. Никто ей этого не позволял. Бандиты, почти не запыхавшись, быстрым шагом шли по дороге, обменивались короткими совершенно непонятными репликами и поглядывали в небо, где продолжали нарезать круги драконы. На суровых физиономиях не было ни сожаления о заваленных камнями людях, ни радости, что сами чудом остались живы. А ведь не успей девушка нырнуть в пещеру, всех бы угробило камнепадом. О чём беспокоились незнакомцы, вооружённые кривыми ножами и чем-то похожим на кувалду, понять было трудно. Драконы им точно не нравились. Надо сказать, Влада тоже смотрела на них с опаской. Что если поднимут в небо?

Поморщилась, вообразив, как огромный ящер хватает её, стряхивая мужиков, и уносит в гнездо на корм детёнышам. Будет ли это хуже, чем остаться в руках у дикарей? Хотелось зажмуриться и попасть домой. Попробовала даже, но только очередной тычок получила. Надо как-то освободиться. На себя рассчитывать было бессмысленно, оставалось только верить, что товарищи спохватятся и пойдут на поиски.

Быстро ли они сообразят, что потеряшки прошли сквозь мерцающую завесу? Представила, как инструктор и остальные парни минуют водопад и наткнутся на заваленное камнями тело друга, всхлипнула. Вонючий зыркнул на неё и загоготал, раскрыв рот, полный гнилых зубов. Молодой тоже смеялся, но не так громко. Перегруженная необъяснимыми впечатлениями психика не выдержала, снова отключив сознание. Погружаясь во тьму, Влада успела обрадоваться такому избавлению и забылась.

Пришла в себя от резкого ударившего в нос запаха. Открыла глаза и с удивлением увидела склонённое к ней незнакомое лицо. Вытянутый череп нового персонажа отличался от круглоголовых бандитов. Длинное лицо, бледная усеянная едва заметными веснушками кожа, тонкие ниточкой губы, выдвинутый вперёд подбородок. Впечатление нестарый мужчина производил двойственное. Не красавец, но хоть не злобный, и то утешает.

Заметив, что девушка очнулась, он выпрямился во весь немалый рост и почти достал макушкой крыши палатки, где они находились. Или нет, это, скорее, был шатёр. Для палатки великоват. Влада села на своём ложе, застеленном лоскутным одеялом, стянула на груди полы куртки, сжавшись в комок. Не мёрзла, просто чувствовала себя неуютно и хотела как-то собраться.

– Где я? Что от меня хотят? Кто вы такие?

Мужчина поморгал, вслушиваясь в музыку её голоса, потом дёрнул головой, словно гоня неприятную мысль, и заговорил сам. Язык был незнаком. То есть абсолютно незнаком. Влада вполне способна различить десятка два или хотя бы сообразить, к какой группе языков относится услышанная речь. Но не в этот раз.

Видя, что девушка беспомощно хлопает ресницами, человек заговорил иначе. Видимо, другое наречие, но опять ни слова не понятно. Ещё одна попытка, и ещё…

Перед ней стоял полиглот, но, как ни удивительно, при всём богатстве знаний не владел ни английским, ни французским, ни немецким, которые Влада смогла бы понять, ни, разумеется, русским. Устав чирикать, длинный воззрился на пленницу, ожидая её реакции.

– Татри, – произнесла она слово, неоднократно слышанное в разных вариантах. Решила, что это значит «женщина» или «девушка». Раз уж она сама девушка. Подумала: если сюда позовут даму, они скорее договорятся. Переговорщик сделал ещё одну попытку, выдав длинную фразу, но Влада отрицательно покачала головой и повторила: – Татри.

Длинный понимающе кивнул и, подойдя к собранному гармошкой выходу, за которым маячил коренастый охранник, приказал кому-то невидимому привести женщину. Так, во всяком случае, показалось Владе. Уже через минуту послышались быстрые лёгкие шаги, в палатку впорхнуло юное создание с тяжёлой чёрной косой, переброшенной через плечо. На девушке были плотные шаровары и поверх рубахи из тонкого белёного льна жилет на шнуровке.

Присев на край лежанки, девушка потянулась к Владе и вгляделась в её лицо. Потом обернулась к длинному, покачала головой, сказав что-то про «татри». Влада догадалась, что её этой самой татрой не признают.

Испугавшись, что незнакомка уйдёт, Влада схватила её за руку:

– Послушайте, я случайно сюда попала. Меня приняли за кого-то другого! Мне нужно вернуться в пещеру. Друзья будут беспокоиться, мы же ненадолго ушли гулять и пропали, – на секунду замолчала и заплакала, кусая губу. Едва смогла собраться и договорить: – Мой жених погиб, его камнями засыпало…

Девушка ласково погладила её по руке, потом указала на себя:

– Цветла. – Ещё раз постучала пальчиком по своей груди, повторила: – Цветла.

– Света? – удивилась Влада, понимая, что незнакомка называет своё имя. Надо же, дома осталась подруга Светланка, а тут её тёзка.

Девушка отрицательно покачала головой и ещё раз настойчиво произнесла:

– Цветла. – Потом ткнула в ключицу Владе, ожидая ответа.

– Владислава, – назвалась та, – то есть Слава… нет, лучше Влада.

– Лада?

– И так можно, а вообще-то Влада. В-в-влада.

Цветла кивнула и вновь указала на себя:

– Татри, – пальчик вернулся к Владе.

– Не понимаю.

Мужчина, всё это время стоявший в стороне, приблизился. Теперь он тыкал пальцем. Сначала в себя:

– Бренер. Солос. – Потом показал на Владу: – В-в-влада…

Пауза, по-видимому, означала, что девушка должна в чём-то признаться. Она пожала плечами и вздохнула:

– Я что-то туго соображаю.

Цветла поднялась и быстро заговорила, темпераментно указывая мужчине на выход. Переводчик пытался спорить, оперируя к какому-то Лубею, потом кивнул и вышел, задёрнув за собой полог. Сразу стало легче.

– Спасибо, – робко улыбнулась Влада. – Надоел он мне хуже рекламного ролика.

– Хорошо, – сказала Цветла. – Хорошо, что Бренер согласился уйти.

– Ты говоришь по-русски? – от удивления Влада даже привстала со своего ложа.

– Говорю на любом языке. Мне надо было услышать тебя. И всё.

– Как такое возможно?

– Драконы. Меня научили драконы.

– Магия, что ли? – предположила Влада.

Цветла задумалась на секунду, потом кивнула.

– Можно думать, что магия. Давай решим, что нам делать.

После рассказа о пещере за водопадом Цветла оживилась:

– Там были татри?

Влада успела уяснить, что татри – это народ, населяющий долину. Его представители низкорослы, худощавы, смуглы, черноволосы. Глаза миндалевидные, красивого шоколадного цвета. Скулы высокие, немного выпуклые, щёки впалые. Неудивительно, что Владу не приняли за татри.

– Людей мы не видели, только тряпки валялись. Я подумала, что в пещере кто-то жил, но ушёл.

Цветла покачала головой:

– Там прятались раненые. Наверное, унесли их в другое укрытие.

– А не могли они уйти в мой мир?

По ту сторону портала Влада никого не заметила ни в пещере, ни около неё, но ведь была ночь, да она и не осматривалась, занятая переживаниями.

– Не знаю, о какой прозрачной пелене ты говоришь, – пожала плечами Цветла. – Я не видела ничего, кроме камня.

Услышав это, Влада расстроилась: портал возник недавно и может в любой момент исчезнуть. Как тогда вернуться домой? Мало того что сбежать от бандитов непросто, так ещё и это! Цветлу слушала невнимательно. Юная представительница татри рассуждала, как бы им обмануть Лубея. Лучше всего пообещать богатый выкуп за Владу. Тогда её не продадут в рабыни, не сделают невольницей хана или его ближайших сподвижников – та ещё перспектива!

– Где взять долбанный выкуп? – вздохнула Влада. – Можно, конечно, квартиру продать. Она отцовская, он сможет сделать это без меня, хотя и расстроится. Но как передать ему просьбу? Вдруг портал закроется!

– Лубея не интересуют деньги чужого мира, – сомневалась Цветла.

– Но других мне взять негде!

– Это неважно. Мы его обманем. Твои украшения…

– Что с ними не так? – Влада посмотрела на кольца. – Удивительно, что не отобрали. Я подумала, золото бандитов не привлекает.

Цветла горько усмехнулась:

– Воины приняли тебя за дочь влиятельных людей. Того, кто был с тобой, сочли охранником. Не рискнули грабить, не спросив Лубея, ведь выкуп может превзойти столь ничтожную добычу.

Помолвочные колечки спасли её от худшей доли. Влада осмотрелась. Отдельный шатёр, довольно удобная постель, охрана у входа, переводчик, даже два… Далеко не каждая пленница, попав в орду, сможет рассчитывать на такой приём.

– Когда узнают, что за меня некому платить…

– Важно выиграть время. Необычная одежда и незнакомый Бренеру язык позволит сказать, что ты прибыла в долину татри с далёкого запада. Там живут совсем иначе. – Цветла мечтательно зажмурилась: – Сама я не видела, но рассказывают, что таких высоких гор, как у нас, на западе нет, зато люди сами возводят каменные стены и селятся за ними.

– Крепости?

– Крепости, замки, дома, стоящие друг на друге. Лубей мечтает захватить эти земли, но пока у него недостаточно сил.

– Прямо Мамай, – вздохнула Влада. – Как нам выиграть время и зачем?

– Сейчас не убежать. В долине за мной смотрят не меньше, чем за другими, хоть и числюсь толмачом, как Бренер. Потом будет проще. Мы подготовимся и покинем лагерь. А пока, пусть Лубей ждёт выкуп. Гонец отправится на запад. Это семь-восемь дней пути на хорошем коне. Там он выяснит, что ты не принадлежишь ни одной династии. Возвращаться будет ещё неделю, итого – две. Мы успеем удрать.

– Хорошо бы… – протянула Влада, размышляя, будет ли ещё открыт портал.

В любом случае, оставаться в распоряжении хана Лубея она не собиралась. Уж лучше вернуться к татри. Глядя на переводчицу, убедилась, что это открытые, доброжелательные люди. Цветла поднялась и, сцепив руки в замок, пошла к выходу:

– Я попрошу поселить нас вместе, ты не против?

Она ещё сомневается!

– Конечно! Было бы здорово. – Влада огляделась, не видя второй лежанки. – Они позволят?

– Скажу, что ты упорствуешь, или я плохо понимаю твой язык, нам нужно больше общаться, чтобы завоевать доверие.

Вместе с Цветлой ушёл тот незначительный оптимизм, что она сумела внушить. Влада подтянула колени к груди, обняла их и уставилась в одну точку. Как умудрилась так влипнуть? Вот и Прохор погиб по её вине. Что стоило согласиться на его предложение? Представила, как услышав «Будь моей женой», хлопает в ладоши, виснет у жениха на шее, целует… Тогда бы они сразу вернулись в лагерь и не совались в эту жуткую пещеру.

– Прошенька, ты хороший, я знаю… – прошептала, понимая, что не может произнести слово «был».

До щемящей тоски в сердце хотелось верить, что Прохор не умер. Пусть он не умер! Даже если покалечился, она будет с ним, примет предложение и никогда не бросит. Только бы жил!

Ах, зачем они встретились?! Зачем она потащилась с ним в поход?!

Светланка уговорила. После того, как Влада рассталась с прежним парнем, подруга больше неё переживала. Ну как рассталась… Стасик убедил не торопиться с детьми, мол, поживём для себя. Оформлять отношения тоже не считал необходимым. Влада не спорила, как будто её всё устраивало. Потом на пороге квартиры возникала крашеная блондинка. Выпятила живот и сообщила, что беременна от Стаса.