Монстрики из магазина

Глава 4

Феликс убежал. Пит сразу принялся критиковать:

– Ну он даёт. Ничего толком не объяснил.

– Мы сами должны понимать. Он доверяет нашему опыту, – попыталась объяснить я.

– Но вот что меня настораживает: дело такое серьёзное, почему Аманда не выделила на него побольше людей? И где все наши коллеги, что за горячая пора?

– На заданиях. Вот почему мы тут никого не встретили ни вчера, ни сегодня, – предположила я.

– Клот, я могу обратиться к тебе с просьбой? Я буду у тебя в долгу, мне очень не удобно просить тебя об этом… – Пит замялся.

– Я сделаю для тебя всё, что смогу, ты мой друг, – живо отозвалась я.

– Понимаешь, я не знаю, сколько уйдёт времени на списки. Работа кропотливая, может затянуться. А в шесть я должен сводить Томми выбрать себе подарок на день рождения. Я рассказал ему про «Лавку Озорников», и Томми попросился туда. В общем, я понимаю, личная жизнь не должна мешать работе…

– Пит, – остановила я поток его смущённых словоизлияний. – Всё в порядке. Я постараюсь за тебя закончить эти списки. Начну работать по Уилмор, ты по Парсону. Пометь, на ком ты остановишься, чтобы я не выполняла твою работу заново. Иди обязательно. Ты и так из-за работы мало проводишь времени с близкими. А уж что говорить обо мне! Я твоя соседка, а даже запамятовала, что у твоего младшего брата день рождения. Обязательно передай ему привет и поздравления! Сколько ему, кстати?

– Восемь. Он уже во втором классе, – гордо объявил Пит.

– Как быстро летит время. Только что, кажется, ему шесть было, – улыбнулась я.

– Тебе самой скоро пятнадцать, – напомнил Пит и смущённо опустил глаза, будто джентльмен, совершивший оплошность и указавший даме на её возраст.

– Ай, я и забыла, – засмеялась я. – У меня день рождения меньше чем через неделю! Даже интересно, как и где я его встречу?

– Сидя в тёмном окопе в засаде, под дождём, с пулемётом, – улыбнулся Пит.

– Мечта секретного агента, – улыбнулась я. – Какая романтика! Что ж, приступаем. Феликс прав – вдруг действительно из этого что-то дельное выплывет?

Я задумчиво посмотрела на списки. Пит покосился на них скептически:

– Сомневаюсь. Мне кажется, тут абсолютная пустышка. Скинули на нас черновую работу, как на каких-то стажёров! – недовольно проворчал он.

Мне пришлось напомнить:

– Пит, мы и есть стажёры.

– Ну, Ром же тоже стажёр. Он агент 004, с двумя нулями. Почему ему дали такое задание, а нам – такое?!

– Потому что в следующий раз будет наоборот. Повезёт и нам. И будет на нашей улице праздник. Я бы не стала завидовать Рому. Ему дали сложное дело. Я искренне надеюсь, что у него всё получится.

– У меня подозрение, что Феликс недооценивает нас с тобой. Конкретно к тебе и ко мне у него предвзятое отношение, – шёпотом поделился Пит. – Он держит нас за каких-то салаг. Ты просто не замечала, а я всё сёк, пока мы с ним сидели вчера и сегодня. Он совершенно по-разному смотрит на Рома и на нас с тобой.

– Я не уверена в том, что ты прав, так категорически, – осторожно поспорила я. И гордо заметила: – В феврале я, Пол и Мунда работали с агентом Гистоном на одной операции. И он видел меня в деле! Не думаю, что он нас недооценивает.

Пит лишь пожал плечами и грустно вздохнул. Я сама была огорчена, несмотря на то, что подбадривала и успокаивала Пита по поводу задания, которое нам только что дали. Большая часть меня тоже протестовала и сопротивлялась.

Мы приступили. Работа нас настолько загрузила, что мы даже не общались друг с другом. Прошло уже три часа наших бдений, а всё безрезультатно. У доктора Оливера Парсона около пятисот контактов в списке, и не понятно, по каким критериям Феликс и Гарольд этот список составляли. У Ригги Уилмор контактов более трёхсот. Требовалось проверить каждого, пробить по Базе Данных, прочесть всю подноготную и биографию. За три часа у Пита ничего не выстрелило, у меня тоже.

Оторвавшись от монитора, Пит устало потянулся и виновато посмотрел на меня:

– Мне пора.

– Пит, вставай и иди, это даже не обсуждается, – отпустила я напарника. – Я доделаю анализ списка Уилмор, и сколько успею, подхвачу твой список. Так даже честно, потому что твой список больше, я по-любому должна была минимум сто имён из твоего списка взять на себя. Так спокойно отведи брата в магазин.

– Спасибо тебе. Действительно… Работа такая… муторная! Никогда не занимался ничем более скучным, – пожаловался Пит. И высказал: – Когда Майло вернётся, наши услуги станут более востребованы, и к нам снова станут относиться как к профессионалам, а не как к мальчикам и девочкам для копания в бумажках.

Я задумчиво посмотрела на Пита. Он упомянул своего старшего кузена, Майло Стимвитза, одновременно нашего босса и наставника, человека, который вербовал нас в ТДВГ. Случилось так, что несколько месяцев назад он исчез, сообщив, что едет на неопределённый срок путешествовать. От него пока что никаких вестей. Я и наша коллега – агент Мунда Рокс были единственными, кто видел его «отъезд», то есть видели его в последний раз перед исчезновением. Мы тогда ловили опасного преступника, сверхъестественное существо, почти поймали его на крыше заброшенного завода. Он ускользнул через портал. После этого туда прилетели вертолёты спецслужб, а так как я и Мунда были там посторонними лишними лицами, Майло приказал нам быстро скрываться. Никогда не забуду его взгляд, каким он провожал нас тогда. После этого его до сих пор никто не видел.

И тут Пит высказал надежду, что он, возможно, скоро появится.

– Ты знаешь что-то об этом? – спросила я.

– О чём? – не понял Пит.

– О том, когда Майло вернётся?

– О, об этом не знает никто, – потянул мой друг. – Но должен же он вернуться! И проверить, как мы тут без него.

– Было бы хорошо, – улыбнулась я.

– Вот и я про то же, – Пит поддержал меня. И вздохнул: – Ладно, я побежал. Удачи тебе! А ещё лучше плюнь на это дело, скажи, что разболелась голова и что заниматься этим в лом.

– Пит, Феликс всё-таки может оказаться прав: это важно. Мы пока ещё ничего не нашли, и либо мы плохо искали, либо просто мы ещё не до конца проверили эти списки. Я продолжу.

– Что ж. Ещё раз удачи, – кивнул мой друг и ушёл.

Звенящую тишину после удалившегося топанья кроссовок друга по полу коридора я почувствовала не сразу. Лишь когда прошло пять минут, я уловила ощущение одиночества в пространстве вселенной. За окнами появлялись первые признаки темноты, я закрыла жалюзи и включила освещение. Задумчиво посмотрев на монитор, стала раздумывать – сделать ли паузу на чай или заняться проверкой следующего по списку?

Вот, очередной человек из списка уже вышел на экран. Проверю его, а потом – попью чай.

Зовут его Гилберт Пэйн. Интересно, сколько Гилбертов Пэйнов проживает на свете, полных тёзок? В списке значилось, что Гилберт Пэйн был одноклассником Уилмор с пятого по девятый класс, потом они короткое время работали вместе в частном исследовательском химическом институте, куда их направили на практику. Уилмор защищала курсовую по фармацевтической химии на базе той организации. А Пэйн там работал лаборантом.

Не знаю, что меня в этом Пэйне заинтересовало. Я решила задержаться на нём, копнуть глубже. Вроде, ничего примечательного он собой не представлял. Двадцать два года, родился в Айкрате. Учился в средней школе, после девятого класса поступил в химический колледж. После колледжа подрабатывал лаборантом, потом поступил на работу в Химический Институт Укосмо, или сокращённо ХИУ. Работает лаборантом там до сих пор, проживает в общежитии при институте.

Обычный студент. Но что же с ним может быть интересное? Более чем за год работы в ТДВГ я научилась доверять интуиции. Я запустила проверку Гилберта Пэйна по криминалистическим базам. Особо на удачу я не рассчитывала: вряд ли очкарик-ботаник, весьма щуплого вида, судя по фото, будет заниматься разбойными ограблениями. Но… Я не поверила своим глазам, когда увидела на экране, что Пэйн в пятнадцать лет арестовывался именно за ограбление магазина, перед самым поступлением в колледж!

Я выпучила глаза и с минуту так и сидела. Очкарик – и грабит кассу? Случай был единичный, его освободили условно. Возможно, кто-то заступился за сошедшего с пути парнишку, или родственники наняли хорошего адвоката. Я пробила данные по родителям. Гилберт Пэйн происходил из обеспеченной семьи. Отец и мать – бизнесмены. Пэйн, видимо, не оправдал ожиданий родителей: сложно поверить, что бизнесмены ждали, что их отпрыск станет молодым учёным-химиком. Возможно, у него были сильные разногласия с родителями, которые проявлялись в неустойчивости его психики и таких поступках, как ограбление магазина. У Пэйна три брата и сестра, я ради любопытства узнала информацию по ним. Гилберт самый младший сын в семье, поздний ребёнок, а его братья и сестра тоже занимаются бизнесом.

Пэйн интересовал меня всё больше. Я стала узнавать про его успехи в колледже, про его начальников на первой работе, на второй работе… И тут я снова обомлела! Это немыслимо. Такого совпадения я не ожидала! Я увидела очень знакомое имя.

Одним из научных руководителей Пэйна по его работе в ХИУ был Ромео Нельсон! Таинственная фигура, которую мы с Полом и Мундой встретили в феврале в клинике-санатории Кочфеста. Который погиб на наших глазах от взрыва бомбы. И про которого мы позже выяснили, что настоящий Ромео Нельсон умер раньше, чем мы с ним познакомились. То есть тот встреченный нами тип взял имя Ромео Нельсона. Кем он был – не понятно. Призраком, фантомом, человеком-невидимкой, или неким загадочным лицом, с непонятными целями выдававшим себя за этого мёртвого учёного.

Ромео Нельсон был учёным-химиком. И он связан с Пэйном.

Тогда, во время нашего февральского расследования, «Ромео Нельсон» очень заинтересовал меня. То есть тот, кто назывался им. Что вынюхивал он там? И погиб ли он? Ведь останков людей там не нашли, разбирали последствия взрыва наши криминалисты. Мы знали, что подвалы клиники-санатория испещрены кучей потайных ходов. Он мог выжить и скрыться. Я поймала себя на мысли, что хотела бы снова увидеть его.

Голова моя гудела от напряжения. Взглянув на часы, я увидела, что уже поздно. Я решила сделать передых, и отправилась домой. Мысли о юном учёном Пэйне, ограбившим магазин, не покидали меня. К слову сказать, это был магазин игрушек. Интересно, как там Пит с Томми сходили в «Лавку Озорников»? Пит наверняка завтра нам с Ромом об этом расскажет, и Рому будет приятно.

Глава 5

После завтрака я первым делом связалась с Питом. Он пригласил меня в гости. Через три минуты я была уже у него, ведь он живёт в доме напротив. Я рассчитывала поговорить с ним о ходе нашего расследования, поделиться вчерашними открытиями. Пит открыл мне дверь со смехом:

– У нас тут Содом и Гоморра. Весь дом с вечера стоит на ушах.

– Что приключилось? Тайфун, цунами? – поинтересовалась я.

Мы вошли, Пит пояснил:

– Томми выдумал вчера новую шутку. Он утверждает, что видел в магазине чудовище, и рассказывал про это весь вечер. Лилиан посмеялась над ним, тогда Томми, перестав бояться, сегодня с утра замутил игру в это чудовище.

Тут же меня оглушили и едва не сбили с ног:

– А-а-а-р-р-р-р!!! Чудовище!!! – детский крик Патрика Ривела, десятилетнего братишки Пита, чуть не взорвал мои барабанные перепонки. Патрик вылетел на нас из-за угла и зашипел: – Ш-ш-ш! Я поймал чудовище!

– И я поймала чудовище!!! – раздался визг одной из близняшек, то ли Мэгги, то ли Сюзи, с кухни. – Мы взяли его в окружение!

– А-а-р-р-р!!! – торжественно прорычал маленький Эрви, убегая от сестрёнки. По видимому, Эрви и был «чудовищем».

Но он врезался в Патрика:

– Не сбежишь, чудовище!

– Я тебя укусил! – Эрви схватил Патрика зубами за рукав. – Теперь ты чудовище!

– А-а-а-а-а!!! – раздался пронзительный визг подбежавшей к нам близняшки.

– Спасайся кто может! Патрик – новое чудовище! – заорала вторая близняшка, неизвестно откуда взявшаяся посреди прихожей.

Завидев нас, Патрик кинулся на меня и схватил за руку:

– Я тебя цапнул! Теперь ты – чудовище! А-а-а! Спасайся кто может! Клотильда – новое чудовище!

– Акула, акула! А-а-а! Акула!!! – с весёлым визгом почти хором прокричали Мэгги и Сюзи.

Они с раннего детства обожали играть со мной в эту игру, про акулу. Но удивляла меня никакая не акула. Я посмотрела на Пита, он невинно развёл руками:

– Я ж говорю – у нас тут самый лучший дурдом на нашей улице!

– А что же случилось? Что за чудовище видел Томми? – спросила я.

– Не знаю, что он выдумал. Надо у него спросить. Может, что правда увидел в магазине, маску какую-нибудь. Но вчера твердил как одержимый: «я видел чудовище, я видел чудовище». Клот, они малышня. Они по сто новых игр и развлечений придумывают на дню! – снисходительно улыбнулся друг. – Не стоит придавать значения. Хочешь бутерброд с беконом? Ещё остались!

Изрядно сбитая с толку, оглушённая вопящими игрищами, я поплелась за Питом. Дети, поняв, что я не в настроении играть, тут же выбрали себе новое чудовище – Мэгги. Только потому, что она ещё не была чудовищем. Как они планировали отличать её от сестры-близнеца Сюзи – никому не известно.

А когда мы пришли на кухню, то застали там истинного виновника торжества – Томми. Он сидел в гордом одиночестве, за дальним концом стола, и ковырялся вилкой в яичнице. Почему-то он не принимал участия во всеобщем веселье, а выглядел задумчивым. На Томми это не похоже. Я знала его как такого же шалунишку, как и остальных маленьких Ривелов. Пока Пит любезно готовил для меня бутерброды и какао, я подсела к Томми.

– Привет, Томми. Я ещё не поздравила тебя с днём рождения. Поздравляю, – улыбнулась я мальчику.

Тот поднял на меня задумчивые глазёнки:

– Спасибо. Питер передал мне поздравления.

Я увидела, что Томми было приятно. Мы с ним всегда ладили, как и с любым из детей Ривелов. Я решила доверительно поговорить с мальчиком. Возможно, снова заговорил голос интуиции, а возможно, мне понятно, что произошло: дети придумали новую игру, а Томми по каким-то причинам отказался в ней участвовать. И это было не совсем тем, на что не стоит не обращать внимания. Поэтому я стала осторожно переводить разговор в нужное русло:

– Пит рассказал, что вы вчера ходили в магазин «Лавка Озорников». Тебе там понравилось? Это магазин родственников одного нашего друга, Рома. Возможно, ты его уже видел, он живёт на соседней улице и часто тут катается на велосипеде.

Том посмотрел на меня слишком серьёзно для мальчика восьми лет:

– Я видел чудовище.

Я подняла глаза на Пита, тот махнул рукой:

– Опять он за своё, старое заладил…

– Пит, тш-ш, – я строго посмотрела на товарища, приложила палец к губам и вновь обратилась к Томми: – Расскажи о нём.

– А ты поверишь? Не будешь говорить, что я придумываю? Я правда видел чудовище, – Томми с надеждой поднял на меня глаза. Очевидно, мальчик сейчас получил ту толику внимания и понимания, которой ему недоставало.

– Конечно, поверю, – улыбнулась я.

– Обещаешь? – Том требовательно и строго посмотрел на меня. Я даже немного смутилась этого взгляда малыша.

– Обещаю. Слово индейца! – я демонстративно провела ребром ладони себе по шее и заговорщически подмигнула мальчику.

В его глазах проскользнули весёлые искорки, он понял, что я «свой» человек. Он жестом попросил, чтоб я наклонилась к нему, и зашептал мне на ухо:

– Оно живёт в подсобке. Оно шуршало. Я туда зашёл, а оно бегало там. И когда я посмотрел на него, оно посмотрело на меня. Оно выглядело вот так.

Я никак не ожидала получить улику, иллюстрирующую рассказ Тома Ривела, но это была для меня редкостная удача. Томми достал из-под стола из ящика блокнот с рисунками и, зыркая глазами по сторонам, опасаясь, что кто-то будет подглядывать, показал мне картинку. Я увидела совершенно нечто, что не укладывалось ни в какие представления. Томми изобразил, по-видимому, мохнатый шар, прямоходящий, то есть стоящий на задних «лапах» или ногах, и имеющий ко всему прочему лапы передние, или руки. Ещё у него наблюдались два глаза.

Пока я рассматривала сие странное создание, к нам незаметно подошёл Пит и заглянул через плечо. Тоном чопорного врача старший брат очевидца спросил:

– Ты уверен, что это было именно чудовище? А не кошка?

– Кошка? – Том неуверенно поднял глаза на брата. – Но кошки другие.

– А может, правда, кошка? – предположила я с сомнением, слишком уж невероятным мне казалось изображение, и вообще вся эта история в целом. – Какая-нибудь новая порода кошек.

– Но где же тогда у неё уши? – удивился Том. – Я нарисовал именно то, что видел.

– Если это такая порода кошек, то уши у неё невидимые, – предположила я.

Пит спросил:

– Том, а когда ты увидел это существо, и оно посмотрело на тебя, оно тебе что-нибудь сказало? Например, «мяу»?

– Нет. Оно просто посмотрело на меня, – объяснил Томми.

– Непонятно что это было, вот, – заключил Пит.

– Это могло быть что угодно. Кошка, чудовище, инопланетянин. Том, я тебе верю. Если вспомнишь ещё подробности – сообщи мне. И ещё, – я конспиративно склонилась над ухом мальчика: – Если когда-нибудь увидишь что-нибудь странное или страшное, говори лучше мне. Мы вместе разберёмся.

– Хорошо, – кивнул Том, изрядно повеселев.

– Спрячь свой блокнот. И никому не показывай, – наказала ему я. – Это твой секретный архив.

– Да! – закивал Томми. И принялся увлечённо доедать остатки яичницы.

Пит, изогнув бровь, посмотрел на меня:

– Пытаешься завербовать моего брата? Набралась, однако, ты подобных замашек от Майло.

– Именно, – кивнула я, улыбаясь. – Том большой молодец.

– Придумщик. Взбаламутил всю семью, – прошипел ворчливо Пит, мы же уже уходили с кухни.

– Откуда ты знаешь? Может, он правда что-то видел! Скажу тебе по секрету, когда мы первый раз были в этом магазине, у меня тоже создалось ощущение, что в подсобке кто-то живёт!

– Но не чудовище же?! Может, это была всего лишь крыса! Или в самом деле кошка.

– Я бы даже ради интереса сходила, посмотрела.

– Ух, ну ты даёшь! Охота тебе этим заниматься?! И у нас времени мало. Мы ещё не успели доделать нашу работу. Пойдём на базу, – Пит решительно направился в прихожую.

Глава 6

На Базе я рассказала Питу о своих предположениях и находках. Товарищ выслушал меня с пониманием и поддержал:

– Я согласен, что у этого Пэйна рыльце в пушку. Неспроста это всё. Ограбление магазина, и то, что он учёный. Вдруг он стал учёным, чтобы изобрести новые способы совершения преступлений?

Я прикинула, что это гипотеза, которую не стоит сбрасывать со счетов. В конце концов, учёные – такой странный народ. Они говорят на непонятном языке, их мозги устроены по-другому. Мой папа шутит, говоря, что учёные – это такие марсиане.

– Скажешь о нём Феликсу? – уточнил напарник.

– Конечно, – кивнула я. – Я уже пометила его фамилию красным маркером.

– Ты закончила проверять свою лаборантку?

– Почти. Осталось где-то имён двадцать.

– А у меня ещё непочатый край, – вздохнул Пит.

– Я тебе помогу, – поддержала я.

Мы отправились в компьютерный терминал доделывать муторную работу, которую начали вчера. На Базе по-прежнему никого, если не считать Аманды Беллок. Наша шеф находилась на рабочем месте, на Рецепции. Она – главный координатор Базы. Почти всегда, приходя сюда, мы встречаем её, если она не на задании. Порой я удивлялась – как Аманда всё успевает? Сегодня, когда мы здоровались с ней, она была занята как никогда. Нам она лишь кивнула. На ней были надеты наушники с микрофоном, она диктовала туда, смотрела в монитор, пальцы её молниеносно бегали по клавиатуре. А ещё у неё рядом разрывался телефон. Но Аманда совсем не выглядела загнанной: напротив, она демонстрировала деловую хватку, сосредоточенность и несокрушимую уверенность в себе в этом цейтноте.

Наша работа сегодня протекала веселее, чем вчера. Ведь мы приступили к ней со свежими силами, на свежую голову. Мы закончили проверять людей из списков знакомых Парсона и Уилмор. И никто из людей не внушал подозрений настолько, как Гилберт Пэйн. У Парсона в связях были в основном учёные коллеги, двое из них входили в научно-исследовательское объединение «Тайны Века», изучающее загадки природы. А среди людей, входящих в «Тайны Века», у ТДВГ немало своих информаторов и внештатных сотрудников. Удовлетворённые тем, что закончили работу в срок, мы разошлись, условившись подойти на Базу к половине одиннадцатого вечера на совещание.

Подойдя к этому времени, мы к нашей большой радости застали Рома. Тысячи вопросов к нему готовы были сорваться с наших уст. Как прошёл его день? Как он нашёл профессора Тосса? Как проходила слежка? Всё ли удачно? Я надеюсь, мы всё-всё узнаем, когда наши боссы Феликс и Гарольд, а возможно ещё и Фрэнк, присоединяться к нам.

– Ром, приветствуем тебя! – Пит горячо и нетерпеливо затряс руку товарищу. – Как ты?

– Всё прошло здорово, – спокойно и сдержанно улыбнулся Ром, отвечая на рукопожатие, и тепло поздоровался со мной.

– У нас, по ходу, обнаружились зацепки. Мы с Питом выдвинули рабочую гипотезу, – обозначила я.

– Это великолепно, – Ром улыбнулся. Мы заметили, что он устал, потому как был чересчур спокоен, даже для своего обычного спокойного фона настроения. Но его усталость была благодатной усталостью человека, хорошо сделавшего свои дела.

У нас в ТДВГ существовало правило радоваться за коллегу, что он вернулся с задания. Целым и невредимым. Я несколько раз слышала истории о своих коллегах, не вернувшихся с заданий, пронизанные болью. Хоть такие истории негласно запрещено распространять среди стажёров. ТДВГ это не беззаботная игра в детей-шпионов. Мы все здесь ходим по острию. Мы, сделав свой выбор, несём ответственность за него, в том числе и за тот риск, которому подвергаемся по умолчанию.

Пока наших старших напарников не было, Пит успел поделиться с Ромом новостью:

– Мы вчера с младшим братом Томми ходили в твой магазин.

– О, это не мой магазин, – улыбнувшись, поправил Ром. – Это магазин моего дяди.

– Всё равно, он как твой. Моему брату очень понравилось! – похвастался Пит.

– Я передам дяде Карлу и Триш, им будет очень приятно это слышать.

– Ром, а как поживает Триш? – поинтересовалась я, из вежливости.

– О, превосходно, – улыбнулся Ром, польщённый, что я спросила о его кузине. – Кстати, забыл рассказать, вчера она справила новоселье. Она переселилась жить в квартиру в том самом доме, на третьем этаже, то есть прямо над магазином. Хочет начать самостоятельную жизнь, без родителей, ведь ей уже восемнадцать. Триш продвинутая девушка.

– Это же здорово, – искренне одобрила я. – Я бы тоже хотела жить в своей квартире или в своём доме.

Я мечтательно закатила глаза. Как бы тогда облегчилась моя жизнь! Ведь мои родители, хоть и не знают, где я пропадаю временами, тем не менее иногда устраивают мне допросы. Мне стоит больших усилий уяснять и помнить собственную «легенду». По сути, это ложь, моя вторая мнимая жизнь, которую я выставляю напоказ родителям. Как было бы проще, если бы я жила одна, во сколько хочу ушла, и во сколько хочу пришла! Но пока это увы, невозможно…

Пит озвучил:

– Тебе ещё нет восемнадцати. Даже если твои родители позволят – их поймает министерство опекунства и упрячет в тюрьму, что они оставили несовершеннолетнюю дочь без присмотра. Эх, я тоже мечтаю отвязаться поскорее от предков. Иногда они такие зануды бывают!

– Извечная проблема, – сочувствуя, кивал Ром. – Но через три года вам вполне можно на это претендовать.

– А как устроилась Триш? Уютная квартира? – спросила я.

– Я ещё не видел. Но, говорит, там здорово, – ответил агент 004. – Третий этаж, отдельная спальня с лоджией, большая кухня. Триш очень любит готовить.

– Правда? А я и не подозревал, что неформатная девчонка может готовить, – улыбнулся Пит.

– На то она и не форматная, чтобы о ней много чего не подозревали, – с гордостью сказал Ром.

– Передавай ей большущий привет, – пожелала я.

– Спасибо. Она вас вспомнит, – засмеялся Ром. – Вы купили у неё в магазине, она помнит своих клиентов.