Проект «Массовый Психоз»

8. Постояльцы

Когда мы вышли и стали возвращаться по коридору к лестницам, нам навстречу прошёл ещё один врач. Был он мужчиной средних лет, в белом медицинском халате, сухой и тощий. Он шёл прямо на нас, и я, увидев его, вздрогнула. Лицо его белое как мел, а глаза светились непонятным заводным безумным блеском. Эти глаза вдруг стали пристально вглядываться в каждого из нас. Врач замедлил ход, на его лицо наползла улыбка, но обозначала она оскал хищника. Будто он был зверем, заметившим свежее мясо.

– Здра-а-авствуйте, – ухмыляясь, пропел он.

– Добрый вечер, господин Паторн, – сориентировалась Мунда, отвечая на его оскал обезоруживающей хитрой улыбкой лисицы.

Этот господин Паторн направился в сторону кафетерия. Пол потрясённо спросил Мунду:

– Ты его знаешь?

– Предстоит познакомиться. Имя у него на бейджике написано. Он – массажист.

– Силы Небесные, – вздрогнул Пол. Очевидно, представил, как руки этого "скелета" со страшной неискренней жестокой улыбкой касаются его спины.

Потом мы поднялись на второй этаж. И оказались в небольшом холле, из которого уводил коридор к палатам. Холл и коридор отделаны ковролином, на стенах висели репродукции картин, рядом с лестницей располагался кулер с водой. Стены были светло-зелёными, чем приятно радовали глаз. Когда мы пошли по коридору, то обратили внимание на плакаты, агитирующие к здоровому образу жизни. Место показалось дружелюбным.

Мы прошли мимо палат с первой по шестую, а дальше снова оказались в холле. И увидели там человека. Кажется, это был самый первый человек, который не из персонала. Поэтому каждый из нас, не сговариваясь и отчасти бессознательно, обратил на него внимание.

Человек сидел в кресле, видно, отдыхал. Это был мужчина, лет около тридцати, может, чуть больше, росту высокого. Одет в рубашку в клетку и чёрные брюки, а на ногах прорезиненные ботинки на мягкой подошве. Волосы тёмные, зачёсанные назад, при этом не короткие, но и не длинные, выше плеч. Открытый лоб, прямые тёмные брови и тёмные глаза выдавали натуру волевую и решительную. "Прочитывая" этого человека по методам агента ТДВГ, я тут же вспомнила курс практической физиогномики. Было ещё в его взгляде нечто такое, что заставляло этого человека сразу же уважать, принимать в расчёт и всерьёз. Некая харизма.

Когда мы, шумя своими шагами, вошли в холл, человек тут же встал с кресла, подобно истинному джентльмену, и со всем вниманием поглядел на нас. Да, он высок, выше Мунды и выше Пола, которые, кстати, не отличались низким ростом. Глаза его умны, проницательны и с интересом быстро осмотрели каждого из нас с ног до головы. Я подумала о том, что этот человек тоже только что нас "прочитал".

– Добрый вечер, – Мунда поздоровалась первой. – Не подскажете, где здесь девятая палата?

– Добрый вечер, – ответил этот человек. Голос его низкий, вкрадчивый, но при этом отличается довольно приятным тембром. – Подскажу, потому что мы с вами соседи.

Я отметила, что лицо этого человека бесстрастно и непроницаемо. При этом он не выглядит напряжённым, нервным – напротив, весь его вид внушал спокойствие.

– О, надо же! А где вы живёте? – воскликнула Мунда с улыбкой.

– В восьмой, – ответил человек. – А ваша палата – вторая дверь слева.

– Благодарю. Меня зовут Розамунда Рокс. Я тут в первый раз. Рассчитываю на вашу дружбу и поддержку! Вы давно здесь?

Мунда начала устанавливать контакт. Человек спокойно ответил, представившись:

– Ромео Нельсон. Я здесь недавно. Но вы можете полностью на меня рассчитывать.

– Какая честь для меня! Спасибо, господин Нельсон.

– Можно просто Ромео.

– Да, Ромео. О, а это – мои племянники. Пауль и Клементина.

Так мы с Полом получили наши имена под прикрытием. Мы вежливо улыбнулись и кивнули.

– Обращайтесь, если что, – кивнул в ответ наш новый знакомый.

И, снова одарив нас внимательным взглядом, направился в сторону выхода из холла, к лестницам.

– Не особо разговорчивый тип. И не поддаётся на твои женские чары, – отметил Пол.

– Ничего. Лишний знакомый мужчина в экстремальных условиях не бывает лишним. Надеюсь, мы подружимся, и он что-то расскажет. Если, конечно, сам не станет жертвой, – быстро проговорила Мунда.

Мы направились дальше, к палатам. Сначала прошли седьмую и восьмую, потом девятую. Там нас ждало открытие. Когда наша шеф попыталась открыть дверь ключом, который выдала ей Джессика Томп, дверь открылась сама. Мы услышали музыку на радио, смех и оживлённый разговор двух дам.

– Ах, извините, пожалуйста! – кинулась извиняться Мунда. – Здесь какая-то ошибка, нет? У меня девятая палата…

– О, всё в порядке, девушка! Ничего страшного, проходите! Будете нашей новой соседкой. Нас уже предупредили, что к нам подселят новичка, – доброжелательно улыбнулась одна из двух находящихся здесь женщин.

Лет сорока, брюнетка с прямыми волосами с лёгкой проседью, собранными в аккуратный хвост на заколке. А второй была девушка совсем молодая, возможно даже ровесница Пола, с белыми длинными волосами. Она также приветливо улыбалась нам.

– Здесь так скучно бывает вечерами, не с кем поговорить. Новые знакомства – всегда интересно, – улыбнулась женщина постарше. – Меня зовут Мэй Керис. А это Айрин Эсарк, мы с ней точно также познакомились, когда Айрин ко мне подселили.

– Удивительно. Здесь столько свободных палат, корпусов. Странно они селят народ, – проговорила Мунда недовольно. Мы с Полом поняли, что она рассчитывала, что будет жить одна. Однако, этот санаторий совмещён с функциями больницы, а в больничных палатах пациентов в комнате проживает несколько.

– Не переживайте. Такие тут порядки. Но это ведь не повод для расстройств! И вообще, девочки и мальчики, жизнь слишком коротка, чтобы позволять себе расстраиваться по пустякам, правда?

Жизнеутверждающий оптимизм госпожи Керис заряжал и вдохновлял. Женщиной она оказалась любящей поболтать. Находка для шпиона! Мунда это просекла и шагнула в палату:

– Ну, раз так, раз сама судьба свела нас вместе, будем знакомы. Розамунда Рокс меня зовут.

– Ах, как приятно познакомиться! Нет, ну правда же, приятно, – расплылась в умилительной улыбке госпожа Керис.

– Познакомьтесь с моими племянниками, Паулем и Клементиной. Они будут меня навещать. Здесь же можно навещать пациентов их родственникам, верно?

– Конечно! – улыбнулась Мэй Керис. Кажется, улыбка никогда не сходила с её лица. – Какие замечательные племянники! Ох, а мои племянники живут далеко, нет у них возможности приезжать. Приёмные часы здесь с трёх до пяти вечера. Обычно, на это время не назначаются процедуры. Я с удовольствием помогу вам освоиться! Компания здесь дружная, персонал просто замечательный. Я тут уже десять дней, и за это время мы стали как семья. Располагайтесь. Можете занять койку у окна, а можете по соседству с Айрин.

Мунда немного подумала и решила:

– Пожалуй, по соседству с Айрин. Та койка у окна слишком далеко, по расположению в психологическом пространстве я могу подсознательно ставить себя в оппозицию, "особняком", если размещусь там.

– О, я согласна с вами! – оживилась Мэй Керис ещё больше. – А вы психолог, Розамунда?

– Нет. Я патологоанатом.

– О, как интересно! Какая нетипичная работа для молодой и красивой женщины! – немного была шокирована Мэй. – А вот Айрин у нас настоящий психолог. Она учится на четвёртом курсе.

Айрин скромно улыбнулась. За время нашего знакомства и разговора она не проронила ни слова. Возможно, стесняется. Хотя, ни я, ни Пол пока тоже не проронили ни слова.

– А я сама работаю театральным костюмером. Много шью также для себя, для своих знакомых. Мы можем быть полезными друг для друга, – заулыбалась милая Мэй.

Пока госпожа Керис нескончаемо щебетала как попугайчик, я и Пол осматривали палату и обстановку. Мунда взяла у Пола сумку, у меня пакет, принялась раскладывать вещи.

– Перемена мест – всегда пища для ума, – изрекла Мунда. – На новом месте обычно хочется новых идей, придумок. Тем более, здесь, где происходит исцеление души и тела.

– Ах, не говори. О, можно с тобой на "ты"? – спросила Мэй Керис.

– С радостью, – улыбнулась Мунда. И наконец, обратилась к нам: – Пауль, Клементина, тётю свою вы сдали в добрые и надёжные руки! Пойдемте, провожу вас до выхода.

Она встала и направилась к нам. Мэй заметила, взглянув на часы на руке:

– О, совсем скоро с минуты на минуту, придёт госпожа Лингеборг, наша медсестра. Придёт, чтоб познакомиться с вами. Может, дождётесь её, чтобы вам с ней не разминуться? О, а вот и она!

Мы услышали стук каблучков. Шаги приближались с другого конца коридора, не с того, откуда мы пришли. И скоро в палату вошла эта медсестра.

Она была высокой, прямо настоящая фотомодель, стройная и худая. В медицинском халате, туфлях на каблуках. Интересно, медсёстрам здесь так и позволено носить туфли? Волосы её черны как смоль и собраны в хвост. Форма глаз немного узкая – возможно, у девушки в роду восточные корни. Глаза карие, прямой тонкий нос и поджатые губы. Выражение лица рисовало в нашем восприятии эмоции недовольства и высокомерия. Возможно, она натура раздражительная и нервная.

И эти мои предположения подтвердились сразу. Девушка, эта госпожа Лингеборг, оглядела нас троих, новых лиц в палате номер девять, подозрительным и оценивающим взглядом.

– Розамунда Рокс? – требовательно спросила она, заглядывая в тетрадку, которую несла с собой.

– Это я, здравствуйте, – вежливо представилась Мунда.

– Моё имя Урсула Лингеборг. Я ваша дежурная медсестра и буду сопровождать вас по персональной программе лечения, которое вам было назначено. Добро пожаловать в клинику имени Мерфи Кочфеста, – протараторила девушка без эмоций. И тут же недовольно заметила: – По нашим правилам, приёмные часы окончены. После пяти вечера в палате не должны находиться посторонние. Эти молодые люди приехали с вами?

– Да, и я как раз собралась провожать их обратно, они приедут ко мне завтра в указанные приёмные часы, не нарушая никаких правил, – спокойно ответила Мунда.

– Я сама их провожу, – вдруг сказала эта Урсула. – Дождитесь меня.

На лице в который уже раз отразилось недовольство. Было такое ощущение, что наше с Полом здесь присутствие рушило какие-то её планы… Интересно, почему здесь такое подозрительное и строгое отношение к посетителям?

– Не забудьте передать привет дяде Мелу! – Мунда, безмятежно улыбаясь, помахала нам, мы с Полом кивнули и попрощались с Мэй и Айрин.

– Молодые люди, идёмте. Увидите свою тётю завтра, – настойчиво поторопила нас Урсула.

Когда она нас вывела и провела в сторону лестниц мимо холла с креслами, человек из соседней палаты, Ромео Нельсон, снова там сидел. И когда мы проходили мимо, он пристально посмотрел на меня и Пола и проводил нас взглядом, словно что-то говоря им.

Урсула довела нас до лестниц.

– Дальше дорогу, надеюсь, знаете? До свидания, – с явным намёком, что нас выставляют за дверь, Урсула остановилась и стала ждать, пока мы не выйдем.

Мы с Полом спустились с лестницы, вышли из здания.

– У меня такое ощущение, что Мунду только что похитили инопланетяне, а нас выкинули за борт НЛО, – высказал Пол.

– Я думаю точно также, – призналась я.

– Не удивительно, что у нас телепатическая связь. Мы же брат и сестра теперь, – заметил агент 006. – Ну что, по территории погуляем, или на выход?

– По территории гулять ещё рано. Можем навлечь на себя нежелательные подозрения. Мне снова кажется, что за нами следят.

Пол осмотрелся и с сомнением покачал головой:

– Не вижу, чтобы за нами следили.

– Но за нами могут следить ведь и не люди, ведь так?

– Клот, прекращай. У меня мурашки по коже и тоже не по себе от этого места, – усмехнулся агент 006.

– Серьёзно? Бесстрашный секретный агент Разрушитель испугался аномального места? – с иронией поддела я Пола.

Но он не обиделся, лишь снова улыбнулся:

– Всего лишь благоразумная осторожность, не более.

Мы покинули территорию больницы и, прибыв на базу, уже всё могли обсудить.

9. Новые подробности

– Перво-наперво замечу, что мне не понравилась тамошняя атмосфера. Очень она лживая, двусмысленная, – Пол, заложив руки за спину, прохаживался комнате Шестёрки. – Вроде бы и пациенты нормальные, и эта дамочка на ресепшн. Но больница производит впечатление замка людоеда, неумело припудренного и замаскированного под дворец спящей красавицы.

Я задумчиво глядела в потолок, откинувшись на стуле. Передо мной на столе лежала карта района. Я слушала коллегу со всем вниманием.

– Меня напряг кордон и охрана. Напряг странный, нетипичный порядок в больнице. Чем-то он смахивает на тюрьму. В санатории так быть не должно. Эти врачи с отчуждёнными и равнодушными лицами – как зомби. Эти вездесущие охранники, которые подбегают к нам, развесив уши, едва мы начинаем шептаться. И медсестра. Она – это вообще отдельный кадр. Ты видела её каблуки?

– Женщины любят ходить на каблуках, – пожала я плечами.

– Но не младший медперсонал! А её лицо? Лицо наглой развратницы! Неужели ты не заметила? Это место – рассадник странного. А может, там аномальная зона, излучение, которое на людей действует неблагоприятно? Знаешь, Клот, у меня было ощущение, когда я туда попал, что я погрузился в вакуум. Словно прошёл через стену в параллельный мир, населённый гоблинами.

– Может, пока не будем утрировать? – предложила я. – Дождёмся результатов от Мунды. Она там внутренний включённый наблюдатель, её показания будут наверняка надёжны и объективны.

– Мунда, не будь она секретным агентом, а будь обычной женщиной, она б сбежала оттуда. Да и сосед мне её тоже не понравился.

– А что ты имеешь против соседа? – удивилась я. – По-моему, этот господин Нельсон очень даже ничего.

– Он странный тёмный тип. А что, если он – засланный? Подслушивает, о чём шепчутся пациенты, и докладывает своим начальникам, а недовольных режимом устраняют. И они и есть те самые жертвы, которых Мунда видела в морге.

– Пол, перестань, – замахала я руками. – Не смею даже мыслить, что за конструкции ты воздвиг, но пока рано думать о чём-то подобном.

– Никогда не рано. В нашей работе нельзя исключать любую возможность, пусть даже самую невероятную! Мы же специалисты по невероятному, – заключил Пол, назидательно подняв указательный палец.

Раздался лёгкий стук в дверь и к нам вошёл Мел Саймон.

– Как успехи, юные сыщики?

– Пока никак, – признался Пол. – Мы около часа там находились. Но первые выводы сделали. Атмосфера напоминает военный госпиталь. Персонал похож на зомби. И мало пациентов.

– Принял сообщение от Мунды. Она открыла пудреницу, – усмехнулся Мел. – Сообщает, что всё в порядке, и скоро у неё состоится встреча с её личным врачом.

– Прекрасно, у меня словно камень с души свалился, – выдохнул Пол. – А то вдруг ей там не комфортно.

– Пол, Мунда – точно такой же агент как ты. А тайному агенту не должно быть некомфортно. Тайному агенту комфортно везде. А если он попадает в некомфортную среду, он меняет отношение к этой среде и преобразует некомфортную среду в свои возможности и выгоды. Я ясно выражаюсь или немного занудно? – поинтересовался Мел.

Пол улыбнулся и сказал правду:

– Занудно, и вовсе не немного.

Мел засмеялся в ответ.

– Хочу вам сказать, друзья, что всё, что мы видим, есть результат отражения реальности в нашем мозгу. Мы видим то, о чём думаем. Если ты думаешь, что эта клиника Кочфеста – мерзкое местечко, и там бродят ожившие трупы – то тебе всё будет казаться именно таким.

– Но если думать, что там летают ангелы и поют гимны – можно жестоко заблуждаться и нарваться на неприятные неожиданности, – заметил Пол.

– У каждого выбор, как ему смотреть на вещи. Тайный агент смотрит на вещи максимально адекватно. У нас есть задача – разобраться, что там происходит, ясно? А вовсе не сидеть и переживать за Мунду, не съели ли её драконы и удобно ли ей спать на горошине в постели.

– Вас понял, есть, сэр, – Пол в шутку козырнул.

– Так-то лучше, – усмехнулся Мел. – Завтра к трём Мунда вас ждёт. А ещё она передавала вам привет. Мунда – профессионал, она мигом там всё раскроет, будьте уверены.

На следующий день мы с Полом приехали к клинике к трём. Мы думали, будут проблемы пройти через охрану, но охранники на КПП, услышав, что мы приехали к Розамунде Рокс, проверили эти данные по компьютеру и разрешили пройти.

– Похоже, они нас запомнили ещё вчера и не идентифицировали как объект угрозы, – предположил Пол.

– Профессионалы, – усмехнулась я.

– На нашу Базу постороннему проникнуть куда легче, чем в эту больницу, – проворчал коллега, осматриваясь.

Мы заметили интересную вещь, пока шли к корпусу Мунды. Престарелая парочка – седовласый лысоватый дедушка, ведший под руку такую же умудрённую годами и сединой супругу – ворковали, заходя на боковую аллейку. Шли они в сторону западной части. Дойдя до одного из корпусов, они собрались пройти дальше, но тут из-за угла вышло три охранника. Один из них в вежливой форме объяснил старикам, что ходить дальше нельзя. Старики отнеслись к этому на редкость спокойно и невозмутимо продолжили бродить по другой аллейке.

– Ого! Клот, ты видела? – Пол тронул меня за рукав.

Охранники увидели нас. Увидели, что мы остановились и смотрим. И тоже стали стоять и смотреть на нас издали, словно ожидая от нас подвоха.

– Пол, мы с тобой только что спалились, – усмехнулась я. – Пошли в четвёртый корпус.

– Да, тут даже побродить не так просто по территории! – покачал головой Пол.

Мы вошли в здание и поднялись на второй этаж. Мунда назначила нам встречу в холле. Когда мы туда подошли, я ожидала встретить там этого Ромео Нельсона. Но вместо него, на том самом месте, сидела Мунда, в тренировочном костюме. Она удобно устроилась на кресле с ногами и читала книгу. Похоже, это её любимая поза кошки.

– Привет, ребятки. Пойдёмте на прогулку, – завидев нас, Мунда встала.

Скоро мы были на улице. Пол рассказал о своих наблюдениях.

– Да, охранники смотрят, кто где и с кем гуляет, особенно в приёмные часы. Здесь так принято, – заметила в ответ на это Мунда.

– И ты считаешь это нормальным? Как думаешь, почему и зачем? Чтобы инопланетяне, пролетающие над санаторием, ненароком не утащили отдыхающих? – съехидничал Пол.

– Рано паниковать. Несмотря на жуткие вещи, какие мне рассказали вы с Клот, несмотря на то, что шесть пациентов этого санатория оказались на столе для вскрытия, здесь довольно мило.

– Выражение "довольно" означает некую неуверенность в своих словах, недоговорённость или ложь. Такие слова, как "в принципе", "достаточно", "довольно" и тому подобное означают именно это! – блеснул Пол знаниями в психолингвистике.

– Пол, Клот, давайте пройдёмся мимо вон тех симпатичных ёлочек. И выйдем к периметру. Там есть беговая дорожка. Я сегодня по ней бегала в пять утра, – вместо ответа предложила Мунда.

Когда мы оказались там, Мунда заговорила очень тихо:

– На настоящий момент в больнице около девяноста пациентов. Больница специализируется на реабилитационных и релаксационных процедурах, есть терапевтическое отделение, корпус-поликлиника, где можно пройти обследование по всем статьям. Врачей около пятидесяти. Младшего медперсонала не так много, у нас на весь корпус всего одна медсестра.

– Эта Урсула что ли? – уточнила я.

– Да, Урсула, – Мунда скривила гримаску, словно копируя её. – Она мне не нравится. Думаю, и вам не понравилась.

– Угадала, – усмехнулся Пол.

– Она никому не нравится. Но по сплетням, которые мне рассказала Мэй, она одно из главных лиц, после главврача и руководителя службы безопасности госпожи Канли. Эта Канли по совместительству является исполнительным директором. Её никто не видел и не знает. Но все порядки тут установила она. Урсула – её приближённая. Здесь много свободных палат, есть целые незаселённые корпуса, аж три. Нелегально там живут врачи. Большинство сотрудников – приезжие, Канли предоставляет им жильё. Во всём остальном здесь тихо и мирно. Пациенты проходят обследование, отдыхают, отсыпаются. Кормят тут хорошо.

– Расскажи о режиме. И как вчера прошла встреча с твоим врачом? – поинтересовался Пол.

– Режим отличный. За три недели можно полностью поправить здоровье. Ингаляции, минеральные воды, фитнес, бассейн, массаж. Всё по расписанию. Врачи разные. Есть симпатичные, есть не очень. Моя врач симпатичная. Она невропатолог-психиатр.

– Психиатр? – удивилась я. – Но ведь ты не сумасшедшая, зачем тебе психиатр?

– Так здесь принято, – ответила Мунда. – Эта же дама ведёт Мэй и Айрин. Толковая и милая особа. Зовут её Лоис Найз. Ребята, у меня к вам поручение. Постарайтесь до следующей нашей встречи найти информацию про Урсулу Лингеборг и Лоис Найз.

– А когда Лоис Найз тебя смотрела, что именно она обследовала?

– Она проводила тесты. Я их знаю, сама кучу раз проходила в ГБРиБ. Тесты на адекватность.

– Тебе не показалось это странным? – также напрягся Пол.

– Нет, ничего особенного, – покачала головой Мунда. – Такие же тесты проводились с Мэй и Айрин.

– Как у тебя выстраиваются отношения с соседками?

– Всё чудесно. Айрин – замечательный человек, правда, очень стесняется. Но мы с ней сегодня всё утро болтали. Она приехала сюда для дипломного исследования. Собирает материал. Пишет про санатории, про лечение, здоровый образ жизни. Мэй – болтушка, но находка для шпиона. Ещё на нашем этаже я познакомилась с господином Рейсом. Это сосед Ромео Нельсона по палате. Их там двое. Господин Рейс – отличный человек. Ему пятьдесят пять, он увлекается рыбалкой, любит баню и массаж. Из-за бани и массажа тут находится. Говорит, что не первый раз. И утверждает, что доктор Паторн – массажист от бога. Я не могу судить, я у Паторна ещё не была.

– И не ходи к нему, он страшный, – просто высказался Пол.

– О, вот, кстати, и он! – воскликнула Мунда и подскочила, завидев вдалеке фигуру.

– Кто, Паторн?!

– Господин Рейс! Здравствуйте! – приветственно закричала Мунда.

Пол испустил вздох облегчения. К нам подошёл бодрый на вид седовласый и поджарый мужчина с умным внимательным взглядом. На нём была шляпа с узкими полями и пальто.

– Господин Рейс, а это мои племянники, о которых я вам говорила! – улыбнулась Мунда. – Пауль и Клементина.

– Здравствуйте, – человек слегка поклонился и галантно приподнял шляпу. – Рад вас видеть. Сегодня не виделись. Как дела у ваших прекрасных дам госпожи Керис и госпожи Эсарк?

– О, всё замечательно. Они ещё на процедурах, но их скоро тоже отпустят. А как дела у господина Нельсона?

– Тоже прекрасно, – ответил мужчина и отправился прогуливаться дальше.

Нам с Полом он понравился.

– Здесь много хороших людей. Как, впрочем, и везде. Кстати, с Ромео мы подружились вчера. Мы долго разговаривали в холле, почти до одиннадцати.

– И о чём вы разговаривали? – спросил Пол.

– Просто так, за жизнь. Человек он интересный. Но у меня сложилось мнение, что он скрывает что-то. Очень не хотел говорить, для чего он здесь, как сюда попал. Мне показалось, что он тут что-то выслеживает. Но это всего лишь предположение. По характеру он необщительный.

– Смотри поосторожнее откровенничай со всякими проходимцами, – Пол настроен скептически и неодобрительно по отношению к этому Нельсону.

Мы не заметили, как прошли круг. И подошли к тем корпусам, из-за которых на нас смотрели охранники. Они снова вышли навстречу, следя, чтобы мы не заступили на запретную территорию. Но мы благополучно миновали лобовое столкновение с ними и по витиеватым аллейкам вновь вернулись к четвёртому корпусу.

– Информация к размышлению получена. Мы с Клот придём к тебе в понедельник. Часто тут маячить пока не имеет смысла, – рассудил Пол.

– Да, – согласилась Мунда. – Пока, ещё раз говорю, ничего определённого сказать не могу. Я пока ничего такого не заметила, что было бы связано с пропажами людей. Строгий лечебный режим дисциплинирует, много охраны побуждает чувствовать уверенность и безопасность. А что до неприятных и грубых особ вроде Урсулы – так все врачи народ циничный, к этому надо привыкнуть и принять как данность. Так что пока тут всё чики-пуки. Передайте Мелу привет. Жду вас в понедельник! Чао!

Мунда, махнув нам, направилась в палату. Пол посмотрел на меня:

– Повидались с тётушкой. У меня сложилось ощущение, что Мунде тоже есть что скрывать. То есть она что-то вроде и заметила, но решает нам пока не говорить.