Город Неизвестно-Когда-и-Где
- -
- 100%
- +
Мы с Ренсо крепко пожали друг другу руки. Каждый из нас в тот момент понимал, что мы можем больше никогда не увидеться. Дело даже не в том, что миссия каждого из нас опасна и мы можем умереть при исполнении. Всё может повернуться таким образом, что Грэнжер задержится на миссии на фабрике, я задержусь во Вьюрзбурге. Либо, не найдя там Беатрикс, вернусь в Невелнигарп и запрошу поисково-спасательный отряд из Центральной, а потом меня заберут другие коллеги. Но мы с Грэнжером рады, что сегодня плодотворно поработали вместе.
Я отправилась по кривой дороге. Грэнжер помахал мне, и когда я удалилась от него и тоже помахала в ответ, развернулся и побежал к грузовичку.
Шла я бодрым шагом, проделав в уме нехитрые расчёты. Десять километров – два часа. Как раз стемнеет, когда я там окажусь. Даже если город необитаем, я смогу придумать, как мне провести ночь, сориентируюсь по обстановке. Я поняла, что не смогу спать у гостеприимной бабушки Марианны, когда Беатрикс и Йоко, возможно, в беде. Сигналило колоколом чувство, что время может быть упущено, если я вдруг стану задерживаться. Пусть на взгляд разумных людей я поступаю совершенно нерационально, идя в дикую незнакомую местность к наступлению темноты. Но кто знает, вдруг в эту темень я прибуду настолько вовремя, что смогу вмешаться, помочь, спасти?
Первая часть пути до бурелома прошла отлично. Я шла по узенькой дорожке, кое-где припускала бегом. Да, местами скользковато на поворотах, но я тренирована преодолевать и не такие препятствия. Моя физическая подготовка во многом помогала пройти такое расстояние. Если для обычных людей и километр пройти равнялось куче мучений, то для меня расстояние в десять километров – хорошая разминка.
Вот и бурелом. Немного страшновато в одном месте, пришлось понадеяться на крепость ствола, упавшего так, что пришлось перелезать, на несколько мгновений зависнув над бездной. Внизу хищно плескалось море.
Всё чётко по карте, и как рассказывал Грэнжер. В какой-то миг мне показалось, что темнеть вдруг перестало или наступление вечера задерживалось, словно планета приостановилась, давая мне возможность увидеть дорогу и домики Вьюрзбурга прямо перед собой.
Я спустилась к морю, где дикий пляж, прошла мимо нескольких пустых лодок, часть из них валялась в беспорядке днищем кверху. Не сбавляя ходу, двинулась к тропинке, которая вела в гряду булыжников. Там она близко подбиралась к морю, к самому приливу, и я помочила ноги. Я периодически смотрела то на часы, то на погоду. Оказалось, что погода заметно улучшилась. Серая мгла на небе так и стояла, однако дождь уже не накрапывал периодами, и в воздухе воцарилось мирное свежее сырое состояние. Возможно, завтра тучи совсем разгонятся и небо станет ясным.
Подъём занял много времени, я сбавила шаг, чтобы отдышаться. Но ринулась дальше. Оставалось всего километра четыре, а может, и три!
Темнеть продолжало, но значительно медленнее. То есть стояли сумерки, и дорога всё же была различима.
Минут через двадцать я увидела его.
Туман.
Я начала спускаться в долину. Сам городок я ещё не видела, но ждала, что он вот-вот появится. Слева бушевало море, где-то внизу. Справа начиналась череда высоких гор Клакенского хребта. Откуда здесь туман, что за климатический феномен?
Моя тропинка-выручалочка вела прямо в этот туман. Я сверилась с картой, с часами, и пришла к выводу, что минут через десять я дойду до пункта назначения. Десять минут – это раз плюнуть. Я начала уставать, чувствовала лёгкую натёртость ступней, из-за того, что шла слишком быстро. А как увидела туман и поняла, что скоро приду, во мне открылось второе дыхание.
Ещё больше ускорила шаг. Туман сначала окутывал маленькими клочками, потом стал собираться в более настойчивую агрессивную пелену. Чем дальше я шла, тем он гуще. Шум прибоя отчётливо разносился вдали слева, я шла уже по долине, обрывы все окончились, и поэтому я не боялась сорваться и упасть из-за тумана с высоты пятиэтажного дома вниз головой.
Попробовала потрогать этот туман. Никак он не отреагировал. На ощупь влажная холодная муть. Я вдыхала его, выдыхала, я с ним слилась. В какой-то миг вокруг стало так туманно, что я побоялась осмотреться, ведь могу потерять направление. Прислушиваясь к шуму моря, я вдруг на несколько секунд его не услышала! Прошла по инерции вперёд, снова прислушалась. Нет, вроде, море есть. Только чуть дальше, и шум тише. Может, уши заложило? Интересно, каков тут берег?
Белая мгла кругом, а ещё сверху опускается тьма. Но странное дело, этот туман вроде бы просвечивает. То есть сам является источником освещения. Как будто подсветка. Или всё же нет? Чудеса… Я задрала голову наверх, чтобы увидеть небо и тучи, но не увидела, наверху тоже был туман.
Замедлила шаг. Этот туман начал потихонечку сводить меня с ума. Трудно сказать, когда именно я заподозрила неладное. Наверное, когда попыталась разглядеть в подступающей тьме, сколько времени. На часы смотрела периодически, у меня часы с удобной подсветкой циферблата, аналоговые. Когда я включила подсветку, то малость обалдела. Часовая стрелка в буквальном смысле ходила ходуном, то обращаясь вперёд сразу на пять делений, тут же возвращалась с бешеным темпом назад на целых семь. Минутная стрелка и вовсе вела себя как бешеная, кружась в разные стороны в неистовой свистопляске.
Я остановилась. Часы сломались? У них садится батарейка, и поэтому они дают такие глюки? Я осмотрелась – всё тот же туман. Но стало светлее! Или мне показалось? Могло ли так быть, что вокруг стало светлее?
Реальность вокруг менялась так, что у меня чуть не поплыли мозги. Да, стало светлее. Значительно. Как днём. Я на короткий миг почувствовала себя персонажем фильма ужасов. Стояла посреди тумана, только что была ночь, то есть поздний вечер, и вдруг день, а ещё у меня сломались часы. Я не поняла, где я стою, на тропинке ли или нет.
Я решила проверить. Нагнулась и потрогала то, на чём я стою. Камень. Рядом ещё камень. И ещё. И ещё. Обтёсанные аккуратно пригнанные друг к другу булыжники. Так выкладывали дороги множество лет назад. Что за чертовщина?!
Туман, туман. Он такой призрачный и густой. Я прислушалась. Шум моря слышался очень далеко, не так отчётливо, как несколько минут назад. Да существовали ли тут минуты? Мои часы впору выбросить на помойку, как они себя ведут! Как расшалившиеся школьники.
Я сделала несколько несмелых шагов вперёд, если вообще тут существовал перёд. Уже понимала, что попала в дивный переплёт. Туман начал рассеиваться, будто морок, наложенный цыганкой на зрение, чтоб вытянуть кошелёк. И сквозь очертания этого беспросветного тумана стали проступать каменные стены высоких домов, мостовые, улицы, мусор и хлам вокруг. Серые камни, мостовая, дома из жжённого кирпича, дома из камня, дома, какие строили из подручных материалов почти сто лет назад. А может, все двести. Много домов вокруг, полноценный город.
Минуту я стояла, вне себя от удивления, забыв, как дышать. Это ли Вьюрзбург? Могло ли такое быть? Я представляла себе, что это будет три-пять разрозненных строений, чёрных от гнили и сырости и подтачиваемых морем, ветром, червями. Вместо этого я стою на развилке улиц крупного и цивилизованного города.
Первое, о чём я подумала – меня разыграли. Но я одёрнула себя: не могли в сговор все ступить – Айра, Кукер, Грэнжер, его прадед-учёный, тётушка Марианна. Да и бессмысленно им всем в один голос мне рассказывать о Вьюрзбурге как о полузаброшенной стоянке рыбаков из трёх с половиной домов, в то время как если бы они знали, что Вьюрзбург покрупнее будет. Место, где я оказалось, напоминало, пожалуй, не посёлок и не деревню, а некий областной центр.
Может, я заблудилась, и по иронии судьбы забрела вместо Вьюрзбурга в совсем другой город? Тогда это всё и объясняет! Если я стою сейчас в Мостбурге или в Свордсе – городах в округе Стара, какие называл Грэнжер, то приятного в этом мало. Я отклонилась от курса, значит, придётся снова сверяться с маршрутом, спрашивать дорогу.
Тут же меня осенило. Та мысль, которая заставила меня снова испытать неприятную оторопь. Небо по-прежнему в тучах, но светлое. Стоит день. Или самую малость начало вечера. Такое может быть? Или у меня сложилось помутнение сознания, амнезия, лунатизм, и несколько часов полностью выпали у меня из памяти?
Трудно описать чувства, какие я испытывала, оказавшись в этом Вьюрзбурге, который на самом деле оказался Городом Неизвестно-Когда-и-Где. Любопытство. Непомерное удивление. Интерес. Но ни капли страха, потому что я даже не поняла, что нужно бояться. Я решила так: если я тут оказалась – значит, так надо. Значит, сейчас будем узнавать, что это за город, исследовать его! Рано или поздно Истина объяснится, найдётся, какой бы она ни была. И, надеюсь, Беатрикс тоже найдётся…
Глава 3. Странный город
Призрачный густой туман
Опустился на берег моря.
Город – мираж, обман
Появился передо мною,
Я в таинственный город вошла,
Самый таинственный в мире,
Тёмные мрачные дома
Меня со всех сторон окружили…
И всё замерло тихо вокруг,
Нет ни шороха – всё в покое…
И услышала я таинственный звук:
Это был шум прибоя!
То был город ночной. В тишине
Слышно только, как волны бьются…
Вдруг… тревога проснулась во мне,
Душа в пятки, там кошки скребутся.
Всякий раз, когда мы достигаем пункта назначения в пути, это ситуация неопределённости. Даже если мы приезжаем из года в год в очень хорошо знакомое место, даже если мы наоборот возвращаемся из путешествия в родной наш дом, точка "B" в отрезке от A до B – это всегда сюрприз. Начиная от того, что путешествие делает нас обновлёнными и мы смотрим свежим взглядом на давно знакомые вещи, подмечая в них что-то изменившееся или неизменное, то, что не замечали раньше. И кончая тем, что нас по прибытии в пункт назначения ожидает неожиданность, новость – приятная или не приятная.
Я пока не могла определить, в приятное или неприятное приключение я попала. Но то что я попала – это совершенно чётко.
Мои часы всё ещё продолжали выдавать куролесицу, я сняла их и спрятала в карман рюкзака. Надеюсь, они там не взорвутся. Я на миг себе представила сюрреальную картину, когда мои часы вдруг разбухли, растеклись по рюкзаку, взорвались, и каждая цифра с поверхности циферблата зажила своей жизнью в бесконечной круговерти броуновского движения.
Для начала я посчитала до десяти, зажмурила глаза. Бывают на море миражи. Миражи бывают в пустыне. Это природное явление, в нём нет ничего сверхъестественного. Хотя наши суеверные предки так не считали. Когда я распахнула глаза снова, туман, вместо того чтобы снова сгуститься, доказывая, что я вижу лишь оптическую иллюзию, наоборот, рассеялся, а мрак наступающих сумерек просветлел до вполне себе приличного дня.
Я снова наклонилась и потрогала булыжники на мостовой. Сомнений не оставалось – это не мираж. Я потёрла пальцами друг о друга, меж ними грязь, песок, вполне себе нормальные для такого города и такого "пола" под ногами. Далее я совершила действие, которое со стороны могло показаться чудаковатым и сразу выдающим во мне чужестранку: подошла к стене ближайшего здания и дотронулась до неё. Стена реальная, холодная и каменная. Я постучала по ней для верности, постучала сильнее. В кулаке отразились болезненные ощущения, до меня дошло, что если я постучу ещё сильнее, особенно головой об эту стену, то мне не избежать сотрясения мозга. Или разбитых в кровь костяшек пальцев, в лучшем случае.
Трудно сказать, кто нашёл кого первым – я Беатрикс или Беатрикс меня, но по иронии судьбы мы с ней встретились спустя несколько секунд или минут, как я вошла в этот "город-мираж" в призрачном густом тумане.
Стоя у стены, которая служила индикатором материальности мира и моего пока ещё здравого рассудка, я посмотрела направо и посмотрела налево. Чтобы определиться с направлением, куда следует идти, как логичнее или хотя бы увидеть то, что привлечёт моё внимание.
Моё внимание привлекла девушка на другой стороне улицы, выходящая из проёма между двумя серыми высокими домами. Девушка не ожидала меня здесь увидеть, тем более стоящую у стены и постукивающую по кирпичам. Поэтому она оторопело остановилась и уставилась на меня. В первые мгновенья я подумала, что вижу призрак. В том, что это Беатрикс, сомневаться не приходилось: я столько раз видела дочь профессора Шенгли на фотографии, что запомнила её хорошо. Но мне показался невероятным факт совпадения, что Беатрикс сама выйдет ко мне навстречу!
Вблизи она оказалась ещё более красавицей, чем на фотографии. Белокурые вьющиеся волосы, голубые громадные глаза, в которых застыл испуг, удивление, но в глубине плескался пытливый ум. Или то самое шило, что надоумило упрямую авантюрную девочку искать приключений на пятую точку, захотев в семнадцать лет стать географом-экспедитором, на горе обоим родителям. Беатрикс одета удобно для путешествия: в высокие до икр кожаные ботинки, длинную, но удобную размашистую плотную юбку, трикотажный голубой свитер и утеплённый жилет поверх него.
Тут я вспомнила, что я-то Беатрикс хорошо заочно знаю, а она меня нет. И кидаться к ней на шею и восклицать – "ах, наконец-то я тебя нашла, пойдём скорее со мной домой к маме" – не совсем уместно. Поэтому я ограничилась самым банальным словом в мире:
– Привет.
– Ты кто? – девушка так уставилась на меня, что я подумала, что она сейчас потеряет глаза, и придётся их вставлять и приклеивать обратно.
– Я? – я несколько озадачилась этим вопросом. Действительно, кто я? Человек, который послан, чтобы найти её? Заблудившаяся путница, которая ни черта не знает, где оказалась? Секретный агент? А может, я какая волшебница или добрая фея-крёстная в этом мистическом городе?
Дочь профессора, похоже, не ожидала услышать от меня ответа. Поэтому она озадаченно отвела от меня глаза.
– Ладно, я… тут просто мимо проходила, – проговорила она.
Стала разворачиваться!!! И уходить от меня!
"А ну сто-о-ой! Куда-а-а-а?!" – так и хотелось крикнуть мне, строго схватить за руку и дёрнуть хорошенько. Беатрикс действительно ребёночек, как её мило обозвал Ренсо. Эти её громадные глаза очень наивны, она принимает всё за чистую монету.
– Подожди! Прости, я хотела с тобой поговорить, – выдохнула я. – Ты ведь Беатрикс, да?
Девушка испуганно вздрогнула. И пробормотала, пятясь от меня.
– Откуда ты знаешь моё имя? Кто ты такая?
– Спокойно. Знаю и всё. Я… мне… – как бы мне сказать ей поаккуратнее о своей миссии? С ней надо сначала получше вступить в контакт, завоевать доверие. И вдруг я плюнула на это дело: – Тебе честно сказать?
– Да, пожалуй. Только не подходи пока ко мне близко, – Беатрикс держалась излишне настороженно.
– Не буду. Да мне и незачем. Я тут одна, без оружия.
Тут я немного слукавила, потому что оружие у меня есть. Усыпляющий пистолет Степлер Демоуса. Один только выстрел – и Беатрикс сонная обмякнет. И я смогу её доволочь до тропинки, а потом уговорить пойти со мной пешком до Невелнигарп, там связаться с Грэнжером… Но проблема-то в том, что никакой тропинки нет уже и в помине. Я пока не понимала, откуда я пришла!
– В общем, не буду ходить вокруг да около. Знакомые твоего отца попросили меня тебя найти, – раскрыла я карты. Не оставив себе даже джокера в рукаве.
А Беатрикс – пусть как хочет, так пусть это и воспринимает. В тот момент я догадалась, что мои задачи изменились, фокус приоритета сильно резко сместился с того, чтобы найти и вернуть Беатрикс. На то, чтобы найтись и вернуться самой, карамба!
Девушка продолжала оторопело смотреть на меня:
– Подожди, так ты… пришла снаружи? – задала она странный вопрос.
– Снаружи? Э-э… – тут уже я "подвисла" как компьютер, в который загрузили слишком тяжёлую программу.
Беатрикс, которая секунд десять назад велела мне к ней не приближаться, сама подошла ко мне почти вплотную и заглянула в глаза:
– Извини, я ошиблась. Я подумала, ты из местных. Как ты попала сюда? Как выйти отсюда, знаешь? Ты знаешь что-нибудь про это чёртово место? – спросила Беатрикс с немного нервным нажимом.
И даже взяла меня за руку. Рука её прохладная, а сама девушка дрожала – то ли замёрзла, то ли была слишком возбуждена стрессом.
– Я шла по тропинке, от Невелнигарп. Это место – вроде как Вьюрзбург.
– Никакой это не Вьюрзбург! Это странный город. Здесь жутко. О, пожалуйста, скажи, что знаешь, как отсюда выйти! – тут я подметила, что Беатрикс близка к панике.
– Спокойно. Мы придумаем, как выйти. Я ещё толком не разобралась. У меня к тебе два вопроса: сколько ты тут находишься и где твой товарищ Йоко, он разве не с тобой?
– Мы с Йоко здесь уже… дня два. Или… три… или один. Я не разобралась. Тут что-то со временем, с людьми и с этим городом. Тут нет ни одних часов, а небо всё время то такое более светлое, то чуть более тёмное, и это то ли облака, то ли неизвестно что.
– Так. Подожди секундочку. Два дня? Ты в курсе, какое сегодня число? – я сопоставила информацию, которая у меня была – что Беатрикс видели в Невелнигарп третьего мая. Может быть, девушка перепутала.
Но взглянув на Беатрикс, я поняла – она меня не слышит. Она прислушивается к нарастающему звуку, гулу голосов.
– О нет… Это снова они! – рука, которой она меня держала, задрожала как осиновый лист.
– Они? Кто?
Звук голосов приближался. Много шума у этих голосов, они все что-то кричали, распевали песенку на непонятном языке. Ближе, ближе. Вот-вот появятся из-за угла ближайшего здания, стену которого я трогала!
– Быстрее! Бежим! – Беатрикс схватила меня за руку ещё крепче и потянула в проём, из которого она вышла.
– Да подожди ты! Это что, футбольные фанаты что ль какие-то?
– Бежим, скорее! – молила девушка. И произнесла с придыханием, будто произносит нечто страшное: – Это патруль Пиовра.
– Что-что?
Но, повинуясь элементарному инстинкту самосохранения, я позволила Беатрикс увлечь себя в проулок. Тут же сзади послышались крики, улюлюканье, вопли, гогот. Мы ясно различили, как кто-то визжал:
– Новенькие мозги! Держите их! Хватайте! Господин их ждёт, волоките их к нему!
Жуткие слова, если вдуматься. И кричал их маньячный голос!.. Далее началась нелепая гонка. Кто-то гнался за нами. Мы убегали. Беатрикс бегала хорошо и быстро для неподготовленного человека, она молодчина! Я же тренирована в плане бега, поэтому мы с ней слажено бежали. Возможно, это нас и спасло. Она держала меня за руку, поворачивая в проулки, закоулки, тротуары, и мы с ней оказывались на мостиках, ступеньках, перепрыгивали каналы.
Погоня не прекращалась! Как мне казалось по топоту ног, за нами гналось человек двадцать. Я не видела преследователей. Но уже догадалась: если они нас догонят – я не смогу с ними физически справиться. Я даже Степлер достать не успею, настолько всё быстро происходит.
Из-за быстрого бега и неожиданности я не успела рассматривать, где я бегу и где Беатрикс меня ведёт. Мы вдруг добежали до стены, упёрлись в неё. Беатрикс испуганно и с отчаянием вскрикнула:
– А-а-ах, тупик!
Заминка достаточна для того, чтобы нас нагнали. Когда мы развернулись и приготовились вбегать в ближайший проулок, навстречу нам выскочил тип, одетый странно: в зелёный рабочий комбинезон и узкополую шляпу. Лицо серое, землистого цвета, перемазанное сажей и грязью. Он растопырил громадные руки, несясь нам навстречу и намереваясь сграбастать. Был он ростом метра под два. Рот его кривился и издавал подобие торжествующего рычания, таким булькающим тембром, как будто у него вырезан язык! Глаза на выкате взбудоражено горели и вращались как два бильярдных шара.
Мы успели-таки раньше него нырнуть в проулок. Когда я оглянулась, за нами гналось уже трое одетых в зелёные комбинезоны людей. Они также пытались нас догнать и схватить.
Спасла нас обычная лестница. Беатрикс взлетела по узким колченогим ступенькам, ведущим на холм, справа и слева от ступенек тоже ютились деревянные покосившиеся здания. Я думала, что всё, кранты, боя не избежать. Но эти типы промчались мимо и на лестницу даже не взглянули!
– Скорее, поднимаемся, – шептала испуганно дочь профессора Шенгли.
Я повиновалась, поднималась за ней следом, успевая оглядываться. Мимо внизу пробегали один за другим типы в зелёных комбинезонах и шляпах. Это выглядело очень гротескно.
– Беатрикс, почему они не…
– Не поднимаются за нами? Не спрашивай, – выдохнула девушка. Она совсем задыхалась от бешеного бега и страха.
– Куда эта лестница ведёт? – спросила я.
Мы всё продолжали подниматься. Открылся вид на город и был он не совсем обычным. Город простирался на видимость около километра, может, двух, мрачные серые дома, из камня, кирпича, деревянные строения, а дальше – пелена серого тумана. Как будто небо вокруг образовывало шар-пузырь или гиблый купол, покрытый изнутри мглой, а город заточен сюда как макет – игрушка коллекционера.
– Жутко выглядит, правда? – подтвердила мои мысли Беатрикс. – Лучше не смотреть, можно помешаться.
– Жутко и завораживающе. Мы что, на самой высокой точке?
– Есть ещё выше. Так сказали. Есть ещё Башня с Часами.
– Башня с Часами. Ну конечно, – осенило меня.
Я слишком озадачена, чтобы спрашивать, точнее, чтобы собрать мысли в кучку и начать о чём-то думать. Пока я повиновалась Беатрикс, потому что опыта выживания в этом городе у неё больше, чем у меня. Бедняжка совсем запыхалась. Мы поднялись и зашли в комнату или помещение. Точнее, лестница оканчивалась каменной стеной и дверью.
Беатрикс предупредила:
– Я тебе сейчас покажу одну вещь. Она может тебя шокировать. Я первый раз едва не визжала от ужаса, что по-настоящему слетела с катушек.
Когда Беатрикс открывала дверь в это помещение, я ожидала увидеть там по меньшей мере расчленённый труп великана-людоеда. Но ничего подобного, мы оказались в небольшой каморке с мутными стёклами. Из мебели только грубо сколоченный деревянный стол, на котором валялись черепки из-под разбитой посуды, ещё стулья с поломанными ножками.
– Это как фокус. Только необъяснимый. Такое может сниться в кошмарах, – продолжала нагнетать Беатрикс.
Она проводила меня, полную всевозможных догадок и любопытства, до другой части комнаты, и там виднелась ещё одна дверь, которую я поначалу не заметила.
– Эта дверь ведёт в параллельный мир, – шёпотом объявила девушка.
Хотелось заставить её говорить, что за люди гнались за нами и что такое патруль Пиовра, а также я не понимала до сих пор, где Йоко. Но я сдержалась, и не зря. Потому что вопросов прибавилось ещё больше.
Беатрикс щадяще подготавливала меня к тому, что я увижу. Но увидеть то, что я увидела, я в жизни не предполагала! Когда она открыла передо мной эту дверь, мы оказались в полутёмном коридорчике, и там была ещё одна приоткрытая дверь, из которой доносился ветерок. Беатрикс подвела меня к ней, мы выглянули, и я увидела широкую довольно большую улицу, также мощёную щебёнкой, дома, даже людей, бродящих вдали.
– Э… – я вопросительно посмотрела на Беатрикс.
– Так ты не поняла?! – Беатрикс схватила меня за руку и вытащила на улицу, из этой двери. Дверь она прикрыла за собой. Она повела меня по мостовой, метров примерно сто вперёд, и я увидела на горизонте…
Море. Тумана тут не было. Было только море впереди, а также портовые краны, доки, строения и какие-то пароходы, только очень старые, совсем не современные.
Прежде чем до меня дошло, я посмотрела наверх, в облачное свинцовое небо. Посмотрела вниз, на щебенистую улицу.
И выдохнула, осознавая, что произошло:
– Там, под… под этой улицей… Другой этаж…
– Да, – выдохнула девушка.
– То есть…
Я не договорила. Чтобы проверить свою гипотезу, я быстрым шагом вернулась к тому зданию, из двери которого мы вышли. Я отметила на двери надпись:
Школа-пансион сестёр Вайм
И вошла. Дверь налево вела к лестницам вверх и вниз, она была приоткрыта. Дверь направо – как раз та, которая вела в каморку с одиноким столом и черепками посуды. Я для верности открыла её и снова вошла. Беатрикс верной тенью следовала за мной. Я прошла до другой двери, открыла её. И увидела лестницу вниз, большие массивные каменные здания и пелену тумана повсюду вокруг, за которую мой глаз не мог проникнуть. Закрыла поплотнее эту дверь, вернулась, открыла дверь на другую часть улицы. Никакого намёка на эту лестницу!
– Поняла теперь? – тихо спросила Беатрикс.
Я кивнула.
– Пойдём, – Беатрикс жестом показала наверх.
– Там… наверху ещё вход на третий этаж города?
– Нет. Третий этаж это уже слишком! Там комната, где мы остановились с Йоко.
– Вы остановились в школе-пансионе сестёр Вайм? Кто они такие, ваши знакомые?