Галопом по Европам

Лишенную своей примечательной детали избушку довольно легко подняли и поставили. Яга замаскировала ее под холмик с хилыми кустиками, набросив легкую иллюзию.

Кощей собрался было сходить на охоту, раз произошла внеплановая остановка, но внезапно все изменилось. Происходило что-то странное. И его, и Ягу практически одновременно накрыло ощущение надвигающейся беды.

Ядвига, не теряя времени, энергично взялась за изготовление новой конечности для избы, а колдун походил туда-сюда, потом лег на землю, слушая ее голос.

– Ядвижка, мне кажется, какой-то шум идет. Похоже, что кавалерия идет. И источник уже очень недалеко.

– Сейчас, Кощей. Еще минутка, процесс запустится, я тогда присоединюсь к тебе, вместе посмотрим.

Быстро забросив нужные ингредиенты, Яга задвинула котел в печь. Все, пока нечего делать, только ждать.

Она вышла на улицу. Кощей в тревоге смотрел на восток, что-то странное было именно там, в той стороне, куда они направлялись изначально. И именно оттуда сейчас показался ворон Дерзкий Коготь.

Он стремительно слетел на пенек на дороге.

– Кошмар-р-р! Идут! Кошмар-р-р-р! Вр-р-раги!

– Кто идет? Почему кошмар? Почему враги? – Кощей не был склонен игнорировать важную информацию.

– Конница! Кошмар-р-р! Стр-р-р-рашные люди на быстр-р-рых конях!

– Они с оружием? Военные?

– С ор-р-ружием! Сабли! Кошмар-р-р! Стр-р-рашные!

– Много их?

– Конца и кр-р-рая не видно! Я далеко не забир-р-рался! Сюда идут! Кошмар-р-р!

– Скоро здесь будут?

– Скор-р-ро! Кони р-р-резвые!

– Раз это целое войско, то должна быть и разведка. Надо маскироваться, пока не налетели на нас.

– Все, успокойся, Коготь. Кощей, пока нет причин для паники. Иллюзия хорошая, сейчас наложу еще слой иллюзии с полной тактильностью. Колючий густой кустарник изображу, чтобы не было желания забираться на холм. Но даже если потопчутся по крыше, все равно не будут чувствовать, что это избушка. А потом узнаем, что это за страшные конники. Все заходите в избу. Черныш здесь? Все, заходите, заходите. Кощей, куда пошел? Не время геройствовать, тем более, если войско большое. Прячемся. Тактическая хитрость, как ты говоришь.

– Иду, иду я. Не собираюсь геройствовать, Ядвижка.

– Все дома? Генерирую новый слой иллюзии.

Из стремительно налетевшего легкого ветерка выглянуло довольное, румяное лицо Вьюнка – младшего брата Эола – властителя воздушной стихии на Ладе. Весело оглядев встревоженных хозяев, ветерок залетел в избу.

– Спасать вас надо? Я думал, что вы справитесь с избой вашей. А тут и войско на марше оказалось, в вашу сторону идут. Спасать вас или спрячетесь? Вижу, что вы иллюзию набросили. Хорошая иллюзия, качественная, даже кусты от ветра раскачиваются.

– Вьюнок, а ты видишь ее?

– Вижу, а как же! Так мне можно! Значит, не надо пока спасать? Ну, тогда я полетаю рядом, понаблюдаю.

– Подожди, Вьюнок, а что это за войско?

– Не знаю! Воюют. Все время воюют. Ходят туда-сюда. Скучно, не люблю я эти человеческие игры! Папка иногда страху на них нагоняет: то грозу нашлет, то шторм, то метель. Они сразу пугаются. Тогда мне весело. А так – скучно. Полетел я пока. По имени позовите, если нужен буду. Только громко.

Дождавшись, когда ветерок вынырнет из дверей, Яга зашептала тайные слова и для верности трижды поплевала во все стороны.

– Ну, все, полный порядок. Сидим, смотрим. Разговаривать можно, я звуки тоже заблокировала.

***

Первым появился конный разведчик. Стоя у окна, Ядвига и Кощей внимательно осматривали маленькую, крепкую фигуру на коротконогом резвом коньке, потрепанный походный халат, кожаные доспехи, шапку малахай над безусым лицом, кривую саблю в руках.

Разведчик хищно озирался по сторонам, что-то прокричал своему напарнику, который двигался шагах в пятнадцати правее, потом прямо с седла пустил длинную желтую струю в большой куст шиповника. Яга поморщилась.

– Может, «языка» взять, Кощей?

– Не вижу смысла. Ты же слышала, что на незнакомом языке говорил вояка. Наш магический передатчик еще не набрал достаточный словарный запас и вряд ли разобрался в особенностях языка. Я его сразу включил, но перевод он мне не выдал. Что можно узнать у «языка» без знания языка? Ты уж прости, что такой каламбур получился.

– Это да, ты прав. Нужно дать магическому переводчику достаточный объем материала для анализа. Эх, где бы найти еще хоть одного человека, который и врага бы понимал, и с нами говорил. Это значительно облегчило бы работу. Иначе будем сидеть, ничего не понимая. А ведь перед нами явно враг. И про него надо все знать.

– Значит, будем лечить избушку и тайно присоединяться к войску, – медленно говорил Кощей, провожая взглядом разведчика.

– Идут! Гляди, идут! Ох, и страсть какая, Кощеюшка! Туча черная! Что же делается с тобой, Земля-матушка! Неужели еще не все вытерпела? Что за изверги завелись на тебе!

Томительные три часа в пятидесяти метрах от избушки, скрытой иллюзией, шел левый фланг конницы Бату хана. Впереди ехали конники с боевыми бунчуками. Организованными рядами проходили всадники, разбитые на ясно читаемые десятки, сотни, тысячи. Впереди каждого подразделения ехал его командир. Войско шло слаженным ходом, мимо его стройных рядов постоянно сновали воины на коренастых лошадях, что-то сообщали командирам, и снова скакали дальше.

Сначала шла легкая конница, она состояла из конных лучников. Затем шла тяжелая конница.

Кощей пристально рассматривал мечи, тонкие, изогнутые сабли, пики и луки со стрелами. Каждый воин имел кожаные шлемы и нагрудники, а у некоторых были металлические доспехи. Их было довольно хорошо видно.

На каком-то этапе появились метательные и осадные орудия. Опытный глаз военного мог различить стенобитные орудия, баллисты для метания деревянных ядер, камней и горшков с горящей нефтью. Грозное оружие в умелых руках.

Громко прозвучала непонятная команда, пронзительно загудели сигнальные трубы, поддержанные барабанами, и войско встало. Дело к вечеру, будут разбивать лагерь и ночевать.

Прямо напротив невидимой врагам избушки быстро собрали черный шатер, развели костры. Вокруг центрального шатра очень быстро образовался целый городок маленьких шатров, возле которых принялись готовить пищу. Около костра, разведенного рядом с центральным шатром, было особенно многолюдно. Несколько человек разделали барана, готовили из него питательный бульон и жарили мясо.

К центральному шатру подъехала группа всадников. Один из всадников, к которому обращались подчеркнуто уважительно, бросил несколько слов, потом зашел в шатер. Видно, это военачальник. У входа застыла охрана.

Отдыхавшие воины громко, резко переговаривались. Лагерь расположился настолько близко к избушке, что все было прекрасно слышно. Магический переводчик не выключали, чтобы он набрался словарного запаса, провел лингвистический анализ и был готов переводить.

Ядвига и Кощей пристально наблюдали за вечерней жизнью воинского лагеря. Избушку никто не видел. Иллюзия была настолько убедительной, что маленькие, коренастые воины заходили за удобный холмик, чтобы оправить свои естественные надобности.

Увидев это в первый раз, Яга, недовольно фыркая, наложила заклинание отвода глаз. Теперь, даже случайно, никто из врагов не мог набрести на избушку лазутчиков. Родовое волшебство всегда отводило в сторону нежелательного посетителя.

Никто еще ни с кем не воевал. Никто никого не убивал. Но было четкое понимание: это враги. И надо разобраться, нужна ли помощь местным жителям.

***

Уже несколько дней двигались в окружении больших и малых отрядов вооруженных людей, которые направлялись в одну и ту же сторону – на запад. Лейла почти оправилась от неожиданного изменения в своей жизни. Да – повзрослела. Детство неожиданно грубо закончилось.

Китаянка Лю рассказывала ей все, что должна знать молодая девушка, которая вскоре должна предстать перед своим повелителем. Лейла делала вид, что внимательно слушает, а сама думала о родном доме, вспоминала, как мама по утрам замешивает лепешки и делает творог, отец и братья уходят в поле, а ловкий Фархад усмиряет дикого коня.

– Лю, а у тебя любимый есть? – Лейла внезапно прервала беззаботно чирикающую китаянку.

Рабыня запнулась от неожиданности и замолчала. Только через несколько минут она заговорила снова, глядя невидящими глазами на вышагивающего впереди верблюда:

– Есть. Был. И муж был, и дочка была. Муж пропал, когда отправился с караваном моего отца-купца в Багдад. Мы потом узнали, что Багдад разрушили монгольские воины. Да снизойдет на них милость неба, – спохватившись, добавила рабыня.

– Лю, говори все честно. Я никому ничего не скажу.

– А что говорить? И к нам пришли монголы. Все думали, что можно будет откупиться. Старики так говорили. Да куда там? Пожгли, порушили все. В момент нападения меня не было дома, я как раз перед этим ездила к отцу узнавать судьбу багдадского каравана. Только через пять дней попала в свой разрушенный дом. Сосед, с которым дружил свекор, рассказал, как своими руками копал могилы и для моей семьи, и для своей.

Судорожно вздохнув, Лю продолжила:

– Над маленькой могилкой дочки меня и схватили. О том, что дальше было, не хочу даже вспоминать. В конце концов, я оказалась в услужении у купца Рахима, учила его дочку женским премудростям, потому что его жена умерла, а другую он не брал. Сейчас дочка вышла замуж. Долгое время я была просто служанкой у Рахима, а сейчас вот он меня к тебе приставил. Лишь бы оставил меня с тобой! Не хочу больше к нему! Проси, чтобы меня оставили тебе!

Лейла, внезапно привстала в своей корзине, потянулась к Лю:

– Давай сбежим! Я не верю, что этот хозяин будет милым и добрым. У меня есть Фархад. Я сбегу к нему!

– Но как же, – растерянно проговорила Лю, – мы так далеко уехали от твоего дома. Как ты найдешь своего Фархада? Женщина без мужчины всегда легкая добыча для дурных людей.

Но на Лейлу нашло озарение:

– А мы переоденемся в мужчин, в мальчиков. Надо только мужской халат и шапку, чтобы глаза прикрывало. Лю, дорогая, я умру в неволе. Неужели ты хочешь моей смерти? Я хочу домой, к маме и отцу. Хочу каждый день ходить по родной земле. Хочу пасти наших козочек. Хочу доить козочек и делать курт. Я хочу встречать каждый день Фархада с пастбища. Я не хочу этих нарядов и драгоценностей! Бежим со мной! На тебе нет цепей. Ты не будешь рабыней, ты будешь моей подругой.

А вот здесь Лейла попала в точку. Услышав о том, что она может стать свободным человеком, Лю сдалась. Здравомыслие умудренной нелегким жизненным опытом женщины уступило детскому авантюризму.

Трепещи, враг. Если у девушек есть план, никому не удастся их остановить. Сразу вспомнили, что в кибитке, которая тянулась в конце обоза, есть мешки с одеждой. Лю обещала во время остановки пробраться в нее и взять два комплекта мужской одежды. В это время Лейла должна была чем-то отвлечь внимание охраны.

С этой минуты откровенности Лейле стало легче. Лю – не враг. Когда есть рядом друг, то всегда проще.

Уже через три дня в корзине, в которой ехала Лю, и где хранились женские штучки, оказался сверток, в котором лежало два комплекта мужской одежды. Да, она была слишком большой для девушек, особенно сапоги. Но она была. Вечерами, когда походный лагерь засыпал, девушки в своей крошечной юрте примеряли одежду, учились в ней ходить. Готовили сапоги, напихав куски войлока в свободное пространство слишком большой обуви.

Долгими днями, покачиваясь в корзинах на верблюде, они придумывали, как будут идти назад по ночам, а днем отсыпаться в тайниках. Все казалось простым и реальным, ведь ночи такие лунные и безопасные. Надо лишь сбежать, а все остальное обязательно получится. Две маленькие наивные девушки в поисках свободы.

Лейла уже потеряла счет дням, так долго длилось путешествие. Купец к ней не подходил, ни о чем не разговаривал, в женскую юрту не наведывался. Он только иногда вызывал Лю и расспрашивал, как идет обучение полезным для наложниц правилам? Готова ли Лейла к встрече с хозяином и повелителем.

Потому и показалось неожиданным, что купец Рахим сам подъехал к верблюду, на котором ехали девушки, и сказал Лейле, чтобы вечером была готова к встрече с господином. Они уже почти нагнали его отряд. Лю получила задание нарядить и украсить наложницу перед встречей с повелителем.

Плакать в присутствии Рахима Лейла побоялась, но когда он отъехал, дала волю слезам. За время пути ни разу не подвернулась возможность побега. И вообще казалось, что никакого господина не будет, а будет только бесконечная дорога, жара и короткие остановки на ночь. А тут выясняется, что неведомый господин и повелитель совсем рядом.

За время пути они с Лю неоднократно пытались отходить чуть в сторону от юрты во время остановок, но всегда рядом возникал один из охранников, который довольно грубо указывал девушкам, где заканчивается граница их свободы. Даже когда девушки удалялись по естественным надобностям, недалеко обязательно находился один из мужчин. Причем, одна из девушек обязательно должна была находиться в зоне видимости этого охранника.

Ни единого шанса за все путешествие! И сегодня все должно закончиться.

Значит, надо сделать все, чтобы именно сегодня побег удался.

Ближе к вечеру показались немного отставшие от общего войска многочисленные кибитки, телеги и отары овец, которых сопровождали рабы богатых начальников. Рахим поговорил с грузным монголом, который распоряжался этим обозом, а затем двинулся к видневшемуся вдали военному лагерю. На подъезде к лагерю его несколько раз окликали, и Рахим переговаривал с часовыми. Наконец подъехали к большой юрте.

К Рахиму тут же подскочил явно знакомый монгол в черном походном халате. Он его поприветствовал и повел в юрту. Девушки оставались на верблюде, ожидая, когда охрана соберет их привычное маленькое походное жилище.

– Ну, что, Лю. Видно, мы прибыли. Боюсь, что в этой юрте находится мой господин.

Лейла изо всех сил зажмурилась и долго, раскачиваясь, сидела в своей корзине. Потом распахнула печальные глазки: нет, ничего не изменилось, ничего не исчезло. Все тот же военный лагерь и юрта человека, которого называют ее господином.

Когда девушки уже оказались внутри своей юрты, Лейла схватила Лю за руку и зашептала:

– Сегодня! Иначе я убью и его, и себя!

***

Уже почти стемнело, когда в затихающем лагере появились новые лица. В сопровождении вооруженных воинов в лагерь медленно и важно зашел караван из двух верблюдов, нескольких кибиток и трех десятков конников.

Быстро поставили два шатра. В один из шатров направились два человека, которые сидели на одном верблюде. Даже по сравнению с невысокими воинами, эти две фигуры казались совсем небольшими.

Один из мужчин гортанно раздавал команды, затем отправился в тот шатер, который Яга и Кощей посчитали шатром командира. Скоро туда потянулись рабы, несущие корзины, котлы, бурдюки, мешки и мешочки. Там явно намечался пир. Приехал, скорее всего, друг начальника.

Еще долго от спящего лагеря доносились хриплый смех пировавших мужчин. Костры еле тлели, было темно. Казалось, что уже ничего не случится. Даже Ядвига и Кощей решили выпить успокаивающий сбитень и укладываться спать.

Но кот Черныш, благополучно проспавший весь день, решил поучаствовать в наблюдении. Он удобно разлегся на подоконнике окна, выходящего в сторону военного лагеря. И уже через несколько минут раздалось довольное:

– Кто смеялся мр-р-р, что я все проспал? Мр-р-р. Все только начинается.

Подошедший Кощей возразил:

– Может, в туалет в кустики направились люди? Почему сразу решил, что намечается что-то?

– Мр-р-р, когда человек идет в кустики, он смотрит вперед, ищет кустики. Это мое мр-р-р личное наблюдения. А эти человечки мр-р-р маленькие больше боятся того, что сзади осталось. Крадутся, как будто, мяу, они мышки, которых ловят кошки.

– Ну, пожалуй, ты в чем-то прав. Ядвига, иди, смотри. Кстати, действительно, фигурки маленькие, даже по сравнению с не очень высокими воинами. Может, дети? Но, в войсках?

Стоя втроем у окна, Ядвига, Кощей и Черныш молча смотрели на две маленькие, почти детские фигурки, осторожно крадущиеся мимо сторожевого костра. Воин демонстрировал хорошую выучку, он не спал. Бдил, изредка подкладывая полешки в затухающий костер и поглядывая на центральный шатер, из которого до сих пор доносились невнятные разговоры и громкий смех.

***

Лейла боялась только одного, что за ней придут раньше, чем они смогут выскользнуть из юрты. Девушки решили нарядить Лейлу на случай, если все же неведомый господин решит увидеть свою наложницу немедленно.

Готовые девушки сидели на мешках с мужской одеждой, вслушиваясь в многоголосую жизнь военного лагеря и перешептываясь о том, в какую сторону идти. Постепенно все затихло.

На небе уже высыпали звезды, когда Лю осторожно выглянула из юрты. Казалось, что все спят. Только у костра сидели караульные в окружении завернувшихся в плащи и кошмы спящих воинов, да в большой юрте были слышны голоса и взрывы хохота мужчин, изрядно потребивших пенный айран.

Девушки быстро, уже привычно, облачились в мужскую одежду. Связали в узлы самое необходимое, что хотели взять с собой, и небольшой запас еды. Пора.

Они выскользнули из юрты. На счастье или несчастье, светила полная луна. Старики говорят, что безумцам помогает судьба. Очень медленно, но неуклонно никем не замеченные девушки приближались к границе лагеря. Удавалась перебегать от одной походной юрты к другой, всегда оставаясь невидимыми для караульных у костра. Что могло случиться, если хотя бы один из нукеров не спал и увидел подозрительные фигуры?

Случилось другое. Берек хан в сопровождении купца Рахима отправился смотреть на свою новую игрушку. Услышав нетрезвые громкие голоса вывалившихся из юрты приятелей, караульный подскочил у костра, чтобы не получить палок за лень на посту. Краем глаза он заметил движение слева за крошечной юртой. А когда из юрты девушек раздался рев двух мужчин, не заставших свою жертву, караульный уже знал, куда бежать.

Смысла скрываться уже не было. Девушки неслись к ближайшим кустам, вне себя от ужаса, а сзади их нагонял здоровенный нукер.

Слишком большие сапоги сыграли свою коварную роль: сначала Лю, а потом и Лейла, уже давно потерявшая свой походный узелок, запнулись и упали.

Караульный, протянувший свою лапу к Лейле, так ничего не успел понять. От ближайшего дерева отделилась тень, и несказанно удивленный вояка растянулся на земле, повстречавшись с острым мечом.

А Лейла и Лю оказались в чьих-то сильных, но негрубых руках.

***

– Девки! Ей-же-ей! Девки! Ядвига, ты видишь? Думали, что дети, а оказались девки! Косищи какие!

– Да, неожиданный улов у тебя, Кощейка. Все бы тебе на косы девичьи смотреть, охальник!

Так, Черныш, наблюдай-ка, что там происходит в лагере?

– Мр-р-р, бегают! И караульного уже нашли. Гадают, мр-р-р, кто его так мог приложить!

– Придушил ты девчонок, что ли, Кощей?

– Скажешь тоже! Я вообще думал, что это дети. Был нежен, как никогда. Просто, как облачко! Слушай, мне кажется, что эта девушка на китаянку похожа.

– Пожалуй.

Девушки очнулись почти одновременно. И у обеих первая реакция была – бежать.

– Но-но, стойте, девоньки. Сапоги потеряете! Нашли же кошмар какой-то на свои нежные ножки! Кощей, посади их на диван.

– Если девчонка китаянка, может, с ней поговорить получится. Черныш, тащи переводчика. Сейчас включим на режим перевода.

Девушки сидели на диване, дрожа от страха и не понимая, где находятся. Они с удивлением поглядывали по сторонам, поскольку никогда прежде не видели таких странных людей и такие дома. Не было похоже на то, что их сейчас будут обижать, но страшно было безмерно. Слишком много натерпелись за сегодня.

– Девушка, ты меня понимаешь? – Лю вздрогнула, услышав речь, похожую на свою. Не все было понятно, но, в целом, смысл сказанного был ясен.

Она кивнула.

– Ты кто?

– Лю

– Лю – это имя?

– Да.

– А вторая девушка кто?

– Моя хозяйка Лейла.

Контакт был установлен. Не очень легко, но стороны друг друга понимали.

Девушки, видя, что их не собираются ругать или обижать, потихоньку успокаивались. Но тут домовой Веник решил по законам гостеприимства накормить гостей.

Перед людьми домовые обычно не проявляются. Поэтому перед ошеломленными девушками из ниоткуда на столе появился легкий ужин. Кажется, девушки повторно собрались в обморок. Пока девушек приводили в чувство, пока кормили, прошло немало времени. Сидевший у окна Черныш комментировал происходящее в лагере, что само по себе вызывало ужас у гостей: разговаривающих зверей они еще никогда не видели.

В этой странной юрте все было непривычно и непонятно. Но не страшно. Страшно было на улице.

Когда девушки немного успокоились, их подвели к окну, и они тоже увидели лагерь, который был в нескольких десятках шагов от дома.

Падать в очередной обморок девушкам не дал Черныш. Тяжело вздохнув, кот переместился на диван, куда опять усадили девушек. Он занялся тем, что у котов получается лучше всего на свете: успокаивать, снимать стресс и умиротворять. Уже через несколько минут девушки улыбались и с упоением тискали черного пушистика. И только Ядвига видела, что он терпит из последних сил.

Встретив умоляющий взгляд утомленного ласками кота, Яга перешла к следующему этапу наведения контактов с неожиданными гостями. Это вариант, всегда срабатывающий с женщинами на сто процентов: она принялась их переодевать. Увела в соседнюю комнату, наговорила заклинание полной очистки, вплетя туда заклинание очистки от возможных насекомых. Нежданные гостьи чувствовали, что с ними что-то происходит, но терпели, чтобы не обижать странных хозяев.

Свои узелки девушки потеряли в суматохе, а в мужской одежде они обе выглядели очень неприглядно и забавно. Как образец, Ядвига взяла национальный китайский костюм. Судя по реакции Лю, в точку она почти попала: девушка сначала поразилась внезапно возникшему на ней наряду, а потом радостно захлопала в ладоши, увидев знакомое и родное.

Лейлу Яга одела так же, хотя было понятно, что для девушки костюм непривычен. Но в любом случае, китайский женский наряд гораздо лучше монгольского мужского халата на десять размеров больше. Про обувь китайскую Ядвига ничего не помнила. Поэтому обеспечила девушек современными земными балетками. Отторжения незнакомая обувь у них не вызвала.

После того, как Яга поколдовала над прическами девушек, она познакомила их с удивительным изобретением из будущего: большим зеркалом. Пришлось пережить момент страха от новинки и восторга от увиденного.

Только когда девушки налюбовались на себя, Яга пригласила Кощея. Реакция была прогнозируемой. Кощей ловеласом не был, но женскую красоту уважал и галантно мог это подчеркнуть. Девушки были покорены.

Потом долго сидели и слушали рассказ Лю на китайском языке и рассказ Лейлы на туркменском языке. Под конец беседы магический переводчик распознал диалект монгольского языка, на котором говорили в лагере, и который немного знали обе девушки. Общаться стало проще, хотя китайский вызывал определенные сложности. Все же развитие и без того сложного языка в двух разных реальностях пошло своими путями. Туркменский язык Земли Изначальной и туркменский язык Лады оказались ближе.

В таких приятных хлопотах прошло немало времени. Наступило утро, но лагерь не думал сниматься. Было такое ощущение, что начальник отряда сильно обозлен случившимся. Со всех сторон возвращались посланные на поиски беглянок воины, но все они приходили с пустыми руками, а хан орал, топал ногами и колотил тех, кто подворачивался под руку. Купец Рахим, кажется, тоже попал под горячую руку. Вина его была в том, что он привез неподготовленную девушку. А хан любил, когда девушка была уже готова расстаться… со своей непокорностью.

***

Не было печали – нашли на свою голову. Куда девать девчонок?

Географии местности отважные, но глупые беглянки не знали. Их везли, а они только сидели в своей корзине и даже не старались запомнить дорогу, по которой будут возвращаться.

Кощей недовольно качал головой. Он полностью одобрял девушек, которые не захотели покориться злой судьбе, но был уверен, что их бунт был обречен на провал. Шансов на спасение не было. Так что, техническая остановка избушки из-за встречи с кабанихой спасла девушкам жизнь. А порыв Кощея, когда он думал, что спасает детей, оказался оправданным.

Лю была старше по возрасту, и она перенесла свою личную трагедию. Потому она многое могла рассказать о том, что происходит, и что это за войско. Лейла же могла поделиться только своими воспоминаниями о счастливой жизни в родном доме. И они обе не могли знать, в какой местности сейчас они находились, чья это вотчина, и какие планы у войска.