Deus ludens

Холодный ветер подул с моря и принес запах грядущей грозы. Со дня на день город ожидал прибытия вражеской эскадры. Как говорили мудрые жрецы – «кто предупрежден – тот вооружён!», поэтому разведка Сусиуда всегда знала о предстоящих нападениях. Граждане готовились, как могли: кто-то помогал гномам строить береговые охранные башни, кто-то заполнял земляным маслом стайку брандеров, кто-то устраивал баррикады по улицам, ведущим из порта в центр. Однако, были и те, кто только и делал, что пьянствовал в тавернах и хвалился длиной своего меча. Некоторые бегали по округе с мелкими поручениями, а потом торговались до седьмого пота в лавках даже за самый завалящий кинжал. И только единицы готовились к битве как к сражению за город и государство.

Как и в большинстве других войн, в противостоянии Сусиуда и Грутанда с обеих сторон участвовали наемники. Много наемников. Поэтому, несмотря на то, что формально воевали эльфийское княжество и орочий племенной союз, состав обеих армий был довольно-таки разнообразным, и глаза резало бессчетное количество именных знамен и гербов.

Наемников не волновали ни причины, ни повод для войны. Они слетались на битвы ради поживы – на звонкую монету до сражения, на вещи поверженных врагов и сокровища павших городов – после. Большинство действовало поодиночке, вызывая анархию и внезапные провалы в линии фронта в случае сильной атаки на них, но были и сплоченные группы наемников, купить которых считалось удачей для города. Об одной из таких команд – «Вольные Волки» даже слагали песни. Поговаривали, что у них даже есть своя крепость, где они отдыхают между сражениями и обучают новичков. Практически у всех наемников были странные имена – будто все они прибыли с других миров, однако они были так же смертны, как и простые жители Сусиуда, поэтому на эту странность особо внимания не обращали.

С наступлением темноты все храмы города наполнились до отказа: местные ждали помощи Безликих богов пережить нападение и не потерять город, а наемники молились об огромной добыче. А после духовной пищи все шли утолять голод физический. В таверне «Пьяный угорь» в тот вечер было очень людно: многие пришли выпить хваленого темного пива, которое варил хозяин «Угря» – гном Харальд. Он был одним из тридцати охранников каравана, прибывшего в город пятнадцать лет тому назад. Они, скорее всего бы уехали обратно, но заказчик умер, пока они ехали в Сусиуд и денег на обратную дорогу морем у них не оказалось. Пробираться же в обратно, огибая воду по суше, было крайне опасно – эльфийские княжества постоянно воюют друг с другом, а маленький отряд против регулярной армии не выстоит. Так они и остались жить в торговом городе, разделив между собой содержимое груза. Харальд, как самый ушлый, подговорил нескольких гномов скинуться на приобретение таверны, а потом потихоньку по неизвестным для них причинам их доли уменьшились до одной миллионной части процента. И теперь миноритарные акционеры ЗАО «Пьяный угорь» могли претендовать лишь на ежедневный обед из двух блюд за счет своих дивидендов.

В числе посетителей таверны оказалась и пара наемников. Они сидели у окна и разговаривали о том, как правильно вести бой с орками:

– Ты отвлекаешь, а я сзади их буду рубить по голове своим Безупречным.

– А почему это я отвлекаю?

– Потому что ты младше и не такой опытный боец, как я!

– Постой, а как я тогда опыт-то наберу, если убивать всех будешь ты?

– хм…хороший вопрос…надо бы его записать…

Ранним утром город разбудил колокольный звон и крики дозорных «Паруса!! На юге черные паруса!!». Это означало, что флот Грутанда будет под стенами через два-три часа.

На Торговой площади через пятнадцать минут построилась регулярная армия Сусиуда – все статные эльфы, в начищенных до блеска доспехах, и с безукоризненно уложенными волосами. Наемники же продолжали поглощать пиво, вино и прочие горячительные, оставшиеся в городских тавернах. Самые же хитрые из них еще с вечера приметили несколько укрытий, из которых можно будет практически безнаказанно отстреливать противника, и теперь неспешно пробирались к ним. Одной из таких была Белерия – дочь того самого Харальда из «Пьяного угря». Она устроилась в одной из трех башен храма Безликих – вид на порт из ее окон отрывался шикарный, так что это было замечательной возможностью опробовать свежеприобретенный Арбалет Неудержимой Ярости. К слову сказать, она была гномом лишь наполовину, но выдавала ее только рыжая грива, заплетенная в две длинные косы да рост в полтора метра. В остальном она пошла в мать – типичную представительницу темных эльфов. Сама Белерия не знала, что ее отец именно Харальд, но это ее особенно не волновало. Поскольку до высадки врага еще было достаточно времени, она внимательно проверила всё своё снаряжение: арбалет с тремя десятками болтов к нему, полдюжины метательных ножей и два длинных кинжала, спрятавшихся в ножнах у каждого бедра. Еще была небольшая сумка со снадобьями первой необходимости – без такого наемник долго не проживет. Всё проверив, она удовлетворенно кивнула и легла отдыхать.

Спустя три часа Белерия проснулась от усилившихся криков и шума – на город надвигалась черная туча кораблей. Черные весла, черные паруса, черные команды на кораблях. На этом фоне резко выделялись наемники – каждый норовил выделиться своим цветом и гербом: желтые коты на белом, красные драконы на зеленом, белые соколы на синем, зеленые бобры на красном и прочие совершенно невообразимые узоры и сочетания цветов, вплоть до совсем неприличных жестов и частей тела. Знамена трепетали на ветру, с кораблей доносился бой барабанов. Со стен слетели первые стрелы скорпионов. Навстречу вражескому флоту вышел гарнизонный, состоящий из дюжины легких галер и двух десятков брандеров с земляным маслом, и закрыл вход в городскую бухту. Противник вывел вперед пять крупных судов с артиллерией на борту и дал три залпа огненными стрелами и бочонками с горящим маслом. Большинство брандеров не пережило и первого – взорвавшись, он подожгли соседей, вызвав тем самым цепную реакцию. Несмотря на радость атакующих, два корабля прошли сквозь огненный шквал: одна галера и прикрываемый ею брандер. Вражеская пятерка медленно разворачивалась, чтобы уйти от маленькой плавучей бомбы, но в скорости они сильно уступали и галере и брандеру. Он протиснулся между разворачивающимся, и команда бросилась в воду, а с галеры, свернувшей в сторону, прилетели несколько горящих стрел. Через несколько секунд раздался взрыв, и как только рассеялся дым, защитники увидели, что артиллерии противник лишился. Но количественный перевес был на стороне черной флотилии и она направилась в порт. Лучники и скорпионы со стен и башен обстреливали проплывающие корабли. В ответ летели черные стрелы и отборная брань наемников.

Вскоре уже враг высаживался на пристани и формировал сразу три ударных группы. Белерия наблюдала за этим, но ждала, пока противник окажется ближе. К тому же незачем тратить болты на простых орков – гораздо полезнее будет выискивать командиров и экипированных наемников. Наконец, группа атакующих собралась и, прикрывшись щитами, отправилась в направлении храма Безликих. Навстречу им вышла эльфийская городская гвардия, сверкающая на солнце своими начищенными доспехами, золотыми волосами и белоснежными улыбками. Если они хотели добиться психического эффекта такой атакой, то это удалось только в отношении нескольких наемников, которые бросили строй, разрываемые смехом.

Протрубил рог, и пестрое воинство наемников рванулось в атаку с криками: «Мочии!!! Нагибай!!! Бей ушастых!». Арбалет Белерии щелкнул, отправляя первый болт. С первого же выстрела она пробила голову любителю трубить в рог. Второй болт прошил самого крупного наемника, который уже успел отделить пару сверкающих эльфийских голов от не менее сверкающих доспехов. Каждый ее выстрел находил цель и вскоре среди наемников послышались крики «Читер! Где он сидит?! Найти и забанить его!». Белерия отправила последние два болта и начала собираться уходить с позиции как раз в тот момент, когда ее заметили. «Вот он, я нашел читера!» – прокричал наемник в красном плаще и фениксом на груди. Внезапная вспышка ослепила Белерию и сознание ее отключилось…

…Звонко пропищал телефон. «Опять какой-нибудь спам прислали», – подумала Лика, лениво приподнимаясь с кровати. Она зевнула и взяла в руки мобильник. Спустя две секунды он уже летел в стену, а вслед за ним сыпались проклятия и многоэтажные ругательства. «Сволочи!Как забанили?!! Да они козлы вообще, подумаешь, одну программку использовала!!». Немного попинав шкаф и подушки, Лика успокоилась и решила позвонить другу, который ей писал программу для самораскачивания персонажа в игре. Поскольку мобильник уже не функционировал, звонить пришлось по домашнему телефону.

– Алло, Дима, привет!

– Привет, Лика, а чего с домашнего?

– эээ… да мой телефон глючит чего-то…

– А, ну бывает. Что-то срочное у тебя?

– Да. Дим, помнишь, ты мне программку писал для игры?

– Конечно. Что с ней? Плохо работает?

– Да нет, работала она отлично, только вот сегодня во время штурма города эти козлы меня забанили за ее использование…

– Хех, ну ты же знала, на что шла. Я предупреждал, что любое вмешательство извне запрещено и будет наказано – так работают все искусственные системы. Они небось и событие перезапустят из-за тебя.

– И что теперь делать?

– Вымаливать прощение у админов и обещать, что больше читерствовать не будешь.

– Понятно, спасибо. Может, прогуляемся?

– да, давай, через 20 минут буду ждать тебя у фонтана в парке.

Лика положила трубку, и начала собираться на встречу. На улице стояли теплые майские деньки, поэтому выбор пал на солнечно-желтое легкое платье и такого же цвета босоножки. К фонтану Лика подошла через полчаса. Дима уже ждал её, и, взявшись за руки, они отправились вглубь парка.

– Слушай, Дим, а ты много таких программ писал вообще?

– Специально не считал, но порядочно. И не только ботов, но и менял правила игры.

– Ты для себя писал или тебя просили, как я, например?

– Сначала для себя писал – когда только начинал, а потом стало интересно и другим помогать. Я вообще в такой момент чувствую себя этаким демоном или тёмным богом, который может взять и изменить некоторые законы мироздания, помогая помолившимся ему. Конечно, у демона нет инструментов Создателя мира, но есть набор своих.

– Я помню, как ты мне объяснял как-то, что практически любое разумное существо может быть божеством…

– Да-да, но только в системе низшего порядка, по отношению к нему. То есть в системе, которую оно создает само. Компьютерные программы – идеальный пример. Особенно игры и научные программы-симуляторы. Если в такой системе меняешь значение одной функции, то мир может буквально перевернуться. И эффект бабочки тут как нигде срабатывает – побочные изменения не всегда сразу видны. Более того, чем сложнее система – тем больше вариантов незапланированных изменений.

– Получается, что религии могут быть вполне себе правдивы – что есть некий Создатель, или Создатели, по установленным которыми правилам живет вся Земля.

– Вполне. И мы даже не сможем это проверить, потому что любое глобальное изменение законов нашего мироздания пройдет для нас незаметно.

– Почему это? Вот если у тебя вдруг отрастет хвост – вряд ли ты этого не заметишь, – хихикнула Лика

– Если только у меня он отрастет, то да, конечно замечу. А если однажды утром все проснутся с хвостами и кисточками на остреньких ушах? Что тогда?

– Ты хочешь сказать, что все решат, что так оно и было?

– Именно. Кстати, очень красивое на тебе платье. Зеленый – мой любимый цвет…

Шел третий год после окончания кровопролитной войны между Великой Общиной и Империей Истины. Величественный зал Совета в Керате опустел после недавнего собрания Мыслителей. На таких собраниях обычно решались вопросы относительно ключевых направлений внутренней и внешней политики государства, после чего все Мыслители разъезжались по своим полисам. В каждом полисе их было семеро, а самих полисов – ровно дюжина. Однако в Керате, самом крупном поселении Великой Общины, правителей было девять. Таким образом, обеспечивалось неравное количество голосов при любом голосовании на любом уровне.

Однако, не все участники Совета уехали домой. Двое пожилых и очень влиятельных Мыслителей решили остановиться в одном из лучших заведений столицы и пропустить там по паре декалитров газированной минеральной воды из столичных источников и поговорить на отвлеченные темы.

– А что, господин Асхимос, как обстоят дела в вашем полисе? не бунтуют ли склавои?

– Спасибо, господин Тромерос, боги миловали. С момента окончания войны все настолько тихо, что даже скучно: склавои работают, полемистисы охраняют их и восстанавливают свою численность, забирая себе самых сильных женщин у склавоев.

– Да, про скуку ты верно сказал. Давай же выпьем за изгнание скуки из нашей жизни!

Железные кубки звякнули, немного расплескав содержимое на стол. Немного переведя дух и разгладив рукой тогу, Тромерос продолжил:

– Скажи, а ты заключал когда-нибудь пари?

– Конечно, кто же из мыслителей этого не делал – разве что дети. А что за пари?

– О! я давно уже думаю о нем, но только сегодня готов его полностью озвучить. Как ты знаешь, в Керате собраны оригиналы работ всех значимых философов Общины за последние семь сотен лет. Так вот, около года тому назад я прочитал работу Зитопойаса и нашел там его тезис «Чем нелепее ложь, тем охотнее в нее поверят». Согласен ты с этим утверждением или нет?

– Конечно нет, Тромерос, мы – умное, развитое общество, нашему государству тысяча лет!!

– Спокойно-спокойно. Твои слова актуальны для нашего общества в целом. А если убрать касту Мыслителей? Поверят ли Склавои или Полемистисы совершенно дикой лжи, если ее скажет кто-то из Мыслителей совершено уверенным в этом голосом?

– Нет, они же не настолько тупы!

– Отлично, Асхимос, значит пари? Я предлагаю поставить по половине наших владений.

– Идет! Я уверен, что вскоре буду вчетверо богаче тебя, Тромерос! – сказал он с улыбкой.

Они пожали руки, а хозяин заведения разбил их, закрепив пари.

***

Спустя неделю Тромерос приехал в Трифуллиполис, которым управлял Асхимос. Спорщики встретились, чтобы обсудить более подробные условия игры. По итогам переговоров было решено, что Асхимос должен на пару-тройку месяцев убрать всех Мыслителей из полиса, не говоря об этом никому из других каст. То же самое сделает и Тромерос в своем Агеладаполисе.

После месяца полной тишины со стороны руководства полисов, Тромерос выступил на главной площади Трифуллиполиса. В своей пламенной речи он очередной раз рассказал о том, какими коварными и злобными являются жители Империи Истины, о том, что в их жилах течет холодный яд и только храбрость Полемистисов и мудрость Мыслителей смогла сдержать их натиск. Тромерос предупреждал их, что война может возобновиться в любой момент. «Враг наш хитер и точно готовит очередную подлую хитрость против нас!!» – кричал мыслитель и в исступлении размахивал руками перед собой. Толпа гудела в ответ, дружно поддакивая, когда оратор спрашивал их о чем-либо. «И когда наш враг вновь проявит себя, что вы сделаете??!!» – «Убъем! Убъем! Убъем!» – скандировала толпа.

Такие сеансы Тромерос проводил почти каждый день, на протяжении целого месяца, усиливая и без того жгучую ненависть к соседнему государству.

Тем временем, Асхимос устраивал в Агеладаполисе лекции на тему огромной полезности зеленого цвета на теле. Он рассказывал, что зелёный цвет благотворно влияет на все функции организма, а особенно на физическую силу и боевой дух. «Призываю вас – нанесите зеленый цвет на себя любым доступным вам методом!! Зеленый цвет – цвет будущего!». Сам он выступал в зелёной тоге, но на тело краску наносить не спешил: «Мыслители не могут отнимать зеленый цвет у простого народа! Весь зеленый цвет – только для вас! Только после полного «озеленения» Склавоев и Полемистисов Мыслители позволят себе приобщиться к этому!!»

И такие лекции проводились так же каждый день, на протяжении месяца. К концу месяца бОльшая часть Агеладаполиса была зелёной – кто-то перекрасил только одежду, кто-то все волосы на теле, а кто-то даже выкрасил и начистил до зеленого блеска рога.

В следующие две недели Тромерос добавлял в конце своих речей слова о том, что согласно донесениям разведки, в Агеладаполис проникло огромное количество шпионов врага. «Враг хитер!! Он научился полностью подражать нам! И пусть вас не смущает одинаковый с вами рост и внешний вид – это обман, ловушка, магия!!! Все знают, как коварны проклятые ящерики!» – толпа возбужденно гудела.

Асхимос тоже не отставал от своего соперника, хотя его уверенность в благоразумности народа уже пошатнулась. В эти две недели жители Агеладаполиса узнали, что зелёный цвет стал официальным цветом всей Великой Общины, а те, кто не носит этот цвет на теле или хотя бы на одежде – предатели, отколовшиеся от государства. «Они предали Мыслителей, предали Полемистисов, предали Склавоев и саму суть Великой Общины!! Им есть только одно наказание!!» – зелёная толпа дружно закричала: «Смерть!! Смерть!! Смерть!!».

***

Спустя полтора месяца с момента начала выступлений в обоих полисах наступила заключительная фаза пари.

Тромерос выступил с очередной речью, обличающую внешнего врага, очередной раз напоминая о его коварстве и вероломности. Но в этот раз он добавил: «Сегодня решающий день, сограждане!! Сегодня мы освободим Агеладаполис от вражеских агентов и их прихвостней! Помните, единственным отличием он нас будет лишь цвет! Несмотря на всю хитрость, ящерики не могут скрыть своего цвета, даже прячась в подобиях наших могучих тел! Запомните, зелёный цвет – цвет врага!! Наша война праведная, ибо проклятые ящерики первыми напали, пытаясь хитростью и магией поработить наши полисы! Но мы победим! Вперед на врага!!!». – толпа взорвалась ревом и понеслась прямо с площади в сторону Агеладаполиса. С противоположной стороны на них уже неслась зеленая волна Асхимоса…

***

В одном из лучших заведений Керата за столом сидели двое пожилых влиятельных Мыслителей.

– А что, интересно получилось… , произнес один из них, – жаль, что я проиграл пари и готов отдать тебе половину моих владений, но мы же победили скуку, верно? Так что, может, сыграем еще?…

Бог играющий.