Антра – наследница неба. 3—4

Глава VI. Тайное становится явным

– Смотрите, граф! от севшего на мель «Кардинала ришелье» отошла шлюпка. Похоже, хотят отбить у нас монаха.

В подтверждение догадки Усаторре со стороны шлюпки раздались ружейные выстрелы. Гастон и Усаторре стояли на открытом месте и были отличной мишенью. Если бы шлюпку не покачивало на мелкой волне, возможно, кто-то из них был бы уже убит. Тотчас борт «Дианы» окутался дымом, и ядро шлёпнулось рядом со шлюпкой.

– неплохой выстрел, – сказал Усаторре, – а вот и второй, – второе ядро разбило транец шлюпки, и все, кто там был, оказались в воде и поплыли назад к бригу. Может, кое-кто и не доплыл.

– Узнаю руку жана Камю, он гений наводки. даже я никогда не бил с такой точностью. От шхуны отделился ял, и двое гребцов, работая вёслами, как на регате, быстро шли к берегу.

– Хайме, вот и наши, – Гастон поднял подзорную трубу. – Мой дорогой Пьер, наконец-то!.. на выстрелы от хутора бежал Саваж и двое местных парней с ружьями в руках:

– А где же баркас?

– Не волнуйтесь, Саваж, он уже на дне вместе с грузом, – сказал Гастон. – Вот что, месье, берите этого негодяя и несите в дом. Сам он уже идти не сможет.

С этими словами Гастон чуть не бегом устремился навстречу Пьеру. Какое же это было счастье броситься в объятия друг друга!

– Как Антра? – это был первый опрос Пьера.

– У нас много раненых, Пьер. Антра занимается ими вторые сутки.

– Что произошло?

– Потом, Пьер, потом… Как Учитель?

Пьер медлил с ответом.

– Он болен?

– Нет, тут другое, но это сразу не объяснишь. над Антрой, действительно, сгущаются тучи. Будто весь мир готов ополчиться на неё. Значит, у вас после Лондона было жаркое дело?

– Да, если бы не местные парни, не знаю, как бы мы выпутались из этой истории… Антра заколола того, второго, – человека с красным платком на лице. Мы писали вам – он преследовал нас и в Сен-Мало, и в море. Но странно, его труп исчез.

– Как второго? – воскликнул Пьер. – Второй вчера был у стен замка перед самым моим отходом. Да, он был у ворот и требовал, чтобы его пустили к Учителю, мы отогнали его выстрелами.

В ярости он метнул кинжал через стену замка и ускакал.

– Что ты сказал?!. – Гастон схватился за голову: – Либо против нас работает шайка авантюристов, устраивая мистификации, чтобы запугать и сбить с толку, либо…

– Что, Гастон?

– Не знаю, мне страшно даже подумать. давай оставим эти вопросы до встречи с Антуаном и тогда будем принимать решения, тем более, что обсуждать наши дела без Антры не имеет смысла. Оставив на берегу Саважа и Усаторре наблюдать за бригом, севшим на рифы, – он был прекрасной мишенью для «Дианы» и поэтому был вынужден молчать, – Гастон и Пьер направились к хутору, до которого было не более десяти минут ходу.

– Мы с Усаторре, на глазах у команды «Кардинала Ришелье», устроили небольшое представление. Загнали в водоворот баркас с пленными бандитами, предоставив их божьему суду.

– И как суд?

– Возможно, завтра они и обломки баркаса всплывут там, далеко за островом. их выбросит подводный сифон. Антуан мне обещал нечто подобное, когда мы шли в Англию. Грех было не воспользоваться ситуацией. К тому же, мы поймали монаха, того, что захватил «Кардинала Ришелье» и охотился в сен-Мало за Антуаном.

– Как же вам удалось его поймать?

– Не совсем удачно, он успел тяжело ранить двух матросов. но наш Усаторре настоящий герой…

– Вы уже научились с Антуаном делать из пиратов порядочных людей?

– Нет, мы просто вернули порядочного человека к порядочной жизни, вот и всё. Впрочем, о нём тебе лучше расскажет Антра. Да вот и она…

Антра бежала навстречу, раскинув руки наподобие крыльев. Пьер подхватил её и закружил, потом, осторожно опустив и обняв, стал всматриваться в лицо сестры:

– Ах, сестричка, как ты осунулась, бедная моя.

– Я не твоя бедная, я его бедная, – сказала Антра, оглянувшись на Гастона. – Пьер, он хочет запретить мне брать в руки оружие.

– Представь, сестричка, в данном случае я на стороне твоего супруга.

– Ах вот как?! Защищайтесь! – она молниеносно выхватила шпагу и стала теснить брата и мужа к воротам хутора. оба юных рыцаря упали на колени.

– Пощады, пощады, прекраснейшая из валькирий…

Вернувшись в хутор, они тотчас забыли о своих ребячествах. тут уж было не до веселья.

– Вот что, – сказал Гастон, – прежде всего готовим раненых к отправке на «Диану». Затем, уже в присутствии Антуана, будем разбираться и с монахом, и с «Кардиналом Ришелье». Этот бриг гоняется за нами без малого целый месяц по всему ла-Маншу. и это тогда, когда идёт война со Швецией! Можно подумать, что военному министру больше нечего делать, как преследовать юную герцогиню. неужели за то, что она нанесла визит Президенту Королевского научного общества сэру Исааку Ньютону?

– Гастон прав, – сказала Антра. – Но когда я увижу дядю Ан-туана?

– Он здесь, дорогая племянница.

– Браво, граф де Трай, браво, наш командор, мы снова вместе.

Первый визит Антуан нанёс своим морякам. Поблагодарив каждого из шести членов экипажа за самоотверженность, он сообщил им своё решение: за проявленный героизм представить их к наградам и уволить на сушу на две недели в отпуск. Раненым – Франсуа Тардье, Гийому, Лавашолю и Вайану – он дал слово отправить их для полного восстановления сил на воды в Спа. Затем было решено, пока продолжался отлив и «Кардинал Ришелье» сидел на скалах под прицелом орудий «Дианы», произвести эвакуацию раненых и, поблагодарив хозяев хутора увесистым кошелём с золотыми монетами, поднимать паруса и брать курс на крепость и замок Этуаль.

После рассказа Гастона о монахе, называющем себя маркизом де спада, Антуан изменился в лице:

– Если это правда, то мы имеем дело с одним из самых опасных людей, во всяком случае, об этом оборотне, тайном агенте, оказывающем услуги нескольким европейским монархам, рассказы- вают страшные вещи. Что ж, раз вы его пленили, есть прекрасная возможность познакомить его с братом Анри. Это будет на редкость интересное знакомство.

Антуан и представить себе не мог, насколько это знакомство окажется непредсказуемым по своим последствиям и как отразится на судьбах наших героев.

После страшного удара, полученного от Усаторре, монах всё ещё находился в невменяемом состоянии. если бы он не бормотал какие-то заклятия, его можно было принять за умершего человека. его тело, ноги и руки выказывали признаки трупного окоченения. он был помещён в каюту, рядом с каютой Антуана, и прикован цепью к крючьям, намертво вбитым в балки шпангоута.

К «Кардиналу Ришелье» на шлюпке под охраной вооруженных матросов был направлен с пакетом лейтенант Жак Дрюо. от имени регента Франции граф Антуан де Трай писал капитану, что уже сообщил своему сюзерену о странном поведении брига и его участии в преследовании «Принцессы Дианы». Это едва не послужило причиной срыва важной дипломатической миссии. Антуан предлагал капитану срочно идти на Сен-Мало, представиться королевскому интенданту и дать показания комиссии по расследованию этого инцидента. Одновременно Антуан интересовался, нужны ли капитану брига опытные плотники для ремонта корпуса.

Антуан рассчитывал получить от капитана Мориса Демулена вразумительный ответ по поводу участия «Кардинала Ришелье» в преследовании «Принцессы Дианы». откуда ему было знать, что его друг, отважный капитан, избитый, в бессознательном состоянии, отравленный каким-то зельем и связанный по рукам и ногам, был спрятан в пороховом погребе «Посейдона», уже захваченного англичанами? А сами англичане по только им известным соображениям не торопились сообщать об освобождённом ими и тут же взятом в заложники Демулене. А в качестве капитана королевского брига выступал прикованный цепью к штурвалу – кто бы мог подумать! – сам братец Лубен. Значит, это не его вздёрнули на рее в памятный день отплытия «Дианы» из Сен-Мало?

Передавая пакет, Дрюо не стал подниматься на борт брига. Ожидая ответ, он не мог не заметить, что брат Лубен стоял с кляпом во рту под угрозой выстрела в спину одним из головорезов, захвативших бриг. Не дождавшись ответа в течение тридцати минут Дрюо, как было условлено с Антуаном, вернулся на борт «Дианы». Выслушав рапорт Дрюо и отпустив его, Антуан вызвал Фронтенака и Камю.

– Как нам поступить, месье? Потопить взбунтовавшийся бриг мы можем, но там в трюме в качестве заложников находятся французские моряки. Уйти и бросить их на произвол судьбы не позволяют долг и честь. Брать «Кардинала Ришелье» на абордаж не имеет смысла – они перебьют заложников, да и мы потеряем часть людей. Получается, что мы сами в мышеловке. Как в шахматах – патовая ситуация.

В это время в каюту вбежал Дрюо:

– Командор, четыре английских вымпела идут на Гернси и ещё три на осте.

Услышав эту новость, невозмутимый Камю сказал:

– Командор, мы в чужих водах, не так ли? Чёрт знает, с ка-кими намерениями они идут сюда, но не сдавать же «Диану» как приз.

– Вот именно! – подхватил Фронтенак.

– Вот именно! – воскликнул Антуан, мгновенно оценив слова Камю. – быстро на палубу! Вот и ответ на наши похождения в Лондоне, господа, – внимательно разглядев англичан в подзорную трубу, он продолжил: – Что ж, не будем огорчать английских джентльменов, оставим им в утешение «Кардинала Ришелье». В такой ситуации негодяи, захватившие бриг, заложников не тронут. Фронтенак, с богом!

тут же раздалась команда:

– Паруса ставить, с якоря сниматься! Курс зюйд-зюйд-ост.

Следом за «Дианой» с якоря снялась шхуна, вдоль её борта отчётливо читались слова: «Летящая Антра». Увидев своё имя на борту шхуны, Антра вздрогнула. Не слишком ли пророчески это звучало, интересно, что бы сказал Исаак Ньютон? «Ах, Мастер, как мне вас не хватает», – она невольно вспомнила его высоко поднятую левую бровь и убийственно саркастическую мину.

Антуан вызвал доктора Леблана, он хотел знать, оставлять раненых на борту или срочно отправить в госпиталь Сен-Мало. Леблан считал, что раненых лучше оставить на «диане». Он высказал своё восхищение работой Антры по первичной обработке ран и по режиму лечения Тардье. По его мнению, тардье встанет на ноги дней через двадцать, но полный курс лечения займёт не меньше двух месяцев.

– Она сейчас с больными?

– Да, мой капитан, с ней граф д’обиньи и Усаторре. Какая удача, что этот испанец стал членом нашего экипажа.

– Кстати, доктор, пригласите его ко мне в каюту, у меня есть вопросы относительно пленного монаха…

– Садитесь Хайме, – сказал Антуан, разливая ром в бокалы, – давайте выпьем за завершение операции «Мальборо». Я рад, что не ошибся в вас, взяв в экипаж моего фрегата. особая моя благодарность за организацию бегства из Лондона и за неоценимую помощь моим самым близким людям на острове. Теперь об этом монахе. Если он действительно тот самый маркиз де Спада, мне очень пригодится ваш испанский язык. Я бы хотел немедленно приступить к допросу, но Гастон сказал мне, что этот монах впал в состояние глубокого транса и похож на человека, находящегося в состоянии «тромби» и, как в бреду, повторяющего какие-то заклинания.

– Капитан, – сказал Усаторре, – я высоко ценю вашу при-знательность. но если сказать по совести, за столь незначительный период я так близко сошёлся с вашей племянницей, графом д’обиньи и Франсуа Тардье, что уже не представляю свою жизнь вне экипажа «Дианы». Что же касается этого де Спады, его нынешнее состояние напоминает мне нечто, виденное мной на некоторых островах океании. Местный колдун опаивал людей настоем из ядовитых морских водорослей и моллюсков. несчастные впадали в такое же состояние, потом у них начинались припадки и судороги, при этом они издавали нечленораздельные звуки, а колдун истолковывал эти бессвязные бормотания, как предсказания их туземных тотемов. Но дело в том, что этот Спада и Лукас бормотали не бессвязные звуки, а отрывки какого- то заклинания. Я рассказал об этом Антре, она очень удивилась этому совпадению и сказала, что читала о подобных заклинаниях туземных жрецов в дневниках его светлости герцога.

– и какие же слова в заклинаниях этого монаха вы расслышали?

– то что мне удалось расслышать, господин граф, с паузами звучит примерно так: «Мата-бэла-мата-дану-дану-рива…»

– Даже так?! – Антуан тут же вспомнил вопли агента Лукаса, когда его вязали после дуэли и когда он, завывая, часами повторял эти заклинания, сидя в каменном мешке замка Этуаль.

– Неправда ли, Усаторре, это странно звучит в устах домини-канского монаха, да и маркиза де Спады тоже?

– О да, капитан! Как бы наш монах не был членом какой-ни-будь сатанинской секты.

– Возможно, возможно… оставим допрос до замка. думаю, брат Анри сумеет его разговорить.

– Нне сомневаюсь, капитан, герцог да ла Фош, наверное, и не таким монахам развязывал языки.

– Всё же с этим монахом нужно быть крайне внимательным, Хайме. Он дерзок и коварен – сумел подобраться к вам, ранить двух матросов и напасть на вас.

– Да, мой командор, и дерзок, и не по возрасту ловок, только благодаря Гастону он не успел всадить клинок мне в шею.

– Вот что, Хайме, я поручаю вам находиться рядом с ним, ни на минуту не спуская глаз. Подозреваю, что он сможет околдовать менее закалённого человека и сбежать с корабля. будем его стеречь по очереди, меняя друг друга каждые два часа.

– есть, капитан.

– с богом, Усаторре, по-прежнему рассчитываю на вас.

Начинался прилив при свежем норд-весте. «Принцесса Диана», сопровождаемая шхуной, неслась над волнами подобно белому облаку. Не прошло и пяти часов, а на траверсе стали подниматься из воды скала Канкаль и стены замка Этуаль.

«Кардиналу Ришелье» не повезло и на этот раз. не успел он сняться с рифов, как неподалёку возник английский линейный корабль. его капитан мог со спокойной совестью сказать: «на ловца и зверь бежит».

Так закончилась первая бесславная охота де Спады на «Принцессу Диану», её капитана-командора и Антру, начатая ещё 10 сентября 1716 года при отходе фрегата из Сен-Мало на британские острова.

Глава VII. Находка Молчальника. Мата бэла

В нижнем зале у камина собрались герои предстоящей драмы: Молчальник, Антуан, Антра, Гастон и Пьер. Молчальник сидел в своём кресле, закрыв глаза и откинувшись назад. двери в зал были наглухо заперты, с внешней стороны замка и на стенах стояли вооружённые солдаты, им было приказано никого ближе 10 метров к стенам крепости не допускать. Эта сверхсекретность предполагала особую важность сообщений. Молчальник открыл глаза, но ещё некоторое время сидел не произнося ни слова. наконец он заговорил:

– После вашего отъезда я ещё раз осмотрел ларь, из которого было выгружено золото, отправленное в Англию. оказалось, что у этого ларя было двойное дно. Вскрыв его в полном одиночестве, даже Пьер был отослан мной по делам, я обнаружил шкатулку, ключ от её замка лежал рядом. В шкатулке оказались рукописи и черновик письма, судя по дате, отправленного за год до гибели моей дочери. текст был сильно размыт. то, что я с трудом разобрал, меня потрясло. Это был черновик письма принцессы дианы аббату жерому Куаньяру о своём трёхлетнем сыне.

– Как? У меня был брат? – это был голос Антры. Гастон вско-чил и бледный, как полотно, бросился к жене. Увидев его мертвенную бледность, она сама бросилась к нему: – Чем ты так напуган, любимый?

Гастон, с трудом взяв себя в руки, обнял жену, прижал к себе и почти шёпотом сказал:

– Чтобы ни произошло, я с тобой. Прости меня, я не смог рассказать тебе сам, но крепись и ни о чём не спрашивай.

– Учитель, что-то ужасное произошло с моим братом? – она повернула голову к Молчальнику.

– Во-первых, успокойтесь оба. никто никого не собирается хоронить. но реакция Гастона мне непонятна.

Гастон умоляюще посмотрел на Молчальника.

– ну хорошо, с тобой мы побеседуем потом. разрешите про-должать? Вот первая новость: диана писала об ужасном событии – похищении сына членами тайного общества «Мата бэла». она писала, что доверенное лицо передаст жерому Куаньяру алмазы – плату за выкуп маленького Мигеля и свой дневник, где изложены обстоятельства спасения людовика XIV на Мон-сен-Мишеле, когда диане было шестнадцать лет, и о том, что её второй супруг, английский генерал Артур стенли Элингтон, планирует поездку в европу. и далее короткая приписка: её страстное желание соединить детей-близнецов Антру и Мигеля и, повторяет, – эти алмазы должны быть выкупом за свободу сына.

После этих слов в зале воцарилось долгое молчание. его прервала Антра:

– боже, пятнадцать лет, пятнадцать долгих лет мы ничего не знаем о его судьбе! Кто же он, мой брат, где он и жив ли?

– А что с дневником дианы, Анри?

– Представьте себе – дневник сохранился, но адресатом был жером Куаньяр. К дневнику была приложена записка, в ней диана не упоминала моего имени, возможно, у неё были основания для этого. они с генералом Элингтоном, её мужем, и маленькими Антрой и Пьером направлялись ко мне. их гибель во время шторма прервала ход событий на пятнадцать лет. но теперь дневник у нас, Пьер привёз аббата в замок. Как он сокрушался, что не знал, кому передать дневник.

– Учитель, мне можно прочесть дневник моей матери?

– да, дорогая, но не сейчас.

– А что это за история со спасением людовика XIV? – спро-сил Антуан.

– скорее, с похищением. Это всё, дорогой брат, связано с тем, что диана, официально удочерённая людовиком, удостоилась визита приёмного отца. но до этого она сама насильно была вовлечена в секту. смысл дьявольского заговора состоял в том, чтобы, воспользовавшись уникальными способностями дианы, – при этих словах Молчальник задержал свой взгляд на Антре, – насильно вовлечь самого короля в секту «Мата бэла». таким образом вожди секты пытались получить рычаги управления всем королевством.

охрану короля возглавлял Пьер де Монтескью граф д’Артаньян*. так вот, диана успела предупредить д’Артаньяна о заговоре, но с условием, что он поможет бежать ей самой.

* не путать с шарлем де бац, тем самым д’Артяньяном – прототипом героя дюма из другой ветви Монтескью. именно шарль де бац в 1661 году арестовал по приказу короля сюринтенданта финансов Фуке за попытку отбить у луи XIV его любовницу луизу де лавальер.

Часть главарей, среди них были и лица, приближённые ко двору, были схвачены и, скорее всего, убиты. д’Артаньян был человеком, который, выполняя свой долг защиты его величества, не считал зазорным отправить на тот свет без суда и следствия нескольких негодяев-заговорщиков. А иначе зачем он королю? из дневника не ясно, бежала ли диана с охраной короля или имело место нечто другое. самое трагикомическое в этой истории то, что король так никогда и не узнал, что происходило в те дни на Мон-сен-Мишеле.

– А что из себя представляет эта «Мата бэла»? – спросил Пьер. – и где алмазы, они ведь были получены аббатом?

– на первую часть вопроса ответить несложно, – вмешалась Антра. – Мата бэла – большая белая мать, Великая белая мать, небесная белая мать. так называли древние жрецы-друиды своё высшее языческое божество. секта эта известна по старинным преданиям тем, что на своих больших молениях приносила в жертву живых людей, чаще всего невинных девушек. их кровь, считали друиды, сохраняла для Мата бэла – небесной белой матери – вечную молодость. В общем, мистика, Пьер, чёрная магия, ничего интересного.

– если не считать, что твоя мать, принцесса диана, была в этой секте и её могли принести в жертву.

– наверное, ты прав, Пьер, у нас в каменном мешке сидит не-кто в монашеской рясе. скоро он многое нам расскажет о делах этого тайного сообщества, – сказал Антуан.

– и не только об этом. если жером Куаньяр получил алмазы, то почему выкуп не состоялся? Учитель, вы задавали этот вопрос аббату? – спросил Гастон.

– Это был самый первый вопрос в разговоре с аббатом, – от-ветил Молчальник. – жером Куаньяр внёс выкуп за Мигеля, но тут же был вызван в курию святой инквизиции по обвинению в связях с сатанинской сектой «Мата бэла». он подвергся многодневным допросам и был отпущен при условии, что даст клятву на кресте нигде и никогда не упоминать имя принцессы дианы, обвиняемой в связях с сатанистами.

– ловко, – воскликнул Антуан. – Каковы негодяи! и алмазы присвоили, и вовлекли, я в этом уверен, малолетнего Мигеля в свою секту.

– нет! только не это, – воскликнула Антра.

– Анри, – обратился к брату Антуан, – когда мы приступим к беседе с нашим славным монашком? не он ли стоит за всеми этими преступлениями?

– ты имеешь в виду маркиза де спаду? Потерпи до завтра. он, по словам Антры и доктора леблана, уже выходит из транса. Как выяснилось, он впал в это состояние не потому, что Усаторре двинул его ногой в очень болезненное место. При его обыске – уже тут, в замке, – Пьер обнаружил пузырёк с загадочной жидкостью. думаю, он незаметно сделал пару глотков и впал в транс. Возможно, де спада рассчитывал, что в таком его состоянии мы не станем стеречь его особо строго и он сумеет сбежать.

– Какую важную новость, Анри, ты хочешь от него получить?

– ты сам прекрасно понимаешь, Антуан, не политическую – мне абсолютно всё равно, кому из главных игроков северной войны он помогает и кого продаёт… Вот что, друзья, – сказал Молчальник, обращаясь к присутствующим, – давайте прервёмся на обед. Вам надо успокоиться и обдумать всё, о чём я вам рассказал.

Глава VIII. Братец Мигель. Противостояние

После обеда Молчальник пригласил Гастона и Антуана в свой кабинет.

– Почему ты был так напуган сообщением о том, что у Антры есть брат? – обратился он к Гастону.