Злодеи всегда проигрывают

Глава 1

«Кейн торжествовал. Он загнал врага в угол. Сколько лет он шел к этой цели? С того самого дня, как от руки Теодора погибла сестра. И теперь убийца перед ним. Осталось только призывать магию – она сверкала на кончиках пальцев, готовая превратить это чудовище в прах. Одно движение, одно слово…

– Почему ты медлишь? – С извечной насмешкой спросил Теодор. В черных, как бездна, глазах не было ни капли страха.

Кейн не знал ответа. Да, Теодор был злом. Но сам-то Кейн – не был. Вправе ли он судить? Вправе лишать жизни?

– Трус. Ты всего лишь жалкий трус, который боится взглянуть правде в глаза, – выпалил Теодор, отступая к краю обрыва. Что он задумал? Надеется сбежать? Эта мысль отрезвила Кейна. Ведь если он сейчас не…»

Звонок телефона. Да чтоб всем провалиться! Я подхватила мобильный. «Ритка», – высветилось на экране. Лучшая подруга, называется! Знает, что ровно в восемь сажусь за ноутбук, так нет же, опять спугнула вдохновение.

– Да, – нажала на мерцающую трубку.

– Ника, ты там уснула на своем ноуте, что ли? – Гаркнула подруга, и я поморщилась. – Совесть имей!

– Что уже стряслось? – Раз Ритка звонит, значит, что-то и правда случилось. Иначе она бы не рискнула попасть в мой черный список.

– Я тут такое узнала! Сегодня – ночь исполнения желаний. Надо загадать желание, и…

– Рита, – перебила подругу, – тебе сколько лет?

– Столько же, сколько и тебе, – голос Ритки зазвучал обиженно. – Двадцать пять уже месяц как.

– А ты в исполнение желаний веришь, в магию-шмагию.

– А ты пишешь про магию-шмагию, я же молчу! – Вместо того, чтобы сдаться, Рита перешла в контрнаступление. – Это ведь шанс! Ты же хотела, чтобы твою книгу хоть кто-то издал. Вот и загадай! Вдруг исполнится? Я тоже буду. Загадаю, чтобы Юра обратил на меня внимание.

– У Юры есть девушка, – напомнила безнадежно – Риту не переубедить.

– И что? Люди с женами разводятся. А тут – девушка. Сегодня одна, завтра другая. В общем, Юрка от меня не уйдет!

О том, что её коллега для Риты просто удобен, я упоминать не стала. Рита никогда не верила в любовь. Зато верила в то, что из любых отношений можно извлечь выгоду. А у Юрки – золотая голова, он для фирмы неоценим, и Рита каждый раз обращается к нему за помощью. Вот и решила, что нельзя такого мужика упускать. Расчет, кругом один расчет. Даже как-то грустно стало.

– Ну так что, Ника? Загадываем? – не успокаивалась подруга.

– Загадываем, – ответила только, чтобы Рита оставила меня в покое. – А теперь прости, у меня рукопись.

– Ника, рукопись подождет…

Я отсоединилась. Знала, что Рита поймет. И даже не обидится. Ритка не первый год наблюдала за моими творческими муками. И полной их бессмысленностью. Какая это книга по счету? Кажется, восьмая. И с каждой новой книгой я понимала одно – никому они не нужны. Никому, кроме меня. Поэтому и продолжала изо дня в день стучать по клавишам, придумывая чью-то жизнь. Почему? Потому что в реальности было серо и скучно. Вот, например, Кейн, главный герой книги под временным названием «Правда на стороне победителя». Название мне не нравилось, поэтому и собиралась его поменять. Потом, когда допишу. Если допишу… Так вот, Кейн воплощал в себе тип мужчины, которого хотелось видеть рядом. Сильного, смелого, готового подставить плечо в трудной ситуации. Такого, который не предаст и не станет прятаться за мою спину, как бывший парень. Только возникли проблемы – «Никочка, помоги, умираю»! И Никочка летела на помощь, чтобы потом узнать, что вместе с Никочкой была еще и Верочка. И Наташа на примете. Встретить бы такого, как Кейн. Чтобы за меня и в огонь, и в воду. Увы, перевелись парни, видимо. Или это со мной что-то не так? Может, это я – неудачница? Ни парня, ни карьеры, ни творческих достижений. Ни-че-го.

Зато врага я Кейну придумала – закачаешься! Хитрый, как демон. Только Кейну кажется, что победа близко, Теодор уже на десяток шагов впереди. Уходит прямо из-под носа. Темный маг, проклинает всех направо и налево. Убил сестру Кейна. Конечно, с Теодором тоже не все так однозначно. И детство у него было тяжелое, и мать-психопатка пыталась избавиться от единственного сына всеми возможными способами. До сих пор пытается. Но и сынок – ей под стать. Зло во плоти. Умное, расчетливое зло, которое привыкло побеждать. Ничего, еще десяток глав – и Теодор падет в битве с Кейном. А пока…

Повернулась к ноутбуку. На чем я остановилась? «Ведь если он сейчас не остановит Теодора, Луиза так и останется неотомщенной».

Свет мигнул – и погас, оставив меня в темноте. Только монитор еще светился – хорошо, хоть ноут успела зарядить, а то осталась бы без главы. Катастрофа! Быстро сохранилась и пошла за свечкой. Что поделать? Свет в доме отключали часто, поэтому спички и огарок свечи всегда находились под рукой. Под ноги попался кот – и я полетела вперед, наступая на чей-то рыжий хвост. Кот завопил – и прыгнул вбок, а я приложилась лбом об дверь, даже искры из глаз посыпались.

– Муз, зараза! – шикнула на кота. – А если бы убилась?

Кот, конечно, не ответил. Зажгла свечу и ощупала лоб, на котором уже наливалась шишка. Да что за день-то такой? Быстро достала из холодильника мороженую куриную грудку и приложила ко лбу. Села за стол и тихо всхлипнула. Себя стало жалко. Так жалко, что хоть волком вой. Живем вдвоем с котом. Вот так потеряла бы сознание – и не нашел никто. Впереди два выходных, на работе бы не хватились. Ритка до завтра не позвонит. И лежала бы, одна-одинешенька…

– Мяу, – Муз напомнил, что он со мной. Подхватила кота свободной рукой и усадила на колени. Да, не хватает в моей жизни приключений. Вот если бы оказаться среди своих героев. Они уже, как родные. Знаю их лучше, чем саму себя. Кто чем дышит, кто о чем мечтает.

За окнами загромыхало. Только грозы не хватало! С детства ненавижу гром и молнию. Хочется спрятаться под одеяло и укрыться с головой. Правильно, раз света нет, пора спать. Вернула грудку в холодильник, забрала с собой свечу, кота и пошла в спальню. Муз тут же умостился на кровать, я переоделась в пижаму – обожаю пижамы! – задула свечу и нырнула под одеяло. Надо спать…

Только быстро уснуть не удалось, и перед мысленным взором мелькали то Кейн, то Теодор. Завтра напишу, как Кейн столкнул Теодора в пропасть, но тот успел открыть портал, и…

Кажется, я все-таки уснула. Проснулась – и поняла, что все еще ночь. Не могла до утра подремать? Кот мирно мурлыкал под боком. Ноутбук мигал, показывая, что зарядки совсем мало. И как забыла его выключить? Собиралась же. А еще страшно хотелось пить. И голова болела. Видно, приложилась все-таки хорошо.

– Муз, пошли на кухню, – нащупала пальцами выключатель ночника. Свет не вернулся. Зато вспышки молнии то и дело озаряли комнату. Спустила ноги на пол и потащилась в коридор. Еще одна яркая вспышка озарила спальню – и перед моим носом оказалось чужое лицо. Я заорала. Так, как не кричала никогда в жизни. А потом схватила первое, что попалось под руку – это оказался утюг с гладильной доски – и врезала грабителю по лбу. Тот сдавленно охнул и осел. Включился свет, освещая поле боя. А я замерла, потому что моя жертва выглядела странно. Грабитель-маньяк? Фанат мультсериала «Черный плащ»? Потому что плащ имелся, именно черный. А еще – сапожищи, в разгар лета. И странный посох в руках. И куртка, расшитая серебристыми нитями. Узор какой-то знакомый… Руны, что ли? Нет, не маньяк. Окультист. Только откуда – в моей квартире? По балкону забрался? Покосилась на запертое окно. Балкон отпадает.

Что я стою, думаю? Полицию надо вызывать! Схватила телефон – разрядился. А все потому, что Ритка названивала! Р-р-р. Связать! Точно, пока не опомнился. А потом сбегаю к соседке, тете Маше, и попрошу позвонить.

Кинулась в кладовую за веревкой. Та лежала на полке со времен ремонта. И, кажется, настал её звездный час. Схватила веревку – и ощутила, как чужая рука зажимает рот.

– Дрем дао, – скомандовал мужской голос, и я сползла на пол, погружаясь в сон.

На этот раз пробуждение выдалось еще более неприятным. Потому что к головной боли прибавилась веревка, крепко стягивающая руки и ноги. Я сидела на полу, под стеночкой. Рискнула открыть глаза – и встретилась взглядом с ночным грабителем. Почему он не ушел? Парень сидел на стуле и смотрел на меня. Теперь наконец-то смогла его разглядеть. Высокий, выше меня на полголовы точно. Волосы почти до плеч, глазищи черные – под стать волосам. Нос… Обычный такой нос, прямой. Губы изогнуты тонкой упрямой чертой. В общем, был бы симпатичный, если бы я не сидела связанная, а он не изучал меня с интересом патологоанатома.

– Эсте ми аре? – спросил ночной гость. Иностранец, что ли? Что за язык такой?

– Моя твоя не понимает, – затрясла головой. – Ай донт спик ё ленгвидж, сэр.

– Асте? – брови незнакомца поползли вверх.

– Шмасте, – от испуга я несла ерунду. Такое со мной вообще случалось часто. Как человек с богатым словарным запасом, в критические моменты я не могла удержать его при себе и выплескивала на голову собеседника.

– Арреум дане, – брюнет возвел глаза к потолку, словно надеясь прочитать на нем русский алфавит. Затем он шагнул ко мне. Я попыталась отползти, но стена помешала. Холодные пальцы коснулись лба.

– Рриан де форе маири, – нараспев произнес парень, и от его руки словно отделилось теплое облачко, впитываясь в кожу. Неуловимо пахло грозой. Что это? Я сплю? Пора завязывать с книгами о магах?

– Теперь ты меня понимаешь? – почти без акцента произнес «гость».

– Теперь – да, – с легким изумлением ответила я. – Только мне от этого не легче.

– Почему? – парень чуть склонил голову на бок, изучая.

– Потому, что ты ворвался ко мне в дом, связал и провел странный ритуал, и теперь говоришь на языке, которого минуту назад точно не знал.

– Ты первая на меня напала, – парень решил восстановить справедливость. – Твое оружие вон там.

Утюг валялся на полу. Надеюсь, не сломался – денег на новый все равно пока нет. Да о чем я думаю вообще? Это точно от шока. Или приближается безумие. Как там у Грибоедова? «Всем глупым – счастье от безумья, всем умным – горе от ума». Кажется, так. Вот мне, пожалуй, светит счастье.

– Это не оружие, – ответила устало. – Это утюг.

Брюнет прикоснулся пальцами ко лбу, словно пытаясь понять, что такое утюг. Понял и кивнул. Подобрал утюг, вернул на гладильную доску. Стоп! Он что, не знает, что такое утюг? Откуда он сбежал? Ближайшая психушка на другом конце города, и там вряд ли выдают такую форму.

– Что это за мир?

Здравствуйте, приплыли. Может, я с утюгом перестаралась? Парню вон память отшибло.

– Ау, планета Земля на связи, – помахала бы рукой у него перед глазами, если бы руки не были связаны. – А ты что, инопланетянин?

– Нет, – качнул тот головой. – Судя по ощущениям, я случайно напутал с силой импульса и прорвал межмировую ткань.

– С чем напутал? – я растерянно моргнула.

– Помолчи, женщина. От тебя голова болит.

И брюнет снова потер лоб. Что ж, будем вдвоем щеголять шишками. Или синяками, тут уж как повезет. Оставив меня у стеночки, парень сел на диван и уставился в одну точку. Странный он все-таки. Может, это розыгрыш? Ритка решила надо мной подшутить? Но как он тогда заставил меня уснуть? И почему не понимал язык? Или понимал, но прикидывался? О, боже…

– Значит, Земля, – брюнет снова вспомнил о моем присутствии.

– Да, – устало подтвердила я. – Слушай, ты, гость из другого мира, развяжи меня. Обещаю к утюгу не прикасаться.

– Не могу. Я не знаю, что у тебя за магия.

Точно псих. И я вместе с ним.

– У меня нет магии. Её не существует. Только в книжках, ясно тебе? – постаралась достучаться до его больного разума. – Так что развяжи. Ты вон большой, сильный. Что, с девушкой не справишься?

– Справлюсь, – брюнет признал резонность моих доводов, щелкнул пальцами – и веревка упала на пол, а я поднялась на ноги. И как он это сделал?

Пошевелила пальцами рук, ног. Все тело ломило. Как бы добраться до соседей и вызвать полицию? Нет, сначала надо ему подыграть. Сделать вид, что верю в его бред, а потом раз – и… Что «и»? Как я и сказала, он – сильный мужчина, а я – слабая девушка. Боевыми искусствами не увлекаюсь, в руках поднимаю только ноутбук и пакет из супермаркета. Что мне с ним делать? Ладно, пока приступим к пункту номер один. Усыпить бдительность.

– Меня Ника зовут, – решила завести разговор. – Полностью Снеженика, но только по паспорту. Мамина была затея, ей когда-то нравилась песня… Детская такая, про ягоду на снегу. Вот она и…

Слушал ли меня странный гость? Потому что даже не смотрел в мою сторону, а изучал стену перед собой. Что ж, тут диагноз ясен. Можно было бы ему посочувствовать, если бы моя жизнь не была в его руках.

– Тогда почему Ника? – вопрос прозвучал неожиданно, и на меня до сих пор не смотрели. – Снеженика звучит более достойно.

Спасибо, уважил.

– Потому, что такого имени в нашем мире нет, – села на другой конец дивана. – В школе все смеялись. Поэтому теперь для всех я просто Ника.

– Пусть бы смеялись. Не стоит равнять свой ум и чужую глупость.

О, да мой сумасшедший – философ! Странное сочетание. Кого-то он мне неуловимо напоминал… Вот только кого? Может, случайно сталкивались. В магазине или в парке. Мало ли лиц застряло в памяти.

– Представился бы сам.

– Теодор, – произнесло наваждение, и я замерла. Точно, розыгрыш. Потому что единственный Теодор в этом городе существовал в моей книге. И он тут быть никак не мог.

– Издеваешься надо мной? – аккуратно спросила парня.

– Чем? – тот изогнул бровь, а до меня начинало доходить. Внешность! И волосы, и глаза, и даже шрам на левой брови, едва заметный привет от прошлой стычки с Кейном. Похоже, из нас двоих с ума сошла я.

Глава 2

Мы сидели в гостиной и смотрели друг на друга. Сюжет, достойный книги. Вот только это была жизнь. Реальная жизнь – я даже за руку себя ущипнула, но наваждение не растаяло. Зато меня покинула надежда на то, что это розыгрыш. Потому что узнавала каждую черточку, каждый жест. Вот Теодор потер виски – как всегда, когда о чем-то глубоко задумался. Ну, и после знакомства с утюгом, конечно. Вот поправил ворот рубашки – нервничает. Я бы тоже нервничала. Собственно, этим и занимаюсь.

– Ты откуда родом? – осторожно спросила призрака, потому что воспринимать Теодора как человека пока не получалось.

– Из Агерраса.

Да чтоб мне провалиться… Агеррас, город почти на самой границе Вердариса, на который постоянно нападают чудовища, прорывающиеся с соседних земель. Однажды они Теодора чуть не сожрали… С моей легкой руки. Но ему об этом знать необязательно.

– Понятно, – вздохнула я.

– Что тебе понятно? – черные глаза уставились на меня, и я ощутила то, о чем писала – будто на меня глядит сама бездна. Даже спина взмокла от страха. Почему из всех моих героев – именно он?

– Что ты из Агерраса, – ответила осторожно. Не хватало еще его разозлить. Убьет – и не задумается. Главгад, все-таки. Самый злодеистый злодей. Знала бы – сделала бы его пушистым, как зайчик. Или хотя бы с проблесками добродетели. Чтобы его за каждое убийство совесть мучила. Жестоко так мучила, беспощадно.

– Ты странно смотришь на меня, женщина, – маг склонил голову на бок.

– У меня вообще-то имя есть, – брякнула я и прикусила язык.

– Чтобы я называл тебя по имени, надо еще заслужить, – прищурился Теодор.

– Что? – вот нет бы промолчать! – Я тебе что, собака на поводке? Ты в моем доме, в моем мире, так что…

И снова вспомнила, кто передо мной. Его Кейн уже десяток лет добить не может. А Кейн – сильный маг. Не я!

– Так – что? – передразнил меня этот черноглазый монстр.

– Да ничего, в общем-то, – и что мне делать? Что? Мне? Делать?!

– Ты меня боишься? – правильно растолковал Теодор мое поведение. – Правильно. Бойся. Дольше проживешь, женщина. Мне понадобится какое-то время, чтобы восстановить резерв и построить обратный портал в родной мир. Если это время ты будешь вести себя тише мыши и слушаться, так и быть, оставлю тебе жизнь.

Всего-то? Меня не собираются прямо сейчас оставить без головы? Или превратить в какую-нибудь мерзость? Не скажу, что жить стало легче, но я была готова на что угодно, лишь бы этот тип как можно скорее покинул мой мир. Вот прямо сейчас!

– Знаешь, ты сиди тут, а я спать пойду, – решила отгородиться от Теодора хотя бы стеной.

– Иди, – милостиво разрешили мне, и я бросилась в коридор быстрее, чем он договорил. И только когда за спиной закрылись двери спальни, осела на пол и выдохнула воздух. Хотелось одновременно реветь и смеяться. Допросилась, дуреха? Захотела встретиться со своими героями? Вот тебе! Получай! Никто не обещал, что будет принц. Кому-то и злодеи достаются.

А потом мысленно дала себе пощечину. Не время расклеиваться! Надо взять себя в руки и всего лишь подождать, пока Теодор восстановит магический резерв и покинет мой мир. А потом позволить Кейну его убить. Да! Хотя, теперь для меня это будет не так просто. Одно дело, если Теодора никогда не существовало. Но совсем другое – когда он сидит у тебя в гостиной, а ты строишь планы его смерти. Нет, не убить. Лишить магии и навсегда заточить в самую высокую башню. Пусть сидит там, мучается, вспоминая все, что натворил. Так будет справедливо. Кейн же не злодей. Вот и будет выход, для обоих.

Перебралась на кровать, укрылась с головой одеялом и закрыла глаза. В соседней комнате послышались шаги. Бродит… Не сидится ему на диване. Хотя, с другой стороны, я бы тоже бродила, если бы меня вырвали из магического мира (забудем на мгновение, что он книжный) и забросили туда, где магия – это сказки, зато много других диковинок. Один телевизор чего стоит. Ох, мамочки… Что же мне делать?

Кажется, мои нервы не выдержали, потому что я все-таки заснула.

А проснулась от надрывного звука дверного звонка. Кого же принесло в такую рань? Какой сон мне снился! Ритке расскажу – обзавидуется. Только во сне можно встретиться с героем собственного опуса. Да, надо меньше писать. И чего это я одетой легла? Это все из-за света. Отключают, когда хотят, а ты потом мучайся. За дверью переминалась с ноги на ногу Ритка. Точно, выходной. Мы же хотели по магазинам пойти.

– Привет, Никуся, – подруга щеголяла рыжей гривой и ярко-алой помадой. Её девиз был: «Нет серым будням и серой внешности». Она и меня порывалась покрасить, но я была непреклонна.

– Привет, – зевнула я.

– Ты что, дрыхнешь? Вот соня, – возмутилась подруга. – А как же наш шопинг?

– Рит, ты знаешь, давай без меня. Что-то я плохо себя чувствую, – самочувствие и правда оставляло желать лучшего. Словно я на самом деле ночью не спала, а неизвестно чем занималась.

– Так, драгоценная моя, твое состояние мне не нравится! – Ритка уперлась руками в бока. – То-то до тебя дозвониться нельзя. Давай хоть чай тебе заварю или за таблетками сбегаю.

– Сбегай, – жалобно попросила я. – Возьми что-нибудь обезболивающее, а то по вискам словно молотки стучат.

– Одна нога здесь, другая – там, – подмигнула Ритка и застучала каблучками вниз по ступенькам, а я закрыла дверь на цепочку и потащилась в гостиную. Открыла дверь – и замерла. Потому что мой ночной кошмар никуда не делся. Он стоял у двери, на кончиках пальцев мерцали черные импульсы.

– Это кто? – хмуро спросил Теодор.

– Это Рита, моя подруга, – ответила растерянно, не до конца понимая, что сон не собирался развеиваться. Сколько еще раз мне нужно уснуть и проснуться, чтобы поверить в существование Теодора?

– Переступит порог квартиры – умрет, – маг был немногословен, но от его речей пробирала дрожь.

– Она принесет мне лекарства, – попыталась его остановить. – У меня голова болит.

– Ты меня слышала. Хочешь, чтобы я её убил?

– Ты же, кажется, магию собирался копить? – прищурилась я. – А теперь снова тратить собираешься. Вон, уже пальцы сверкают. Так ты до конца моих дней будешь тут сидеть.

Не одному ему на меня наступать! Я его придумала, или кто? Изнутри поднималась злость. А когда я злилась, меня даже кошки в подъезде боялись. Вот и этому… магу стоит поостеречься.

– Ритка любопытная, – затараторила я, не давая Теодору опомниться. – Если тебя увидит, не отстанет. Значит, так. Мы пойдем на кухню. Ты сидишь здесь и носа не показываешь. Но если Рита вдруг зайдет в гостиную, делаешь вид, что языка не понимаешь от слова совсем. Скажу, что тебя к нам по обмену опытом прислали, через клуб иностранных языков. Понял?

– Ты сумасшедшая? – осторожно поинтересовался Теодор.

– Не больше, чем ты, – успокоила мага. – Так, придется тебя переодеть. Сейчас.

И нырнула обратно в спальню, где в дальнем углу шкафа хранились вещи бывшего парня. Он бы, может, их и забрал, если бы мог, но я не оставила ему такого шанса. И при попытке переступить порог моей квартиры атаковала его не только утюгом, а всем, что в тот момент попалось под руку, включая его же ботинки. Потом ревела, размазывая тушь по щекам. А наутро взяла себя в руки и собрала вещи в старый чемодан без ручки. Очень символично, я считаю. Чемодан переместился на задворки шкафа, а бывший – на задворки памяти. Что ж, вот вещички и пригодились.

Я порылась в футболках и штанах. Нашла джинсы – абсолютно новые, Пашка только раз успел их надеть прежде, чем вылетел за дверь. Теодор, конечно, худее, но на джинсах было главное преимущество – ремень. Ничего, не слетят. Выбор рубашки прошел легче. Мой взгляд остановился на темно-синей, официальной, потому что там можно было регулировать длину рукава.

– Вот, – вернулась в гостиную и вывалила на диван свои находки.

– Я. Это. Не надену, – отчеканил Теодор, для верности вцепившись в ворот собственной рубашки. Увы, его одежда вообще никак не вязалась с нашим миром. Кружевной воротник рубахи, несомненно красивой и дорогой, пуговицы из какого-то камня… А сапоги! Нет, Ритка никогда не поверит.

– Наденешь, Теодор, – похлопала мага по плечу. И откуда только смелость взялась? Наверное, вернулась вместе с солнечным светом. – Раз уж ты в моем мире, соответствуй. И побыстрее, Рита сейчас придет.

– Отвернись.

Я моргнула – и покраснела, осознавая, что продолжала беззастенчиво пялиться на постороннего мужчину. Резко развернулась к стене. Дожилась! Нет, он, конечно, мой герой, и все такое, но – мужчина! Незнакомый. Почти незнакомый. Черт! Да что делать-то? За спиной Теодор шуршал одеждой. К счастью, у него хватило ума меня послушаться. Потому что Ритка – та еще сорока, и в понедельник весь город знал бы, что у меня дома находится какой-то странный субъект.

– Можешь оборачиваться, – милостиво разрешили мне.

Я повернулась – и удивленно замерла. В современной одежде Теодор казался совсем другим. Можно было рассмотреть и широкие плечи, и отличную фигуру, и длинные ноги… Ну, что тут сказать. Умею я описывать злодеев. Должен же у героя быть достойный противник. Тем временем Теодор взял со столика расческу и пошел к зеркалу. Гость явно чувствовал себя, как дома. А я напомнила себе, что передо мной – убийца. Причем счет его жертв идет так… на десятки. Если верить книге и Кейну.

– Если твоя подруга позволит себе лишнего, я её убью, – «порадовал» меня Теодор. – Поэтому лучше держи её на кухне и проводи как можно скорее, женщина.

– Еще раз назовешь меня женщиной, и я иначе, как «чудо чудное», тебя именовать не буду, – пообещала я.

– Чудо… какое?– кажется, Теодор не поспевал за скоростью моей мысли.

– Чудное, – подчеркнула я. – Как в сказке. Поэтому сиди в гостиной и молчи.

А у самой ноги все равно подкашивались от страха. Не за себя, за Ритку. Меня этот тип явно не собирался убивать – видимо, решил придержать при себе, как источник информации. А вот Риту – мог.

Раздался звонок, и я вышла в прихожую, плотно закрыв за собой двери гостиной.

– Идем на кухню, Рит, – перехватила у подруги пакет с лекарствами. – Выпьем чаю с бутербродами.

– О, ты даже сделаешь бутерброды! А я не отравлюсь? – вот язва, не могла удержаться? Да, я готовлю редко, предпочитая питаться чем-нибудь из разряда вермишели быстрого приготовления, но если уж готовлю, есть можно.

– Не отравишься, – прошипела я. – Идем.

Мне показалось, или в гостиной кто-то засмеялся? Ну, Теодор!

Пока закипел чайник, я успела намазать хлеб маслом, нарезать сыр и докторскую колбасу. Хватит, чтобы по-быстрому перекусить. Заварила свой любимый черный чай с апельсиновыми нотками, разложила на тарелке бутерброды и постаралась забыть, что в соседней комнате убийца ждет нашей малейшей оплошности, чтобы лишить меня подруги.

– Что-то ты бледная, – пробормотала Ритка, жуя бутерброд. – Не заболела?

– Нет, спала плохо, – признала я.