Большая встряска [Подвиги комиссара Фухе]

15. Допрос с пристрастием

– Все, все скажу! – запищал посол и сделал попытку поцеловать левый ботинок комиссара.

– Зачем ты приказал убить мадам Артюр? – начал Фухе, с удовольствием затягиваясь "Синей птицей" и стряхивая пепел на лысину парагвайца.

– Я не приказывал ее убивать, – испуганно ответил тот. – Я только приказал расспросить ее…

– О чем? – поинтересовался комиссар, разглядывая между тем бумаги, лежавшие на столе посла.

– О том, где Золотая Богиня. После смерти Висбана мне дали указание вернуть ее в Парагвай.

– Ты передал Богиню мадам Артюр?

– Нет, но я знал об этой операции от сеньора Америго, – прошептал посол, с ужасом поглядывая на грозного комиссара.

– А это что? – вдруг рявкнул Фухе, суя под нос своей жертве бланк телеграммы, только что найденный им на столе.

– Т-телеграмма, – сообщил посол.

– Сам вижу, идиот! – рассвирепел комиссар. – От кого?

– От Висбана. Он прислал мне ее за час до гибели…

– Читай, зараза! – распорядился Фухе. Посол дрожащими руками натянул на нос очки и прочел:

"Передайте сеньору министру, что день Икс переносится ровно на сутки. Соответственно изменен срок операции "Данайский дар". Будьте внимательны. Висбан."

– Ты передал ее министру? – ласково спросил Фухе, наворачивая галстук посла себе на руку. Старикашка начал хекать и кашлять.

– Нет, – прохрипел он. – Я не успел. После гибели сеньора Висбана я не решился…

– Так, – произнес Фухе, несколько ослабляя хватку. – А что это за день Икс?

– Сеньор! – жалобно заскулил посол. – Я клялся Богородицей Каталонской…

– Это будет твоя последняя клятва, – пообещал Фухе, медленно поднимая пресс-папье.

– Стойте, сеньор, – заспешил несчастный. – Я скажу! День Икс – это переворот в Парагвае.

– Срок?

– Не знаю. Клянусь Святым Крестом, не знаю! – истово произнес посол и даже сделал попытку перекреститься левой ногой.

– А сколько тебе годиков? – спросил комиссар, ласково глядя на мерзкого лгуна.

– Ш-шестьдесят восемь…

– Чуток до юбилея не дотянул, – добродушно заметил Фухе. – Ну да ничего… Деток, небось, обеспечил, на похороны скопил… Скопил на похороны?! – неожиданно рявкнул комиссар, вздымая посла за шкирку.

– Не-е-ет! – завопил тот.

– Не скопил?! Ничего, семья найдет! – и пресс-папье со свистом стало приближаться к уху посла.

– Я скажу! – взвизгнул тот. – День Икс был намечен на следующую пятницу.

– А перенесли, стало быть, на субботу – удовлетворенно заметил комиссар. – А что это за "Данайский дар"?

– Эту операцию должен был провести ваш министр для скорейшего признания нового правительства Парагвая. Все это было как-то связано с Золотой Богиней… Больше я ничего не знаю, сеньор… Хоть убейте!

– Ладно, живи! – милостиво разрешил комиссар и прошептал что-то на ухо послу.

– Нет! – закричал тот.

– Да! – твердо сказал Фухе. – И учти, свинья, это твой единственный шанс уцелеть!

Через несколько минут Фухе и посол неторопливо вышли из кабинета, перешагнув через мертвого секретаря, и пошли к выходу. Оказавшись на улице, они обнаружили, что здание посольства со всех сторон окружено полицией и войсками.

– Вот он! – заорали солдаты, увидев Фухе.

– Сдавайтесь, комиссар! – закричал в мегафон офицер. – Вы окружены!

16. Национальный герой

– Что им надо? – удивился Фухе, на всякий случай доставая из своего саквояжа пресс-папье.

– Они решили, что вы захватили посольство, – разъяснил парагваец.

– Ага! – понял Фухе. – Эй вы! – закричал он солдатам. – Куда прете? Это суверенная территория!

– Но у нас приказ! – запетушился офицер.

– Это недоразумение! – заявил комиссар. – Эй! Пропустите ко мне представителей прессы! Я хочу сделать заявление.

Удивленный офицер распорядился, и тут же комиссара с послом окружила пестрая стая репортеров.

– Господа! – начал Фухе. – Я уполномочен, – тут он важно кивнул на посла, – сделать следующее заявление для печати. Вчера ночью несколько предателей парагвайского народа из числа сторонников врага нации Америго Висбана совершили злодейскую акцию, желая подорвать традиционную дружбу между нашими странами. Они похитили и зверски убили племянницу нашего уважаемого министра внутренних дел…

Репортеры при этих словах возбужденно загудели. Фухе продолжал:

– Я, комиссар поголовной полиции Фердинанд Фухе, расследуя это дело, с полного согласия господина посла, прибыл в посольство Парагвая и изобличил виновных. Они во всем признались и под бременем неопровержимых улик покончили с собой. Подтвердите, господин посол!

Посол, успевший несколько оправиться от потрясений, важно надул щеки и произнес:

– Мы все очень благодарны отважному комиссару Фухе за неоценимый вклад, внесенный им в дело изобличения проклятых приспешников врага нации Америго Висбана. Мы скорбим о безвременной гибели мадам Артюр и приносим соболезнования близким. Надеюсь, что сегодняшняя блестящая операция, проведенная поголовной полицией в лице ее лучшего представителя, комиссара Фухе, послужит дальнейшему укреплению дружбы между нашими странами! – и посол с чувством пожал руку комиссару.

– Ура! – закричали солдаты, офицеры и сотрудники посольства, выносившие в это время трупы.

– Машину! – распорядился Фухе. Мигом возле него оказался шикарный «Роллс-ройс». Комиссар с важным видом уселся на заднее сиденье и обомлел: за рулем сидел Конг.

– Поехали! – гаркнул он, давая газ. От толчка комиссара бросило на пол машины, и он некоторое время барахтался, пытаясь подняться.

– Ну и жук! – говорил между тем старший комиссар Конг. – Ловко выпутался! А я уже ехал, чтобы застрелить тебя при аресте. Ну, выкладывай!

Фухе тут же выложил все, что посчитал нужным.

– Чем дальше, тем темнее, – резюмировал Конг. – Богини, телеграмма, день Икс… Ничего не ясно. Ясно то, что нас завтра вызывают к министру.

– Зачем? – удивился Фухе.

– Может, для доклада, может, для разноса, но сдается мне, что тут что-то нечисто.

– Он вызвал нас до моего визита в посольство или после? – решил уточнить комиссар.

– До. Обо всех твоих победах он еще не знал.

– А может, он хочет договориться о нашем молчании по поводу Висбана? – предположил Фухе.

– Вряд ли, – усомнился Конг. – Он зовет нас официально, вдобавок приглашает журналистов.

– Возьму-ка я на всякий случай пресс-папье, – решил Фухе.

– Бери, – согласился старший комиссар. Машина между тем подкатила к управлению поголовной полиции. Не успели детективы выйти из нее, как на них буквально налетел Габриэль Алекс.

– Комиссар! – завопил он. – Поздравляю! Только что сообщили по радио: вас наградили орденом Бессчетного Легиона! Вы теперь наш национальный герой! В субботу Президент будет вручать вам орден!

– В субботу… – пробормотал Фухе. – Так ведь это же день Икс!

17. Вторая Богиня

В приемной министра внутренних дел Конгу и Фухе велели обождать. Детективы сели в кресла под сенью пальмы и закурили.

– Н-да… – пробормотал Конг. – Не нравится это мне. Наш министр – человек суровый. Что ему нас в расход вывести? Пустяк!

– У меня пресс-папье, – напомнил Фухе.

– Дохлый номер, – отмахнулся Конг. – У него перед каждым креслом по пулемету. И люк в полу для сброса трупов.

Возразить было нечего, и Фухе замолчал. Он как раз докуривал свою сигарету, когда секретарша пригласила их к министру.

В кабинете министр был не один. Рядом с ним толпилась группа репортеров, поблескивая камерами. Министр пригласил всех сесть, а затем, прокашлявшись, встал и начал:

– Уважаемые коллеги! Дорогие представители прессы! Прежде всего хочу представить вам наших славных работников отважной поголовной полиции – старшего комиссара Конга и комиссара Фухе. Вы знаете, что за мужество и расторопность наш дорогой Фердинанд Фухе награжден орденом Бессчетного Легиона!

Все зааплодировали. Министр продолжал:

– Сегодня я могу поздравить нашу поголовную полицию с новым выдающимся успехом. Человечеству возвращена величайшая футбольная реликвия – Золотая Богиня!

Аплодисменты затопили кабинет. Фухе и Конг лишь переглянулись, решив уже ничему не удивляться.

Министр открыл дверцу сейфа, и взорам приглашенных предстала Богиня. Репортеры приготовили аппараты, но министр тут же предупредил:

– Господа! Прошу пока воздержаться от фотографирования. До субботы это будет наша маленькая общая тайна. А в субботу прошу вас всех на прием к Президенту. На приеме произойдет награждение героя дня комиссара Фухе, и Богиня предстанет перед вами.

Пресса дала согласие и распрощалась. Министр остался в кабинете один на один с ошеломленными сыщиками.

– Предупреждаю ваши вопросы, – сказал он. – Мы решили сделать вам подарок за ваши старания по розыску Богини. Эту реликвию передал мне парагвайский посол, но мы тут посовещались и решили, что пусть для всех героями дня будете вы, наши дорогие коллеги! Надеюсь, это поможет вам забыть все те бредни, которые успели наболтать вам эти грязные парагвайские свиньи, – и министр выразительно посмотрел на Фухе.

Конг и Фухе пообещали забыть все, что было, чего не было и все, что будет. Этот ответ вполне удовлетворил министра, и он распрощался с детективами самым дружеским образом. Перед расставанием Фухе робко попросил хотя бы на секунду дотронуться до Богини, что и было ему снисходительно разрешено.

– Что это было? – спросил Конг, когда они промывали себе мозги в ближайшем баре. – Вторая Богиня?

– Не иначе, – подтвердил Фухе и выпил залпом литровую кружку пива. – Она ведь целая, с пьедесталом.

– Какая же из них настоящая?

– Надо подумать, – ответил Фухе и заказал еще пива.

– На всякий случай я ее сфотографировал, – признался Конг, демонстрируя миниатюрный фотоаппарат-зажигалку.

– Я сделал лучше, – усмехнулся Фухе. – Я ее потрогал.

– М-м-м, – задумался Конг. – Что же буем делать дальше?

– Надо найти кого-нибудь, видевшего настоящую Богиню, – сказал Фухе, затягиваясь "Синей птицей".

– И показать ему фотографию? – спросил Конг.

– Да. И пьедестал тоже. Говорят, что на настоящей Богине много пометин, царапин и других проявлений спортивного энтузиазма.

– Ясно, – заявил Конг. – Завтра я займусь этим. А ты?

– У меня намечен один частный визит, – неопределенно сообщил комиссар. – Пять против десяти, что министр на прием не попадет.

– С чего ты взял? – крайне удивился Конг.

– Пока только интуиция, но если он все-таки явится, мы должны быть во всеоружии. Дело в том, что, судя по всему, день Икс перенесли не только во времени, но и в пространстве.

– Как – перенесли? – не понял Конг.

– А так – из Парагвая к нам!

18. День Икс

Дни, оставшиеся до приема у Президента, Фухе провел в бегах и хлопотах. Он побывал в местной федерации футбола, просидел несколько часов в архиве министерства иностранных дел и нанес визит господину Пикару – самому известному ювелиру столицы. Наконец настала суббота. С утра Фухе посидел в баре, выпив для бодрости с десяток кружек, а затем со свежими силами зашел в кабинет Конга. Тот сидел уткнувшись в монитор, по экрану которого бегали черно-серые тени и неясные силуэты.

– Готов? – спросил Конг, настраивая резкость.

– Угу! – ответил Фухе, затягиваясь "Синей птицей". – А что у вас?

– Ты, карась, попал пальцем в ноздрю. Министр жив-здоров и собирается на прием к Президенту.

– Значит, он оказался умнее, чем я думал, – невозмутимо ответил комиссар. – Все равно будем действовать по плану.

– Так, – сказал Конг, выключая монитор. – Министр поехал в «Рулен-Муж», где он обычно обедает, а затем – к Президенту. Можно дальше не смотреть.

– Будем собираться и мы, – решил Фухе.

Сборы заняли немного времени, и у сыщиков остался часок для того, чтобы выпить на дорогу. Пропустив «посошок», они сели в «Роллс-ройс» Конга и во весь опор погнали к Президентскому дворцу, сшибая по пути встречных регулировщиков и старушек.

Прием удался на славу. Президент, пробормотав по бумажке нечто невнятное, укрепил на груди Фухе орден и поздравил нового кавалера. Затем слово попросил министр. Он кратко, но душевно поздравил поголовную полицию с новым блестящим успехом.

– Благодаря нашим славным парням – старшему комиссару Конгу и комиссару Фухе – Человечеству возвращена величайшая футбольная реликвия – Золотая Богиня! – с чувством произнес он и под общие крики "ура!" передал сверкающую реликвию Президенту. Засверкали вспышки фотоаппаратов, загудели телекамеры. Наконец первый ажиотаж немного стих, и слово попросил комиссар Фухе.

– Господа! – начал он. – Во-первых, я хочу поблагодарить нашего дорогого и любимого Президента за столь высокую оценку моего скромного труда на ниве поголовной полиции. Нет сил передать мое волнение, господа!

Комиссар промокнул слезу синим носовым платком с монограммой и продолжал:

– Во-вторых, я бы очень просил всех не притрагиваться к возвращенной реликвии по причине, которую я вам сейчас назову. Дело в том, что это…

В ту же секунду в руке министра сверкнул «Кольт», но выстрел не прозвучал: гантеля Конга раздробила руку вместе с пистолетом. Министра схватили и начали вязать.

– …не настоящая Богиня, – продолжал Фухе. – Прошу представителей прессы подойти поближе. – С этими словами комиссар стал отвинчивать голову самозванки. Из образовавшегося отверстия был извлечен тяжелый тикающий цилиндр.

– Это, уважаемые господа, не что иное, как мина с часовым механизмом, – пояснил комиссар, демонстрируя цилиндр. – Прошу убедиться: до взрыва осталось полтора часа.

Поднялся шум пуще прежнего. Фухе обождал, пока вновь наступит тишина, и обратился к прессе:

– Но, господа, прошу не отчаиваться. Усилиями нашей поголовной полиции все же удалось найти настоящую Богиню. Сейчас она предстанет перед вами. Алекс, саквояж!

При этих словах Габриэль Алекс, незаметно стоявший до этого у стенки, вручил комиссару его любимый черный саквояж. Комиссар раскрыл его и достал Е-.

– А вот теперь действительно – ура! – заявил Фухе и закурил "Синюю птицу".

В эти минуты старший комиссар Конг вместе с несколькими проверенными людьми давил, как клопов, охранников министра. Поэтому последняя часть торжества проходила под чарующий аккомпанемент стрельбы и душераздирающих воплей. Несколько пуль залетело в зал, где проходило торжество, но в целом все прошло очень мило.

– А теперь прошу к столу! – гостеприимно прочитал по бумажке Президент, приглашая всех на скромный банкет.

19. Пиррова победа

В понедельник Фухе, довольный жизнью, умытый и похмеленный, попыхивая «Синей птицей», шел по коридору управления поголовной полиции. Он заглянул к Конгу, желая пригласить начальство на кружку-пятую пивка, но отчего-то не застал того на месте. Решив, что его соперник отсыпается, Фухе направился в свой кабинет, но его перехватил Алекс.

– Комиссар! – обратился он к Фухе. – Вас зовет наш шеф!

– Что, де Бил вернулся? – удивился комиссар.

– Да, сегодня уже вышел на работу, – разъяснил Алекс. – И первым делом зовет вас.

– Не иначе, повышают, – решил Фухе и, чеканя шаг, двинулся к де Билу. Тот встретил комиссара радостно.

– А вот и вы, мой дорогой, – приветливо заегозил он, пододвигая Фухе кресло. – Прошу вас, садитесь. Не желаете ли рюмочку?

Приветливость начальства произвела хорошее впечатление на комиссара, и он с удовольствием опрокинул с шефом по рюмочке виски.

– Ну-с, орел мой шизокрылый, – начал де Бил, – поделитесь успехами, а то мне сегодня к Президенту ехать, докладывать.

Фухе прокашлялся и начал:

– Эта игра пошла с того, что Висбан решил добиться поддержки великих держав на случай переворота. Но наш Президент еще в бытность свою послом в Парагвае успел крепко невзлюбить сеньора Висбана…

– Это еще из-за чего? – поинтересовался де Бил.

– Как я понял, Висбан подтрунивал над увлечением нашего лидера футболом. Поэтому он решил просить помощи у своего давнего приятеля – нашего бывшего министра. Они вместе и выработали план.

– А как они сошлись? – спросил де Бил.

– Висбан подарил министру плавки, принадлежавшие Гарринче. Ну и пообещал нечто совсем потрясающее – Богиню, которую он выкупил у бразильских гангстеров. Министру же он сначала послал не подлинную Богиню, а копию, куда была заложена мина с часовым механизмом. Это называлось операция "Данайский дар".

– Нанайский? – не понял с похмелья де Бил.

– Да нет, Данайский, – уточнил Фухе и продолжал:

– Министр решил передать Богиню Президенту в пятницу – первоначальный день Икс. А по пятницам, как он знал, проходят заседания футбольной Лиги. Таким образом, взрыв уничтожил бы всех членов Лиги, которые в свое время не приняли министра в свои ряды. А после этого должен был состояться переворот.

– Не может быть! – поразился де Бил и опрокинул еще одну рюмку. Фухе последовал его примеру.

– Висбан, – вел он далее, – хотел завербовать и меня, стремясь, очевидно, проконтролировать ход операции. По каким-то причинам пришлось перенести день Икс на субботу, о чем Висбан хотел сообщить через посольство министру, но тут случилось непредвиденное – Висбан погиб. Посол тут же, зная, что настоящая Богиня хранится у его любовницы мадам Артюр, велел схватить ее и выпытать, где реликвия.

– Злодеи! – пробормотал де Бил.

– Ее поили плодово-ягодным вином, – поежился от ужаса Фухе. – Лучше бы ей попасть под мое пресс-папье! Она не выдержала и сообщила, где Богиня. К моему приезду в посольство реликвия была уже у посла в сейфе. Посол и передал ее мне.

– Добровольно? – удивился де Бил.

– Естественно, – ответил Фухе.

– Но ведь были трупы?

– Всего восемь. Разве это принуждение? – удивился комиссар и продолжил:

– Министр, не зная всего этого, решил, несмотря на гибель Висбана, осуществить операцию. Телеграмма не дошла до него, но он, зная, что мина должна взорваться в пятницу, решил рискнуть и переставить часовой механизм.

– Почему? – не понял шеф.

– В ту пятницу заседание футбольной Лиги было отменено, поэтому он решил воспользоваться субботним приемом у Президента. Я, честно говоря, не думал, что он решится разобрать мину, но он сумел это сделать. План его несколько изменился – он объявил, что Богиню нашли мы с Конгом.

– А это зачем? – удивился де Бил.

20. Пиррова победа (окончание)

– Сейчас объясню, – сказал Фухе и, не дожидаясь приглашения, налил себе третью рюмку. – Перед банкетом министр собирался симулировать приступ печеночных колик и уехать домой. Во время банкета мина должна была взорваться, и вся вина пала бы на нас с Конгом. Но министр не знал, что мне было известно о существовании двух Богинь. Мне удалось прикоснуться к фальшивке, и я почувствовал вибрацию часового механизма мины. Экспертиза, проведенная в футбольной федерации, окончательно убедила меня, что та Богиня, вернее две ее части, которые были у меня – подлинные, а у министра – подделка. Я тут же съездил к Президенту и поставил его в известность. Затем я попросил нашего лучшего ювелира, господина Пикара, спаять Богиню, что он и сделал. Остальное вам известно, – закончил Фухе.

– Так, – сказал де Бил. – А почему Висбан не передал с самого начала настоящую Богиню министру, а держал ее у его племянницы?

– Мадам Артюр недолюбливала своего дядю, – пояснил Фухе. – Висбан решил не давать сразу реликвию министру, а придержать ее.

– Но почему? – не понял шеф.

– Это должен был быть приз, если хотите, награда за поддержку, поэтому Висбан и решил подождать. А на мадам Артюр он вполне мог положиться.

– Ясно, – заявил де Бил, вставая. Пришлось встать и Фухе.

– Голубь мой сизоперый! – проникновенно начал шеф. – Вы прекрасно справились с заданием. Спасибо вам от моего имени. Кроме этого, вы с Конгом получите, как вы знаете, по десять миллионов из награды, обещанной ФИФА. А у меня есть для вас новость. Наш уважаемый старший комиссар Конг за большие заслуги переводится начальником отдела в Государственную контрразведку. А на его место…

"Вот оно!" – мелькнуло в голове Фухе: "Вот мой звездный час!" И неясные надежды замелькали в его голове.

– А на его место, – повторил шеф, – назначается ваш новый коллега – комиссар Дюмон. Познакомьтесь! – и де Бил нажал кнопку на столе.

Дверь в кабинет открылась, и на пороге появился Дюмон, придерживая волосатой лапищей огромный гранатомет, болтавшийся на бычьей шее. Фухе тоскливо взглянул на нового заместителя и приготовился бежать за пивом.

1984 г.

Андрей Валентинов

БОЛЬШАЯ ВСТРЯСКА