- -
- 100%
- +
– Да, просто в Крыму сложная обстановка и туда решили никого не пускать, – попытался пошутить я и тут же понял, что зря.
– Просто локомотив поставили с другой стороны… Мы просто заехали задом на техническую станцию и теперь точно поедем в Крым… – теперь я делал все, чтобы пылающий взгляд жены хоть немного остыл.
Нас действительно повезли задом наперед, но, оказывается, это обычная практика переставлять локомотивы на технических остановках. На самом деле все оказалось еще понятнее, хотя об этом я узнал значительно позднее – нас просто пересадили с электровоза на тепловоз, так как железнодорожные пути на Крымском мосту и в восточной части полуострова пока не электрифицированы.
В три часа дня на 15 минут я вышел на последней остановке бывшей РСФСР – «Тамань». С невидимых еще морей в лицо дул сильный ветер. За спиной невероятными выкрутасами виднелись развязки автомобильных дорог, у которых с 2018 года появился еще один поворот – на Крым.
В половину четвертого мы въехали на стройку века – Крымский мост. Жена прилипла к окну. Параллельно шла автомагистраль. Бетонка внизу иногда сменялась водой, но ничего сверхъестественного не происходило.
– А где такая хрень полукруглая? – вопрошала жена.
– Арка?
– Ну да.
– Будет! – обнадеживал я, – Чуть дальше…
Долго мы шли достаточно невысоко над водой. В какой-то момент снизу снова показалась земля.
– Тут же, остров посередине пролива еще какой-то! – вспомнил я, – Поэтому пока земля идет.
Но было видно, что жена почему-то ожидала нечто большего. «Насколько же наорались об этом мосте в СМИ, что у людей теперь депрессия». Вскоре мост стал заметно приподниматься над водой.
– Смотри, смотри, наверное, сейчас будет! – крикнул я уже отчаявшейся жене.
К любимой снова вернулась вера. Арка длиной 200 метров пролетела перед окнами очень быстро. Пока жена понимала, что она уже посмотрела то, что так ждала. Мост снова опустился и уже скоро мы были на полуострове. До самой Керчи железка с двух сторон была закрыта высоким серебристым забором. «Чтобы никто не видел, как мост строили или чтобы и космоса было видно куда бомбить?». Смотреть в окна уже не было никакого резона, и мы обременились следующей проблемой.
А проблема состояла в том, что хозяева гостевого дома не хотели почему-то встречать нас с вокзала. «У нас трансфер только с аэропорта!». Город Феодосию, куда прибывает наш поезд, мы не знали, сами не местные, да еще и добираться от Феодосии до Берегового, где находился наш дом, надо было как-то непонятно. Единственное, что нам было известно по рассказам нашей коллеги, которая любила отдыхать в Береговом, что нужно садиться на автобус № 4, однако, где проходит его маршрут – объяснить по телефону никто не брался. «На крайняк, возьмете такси, около 1000 будет» – инструктировала нас и коллега Лена, и хозяйка Стелла.
В Керчи вышли наши соседи напротив. Папа вдруг впервые за всю поездку обратился к нам и пожелал счастливого пути. Я даже вздрогнул. За ними потянулся и паренек-контрактник. По мере продвижения по полуострову напряжение от неизвестности дальнейшего маршрута росло. Я даже решился спросить московского паренька с местной дачей, но он толи от испуга, толи от надобности сошел сразу после Керчи на станции «Семь колодезей». Мы остались одни. Смотря на жену, я понял, что ответственность за «добраться до гостиницы» полностью придавила мои плечи. И тут в голову пришла мыслишка. На предпоследней станции нас должны были мариновать целых 45 минут. Думаю, за это время можно будет спросить местное население о способах и возможностях добраться до места нашей дислокации. Даже, если для этого придется купить ведро алычи. Или чем они там торгуют. Поделившись данной идеей с женой, я ее несколько успокоил, и мы начали потихоньку собираться, дожевывая остатки еды.
Во Владиславовке (а это и была та самая остановка) я выскочил из вагона, воровато озираясь в поисках местных проводников. Высокий загорелый мужик, стоящий рядом с вагоном, оглядел меня и, словно прочитав все мои мысли, молвил:
– На машинке не желаете?
Я опешил и удивился и собрался за одно мгновение.
– Сколько до Берегового?
– 700.
– Всего? – вырвалось у меня, о чем я тут же пожалел. «Еже ли тыща от Феодосии, то тут должно быть все полторы» – промелькнуло в голове у меня чуть раньше.
Мужик, видимо тоже понял, что сплоховал, но так как цена уже названа и по всем правилам торгов уже не может быть повышена, лишь пожал плечами. «Мол, не хотите – не надо…»
– Да, да, конечно мы поедем, – поспешил я застолбить водилу, – Ща, только за женой сбегаю!
Уже через пять минут мы, сидя в автомобиле, слушали лекцию о том, «какие же мы молодцы, что вот так решились поехать, а то стояли бы сейчас еще минут сорок как дебилы, да еще полчаса перлись бы до Феодосии, да и как оттуда добираться, а тут доедем за 20 минут!»
Я сидел в маске рядом с водителем и смотрел на дорогу. Знал, что все южане очень разговорчивы, но на «дебилов» почти обиделся. Мужик посмотрел на меня: «Да сними ты уже эту тряпку. У нас этой заразы нет. Откуда ей тут взяться? Море же кругом. Это все происки правительства. Сидят там у себя!..»
Я не за рулем. На чужом полуострове. Я повиновался. «Вдруг не туда увезет?!» Мужик опять прочитал мои мысли: «Вон оно, ваше Береговое», – указывал он налево от дороги, – «Какой у вас адрес?» Жена назвала адрес, и водитель стал вбивать его в телефон, совершенно не смотря на дорогу. В какой-то момент мне захотелось поменяться с ним местами, но за секунды до столкновения, он то отпускал немного газ, то уходил со встречки, видимо оттягивая наш конец.
Мужик таки довез нас прямо до ворот гостевого дома. «Ишь, под старину отделали», – разглядывал он фасад. Пока мы расплачивались, забирали багаж и благодарили, таксист достал из багажника полторашку и торжественно объявил: «Свое! Деревенское! Настоящее! Не вода! Пробовать надо!» Я успел лишь хлопнуть глазами и почувствовал, что вместо ручки от чемодана у меня в руке оказалась пробка от той же полторашки, наполненная какой-то жидкостью. «Это десертное», – пояснил он, – «есть еще сухое». Мы выпили по пробке и согласились на сухое, расставшись с еще одной купюрой. «Если надо привезу, сколько надо привезу, поедите обратно – позвоните – довезу, куда надо довезу!» – продолжал мужик издеваться над нашей усталостью. Он записал свой номер на листочке, вручил его жене и заверил, что он все и всех знает. «Только позвоните! – все будет» – он потряс указательным пальцем и укатил.
Дом снаружи был выкрашен в розовый цвет с персиковым оттенком. На втором и третьем этаже висели белые балконы с широкими перилами. В двухметровой стене виднелись подделанные по старину полукруглые ворота и калитка темно-коричневого цвета с металлическими заклепками. На калитке скотчем был приклеен листок: «Есть свободные номера» и пара телефонов. Мы подошли к калитке и подергали ее. Она не открывалась. Жена заметила справа от входа переговорное устройство. Мы позвонили и назвали свои имена. На том конце что-то защебетало и попросило подождать.
Дверь щелкнула и перед нашим взором появилась немолодая женщина со всклоченными волосами и какой-то желто-зеленой мазью на морщинистых щеках. Одета она была в светлую футболку, синие бриджи и шлепки.
«Ой, вы уже приехали? Мариночка, Юрочка, как хорошо! – она перехватила мой взгляд, – вы не смотрите, это я кожу немного подмазала, завтра уже все сойдет… Пойдемте, я вам сейчас все покажу. Кстати, дверь открывается так – одновременно наживайте вот эти три циферки». Она несколько раз растопырила пальцы, показывая нам код. Я сложил цифры в мозговую ячейку памяти. «Пойдемте! – и она тут же тормознула, – Так, вот здесь у нас ванночка, чтобы ноги мыть, когда придете с пляжа или еще откуда, обязательно споласкивайте ноги, потому что песок – это кошмар, ребята, какой-то!». «Вон там у нас кухня, – кинула она на дорожку, уходящую налево и за угол, – я чуть позже ее покажу». «Так, – поднялась она на крыльцо, – тут мы снимаем обувь». «Снимаем, снимаем! – проговорила Стелла двум оторопевшим туристам, – и проходим дальше». На крыльце стояли этажерки под тапки. На некоторых стояли шлепки и босоножки. «Мы тут не одни» – пошутил я сам себе и прошел в дверь за хозяйкой. «Вот здесь мы сейчас оформимся, – показала хозяйка на маленькую гостиную, выкрашенную в синий цвет, – или сначала в номер?». «Давайте сначала в номер», – она не дала нам ответить, но я заметил в гостиной стойку, широкий кожаный диван над которым висела какая-то картина. Напротив окна стояло пианино, на крышке которого по краям расположились два баяна. Мы стали подниматься по узенькой, но симпатичной деревянной лесенке. Стены лестничных пролетов и коридоров были выкрашены в теплый желтый умиротворяющий цвет. Мы поднялись на третий этаж. Сразу налево была деревянная дверь в наш номер. А номер на двери был 10.
Стены комнаты были насыщенного свекольного с малиновым оттенком цвета. На контрасте с коридором по глазам прямо-таки резануло. Мы знали по фоткам на сайте, что каждая комната покрашена в свой цвет. Но ожидать такого не могли – ни за что бы жилую комнату я не стал красить с такой оттенок. Первое, что я сразу с удовлетворением приметил, в туалетной комнате была душевая кабинка.
– Мы не ждали вас так рано, поэтому нагреватель не включали, – Стелла воткнула вилку в розетку, – а, кстати, как вы так быстро доехали?
– А вот! – загадочно и торжественно улыбнулся я.
Далее мой взгляд упал на огромную застеленную кровать и еще одну односпальную, на которой был только голый матрац. Стелла опять перехватила мой взгляд:
– Ну, вот видите, это трехместный номер, но я пошла вам навстречу и только двоих вот вас поселила, а номер трехместный и эта кровать пусть тут постоит, куда ж ее девать…
Далее она показала нам холодильник, небольшой столик с двумя табуретками, телевизор, кондиционер и махнула рукой в сторону балкона.
– А сеточка у вас на балконной двери зачем? Комары? – спросила жена.
– Ну да, комары. Вы понимайте, их раньше не было, а тут просто лето такое, видите, но их немного, почти нет… Кондиционер при открытой двери не включайте!
– Знаем, не дураки, – подал я голос.
– Ну, все, ребята, там сейф, вот к нему инструкция. Старый пароль к Wi-Fi не работает, там что-то сломалось, а вы же понимайте, эти айтишники – им бы только деньги с нас содрать, поэтому Валера все сам поставил, и там в коридоре новый пароль висит.
– Ясно, – а сам подумал: «Разберемся!»
– Слушайте, только дыни в номере не ешьте, потому что потом такой запах – это какой-то кошмар, ребята, ничем его потом не выветрить. Так, пойдемте, оформимся, достаточно одного паспорта.
– Извините, Стелла, а вино в номере пить можно? – с надеждой спросила жена.
– Нужно!!!
Жена вызвалась оформляться. Я занялся распаковывание чемоданов. Расставлял все по полкам и тумбочкам. Помимо всего перечисленного рядом с дверью был еще небольшой шкаф с тремя ящиками и большим зеркалом. В один из ящиков я сразу запихал помпезное покрывало с кровати. Жена что-то задерживалась. Я почти все разобрал и почитал правила проживания. Затем, следуя алгоритму, ввел в сейф новый код и закрыл в нем рулон туалетной бумаги. На тот момент в моей голове он был самым ценным предметом. Далее выполнил все шаги для открывания и сейф открылся. Для уверенности попробовал еще раз – все работает. Рулон оставил в сейфе.
Пришла жена. Длительное ее отсутствие объяснялось тем, что Стелла показывала жене кухню и обеденную зону.
– И что там?
– Да нормально все. Сам потом увидишь.
Мы приняли душ. Ну как приняли. Напор воды, как и на всех курортах нашего юга, был настолько мизерным, что мы просто везде стали сырыми. И потом все это вытерли полотенцами. Достали, наконец, фляжку с коньяком и чокнулись за прибытие. Я выглянул на балкон, выходящий во внутренний двор. Весь балкон был чем-то загажен и по нему ползали пауки. Я поморщился. После второго дзыня, несмотря на поздний час, решено было прогуляться для знакомства с прилавками, торгующими закуской.
* * *Село Береговое расположилось вдоль побережья по одну сторону от трассы Е97. По другую сторону были только пляжи и море. Вдоль берега, то есть с севера на юг, село протянулось на три с лишним километра. Почти на всю его длину вдоль трассы расположились ларьки, бутики, магазинчики, столовые, пиворазливательные, шаурмапокупательные и музыкально-развлекательные. В общем, как и в любом месте общипывания туристов. Чуть в глубине стояли трех-четырех этажные отели первой линии с видом на море. Еще дальше – двух-трех этажные гостевые дома. В глубине одноэтажные домики сдавали на лето свои комнаты. Не все участки, правда, были застроены. Нередко на болотистой почве был воткнут только забор с номером телефона. На некоторых же участках шла грандиозная стройка. Ну как шла. На летний период была почти заморожена. Но перспективой потрясала. На паре строительных объектов заморозка затянулась и вместо недостроенной террасы виднелась растяжка опять же с местным телефоном. Встречались даже такие дома, первый этаж которых снимался отдыхающими, второй облицовывался, водоснабжался и канализировался, а на уровне третьего лишь торчали бетонные строительные балки.
В ширину село сужается с севера на юг с 1 км до 200 метров. Такая вот трапеция. Мы жили на севере, где поселок упирался в озеро Кучук-Ащиголь. До моря по прямой было 700 м. До ближайших торговых рядов столько же. Мы специально выбирали, чтобы было местечко потише. Ну, переборщили немного, бывает. Люди и мимо нашего дома топали…
* * *Вечерний курорт был на высоте. В уши гремела музыка с живым пением, в нос бил запах шашлыка со специями, в глазах маячили нетрезвые туристы. Над головами у нас кружила мошкара. Цены нас неприятно удивили. Нам намекали, что в Крыму дорого, но чтобы настолько! Поход за продуктами мы решили провести по принципу рекурсии: сначала идем в одну сторону, спрашивая и запоминая цены, а возвращаясь обратно, покупаем товар там, где цена на него ниже.
Тротуар в некоторых местах вместо широкой плитки превращался в узенькую дорожку из мелкого гравия. Отдыхающих было достаточно много, и мы быстро устали пробиваться между вальяжно прогуливающихся тел, одетых кто в вечернее платье, а кто в одни плавки. Масок действительно никто не носил, а на продавцах она лишь изредка угадывалась. В конце концов, усталость за весь этот день победила, и мы достаточно быстро развернулись, купив помидор, яиц, воды, растительного масла, пачку сосисок и две шаурмы, которые нам отдали бесплатно в виду отсутствия сдачи.
– Завтра занесете! – уверил нас высокий кулинар-продавец кавказской национальности.
«Ничего себе, доверие. Хотя, наверно, по нашей еще белой коже, он понял, что линять отсюда мы будем не завтра. Однако три сотни на дороге не валяются…»
Кстати, бросилось в глаза то, что все цены и в магазинах, и в киосках, и у просто торгующих на улице людей были круглые. Я не видел и дальше ни одного ценника, заканчивающегося девяткой!
Мы пришли домой и допили коньяк с шаурмой. И то и другое оказалось очень вкусным. Жена свалилась спать, а я улегся смотреть последний четвертьфинал высшей лиги КВН.
Сутки № 4
Будильник прозвенел в пятнадцать минут шестого. Через пять минут электрический чайник, один на пять комнат, стоящий на подносе в коридоре, автоматически отключился. Я отхлебнул кофе и пошел совершать туалетные процедуры. Затем вместе с женой с продуктами в руках спустились вниз. Крыльцо главного входа было завалено комариными трупиками. Мы надели шлепки, обогнули дом и, пройдя мимо мангала, попали на внутренний двор. В центре дворика находились две небольшие искусственные лужи, которые на сайте гостевого дома назывались прудами. Кстати, оборудованы эти лужи были по последнему слову дизайна. Рядом с пластиковыми камышами росли живые цветочки с травкой. На воде плавали кувшинки. Везде были какие-то элементы: камушки, лягушки с короной на голове, большая поганка с гномиком. В центре даже был маленький фонтанчик с подсветкой. В общем, чудесненько. Дополняла всю эту картину настоящая жаба, нырнувшая при виде нас на глубину. Жена чуть не выронила яйца.
За «прудами» стояла скамья-качели, что символизировало место для отдыха взрослых. Местом же для развлечения детей являлась самая обыкновенная песочница. Справа стоял трехэтажный домик меньшего размера по сравнению с основным корпусом. На первом этаже собственно и жили хозяева. Второй служил для съема комнат. Третий был пока не жилой. Слева длинное одноэтажное здание и было тем местом, куда мы направлялись.
Помещение было разделено на две зоны. Одна, где режут, моют, варят и жарят. Это собственно кухня. В ней стоял общий холодильник, обычно набитый до отказа. На дверце скотчем были приклеены правила пользования кухней и обеденной зоной. Рядом внизу приютилась мусорка. У окна были расположены две мойки с сушилками, у стены две газовые плиты на 4 конфорки каждая и микроволновка, напротив – шкаф для хранения посуды. Под мойками была полка, где в отдельных пластмассовых корзинках хранился разнообразный скарб каждого номера: масло, картошка, специи, яйца и прочее снадобье, не вошедшее в общий холодильник и не требующее заморозки. Там же находились кастрюли и сковородки.
Обеденная зона была бóльшего размера и включала в себя пивной набор зеленых пластиковых столов и стульев «Оболонь». В углу стоял торговый холодильник «Coca-Cola» с напитками, подавляющую часть которых составляли алкогольные. На боковой стенке холодильника скотчем был приклеен прайс-лист. Рядом стояла древняя радиола, наверху которой расположился двухкассетный магнитофон-приемник. На стенах были развешены старинные ходики, пионерские барабаны и горны, а также керамические игрушки. Довершая старину, между стенами и потолком развесились многочисленные паутины. Настоящие!
На кухне вовсю уже орудовала тетка из Кировска Мурманской области. Я назвал ее «мурманчанка». Она показалась мне скромной и немногословной женщиной, что нам с женой очень даже симпатизировало. Они жили здесь уже чуть больше недели. Их пятеро: она с мужем, дочь и пара внуков.
Все ножи на кухне были, мягко говоря, тупые. Самое обидное, что я перед дорóгой не наточил и наш собственный нож. И теперь под лезвиями все мялось и крошилось. Сковородки было всего две: маленькая и побольше. Ясно, что без антипригарного покрытия. Пока мы решили ими не пользоваться и сварили по паре яиц и сосисок, намазали на хлеб паштет и заели все это помидором. Затем, согласно «кухонным» правилам, как можно старательней все за собой вымыли и вытерли. Быстренько собравшись в номере, мы отправились к морю.
Пляж, в том месте, где мы перешли дорогу по светофору, состоял из трех слоев: сначала после травы шел песок, затем песок вперемешку с ракушечником и у самой воды были только ракушки. Вода была невероятно прозрачной, но больше всего порадовало нас, что совсем не было медуз, от которых в свое время я отбывался на западном побережье Крыма и курортах Краснодарского края. Было, правда, одно неудобство: через пару метров от кромки воды начинались груды тяжелых, плоских, острых и скользких камней. Буквально на первом же заходе я оцарапал ногу, хотя и заметил это лишь на следующий день.
Три часа мы купались и загорали. В перерывах между заплывами я решал свое судоку или лежал с закрытыми глазами, слушая шум прибоя, жена старательно сканвордила или нежилась, слушая легкий ветерок. И народу на пляже было не то чтобы много. Все просто было обалденно. Мы на море! Мы отдыхаем! Кайф!!!
Ближе к одиннадцати часам, когда солнце начало жечь наши еще неокрепшие тела, мы свернулись. К тому же у меня не было головного убора, который мы хотели приобрести здесь. Жене, как обычно, надо было исследовать побережье на случай «а вдруг там лучше», и мы немного прогулялись вдоль моря. В принципе, все побережье был сплошной пляж без всяких разделителей и платных мест. Купайся и загорай, где хочешь. Большой плюс. Приметили местечко, где человеческих тел было меньше всего. Возвращаться на основной пляж было уже неохота и мы, перебежав трассу в неположенном, но очень удобном для нас месте, вернулись домой и приняли душ.
Так как продуктов мы вчера впрок почти не закупили, то создание обеда собственными руками пока решено было заменить посещением одного из учреждений общественного питания. Заодно надо бы дойти за продуктами до супермаркета и рынка.
Когда все открыто и все на виду, то самые низкие цены обнаруживаются по бóльшему скоплению людей. Дешевую по туристическим меркам столовку мы нашли достаточно быстро. И называлась она просто: «Еда». В ней были заняты почти все столики. Столовка по соседству, где котлета стоила всего на пять рублей больше, пустовала, хотя и работала. Мы стойко выстояли очередь и с наслаждением перекусили борщом, правда без сметаны – она уже успела кончиться. Я взял рожки с тефтелем и сок каркаде, жена – плов и компот.
До рынка было еще не близко, но желудок уже не ныл. А рынок был как рынок. На трех квадратах лавок по всей длине и плюс по периметру не было свободного места. Жена выторговала мне желтую панаму с зелеными кактусами. Тут же мы купили картошки и пару персиков. В супермаркете по соседству взяли воды, гречки, пачку спагетти и серебренного молотого перца. Серебренного, конечно по цене. На обратном пути заглянули в мясную лавку, осмотрели ассортимент и купили немного мяса и лука. Сегодня в магазинах нас попросили надеть маски. «Какая-то директива пришла или проверками пугнули» – решил я объяснить неожиданное изменение.
Дома после двух бокалов «красного сухого деревенского» мы завалились отдыхать. Матрац, я вам скажу, в номере отменный, а вот с подушками беда. Не подушки, а притычки какие-то. Только мы завалились, как какой-то мужик с триммером через пустующий участок от нашего дома в это самое время решил, видимо, принять у себя финал «Евро-2020» и подготовить поле. Шесть часов подряд он вылизывал свой запущенный участок, жужжа в наши уши через открытую балконную дверь. Жаждущая отдохнуть в тишине жена была мягко сказать раздосадована и, не смотря на свою скромность, сыпала в адрес косильщика весьма нелестные слова. Ну, раз поспать не удастся, то мы листали страницы своих книжек. Вдруг позвонил брат. Так как связь очень дорогая и у меня только за соединение не только вылетят все деньги, но и уведут в минус, то отвечать я не стал, но расстроился. Что могло приключиться? Ближе к шести вечера незаметно подкрадывающийся голод внезапно напал на обомлевший от горизонтального положения желудок.
На плите уже стоял пяток кастрюль, в которых варилось что-то. Жена нарезала и отбила мясо. В виду отсутствия молотка, отбивать пришлось тупым ножом. Получилось неплохо. Затем она закинула спагетти в кастрюлю, масло на сковородку и стала жарить и варить. Я как обычно был на подсобках: подай – унеси, вымой – порежь, поцелуй – обними. Поужинали мы знатно: жаренные отбивные из свиной шеи со спагетти, черным перцем, желтым помидором, белым хлебом и кофе.
После ужина жена решила, что никуда сегодня уже не пойдем, не смотря на то, что я уговаривал ее отдать кавказцам деньги за шаурму. «Вдруг вычислят и ночью зарэжут!» Ладно, решили поесть персики на балконе. Балкон с одной стороны был закакан гнездящимися на крыше голубями, а основная его часть была захвачена паутиной, с которой на нас недобро смотрели пара сотен глазиков. Мы вернулись в комнату и скушали фрукты за просмотром телевизора.
Сутки № 5
Сегодня встал в пять. Опроцедурился и пошел готовить омлет с сосисками и помидорами. На кухне в такую рань никого не было. Вскоре спустилась жена, приготовила бутерброды с паштетом и налила кофе. Мы быстренько позавтракали и собрались на пляж.
Еще вчера нами было присмотрено немноголюдное местечко и разведана практически прямая дорога от дома до моря, покрытая очень мелким гравием. Вначале пути нас приветствовал своим воркованием крымский голубь или вяхирь. «Уху-ух-уу-уху» – раздавалось в ранней тишине. «Это он тебя встречает», – почему-то говорила жена. Затем, проходя мимо солидных домов с автоматическими воротами и солнечными батареями на крыше, мимо стен с вылепленными львами и витиевато коваными калитками, мы выходили близко к озеру, где слышали очень быстрый пересвист «пирим-пирим-кр-кр-пирим-пирим-пирим-крык». И так много раз и быстро. Я долго пытался разглядеть птичку среди травы и белых лебедей, но все усилия так и остались тщетны. Далее концерт подхватывали ласточки. «Вик-чи-вик-вик» – быстро чивкали они, сидя рядами на проводах. Тут же по правую руку за простым сетчатым забором виднелся полузаброшенный огород с рядком засохшей картошки, морковки и свеклы, еле заметных в такой же пожухшей траве. Далее мы шли мимо трех огромных гостиных домов, фасад которых представлял собой живую стену из роз. Здесь мы ненадолго задерживались, так как жене нужно было проверить запах красных и розовых цветков, которые так и склонялись к ней. Далее нам нужно было нарушить ПДД, так как никакой зебры через трассу не было, а до ближайшей в обход полкилометра топать. Вообще-то у остановок общественного транспорта должны быть расположены пешеходные переходы, а тут вот как хочешь. Кстати, переходить где попало скоростную трассу в Береговом – очень распространенная практика. Иногда и по зебре, но на красный – хоть бы что. Да и вообще было ощущение, что за порядком в селе смотрит мафия, а не полиция. Первая так и чувствовалась, поэтому второй нигде не было видно.