Перевал «Сломанных»

Глава.1. Труха

Мелкая мусорная труха струилась, засыпая ботинки мальчика вместе с жизнью. Сознание замерло от произошедшего с ним полчаса назад. Через прорывы в уме лез ужас утилизации.

Упёртые в гребень террикона ноги, дрожали. Отбившись чудом и отступив на эту вершину, упал без сил замершим механизмом. Он не мог вернуться назад и не мог думать куда идти дальше. Жизнь его рассыпалась трухой на этом гребне террикона.

Смотрящий добывающего участка и контролёр клотов, мехов и ботов теперь «стал сырьём на склоне». Сырьём отработанным и сброшенным на нижний, участок террикона. Он физически ощутил, как оценив и подсчитав затраты, раздробят его тело в утилизаторе. Измельчённую органику скинут в чан выращивать другого мальчика, с меньшей ценностью и сроком эксплуатации. Мальчик смотрел на перевал поверх трухи терриконов металла, пластика и мусора.

А перевал зубастыми тенями терриконов закусывал горизонтом. Огромные трухлявые зубы его вгрызались в слепящий диск закатного солнца. Солнце истекало кровью тепла и света. Супермеханизм терриконов, допивал жизнь умирающего заката.

На спасительном гребне становилось промозгло, усиливая ощущение, что жизнь мальчика лишается последнего живого тепла.

За спиной в его жизни была только боль, одиночество и животный ужас утилизации. Сегодня у нападавших была ясна цель– премиальные соцпайки и его накопленный жизненный и производственного опыт. Опыт навыков старшего участка ботов и двух роёв нано «блох», постоянно сохранялся в памяти его базового импланта.

Это единственное чем он владел. Его жизнь протекала на участке добывающе- производственной компании «Феникс». Другой у него не случилось.

– «Кому ты нужен без своего опыта и умений? Храни их!» – учил его отец, пропавший при полёте к астероиду. Мелкий камешек, проскочив защиту турелей, полыхнул в реакторе челнока вспышкой ядерного распада. Поступлением похоронного чека на пару тысяч кредитов закончился заработок отца для их осиротевшей семьи.

–«Если бы они долетели, то страховка могла быть в трое больше» – все что добавила к этому компания-наниматель.

Мать сразу на следующее утро отправила мальчика в корпорацию переработки сырья. Его домом стали терриконовые поля отработки со всего мира.

Сидя в ступоре, глядел на ссыпающуюся на ботинки труху.

– Пустая порода. В сброс. – профессионально на глаз, определил. Не отдавая команды ботам, согревал порезанное в синяках тело на согретом днём гребне.

– Моя жизнь труха. «Пустая порода на сброс», – сказал себе и почувствовал возмущение и боль. Отдал команду «одёжным» блохам, сформировать утепляющий ворс на открытых участках тела. Понятно, что возвращение станет приговором утилизации его в пищевом чане. Клоки в этот раз были чётче организованы, направленно пришли с парой мехов взять все его премиальные пищевые соцпайки и биоимплант.

Клоки, клонировались компанией для обеспечения контроля и управления работами на сырьевых участках. Клоны были временными быстро живущими копиями старших участков. Для компании клоны менее затратны, чем естественно рождённые люди, длительно растущие и обучаемые до самого совершеннолетия. Клонам обучение заменяли загрузкой чужого производственного и житейского опыта с имплантов естественных людей. Клоны росли быстро и потому все время просили есть, издавая клокочущие звуки горлом. За это и за то, что вырастали из клочков тканей другого человека, в посёлке их презрительно звали клоками.

Все клоки, были легко управляемы, но его были часто голодны и недовольны. Им не хватало стандартного технологического питания, выдаваемых системой. Быстрый рост старил быстрее.

Клоки были почти детьми в поведении, но с его навыками и реакциями на имплантах, достаточно умелыми старшими на своих участках. Постоянное недоедание делало их жестокими, почти животными. Только навыки с его импланта делал их годными для задач управления пром.участками. А большего от них и не требовалось.

Технологически выращивались, питались техноедой, жили в техножилье, умирая становились техносырьём для новых партий клонов. Малозатратное и эффективное функционирование технопроизводства.

Они подстерегали его в темноте каньонов за Центральной группой выпрашивая у него еду из соцпайков. Клянчили еду у единственного им известного «родного» существа.

Организовываться в стаю, они могли, и чуйка у них была. Самый высокий клок А доминировал в их стае. Обычно система быстро разводила таких беспокойных по разным участкам, но тут это не происходило. Часто система Центральной не справлялась с текущим ростом данных и периодически теряла контроль над процессами, уходя на перезагрузки и гибернацию. Усиливать мощности мехинтелектов не считалось рентабельным решением в эру ограниченных ресурсов. Дешевле использовать клонов людей с чутьём и готовым опытом предыдущих смотрящих производств.

В своей семье мальчик видел естественных детей. У него была мама, брат и сестра. Брат и сестра были ещё слишком малы для отдавания компании и потому семья получала соцпайки на работающих и иждивенцев.

Мальчик, конечно, иногда подкармливал своих клоков как своего брата и сестру, но их нападки учащались. Клоки становились все организованней, требовательней и агрессивней, пока сегодня вечером это не стало атакой хищников.

Новый выданный Центральной имплант с пометой Bio, имел широких список совместимости с большим набором каналов взаимодействия с чистыми мехами, биомехами и даже с биотрониками усиленными блоками нервных сплетений. Биотроники как все биомехи были более гибкими и разнообразными в поведении и от этого более сложными в управлении. Выработка у них была больше и менее затратна. Нейрочипы сплетений в конечностях позволяли точнее и быстрее работать, разгружая ресурс процессоров общего мехсознания.

Ещё подключая новый биоимплант, неожиданно испытал одновременно эйфорию и тревогу, как перед внезапными и опасными событиями. Огибая угол Центральной и входя в распадок, под жарким закатным солнцем он ощутил за грудиной стылое дуновение холода.

– Что-то не так! Будь готов! – привычно среагировало его тело. Резко, толкаемый неосознанным порывом чуйки, переодел со спины на грудь бокс со соцпайками прикрыв им имплант над сердцем. Командой поручил рою «одёжных» наноблох, что всегда носил на себе, сформировать на спине чешуйчатый травмозащитный панцирь.

Осторожно стал входить в тень между терриконами.

Эта спонтанное решение и спасло ему имплант и жизнь. Он оказался готов к внезапной атаке. Их было шестеро: высокий клок А с двумя крепышами, и два бота типа «сурикат» с увеличенными кейсами переноски на хребтах.

Высокий выскочил первым, ведя ещё двоих крепышей, размахивающих лезвиями с боковых склонов. Одновременно их мехи схватили его сзади за ноги. Уклоняясь от секущих спереди ударов, он упал на спину. Лежачего начали сечь втроём.

У всех клоков в руках были сформированные наноблохами промышленные секаторы, которыми они и попытались срубить с груди имплант. Рубя торопливо и, не умело, били чаще по боксу контейнера и меньше по телу, не попадая по импланту.

Бокс на груди, помешал отрубить имплант и дальше оттащить его тело в чаны производства пищи.

Перекатом подставил защищённую броней спину и смог встать на ноги и взбираясь отступить на гребень. С гребня удачно бросаясь кусками породы попал высокому в голову и двум суриботам разбил камеры. Высокий сослепу оступился и упал в каньон. Ослепшие боты визжали по крысиному крутясь на месте. Крепыши, потеряв управление отступили в тень распадка и свистнув оттуда, увели за собой повреждённых ботов.

Затихло шуршание уходящих, но его долго не отпускало напряжение ужаса внезапного жестокого нападения. Если бы им удалось задуманное, то назавтра высокий клок-А стал бы смотрящим на его участке, сразу перескочив с контроля роя ботов и мехов, до смотрящего всего промучастка компании «Феникс». – подумалось мальчику – Не вышло! Все у всех в труху! Но ему что с ними делать после этого?! В чан?!

Он лежал на ещё теплом гребне машинально смотря на тёмный контур перевала на фоне кровавокрасного солнца. Вспомнилось как отец рассказывал историю названия этого перевала. Перевалом «Сломанных» его назвали компании пытающиеся взять там сырье. Сырья было брошено много, но поисковые группы не возвращались с его склонов. Исчезала связь с группами, а те, что иногда возвращались, были как сломанные. Клоки и люди дезориентировано бредили о чем-то центральным мехинтелектам компаний. На их имплантах исчезала вся личная информация. Боты становились обнуленными и смогли только привезти за собой потерявших ориентацию и память людей.

Отец говорил, что за этим что-то скрывается, что-то после чего появлялись страшные и странные биотроники. Странность их была в том, что части тел людей были вживлены в каркас меха, где человеческая нервная система была грубосоединена с нервными сплетениями нейроблоков мехов. По этой схеме человеком управлял машинный разум. В обычных биотрониках, периферическими машинными устройствами были мехи управляемы человеком. А в этих странных и страшных, человеческие органы и части тела став периферией машины, каким-то образом не отторгались и оставались длительное время живыми, если этот ужасный интерфейс можно так назвать. Даже по запаху от них, можно было судить, что живые ткани гнили все время, а машина орошала их чем-то, что останавливало процессы разложения.

– Знаешь это как у земноводных рептилий слизь от высыхания, что раньше ещё существовали на земле. Но это совсем другой путь эволюции, где люди создавшие машины перестали управлять ими, а стали ими использоваться и поглощаться.

Воспоминания об отце и его нейроплант, для ношения на лбу лежал у мальчика во внутреннем отсеке производственного импланта.

– Это уже новый вид имплантов взаимосвязи с машинным разумом. Это нейроплант носящий зеркальные нейроны. Это и твоё будущее, пусть ты не понимаешь пока какое.

– Всему своё время и место. – говорил ему отец перед своим вылетом.

– Зеркальные нейроны обладают обратной связью со своими зеркальными клонами. Это позволяет им обнаруживать такие нейропланты у других существ и самостоятельно синхронизироваться с ними. Взаимодействие осуществляется как тактильные и соматические ощущения «своего тела».

Лабораторию отца внезапно закрыли, когда отец рассказал компании о результатах своих опытов. Он создавал двухсторонний интерфейс сращивания человека и машины, где человек использует интеллект машина, а машина получает энергию от метаболизма тела человека. После этого заявления он потерял соцпаек…а потом ему предложили стать админом добывающей команды на метеорите…

Вспоминая отца и нападение клоков и не понимая зачем это делает, дал сигнал сбора ботам и мехам для ухода на перевал.

Перевал выпил солнце и когда на фоне светлого неба и черных зубцов возникли контуры поднимавшихся к нему его ботов, он вздрогнул и встал. Кривясь от ссадин и синяков, ещё только залеченных одёжными ботами, отдал команды мехам идти колонной перед ним к перевалу.

Назад он не мог идти, а перевал светлым зубчатым изломом как указателем, направлял к себе. Ноги сами пошли вперёд, за втягивающейся в темноту колонной мехов.

Впередиидущий бот включил свет и долго в тишине над гребнями терриконов то вспыхивая, то исчезая, махал призывно пучок света обозначая маршрут группы. Но ни центральная ни клоки с мехами участка не интересовались играми света и тьмы там, где ничего живого не могло быть сейчас.

Глава.2.Би

Мрак темной смолой слеплял мир вокруг. Только фонарь впередиидущего бота мерно качаясь, то ярко рассекал ее цветастыми слоями рыхлых склонов, то снова заливал прилипчивой тьмой. После ослепляющих волн света накатывались бездонные воронки тьмы. В них ему мерещились перекошенные злобные лица и лезвия, занесённые для ударов.

Мерная спокойная ходьба, понемногу успокаивая воспалённое воображение, стала клонить его в сон.

–Понятно, что ночь, но дальше и дальше от этого места. -убеждал он себя. – Я устал и хочу отдохнуть. Хочу отдохнуть и хочу спа-ать… Ааааа- Спать!!! Стоп! – включив аудио и начал распоряжаться:

– Матка роя -рассчитать и установить дополнительное патрулирование перед идущей группой, при смене событий доклад немедленно.

– Bi, принято-выполняю.

– Старшая сурикатов -предоставить двух соединённых в транспортную площадку ботов мне для передвижения,

– Bi, принято-выполняю.

Скорее он не увидев, а почувствовал, как перед ним на тропе встали бок о бок два бота «суриката». Хрустнув сухо сцепляемыми ложноножками корпусов, создали частую и крепкую решетчатую транспортную площадку. Укладываясь, на неё как на лежанку, распорядился:

– Сажусь, закрепить.

– Bi, принято-выполняю.

Осторожно улёгшись на покачивающейся спины сурикатов, с удовольствием вытянул натруженные ноги. Дождавшись зацепления и пристяжки ложноножками одёжного покрытия тела к «лежанке», обмяк и наконец расслабился. Уже в процессе шагающего движения «исчезли» звуки, а потом и ощущения тела. Он провалился в сладостную черноту сна.

На пром.участке не разрешалось нецелевое использование ботов, но сейчас он хотел спать. Участок оставлен, а он здесь главный.

Приснившийся ему сон стал кошмаром:

– Он маленький и беззащитный стоит посреди серого тумана, сдавливаемого окружающей тьмой со всех сторон. Из тьмы на него выползают черные смолянистые щупальца. На конце каждого растут жутковатые клоки с машущими механическими руками-лезвиями и ядовитыми клыками. Он уворачивается от них, но их выползает все больше и больше, все ужасней и опасней. В момент, когда они уже окружили его полностью стеной челюстей и клыков, заслоняя его возникает отец.

– Вспомни!!! – кричит ему отец, хлопая себя по блёстке на лбу. – Быстрее!!! Времени нет!!!

Тут Би начинает расти и становится огромным. Толстые щупальца сверху уже видятся ему черными змеями со страшными биомеханическими клыками. В терриконах он видел много таких ползающих гадов. Эти из людей и мехов, большие и щелкают гадкими челюстями пытаясь в него впиться. Понимая теперь свой рост Би поднимает свой огромный ботинок и топчет их в гневе: – Хрясть! Хрусть! Хрумммм! Хрясть!!!

Змейки пытаются уползти и скрыться в тьму. С его лба, как прожектор головного суриката, вырывается золотистый луч. Свет прожигает змей на части оставляя чистую освещённую тропу. Горящие змеи, истошно извиваясь верещат:

Bi!!!, Bi!!!*, Bi!!!*!

–Что?! Кто?!! Доклад – просыпается рывком Би, судорожно дёргая ногами со сна и мешая идти ровно, своей «кушетке».

–на периферии движения группы визуально обнаружено компактное организованное размещение 75% AI массой 20-25кг.

–визуально, это чем?

–оптика точного отображения при малом освещении.

–понял, признаки роя и команды имеются для размещения?

–имеются, они спрашивают предоставление.

–слушаю.

…. Bi!– Bi! -Bi!

–кто это? Представление…

– Bi, представляюсь – матка отдельного роя, спрашиваю предоставления доступа к интерфейсу группы в движении.

–представьте полный доклад вашего размещения и задач.

–находимся здесь три цикла на участке добычи, экспериментальная группа, извлечение материалов по командам, команд длительно нет, люди и клоны длительное отсутствие, сырье добывается и размещается, команд к доставке нет, сейчас встреча с вашей группы в движении, спрашиваю предоставление к общему интерфейсу группы, имеем нейроканал совмещения аналогичный имеющемуся у вас.

– принято, почему обращаетесь ко мне как к Bi? Что за нейроканал?

– смотрящий группы, ваш имплант имеет префикс Bi+ присоединённый нейро, подтверждаю соответствие коммуникабельного интерфейса, спрашиваю предоставление доступа к участию в группе, нам требуется питание и ремонтный компенсационный ресурс элементов роя.

– понял, рассматриваю, ждите.

Со сна плохо думалось, но начав он цеплялся от одного к другому по цепочке:

– О! И так бывает?! Большой рой, добывающих блох просто оставили на месте без обеспечения и управления? Возможно, при закрытии или оставлении участка? Как они все это время, каждый день без ежедневного подтверждения задач функционировали? Просто оставаясь в рамках последней команды, продолжали добывать производственные материалы. Уже накопили на производство, например нескольких средних мехов. А питание световыми панелями копили днём? А когда солнца мало было, то, что они просто замирали навсегда и все? Меня клоки голодные рвали, а эти замирали без энергопитания каждую ночь не выпивая энергию матки роя? Ужас каждого вечера на заходе солнца предстал перед ним, погрузив его в черноту ещё более вязкую чем, тьма у основания самых высоких терриконов гряды перевала «Сломанных».

Он вспомнил как рассказывали, что своё название перевал также получил от находимых куч сломанных человеческих костей вперемежку с изломанными частями мехов, видимо тех, кто не смог вернуться с разведывательных рейдов.

–Брррр… передёрнулся он, прочувствовав сцену как сам в ней участвовал, с тоской провожая ещё слабое свечение рождающегося восхода за зубастым срезом перевала и чувствуя подступающий холод ветра с низин.

– Что мы будем с ними делать, не имея команд? Кто я? Би это я? Так это биоимплант себя идентифицирует, подписывая префикс Bi+ нейро перед запросом и ответом. Хотя неясно что за +нейро и ведь, наверное, удобней отделять себя от стаи-группы в движении, да и группу тоже разделять по роям и звеньям чисто административно. Всему нужны названия для точного нахождения своего места во всем: в мире, в компании, на участке, в команде, в группе, в рое, в стае, в …в себе. Теперь я Би? Наверное, так удобней и мне в первую очередь. Отец говорил, что мужчина сам делает своё имя. Так поступали народности земли раньше, не давая до испытания самостоятельности имя мальчику. Пока нет имени, нет и человека -мужчины, и нет никого другого, как оставленного замирать роя. Ещё одна-две холодные ночи для роя и определенно их не станет.

Он вспомнил как в его семье мама называла членов семьи- своими, а живущих в посёлке – живущие рядом и вместе в одном посёлке «Южно-промышленный 55313Б», отделяя статусно разным уровнем доверия и открытости отношений между живущими рядом и своими. Отец, рассказывая о готовящейся работе на астероиде, описывал чёткое разделение прав и обязанностей всех участников в группе добычи. Это позволяло группе работать как слаженный эффективный механизм. Свои, не выясняя отношений в распределении работ и степени участия экономили время и силы. Он это называл системой социальных статусов.

Все было так и в компании. Центральная имела статус «дающей задания необходимые к выполнению», а у него как был статус «смотрящий-контролёр», указания которого принимались матками роя ботов и стай мехов к обязательному исполнению». И это позволяло функционировать участку в одном слаженном ритме. Статус определял набор доверительных и обязательных действий между членами участка, группы, стаи, роя, поселения и семьи.

Так и со Своими, но среди них было больше доверия и взаимовыручки, чем обязанностей. С рядом находящимися взаимодействие начиналось с определения, что они хотят и нужно это своим или нет.

– И теперь они идут не как «рядом идущие» по статусу, как группы. Теперь у нас все «Свои», но по статусам с разными перечнями выполнения задач и функционирования. Мы свои друг другу. Свои, где бы не были и где бы ни встретились. Если группа разделилась, то части ее имеют большую жизнестойкость при взаимодействии. Между Своими обмен энергией, ресурсом проходит без оценки, по имеющемуся статусу нужности необходимого как обмен «по запросу» и/или наличию. С идущими рядом как не связанным общими задачами, только после процедуры оценки наличия, и нужности своим взаимодействия и обмена.

Но что за нейро? – вспоминал он и – Вспомни!! Отец!!! – сердце гулко забилось, и он вспомнил – нейроплант мягкой лепёшечкой лежавший внутри производственного корпуса биоимпланта.

Би достал его и не думая прижал к месту на лбу как у отца и… защипало кожу и кость лба. Было больно, но боль быстро исчезла и закружилась голова. Потом имплант на предплечье стал сообщать о подключениях участников общения и о поступающей информации. Сразу ему как бы начал сниться новый сон, но с открытыми глазами. Он все видел вокруг и ощущал тело, как и раньше, но тел у него как будто стало больше. Би видел свою руку и плечо, а ощущал поверхность ещё нескольких тел.

И поверхность того тактильного тела он ощущал поверх живого, как ощущения набора параметров жёсткости, возможностей манипуляторов и данных с тактильных датчиков прикосновений и уровня давления на чувствительные контакты конечностей. Они не были человеческими. Это были данные корпусов машины и ее манипуляторов. У него стало как будто много тел и много конечностей.

– Потом на картинке его человеческого зрения проявилась сложная фасеточная картинка его человеческого тела, видимого машинным видением, только с других точек зрения. Он себя сразу узнал, даже в этом фрагментированном отображении. И его восприятие раздвоилось.

Одновременно был он тем, кто смотрел и контролировал саму матку роя и рой и был тем, где он был контролируем как множественное осознание себя распределённых на местности.

Как Би он шевелил пальцами в воздухе, а ощущал захват зацепления за корпус суриката на котором сидела матка роя. И как матка роя он ощущал внешнее присутствие силы что сжимала через неё ее конечность против импульсов ее программы. Было ещё нечто, как тактильные трансмысли обдумывания и принятия совместных одномоментно сопоставляемых решений сжимать или отпустить ту или иную мехконечность, дать самостоятельность или навязать управление, принять и выполнять инклюзивно или предоставить решить задачу отсоединено от постигающей общности. А набор данных с участников роя своей массовостью просто глушил его персональную волю валом поступающих ощущений. Ещё немного подпитав ощущений других существ, Би разорвал командой связь и увидел-почувствовал, как дёрнулась корпусом освобождённая от его контроля матка. Хоть его это и выбивало из привычного ощущения себя такое одновременное восприятие других ботов, он все-таки оставался главным и это говорило о нужности привыкания и тренировки использовании нейропланта с зеркальными нейронами.

И словно напитавшись энергией мехов через нейроплант уверенно продолжил:

–Дальше!

– Так!! Энергия рою…, рою, рою??? Рою- «Ночная встреча»! Энергия? – Би вызвал доклад по ресурсу энергии группы, …группы? …группы?? – «Перевал»! – сверил он уже понятое инклюзивно с показанным ему по прямой команде маткой роя.

– Объём энергии у вас достаточный только до восхода солнца, когда можно будет развернуть блох в солнечные панели и накопить энергии для дальнейшего движения.

– Матка роя, встреченного ночью, твой рой обозначаю «Ночная встреча». Подключение к интерфейсу группы «Перевал» подтверждаю. По энергии –у вашего роя имеется функция теплогенераторов, то вам разрешаю сбор на моем теле между рук и ног. Буду вас греть теплом своего тела. Восполняйте энергию пока таким образом, а утром развернётесь световыми панелями и дополните свои запасы.

– Рой «Впередиидущий» группы «Перевал» собраться там же и греть имеющиеся мощностями меня и рой «Ночная встреча».

– Всем членам группы устанавливается постоянный … социальный! … статус «Свой» для равного технологического взаимодействия внутри группы как между своими.

Он сел, обхватив руками колени ног на лежаке из сурикатов и повторил про себя принятое им:

– Мехи группы ботов-вы группа «Сурикат».

– Все названы и всем определены места. – до сформировал он своё окружение в системную схему понятного ему вида.

Доел подарочную пищу Центральной и поставив напоминание о приоритете по поиску пищи или способов ее производства на завтра, дал команду закрепить его на лежаке, согрелся лучистым теплом роёв на своём теле и снова быстро заснул.

Снилось ему, что он сидит перед живым огнём в камине в кругу своей семьи. В его родной семье этого не было, а в этой новой его семье, все о своих заботились. Ещё ему снилось, что, становясь больше чужими телами и руками счищает с перевала тьму и холод, а перевал покрывается чем-то в зелёных оттенках. На утреннее небо поднялось алое тёплое солнце.

Он спал, а по щекам его пробегали быстрые, словно освобождённые из заточения, редкие стремительные слезинки.

Глава 3. Утро. Подножие перевала. Вдруги и прочие.

Во сне он ощущал себя и маткой роя и видел вокруг как она. Хоть это было смотрением через фасетки роя собранными в один общий пазл, но достаточно информативно. «Картинки» ощущений ботов и объектов что они ощущали, как «соединяло» «нитями» привязок между ними. Это было восприятие расстояний от каждой блохи роя воспринимающих их до ощущаемых ими объектов. Передавались эти данные потоком непрерывно и напрямую матке и через неё почти без обработки к Би как есть.