Расчет по любви

– Ладно, Анжела. Не буду вам добавлять загадок. Это ширма, – Львов постучал пальцем по своей визитке. – Я – помощник частного детектива Смородина Леонида Арсеньевича, вот его визитная карточка, – он достал еще одну визитку. – Данные есть и в интернете. В поле зрения ко мне попала ваша семья, Анжела. Точнее – ее глава, Николай Иванович Зеленов. Одному клиенту стало известно, что некая весьма сомнительная личность подбирается к Николаю Ивановичу, чтобы, используя его связи, затеять какую-то аферу, связанную с заводом «Пламя». И суть аферы пока неизвестна, и как будет действовать аферист – тоже. Одни загадки, как всегда бывает у частного детектива! – улыбнулся Львов. – Но, жулик этот не будет сам вступать в контакт с Николаем Ивановичем. Он кого-то подошлет. И мне надо отслеживать все новые контакты Николая Ивановича, чтобы сперва подыграть авантюристам, затем накрыть всю гоп-компанию разом, доказав их связь с заказчиком. Поверьте, оградить Николая Ивановича от этих происков в наших с вами общих интересах.

Анжела улыбнулась мудрой улыбкой.

– Я ничего не поняла, кроме одного. Если я откажусь помочь частному детективу… – она прочитала фамилию на визитке… – Смородину Леониду Арсеньевичу, то меня сразу уволят из журнала, и корейцев снимать завтра я тоже не поеду, да?

– Анже-е-ела! – укоризненно воскликнул Львов. – Откажетесь, значит откажетесь. Шантажировать вас и в мыслях не было. Разве так добрые дела делаются? С журналом будем руководствоваться детским принципом: «Рыбка клюет, назад не отдает». Успех в журнале будет зависеть в дальнейшем только от вас лично.

– Все равно вы хитрый человек, Евгений Васильевич, – уже по-другому улыбнулась Анжела. – Как же я могу теперь отказать вам? Значит, вы желаете, чтобы я познакомила вас с Николаем Ивановичем?

– Нет, не то, чтобы познакомили. Мне нужен повод, бывать в вашем доме, чтобы не упустить момент, когда рядом с Николаем Ивановичем станут появляться какие-то новые люди. Распознать среди них того, кто пришел с недобрыми намерениями. Извините, большего я вам сказать не могу. Какой повод? Вот! Это нам с вами и нужно вместе сообразить, Анжела! Расскажите мне подробнее, чем сейчас живет ваша большая семья в своем загородном доме?..

– Хорошо… А знаете, рядом с Дедом, – так мы все называем Николая Ивановича, – ведь уже появились недавно новые люди. Только вряд ли это те, кто вам нужен. Во-первых, в доме сейчас живет его незаконнорожденная дочь, Рита, недавно приехавшая с Сахалина. Всех на уши поставила уже, такая активная!.. Во-вторых, в гости к его внучке Ирише пожаловал погостить болгарский юноша по имени Боян. Они с Иришей вместе в Америке работали по какой-то там программе.

– Вот как? Давайте-ка о каждом из них поподробнее, пожалуйста…

Члены группы Гарипова собрались в Дзержинске. Добирались в Россию порознь. Сам он – из Стамбула через Минск. Вдыхая мирный воздух, чувствовал себя, будто в увольнении на срочной службе. Это было сто лет назад. Вроде свобода, девушки, мороженое, но за спиной остался провожающий взгляд старшины и казарма, в которую нужно вернуться до вечерней поверки. Только сейчас все гораздо хуже. Амир – не старшина…

Патриотизма у Гарипова поубавилось после две тысячи пятого, когда наши пограничники ушли из Таджикистана. Он остался там, как советник, еще занимался оперативной работой, помимо того, что таджиков натаскивал, но стал периодически бывать в Москве. От бывших сослуживцев наслушался, как некоторые высшие чины воруют миллионами. Проливать кровь, пока генералы карманы набивают? Хватит, он в этой жизни – сам за себя! Однако, помогать «вероятному противнику» в его планы не входило. А вот поди ж ты!.. Чего греха таить, в Сирии ему нравилось – до тех пор, пока не пострелял своих мужиков из частной военной компании. Слишком поздно услышал, что противник в ближнем бою по-русски кроет матом.

– Не переживай,– сказал ему Аль-Мубаси, когда вместе рассматривали трупы тех, кому не повезло. – Они были такие же наемники, как и ты.

– Ну да, – согласился Ислам для вида. Он отлично понимал, в чем разница. Эти парни были наши наемники, воюющие за наших, а он – чужой, воюющий за чужих.

Коготок увяз, – всей птичке пропасть. Потом были еще случаи, на войне как на войне. Постепенно Мубас перестал делать для него исключения, с кем бывший капитан Российской армии Ислам Гарипов, воюет, а с кем – нет. А перед отправкой в Россию и вопрос уже не стоял.

Скрыться? У Мубаса достаточно людей в России, готовых выполнить любой приказ. Рашид, дурачок, думает, свободу получил? Его Мубас в запас отправил! А понадобится – задействует. Откажется – сдаст в ФСБ. Или, допустим, если его старший брат откажется… Досье на каждого «отставника» у Мубаса, наверняка, залюбуешься. Голливуд много фильмов наснимал. Пока Мубас жив, придется для него жар загребать. Вот если бы кто избавил…

Гарипов оставил своих подручных в недорогой гостинице, где они сняли номера, а сам вышел на воздух, позвонить брату в Самару. Услышал родной голос в трубке, поприветствовал.

– Ислам! Ты вернулся?! – радостно заорал Рашид. Ислам не имел настроения прыгать от восторга с ним за компанию.

– Да, я – в Дзержинске, – сказал сухо. – Ты связался с тем своим приятелем по армии? Как его, Мишка, кажется?

– Мишка-Муссолини! Фамилия – «Мусолин», – пояснил Рашид. – О, он оперился сейчас! Не торгует больше. Имеет сеть микрофинансовых контор, коллекторских агентств, и еще баллотируется в депутаты.

– Прекрасно. Мне такой человек и нужен, без стыда и совести. Адрес, телефон есть? Скинь эсэмэской. И позвони ему, предупреди, что хочу с ним встретиться… Надеюсь, ты не наговорил ему обо мнелишнего?

На срочной службе в армии Рашид был водителем, помогал одному ушлому прапору из рембата сбывать на сторону «невостребованные» запчасти, имея за это послабления по службе и кое-что на карман. Покупателем выступал как раз этот Мишка-Муссолини. Ислам, тогда еще действующий офицер, сразу отрезал, что знать об этом ничего не желает, едва Рашид заикнулся рассказать. Получив же задание Мубаса, однако, тот случай припомнил, и написал по электронке Рашиду, уже кушающему мамины пирожки в Самаре, тогда как старший брат гниет из-за него в Сирии, чтобы нашел того барыгу. Требовалось решить некоторые организационные вопросы… Кафе, где была назначена встреча, оказалось не из дешевых. Муссолини встретил Ислама приветливо, чтобы не сказать – подобострастно. Видно, Рашид все-таки наболтал ему про старшего брата «лишнего».

– Рад знакомству, уважаемый Ислам! – сказал Гарипову. Глаза на улыбающемся круглом лице сузились в щелочки.

– Взаимно, – ответил Гарипов столь бесцветно, будто хотел сказать «мне по фигу», но по ошибке произнес другое слово. – Можешь помочь, Миша? – сразу перешел к делу. – Мне нужны две машины по доверенности. Две неприметные, недорогие иномарки. По деньгам решим. И еще. У тебя есть знакомые в ГИБДД? Требуется достать перечень автомобилей, зарегистрированных на одно предприятие.

– С ГИБДД – детская задачка, – ответил Муссолини.– Чувствуется, что вы давно не были дома… Сейчас в интернете полно «пробивных». Анонимно предоставляют информацию из любой базы данных на заказ, только деньги на карту переводи. Но, если вникать вам некогда, сделаю сам. А машины себе выберете в салоне, какие пожелаете, хотите – новые, хотите – бэу. Я оформлю их на божьего одуванчика, которому давно уже все в этой жизни фиолетово, он выпишет вам доверенности… Это все, уважаемый Ислам, или будет что-то поинтереснее?

«А Мишка этот не так прост»,– подумал Гарипов.

– Пока все, – голос его слегка потеплел. – Потом будет и поинтереснее, – он улыбнулся. – Допьем кофе и едем выбирать машины? Чего тянуть?..

К гостинице Ислам и вызванный им Имран вернулись на колесах и с новыми смартфонами в упаковке. Активировав гаджеты, занялись поиском жилья внаем, и к вечеру вопрос был решен. Сняли две квартиры в соседних домах на краю города, ближе к промзоне. Собрались у Ислама, обсудить, что дальше.

– Какие планы, командир? – спросил Имран. Двое его помощников, таджики, иммигрировавшие в Турцию в поисках работы и оказавшиеся в итоге в Сирии, как щенята счастливые теперь от того, что выбрались из ада благодаря Имрану, были готовы служить своему спасителю, точно верные псы. На Ислама же вообще смотрели, как на бога.

– Планы? Выявим транспорт, принадлежащий госкомпании «Биофарминвест». Эту задачу нам решит Муссолини. Поглядим, кто на тех тачках катается. Логика ясна? Дальше будем заочно выбирать кандидатов в шпионы. Кого попало вербовать не станем…

Через несколько дней у Гарипова появилось двое людей на примете, – мужчина, инженер лаборатории, Алексей Сазонов, и женщина, Гульнара Нуриева, микробиолог. Данные по адресам на них предоставил Муссолини, кандидат в депутаты, по спискам своего электората. У инженера Сазонова имелась жена и маленький ребенок, Нуриева проживала одна, и хахаля, вроде бы, в данный момент не имелось, хотя баба красивая. Гарипов решил попытать счастье с Нуриевой. Во-первых, землячка, если иметь в виду не город Самару, а историческую родину. Во-вторых, с инженером напрашивался метод силового давления – жена, ребенок, а тут ставку предполагалось сделать на любовь, что гораздо приятнее. Правда, легкой добычей «землячка» не казалась, но тем занятнее.

– В крайнем случае, придушим ее, если заартачится, и тогда можно будет переключиться на инженера, – поддержал выбор главаря добрый Имран. – А сперва порезвимся с ней!

– Садист, – покачал головой Гарипов. – Беспредельщик!

– Командир, а мы кто здесь? Террористическая ячейка? – продолжил прикалываться бывший сирийский «умеренный оппозиционер».

– Тебя что, терминология волнует? Мы наемники, которые работают за бабки, – ответил Ислам. – Но, ФСБ в нюансы вдаваться не станет. Для федералов мы будем то, что ты сказал, можешь не сомневаться. Так что, лучше не попадаться, бача.

Гарипов выяснил, что выбранная для вербовки Гульнара Нуриева посещает фитнес-центр. Пришлось взять абонемент. Гимнастикой женщины занимались отдельно, – подглядел в приоткрытую дверь, как они ноги задирают, – а в бассейне плавали все вместе. Он был уже на дорожке, когда стройная, высокая девушка вышла к голубой воде в стильном однотонном купальнике и, под цвет ему, резиновой шапочке на голове. Стала осторожно спускаться по лесенке. Гарипов вдруг подумал, как же давно у него не было женщины! Сладостная истома предвкушения пронзила все тело. С силой оттолкнувшись от бортика, он устремился вперед…

Вечером того же дня ему позвонил новый друг – Мишка Муссолини, попросил о встрече. Ислам согласился увидеться. На Мишку у него имелись свои виды. Доехал до набережной Оки, где Муссолини поджидал его. Пошли вдвоем, не спеша, по набережной. Гуляющих было немного в поздний час.

– Уважаемый Ислам, у меня есть просьба, – вкрадчиво заговорил Муссолини, – и что-то подсказывает мне, что вам по силам ее выполнить. Мне нужно оружие. Пистолеты и кое-что посерьезнее.

– Ха-ха! – усмехнулся Гарипов. – Вот так просьба! Девяностые вроде прошли, Миша. С кем воевать собрался?

– Для нас-то они прошли, но скоро здесь нарисуются несколько кадров, – вернутся из мест не столь отдаленных. Так вот, для них, боюсь, все еще нет. Могут наломать мои далеко идущие планы… По деньгам решим, как вы сказали.

Гарипов выдержал паузу, изображая задумчивость, и заговорил:

– Я могу тебе помочь, Миша, ты правильно судишь. Но, услуга за услугу, и тогда никаких денег не надо. Что требуется, получишь так…

«Это все хорошо, – думал Гарипов, возвращаясь от Муссолини. – Когда, интересно. Проявится американец?» Стоит черта помянуть! – в кармане загудел, завибрировал телефон, всегда бывший под рукой. На него мог позвонить единственный абонент.

– Здравствуй, дорогой, – Мубас всегда начинал разговор с восточной вежливостью. – Как твое здоровье?

– Спасибо, хорошо, – на язык просилось по привычке добавить «амир», но лишних слов произносить не следовало, как и имен. – Сегодня плавал в бассейне, – Ислам вспомнил улыбку Гульнары: «В бассейне я еще никогда не знакомилась!» – Познакомился с хорошей девушкой… Надеюсь, что с хорошей, – оговорился.

– Я тебя правильно понимаю – про это знакомство?

– Да, вы правильно меня понимаете… А как вы?

– Неплохо, благодарю. Вот только у наших друзей возникли некоторые осложнения, и они попросили помочь. Тот человек, что был у меня в гостях, помнишь? – речь о нем. Тебе следует с ним встретиться завтра утром. Тебе пришлют адрес на электронную почту в ближайшее время.

– Я понял, буду ждать… Есть встречная просьба. Мне понадобился спортивный инвентарь сверх того, что мы обговаривали.

– Вот как? Ну, пришли мне перечень тем же способом, я скажу снабженцу. Береги себя, дорогой!

«Побережешь тут с вами», – мысленно усмехнулся Ислам, дав отбой.

Прошло несколько дней, и Евгений Львов во исполнение плана, разработанного совместно с его новой знакомой Анжелой Сувороговой, с утра пораньше обустроился в офисе своего приятеля – частного детектива Леонида Смородина. Сам Смородин восседал за столом, топорщил усы, глядя в экран ноутбука, а Львов, откинувшись на спинку кресла и заложив руки за голову, что-то напевал себе под нос. Пение пришлось прервать ввиду появления секретарши Смородина Юлечки.

– Леонид Арсеньевич, пришла та девушка, которая звонила, – объявила Юлечка. Появилась юная особа. Поздоровалась, представилась Людмилой. Симпатичная, и ножки ничего, – оценил Львов. Голубые глаза девушки выражали решимость. По приглашению Смородина она присела на краешек стула, прикрыв колени сумкой.

– Мы с коллегой слушаем вас, – подбодрил потенциальную клиентку детектив. Львову понравилось то, что Смородин назвал его коллегой. Девушка глубоко вздохнула и принялась рассказывать:

– Моя сестра Анжела Суворогова замужем за хорошим человеком. Вся родня мужа летом живет в загородном доме. Дом большущий – прямо особняк! Дед – Николай Иванович Зеленов – его еще в советское время построил. Он на одном Дзержинском заводе руководил… В последнее время Дед чудить стал. Все никак не мог решить, кому особняк завещать. И тут случилось страшное! Из-за чего я к вам и пришла. У Деда появилась новая дочь! То есть, она и раньше была – побочная. Только жила где-то у черта на рогах, на Сахалине. Домочадцы про нее знали, но раньше никогда не видели. И вдруг заявилась, здрасьте пожалуйста! За короткое время она так обаяла Деда, – куда там прочим родственникам! И Деда словно подменили. Со всеми грубым сделался. То ему не так, это не эдак. Будто из дома всех выжить решил! Только с Ритой своей, этой новой дочерью, одной любезничает! У нас с Анжелой имеются большие опасения, что Риточка нацелилась прибрать к рукам особняк. Дед возьмет, да и отпишет дом ей. Прочие с носом останутся. Эта мадам быстро укажет всем на дверь!

– Несправедливо, – заметил частный детектив Смородин, по определению обязанный быть на стороне клиентки. – А что же вы от нас хотите?

– Мы с Анжелой уверены, что «новая» дочь – авантюристка и прохиндейка! Выясните, что она за птица на самом деле. Тогда мы откроем глаза Деду на нее. Пусть гонит прохиндейку поганой метлой!

– Что же, найти скелет в шкафу – задача посильная, – согласился Смородин, – если он есть. Но, как быть, когда скелета не обнаружится?

– Если скелетика в шкафу не обнаружится, надо его туда самим поставить! – безапелляционно заявила потенциальная клиентка Смородина.

– Вот как! – воскликнул детектив. – Не обнаружится компромата, создать его самим? Несколько иная задача…

– Дороже обойтись может! – вставил Львов. – Во всех смыслах.

Девушка, однако, поняла его слова лишь в узком смысле:

– Моя сестра Анжела Суворогова – успешный фотограф. У нее салон, а теперь еще контракт с глянцевым журналом! Она готова заплатить. Кроме того, у меня есть сбережения. Мы с сестрой не хотим, чтобы особняк отошел чужой, по сути, тете. Слишком жирно ей будет!

Конечно, девушка Людмила понятия не имела о том, что Анжела направила ее сюда, к частному детективу Смородину, по сговору со Львовым. Не знал этого и сам Смородин.

– А другие родственники в курсе вашей с сестрой затеи? Нет? – поинтересовался Смородин. – Спрашиваю для того, чтобы знать, как нам с ними себя вести… Так! Надо, прежде всего, посмотреть на одиозную «новую» дочь вашего Деда. Как, говорите, ее зовут? Рита? Она сейчас в особняке?

– Маргарита Мишуткина ее зовут. Вообще она снимает квартиру в Дзержинске, но живет в особняке. В эти дни, правда, куда-то уехала, но скоро вернется.

– Нужен повод, чтобы нам бывать в особняке, – задумался вслух Смородин.

– С этим просто, – неожиданно пришла ему на помощь Людмила. – Анжела уже придумала. Мария Николаевна – ее свекровь – нацелилась крышу в доме ремонтировать. Уже не знает, чем Деду угодить! Попросила сына Петю – Анжелкиного мужа – бригаду найти, а когда ему? У Пети в церкви службы. Прихожане у него. Петя еще даже не священник, не прогуляешь. Анжела решила, что мы с ней этим займемся. Да, только ей самой-то когда? Ребенка своего на няньку оставляет, и целый день со своим фотоаппаратом носится с выпученными глазами, – контракт отрабатывает. В итоге это хозяйственное задание перекочевало ко мне. Надо родственников выручать! Бригаду-то я уже нашла. А вас можно как бы бригадиром устроить. Самому ведь бригадиру работать не обязательно. Так, приходит, проверяет, как дело двигается.

Тут слово взял Львов, чем Смородина немало удивил:

– Леонид Арсеньевич, – обратился он к приятелю по имени-отчеству для солидности перед клиенткой, – я как бы свободен сейчас. Так мог бы, с вашего позволения…

Поскольку «Леонид Арсеньевич» изумленно молчал, Львов обратился к клиентке:

– Я, кстати, и на крыше вполне способен поработать. Так что вы, Людмила, бригаду звать не спешите. Если потребуется, сам помощников привлеку…

После того, как девушка удалилась, Смородин набросился на Львова:

– Ты меня, Женя, признаться, потряс! Зачем тебе эта тухлая история, родственные дрязги? Сам же говорил, что через этого своего друга, с которым меня познакомил, – как его, Вологжанин? – намерен немножко присосаться к бюджету!

– Успеется, Леня! Ты понимаешь, сейчас же лето! Там, в деревне, наверняка речка есть, или пруд. Это же не труд, а кайф!

– В Турции не наотдыхался?

– Там слишком жарко, – сказав это, Львов вдруг на какое-то мгновение стал серьезен. Но тут же сладко потянулся: – Еще и копеечку заработаем.

Смородин знал про Львова, что он – бывший военный. Сам же Леонид был полицейским, не прошедшим переаттестацию. Говорил, что взяточники и рекетиры в погонах прошли, а он – нет. Но, уже не жалеет, поскольку благодаря Львову с его связями дела стали налаживаться. Вроде не так давно знакомы, а ощущение, будто сто лет.

Львов решил, что пора сообщить в Центр о первых шагах в операции «Побудка». Свой человек, близкий Сурку, помочь согласился. Рядом с Сурком появилась пара новых лиц. Прибыли порознь, на первый взгляд друг с другом никак не связаны. Разберется с ними на месте…

От Вологжанина Львов приехал «домой». Молодежь была вся налицо – «дочка» Катя и «ее парень» Олег. Но первым его, конечно, встретил сэр Джордж – большая рыжая собака с удлиненной черной мордой, породы родезийский риджбек. Ткнулся носом, завертел хвостом.

– Да, Жорик, это я, – подтвердил Львов. – Привет, дочка! – Он чмокнул Катюню в подставленную щеку на тот случай, если вдруг кто-то из соседей приник к дверному глазку.

Из комнаты ревниво посмотрел «бойфренд». «Кажется, у них по-настоящему складываются отношения», – мельком подумал Евгений. Екатерина действительно была похожа на его дочь. Такая же худенькая, темные волосы, короткая стрижка. Высококлассный программист, компьютерщик, хакер, Екатерина могла бы себе найти куда более высокооплачиваемую работу, нежели в Службе. Значит, врут, что все на свете нынче сводится к деньгам… «Ее парень», Олег, был начинающий оперативник. Молодые помощники Львова и проделали для него всю предварительную работу по операции «Побудка». Пока Катя собирала по социальным сетям информацию о домочадцах Зеленова, Олег наблюдал за ними визуально и снимал на видео.

– Ну что, дети. Я уезжаю в Малое Тантурово. У вас пока как бы отпуск, но будьте на связи. И со мной, и с дядей Сережей Вологжаниным, – улыбнулся Львов. – С этого момента все конфиденциальные разговоры вести со старым дедовским способом маскировки – в ванной комнате, при включенной водной «глушилке».

Тайному агенту ЦРУ Бояну Петкову казалось, что его стремительно меняющаяся жизнь – захватывающее приключение, до того момента, пока колонна из пяти автомобилей, которая увозила его от полевого командира Салеха Аль-Мубаси обратно к турецкой границе, не попала под обстрел. Пули пропели свои смертоносные песни, ввинчиваясь в горячий воздух, дважды звякнули по железу пикапа, где ехал Петков, пробив дырки в борту. Сзади за кабиной вскрикнул один из бородатых бойцов пулеметного расчета, – он был ранен. Это вовсе не шутки, оказывается!

Летя из Стамбула в Софию, он успокаивал себя тем, что пережитой эпизод – случайность в его работе, а вовсе не обыденность. У разведчика ведь иной фронт. Его дело – сбор информации, интеллектуальные игры…

Ирина по какой-то причине отказалась пока от мысли побывать в Софии, но ждала его к себе. Получив одобрение из Лэнгли, стал собираться в Нижний Новгород, находящийся, как он знал уже, в четырехстах километрах от Москвы. Там тоже есть кремль… Ирина встречала гостя в российской столице, красивая, радостно возбужденная. Они вместе сели на нижегородский поезд, а вышли на какой-то небольшой станции, где их поджидала мать Ирины, Мария Николаевна. Если верно утверждение, что дочь со временем становится похожей на свою мать, то в случае с Ириной Боян ничуть не возражал бы, – Мария Николаевна оказалась эффектной женщиной! Взволнованная не меньше дочки перед ее женихом, она посадила их в небольшой автомобильчик и повезла в загородный дом, где вся большая семья проживала летом.

Забавным было то, что дом этот, громко называемый «особняк», похожий на жилье средних американцев, какое можно снять за полторы тысячи долларов в месяц, был во всей деревне такой один единственный. Остальное все деревянные срубы, многие уже не жилые, а большую часть обитаемых занимали дачники.

Общий обед затянулся. Велись разговоры про дальние страны: как у вас, как у нас? Вечером Ирина повела жениха гулять по окрестностям. В березовой роще пели птицы. Ежика нашли. На пруду рыболовы только что проверили сети. В прибрежной траве теперь барахтались два солидных карпа, караси и несколько щурят. Двое мужиков складывали улов в полиэтиленовый мешок.

– На рынок повезут, – тихонько шепнула Ирина жениху, – продавать. У нас в деревне этих дядек не любят, – жадные. А сосед, Юра, недавно даже с ними подрался. Весь пруд своими сетями перекрыли!.. – Ирина принялась рассказывать Бояну разные байки про свою деревню, но он даже помыслить не мог, что самой важной из всех для него окажется именно эта – про ссору соседа с местными браконьерами…

Соседа Юру, того что подрался с рыбаками, Петков увидел следующим утром. Сразу понял, лицо откуда-то ему знакомо. А, между тем, никаких знакомых у тайного агента в России пока быть не могло. Более того – не должно! Прострелило: Сирия!!! Пленные саперы!!! Это был один из них.

От соседского забора отошли, Боян что-то автоматически отвечал Ирине, и улыбался ей, сам же лихорадочно соображал, что делать? Предложил невесте съездить в Нижний Новгород. Ему, дескать, хочется скорее посмотреть на город, насчитывающий без малого восемь веков. Мария Николаевна с радостью выказала готовность отвезти детей. Когда выходили из машины возле Мытного рынка, с видом на тот самый кремль, который здесь «тоже есть», Петков незаметно выложил под ноги, на полик, свой телефон, чтобы это выглядело потом так, будто тот случайно выпал.

На пешеходной улице было многолюдно, но, все же, не как на митинге, и ему больших трудов стоило «потеряться». По дороге в Общество болгаро-российской дружбы он купил в магазине богато оформленную книгу, выбранную произвольно. Спросил у человека в форме на входе, как пройти к председателю, тот объяснил. Председатель оказался на месте, – мужчина, убеленный благородными сединами, приветливо улыбнулся ему.

– Здравствуйте! – сказал Петков. – Я – Боян Петков, приехал из Софии. Меня просил зайти к вам дядя Венцеслав. Он передает вам привет, и прислал эту книгу в подарок.

Председатель взял книгу в руки, прочитал имя автора:

– Достоевский? Замечательно!.. Почему же дядя Венцеслав не приехал сам? Я ждал его к Новому году.

– К сожалению, у него заболела сестра. Она в возрасте уже, ей часто нездоровится.

Председатель, лицо которого стало серьезным, кивнул на дверь в соседнюю комнату. Комната не имела окон. У стены стоял кожаный диван, напротив – два кресла, между ними – журнальный столик. Комната закрывалась массивной дверью.