Вечерний чай при свечах и картах Таро. Четыре эссе о жизни, картах и тех, кто их раскладывает

Часть первая

Правильно – неправильно

Когда мы рисуем крест, то это Посох, Меч, Кубок и Пентакль и, соответственно, запад, север, восток и юг. Получается соотношение мантических систем: это Таро, Руны, И-Цзин и неизвестно что.

Посохи – запад. Западная философия вся сосредоточена на определении субъекта и объекта. Что является субъектом и что является объектом, в какой они взаимосвязи, какой объект ценнее, важнее, толще, длиннее. Они все мыслят в категорийных терминах: «Это – то-то и то-то». Такие рассуждения характерны для Посохов. Категории, в которых мыслят Посохи, – оценочные категории, и прежде всего речь идёт о сравнении, о степенях сравнений. А главный стержень, на который нанизываются сравнения, – это «хорошо – плохо», «качественно – некачественно». Мне кажется интересным, что у Посохов нет критериев для «хорошо» и «плохо». В этих нормах они мыслят – в нормах правильного и в нормах неправильного, но что является правильным или неправильным – это для Посохов загадка. Правильно лишь то, что соответствует правилам, но если меняются правила, то соответственно меняется и всё остальное: то, что было правильным, становится неправильным, а то, что было неправильным, становится правильным автоматически и не имеет значения, что это было неправильным 5 минут назад.

Если выписать подряд ключевые слова Посохов, то можно чётко заметить, что самое первое слово Посохов – это действительно «закон».

Часть вторая

Человек и закон

Что такое Посох?

Сам по себе Посох – это символ власти. Не сама власть, не сила этой власти, а только символ. Для примера – это указка учителя, которую он использует как символ власти, а не для того, чтобы показывать на доске. Скипетр Императора – это палка, которой когда-то били рабов и которая впоследствии трансформировалась в этот скипетр. Но это уже символ власти, это не сама власть. Символом власти, символом законности является конституция. В Советском Союзе в 1936 году была принята Конституция, и мы жили по этой чудесной Конституции. И не важно, что ¾ статей этой Конституции не работало. Допустим, «Граждане СССР имеют право на труд». Конечно, если человек не работал, его привлекали за тунеядство. Также человек имел право на отдых: поработал 5 дней – иди отдыхай. А потом объявлялся субботник, и… право на труд полностью перекрывало право на отдых.

Законом является то, что написано, что принято в данном обществе, в данной социальной среде. У воров есть свои воровские понятия. Но они соблюдают их до того времени, пока эти понятия выгодны. Сами по себе Посохи – очень правильные, но до тех пор, пока их выгода совпадает с их правильностью. А когда выгода с правильностью не совпадает, то все законы куда-то исчезают и улетучиваются.

Посохи определяются степенью соблюдения законов, причинами, по которым законы соблюдаются, и тем, как именно это происходит. У меня давно была идея подобрать пословицы. Вот, допустим, в данной ситуации: «Закон – что дышло, куда повернул, туда и вышло» или «Жалует царь, да не жалует псарь». Точные наблюдения, которые сильно помогают раскрыть суть посоховости происходящего. Законы возникли очень давно. Закон – это попытка упорядочить взаимоотношения, привести их к каким-то нормам, чтобы, сделав какое-то дело, человек мог сориентироваться: это дело правильное или же неправильное; и если оно правильное, то какую награду я за него получу, а если неправильное, то какое наказание я за него понесу. Или какое наказание понесёт тот, кто сделал неправильное, незаконное дело относительно меня.

Изначально в первобытном обществе закон был один – принцип талиона – равным за равное: око за око, зуб за зуб и нет никаких вопросов. А потом выяснилось, что «Все животные равны, а некоторые животные – равнее». Выяснилось также, что социальная значимость некоторых людей больше, чем остальных. Что это значит? Что некоторые люди более значимы для социума, чем другие. А как определяется социальная значимость? Близостью к центру. Чем ближе к центру какого-то строя, тем выше социальная роль, которую исполняет человек.

Если я судья – у меня очень важная социальная роль и, естественно, преступление против меня должно караться намного тяжелее, чем если бы я был пастухом. И это получает отражение во второй серии законов, в так называемых «Варварских правдах», когда принцип талиона «око за око, зуб за зуб» сменяется принципом денежного вознаграждения, когда появилась возможность оценить жизнь человека, определить меру наказания. Появилась какая-то условная единица, например золотой. Допустим, за убийство княжеского дружинника 50 золотых, а за убийство княжеского начальника дружины – 1000 золотых, потому что его социальная роль выше. Возникает целый ряд вопросов – правильно или неправильно. Далеко не однозначные вопросы. Этому учат в 7 или 8 классе школы по истории России, когда показывают классовое неравенство. Скажите мне: научить княжеского пастуха и научить начальника княжеской дружины – разные деньги? У этих людей разная степень ответственности, и они должны быть оценены по-разному. Причём в данном случае оценивается не личность, а должность. Если бы какой-то юрист услышал меня сейчас, он бы яростно протестовал против того, что закон – это символ власти. Закон – не власть как таковая, закон не имеет силы сам по себе. Должен быть механизм, который обеспечивает его действие. А люди, которые работают с законами, говорят: «Вот это правильно, вот это неправильно».

Часть третья

Иерархия

Мы говорим о том, что жизнь разных людей стоит по-разному. Одни люди более ценны, чем другие. Таким образом, Посохи отражаются своим вторым ключевым словом. Это слово – «иерархия».

Демократическое общество по сути иерархично или не иерархично? Авторитарное – нам понятно – король, бароны, графы, князья и прочие. А демократическое общество имеет иерархию или нет? Может ли существовать общество без иерархии? Иерархия общества – это очень важно, потому что иерархия есть везде – в стае собак, обезьян. Приматы – изначально иерархичны. Есть такое высказывание Салтыкова-Щедрина: «В любой луже найдётся гад, своими размерами и геройством прочих гадов превосходящий». Естественно, этот гад будет в этой луже качать права перед всеми остальными гадами.

Посохи как раз иерархию задают.

Иерархия – прежде всего вопрос подчиненности. Сущность иерархии в том, чтобы подчиняться сознательно: я согласен подчиняться, я не могу не подчиняться, я вынужден подчиняться. Есть ХАРИЗМА. Мухаммед, Иисус – им подчинялись бессознательно, не осознавая. А есть король, есть граф, есть начальник. Кесарю – кесарево, а слесарю – слесарево. Подчиняться заставляет необходимость нормировать свои отношения. Почему сейчас говорю я, а не вы? Потому, что я сейчас в этой группе старший, я учитель, и мы как бы условно договорились, что я буду говорить, а вы – слушать.

Для того чтобы упорядочить жизнь общества, какие-то люди приобретают больше прав, они берут на себя ответственность за какие-то дела, возникает иерархия. А лучшее отражение иерархического общества – конфуцианская доктрина, подчинение старшему: учителю – ученика, царю – подданного, родителю – сына. Прежде всего оценка – у кого самая большая борода, тот и самый умный, кто самый толстый – тот и самый красивый. Какие критерии мы договоримся иметь, такие и будут действовать. Сегодня самые толстые красивые, а завтра – самые худые красивые. В рубенсовские времена был один вариант красивых женщин, а манекенщицы, которые сегодня ходят по помосту, – совсем другой вариант красивых женщин.

В чём проблема иерархии? В чём проблема иерархического общества?

Когда иерархия только складывается, то наверх пролазят самые сильные (и это как раз не посоховая ситуация), а вот когда иерархия устоялась, наверху оказываются разные люди – мой папа был начальником и я стал начальником, но соответствую ли я этой должности? Это большая проблема Посоха – по каким критериям оценивать законы, нормы, начальников? Начальники, которые были хороши при советской власти, оказались плохими при капитализме и наоборот.

Проблема Посохов в выборе, и это как раз выходит из конфуцианства: у благородного мужа существует 10 путей, которые ведут к его благородной цели. Задача благородного мужа – выбрать идеальный путь. Притом, что первый путь практически не отличается от второго. Различие между первым и последующим определяется где-то на уровне четвёртого. Человек обречен на жуткую катастрофу выбора из практически равнозначных вещей. Если вспомнить бояр, которые в эпоху Петра I так запутались в счёте родства – кому ближе сидеть к царю, кому – дальше, кому по левую руку от царя, кому – по правую, кто будет иметь соответственно больше или меньше влияния, – то можно представить себе их сложности. Бояре доходили в этих спорах до мордобоя, выдирания бород и лупления друг друга своими посохами. Наступил полный хаос, и Петр I как Меч просто обнулил это дело и создал новую иерархию. Он ввёл новые категории, по которым людей стало возможно как-то оценивать.

А каким образом можно узнать, кто выше, кто ниже? По ритуальным словам и действиям, которые люди будут выполнять.

Часть четвёртая

Церковь и ритуалы

Вот у нас было в стране неравноправие: выходил мужчина и подавал даме ручку. А потом наступило равноправие: выходит мужчина – подаёт даме ручку, выходит дама – она подаёт мужчине ручку. Правильно? Абсолютно! Боролась женщина за равноправие – получай то, что хотела. В Америке признаком вежливости уже считается не пропускать женщину вперёд и не снимать перед ней шляпу, потому что женщины боролись за равные права, и они их получили, имеют полное право сами себе открывать дверь. А это, между прочим, – ритуальное действие. Кто с кем должен первый здороваться? Младший со старшим. Это и есть ритуальные нормы – слова, действия, жесты, которые исполняет человек, тем самым подчеркивая свою принадлежность к данному обществу. Исполняя эти ритуалы, он признаёт, что хочет быть членом этого общества. И именно потому, что он их выполняет, он и является членом этого общества.

А какая организация призвана следить за качеством исполнения ритуалов? Эта организация – церковь.

Итак, мы имеем ритуал как признак принадлежности к определённому социуму.

В древности принадлежность к определённому социуму была прежде всего идеологической. Либо я принадлежу к этому социуму по рождению: я родился в Африке – я язычник, я родился среди арабов – я мусульманин. Либо по идеологическим установкам: наши и не наши. Как отделить наших от не наших? Не наши люди не соблюдают наши ритуалы, а единственной формой идеологии в древности была религия. Естественно, есть какая-то организация, которая следит за чистотой соблюдения норм, естественно, возникают какие-то ереси, которые калёным железом выжигаются, потому что это не наши ереси. Поэтому соблюдение ритуалов невероятно важно для Посохов. Любой Посох, если ты не поздоровался с ним по установленному ритуалу, будет на тебя обижаться, тогда как Меч может просто не заметить этого. В армии ритуалам придаётся большое значение. Ведь армия – идеологическая организация и там соблюдение ритуалов очень важно, армия построена на этом. Но в бою никто никому не козыряет. Потому что в мирной жизни военные – это Посохи, с женщинами – это Кубки, а на войне – это Мечи, там просто не может быть по-другому. Единственное, с чем армия не имеет никакой связи, – это с Пентаклями. Все идеи военных поселений проваливались.

А церковь – это, во‐первых, идеологическая установка, иерархия, во‐вторых, ритуальные действия, молитвы, соблюдение поста и прочие обряды и таинства. Соблюдая определённые ритуалы, ты подчёркиваешь свою принадлежность к социуму и действительно становишься членом этого социума.

Когда мы все вместе ходили на 1 Мая – это сильно сближало, давало одинаковые идеологические установки. Соблюдение и принятие какой-то идеологии, выраженной через законы, которые подразумевают исполнение определённых ритуалов, – это как раз и подчёркивает принадлежность к социуму.

Посохи – не индивидуальность, не личность. Это социум, большое скопление людей. Церковь проводит эти ритуалы, как бы показывает, какими они должны быть. И соблюдение ритуалов выводит нас ещё на одно важное слово – театр.

Часть пятая

Театр

Посохи – это театр. Как это выглядит? Есть зал, есть люди, зрители, которые смотрят зрелище, и есть актёр. «Весь мир – театр, а люди в нём – актеры», – сказал Шекспир, Посох по определению. В чём же театральность всего, через что это проявляется, как это всё раскрывается?

Во-первых, актёр выше зрителя. Актёр на возвышении – сцене, он действует. Это исключительно посоховая ситуация. Наша аудитория – тоже спектакль, где я – актёр, а вы – зрители. Что я делаю как актёр? Я учу вас жить, я показываю, какие действия являются хорошими, правильными в социуме, а какие действия являются нехорошими, неправильными и что за эти хорошие или нехорошие действия вам будет. Но я ведь от зрителей отделён барьером, и любое наше зрелище распадается на участников и зрителей: тех, кто показывает, и тех, кому показывают. Все мы значимы, но в данной ситуации актёр более значим, чем зритель. Но самое главное – мы все участники ритуала. И сам поход в театр – это ритуал: покупка билета, надевание вечернего платья, решение, с кем идти.

Посохи – это прежде всего нормирование человеческих отношений, нормативные человеческие отношения. Оценочные категории лучше – хуже, правильно – неправильно, причём оценки, меняющиеся каждый день. Характерный пример: как истинные ленинцы устраивали ожесточённые танковые бои с верными ленинцами. А в чём отличие истинных от верных? Верные – те, кто верят, а истинные – те, кто знают. Те, кто верят, понимают учение по-своему, а те, кто знают, – по-своему. И кто более прав? Спорный вопрос.

Теперь по поводу огня. Надо сказать, что в ситуационных посоховых картах огонь совершенно не проявляется. Но синий цвет Посохов не случаен. Это скорее не тепло, а свет. Потому что Посохи со своей страстью к нормативности – это как раз те люди, которые составляют учебники и энциклопедии для обучения других. Посох – это разум. Рука, которая, сжимая посох, онанирует своим разумом, решает задачи, которые никому не нужны, например, сколько ангелов или дьяволов уместится на кончике иглы. Это мнение последователей Кроули.

Сам Кроули представлял себе это чуть иначе.