Цветок сиреневой луны

В оформлении обложки использована фотография автора

Watashi_wa

с сайта

www.shatterstock.com

по лицензии

CC0.

– Ленка! Ленка-а-а-а! Проснись! Этот козел опять нашел тебя! Ты что телефон вчера выключить забыла? – орала благим матом Светка и трясла меня как грушу. – Ленка, шевелись! Они уже внизу, вон из тачки вылезают.

Я подорвалась, судорожно натягивая прямо на голое тело майку и джинсы. В последнее время у меня развилась ценная способность моментально переходить из состояния сна к движению на предельных скоростях. А все почему? Правильно! Потому что я дура и к тому же патологически невезучая.

– Светка, я сейчас выше поднимусь, а ты не препирайся с ними, пусти в квартиру. Пусть посмотрят, обломаются. Они тебе ничего не сделают. Пару минут заболтай их, а я пока свалю. – Я уже натягивала кроссовки, отдавая подруге четкие указания.

– Эх, завидую я тебе, Ленка. Вечно за тобой мужики бегают самые, блин, лучшие. А ты вечно от них, – бухтела надо мной подруга. – И этот Олег теперь. Ну, чем он тебе не такой, Ленка? Он красивый, как зараза, богатый и просто совсем на тебе повернутый. Чего тебе надо-то?

Все точно так. И красивый. И богатый. И зараза. Да еще такая, что как прилипла уже не отцепишься. И антибиотики тут бессильны.

– Ничего, Светка, и все. Свободы мне надо. А он меня душит. – Подруга закатила глаза. Ясное дело: она меня не особо понимает.

– Так на черта ты с ним спала, если теперь бегаешь? – потопала Светка за мной по пятам в прихожую.

– Патамушта! – почти огрызнулась я. – А что мне, вечно целибат, что ли, блюсти, если все мужики такие приставучие? Я молодая, хочу развлекаться, а он вцепился, как клещ. Ладно, Светусь, я побежала. Увидимся.

– Ты куда сейчас? – спросила она в дверях.

– Не скажу. А то вы все от уговоров Олега млеете и сдаете меня. Подруги, тоже мне.

– Ленка! – возмутилась Светка, но при этом покраснела, потому как правда. Но я не осуждаю – сама ведь повелась на этого брутального самца красоты неземной в свое время.

– Все, пока! – кратко обняла и поцеловала в щеку подругу.

И рванула вверх по лестнице. Как только скрылась за лестничным пролетом и присела, открылись двери лифта. Оттуда вывалился Олежек в сопровождении своих неизменных друзей-телохранителей. Их низкие раздраженные голоса заметались между стен, заставляя сжаться сильнее, затаив дыхание. Ну да, втроем-то меня ловить сподручнее. В окне между этажами смутно отразилась высокая, статная фигура Олега. Эх, красивый ведь, зараза! Только достал уже до невозможности. Светка открыла им после первого звонка. Голосок такой тоненький, дрожит. Знаю, что у нее от Олежека слабость в коленках. Вот и забирала бы! Я бы хоть вздохнула посвободнее. Как только двери за мужчинами прикрылись, я со всех ног бросилась вниз.

– ЛЕНКА! – заорал Олежек. Прям брачный зов какого-то самца из отряда рогатых и парнокопытных. – ЛЕНКА! СТОЙ, ЗАРАЗА!

– Сам такой, – пробурчала под нос, не снижая скорости.

Вот интересно, Светка не вынесла пытки скромным очарованием настоящего самца и сдала или у самого уже мозги стали проявляться? Я неслась вниз со всех ног. Слава богу, никогда на диване валяться не нравилось, и все детство по секциям разным спортивным пробегала. Так что ухаритесь догонять, мужики. Вылетела из подъезда, сбив с ног пару подростков. Их матерные вопли, которым они меня наградили, описывая мою неправоту в ситуации, слушать не осталась. Извините, тороплюсь. Сзади слышались топот и сопение, перемежаясь воплями с упоминанием моего имени с опять же нелестными эпитетами.

Побежала по дороге, потом проскользнула в дырку забора, через стройку, в подворотню, в толпу на улице и мигом в метро. Ищи теперь меня, су… субъект неумный. Перемахнув через турникет, подбежала к поезду. Едва влетела, двери закрылись. Выдохнула. Все-е-е!

Увидела свободное место. Плюхнулась. Так куда же мы едем? Ага, в сторону железнодорожного вокзала. Ладно, сойдет пока. Напротив сидел симпатичный такой паренек лет восемнадцати. Ну, и чего мы так смотрим? Эй, глаза у меня чуть выше, дружок. А, все понятно. Я же без лифчика, не успела надеть. При моем уверенном третьем размере в хорошей спортивной форме и топике на тонких бретельках неудивительно, что тебя слегка заглючило. Эх, кобели вы все!

Открыла сумку, достала курточку и перекрыла ему доступ к бесплатному эротическому каналу. Судя по тяжелым вздохам окружающих мужских особей, просмотр был массовым. Ладно, мне не жалко. Лишь бы сидели молча и не лезли. Откинулась, закрыла глаза.

Так, что мы имеем? Все мои конспиративные квартиры Олежек уже вычислил. Светкина последней была. Что же делать? Сейчас середина весны, махнуть на море в какой-нибудь Казантип пока рано. Люблю свободу, но с удобствами. Идти сдаваться Олегу нет желания. Достал меня, не хочу его больше. И зачем он мне в том клубе под мой слегка нетрезвый взгляд попался?

Что делать?

В раздумьях доехала до конечной. Надо выйти и перекусить чего-нибудь. Может, с сытым желудком и кофеином в крови умные мысли придут. Жратва на вокзале, конечно, дрянь, кофе вообще помои, но мысли пришли. У покойной бабули домик остался в деревеньке Коньково. Там никто не был уже года два. Вот я и навещу семейную недвижимость. Побуду в тишине и покое сколько-нибудь. Хоть отосплюсь. А то эта жизнь с беготней от Олежека и бессонными ночами, когда ему удавалось меня поймать, уже порядком достала. А он, может, пока успокоится.

Планшет со мной – работать везде смогу. Осталось выяснить, как туда добраться. Мы ведь с мамой всегда на машине к бабуле ездили. Долго билась в справочной. Оказалось, что информации о деревеньке из четырех дворов в двухстах километрах от города у них не было. Прежде чем довела тетку в справочной до телепучки, пришлось срочно вспоминать, как называется ближайший районный центр. В итоге через час мытарств и очередей у меня появился билет на электричку.

До поезда еще полтора часа. Вспомнила, что в доме ни крошки – два года ни души же там не было. Пошла в магазин, купила продукты. На первое время хватит, а там разберемся, чай не в пустыню еду. Сейчас магазины везде есть. Оставшееся время продремала на скамеечке.

Если честно, большую часть дороги в электричке тоже проспала. Сегодня пятница, поэтому в электричке было полно студентов, ехавших на выходные навестить родителей, и любителей отдыха на природе. Пару раз ловила взгляды заинтересованных мужских особей. Закрывала глаза, притворяясь спящей. Мне только сейчас еще одного романа не хватало. Отдыхать я еду.

На вокзале, нагруженная сумками, стала искать такси. Оказалось, дурная затея. Выяснилось, что раз в два часа ходит маршрутка, которую можно попросить остановиться на развилке. А оттуда уже пешочком какие-то два-три километра по старой дороге через лес. Ну, что ж поделаешь! Пешие прогулки меня никогда не пугали, только сумка с продуктами тяжеловата. Ну, зато спокойно будет.

Выйдя из маршрутки в нужном месте под удивленными взглядами местных жителей, я осмотрелась. Понятно, почему так смотрели, – дорожка-то совсем травой заросла. Видно, не часто ходят в Коньково. Непопулярная деревушка, судя по всему . Будем исправлять.

Вскинув на спину рюкзак и взяв в руки пакеты, зашагала вперед. Лес быстро стал густым и темным. Если бы не дорога, можно было и испугаться, что заблудилась. Я пару раз останавливалась, чтобы дать отдых рукам. В общем, когда дотопала до околицы, день уже клонился к вечеру. Ключ от дома нашелся там же, где его и оставили два года назад, – под крыльцом.

Войдя в дом, как ни странно, не почувствовала ни спертого воздуха, характерного для давно закрытых помещений, ни неприятного запаха, но окна все равно пооткрывала. Электричества, к сожалению, не наблюдалось. Пока еще было хоть что-то видно, нашла разноцветные свечки из еще бабулиных запасников. Растопила печку, отыскав немного дров рядом с ней и в поленнице во дворе. К вечеру становилось прохладно.

Завтра надо будет выдраить здесь все, а то пыли полно. Вытряхнув на улице все постельное белье, найденное в шкафу, я организовала себе спальное место. На улице стремительно темнело. Выкурив последнюю свою на сегодня сигарету, вошла в дом и заперла дверь. Надо сказать, домик у бабули что надо. Стены сложены из толстенных бревен, на окнах кованые решетки, толстые, прям древние какие-то, не то что городской новодел. Дверь тоже под стать домику – монументальная, дубовая, с огромными запорами. Тут можно смело ложиться спать, не опасаясь незваных гостей.

После всей беготни я чувствовала себя усталой и решила лечь пораньше. Быстро отписавшись всем, что жива-здорова, и удалив тысячу и одно сообщение от Олежека, улеглась спать. Резервный аккумулятор у меня с собой. На пару дней хватит, а потом что-нибудь придумаю с электричеством. Заснула почти сразу.

Разбудило меня странное мерцание. Похоже было на то, что по стенам метались огни от проблесковых маячков, как в машинах милиции или скорой. Только цвета непривычно красно-синие. Быстро вспомнив, где находилась, задалась вопросом: откуда они здесь? Села и открыла глаза. Огоньки были вовсе не снаружи, а посреди комнаты, пробивались через бабулин ручной работы вязаный половичок. Ни огня, ни дыма вроде не наблюдалось, так что вроде паниковать рано. Буду смотреть. Красиво же!

Неожиданно появилось низкое, вибрирующее гудение, давящее на уши. Огоньки заметались быстрее. Звук становился интенсивнее. Потом вдруг хлопок, слегка оглушивший меня, и огоньки пропали.

Сидела в темноте, смотрела перед собой. Ничего. И вдруг в оглушающей тишине кто-то громко чихнул.

Глава 2

– Будьте здоровы! – пожелала чисто на автомате. Я вежливая.

– Спасибо, – звонкий незнакомый голос заставил подпрыгнуть на месте.

Та-а-а-ак! И что это значит?

Судорожно нащупала телефон. Включила на нем фонарик. Направила в середину комнаты. И собралась заорать. Громко! Потому как бабулин половичок стал огромным холмом посреди комнаты и шевелился.

– А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! – завопила и кинулась в сторону двери.

Зацепилась за складки треклятого половика и полетела носом вперед. Больно же! Начала злиться и обернулась. Живой холм, видимо, в момент моего маневра тоже метнулся, но в противоположную сторону. И, похоже, благополучно встретился со стеной. Там и притих пока. Потоптавшись на месте, я решила, что в ситуации разбираться все равно надо, и медленно пошла в сторону нового «рельефа».

Подкравшись тихонечко, взялась за несчастный предмет текстиля и отпрыгнула вместе с ним в сторону. Результатом моего смелого маневра стали уставившиеся на меня в свете моего фонарика два больших прищуренных глаза. Их обладатель опять смачно чихнул. Правильно, коврик-то пыльный.

– Много пыли, – изрек незнакомец.

– Простите, я только приехала, не успела прибрать…

Погодите-ка! Почему это я оправдываюсь?

Незнакомец поднялся и оказался выше меня на голову, от чего сразу как-то стало неуютно. Разобрать одежду в темноте было сложно.

– Я – Афариэлиус дер Варандо дер Самиус, – с достоинством произнес… э-э-э-э… ну, скажем, пришелец и слегка поклонился.

– Ик. Я – Елена Валерьяновна Стеклова. Можно просто Лена, – растерянно моргнув, вежливо ответила я.

Ага, вот и познакомились. Мы еще постояли немного. Потом, все же вспомнив, что я хозяйка дома, пошла и зажгла свечи. Жестом пригласила Афари… как его там… присесть за стол. Когда незнак… ну, технически уже знакомец вышел на свет, я подумала: может, опять заорать и покинуть помещение? Он был высоким, где-то под метр девяносто, но худощавым. Кожа темная: то ли серая, то ли светло-коричневая. Лицо узковато, высокие скулы огромные, раскосые яркие глаза с ВЕРТИКАЛЬНЫМИ зрачками! Из всклокоченных, видимо, после сражения с половиком, темных волос торчали кончики острых ушей. Даже при столь скупом освещении и совершенно не учитывая самого способа его появления, было понятно, что передо мной не жертва пластической хирургии, а совсем не человек. Такое никакой хирург не сляпает. Так и не решив, паниковать то ли поздно, то ли еще рано, я спросила:

– Чаю хотите?

Ага, я же вежливая.

– Чай? – замялся незваный гость.

– Ну да, чай. Напиток. Горячий, вкусный, – пояснила я.

– Спасибо, было бы неплохо, – снова слегка поклонился… Кто?

Я подкинула дров в печку, стараясь при этом не выпускать из поля зрения визитера, и, подлив воды в чайник, поставила греть. Села за стол и только после этого с явным облегчением напротив опустился на стул мой ночной гость. Тоже, видно, воспитанный. Мы уставились друг на друга. Молчать дальше было неудобно.

– А вы, простите, кто, Афанарель?..

– Афариэлиус. Можно просто Афри, если вам сложно. – С облегчением отметила, что гость не обиделся на то, что я слегка исковеркала его имя. – Я ученик третьего курса магической академии славного города Азорума империи Каазандум.

– Вот как. Это многое объясняет, – постаралась сделать умное лицо. – А, простите мне мое невежество, кто вы, так сказать, по национальности?

– Ах, это! Я чистокровный дроу. Темный эльф, в общем, – почти радостно пояснил Афри.

– Ага, – откликнулась я. – Темный эльф.

– Чистокровный, – гордо подтвердил дроу.

Ну да, кто бы сомневался.

– А, простите за навязчивость, какого вы… то есть по какой такой надобности вы появились в доме моей покойной бабушки, да еще посреди ночи? – решила я задать уточняющий вопрос.

– Покойной? Вот невезуха! Ведьма умерла? Когда? – теперь дроу выглядел жутко расстроенным. Но после слова «ведьма», это перестало иметь значение.

– Ах ты ж! Это кого ты ведьмой назвал? – зарычала на него разгневанной зверюгой. – Слышь, ты, дроу чистокровный, блин?

Тут, надо заметить, что ночной гость наступил на любимую мозоль моего семейства. Дело в том, что всю свою сознательную жизнь слышу змеиное шипение за спиной. Мою бабулю, маму, а потом и меня, так сказать, по наследству, постоянно за глаза ведьмами обзывают. И это притом, что мы абсолютно неконфликтные, спокойные люди, никакими такими необычными способностями не отличаемся, а я так вообще в эту мистическую лабуду не верю. И считаю всякие там передачи на эти темы сугубо юмористическими. Ну, бегают за нами мужики – вон за бабулей до последнего какой-то генерал увивался, все к себе звал – так их же никто не привораживает. Даже наоборот. Вот попробуйте пожить, если стоит хоть раз подпустить к себе мужика поближе, и все – вариант с Олежеком получается. Маниакальный синдром любви с преследованием. И у мамули такая же петрушка всю жизнь. Вот и шипят со всех сторон: ведьмы, ведьмы. Олежек – тот вообще орет каждый раз, как ухожу от него. И вот, откуда ни возьмись, посреди ночи из-под половика вылез какой-то там дроу, пусть и чистокровный, и опять туда же. Судя по всему, мои эмоции отразились на лице, и Африк этот вскочил как ошпаренный.

– Прошу прощения. Я что-то не так сказал? Многоуважаемая ведьма, видимо, была вашей родственницей, и с моей стороны было бестактно так говорить о ее смерти.

– Да ты что, издеваешься сейчас? – У меня аж в глазах от злости потемнело. – Ты кого тут ведьмой назвал?

Дроу в недоумении оглянулся по сторонам, будто искал подсказку.

– Но ведь активный портал… Я бы не смог пройти, если бы не было энергии, – смущенно пробормотал он.

В этот момент засвистел чайник.

Глава 3

Вот стояла я и думала, глядя в распахнутые от страха в пол-лица глаза напротив: будет мне что-нибудь по закону за убийство дроу? Чистокровного. Что-то не припомню я таких статей в Уголовном кодексе. Но не сказать, чтобы я была продвинута в юриспруденции, особенно касательно темных эльфов.

– В общем, так, еще раз произнесешь при мне это слово – я тебе так в морду двину, что мало не покажется. Ты не обольщайся, что я девушка хрупкая. Я когда злая, знаешь, какая опасная?! – угрожающе прищурилась я, стараясь выглядеть очень достоверной.

Дроу стоял и молчал, всем своим видом выражая недоумение. Мне прям жалко его стало.

– Что у вас всех за мода такая: ведьмами нас называть чуть что? Ну что мы кому плохого за всю жизнь сделали? За что нас ведьмами-то обзывать? – продолжила я между тем свою прочувствованную речь.

Дроу стоял и хлопал удивленными глазищами. Наконец отмер и решил объяснить свою жизненную позицию:

– А почему плохого-то? Ведьма – это ведь не ругательство и не оскорбление. Это просто сущность. И весьма нужная. Без способностей ведьм перемещение между мирами в принципе невозможно. Не знаю, как в этом мире, а у нас ведьмы почитаемы и необходимы. В последнее время ведьмы и вовсе на вес золота – мало их стало, – тихим, мягким голосом объяснил мне он, как бы уговаривая.

Я стояла, и злость потихоньку остывала. Села. Конечно, мало станет – обзываться не надо. Мы ведьмы… тьфу… в смысле, женщины, – народ обидчивый.

– Садись уже, Афри. – Он облегченно вздохнул и присел. Сидела, переваривала. – Ты всерьез о другом мире? – Любопытно же!

Афри кивнул. Да понятно, на него взгляни – какие тут шутки.

– И как у вас там?

– Хорошо, – осторожно ответил дроу.

– А за каким… К нам-то за какой надобностью? – Надо быть повежливей, все же тут, можно сказать, великое событие – встреча двух миров.

– Так я случайно. Опыт я проводил с магией перемещений. Для курсовой. Должен был к демонам переместиться, а очутился тут.

– К демонам, говоришь. Это ты такой везучий, или просто руки не из того места выросли? – спросила, прежде чем прикусила свой длинный язык.

Дроу засопел, обиделся. Да, чего-то хреновенький из меня дипломат. Так и до войны миров недалеко.

– Просто… Когда мы перемещения проходили, я… болел, в общем, – уткнулся взглядом в столешницу гость.

– Понятно. Прогулял, в общем. – Наш человек, ну в смысле, дроу.

– Ну, как бы да, – вздохнул печально дроу.

Какое-то время мы молча пили чай. Я размышляла о превратностях судьбы. Вот почему единственный попавшийся мне в жизни дроу оказался косоруким прогульщиком-подростком? Нет чтобы, как в книжках, коварный соблазнитель какой-нибудь на голову свалился. Не то чтобы я соблазнилась, но посмотреть же можно.

– Ну, и как ты теперь собираешься домой-то возвращаться, маг-прогульщик? – нарушила затянувшееся молчание.

– Ну, на самом деле я в замешательстве, – оживился дроу. – Дело в том, что для поддержания портала в открытом виде нужна сила ведьмы. Как давно не стало твоей бабушки?

– Да уже два года как.

– Но как тогда я попал сюда?! – неожиданно заорал этот эльф. Я аж подпрыгнула и чуть не облилась остатками чая.

– Ты меня об этом спрашиваешь?

– Ну да! – неожиданно нахально подтвердил Афри. – Если бы портал не был активен, я бы не попал сюда. Меня бы вышвырнуло где-нибудь в другом месте. А раз я вышел здесь, то, значит, портал был активен!

И уставился так, будто я нарочно его дурю.

– Что ты так на меня смотришь многозначительно? Это должно мне о чем-то сказать? – насупилась я в ответ.

Дроу даже топнул от досады.

– Это означает, что портал запитался энергией. А кроме тебя, здесь больше никого не наблюдается. Получается, тебе и перешли способности твоей бабушки. И следовательно, ты его и открыла, – заявил он с видом «ага, вот ты и попалась!»

– Чего сразу я-то? – даже слегка растерялась я. – Ничего ко мне не переходило, я бы знала. Наверное. Я даже в права наследства на этот дом не вступала, так что не надо меня приплетать. Я вообще спала, когда ты ввалился! Нет у меня никаких способностей!

– А я говорю: есть! – Дроу аж подался весь ко мне. – Просто ты их не осознаешь. Вот и портал ты подпитала неосознанно.

– Да как такое может быть? Сам-то подумай: как это можно случайно сделать?

– Ну, не знаю, – снова растерялся дроу. – Может, ты какие-то сильные эмоции испытываешь?

– Ну, было, да. Злилась я очень на одного упертого парнокопытного индивидуума. – Чего правду-то не признать?

– Тебя разозлило какое-то животное? – удивился парень.

– Ну да, типа того, – хмыкнула себе под нос.

Дроу вскочил живенько и метнулся обратно к тому месту, откуда, собственно, и появился.

– Тогда я сейчас быстренько проведу обратный процесс и уберусь к себе.

И стал бормотать что-то. Я подошла поближе. Интересно же. Афри закатил глаза и продолжал что-то ритмично бухтеть под нос. Неожиданно на полу опять забегали красивые огоньки. Оказалось, что на пол нанесен какой-то сложный рисунок, в центре которого и стоял пришелец. По линиям этого рисунка и бегали огоньки. Побегали они так пару минут, а потом вдруг поблекли и пропали вовсе.

– Вот демон! Энергия кончилась! – Афри чуть не плакал. Тут-то я и поняла, что, несмотря на свой немалый рост, он еще совсем мальчишка.

– Батарейка села. Ну и что теперь делать? – Мне его стало ужасно жалко.

Афри шмыгнул носом. Только бы не заревел. Но потом дроу, видимо, смог успокоиться.

– Надо снова зарядить портал, – приободрившись, заявил он.

– Ну и как это сделать?

– Ты должна опять разозлиться. Или обрадоваться. Только по-настоящему и сильно. Тогда ты сможешь снова выделить энергию неосознанно.

– А, ну тогда желаю удачи. Я, так-то, спать хочу, а не злиться. Для этого завтра целый день будет. – Я зевнула.

– А если я опять ведьмой тебя назову? – сделал попытку Афри.

– Что-то не злит меня это больше. Ты же сам сказал, что ведьмы… они нужные.

Дроу совсем по-человечески почесал затылок.

– Да, поторопился я. Ну тогда могу кикиморой обозвать. Мавкой зеленолапой. Мымрой страхолюдной. – И взгляд такой испуганный и почти заискивающий. – Не то, что я так думаю. Ты красивая очень, – окончательно смутился дроу.

– Не-а. Какие-то мультяшные у тебя оскорбления. Да, вообще, можешь не стараться. После того, что мне приходилось слышать от Олежека, когда он в очередной истерике бьется, тебе просто ловить нечего.

– А он кто? Твой возлюбленный?

– Вот ты загнул – возлюбленный. Парень мой бывший. Только он бывшим становиться пока не согласен. Хотя слово мне понравилось – возлюбленный. Сейчас так уже не говорят.

– А что он такого совершил, что лишился твоей благосклонности? Изменил?

– Да пусть себе изменял бы! Мне как-то параллельно. Достал он меня. Надоел, короче. Но это к делу не относится. Ты лучше думай, как тебе домой свалить. В своей личной жизни я как-нибудь сама разберусь. Слушай, дроу чистокровный, у нас есть такая поговорка: утро вечера мудренее. Может, ляжем спать, а завтра на свежую голову разберемся?

Афри тяжело и протяжно вздохнул.

– Ладно, хуже не будет. Надеюсь, мое отсутствие так быстро не заметят. А то мне брат голову оторвет.

– Тогда ложись на диване, одеяло сейчас выдам.

– А ты не боишься в одной комнате с совершенно незнакомым мужчиной ночевать? А вдруг я к тебе приставать буду?

– Ну да, рискни, мужчина незнакомый, поэкспериментируй. Видал, чем твой последний эксперимент закончился? Ну так вот, со мной все будет гораздо хуже.

Я упала на постель и, прежде чем заснуть, все слушала горестные вздохи Афри.

Глава 4

Утром, умывшись колодезной водой и выпив кофе, мы решили провести военный совет. Кстати, при дневном свете оказалось, что Афри очень даже милый, с кожей цвета кофе, слегка забеленного молоком, и ярко-синими глазами. Длинная шевелюра тоже была интересного цвета – горького шоколада. Одет в мешковатую одежду серо-коричневых тонов. И мне не показалось – он был совсем еще молод.

– Сколько тебе лет, Афри? – решила полюбопытствовать я.

– Тридцать три. А ты зачем спрашиваешь? Нравлюсь?

– Не льсти себе. Просто любопытно. Ты ведь первый встреченный мной дроу, да и последний, надеюсь.

– А что так ? – почти огорчился Афри.

– Тебе тут не место. В нашем мире тебя поймают и на опыты отправят.

– На магические? – Вот же ж простота средневековая!

– Нет, глупый. На биологические. Будут резать и смотреть, как ты устроен.

– Ужас какой, Лена. Как вы тут выживаете? – Синие глаза стали размером с блюдца.

– Видишь, как: вот по лесам прячемся. Ладно, поболтали, и будет. Ты за ночь ничего умного не придумал?

– Придумал вроде. Я думаю, если твоя бабушка была практикующей ведьмой, то у нее обязательно должны остаться книги. И если мы их найдем, то, возможно, ты сможешь помочь мне совершить обратный переход.

– Может, и остались. Да только где их искать? Знаешь, у меня встречное предложение. Я собираюсь сделать тут генеральную уборку. Вероятно, в процессе и книги найдутся. Так что давай сотрудничать: ты мне поможешь убрать, а я постараюсь тебе помочь с переходом.

Дроу скривился, как будто съел лимон, но согласился. Правильно, а какие у него варианты? Дальше мы почти до вечера вели неравный бой с пылью и залежами какого-то барахла по углам. Причем я это барахло выкидывала, а дроу все причитал, что нужные вещи пропадают. Дроу я эксплуатировала безбожно, но раз ему нужна помощь – пусть работает. Книжки мы все же нашли в закрытом ящике шкафа в чулане. И вот в чистом доме и с чистой совестью сели за изучение магической литературы. Электричество так, кстати, и не обнаружилось. Выяснилось, что провода уже давно алкаши срезали. В Коньково, как оказалось, никто уже больше не жил – вымерла деревня. Хорошо, что нашли у бабули стратегический запас разноцветных свечей, часть из которых Афри использовать просто для освещения запретил. Ну ему виднее. Так что изучали мы магические книжки в соответствующем антураже – в мерцающем неверном свете. Изучал, собственно, Афри. Читал мне вслух, а я слушала, зевая и борясь со сном. В итоге, когда я совсем задремала, он как заорал: