Король-Дворец. Магия

Вельможа затрясся от ужаса, но ничего не приходило ему на ум (вероятно, из-за его отсутствия).

И когда перекошенное от страха лицо скрылось под полом, Кеин ответил:

– Это лодка… Следующий!

К несчастью, им оказался Чистый советник, который впервые за свою жизнь оказался под рукой в столь опасный момент.

– Ответь-ка мне, друг Гнилон, что это:

«Изба еды полна,но крыши нет,да и стены дырявые»?

Гнилон глубоко задумался. Он привык решать и более сложные задачи. Но пол поглощал слишком быстро, не давая сосредоточиться. И вот, когда голова Гнилона почти скрылась под полом, его озарила мысль:

– Это по…

И он скрылся под полом.

– Да, Гнилон, – подтвердил Кеин, – это поле. Ты почти угадал, но ответ не считается. Кто ещё хочет проверить смекалку?

Добровольцев, как всегда, не оказалось. Хоть игра не опасная, но было в этом что-то жутковатое.

– Неужто никто не хочет? – разочаровано потянул Кеин.

– Ваше Величество, а загадайте мне! – Это опять был Принц (и кто его за язык тянул?).

– Смело, Принц! – обрадовался Кеин. – Что это:

«Около прорубки стоят белые голубки»?

И Принца стало неумолимо засасывать. Трудно думать, когда тебя тянет вниз, да причём так быстро! Но Принц заставил себя хотя бы на мгновение забыть об опасности и подумать над загадкой.

«Прорубка…белые голубки… да это же…»

– Зубы! – крикнул Принц и тут же оказался стоящим на твёрдом полу.

– Верно, – с восхищением произнёс Кеин. – А ты, Принц, оказывается, и самый сообразительный!

Гости громко зааплодировали, радуясь успеху Принца, но больше тому, что конкурс прекратился.

Казалось бы, череда странных конкурсов закончилась. Гости собрались расходиться. И тут, как гром среди ясного неба, донесся голос Кеина:

– Напоследок я хочу пофехтоваться на марионетках!

Принц сначала не понял, почему эти слова вызвали такую растерянность, даже трепет у придворных, что зал наполнился звоном медалей и орденов.

– Да не бойтесь! Ну же, смелее!

Но храбрецы не спешили выходить вперёд. По залу пробежал испуганный шёпот:

– Только безумец будет драться деревянным мечом на марионетках с самим королём! Не дай бог, ещё победишь!

Кеин с раздражением топнул ногой:

– В последний раз спрашиваю: кто хочет пофехтоваться со мной? Я не привык, чтобы мне отказывали!..

Все невольно отступили на несколько шагов. И так получилось, что один Принц остался впереди.

– Ваше Высочество, не откажите мне в поединке! – попросил Кеин.

– С удовольствием, – согласился Принц. – Только как мы будем фехтоваться?

– Сейчас увидите! – улыбнулся довольный Кеин.

В следующее мгновение из-под пола показалась платформа, чем-то напоминавшая кукольный театр.

Сцена была оформлена просто: на балконе стояла красивая девочка с закрытыми глазами. А внизу, друг напротив друг друга, стояли два мальчика – марионетки с деревянными мечами. Не зная, что они куклы, можно было принять их за живых детей.

Принц обратил внимание, что одеты они были в старые, рваные одежды. Но это всего лишь куклы – не в шелка же их рядить!

Видно, Кеин часто практиковался в этой игре – куклы были сильно потрёпанными.

– Раньше на марионетках фехтовался? – спросил Кеин Принца.

– Нет.

– Тут ничего сложного – вот тебе крестовина с нитями, ею и управляй своей куклой. Твоя задача – нанести моей марионетке как можно больше ударов.

Принц кивнул, и они с Кеином поднялись на платформу, Принц подёргал нити – марионетка послушно подняла правую руку и замахнулась деревянным мечом.

– Готов? – спросил Кеин.

– Да! – кивнул Принц.

И поединок начался.

Поначалу Принцу показалось, что он намного ловче Кеина, – тот пропускал удар за ударом. Но уже спустя минуту Кеин обрушил на марионетку Принца град ударов. Они сыпались и справа, и слева, и сверху. Принц не успевал парировать их и как попало отбивался – сказывались прогулы уроков фехтования генерала Рыжеборода.

Меч Кеина буквально порвал на марионетке Принца всю одежду, тогда как марионетке Кеина досталось всего лишь несколько ударов.

Наконец, запыхавшись, Принц крикнул:

– Сдаюсь! Ты, Кеин, просто мастерски владеешь мечом!

Кеин довольно улыбнулся.

– Это ежедневные тренировки. Ну всё! Опускайте марионеток! – повелел он.

Раздался шум механизмов, и платформа начала медленно опускаться.

– Спасибо за то, что приехал поздравить меня! – поблагодарил Кеин. – Я лично отвезу тебя к Радуге!

– Благодарю, – ответил Принц и беспокойно посмотрел по сторонам: где же Мешок-Хитростей?

А тем временем платформа с марионетками опускалась…

И только сейчас, вблизи, Принц смог разглядеть, насколько ужасными были раны от деревянных мечей, – на марионетки было больно смотреть.

«Какой мастер создал их? Не зная, что они куклы, можно подумать, что это настоящие дети», – в который раз подумал Принц и успокоился: деревянные куклы не чувствуют боли.

И тут (Принц не поверил своим глазам!) одна из марионеток – девочка в рваном платьице – посмотрела на него и тихо всхлипнула:

– Помоги…

Принц в ужасе отшатнулся и закричал:

– Кеин! Кеин! Марионетка! Она говорит!

Король Эраи очень растерялся:

– Это… м… м… м… говорящая марионетка!

Но тут ожила марионетка Кеина:

– Спаси… нас… – чуть погромче простонала она.

– Да это живые люди! – воскликнул Принц.

– Опускайся же быстрее! – взбесился Кеин и топнул ногой.

Да только, как назло, что-то заклинило в механизме, и платформа встала. Принц забежал на неё и внимательно осмотрел марионеток – ну точно! – это были живые дети – двое мальчиков и девочка! Марионетка Кеина оказалась высоким мальчиком в грязной, поношенной одежде, а марионетка Принца – мальчиком ростом и возрастом, как сам Принц.

Под глазом девочки виднелся синяк, засаленные волосы растрепались. Её тельце, едва прикрытое лохмотьями, казалось прозрачным.

Дети исхудали от голода, а их тела были сплошь в синяках и ушибах. Больше всего не поздоровилось марионетке Принца: на мальчике не было живого места!

– Кеин! – возмущённо закричал Принц. – Это ведь живые дети!

– Да я знаю! – зло ответил Кеин. – Они сироты и никому не нужны, а по нашему закону, если вещь или человек не имеет хозяина (родителя, опекуна), – она переходит к королю Эраи, то бишь ко мне!

– Но они люди, а не вещи! – запротестовал Принц.

– Я купил твою марионетку у «добрых людей», так что он отныне мой раб. А эти два раба – собственность королей Рации и Аскены, и мы вольны поступать с ними, как захотим!

Послышался едва уловимый стон, и маленький раб (марионетка Принца) прошептал:

– Спасите… нас… Ваше… Высочество…

Принц словно очнулся от оцепенения:

– Да, да! Я спасу вас! – горячо воскликнул он.

Выхватив из ножен свой короткий меч, Принц подскочил к рабам и по очереди перерубил верёвки. Дети были лёгкими как пушинки, Принц легко подхватил их и положил на пол.

Но тут к нему вплотную подошёл Кеин и угрожающе предупредил:

– Принц, оставь в покое наших рабов!

– Нет! – упрямо ответил Принц. – Вы забьёте их до смерти!

– А это уж мне… нам решать! – усмехаясь, ответил Кеин.

Разом пропали его любезность и радушие, а вылезли наглость и жестокость.

Принц в отчаянии повернулся к толпе:

– Люди? Что же это?

Но «люди» только презрительно смотрели на него. Сейчас гости жаждали развязки, желательно зрелищной и кровавой. Некоторые вельможи даже начали делать ставки, что будет дальше. Понятное дело, поставили на Кеина.

– Вот видишь, Принц! – ликовал Кеин. – Никто тебя не поддерживает – потому что всё законно!

Принц поник головой, но тут его озарила идея:

– Ты купил рабов?

– Да.

– Так давай я их выкуплю!

– Как странно! – воскликнул Кеин. – Но раз хочешь, то давай!

– Какая цена?

– Триста золотых аверьялов! – объявил именинник.

– Я готов заплатить! – не торгуясь, согласился Принц.

– Выкладывай деньги – и рабы твои, – быстро проговорил король. Он назвал сумму наугад, с сарказмом, и не ожидал, что Принц так легко согласится.

– У меня нет при себе денег, я могу написать расписку, – предложил Принц.

– Сойдёт! – дрожа от радости, согласился Кеин. – Эй, Гнилон, неси скорее бумагу!!!

Чистый Советник словно того и ждал, ловко поднеся Принцу долговой пергамент.

Принц достал из кармана волшебное перо и написал расписку:

«Я, Датен, принц Аверии, обязуюсь заплатить 300 (триста) золотых аверьялов за следующих рабов:

– Диану, Торрена и Крита, – продиктовал ему Кеин.

«…в течение…»

– Двух недель.

– Двух недель? – возмутился Принц. – Я не успею скопить так быстро!

Принц никогда не зарабатывал денег, но знал, что это огромная сумма. Например, чтобы безбедно прожить месяц в Аверии, достаточно было пяти золотых аверьялов.

– Тогда не получишь рабов, – холодно процедил Кеин.

Принц вздохнул и дописал:

«…в течение двух недель».

Вторую расписку он написал Кеину, заверив её королевской печатью. Кеин чуть ли не прыгал от радости!

– Всё, через две недели, ровно в полдень, ты получишь деньги, – сказал Принц. – А теперь я увезу с собой ребят!

– Ты, Принц, всего лишь пообещал заплатить за них, – сухо заметил Кеин, – но ещё не выкупил, так что езжай домой и вези деньжата! А там и поговорим. Эй, стража, – верните их на место!

Стражники схватили несчастных детей и собрались снова подвесить их на верёвки…

Но тут Принц, о котором на мгновение все забыли, зарычал, словно лев, сжал кулаки и бросился на трёх королей… Королю Кеину он заехал по челюсти, Сколлю – в нос, а Эребу – по уху.

Всё произошло так быстро, что никто из юношей не успел даже вытащить мечи из ножен!

Королям бы досталось ещё крепче, если бы подоспевший Гнилон не наставил в спину Принца острый клинок.

Вдруг раздался пронзительный вопль, леденящий кровь.

Принц сначала не понял, что так испугало гостей бала, но потом глянул на трёх королей и обмер: у Кеина изо рта высовывался раздвоенный змеиный язык, короля Сколля украшал свиной пятачок, а у Эреба торчали уши, как у летучей мыши!

Три короля принялись вопить от ужаса, скандал был необычайный!

– Казнить мерзавца! – заорал Кеин.

Короли пылали от гнева, приставили к груди Принца острые холодные клинки и были готовы вот-вот пронзить беззащитного мальчика.

Смерть казалась неминуемой.

– Помогите! – в отчаянии взмолился Принц.

– Ваше Высочество, я уже тут! – внезапно раздался знакомый голос, и, не успели все понять, в чём дело, как трое королей исчезли, а посреди зала оказался огромный холщовый мешок.

– Выпусти нас! – рявкнули хором короли.

– Если стража хоть пальцем тронет Принца, – я вас задушу! – спокойно ответил Мешок-Хитростей.

– Немедленно отпусти нас, навозный мешок! – орали короли. – Мы сейчас задохнёмся!

– Ага, держите карман шире, – спокойно сказал Мешок-Хитростей, но хватку немного ослабил.

Короли попытались вспороть его изнутри, но ничего не вышло.

И тут из толпы вышел Чистый советник и ангельским голоском пропел:

– Уважаемый Имет, Принц сам виноват в случившемся.

– И в чём именно? – не поверил Мешок-Хитростей.

– Король Кеин устроил битву марионеток, а Принц решил заступиться за них. – И Гнилон кивнул на трёх детей.

Мешок-Хитростей быстро понял, что к чему.

– Принц, – строго произнёс он. – Ты решил заступиться за рабов?

– Да, – гордо заявил Принц, рассчитывая на понимание и поддержку.

– Зачем? – нахмурился Мешок. – Короли вольны поступать с рабами, как им заблагорассудится! Закон Эраи разрешает.

– Вот и мы ему об этом говорили, а он на нас с кулаками накинулся! – закричал Кеин из Мешка-Хитростей.

– Но я помешал ему, Ваше Величество! – пропел Гнилон.

– Спасибо, Гнилон! – одобрительно крикнул Кеин. – Мы благодарны тебе за спасение.

– Я бы хотел получить награду золотом! – с надеждой произнёс Чистый советник.

– Гнилон! – с укором пожурил Кеин. – Тебя похвалил сам король, это дороже золота!

– Слушаюсь, Вашество, – расстроился Чистый советник.

А Мешок-Хитростей стал мрачнее тучи:

– Принц, это правда? Ты первый напал на королей?

– Да, это так! – запальчиво крикнул Принц. – Они мучили ребят! Не мог же я спокойно смотреть на это!

Мешок ещё больше нахмурился, и в следующее мгновение все три короля вновь оказались на свободе.

– Приношу свои извинения, Ваши Величества! – сказал он, сконфузившись. – Надеюсь, этот глупый случай не испортит наши добрососедские отношения.

– Да, конечно, – согласился Кеин. – Из-за таких пустяков не стоит ссориться! Я даже не буду спрашивать у вас, зачем вы, уважаемый Имет, тайно рыскали в моём дворце!

Мешок пропустил эти слова мимо ушей и повернулся к Принцу:

– Мы сейчас же уезжаем.

– И оставим ребят на растерзание этим извергам? – исступлённо воскликнул Принц.

– Попридержите язык, Ваше Высочество! – прикрикнул Мешок.

– Я не могу спокойно смотреть на то, как у меня на глазах мучают детей!

– Король-Дворец прав: слишком рано мы выпустили вас в высший свет!

– Высший свет? – захохотал Принц. – Этих равнодушных разжиревших свиней, одетых в шелка ты называешь высшим светом?! Да на них золота больше, чем в казне! А на улицах людей от голода шатает…

Его слова потонули в возмущенном визге и свисте. «Свиньи» яростно захрюкали, явно недовольные такой оценкой. Принцу это напомнило бунт в свинарнике.

– Это просто неслыханно! – рявкнул Кеин. – За оскорбление меня, королей и придворных с вас, Принц, штраф – сто золотых аверьялов!

Толпа восторженно загудела.

– Но деньги возьму себе, – уточнил Кеин.

Толпа возмущённо завыла.

– Но, – тут же добавил Кеин, – я не злопамятный и прощаю Принца.

– Благодарю за столь щедрый поступок, – поклонился Мешок-Хитростей. – Нам пора уезжать.

– Карета ждёт вас у самого крыльца! – сладко залился Гнилон.

– Спасибо, – сухо ответил Мешок и, схватив Принца за локоть, повёл его к выходу. При этом советник недовольно пыхтел, но Принц этого не замечал. Сейчас ему стало ясно, что никакой он не принц, а всего-навсего маленький, беззащитный ребёнок, от которого ничего не зависит…

– До скорой встречи, мой друг! – с издёвкой бросил ему вслед Кеин, – Принц должен держать обещание!

– Дорогой Принц, вы тут кое-что уронили, – шепнул Гнилон и быстро вложил в ладонь Принцу долговой пергамент. – Он выпал у вас, – с саркастическим смешком добавил он.

От этого Принц ещё больше пригорюнился – как он соберёт триста аверьялов за две недели?

Ведь, если не получится, деньги всё равно придётся возвращать из казны Аверии – подписал-то он расписку волшебным пером и скрепил печатью.

Но деньги волновали Принца меньше всего – дети в таком случае вновь окажутся в когтях этих стервятников!

Понурив голову, Принц прошёл сквозь строй вельмож, которые низко поклонились, но мальчик прекрасно видел: они с трудом сдерживают себя, чтобы не расхохотаться.

И как только за Принцем и Мешком-Хитростей закрылись двери зала для торжеств, раздался взрыв хохота.

Словно в тумане, Принц добрёл до кареты, в которой было не повернуться от старых пыльных томов.

– А что это за книги? – удивился Мешок-Хитростей. – Их тут не меньше сотни.

– Кеин подарил их мне.

– Странный сегодня день, – проворчал Мешок. – Ты, надеюсь, не натворил больше глупостей?

Принц промолчал.

– Давай так: я не расскажу Веору, что ты пытался спасти рабов королей, а ты ни слова о том, что я оставил тебя одного и рыскал по дворцу, – предложил Мешок-Хитростей.

Принц грустно кивнул.

– Король-Дворец строго-настрого запретил мне это, но я хотел лично убедиться, куда, как в прорву, уходят те тысячи аверьялов, что мы отправляем в Эраю, Рацию и Аскену каждый месяц.

– А зачем мы отдаём столько денег? – полюбопытствовал Принц.

– Чтобы не ссориться с королями, – пояснил Мешок, – от этого может ослабнуть Великая Туманность.

– И что тогда будет?

Но вместо ответа Принц услышал лишь раскатистый храп.

И вот они уже в вечернем небе, но Принц ничего не замечал: у него перед глазами так и застыли три раба с одной лишь просьбой: «Спасите нас».

Глава 6. На рынке

Никто, кроме Короля-Дворца, не узнал о том, что произошло на балу у Кеина, но Принц потерял покой.

Откуда достать триста золотых аверьялов?!

Но нельзя терять надежду! У него в запасе две недели, чтобы скопить деньги. Теперь главное подумать, где их взять.

Первое, что пришло ему на ум, – копилка! Уже несколько лет он собирал все аверьялы, что давал ему Король-Дворец на карманные расходы, и сумма должна скопиться кругленькая.

Принц схватил копилку – поросёнка, сытно похрюкивавшего и лоснившегося от количества монет.

«Тут не меньше сотни аверьялов!» – радостно подумал Принц.

Но, вытащив монеты, мальчик расстроился: в копилке оказалось всего пятьдесят аверьялов.

«Когда я успел потратить столько денег?» – расстроился Принц.

И тут он вспомнил поход в Королевский книжный магазин. Точнее, после того, как Принц переступил порог книжного, всё было как в тумане. И только крики дворецкого Коврика привели его в чувство:

– Принц! Принц, успокойтесь!

Оказалось, что Принц скупил все новинки.

Ничего с этой привычкой не мог поделать…

«Где же найти ещё двести пятьдесят аверьялов на выкуп?» – горько задумался он.

Никогда раньше Принцу не приходилось даже думать об этом – отец ему ни в чем не отказывал, хотя и не баловал излишествами.

«Я могу подметать улицы или ухаживать за цветами на Аллее Победы…»

Но эти идеи пришлось отвергнуть: во-первых, много аверьялов так не скопить, а во-вторых, у него есть время только до десяти утра, когда придёт Коврик и разбудит его.

Но как же скопить огромную сумму за столь короткий срок?

Принц окинул взглядом комнату: куда ни глянь, везде лежали игрушки.

Деваться некуда, придётся продать их на рынке…

Принц взял бумагу, перо и записал в столбик все игрушки. На это ушло около двух часов.

О многих Принц уже и забыл – как, например, об игрушечном поле битвы, на котором выстраивались два войска, и ими надо было руководить: отдавать приказания, вести воинов в атаку…

Но играть нужно вдвоём – одному скучно.

А вот набор пиратских кораблей: стоило их опустить в воду, как тут же разыгрывалось целое сражение – корабли палили друг в друга из пушек, пираты брали на абордаж суда.

Были здесь и самые уникальные игрушки.

Пони, который из крошечного мог превратиться в настоящего.

Набор водяных карандашей – ими можно было не только рисовать, но и опустить в аквариум, и тогда они превращались в разноцветных рыбок.

Набор волшебных красок, которыми можно было нарисовать что угодно, а потом съесть рисунок.

Огромная ферма с живыми коровами, овцами, козами, с настоящим домом и прочими постройками.

Ну и подкованные мини-кареты разных цветов, на них Принц ездил (гонять ему запретил Король-Дворец) по всему Хрустальному замку и по Аллее Победы.

И много чего ещё интересного.

«Этого вполне хватит, чтобы собрать недостающие двести пятьдесят аверьялов», – успокоил себя Принц и решил плотно перекусить, ведь с вечера он ничего не ел.

Но тут ему на глаза попалась долговая расписка.

Мальчик развернул пергамент и внимательно прочёл:

«Я, Датен, принц Аверии, обязуюсь заплатить 300 (триста) золотых аверьялов за следующих рабов: Диану, Торрена и Крита в течение двух недель».

– Всё верно, – успокоился Принц.

После произошедшего на балу от Кеина и его приспешников можно ждать что угодно. Но опасения напрасны – никакого подвоха в расписке не было. Принц уже хотел вновь свернуть лист и спрятать подальше от чужих глаз. Но тут он вновь пробежался по строчкам. Рядом со словами «300 (триста) золотых аверьялов» была нарисована маленькая такая, неприметная звёздочка, похожая на важное примечание. Принц почувствовал неладное и быстро перевернул лист. И на обратной стороне прочёл написанное мелким-мелким почерком:

«Данная в расписке сумма указана за каждого раба».

Сердце едва не выскочило из груди Принца:

– За каждого?! – вскричал он. – Итого девятьсот аверьялов?!

Принц почувствовал, как вспотел до нитки. Перед глазами всё поплыло. Если раньше он с трудом представлял, где взять триста золотых аверьялов, то теперь и подавно не знал, как заработать девятьсот!

– Мамочки! – в панике осознал мальчик. – Я ведь подписал их своим пером и скрепил печатью: теперь всё написанное нужно исполнить! Что же я натворил! Мне конец!

Сомнений не было: Гнилон дописал эту строку, как только Принц отвлёкся.

Что теперь делать? Ведь, если дело откроется, то Аверии волей-неволей придётся платить деньги. А если Кеин простит долг? Тогда сироты всё равно останутся в лапах нелюдей!..

Но вот первый ураган чувств пронёсся, и, как учил Принца Мешок-Хитростей, разум стал брать верх.

«Ничего, главное не унывать! А там что-нибудь придумаю! Я ведь дал слово, что освобожу ребят!»

Принц собрал часть игрушек и завернул их в большой узел.

Это его немного успокоило.

Тут открылась дверь.

– Мой принц, – проворковала вошедшая толстенькая женщина в белоснежном фартуке и поварском колпаке на голове, – я приготовила ваши любимые творожные сырники и вишнёвый пирог!

– Спасибо, тётушка Роззи! – обрадовался Принц. – У вас такие замечательные блюда, что пальцы можно проглотить!

Тётушка Роззи довольно улыбнулась и, поклонившись, вышла.

А Принц торопливо поел. Это прибавило ему сил.

Затем он взял с полки свою любимую книгу «Аверийские сказания, легенды и поверья» и, уютно свернувшись в постели, принялся читать.

Когда городские часы пробили полночь, он наконец оторвался от чтения и, погладив котёнка-будильника по мягкой шёрстке, попросил:

– Котик, разбуди меня в пять утра!

– Мур-мур, – промурлыкал котёнок. – Слушаюсь, Ваше Высочество!

Едва закрыв глаза, Принц погрузился в глубокий сон.

* * *

Казалось, прошла всего минута, когда Принц почувствовал, что шершавый язычок лижет его щёку.

– Мур-мур, хозяин, просыпайтесь! Уже пять часов!

– Дай ещё поспать! – проворчал спросонья Принц.

– Сами же сказали, – обиделся котёнок.

– Ой, ты прав! Спасибо, мой пушистик! – И Принц одним махом спрыгнул с кровати и налил котёнку-будильнику полную миску молока.

Наспех одевшись и умывшись, Принц собрался завтракать. Но удивился: обеденный столик был пуст…

– А, точно! – хлопнул себя мальчик по лбу. – Ведь сейчас пять утра. А тётушка Роззи приготовит завтрак не раньше десяти!

День только начинался, и солнце вот-вот должно было показаться из-за горизонта.

Хрустальный замок спал мирным сном.

«Пора отправляться на рынок», – подумал Принц.

Но, окинув взором огромный узел с игрушками, он невольно призадумался: а как это всё отвезти? Не в руках же тащить!

И тут он увидел игрушечный подъёмный кран.

«Если бы с твоей помощью можно было спустить все игрушки вниз», – размечтался Принц.

И что вы думаете?

В кране заработали шестерёнки, и на тросе спустился крючок. Играючи поддев узел с игрушками, он развернулся к окну и плавно опустил узел на зелёную лужайку.

«Спасибо, Магия!» – обрадовался Принц.

Теперь оставалось добыть одежду купца. Для этого надо попасть в костюмерную Театра Короля-Дворца.

Тихонько, словно вор, крался Принц по коридору Хрустального замка. При этом раздавалась негромкая героическая мелодия, бодрившая его.

Король-Дворец спал, словно младенец. Его сердце-люстра горело слабее, чем обычно.

Принц осторожно поднялся на первый этаж Короля-Дворца, где находился Театр. Открыв тисовую дверь, Принц почувствовал запах обитых шёлком кресел, красных ковровых дорожек, грима. В светильниках едва теплились свечи, на сцене был опущен занавес: сезон начинался осенью.

Принц крался на цыпочках, и только скрип половиц нарушал тишину театра.

И вдруг…

– Да здравствует Ваше Высочество!!!

Принц подпрыгнул от неожиданности.

А висевшие на стене куклы-марионетки вновь завопили во весь голос:

– Слава нашему Принцу!!!

– Тише вы! – зашикал на них Принц. – Ш-ш-ш!

И тревожно прислушался: Король-Дворец недовольно заёрзал и проворчал что-то во сне.

Фуф, пронесло!

Принц, осторожно ступая, пошёл дальше.

В костюмерной рядами стояли рыцари в бутафорских доспехах, висели красивые женские платья, сшитые из атласа и шёлка. Принц прошёл мимо них и двинулся к одежде фермеров, ремесленников и вот, наконец, купцов.

Он выбрал себе чёрный атласный халат. А в гримёрке надел седой парик, приклеил белую бороду и накладные кустистые брови.