- -
- 100%
- +
Глава 1
Мы все плывём по течению жизни по разному. Кто-то как неуправляемый плот, везущий на себе кого попало. А другой словно агрессивный катер, быстро, целеустремлённо, подбирая удобных попутчиков и сбрасывая за борт бесполезных. Но река жизни – это дорога в один конец и
у всех он один, каким бы разным не был путь.
Иван, несмотря на немалый возраст и больные ноги, всегда выполнял свою работу как положено. С инициативами не лез, но что должен, то можно быть уверенным, сделает и проверять не надо. Здесь на Донбассе, в зоне СВО много работающих, кому нужны деньги. А есть такие кому не нужны? Вряд ли. А если и не нужны лично, то ради жён и детей люди стараются и рискуют, приезжают сюда работать за тройной оклад. Вот и Ваня из вторых будет. Только устал он сильно уже, и словно предчувствовал, что приехал без обратного билета. Поэтому не отказался и в этот раз выехать на осмотр повреждённой линии.
Врагов России весь "цивилизованный" мир учит, как убивать наших похитрее да побольше. Диверсионная группа свалит столб с проводами, и оставляет засаду или наводчика для артиллерии, чинить то приедут, выбора нет, их и накроют залпом. Потом спасатели подъедут а их вторым залпом. Всё это давно усвоили как местные жители, так и приезжие рабочие, вот и не рвались ребята в такие поездки, а Ване терять нечего, он не отказывается. Комуто же делать надо.
Старенький УАЗ, который "буханкой" обзывают, скрипя рессорами, неспеша пылил по дороге. Ваня за рулём внимательно смотрел вперед, чтобы колесом в воронку не влететь и на столбы с проводами слева. Вот она проблема и обнаружилась – один из столбов повис, на проводах, и оборвал часть из них. У опоры только нижняя часть раздроблена, других признаков обстрела рядом нет. Доложил о том по рации, рассказал подробно где находится и что, на засаду сильно похоже. Получил указание уезжать, кивнул сам себе и включил передачу да не успел больше ничего. Пуля снайпера пробила автомобильное стекло, корпус рации и по касательной разорвала щёку, забрызгав салон яркими красками крови. Машина дёрнулась и заглохла, а Ваня уронил голову на руль. Эх от снайпера не уйду – подумал и взял незаметно в руки, лежащий на полу дробовик. Направил в сторону двери и услышав, что дверь со скрипом открывается, не поднимая голову, нажал на курок. Мощный заряд дроби из обеих стволов выбил жизнь из двух "не братьев". Тут же ответная автоматная очередь зачеркнула Ванину жизнь.
– От клятый москаль, не ушёл один – послышалась досадная ругань.
Но мёртвый Ваня уже не слышал этого, его тело достали из машины, сняли куртку, вытерли ей кровь с сиденья и вместе с телом выбросили в овраг. Тела убитых им бойцов положили в кузов, туда же запрыгнули ещё трое военных, в кабину сел командир с помощником. Двигатель остался цел, УАЗ завёлся и хрустнув передачей, покатил дальше по пыльной российской дороге.
– Здесь ловить нечего, москаль доложить успел – сказал командир группы, достал из кармана пачку Кэмел и закурил ароматную сигарету.
Глава 2
Да, меня убили "не братья" под Донбассом, точнее убьют в 2023 году.
Умереть получилось быстро и уже ждал покоя, туннель со светом в конце, обычно так бывает говорят, но видимо кто то решил иначе. Мой персональный туннель появился и яркий свет тоже, вот только заблудился похоже по дороге в рай или по кругу летает моя душа и видится мне то тьма то свет, и так без остановки.
С криком я проснулся в тёмном купе поезда. Странно, боли нет, покачивается вагон на ходу, скрипят на рельсах и стрелках колёсные пары. За окном, свет фонарей меняет чернота ночи. От очередного яркого всплеска зажмурился, прикрыл рукой глаза. Не понял, это что? Моя рука? На двери купе есть зеркало, скинул одеяло и сел. В очередном всплеске света увидел себя – маленький карапуз, в белой майке. Узнал себя маленького и холодный пот выступил на лбу. Господи, неужели так сильно согрешил? Я устал жить ещё тогда, а теперь что? Опять, заново?, ещё и зная чем всё закончится? Эх, кто же так решил, да зачем мне это? Ведь я хоть и бесталанно прожил отпущенное время, но честно, не предавал никого. Да и ушёл на покой не хуже других. Растерянно почесал затылок, и как здесь жить то? В этом прошлом? Тут между прочем ещё СССР, и подумал – может я просто в бреду? Да, вот под такие невесёлые мысли и уснул, всё таки моему телу здесь пока всего 6 лет.
Вокзал утром кипел суетой и криками, а мама плакала. Уже минут десять, потому что нас не встретили. В прошлый раз я смотрел на это непонятливыми глазами, тупил и улыбался. Потому что мне было всё равно, ведь я сыт, одет, в небе светит солнышко, а впереди целое лето. Мои ожидания, что я брежу не оправдались, похоже действительно придётся повторить весь путь заново. Но сейчас то я знаю, что мамы через год уже не станет. В первый класс я пойду сиротой. Чёрт, не смог сдержать слёзы и зарыдал, обняв маму.
Вот ведь, дурень я старый, а она сама испугалась и начала меня успокаивать:
– Ванюша, ну что ты, сынок, не плачь. Просто мой папа ещё не подъехал. Может свободных мест нет, где машину можно оставить рядом с вокзалом.
Да я с радостью показал бы своё мужество, но тело так не думало и эмоции накатили с новой силой, накрыли словно большая волна, с головой, ревел и не мог остановиться. Мама сняла с плеч рюкзак и поставила на большой чемодан. Обняла и взяла меня на руки. Сразу стало спокойно и тут же стыдно:
– Всё мама, хватит, отпусти! Я сам, большой уже.
Встал на ноги, вытер слёзы и сопли рукавом. Пару раз глубоко вздохнул, выдохнул и отпустило.
– Пошли такси свободное искать. Скорее всего бабушка с дедушкой телеграмму от нас не получили. Сегодня же воскресенье, вот завтра в рабочий день, принесут, когда уже не надо будет. Но сейчас, с таким количеством сумок на автобусе мы не доедем.
Мама удивлённо на меня посмотрела, конечно таких слов не ожидала. Но я не собирался придуриваться и изображать из себя маленького ребенка, плясать под чужую дудку не собираюсь. Тем более пока окончательно не поверил, что в самом деле вернулся в детство. Может мне всё кажется?
Схватил рюкзак, с трудом закинул на спину, небольшие сумки в обе руки. Отец дома остался, а мы в деревню едем к бабушке и дедушке одни, помогать сейчас некому. Мама подключилась, взяла большой чемодан и мы стали выбираться на вокзальную площадь. Машины белые и чёрные волги с шашечками стояли в первом ряду.
– Куда надо красавица? – первым подсуетился чернявый толстячок с орлиным носом.
–Посёлок Комсомольский.
А в ответ тишина, задорный толстячок молча опустил глаза, и быстро затерялся в толпе. Его можно понять, дорога до деревни долгая и разбитая. Обратно явно пустым придётся возвращаться, невыгодно, а на двойной счётчик надеяться нечего, достаточно взглянуть на нас с мамой и всё сразу понятно. Может поэтому мама и плакала? Я покрутил головой и уверенной походкой подошёл к стоящему с краю стоянки автомобилю Газ-24, дурацкого, бежевого цвета:
– Привет Сергей, давай ты нас отвезёшь, я тебе вместо цыганки про судьбу твою нелёгкую расскажу.
Высокий худой парень, молодой таксист, он нас тогда в итоге и повёз, с изумлением посмотрел вниз, на меня, маленького карапуза и захохотал во весь голос.
– Ой простите, сыночку наверное голову напекло – извинилась мама.
– Ну что, вы, правда. Если другие не хотят, я вас повезу – расплывшись в улыбке, ответил таксист, с бравым видом поправляя кепку на голове. Я вспомнил как он в прошлый раз к маме явно подкатывал, истории всякие про себя, всю дорогу рассказывал. В итоге договорились на 10 рублей, погрузились и поехали.
Глава 3
Дорога весело бежала под колёсами, скорость под сотню.
– А меня и вправду Сергей зовут – сказал таксист, небрежно держа руль одной рукой, и начал как тогда, про себя рассказывать, игриво поглядывая на мою маму. Молодой ещё, не нагонялся – думал с раздражением я – так так, а мама что уши развесила?
– За дорогой смотри, балабол – перебил я его, просунув голову по центру между сидений – а то собьёшь кого и сядешь, лет на пять.
Мама опять странно на меня посмотрела, да я "засветился" похоже по полной программе.
– Какой маленький, а злой как крапива – таксист Серёга на меня явно разозлился.
– Да будет так, как я сказал!
И в это самое время из пышных зелёных кустов, что выросли прямо у дороги, выскочил серый силуэт и прямо под автомобиль. Волга машина тяжёлая, её на раз не остановишь, пронзительно взвизгнули тормоза, но поздно. Чмак и хруст, машина подскочила и встала заглохнув. Я ударился головой, блин, шишка точно будет. Вот что не пристегнулся? Второй раз решил на грабли наступить, вдруг не ударят?
Таксист Сергей, бледный как смерть, не моргая смотрел перед собой вперёд, где бился о стекло и жужжал мохнатый шмель, а пальцы тряслись, и словно сами по себе отбивали чечётку по цветной, плетёной обмотке руля.
– Ну что доездился? Всё, теперь точно сядешь! – зловредно наехал я на него.
Сергей всхлипнул, обернулся и с ужасом посмотрел на меня.
– К-к-как же так? Что же теперь делать?
– Как что? Бери бумагу, пиши как всё было. Экономь время народной милиции.
Ого, однако как его потряхивать начало, наверное хватит уже пугать, а то вправду заикой станет.
– Гонять больше не будешь? – сощурившись спросил его.
Таксист медленно, словно во сне, покачал головой вправо и влево, со страхом глядя мне в глаза. Вот чёрт, взрослый же человек, а ведётся как дитё малое, хотя тут пока так не говорят.
– Давай ка выйдем – вылезли мы из машины, и не успели даже двери захлопнуть, как из кустов позади раздался смех – под машину посмотри! Не бойся.
Сергей медленно опустился на одно колено, потом на другое и боязливо заглянул под машину. Я знаю, что он там под ней увидел – чучело из ватных штанов и телогрейки с шапкой. Внутри солома и ветки. Да, всё как в прошлый раз, кроме моих жутких комментариев.
– Сергей, давай успокаивайся, и не вздумай за этими дебилами бегать – сказал, взяв его за плечо.
Таксист присел на дорогу и заплакал, прислонившись к машине. Сейчас отойдёт и ругаться будет со всей пролетарской силой и молодым задором, в общем минут двадцать ещё пройдет. Не стал я терять временя, поднялся и пошёл к кустам, из которых доносилось хихикание, уже на подходе громко сказал:
– Водителю плохо с сердцем стало. Помрёт сейчас, и вас шпана в колонию посадят.
С другой стороны пышных, цветущих кустов акации, тут же раздался треск веток и пять пацанов, в страхе помчались в рассыпную, падая и раздирая колени, но вскочили и помчались дальше. Я подошёл поближе, сходил по маленькому на куст и двинулся обратно к машине.
Серёга таксист только начал приходить в себя, и раздался громкий, отборный мат. Я маленький ещё, мне такое нельзя слушать, открыл заднюю дверь и как залез обнял маму, она так на широком заднем сиденье сидела и плакала. Переживает ведь сильно, вот я чурбан. Разозлился на самого себя, стало стыдно.
– Мам, всё в порядке, это просто недоразумение.
Она, кивнула головой, обняла меня и замолчала, закусив губу.
Минут через 15 мы поехали дальше. Весь оставшийся путь в машине стояла тишина, только колёса шелестели по асфальту, а я смотрел в окно. Мне самому было далеко не весело. Пробегали мимо жёлтые, в колосьях поля, озёрца и посадки. Это деревья, которые между полей сажают. В них как правило грибов много вырастает. Лето, жизнь продолжается.
Приехали, вот наш знакомый дом, остановились и вышли у ворот. Сергей, помог достать багаж, взял с мамы только пять рублей:
– Извините, меньше не могу.
Потом не глядя на меня, сел в машину, перекрестился и быстро уехал.
Глава 4
Услышала шум и вышла к воротам бабушка:
– Доченька, что ж ты не предупредила? Мы же встретили бы, приехали на вокзал. Машина же есть, а вы на такси.
Открыла ворота, подлетела и обняла нас. Наверное после мамы, только бабушка меня так сильно любила. Бабуля помогла с сумками, мы зашли во двор. На шум вышел дед, в трусах по колено и старом пиджаке. Деревенский сюрреализм. Я уже и не помню таких моментов. Все радостно обнялись.
Повели нас в дом, и поселили в комнате, сразу за кухней, где помню лет через десять, последние годы проведёт сам дед – фронтовик, почти не вставая с постели. Это сейчас он ещё бодрячком, а после смерти бабушки быстро потухнет. Сердце в груди сжалось, ну зачем мне это. Как это всё второй раз можно пережить, без надежды на лучшее? Лег на кровать и погрузился во вселенскую тоску. Мама тихо вышла:
– Ванюша, устал. Спать лёг. Пройдёмте я вам расскажу как доехали, с ужасным происшествием.
Я и правда уснул сразу, дохлый однако организм. А выспавшийся встал и подошёл к большому зеркалу по середине старого гардероба.
О ужас, ужасный – на меня печальным взглядом брошенного щенка, смотрел пухлый рохля. Господи, непонятно как я вообще смог дожить до старости, просто чудом каким. Ну всё – решил я – все мои страхи остались, там, на Донбассе, в придорожной канаве вместе со мной. Эту жизнь я буду жить по другому. Пора из этой розовой сардельки делать нормального пацана. Захотелось похулиганить, поэтому открыл окно и выпрыгнул на улицу, прямо перед огородом. Так неудачно руки поцарапал, ой да фиг с ними, коронавирус ещё не изобрели, можно не бояться. Тут же услышал гнусавый голос:
– Ты что делаешь? Я всё расскажу бабе Гале!
Я внимательно присмотрелся, сначала не понял откуда раздался голос.
Ага, вон на дереве, обезьяна какая то вишню обдирает, причём в нашем саду.
– Слезай дружище, поздороваемся. Давно не виделись!
Ха, повёлся, дурачок, слез. Я вспомнил, Гусев его фамилия, имя не знаю. Постарше меня будет, гадёныш, терроризировал меня несколько лет подряд. Подошёл он ко мне уверенной походкой и нагло протянул свою липкую, в соке раздавленной вишни, руку:
– Здорово москвич! Всё равно про тебя расскажу.
Болью резануло слух, для меня москвич прозвучало, как москаль. С улыбкой протянул ему руку, крепко сжал, потянул на себя и со всех сил лбом ударил ему в нос. Вот так!
Гусю этому явно не понравилось. Кровь вместе с соплями размазалась по его лицу. Он заорал и шатаясь захромал домой, это я ещё ему ногой по коленке врезал, для закрепления урока. А потом с ужасом вспомнил, что его папа этого гуся лапчатого местный участковый милиционер.
Глава 5
Летние каникулы начались бодренько. После вразумления всяких соседских Гусевых, вернулся к дому. Там есть самодельный турник и гантели. Это дед мой и дядя раньше занимались. А теперь спорт наше всё, на ближайшие годы. Отлично позанимался, до боли в руках и залез охладиться в бочку с водой, для полива огорода. Это вам не там. Хорошая водичка, уже нагрелась, а стухнуть ещё не успела. Вот в таком дурацком виде и нашла меня бабушка. Охнула, перекрестила руки на груди и покачала головой:
– Тебя словно подменили. Ты же отдыхал. В окно убежал, раньше таким не был.
– Бабуль, так жарко же. Непереживай.
– Пойдём обедать.
– Угу, пойдём.
Дома в прохладе все сидели за большим столом, на котором манили взгляд продукты со своего огорода. Помидоры, огурчики, лук зелёный, свежий каравай хлеба. Чугунок с картошкой. Тушёнка собственного приготовления, из хрюкавшего в сарае здесь в прошлом году свина. Красота. Дед уже улыбается во все оставшиеся зубы, понятно, самогона принял. Для дам стоит графин с собственным яблочным вином. У нас не Франция, виноград не растёт, яблоками обходимся, зато их у нас много. Успел поесть, когда в гости заявился не запылился, участковый Гусев. Начал сразу с наездов:
– Что же ты сосед, уважаемый. Фронтовик, а внука воспитать не можешь?
Дед немного опешил, но спохватился и спросил:
– Ты Николаевич с дуба упал что ли? Не успел зайти с ругани начинаешь.
– А ты знаешь, что твой внук сына моего покалечил. Нос сломал и ногу повредил. Я его в травмпункт отвёз. Вам это с рук не сойдёт, просто так.
Вот мне кажется или за откупом пришёл?
Дед хмуро посмотрел на меня. Ага, мне то что, типа сейчас прямо расплачусь, Гусей всяких жалеть слёз не хватит, но объяснить надо, взрослых успокоить:
– Ну я в окошко вылез когда, он испугался. На нашей вишне сидел, слезть быстро не вышло, и он упал. Я ему помочь конечно хотел, но он быстро утопал. Стыдно наверное стало.
Дед ухмыльнулся, самогонка его наверное бодрила, и спросил:
– Показать то сможешь?
– Да конечно, пойдём.
Обещал, поэтому отвёл целую делегацию за дом, где на вишне, на сломанной ветке, висела детская панама с козырьком. А дед молодец, сразу разглядел и показал рукой:
– Глянь Николаевич, знакомый головной убор.
– Всё понятно. Простите – понуро сказал участковый.
– Николаевич, ты это, не переживай. Мы же всё понимаем. Пойдём с нами за столом посидим по человечески, видишь дочка ко мне отдохнуть в гости приехала.
Сосед согласился и застолье наше деревенское продлилось до позднего вечера.
Пока взрослые гуляли, я сидя за столом с удовольствием грыз сладкие яблоки, и размышлял – сколько есть шансов, что то изменить в себе самом, своей судьбе, в стране? Есть набор генов, как прочный, короткий поводок на котором хозяин держит пса, он не даст быть умнее, сильнее духом. Можно конечно стать более начитанным, использовать чужой опыт, стать физически сильнее, занимаясь спортом. Но всё одно непонятно, что можно изменить в масштабах страны. Эх, однако яблоки в тарелке быстро закончились и я понял, что надо определиться уже. Решил не плыть по течению, как в прошлой жизни, а идти вперёд и менять хотя бы те события, до которых дотянусь.
Глава 6
Утро в деревне начинается рано, встал, попил настоящего, коровьего молока с хлебом, и вышел во двор. Бабушка уже хлопотала по хозяйству, активно вместе с дедом. Ну и я сам подошёл и помогать начал, пока солнце не поднялось высоко, из бочек полил все грядки в огороде.
О, этот одуряющий аромат настоящей лесной мяты, бабушка её высадила в саду, и ещё любимый с детства запах зелёных кустиков помидоров, особенно сильный после поливки. Потом помог кормить кур, разбрасывая им в загоне зерно. Натаскал воды из колодца, в бочки. Колодец во дворе настоящий, ведро на цепи, крутишь ручку и поднимаешь из глубины чистейшую воду. На дне оцинкованного ведра блестят солнечные зайчики. Не удержался, наклонился и прямо из ведра сделал глоток, внутри горла сразу всё онемело от холода. А счастье всё-таки есть. И я тоже хочу есть, во время меня позвали на поздний завтрак. За столом шушукались мама и бабушка: – Ваньку прямо как подменили.
Сделал вид, что не понимаю, о ком они болтают, мало ли Ванек на белом свете.
Тут в ворота постучались, это почтальон, пожилая уже тётя, зашла, телеграмму нашу принесла, о том что нас надо встретить на вокзале. Ку-ку, а мы уже здесь.
После завтрака смог уговорить деда съездить на озеро. Дедуля согласился, вообще он у меня довольно ворчливый, но я же внук, всё таки. Только приехал, надоесть ещё не успел, и бабуля меня хвалит.
Вот то ли раньше маленький был, то ли такой невнимательный, но дорогу совсем не запомнил. Дед пошёл запрягать свой автомобиль – новенький ЗАЗ – 968, красавчик ярко красного цвета, получил как герой, ветеран. В народе машина "Запорожец" называется, самая дешёвая, а по тому жутко популярная, особо в деревни. Меньше только мотоциклы стоят, но когда есть крыша над головой это в сто раз лучше. Сейчас пассажиром еду, на заднем сидении, дорогу запоминаю. Не близко однако. При съезде с шоссе, стоит здоровенная, обалденно красивая мельница. Да! Это та, с которыми Дон Кихот воевал, а Санчо Пансо хихикая подавал ему копьё. Реплика настоящей ветряной мельницы с лопастями, которые ещё и крутятся! Вообще-то это сооружение придорожное кафе, и гостиница для водителей, ведь это трасса федерального значения. Но для СССР это супер круто! Местному архитектору надо памятник поставить, большой молодец.
В общем у мельницы съезжаешь, по грунтовой дороге вниз. И .....
Ютуба у вас нету. Красота непередаваемая. Посреди холмов, вершины которых заросли орешником, здоровенное, чистейшее озеро. С левой стороны берег крутой, где словно от среза гигантского ножа, обнажилась каменная порода, слоями. С правой стороны озера тихая заводь, на берегу маленькая березовая рощица. Камыши в воде шумят, утки плавают и крякают, никого не стесняясь. Вот прямо бери кисти в руки и рисуй. Первое место на выставке обеспечено.
Вид как Швейцария в миниатюре. Я стою у машины и шаг боюсь сделать. Нахлынули чувства, опять расплакался, не в силах сдержать себя. Боже! Как давно я здесь не был.
Дед испугался, спрашивает что со мной? А я ответить не могу, ком в горле.
Но обдул меня ветер с запахом травяным и духом озёрным, и потихоньку успокаиваться начал. А то что мне деду сказать? Что меня убили, и я наверное в раю? Н-да уж.
Пожаловался деду, что палец дверью прищемил, скинул свою одежду немногочисленную и пошёл купаться. Чистая, прозрачная вода не холодная и не через чур тёплая при этом, привела меня в чувства. Лёг на траву, на солнышко гляжу. Цветочки нюхаю, бабочки надо мной порхают. Что делать дальше, не знаю. А жить то как то надо!
Глава 6
После озера, по дороге же заехали в это эпичное кафе мельницу. Как наплаваешься, всегда жуткий голод одолевает, поэтому чай с бутербродом никогда лишнем не будет. Всё в прямом смысле стоит копейки. По дороге домой нас обогнал грузовик, в открытом кузове которого сидели молодые ребята, скорее всего студенты, подрабатывающие летом в колхозе. Вовремя мы приехали, нас уже обед настоящий ждал. После таких обедов, растолстеешь так, что щёки из за спины видно будет. Поэтому после трапезы моя, теперь любимая физкультура. Вечером снова обязательная помощь бабуле, в основном поливать огород из бочек, ну и уже после этого холодную воду из колодца в бочки натаскать надо.
Как стемнело баньку растопили. Не сауну какую с электрокамином, а настоящую с каменной дровяной печью. Кто знает, тот поймёт в чём разница. Эх, хорошо попарились. Знатно веником берёзовым меня отхлыстали, сижу на деревянной скамейке, пар валит от чистой кожи, сам как розовый поросёнок.
Гляжу на звёздное небо, мечтаю, прямо как в детстве. В принципе оно детство и есть. Чуть позже нас, в деревню приехали погостить мамин брат и сестра. Прямо собрание всей семьи, с культурным распитием яблочного вина, после бани, прямо как в кино картина выходит.
А меня всё свербит и не покидает мысль, что нельзя допустить гибели мамы. Решил действовать раздельно, по двум направлениям. Ночи в чернозёмном районе, летом очень тёплые. Практически до самого утра стрекочут всякие сверчки и на тёмном небе, без ярких огней города, видна полоса Млечного пути. Подговорил деда и дядю выйти со мной на лавочку. Они после бани приняли немного, как раз к задушевным разговорам готовые. Все люди любят рассуждать на досуге, как скоро заживём, да добра наживём. А я встал перед ними, вздохнул горько и серьёзно так говорю:
– О будущем я больше вашего знаю. Слушайте и запоминайте – скоро по телевизору покажут открытие в Москве гостиницы "Космос", для Олимпиады построили. А на Новый год начнется война в Афганистане, где будут сражаться и гибнуть русские ребята. Любят правители на новый год пакости делать – цены поднять, войну начать. Но самое страшное случиться позже, то что нам обязательно нужно предотвратить. Как убедитесь в моей правоте, сразу ко мне с мамой, приезжайте. Вот так и не иначе. Через несколько дней с бабулей разговор завёл. Она верующая, в углу спальни лампада с иконой висят, под ними на полке томик молитвослова. А попробуйте без бога, без веры, выживи в голод, в войну. Работали в колхозе с утра до ночи, отец её перед войной уехал на заработки, и больше она его не увидела. Сражался он на Ленинградском фронте и в 44 году погиб под Нарвой, в Эстонии. Да и после страну восстанавливали, жилы рвали. Детей рожали, выхаживали во время болезни, это не наши времена, когда аптек полно и лекарства на выбор. В моей первой жизни во время похорон мамы, бабушка про вещий сон, что видела накануне рассказала, я хорошо его запомнил.
– Бабушка, выслушай меня. Вы с мамой обсуждали, что я изменился, это от того, что увидел будущее наше. И ты вещий сон скоро увидишь, – рассказал слово в слово, о чём – Только с начала узнаешь на новый год , что война в стране Афганистан начнётся, а воевать из гибнуть опять русские будут. Не мне тебе о
войне рассказывать.
Бабушка испугалась и перекрестилась.
– Как увидишь свой сон вещий, сразу к нам с мамой приезжай, чтоб беду предотвратить.
После нового года к нам все и приехали, выходит оба варианта сработали.
Глава 8
Сентябрь, скоро. Мы с мамой две недели, как вернулись домой.