Трубадур: начинающий артефактор
- -
- 100%
- +
По возвращении его ждал сюрприз в виде полудохлого паренька, найденного у реки, в небольшом гроте. Обряжен он был в весьма странный чёрный наряд: необычно толстая рубаха с капюшоном, странные штаны, сужающиеся к ногам, а на ногах – вообще не пойми какая обувь.
– Кто это? – спросил Ларион у командира группы, что нашёл паренька. – Смогли выяснить?
– Нет, ваше благородие, – пожал плечами подчинённый. – Но лицо у него явно не крестьянское – чистое слишком, да и кожа бледновата. Руки тоже слишком нежные. Может, дворянин?
Ларион неопределённо хмыкнул, скептически окидывая взглядом одеяние парня. На вид ему было лет восемнадцать, вот уже борода начала пробиваться. Лицо – овальное, с чёткими густыми бровями, и, что особенно бросалось в глаза – губами. Губы были яркие, словно у красивой женщины, сейчас приоткрытые, выпускали хриплое, горячее дыхание. Этим губам позавидовали бы иные столичные аристократки, но они никак не шли мужчине. Хотя, как подметил Ларион, если парень отрастит хорошую бороду – этот изъян будет устранён. Нос был длинноват – немного не вписывался в королевские стандарты красоты, но и здесь борода могла бы поправить дело.
Неожиданно парень открыл глаза и хрипло выдал несколько слов на грубоватом языке, почти сразу снова уйдя в беспамятство. Мужчины даже не успели испугаться – Ларион лишь машинально отметил, что глаза у него, как у сильфов: карие и узковатые.
– Сильф? – поднял взгляд на Лариона егерь.
– Похож, – задумчиво погладил бороду тот. – Сними-ка с него одежду.
– Всю? – уточнил егерь.
– Портки можешь оставить. У всех сильфов на теле есть отметина их племени.
С парня немедленно срезали всю верхнюю одежду. На теле действительно оказалось несколько изображений. Однако Ларион, с сомнением оглядев их, подытожил:
– Это не сильф. У них отметины вырезаются каленым ножом. А это больше похоже на наколки северных варварских кланов. Только… слишком уж красивые. Обычно у них знаки, обереги, а тут – искусство.
Егерь хмыкнул, разглядывая татуировки на руках и груди паренька. Два женских лица – одно плакало, другое смеялось. На руке – какая-то надпись, похожая на руны Севера. На другой руке – искусно сделанные цветы, вязь которых шла до самой шеи. Они были настолько тонки и изящны, что казались живыми.
Неожиданно парень снова пришёл в сознание. На этот раз, похоже, он осознавал себя. Мужчины рефлекторно положили руки на рукояти кинжалов. Парень оглядел их и начал шептать – то ли молитву, то ли заклинание.
Ларион поднял взгляд на подчинённого – тот покачал головой. Воздух не густел – значит, не колдует. Молится?
– Кто ты? – мужчина подошёл ближе, готовый в любой момент отразить нападение. – Откуда ты?
Парень что-то рыкнул, даже не посмотрев на него. Бред.
– Лекаря позовите. Похоже, у него огненная лихорадка. И охрану к нему приставьте. Исполняй.
Подчинённый мигом скрылся за дверью.
– Кто же ты?.. – Ларион задумчиво посмотрел на искажённое мукой лицо юноши. Чем-то он напоминал ему погибшего сына.
По-моему, так плохо мне не было никогда. Даже когда отец случайно наехал на меня мини-трактором. Да-да, было и такое. Не сильно, правда, задним колесом. Но в землю я вмят был знатно. Думаю, отец тогда испугался больше меня.
Но речь не об этом. Кажется, в этом мире мой срок копчения неба подходит к концу. Надеюсь, эти милые бородатые мужики, которые зачем-то раздели меня до трусов, похоронят нормально. И не будут делать ничего противозаконного с моим ещё тёплым трупом…
О-о-о… Как же мне плохо.
Похожее чувство было, когда я отходил от наркоза после операции. Перед глазами всё плывёт, во рту пустыня Сахара, слабость такая, что и пальцем не пошевелить. А ещё – жесточайшее жжение в груди. Настолько сильное, что хотелось умереть. О чём я, к слову, и попросил седого мужчину, который водил над мной светящимися руками. Он лишь вежливо улыбнулся и коснулся моего лба. Потом наступила блаженная темнота. Обволакивающая, тёплая, ласковая. Как мамины руки. Которых мне так не хватало последние несколько часов.
Да уж. Ирония… Начинаешь ценить что-то, лишь потеряв.
Хотя… может, это просто отрезвляющий и очень реальный сон? И сейчас я проснусь в своей кровати, в своём доме, бабушка позовёт меня на завтрак, отец будет снова смотреть недовольно, потягивая пиво, мама – на работе… Хочу домой.
Открыв глаза в надежде увидеть родной потолок или хотя бы стену, я тут же снова их закрыл. Ничего родного в высокоинтеллектуальной небритой морде неизвестного мужика, склонившегося надо мной, не было. Тот внимательно рассматривал мои татуировки, сделанные двоюродным братом – отличным татумастером. Он набил их мне бесплатно, хотя обычно брал приличные суммы. Родители, к слову, когда узнали – особенно не ругались. Наверное, потому что отец сам ими покрыт. Поворчали, правда, но недолго. Театральные маски, лотос и надпись «Меломания», стилизованная под нордические руны. Они мне безумно нравились.
Особенно лотосы. Брат говорил, что это – его лучшая работа.
Бли-и-ин. Это не сон.
Ну, хотя бы стало легче. Уже не хочется немедленно умереть, чтобы прекратить страдания. Но теперь хочется умереть из-за осознания: придётся вливаться в чужое общество. Их мораль, традиции, язык, культура, обычаи… мода… гигиена… А гигиена – моё больное место.
Послышался лёгкий скрип двери, заглушивший хриплое сопение в комнате. Два тяжёлых шага. Несколько слов на незнакомом, мягком языке. Плавность, обилие гласных – делали его очень певучим.
Топот ног. Тишина. Скрип половицы. Лёгкий порыв воздуха – кто-то подошёл.
Открыв глаза, я наткнулся на ничего не выражающий взгляд того самого бородатого мужика, которого уже видел в бреду.
– התעוררתי? – выдал он, как будто я понимаю. – Itanani anzeru?
– Как ты меня обозвал? – с равнодушным видом пришлось ответить, чтобы молчание не затянулось.
– אני מבין, – он отвернулся и крикнул в дверь: – אני מבין!
Через пару мгновений в комнату вошёл невысокий лысый мужик в балахоне, исписанном странными знаками. Бородатый кивнул на меня и отступил в сторону. Лысик подошёл, вытащил из складок проволоку с зелёным камнем и, не сказав ни слова, нацепил её мне на лобешник.
Я даже испугаться не успел. Лёгкий дискомфорт разлился по черепушке. Стало немного больно моргать и вообще двигать глазами.
– Итак, – неожиданно заговорил бородач. – Кто ты?
– Руссо туристо, облико морале, – промямлил я.
– Что?.. – бородач моргнул. – Неужели переводчик не сработал?
Он уже собрался выйти, но я спохватился.
– Нет-нет! Всё сработало… – просто я завис от столь явного применения магии. – Это я так, о своём, о девичьем.
– Девичьем? – он вытаращил глаза, а я мысленно стукнул себя по лбу.
– Это образное выражение. Не обращайте внимания.
– Вот как, – он посмотрел на меня с лёгким подозрением. Я едва не покраснел. – Откуда ты?
– Из Косино, – ляпнул я чистую правду.
«Ля-я… Я же вообще не с этой планеты. Ну что ж… Будем лепить легенду на ходу».
– Где это Кьосиньо находится? – подозрительно прищурился бородатый.
«О-о-о, друг мой бородатый, готовь дуршлаг. Сейчас лапша пойдёт слоями…»
Глава 4. Вито Стефан
– Я из небольшого посёлка, находящегося на территории огромной Русской империи. Она очень далеко отсюда. Империя древняя и достаточно развитая в плане технологии и магии. К слову, по вине последней я и оказался у вас. Неудачный эксперимент с телепортацией забросил меня сюда. Вот, – я честными глазёнками посмотрел на бородатого… Как его зовут-то, кстати?
Тот пару секунд переваривал мою чистую правду с небольшими украшениями, затем хмыкнул:
– Рьюскё империи, значит?
Я поморщился от столь жестокого коверкания такого простого слова.
– Да. Что-то не так?
Бородатый снова хмыкнул.
– Ты либо очень неопытный шпион, либо вовсе не он… Я, к твоему счастью, склоняюсь ко второму варианту.
Кровь мгновенно отлила от лица. Но голос остался твёрдым:
– Я не шпион. И я говорю вам правду.
– Ну да, ну да, – мужчина сел на край кровати, пригвоздив меня взглядом. – Проблема в том, молодой человек, что на нашей планете… Как она, к слову, называется? Не напомните?
Он с ожиданием уставился на вмиг окаменевшего меня.
– Нет, не напомню, – деревянным языком промямлил я.
«Дебил! Кретин! Идиот! Надо было говорить, что память потерял! Хотя… всё равно бы выглядел подозрительно. Ну что ж, выбрали путь – идём по нему».
– Но в империи называли её Земля.
– О, – в глазах его мелькнула искра заинтересованности. – Довольно просто. Так вот. Проблема в том, что на Матре всего две империи: Восточная и Сильфианит. Есть ещё Великое Королевство – по мощи сравнимое с ними. И мы сейчас как раз в нём. Ты можешь сказать, что твоя империя на другом материке, но беда в том, что материков два. Один – наш, другой непригоден для жизни после Третьей Великой войны. Так где твоя империя? На островах?
Интересно, если я скажу, что в другом мире – меня начнут исследовать? Не хотелось бы провести остаток жизни в местной лаборатории. Ладно, выкрутимся.
– Она находится на третьем материке… Который, похоже, вы ещё не открыли.
– Хватит! – рявкнул бородатый, и я невольно вжался в кровать. – Ты либо безумец, либо вырос в бункере. Но твоя речь – грамотная.
Значит, ты в сознании. Так скажи: откуда ты?
– Из другого мира, – выдохнул я, надеясь, что это не ошибка.
– Тогда ясно… – протянул он. Удивлён не был. Он встал, осмотрел меня и спросил:
– Как тебя зовут, кстати?
– Виталий… Химичёв.
– Э… Что из этого имя? – растерялся бородатый.
– Первое. Второе – фамилия. Есть ещё отчество…
– Стоп. Прекрати сыпать непонятными словами, – он обошёл кровать и облокотился на спинку. – Давай по-простому. Меня зовут Ларион. А тебя – Вито.
– Нет, нет…
– Да, да, – с нажимом сказал Ларион. – Как отца звали?
– Степан.
– Вито Стефан. Понял? Новый мир – новое имя.
– Понял.
Пошла попаданческая рутина: новое имя, учёба, пророчество, меч «Нагибатор 3000», гарем, замок, королевство…
– Что-то вы не слишком удивились, что я иномирянин.
– А чему удивляться? – искренне не понял Ларион.
– Ну… у вас что, каждый день инопланетяне появляются?
– Нет, что ты, – усмехнулся он, поглаживая бороду. – Раньше не слышал о таких, как ты. Но в мире, где маги чуть ли не ежедневно уничтожают города, вызывают чудищ, а с заражённого континента лезут порождения чёрной магии, трудно чему-то удивиться. Вполне возможно, ты попал сюда из какой-нибудь «ошибки в расчётах», – последние слова он произнёс с особым выражением, явно кого-то передразнивая.
– Жёстко у вас тут…
– У вас иначе? – с интересом посмотрел он.
– Ну… можно сказать и так, – я на секунду задумался. – У нас другие опасности. Мы зависим от политиков, у которых есть особая кнопка. Нажмут – и континент исчезает. Мы довели природу – каждый день то наводнение, то пожар. Да и фанатики не дают расслабиться.
– Да… – понимающе кивнул Ларион. – Фанатики – они такие. А что за кнопка?
– Ну… – я задумчиво осмотрел потолок. – Это связано с нашей магией – технологией. Наши маги открыли новый вид энергии, настолько мощный, что его малая часть способна питать целый мегаполис. Военные сделали из него бомбу. А кнопка запускает носитель с этой бомбой, направленный на вражеский город. Вот так.
Ларион хмыкнул.
– Понимаю. У нас была похожая ситуация. Ладно. Отдыхай. Я позову лекаря.
Он вышел, закрыв дверь. Что ж, первая встреча с людьми прошла неплохо. Но радоваться рано – вполне возможно, Ларион уже докладывает местной инквизиции, и за мной выехали. Да и рассказы про магов оптимизма не добавляют. Ладно. Хотел приключений и адреналина? Получай.
О, лекарь зашёл.
Седой мужчина, что спас меня от мук, с вежливой улыбкой спросил:
– Как самочувствие, молодой человек?
– Лучше, чем было.
– Это хорошо, – он подошёл ближе. Его глаза слегка засветились зелёным. Вот она, здешняя магия. – Смею сказать, вы стремительно идёте на поправку. День-два – и запрыгаете как горный карпа.
«Козёл, наверное, горный…»
– А пока, – он уже обычными глазами посмотрел на меня, – постельный режим и усиленное питание. Ясно?
– Ясно… – я подумал и спросил:
– А у вас тут есть книги?
– Вы умеете читать? – лекарь приподнял бровь.
– Ну да… – и тут я вспомнил, что умею читать только на русском. Хотя…
– А эта штука…
– Это голосовой переводчик. Он внедряется в речевую зону мозга и подменяет ваш язык нужным. Это временная мера. Вскоре вам придётся учить язык с нуля.
– А магически никак нельзя? Ну, напрямую в мозг?
– Можно. Но вы не сможете воспроизводить осмысленную речь. Мозг не справится с потоком информации – произойдёт путаница. В итоге – вы станете…
– Недееспособным, – закончил я.
– Именно, – улыбнулся доктор. – Но если вы прямо горите желанием учиться, я помогу. Вот, – он достал из складок чёрный предмет, похожий на смартфон без экрана. – С помощью этого иностранцы учат звуки и алфавит. Активация – мысленной командой.
Он удалился, оставив меня наедине с собой.
М-да… Почему всем попаданцам язык закачивают магией, а я должен учить? Эх…
Я взял прибор в руки, подложил подушку под спину и сел на кровати.
Активируйся.
Перед глазами появилось марево, похожее на голограмму. Появились ряды закорючек, напоминающих арабскую вязь, и кружки рядом. Я нажал на один – прозвучал звук. Следующий – другой звук.
Принцип понятен. Мне бы ещё чем писать…
Глава 5. Выход в люди
Лекарь был прав – полностью выздоровел я уже на следующий день, но выходить из комнаты всё равно не разрешили, ссылаясь на то, что у меня нет одежды, а ходить в исподнем у них не принято. К тому же, в доме есть существа противоположного пола. Это обстоятельство ещё больше распалило мой интерес к внешнему миру. Ну а чего? Обычный подростковый интерес.
На вопрос: «Куда дели мою одежду?» – сказали, что отправили в стирку, и сейчас её штопают. Ну, хотя бы помыться нормально позволили – пот смыть. До чего же мерзко спать грязным…
После помывки, стоя в одних трусах перед солдатом, я пытался выяснить, что с одеждой.
– Может, вы мне тогда что-нибудь из вашего гардероба предоставите? – Он был ниже меня на полголовы, и, похоже, ему было непривычно смотреть на кого-то снизу вверх. Как я его понимаю – сам чувствую когнитивный диссонанс, когда вижу кого-то выше себя. Думаю, высокие люди меня поймут.
– Не положено, – буркнул он, привычно набычившись.
Недовольно зыркнув, я вернулся к кровати. Что ж, ладно, черт с вами – язык поучу. Алфавит я уже выучил, сейчас переходил к простым словам вроде «мама», «папа» и подобных. За этим занятием меня и застал Ларион.
– האם כולם עושים את זה? – с лёгкой улыбкой в голосе произнёс он – за бородой мимику губ было не видно.
Увидев, что я только что надел переводчик, повторил:
– Всё занимаешься?
Хмыкнув, ответил:
– Ну а чем ещё заниматься взаперти?
Бородатый хмыкнул в ответ.
– Это вынужденная мера. Нужно было подготовить местных к твоему появлению. Сейчас твоя очередь.
– А чего же сразу не сказали?
– Думали, догадаешься.
Ну да, ну да. Конечно.
– И?.. Что мне нужно усвоить? – я сел на кровати, приготовившись внимать.
– Для начала – оденься, – Ларион будто из воздуха достал свёрток, который расправился и оказался комплектом одежды.
Плотные шерстяные штаны, сорочка, жилет… Камзол?
Удивлению не было предела – серый камзол без рукавов, как из Петровской эпохи.
– Что такое? – заметив мою заминку, спросил он. – Одежда не по нраву?
– Нет, нет, – поспешно покачал я головой. – Не обращайте внимания.
Собственно, чему удивляться? Одежда и одежда. Будто я какой-нибудь фэнтезийной готики ожидал…
Ладно, да. Пипец как ожидал! Строгие, агрессивные костюмы у мужчин, и не менее строгие пышные платья у женщин… Так! Собрать фантазии в кучу – и в мусорку. Надевай!
Одежда подошла идеально. Нигде не тёрло, не мешало – о чём я и сказал Лариону. Тот кивнул и снова, словно из ниоткуда, достал туфли. Серьёзно? Можно мне мои кроссовки?.. Они же не сильно пострадали.
– А где моя одежда? – спросил я, беря туфли.
– У портных. Всё было в ужасном состоянии, поэтому её решили подшить.
– Хорошо… Надеюсь, вы её не угробите.
Ларион хмыкнул.
Что ж, туфли тоже подошли идеально. Даже было удобно. Не так, конечно, как в кроссовках, но сойдёт.
Он окинул меня взглядом:
– Отлично! Просто столичный франт. Ты точно не был дворянином?
– В моей стране не было дворян. К тому же – зачем вы меня так обрядили? Попроще ничего не было?
– Это повседневная одежда приличных людей, – пожал плечами Ларион. – Привыкай.
– Что-то я ни одного человека в подобном тут не видел.
– А многих ты видел? – усмехнулся он. – Только егерей. А они военные. К тому же – на боевых постах, в броне.
– Ладно, – вздохнул я. – Что мне ещё нужно знать?
– Основы этикета, естественно. Слушай и запоминай.
Ничего сложного в этих основах не было – по крайней мере, пока речь шла о мужчинах. При встрече обязательно нужно снять шляпу, приложить её к груди и держать до конца разговора. Если шляпы нет – коснуться лба и груди правой рукой. Невыполнение считается неуважением. Нельзя сидеть, если собеседник стоит. К высшим чинам – только с разрешения: ни обращаться, ни садиться, ни надевать шляпу.
А вот с женщинами… Там вообще лютая жесть. Много чего нельзя. Даже говорить – если женщина замужем, без разрешения мужа. За прикосновение вообще, чуть ли не руки отрубают.
– М-да… – почесал я затылок. – У нас всё гораздо проще.
– Правда? – оживился Ларион. – Расскажешь?
– Позже. Сейчас хочу размяться.
Он понимающе кивнул: – Что ж, тогда пойдём.
За дверью – короткий коридор: с одной стороны – узкое окошко-бойница, с другой – дверь, через которую мы вышли в большую комнату с кучей дверей и диванами.
– Это – основная. Вон те двери ведут вниз, в гостевой зал. Эта, – он указал на ближайшую, – в мой кабинет. Дальше – кабинеты подчинённых и комната слуг.
Я кивнул. Внутри царил спартанский минимализм. Полумрак – почти нет источников света. Ни ковров, ни картин, ни украшений.
Только бревенчатые стены и серые диванчики. Мрачновато.
– Идём.
Мы прошли ещё через одни двери и оказались на балконе внутри дома. Здесь было светлее, стояли цветы. Вниз вели две широкие винтовые лестницы – по ним мы и спустились.
Внизу стояло человек семь.
– Сейчас я тебя представлю прислуге и племянницам. С ними ты будешь чаще всего пересекаться, – сказал Ларион.
Знаете таких людей, что легко выступают перед залом, но тушуются в малой компании? Нет? Я из таких.
– Мир вам, мэтры! – произнёс Ларион, коснувшись лба. Я повторил.
– Рад представить вам моего почётного гостя – Вито Стефана.
Не зная, что делать, я слегка поклонился – как у нас принято.
– Он иностранец, как вы, наверное, догадались, – Ларион, похоже, не понял моего жеста, но одобрил.
– Здравствуйте, господа, – решил выпендриться я, но прикусил язык и глянул на бородатого. Тот кивнул, видимо, всё в рамках приличий.
– Рада познакомиться, Вито Стефан, – вышла вперёд высокая женщина с острой, нордической внешностью. – Я Лукина Валентия, сестра мэтра Лариона Валентия и мать этих очаровательных девушек, – она взмахнула рукой. – Кинария, Миранда и Виктория.
Те поочерёдно сделали книксен. Были они в пышных закрытых платьях: высокий ворот, длинные рукава, перчатки. Да уж. Тут всё строго.
Я снова слегка поклонился и улыбнулся.
– Скажите, – неожиданно произнесла Лукина. – Ваши родители не из Сильфианита?
– Нет, госпожа. Моя страна далеко отсюда.
Да что ж вы все пристали с этим Сильфианитом? У меня что, лицо сильфианское? Хотя… дед был якутом, у меня и матери узкий разрез глаз. У неё ещё скулы были широкие. Мне достались только глаза. А в остальном – вполне обычная европейская внешность.
– Вот как… – задумчиво протянула она.
Так. Я не понял – Ларион не рассказал никому, что ли?.. Надо будет с ним об этом поговорить.
Далее шла прислуга. Управляющий – высоченный мужик с внешностью берсерка. Потом – две немолодые служанки, лет по 50— 60 (а я уж губу раскатал…).
Девушки казались смутно знакомыми. Хм… Белые сарафаны… Точно! Это же те, от которых я удирал! Вот тебе и лесные девы…
– Чему вы улыбаетесь, мэтр Вито? – пронзила взглядом Лукина. Чего это она?
– Рад знакомству со столь приятными людьми, госпожа, – почтительно склонил голову. – Не могу скрыть улыбку от предвкушения общения. Долгая дорога, отсутствие собеседников – вот и радуюсь простому удовольствию, как общение, – выдал я почти на одном дыхании.
Она слегка опешила. Навыки остались: люблю читать, писать, выступать.
– Думаю, достаточно, Луки, – подал голос Ларион. —
Стрессоустойчивость высокая, язык подвешен, голос поставлен.
– Ты прав, – неожиданно задорно улыбнулась Лукина, вмиг растеряв суровость. – Вы весьма образованы, мэтр.
Ну… как тебе сказать. У нас среднее образование – не подвиг.
– Вы мне льстите, – склонил голову я. – Просто умею складно говорить. Причём – даже не на вашем языке, – указал на устройство на голове.
– Это временное препятствие. Наш язык не так уж сложен.
Думаю, вы быстро овладеете.
– Возможно.
– Гертруда! – прервал беседу Ларион. – Проводи гостя в его комнату.
Служанка приложила руку к сердцу:
– Следуйте за мной, мэтр.
Мы прошли под балкон, затем – короткий коридор, широкая дверь. За ней – не очень большая комната, лишь немного просторнее прежней. Но с окном, столом и… О, мой габл! Ванная! Шучу. Просто закуток с бочкой, ковшом и бадьёй.
– Туалет – за домом, – пояснила она, заметив мой взгляд. – Помыться можно там же. Но только если там нет дам. Поскольку место открытое.
Да вы издеваетесь.
– Одежда в шкафу, книги на столе. Если что понадобится – дёрните за ниточку у двери. Я могу идти?
– Да, конечно.
М-да… Либо я везучий, либо нашёл рояль в кустах.
Насколько я помню, попаданцы делятся на два типа: превозмогатели и нагибатели. Первые сразу попадают в передряги, выживают, закаляются. Вторые – находят убер-учителя или артефакт и становятся непобедимыми. Иногда одни переходят в других.
Я вот не пойму, что мне делать – радоваться или готовиться к превозмоганию? Наверное, чтобы добавить драматизма, автор устроит нападение на дом, всех убьёт, а я чудом выживу. Ну что ж – надо готовиться.
Хотя… Я ж ГГ.
– О чём задумался? – ворвался в размышления голос Лариона.
– О квантовом бессмертии и возможностях физического тела взаимодействовать с внешним миром посредством ментального контакта с духовной сущностью души.
– Э-э-э… – завис Ларион. – Это тебе к магам. Они таким занимаются.
Он серьёзно?
– …
– Ладно, я чего пришёл-то, – он протянул мне книгу, которую держал за спиной. – Ты, как я понял, буквы и звуки выучил. Время переходить к новому этапу. Это детская книга. Сыну покупал, теперь тебе дарю.
– Спасибо, – сказал я, взяв книгу. Что-то вроде учебника за первый класс: куча картинок с подписями. Очень полезная штука.
И вдруг – странное ощущение. Будто что-то важное потерял. Или забыл.
.מה? ולעזאזל, נראה שהחיוב נגמר – Приплыли.
Глава 6. Дни тишины прервались… Салками!
Знаете эти прекрасные кадры из кино, где герой сидит в лесочке, на природе, и занимается своими делами? Меня всегда мучил вопрос: какого чёрта их не кусают всякие кровососущие насекомые? Вот серьёзно – почему режиссёры вводят людей в заблуждение красивой картинкой, идиллию которой не нарушают чёртовы комары?
К чему я это, собственно… Я сейчас сижу на небольшой полянке и мучаюсь от того, что ненавистные кровососы никак не могут оставить меня в покое. В очередной раз снизив их популяцию на одного, хлопнув себя по руке, я грустно посмотрел на причину своего пребывания в этом довольно живописном месте.
Да и причина, признаться, тоже была красивая. Точнее – красивые.
Ларион заставил меня следить за его племяшками, правда, пообещав взамен достать пару новых книг по языку. М-да… Никогда бы не подумал, что ради пары сотен листов с умными словечками буду нянчиться с детьми. Ладно, не совсем с детьми, но сути это не меняет. Да и не совсем «нянчиться»…
В общем, меня вежливо обязали последить за девочками, чтобы они не убежали куда попало или не вляпались во что не стоит. А они могут. Несмотря на то, что уже вполне в сознательном возрасте – пятнадцать лет как-никак – разум у них пока что детский. Впрочем, скорее всего, это от скуки. Вот и носятся. Раньше за ними бегали солдаты. Теперь пришла моя очередь.