Император из провинции

Я покрепче сжал оружие, обратив внимание, что почва больше не хлюпает под ногами: с каждым метром она становилась всё суше. Если судить по карте, то лес скоро закончится и появится равнина, на которой расположен город. Жаль только, что до принудительного выхода из игры оставалось всего два часа. Могу и не успеть попасть в поселение.

Так, тут надо сделать небольшое отступление, чтобы вы яснее представляли себе то количество игрового времени, которое участник проекта обязан был провести во вселенной «Десяти Планет». Мы все подписали контракт, по которому должны были играть с восьми утра до тринадцати ноль-ноль по столице. График был четырёхдневным, где один день являлся выходным (3/1). Прямо скажем щадящий ритм, но у AVK всё равно окажется навалом материала, который можно будет выдать в эфир и на сайты. Так что всех подобный график устраивал.

А вот в самой виртуальной вселенной расписание было таким: с восьми утра и до четырёх часов ночи персонаж бодрствовал, а потом на четыре часа впадал в спячку и просыпался в восемь утра. То есть, когда человек выходил в реальный мир – в «Императоре Галактики» было четыре часа ночи, а когда он снова погружался в игру на следующий день – здесь наступало восемь часов утра. Вот сейчас уже было два часа ночи по местному времени и надо бы ускориться, но тут я наткнулся на труп игрока, который лежал в живописной позе возле ног такого же мишки, который атаковал меня. Зверь мигом услышал мои торопливые шаги и радостно бросился навстречу, наверное, желая обнять. Я недружелюбно встретил его градом пуль, и энтузиазм медведя напрочь пропал.  Он обиженно взревел и издох.

Я быстро подошёл к нему и отправил труп в инвентарь, а затем склонился над телом игрока. Броня у него была почти такой же, как у меня, только ещё тоньше, и присутствовал короткий плащ. В груди имелось три пулевых отверстия, из которых толчками шла желтоватая кровь. Чуть ниже – зияла страшная рваная рана, явно от когтей медведя. В правой руке игрока оказался зажат метровый жезл с круглым набалдашником – это было оружие уже упомянутых когда-то энергомантов.  Оно выстреливало пучком чистого электричества. Похоже, что элиец столкнулся с другим игроком, получил по самое не балуй и решил отступить, а здесь его добил обычный моб. Кстати, другой игрок может быть где-то рядом. По этой причине я торопливо осмотрелся, после чего быстро отправил в инвентарь лишь те вещи энергоманта, которые на данный момент присутствовали на нём. То, что он хранил в пространственном кармане, для других игроков было недоступно: вроде как браслет работал только на одного владельца и был ему верен даже после смерти. Поэтому мне удалось завладеть только потрёпанной бронёй, оружием и фляжкой с водой, которую я тут же опорожнил. После чего быстро пошёл вперёд, пригибаясь к земле. Позади остался лежать труп в трусах и с браслетом на руке.

Стоит упомянуть, что представители расы элийцев напоминали эльфов: они оказались такими же худощавыми, поджарыми, а их головы были немного сплюснуты по бокам, из-за чего вполне человеческие лица оказывались вытянуты. Ну, ещё у них разрез глаз был очень своеобразный: ближний к переносице уголок оказался значительно ниже того, который находился недалеко от виска.  Создавалось впечатление, что людской глаз повернули на сорок пять градусов.

Короче, элийцы любопытные ребята, которые обладали своей экзотической привлекательностью. Я бы, кстати, поиграл за кого-нибудь из них, но только если бы получил класс «энергомант». Уж очень хочется повоевать таким жезлом. Немного жаль, что в «Императоре Галактике» нельзя орудовать тем оружием и бронёй, которые не предусмотрены классом.  Тоже так себе реалистичность. Уж снайперской-то винтовкой я бы мог попробовать сражаться, но нет – ею могут владеть лишь существа с классом «снайпер».

Тем временем я уже покинул лес и выскочил на равнину. Впереди лежал небольшой городок, собранный из бетонных блоков, листов железа, брёвен, труб и кирпичей. Казалось, что его строили из всего, что только под руку попадалось. Благо, что там было электричество и безопасность. По лору игры в этом городе проживало почти пять тысяч разумных существ. Вот к ним-то мне и надо было попасть, как и вон тем сотням игроков, которые бежали к гостеприимно распахнутым воротам из железных листов. Никто не атаковал друг друга, потому что мы все попали в зелёную зону: здесь нельзя было сражаться. За нарушение этого правила – строгая кара.

Я присоединился к забегу и рванул к стене из блоков, которая окружала город. На её вершине через равные промежутки были установлены пулемётные гнёзда, между которыми светились прожектора. Игроки бежали к городу в свете жёлтых пятен, ползающих по изрезанной трещинами равнине.

Вдруг все участники бега начали замедляться. Это сказалась накатившая сонливость. Мой персонаж тоже стал едва ноги переставлять, а потом и вовсе прилёг на землю, свернулся калачиком и заснул. С другими игроками происходило всё ровно то же самое. Я уже предвидел, как компанию AVK начнут критиковать за неправдоподобность происходящего. И наверное, они потом придумают что-то иное, а пока же все игроки вышли из игры именно таким синхронным образом.

Я распахнул свои реальные глаза и открыл крышку гроба, то есть вирт-капсулы. Тело немного одеревенело и хотелось чего-нибудь скорее закинуть в топку. Торопливо двинулся на кухню, где покормил кота и налил себе чаю.

Пока вкушал ароматный напиток, заедая его печеньем, проверил мобильник. Там было три пропущенных звонка от разных людей: сестра, Машка и Петя.

Первым делом набрал Софию. После нескольких гудков она ответила:

– Бонжур, ну как тебе «Император Галактики»? Ещё не помер?

– Нормально всё. До первого города почти добрался, – похвастался я, шумно глотая чай – сестру это с детства жутко бесило. – Мир вполне реалистичен, вкус тоже: пил воду, ел сухпаёк – почти как всамделишные. В целом игра крутая, но надо доработать. Там есть такая херня как обязательный сон в строго отведённые часы. Он сморил всех игроков одновременно. Если это покажут в эфире, то зрители не поймут.

– Я думаю, когда AVK запустит полную версию своей вселенной, то там не будет смысла усыплять всех разом, – проговорила сестра, а потом взвизгнул после моего очередной шумного глотка: – Прекращай уже хлюпать!

– Говорят, что эти звуки вызывают судороги у ведьм. Ты как там? Под столом уже? – ехидно пропел я, но всё-таки прекратил нервировать Софи.

– Вот это именно то, что от тебя требуется в игре, – прошипела она. – Беси всех. Тогда точно попадёшь в эфир.

– Мне тут в голове пришла ещё кое-какая мысль… – я вкратце поведал ей свою идею не убивать игроков.

– Смело, опасно, но может выстрелить, – оценила сестра, а затем задумчиво добавила: – Вот только подобное поведение привлечёт к тебе внимание игроков, которые захотят получить очки за смерть такой смирной овечки, как ты.

– Придётся рискнуть, – хмуро выдал я, поставив на стол пустую чашку. – Тем более что невидимость поможет мне избежать некоторых нежелательных встреч. Какая-то часть игроков просто не сумеет меня обнаружить.

– Ну, смотри сам. Идея и впрямь неплохая, но вот как ты её реализуешь, пока неизвестно, – резюмировала София, после чего произнесла: – Желаю удачи. Я работать.

– Пока.

Потом я позвонил Машке и договорился с ней, что она придёт вечером ко мне. Девушка робко уточнила: будет ли у нас ужин? Пришлось пообещать ей, что приготовлю какой-нибудь супчик. На этом мы прекратили наш диалог, и я перешёл к Петру. Тот ответил не сразу, но когда в мобильнике всё же раздался его голос, то он быстро сообщил, что уже идёт ко мне.

– Отлично, как раз в магазин вместе сходим, а то одному скучно, – обрадовался я. – А ты далеко?

– Я ближе, чем ты думаешь, – прохрипел он угрожающим голосом, и в квартире прозвучала трель дверного звонка.

– Да, действительно, близко, – усмехнулся я и впустил его в своё жилище.

Петя после вчерашнего выглядел не важно. Под глазом сиял сочный такой синяк. А вот у меня из-за драки с березой остались совсем неглубокие царапины, которые уже практически зажили.

Я сочувствующе бросил, глядя на синяк:

– Это ты с мамкой пытался спорить?

– Я бы посмеялся, но совсем не смешно. Люди думают, что я с кем-то подрался, а я ведь не из таких. Ну, хорошо хоть Лидка меня пожалела, – с намёком проговорил Петя, растянув губы в улыбке.

– Надеюсь, что всё прошло не так, как в тот раз, когда твой секс длился тридцать минут, из которых ты двадцать девять напаивал девушку алкоголем?

– Не было такого. Шутник хренов.

– И ты даже не заразил её ребёнком?

– Ты сегодня не с той ноги встал? Прямо какой-то особенно бесячий, – хмуро проронил парень, сдвинув брови над переносицей.

– Не бери близко к сердцу. Это я тренируюсь. Давай-ка попробуем замазать твой синяк. У Машки тут где-то косметичка есть. В ней тоналка должна быть. Она поможет.

– А Машке бы твоей только яд помог. Как она вчера над всеми издевалась? – возмущённо просипел друг, недружелюбно сверкая глазами.

– Относись к ней более снисходительно, – посоветовал я, зайдя в спальню и начав рыться в одном из ящиков шкафа.

– Да вот хренушки. Ты разве не слышал, как она вчера пошутила над Лидкой? – не унимался Петр, став активно жестикулировать руками. – Я тебе напомню! Машка сказала, что, дескать, девушка укравшая личность Лиды, на следующий день не выдержала такого существования и повесилась!

– Какая чёрная шутка, – промычал я, едва сдерживая смех. – Где же эта долбанная косметичка?

Открыл створку шкафа и оттуда выпала метла, используемая мной и Машкой для ролевых игр.

– Чья метла? – удивился парень. – Машкина? Она тут себе гараж устроила? А чего метла ненастоящая?

– Это реквизит, – без стеснения пояснил я и поставил её обратно.

– А-а-а, понял, – скабрезно заулыбался Петя. – Ну и кто из вас ведьма?

– По обстоятельствам, – захохотал я и нашёл-таки косметичку. Вытащил из неё тоналку и передал ржущему другу. – Умеешь пользоваться?

– Конечно, – ответил тот, а потом поспешно добавил: – В смысле, видел, как девушки это делают.

– Ну-ну, – усмехнулся я.

– Кстати, как твоя игра? – поинтересовался он, став замазывать синяк, глядя в зеркало.

– Нормально. В двадцать три ноль-ноль будет первый выпуск. Надеюсь, я в него попал.

– И сразу же подписчики рекой потекут? – спросил Петя, заканчивая косметические процедуры.

– Ну какие-то могут появиться. Надо только указать в профиле соц. сетей свой ник в игре, – проговорил я, наблюдая за парнем, который почти скрыл синяк толстым слоем тоналки. – Ты всё? Погнали уже в магазин, а то у меня дома из еды только кошачий корм.

– Пошли, – пожав плечами, сказал тот, придирчиво разглядывая своё отражение. – Вроде бы нормально получилось. Я тоналку возьму? Хорошая штука на такие случаи.

– Конечно бери. И ещё ресницы накрасить – тогда вообще получится первый грязьгородский трансвестит,  – заржал я, двинувшись к входной двери.

– Да иди ты! – обиженно воскликнул он, но тюбик в карман засунул.

Перебрасываясь не слишком остроумными шутками, мы покинули квартиру, спустились на первый этаж, а потом вышли из подъезда и сели в машину. Я завёл её, после чего загорелся чек.

– Надеюсь, ты блефуешь, – прошептал себе под нос, глядя на индикатор. Покупка нового ноутбука и так ударила по моему бюджету.

– К Петровичу можно будет потом заехать. Он много не возьмёт, в отличие от рвачей Гены, – посоветовал друг, обратив внимание на возникшую проблему, после чего поторопил: – Поехали уже, а то каждая минут на счёту. В этом городе дожить до пятидесяти – большая удача.

– Это да, – усмехнулся я и направил машину к самому крупному универмагу.

Учитывая размеры Грязьгорода, мы быстро доехали до него, потом так же стремительно закупились, положили пакеты  на заднее сиденье и поехали обратно. А когда остановились возле подъезда и  вышли из машины, то наткнулись на сюрприз…

– Здравия желаю! Сержант Козлов, – представился подошедший полицейский, что-то вытаскивая из кармана, а потом выдохнул: – О, Петька, а я гляжу ты или не ты…

– Я, – бодро отозвался тот, пожав протянутую руку полицейского.

Я же недружелюбно рассматривал сержанта Козлова, который был лысым, усатым и с заметным пузиком. И выглядел он крайне усталым, и я бы даже сказал дважды усталым, а то и трижды. Его лицо будто потекло от усталости: брови нависли над маленькими глазками, нос почти касался верхней части рта, а нижняя губа оказалась немного вывернутой и на ней блестела слюна.

– Петь, – проронил он как-то брезгливо, разглядывая именно тот глаз парня, который вчера пострадал. – Ты гомосеком стал?

– Нет! Ты чего, дядь Коль?! – ахнул тот.

– А красишься  зачем?

– Да это тоналка. У меня синяк! – выпалил Петя на одном дыхании и судорожно достал из кармана тюбик. – Вот!

– Точно не вазелин? – усомнился Козлов.

– Да вот те крест!

– Ладно, – бросил сержант, а потом наклонился к Пете и наставительно прошептал: – Но ты бы всё равно лучше со Столицей не сильно дружил бы. Говорят, они там все это дело заднепроходное любят.

 Я расслышал его слова, но никак не отреагировал.

 Козлов же выпрямил спину и уже начал вещать по делу:

– Я чего вас остановил-то. Человечек пропал. Вот его фото, – он передал мне старенький телефон, на экране которого красовался розовощёкий парень с красным носом. – Последний раз его видели в этом районе позавчера.

– Ничем не могу помочь, – отрицательно почал я головой, передавая телефон другу.

Сержант окинул меня быстрым взглядом, в котором читалось, что он на меня не сильно-то и рассчитывал: такие, как я, даже если что-то знают, то обязательно смолчат. Но и Петя через несколько секунд сообщил, что не видел этого парня. Тогда полицейский разочарованно поджал губы, скомкано попрощался и потопал дальше искать возможных свидетелей.

– Быстро у вас тут поиски организовывают,  – удивился я, провожая взглядом сгорбленную спину Козлова. – Только позавчера пропал, а уже ищут.

– Да это сын одного местного мента в чинах. Беспредельщик ещё тот. Опять, наверное, забухал где-нибудь на хате, – пробурчал Петя, нахмурив лоб. – Если он сгинул, то никто особо переживать не станет.

– Суровый ты человек, – заметил я, открывая дверь в подъезд.

– А чего?

– Хотя, возможно, ты и прав, – хмыкнул я, проникая в дом.