Между мирами-3: Старый новый мир

Глава 5. Везунчик

И раз уж я успел, то можно было потратить немного времени, чтобы осмотреться. «Кутеец» внешне выглядел совершенно обычно. Острый нос, черная краска снаружи, белая внутри по борту. Палуба из тщательно подогнанных досок. Зато ноги не скользили.

Еще с пристани я обратил внимание на то, что пароход слишком высокий – наверняка есть палубы и ниже. Ведь вряд ли это грузовое судно.

Апраксин прячется внутри. Суточный билет в пятьсот рублей дает за месяц пятнадцать тысяч, начал считать я, прогуливаясь по палубе. Гудка не было, и мы стояли неподвижно, что дало мне время.

Странный выбор. Неужели он сидит здесь круглосуточно? Я верил, что технологии есть и на таком старом пароходе, но нельзя же месяцами плавать по Клязьме?

После бесполезных рассуждений и размышлений пришлось признаться себе, что я брожу по палубе впустую, потому что никакого плана дальнейших действий у меня нет. Есть только сумка с пятью сотнями и «туляк», который странным образом никто искать не стал.

Из вариантов оставалось лишь уныло бродить по мрачной и пустой палубе, как вдруг я заметил, что больше не осталось никого. Но мне навстречу спешил человек в строгом черном костюме и рубашке настолько белоснежной, что на солнце она слепила глаза. Я прищурился.

– Что же вы стоите, дорогой мой? Чего вы ждете? Давайте быстрее к остальным! – замахал он рукой, не дойдя до меня метров пятнадцать.

Сперва я хотел завалить его вопросами, но в последнюю секунду, уже открыв рот, решил не говорить ничего и лишь спешно зашагал за мужчиной. Тот деловито проводил меня до массивной двери с небольшим круглым окошком.

– Прошу вас, – он легко толкнул ее и указал мне на лестницу.

Я робко ступил ниже – впереди мелькали тени и отблески ярких огней. Доносилась приглушенная музыка. Дверь захлопнулась.

И сразу же завелся двигатель, который отдался вибрацией по всему корпусу. Пароход, дернувшись, пришел в движение, и дрожь прекратилась. Я ухватился за металлические перила и медленно спустился вниз.

Передо мной открылся неширокий, около полутора метров, проход, сжатый со всех сторон стенками, отделанными плоскими деревянными панелями светло-коричневого цвета в нижней части и зеленоватыми обоями с белыми лилиями наподобие тех, что изображены на французском флаге. Темные двери с обозначениями помещений для персонала, тисненные золотом, тонко намекали на статусность «Кутейца».

В конце коридора двойные двери были распахнуты настежь. Возле них стоял еще один работник в том же наряде, что и человек палубой выше. При моем приближении он склонил голову и поздоровался. Я кивнул в ответ с легкой, но натянутой улыбкой. Отчего-то мне было тревожно.

– Простите, – обратился я к работнику. – Я здесь в первый раз и хотел бы узнать, что здесь делают?

– Кутят, – последовал ответ. – Развлекаются. Пьют. Отдыхают. Играют в карты, рулетку. Прошу прощения за вопрос, но лет вам?..

– Девятнадцать, – ответил я, автоматически делая голос грубее, чем обычно. Старая привычка.

– Тогда для вас доступны комнаты с удовольствиями, – закончил перечислять работник. – Прошу в зал, отдыхайте и ни в чем себе не отказывайте

Он развернулся и обеими руками указал в зал, который занимал большую часть палубы. Это, конечно, здорово, но я надеялся, что за билет в пятьсот рублей мне будет хотя бы один бесплатный напиток.

Яркий большой зал с круглыми столиками под белыми скатертями, сцена с ламповым освещением и целый оркестр духовых дополняли томный женский голос, который, как ни странно, исполнял что-то вроде джаза.

Я прошел чуть ближе к сцене, но не стал садиться – некоторые гости тоже слушали чарующие звуки стоя. Певица была одета в длинное блестящее платье, которое серебрилось в ярком свете.

Песня подходила к концу, дошли до пронзительных нот духовые, звякнули тарелки и мелодия резко оборвалась. А зал взорвался аплодисментами. Только тогда я заметил, что постепенно подобрался к сцене достаточно близко – третий ряд столиков, не дальше.

Мощные прожекторы провернулись, выхватив музыкальную группу, а потом сошлись на исполнительнице.

– Несравненная Эле-е-ен! – из-за кулис выскочил конферансье в белом двубортном пиджаке и белых туфлях. – А мы продолжаем наш вечер, дамы и господа…

Девушка не пошла за кулисы, как это обычно бывает. Она спустилась со сцены в зал, лавировала между столиками, но держалась отстраненно и замкнуто, хотя одаривала каждого сидящего улыбкой.

Она крутила головой по сторонам, выискивая кого-то. И тут я услышал голос ведущего:

– Сегодня у нас особый день. Один из вас станет счастливее, потому что …. – он повысил громкость так, что даже если бы двигатель парохода рокотал через стенку, я бы его не услышал, – потому что его ждет фантастический ужин с самой Элен!

В глаза мне ударил ослепительный свет и я поднял руку, закрываясь от него, а когда отвернулся, увидел рядом с собой Элен. Вблизи она оказалась совсем невысокого роста, с выразительным живым взглядом, но при этом со скудной мимикой – во время разговора ее губы почти не шевелились.

– А вот и наш везунчик! – проорал в микрофон ведущий. – Аплодисменты!

Вот так я, человек, который с пистолетом в сумке пришел выбивать долг у некоего пассажира этого корабля, оказался за одним столиком, ужиная с какой-то, очевидно, известной певицей. Мало мне сложностей в жизни!

Убедившись, что рядом свободных мест нет, официанты выделили пространство и вынесли туда еще один стол. Моментально появились и стулья и, пока я растерянно смотрел по сторонам, а народ шумно аплодировал мне с ненавистью во всех мужских глазах, Элен преспокойно заняла свое место, откинула за спину длинные прямые волосы.

– Что же ты не садишься? – спросила она, закашлялась и тут же схватила вовремя принесенный стакан с водой, выпила его до половины, глубоко вдохнула и внимательно посмотрела на меня.

– Ага, – ответил я, глядя в блестящие черные глаза, и сел, вцепившись в сумку.

Тем временем на сцене начался другой номер, а стол постепенно заполнялся едой. Тарелки заполняли морепродукты, необычные салаты и то, что даже профессора Императорского Университета себе позволить не могут.

– Ты удивлен? – вдруг спросила меня Элен.

– Я вообще здесь в первый раз и… да, я удивлен, – тут же добавил я, заметив, как начала меняться в лице девушка, слушая пространное и совсем ненужное объяснение.

– Значит я угадала. Я тебя раньше здесь не видела.

– Так ведь наверняка не только постоянные клиенты сюда приходят, – я пожал плечами и посмотрел на обилие приборов. – Можно я задам тебе один вопрос?

– Валяй, – девушка откинулась на спинку стула, протянула руку, и стоящий рядом официант тут же подал ей сигарету. – Спрашивай, – произнесла она, прикуривая от зажженной им же спички.

– Конечно, я везунчик и все такое, но знаешь, – я еще раз посмотрел на три абсолютно разных вилки, лежавших возле тарелки, и пару ложек, которые отличались по форме, но не размеру, – я не слишком хорошо разбираюсь…

– В женщинах? – нагловато усмехнулась певичка.

Я посмотрел на ярко накрашенное лицо, пытаясь определить ее возраст. Двадцать пять или, может быть, чуть больше.

– Нет, в них я разбираюсь, – пришлось отвечать мне на дерзость. – А в столовых приборах – нет. Надеюсь, тебя не оскорбит, если я буду есть салат не той вилкой?

Глава 6. Знакомство

Смеялась она так же грубовато, резко. Даже немец и тот звучал более благородно, чем эта певица. Но на сцене она была хороша, спору нет. Затянувшись сигаретой, она еще несколько раз дернула плечами, а затем выпустила дым в мою сторону.

– Мне ровным счетом все равно, что и как ты будешь есть. Если ты окажешься приятным собеседником, мне будет хорошо. Если ты намерен есть, как свинья – а таких здесь, поверь, немало, – я как-нибудь стерплю. И не вздумай приставать.

– Я здесь не за этим, – хмуро ответил я. – Но приятный собеседник, который расскажет мне, что здесь творится, будет весьма кстати. Я Максим.

– Хорошее имя, сильное, – девушка протянула ладонь через стол, и я аккуратно пожал ее, после чего Элен потушила сигарету. – Во всяком случае, сейчас ты не тащишь меня в постель, как многие здесь, хотя пришел один.

– То, что я один здесь, еще не значит, что я один вообще, – я подцепил на вилку что-то скользкое, похожее на кальмара и сунул в рот.

– Думаешь, наличие жены или мужа кому-то вообще мешает? – презрительно фыркнула Элен. – Ничего подобного. Из постоянных гостей почти каждый пытался меня затащить в постель.

– Вот сволочи, – выразительно выдал я, проглотив склизкий комок и зажмурился от отвращения.

– Спасибо, – насмешливо ответила девушка, а я, недоумевая, спросил:

– За что?

– За то, что не спрашиваешь, кому это удалось.

– Думаю, это твое дело, соглашаться или нет.

– О-ой, только не говори, что тебе все равно?

– Мне даже любопытно, но я считаю, что спрашивать такое не слишком вежливо.

– Надо же, какой тактичный.

Девушка притихла. Я так и не разобрался, хотела она рассказать о своих похождениях и связях с богатыми и знаменитыми, или это наоборот была проверка для меня. Но некоторое время мы просто молча ели.

И было только две вещи, которые отличали нас от других столиков. Это сверкающее платье Элен и стоящий рядом официант, которого девушка именовала Джонни.

– Между прочим, ты говорил, что тебе нужен кто-то, чтобы рассказать о «Кутейце», разве нет? – закончив с закусками, проговорила девушка, и Джонни тут же удалился с грязными тарелками.

– Да. Что тут за люди? Откуда столько пафоса?

– Пафоса? – тонкая черная бровь поползла вверх.

– Судя по цене за билет, рады здесь далеко не всем.

– Ох, бедняжка, только не говори, что ты потратил последние деньги в надежде поиграть здесь в казино?

– Знаешь что! – не выдержал я. – Если вся твоя беседа состоит исключительно из колкостей, чтобы попытаться унизить собеседника, то мне такой ужин даром не нужен, – я даже приподнялся на стуле, готовый уйти.

Но Элен, сперва обомлев от моей реакции, вдруг улыбнулась совершенно искренне, смягчилась и даже положила на стол сигарету, которую собиралась прикурить, когда вернется наш официант.

– Хорошо, твоя взяла, – смилостивилась девушка. – Я вижу, что ты не один из этих богатых сыночков, которые коллекционируют партнерш, но и не любопытный работяга. Кто же твоя пассия?

– Женская логика сработала? – я вздрогнул от неожиданного вопроса, но решил вернуться на свое место. Кажется, я нащупал, как можно разговорить девушку.

– Чутье. Интуиция. Прочитала меж строк, если ты понимаешь, о чем я, – Элен оживилась и по возвращении официанта все же закурила снова, а потом закашлялась. – Но так не видно полной картины, поэтому я предпочитаю спрашивать прямо.

– Пусть это будет секрет. Ее имя слишком известное, чтобы я его называл, – процитировал я очередной фильм.

– Хорошенькая? – продолжала любопытствовать певичка.

– Очень даже.

– Ах вот как. Лучше меня? Шучу-шучу, – девушка зашлась кашлем.

– Прозвучит глупо и запоздало, но, может, ты больше не будешь курить сегодня? – спросил я, когда Элен остановилась.

– О нет, на сегодня у меня другие планы. Но спасибо за заботу. Должно быть, твоей девочке очень повезло с тобой.

– Пожалуй, – ответил я, размышляя, о которой из двух я думаю сейчас: настоящей или поддельной Ане. И тут же решил, что тянуть дольше нельзя. Каждая минута на счету!

– А знаешь, ты ведь мой тип, – певица снова заставила меня краснеть. – И если бы не…

– Слишком много «если», – мягко остановил я ее. – Давай вернемся к более существенным темам. Например, о местных завсегдатаях.

Я осмотрелся по сторонам. На сцене сейчас выступал жонглер, подкидывающий факелы все выше, по мере того как увеличивалось их количество. Три, пять, семь, а он все требовал новых.

Люди за столами неистово хлопали, свистели и улюлюкали. Причем не какие-то работяги, торговцы или бродяги. Эти люди носили костюмы и шляпы, дамы – длинные яркие платья и украшения на декольте, сияющие в лучах прожекторов. А вели себя…

Мой взгляд задержался на столике, который стоял совсем рядом. Дородный мужчина не старше сорока, сложив руки рупором, громко орал, а его спутница, чрезвычайно худая, молодая блондинка, истерично смеялась. Отчего-то мне стало тошно.

– Ты про них? – девушка тоже скривила губы. – Что о них можно сказать? Свиньи. Здесь девять из десяти такие. Жадные до денег. Чванливые.

– И все дворяне?

– Что? – Элен удивилась очень искренне. – Нет, что ты. Порядочные люди сюда не ходят. Эти вот, к примеру, владеют несколькими салонами в городе. Ничего особенного, просто для дам. Дамские салоны. И вот… результат ты видишь, – она вздохнула и со скукой посмотрела на тарелку. – Они такие не одни. И что о них говорить?

– Но ведь есть же люди другого вида.

– Есть и это очень большая редкость, – с сожалением ответила девушка. – Наш разговор становится скучным. Я не люблю обсуждать и осуждать. Мне это совсем неприятно.

– Тогда зайдем с другой стороны. Вот, к примеру, Апраксин. Я могу предположить, что человек этот относится к категории скорее людей приличных.

– Ты что-то о нем знаешь? – Элен отложила в сторону приборы и слегка наклонилась вперед так, что ее платье негромко зашуршало.

– Слышал краем уха. Знаю только, что его где-то здесь найти можно.

– И зачем же он тебе? – настороженно поинтересовалась девушка.

Подошел второй официант с бутылкой шампанского, но Элен проигнорировала его появление и пристально смотрела на меня.

– Дело одно есть.

– Ах дело, вот оно что. Я и предположить не могла, что ты настолько ненормальный.

– Что не так? – опешил я.

– Он не просто свинья, – негромко сказала мне Элен, опираясь на стол и наклонившись довольно близко ко мне. – Он самая большая мразь во всем городе, и я не знаю, кем надо быть, чтобы заводить с ним дела.

– И все же, – я вздохнул. – Это не моя инициатива. Я здесь лишь как посредник.

– Это меняет дело, – певица расслабилась. – А то я уже подумала, что ты скрываешь за этой милой мордашкой свою гнилую натуру.

– Глупости. По своей воле я бы сюда не пошел, хотя явно пожалел бы – и только лишь из-за того, что потерял шанс провести вечер в такой приятной компании.

– Хам, но милый, – проворковала девушка мою краткую характеристику. – Если ты подождешь немного, то увидишь его сам. Я очень ценю наше с тобой знакомство, поэтому думаю, что ты с ним не задержишься? Я бы хотела продолжить наш разговор в более уединенном месте.

Глава 7. И ни минутой позже

И почему половина встреченных здесь девушек заставляет меня краснеть различными намеками, чаще всего непристойными? Высказаться мне не позволил ведущий этого замечательного мероприятия, которое я полностью пропустил за разговором с Элен:

– А теперь, многоуважаемые гости! – сияя улыбкой, завопил он. – Встречайте главное лицо этого вечера!

– Вечера? – насмешливо фыркнул я, – Рано же он здесь начинается!

– А что такого? – Элен затянула еще одну сигарету и высоко подняла брови. – Сейчас уже половина пятого. Можно назвать и вечером, видишь, как здесь темно? – она пустила облачко дыма в мою сторону и сделала глазки.

– Граф Апракси-и-ин! – ведущий поднял руку высоко вверх, а затем резко опустил ее, уступая место человеку, которого я искал уже не первый час. – Для тех, кто не в курсе, – быстро затараторил конферансье, – организатор этого вечера, как и множества других!

– Почему ты не сказала мне, что он здесь главный?! – прошептал я, хотя даже если бы я орал, как ведущий, на сцене меня бы никто не услышал.

– А что, разве тебе не сказал об этом тот, кто тебя сюда направил? – девушка мило улыбнулась, хотя прекрасно понимала, в каком дурацком положении я оказался. – Советую тебе спрашивать о таких вещах сразу. У меня был друг…

– Ключевое слово «был»?

– Раз ты сразу обо всем догадался, мне незачем рассказывать тебе всю историю целиком. Расскажи лучше, зачем тебе сдался этот тип?

– О нет, это секреты моего шефа, – моментально среагировал я. – Их не стоит раскрыват.

– Хм, – пожала та плечами и потушила сигарету.

На сцену вышел Апраксин. Лет тридцати с небольшим, в бежевом костюме и такого же цвета лакированных ботинках. Волосы были зачесаны назад и только несколько прядей выбивались из идеальной прически, свисая на лоб.

Он взял микрофон у ведущего, отмахнул пятерней волосы назад, но те приняли прежнее положение. Я заметил, что пальцы у него унизаны перстнями. По меньшей мере, их было штуки три.

Да и в целом его вид отличался от тех дворян, что я привык видеть на портретах в музеях. Справедливости ради надо заметить, что за сто с лишним лет изменилось многое и я готов был это признать. Но одно дело, когда ты размышляешь над этим и совершенно другое – когда видишь.

Я смотрел на Апраксина, не слушая того, что он говорит, погрузившись в собственные мысли.

– Э-эй! – певичка замахала рукой перед моим лицом. – Очнись уже!

– Я просто задумался.

– Ты как девочка перед первой ночью. Или наемный убийца без опыта. Скажи, тебе ведь велели его убить, да?

– Даже если бы так, – настала моя очередь посмеиваться, – то я бы все равно никому не сказал.

– И ладно, – Элен обиженно надула губки. Я заметил, что чем больше мы с ней общались, тем более живой она становилась. Это радовало, но в то же время на следующий день мы с ней не увидимся вовсе. – Нашел секрет, тоже мне.

Подали десерт. Ужин, который продлился, к моему удивлению, больше часа, подходил к концу. Граф все еще стоял на сцене, радуя публику своим присутствием. Он то обращался к кому-то из гостей, то травил анекдоты. Его истории вызывали бурю смеха в зале, однако я не слишком-то понимал, что он рассказывает. Другая культура.

– Мне надо с ним всего лишь поговорить.

– Ах, поговорить, – она прищурила один глаз. – Теперь это так называется. А то ведь был секрет.

– Хватит уже, – мягко ответил я, заметив, что подобные колкости – лишь особенность ее поведения, когда она чего-то не понимает.

– И все-таки ты скучный, – она ткнула в мою сторону ложкой, которой поедала суфле. – Сплошь тайны, какие-то очень важные и срочные дела. Может быть, если бы ты сказал мне, чего тебе нужно, я бы помогла. Но нет же, каждый мужчина думает, что сделает все сам, лучше и быстрее, отказывается от помощи! Гордость, да?

– Этика, – вспомнил я слова Ани. – Деловая.

– О боже! – воскликнула Элен. – Да ей никто и не пользуется, кроме, разве что, самых честных людей на свете. А самые честные долго не живут. Особенно в сердце Империи. Подумай над моими словами, – добавила она многозначительно.

– Ты про честность или намек на твою помощь?

– Мою помощь? – она округлила глаза настолько притворно, что только дурак бы не догадался, – Ой, нет, что ты. Скоро ты поймешь, что свою помощь я тебе уже давным-давно оказываю. Еще с того момента, как выбрала тебя и села с тобой за один столик.

– Кстати! – я ухватился за новую тему, потому что истории графа никак не заканчивались, – почему ты выбрала меня?

– Не знаю, – ответила она, подумав. – Правда, не знаю. Новое лицо, быть может. Или ты просто чем-то отличаешься от прочей публики. Что-то из этого.

Новая сигарета и снова облако дыма над столом. У меня запершило в горле, и я залпом выпил стакан воды. На столике расположились открытые бутылки с другими напитками, но я решил не притрагиваться к ним – кто знает, какой там будет эффект? А сейчас мне надо сохранять трезвость разума.

– И поэтому, Максим, я повторяю свое предложение.

Надо же мне было как раз в этот момент заслушаться какой-то фантастической историей, которую, как заправский стендапер рассказывал граф.

– Вот так мы с им и познакомились! Правда, ему пришлось лежать в госпитале какое-то время… – зал взорвался смехом и слов дальше я не услышал.

– Максим! – и я вовремя повернулся к Элен, которая просто метала молнии. – Никогда не игнорируй девушку!

– Извини, – я положил руки на стол, а она взглянула на часы.

– Вот не можешь ты нормально. В шесть. На верхней палубе. И ни минутой позже.

– Почему…

– Ты меня понял? – девушка оглянулась на Апраксина: тот как раз возвращал микрофон конферансье под громкие аплодисменты. – Ровно в шесть. Если опоздаешь – мы с тобой больше никогда не увидимся.

– Да о чем ты…

– Пообещай, – она схватила меня за руку и крепко сжала, глядя мне в глаза. – Пообещай, что придешь!

– Я… – мысли путались, тем более что граф уже шел к нашему столику. Я точно определил направление – больше он не мог никуда пройти, кроме как к нам, – обещаю!

– Смотри, если нарушишь! – погрозила девушка и отпустила мою руку за секунду до того, как у столика появился Апраксин. – И ни минутой позже.

Она вскочила, едва не толкнув официанта рядом. Того спасла лишь мгновенная реакция. Бросив короткое извинение, девушка начала расправлять платье.

– Приветствую особого гостя! – протянул мне руку граф. – Апраксин, Филипп Терентьевич. Я могу присесть?

– Да, конечно!

Элен закашлялась и, пока граф изучал, что находится на столике, она одними губами напомнила мне:

– Ни минутой позже! – а потом быстро убежала.

– У нее в программе еще один номер, – тут же оправдал певицу граф. – Надеюсь, вы хорошо провели время, молодой человек?

– Конечно, – кивнул я и представился. – Думаю, что и у нас с вами тоже получится приятная беседа.

Глава 8. Граф Апраксин

Филипп Терентьевич потянулся к откупоренной бутылке, осмотрев при этом пустые бокалы, разлил красного вина, разом уполовинив содержимое. Затем посмотрел вино на свет с видом ценителя и знатока, немного поболтал жидкость и пригубил.

– Знаете ли, – он подхватил бутылку и принялся изучать этикетку, – Екатеринодарское красное скоро совсем исчезнет с прилавков. И по совсем дурацкой причине.