Выживший-5: Зима близко. Том 1
- -
- 100%
- +
А это значит лишь одно – бездействовать нам осталось лишь пару минут. Или даже секунд.
Ахри уже натянул тетиву, пока несильно, но был готов натянуть ее до упора. Целился он не в самого волка – а ближе. Вероятно, с учетом того, что зверюга даже голодная обладает хорошей реакцией.
– Надеюсь, у тебя есть, чем обороняться, – обратился ко мне Йон, не оборачиваясь. – Потому что мимо не пройдем.
– Есть, – я схватился за нож. – Но как действовать – не знаю.
– Ни разу с волками не сталкивался?
– Да никто, похоже, не сталкивался, – ответил я. – Почему Ахри не стреляет?
– Потому что, – дрогнувшим голосом отозвался стрелок, – с такого расстояния вторую стрелу я наложить не успею. А каждого из вас оставшиеся волки раздерут на месте. Лучше бы здесь олени проходили…
– Волчья шкура тоже пригодится, – произнес я скорее бравурно – ситуация не располагала к быстрому разрешению. Да еще и в нашу пользу.
– Не дели волчью шкуру раньше срока, – ответил Йон.
Волки выжидали момента поудобнее. Человек с луком их не пугал. Человек с ножом – тоже. Да и рост зверюг почти по пояс должен был скорее уж нас напугать.
Один из троицы угрожающе зарычал.
– Нам отступать некуда, – напомнил я.
– Мог бы и помолчать, – сердито ответил Йон.
Мне почему-то показалось, что только ему было нечем защищаться.
И вдруг волки начали перемещаться. Расходиться в стороны. Ахри продолжал следить за тем, кто был ближе всего к нему. Но так и не натягивал тетиву до упора, просто ведя лук следом за животным.
Один остался по центру, а третий начал обходить слева. Окружить нас, когда позади был только обрыв, не составило труда.
– И что де… – начал я, но звякнула тетива.
Произошло это одновременно с прыжком волка – шуршала листва, но туша килограммов под семьдесят упала вниз, пролетев в нескольких сантиметрах от Ахри. Тот даже отступить в сторону не успел.
Зато это успел сделать Йон – он дернулся к стрелку, прочь от пары других. Но если волк, что пытался обойти нас слева, медлил, чтобы не столкнуться с другим охотником, второй оказался самым бесстрашным.
Но прыгнуть он, вероятно, хотел на Йона. Кирпичник же в последний миг взял в сторону, и волк затормозил перед моим лицом. Может, он не просто голодный, но еще и больной?
Зубы лязгнули еще в полете, а пасть захлопнулась, когда волк, упершись лапами в землю, затормозил передо мной. Перелетать через обрыв зверюга тоже не собиралась.
Я машинально, не думая ни о чем, вонзил клинок снизу вверх в глотку волка. И тут же мне пришлось расстаться с ножом.
Хищник замотал головой, попытался завыть, издавая булькающие звуки, задрал голову и попытался бежать прочь. Но вместо широкого прыжка он сделал лишь неуверенный шаг.
– Ложись! – крикнул то ли Йон, то ли Ахри.
Я упал на землю. Снова прозвенела тетива, точно струна. Глухой удар, будто острие вонзилось в дерево, а затем на меня рухнул третий волк, продолжая драть лапами землю.
Попытка выбраться оказалась неудачной – зверюга завалилась на одну сторону, а с другой волк бил лапами. Мне ни выбраться, на спихнуть его в сторону.
– Лежи не шевелись! – подскочил Йон. – Живой?
– Да что со мной сделается… – проворчал я глухо, прижатый тушей минимум килограммов в семьдесят. – Если только ребро лопнет…
Волк скоро затих. Меня не залило его кровью, а лапы не расцарапали меня. И, когда движение сверху полностью прекратилось, Йон попросту перевернул волка, взяв его за обе передних лапы.
– С облегчением, – пошутил он.
Я ничего не ответил, пытаясь набрать воздуха в легкие. Вроде бы ничего не сломано.
– Два-один, – подскочил Ахри. – Теперь тебя тоже можно назвать охотником.
– Ага, охотником первого уровня, – произнес я, когда убедился, что воздуха мне хватает. – Двоих вижу, а третий где?
– Он далеко не ушел. По следам найдем. И нож твой заберем, – охотник, довольный, улыбался. – Волки не еда, но теплые шкуры к зиме нам пригодятся.
Опять зима, подумал я. И поспешил спросить:
– И что ты скажешь, много ли можно сделать из одного волка?
– Хм, – Ахри потыкал дохлого волка луком, потом провел им по шерсти. – По-хорошему плащ получится. А из обрезков – варежки. Еще, как вариант, три, быть может, четыре шапки. Или около того. Нужно замерять. А сперва освежевать.
Я обратил внимание, что у обоих волков стрелы оказались всажены прямехонько в глаз.
– Ну и ну, – подивился я. – Метко бьешь!
– С такого расстояния сложно промахнуться, – поскромничал Ахри.
– Так они прыгали, не на месте сидели, – продолжил я.
– Совсем расхвалишь, – Йон прошел мимо нас. – Давай, охотник, веди нас, куда сбежал третий волк.
– Так с него крови… – Ахри указал направление. – Смотрите, вон след тянется.
– Как бы к следу другие волки не пожаловали, – заметил я.
– Утащим прочь. Нас трое, справимся, – небрежно отозвался охотник. – вот если бы я один был, тогда да, тяжко. А раненый волк, скорее всего, вниз убежал. Куда проще. Едва ли какое логово у них рядом. Мы бы сразу услышали. А тут они к нам привязались, да до поры до времени просто следом шли, не спешили.
– М-м-м, угу, – я еще раз размял пальцы на поврежденной руке. – Думается мне только, что это не единственные волки здесь.
– Зверья много всякого. Но и хищников много. Я бы хотел медведя подстрелить. С его шкуры одних только шапок получится на половину деревни!
– Ого! – воскликнул я. – Но такого медведя мы и втроем не утащим!
– Пожалуй, – охотник улыбнулся. – Но это мечты.
Закончив разглагольствовать, он сперва повел нас по следу. Это оказалось совсем несложно – волк и шел медленно, и след оставлял заметный, густой.
И прошел он совсем немного. Только вниз спустился, да завернул поближе к обрыву. Там и слег.
Когда мы добрались до него, зверь уже не дышал.
– Воля к жизни, достойная восхищения, – проговорил Йон. – Почти сотня метров с пробитой глоткой. Не каждый так сможет. Не каждый волк, – поправился он. – И уж тем более не человек.
Я наклонился и вытащил нож, вытер его об траву и сунул обратно за пояс. Теперь-то мой клинок прошел боевое крещение.
– А можно я его возьму на время? – спросил Ахри. – Свой я оставил, не подумал, что можно будет поживиться здесь кое-чем.
Нож я отдал без колебаний. Парень принялся ловко работать над тушей волка, а мы с Йоном задрали головы, чтобы посмотреть на отвесную стену.
– Вот теперь точно – не ошиблись, – произнес кирпичник.
По отвесу от верха до самого низа шел разлом, а в нем – косые ряды камня. Теперь нам надо было лишь выбрать подходящий по размеру булыжник, чтобы собрать качественное основание для распила. Но одна задача уже была выполнена – мы нашли камень.
– Но что-то он мелкий, – я подошел поближе и, расставив пальцы, принялся замерять толщину слоя. – Не больше двадцати сантиметров.
– Соберем, как и фундамент, на глине. Или ты хотел цельное основание сделать? Такое и пяток лошадей не упрет!
– Ну… да, – смирился я. – Разумно.
Отлегло – не хотелось тащить огроменные камни. А еще больше не хотелось их затаскивать на телегу. Килограммов по двадцать-тридцать – таких булыжников будет предостаточно.
Мы дождались, пока Ахри не закончит со шкурой первого волка. Мы поднялись повыше, где он занялся второй и третьей тушей. Остатки с Йоном мы утащили прочь – нечего падальщикам ошиваться поблизости.
Вот в отличие от ножа веревку охотник с собой взял. Поэтому скрутил шкуры в один плотный рулон, обвязал так, чтобы с торцов получились петли – вроде ручек, чтобы мы могли нести добычу обратно.
Дорога домой заняла куда меньше времени – несмотря на тяжелый груз. Мы регулярно менялись, так что не усталость не одолела к моменту, когда наша троица добралась до Рассвета.
– Силы еще есть, м? – Йон сбросил шкуры в тень.
– Я бы перекусил. А потом можно и поработать, – приободрился я.
– Заодно посмотришь, как у нас люди живут, – улыбнулся кирпичник.
Глава 7. Быть и быт
С чего бы и не поинтересоваться тем, как живет мой народ. Звучит-то как! Мой народ. Мои пятьдесят или около того человек. Которые, при всем моем старании, живут бессистемно. И вроде бы как пока не очень жалуются на жизнь.
– Добрый день, хозяюшка, – улыбнулся кирпичник, приближаясь к женщине, которая варила суп в большом котле литров так на пятьдесят, а то и на все семьдесят.
– И вам, – она медленно водила по кругу большой деревянной ложкой, скрябая ей по самому дну. На поверхности густого супа поднимались пузыри, лениво лопаясь.
Я успел заметить какую-то зелень, листву, что плавала в бульоне. А еще – мясо. Редкие кусочки.
– Заяц? – поспешил спросить я.
– Курица, – ответила женщина, не поднимая глаз от котла.
Почерневший металл снаружи явно никто никогда не мыл. И если бы не мой голод – я бы не рискнул пробовать еду, приготовленную здесь.
Но аромат щекотал ноздри, а Йон уже взял деревянные тарелки и подставил их под оловянный половник. Получившейся похлебкой женщина наполнила оба деревянных кругляша.
Мы с каменщиком отошли подальше, сели прямо на землю и принялись неспешно хлебать суп. Он оказался вкусный, но несоленый, однако даже это не меняло картины.
– Необычный вкус, – сказал я, как только проглотил несколько ложек и понял, что теперь можно замедлиться и успокоиться.
– Ты просто редко бываешь в Рассвете, оттого тебе и кажется так.
– Неужели всех кур забили уже? – с беспокойством спросил я, пытаясь рассмотреть, где мелкая живность, которой раньше было довольно много.
– Бавлер, – усмехнулся Йон, отправляя в рот очередную ложку. – Ты многого не знаешь об этом мире. Да и о мире вообще – ничего не знаешь. Как ты собираешься править… – он покачал головой. – Нет, я не осуждаю, я понимаю, что ты стремишься к лучшему и готов сделать для этого многое. Но прошел месяц, – каменщик показал на клеть, которую я сперва не заметил за травой и развешенной сушиться одеждой. – Куры пошли на убой, а там – новый выводок.
– А-а, – протянул я. – Значит, голод нам все-таки пока не грозит.
– И не будет грозить, если Ахри начнет охотиться не только на волков, но и на более съедобную живность. Тех же оленей, например. Но, как видишь, волки разгоняют такую крупную добычу. Может, ситуация станет лучше.
Станет или нет – едва ли кирпичник мог знать, как будут вести себя животные, если вдруг будет бродить меньше хищников. Поэтому я сосредоточился на том, как живут люди в Рассвете.
Одно дело – громко вещать с бочки грандиозные планы. Другое – смотреть, что происходит, пока я занят. Обычно занят.
Вот, женщина варит суп. Судя по объему котла, внутри находится по меньшей мере сотня тарелок, как держим мы. Скорее всего, она может накормить весь Рассвет. А завтра будет варить другой суп. Или готовить что-то другое.
Другая вышла снимать белье. Бараки построены таким образом, что двери выходят на улицу и, чтобы попасть во двор, надо обогнуть дом. Естественный забор, так сказать. Но надо бы следующие бараки строить, чтобы они образовали прямоугольный дворик. Это будет проще для взрослых и безопаснее для детей. Ограниченное количество проходов. Проще следить. Да и лисы не заберутся, чтобы сожрать цыплят.
Поэтому я уже мысленно нарисовал себе несколько домов. Потом вспомнил, что где-то рядом был огород.
– Чуть дальше. И, кажется, там неплохо получается. Если на будущий год сможем распахать землю, то собственных овощей будет хороший запас, – мечтательно заявил Йон.
– Смотрю вот, – чуть позже произнес я, – но понять не могу: люди, которые здесь живут – они счастливы или нет?
– Спроси. Быт себе они более-менее обустроили. Проблем не создают ни себе, ни тебе, ни кому-либо в Рассвете. Вроде бы как все неплохо, как думаешь?
– Мне кажется, что они просто не привыкли высказываться.
– А не боишься ли ты, что откроешь ящик Пандоры?
– М? – я повернулся к Йону. – Что ты сказал?
– Никогда не слышал? Фраза такая… мой дед ее постоянно повторял.
– А откуда он ее взял?
– Да я откуда знаю, – посмеялся Йон. – Что ты к словам цепляешься. Не в словах дело. Вообще не в словах. А в людях. Вот попросишь ты их пожаловаться – и знаешь, сколько потом тебе накидают?
– Вы там чего разболтались? – женщина посмотрела на слабый огонек под котлом и, оставив ложку внутри, подошла к нам. – Чего не работаете?
– Сразу хозяюшку видно, – с улыбкой продолжил кирпичник. – А чего такого? Смотри, Бавлер, она всех кормит. Она вправе считать себя здесь самой главной. И, быть может, даже главнее некоторых. Вот ты сам себя сможешь прокормить?
– Да, – ответил я, только вот уверенности в голосе почему-то не было. С первых дней я питался у Отшельника, а потом закрутилось, завертелось… И я сам себе ни разу не готовил.
– А еда у Мати тебе понравилась? – продолжил Йон.
– Очень даже, – и тут же подхватил идею кирпичника. – Мати! – громко спросил я. – А что нужно тебе для готовки?
– Овощи и соль, – не раздумывая ответила женщина. – Да не так много. У нас почти все есть, только запасы пополнять. И все.
– А надолго ли хватит запасов?
– На месяц так… или даже на полтора, – ответила Мати.
– Ого! – удивился я. – Но про запас все же лучше прикупить… – добавил я задумчиво. – Так… А сколько человек может наесться твоим супом?
– Да весь Рассвет! – не без гордости сказала она, заставив меня удивиться еще раз.
– Спасибо, – я кивнул, но Мати не уходила:
– Ты же Бавлер… тот, который здесь главный, да?
– Да, – ответил я. – А что?
– А ты не колдун?
Я рассмеялся. Какие глупости. Йон повеселился рядом со мной, но вот Мати было не до смеха:
– Я спрашиваю вполне серьезно. Ты колдун?
– Нет, – я с трудом заставил себя остановиться и постарался как можно более серьезно ответить Мати. – Я не колдун.
– Но ты сделал поселение. Этого никто не припомнит. И люди удивляются!
– Я еще многое могу, – продолжил я. – Но только я делаю это не в одиночку. И все, что я хочу сделать в будущем, вы будете делать вместе со мной, – я на секунду завис и спросил: – А ты вот не колдунья, Мати?
– Я??? – женщина в ужасе отшатнулась. Платок на голове едва не сполз вниз, а юбка до самой земли трепыхалась так, точно внезапно ветер поднялся. – Да вы что! Как так только подумать-то можно!
– А почему нет? Вы кормите целую деревню! Кто-то и семью кормить не может, а вы – весь Рассвет и даже не жалуетесь.
– Так все вокруг работают. И я работаю, – принялась оправдываться Мати. – Вон, муж мой, в лесу работает. И ребятишки рядом… какая же я колдунья!
– Для меня вы так же делаете невозможное, как и я – для вас, – заключил я, пользуясь красноречием. Женщина еще некоторое время стояла рядом, переваривая сказанное мной. А потом согласно кивнула:
– Я поняла, Бавлер. Если у меня вдруг будут вопросы, я же могу спросить…
– У меня или у Аврона, он здесь мой помощник. Да, конечно! – охотно подтвердил я.
И Мати склонив голову и плечи, отправилась назад к своему котлу. Но, вроде бы, довольная.
– Вот и поговорили, – Йон доел и унес тарелку к большому тазу с водой.
– Помойте сами, пожалуйста, – попросила Мати, вновь ворочая ложкой.
– Вежливость и взаимопомощь творят чудеса, – заключил я. – Без хорошего быта не быть ничему.
Кирпичник согласно хмыкнул, но не сказал ни слова.
Глава 8. Препятствия
Раз уж я не устал, да еще и поесть умудрился, оставаться в Рассвете я смысла не видел. И потому, убедившись, что Йон тоже не против, отправился обратно в сторону будущего карьера.
Ахри будет догонять нас позднее, договорились мы и потому я раздобыл топор у лесорубов – людей сейчас здесь было немного. Кирот переманил в помощь своим работникам и несколько моих человек.
Ситуация мне не понравилась – главный в Рассвете я. И я же должен оставаться главным до самого конца. Единственным правителем и тем, кто может раздавать приказы и вообще указывать другим людям, что нужно делать.
Но с Киротом можно побеседовать и позже. Куда важнее сейчас – проложить дорогу.
– Думаешь, запасы камня там большие? – уточнил я у Йона.
– Как минимум… – и кирпичник принялся вслух обсчитывать запасы. – То, что мы видели – почти пятнадцать метров в высоту, порядка шестидесяти метров в длину. Это дает нам около девятисот квадратных метров по площади.
– А объем?
– Объем будет зависеть еще и от того, насколько далеко жила заходит. Хотя нет, неправильно я называю ее жилой. Но разработать мы можем еще метров тридцать как минимум. И не забывай, что это только на поверхности. И еще, скорее всего, можно зайти вглубь. Я бы предположил не меньше пяти тысяч кубических метров камня.
– Ого! – восхитился я не столько размерами будущего карьера, сколько быстротой подсчетов.
– Есть, правда, кое-какие ограничения, Бавлер.
– Например?
– Будет много щебня. Камней, которые даже в дорогу не вложишь. А еще потребуется камнерез. Инструменты, допустим, найти несложно, но я один не смогу строить и готовить из отдельных камней нормального размера и формы строительный материал.
– То есть, тебе в помощь кого-то надо будет подрядить?
– В идеале, пару человек. И тогда мы сделаем все быстро. А так на подготовку основания для лесопилки потребуется неделя, как минимум. Речь не про фундамент, а про нормальную опору для бревен. Она должна быть прочнее и долговечнее, потому что нагрузки другие.
Мы прошли вырубку, и я начал помечать деревья, которые стояли на пути. Нужно было прорубить дорогу достаточной ширины, чтобы поместились две груженых телеги. В противном случае об эффективной добыче сразу можно забыть.
– Мыслишь наперед? Согласен, – Йон взял у меня нож, чтобы тоже счистить кору с деревьев там, где их следовало вырубить.
И мы не прошли и десяти метров, а восемь хороших крепких сосен уже подлежали удалению.
– Сразу лесорубов надо сюда звать было, – решил я. – Помечать будем другим инструментом и…
– Я здесь! – к нам подбежал Ахри.
– Отлично! Сбегай до вырубки, позови-ка к нам подмогу, пока мы не слишком далеко ушли. Чтобы сразу валили деревья и корчевали здесь пни. Если будут еще свободные руки – тоже зови.
– А вам не потребуется защита? – с некоторым разочарованием спросил охотник.
– Если ты приведешь сюда нашу бригаду лесорубов, защита будет не нужна. Но ты будешь на подхвате, – я махнул рукой и тут же ощутил, что тыльную сторону ладони тянет. Причем неприятно, с жжением – забыл промыть и перевязать.
– Надо бы обработать, – заметил Йон. Я отмахнулся:
– Будем в Рассвете, там и починюсь.
На этот раз кирпичник не стал смеяться.
– Без руки тебе тоже невесело будет. Но дело твое.
Ахри убежал к лесорубам, а мы продолжили отмечать створ дороги, чтобы она не петляла, а была максимально прямой. Но даже если будет немного поворотов – что тут такого? У нас полно места, зато поездка на груженой телеге точно не будет скучной!
Мы продолжили помечать деревья, иногда стараясь даже так, чтобы сомнительная растительность также попала под вырубку. Ко второму приходу Ахри мы успели подготовить не меньше тридцати деревьев.
– Что требуется? – поинтересовались лесорубы.
Охотник привел четверых. Похоже, даже тех, кто на месте счищал кору с деревьев. Не все были довольны тем, что их оторвали от привычной работы, но, оценив масштабы и качество древесины, подуспокоились и взялись за топоры и пилы.
Ахри присоединился сперва к нам с Йоном, но, когда оказалось, что втроем мы успеваем вымерять и отметить четыре дерева, а падает за это время всего одно, я отправил охотника на подхват к лесорубам.
Те доверили ему небольшой топорик обрубать ветки и грузить их на телегу. В Рассвете хворост всегда требовался.
Но спешили не только мы с кирпичником. Немного понаблюдав за тем, как работают дровосеки, я убедился, что с орудиями они справляются на отлично.
Двое работали топорами, двое – пилой. После первых весь лес был усеян щепками, но работали они быстрее, чем работяги с двуручной пилой. Пеньки же оставались одинаково высокими.
И их нужно было убирать, потому что сваленное дерево тут же принимался обрабатывать Ахри, размахивая топором изо всех сил. Сперва он что срубил, то и грузил в телегу, но ему сразу же показали, как делать правильно.
После этого мелочь оставалась сваленной в кучу, а ветки, которые не просто сгорали, как спичка, а могли дать тепла, складывались на телегу.
Как только работяги валили четверку деревьев, к следующему стволу шли дровосеки с пилой, а те, что держали в руках тяжелые топоры, обрубали ветки, помогая Ахри. Затем при помощи рычагов они сдвигали бревна в сторону, подальше от пеньков и дороги.
На все это требовалось так много времени, что я не выдержал смотреть на процесс. Как только набралась полная телега веток, а мы с Йоном отметили уже по меньшей мере сотни полторы деревьев, я вернулся в рабочую зону.
– Так, господин охотник, время отдохнуть, – похлопал я Ахри по плечу. – Мне кажется, сейчас для тебя самое время сесть в телегу, отправиться в Рассвет, сгрузить хворост и найти мне еще свободных рук. Если не найдешь сам…
– Поговори с Мати, – подскочил Йон, уловив мою мысль.
– Хорошо! – парнишка посмотрел на мою руку, и я тут же напомнил:
– И что-нибудь для этого тоже принеси, пожалуйста.
Ахри кивнул и направил телегу с хворостом в деревню. Подпрыгивая на кочках, та покатилась вперед. По крайней мере, его поездка займет куда меньше времени, чем если бы он пешком шел.
– Рука не беспокоит? – спросил Йон.
Я посмотрел на тыльную сторону ладони. Немного покраснело, но толком не воспалилось. Хотя стоило ожидать худшего. И еще раз сжал и разжал пальцы.
Кожу тянуло, но не более того. Вроде бы как все неплохо. Немного побаливает, но все гнется и работает, как надо.
– Не очень. Лучше Ахри привезет что-нибудь. Обработаю. А пока пошли, поможем нашим лесорубам.
И мы после небольшого перерыва заняли место охотника. Лесорубы продолжали валить деревья, стараясь сбросить их вдоль дороги, чтобы таскать поменьше.
Я рубил ветки небольшим топориком, Йон таскал их в сторону, чтобы потом загрузить ими следующую телегу, а также убирал всякую мелочь.
Темнело. Можно было разжигать небольшие костры, чтобы Ахри не потерялся. Там же можно было сжечь мелкие веточки и не плодить паразитов.
Лесорубы взяли перерыв. Махать топором до бесконечности невозможно, поэтому, как только затеплился маленький огонек в куче смолистых веточек, мы вшестером поспешили сесть вокруг костра.
– И сколько нам рубить? – уточнил один из дровосеков.
– Километра два, – ответил я. – А сейчас мы прошли в лучшем случае метров сто пятьдесят.
– Нам бы помощь не помешала. Если так работать будем, то завтра начнем не раньше полудня!
– А сегодня сколько еще свалить успеете?
– Так темно уж. Не увидим, куда падает, придавит еще. Нет, на сегодня мы все, Бавлер. Не серчай.
– Да и не думал, – ответил я. – Но помощь вам надо привести. Я хочу дня за четыре, может, за пять – начать поставлять камень в Рассвет. И хороший булыжник к лесопилке.
– С ума сошел, Бавлер… извини, конечно, но это невозможно.
– А ты… не знаю имени, – ответил я.
– Нороп, – представился лесоруб. – Мати – моя жена.
– Так, Нороп. Я на тебя не сержусь, но и с ума я не сошел. Время идет. А нам надо позаботиться о том, чтобы начать пилить бревна на доски, чтобы сложить очаги – а для этого…
– Бут для этого подойдет, но на один сезон, не больше, – вставил Йон. – Камень хороший, крепкий, только вот перепады температуры он не выдерживает. Лучше бы я тогда начал делать печной кирпич. А потом мы бы к зиме успели сложить все печки в домах. И тогда вот уже станет тепло.
– Все равно, Бавлер. Это невозможно.
– Я здесь. С вами. Куда еще невозможнее! И куда у нас Ахри запропастился! – недовольно воскликнул я. – Неужели так сложно сбросить ветки с телеги!
– Может, волки? – предположил Нороп.
– Мы тут уже избавились от нескольких, – ухмыльнулся Йон. В свете костра его ухмылка показалась мне как минимум кровожадной. – Зато нам сейчас работать безопаснее станет.
– Это уже точно. А вон и Ахри.
– Наконец-то! – вырвалось у меня. – Ты почему так долго? Заблудился? Где помощь?
– Я нашел только двоих, кто завтра сможет прийти помогать.
– Ты предупредил, что надо корчевать пни? – уточнил я.
– Да-да, – поспешно ответил Ахри. – Но больше никто не согласился.
– Погоди, пастухов и детей я не трогаю, тех, кто готовит еду и следит за безопасностью в Рассвете – тоже. Но это же не тридцать с лишком жителей!
– Почти десять человек сейчас помогают Кироту с его домом.
– Что??? – вскричал я. – У него есть свои бригады!
– Часть он отпустил по домам. И, как я понял, минимум одна готова остаться у нас, но не желает работать с торговцем.